# Как трудно быть красивой

Марина Сергеевна Серова

Кто женится на красавице с богатым прошлым, должен быть готов к беспокойному будущему. Кристину, жену бизнесмена Кравцова, собираются похитить. Что это – месть ее бывших поклонников или происки его новых конкурентов? Телохранитель Евгения Охотникова, нанятая повсюду сопровождать красавицу, уверена, что и муж, и его враги используют Кристину в качестве приманки. Что ж, самое время вывести мужчин на чистую воду. Долой мужское коварство, да здравствует женская солидарность!

## Глава 1

У меня теперь есть свой сайт. Не думала, что буду так рада. Еще пара часов – и мы отправим его в плавание по Инету. И как Стас догадался, чего мне больше всего не хватает? Он умничка, несмотря на то что уделяет мне меньше внимания, чем тете Миле. С тетушкой все ясно: она его кормит, а он в благодарность выслушивает все, что она рассказывает. Завидное терпение. Я, например, больше пятнадцати минут не выдерживаю.

Ладно, хватит об этом. Как медленно тянется время!

Я вышла из ванной и первым делом отправилась на кухню, где тетушка должна была приготовить мне нехитрый завтрак: тосты с сыром и чашку настоящего бразильского кофе. Запах по всему дому. Но к этому запаху примешивается сладковатая струя – это тетя Мила печет блинчики. Не для меня. Для своего любимого Стасика. Никак не пойму, как этому проныре удается столько времени поддерживать нежную дружбу с моей тетушкой. Она ведь благоразумная женщина.

А может, Стас действительно скучает по материнской заботе? По нему этого не скажешь, но тетя Мила подмечает все. Я даже иногда удивляюсь, насколько она прозорлива. Не успеешь о чем-то подумать, а она уже задает вопрос: «Женя, а что ты решила по этому поводу?» Иногда даже раздражает.

– Женечка, может, ты пока выпьешь свой кофе, а когда придет Стасик, вы вместе с ним поедите блинчиков?

Тетя Мила с невинным лицом вышла из кухни, вытирая руки краем фартука. В уголках ее глаз появились лукавые морщинки. Я притворно вздохнула. И об этом она догадалась! Ничего не скроешь! Даже противно. Но, с другой стороны, тетушкины блинчики намного вкуснее тостов, так что ее предложение очень кстати.

– Хорошо, я подожду.

Тетя Мила хитро улыбнулась и исчезла в кухне. Я пошла вслед за ней, взяла чашку ароматнейшего кофе и унесла ее на балкон. Утренний кофе хорош с сигаретой, а пускать дым в комнате я не люблю: остается горьковатый запах, который потом ничем не выведешь. По этой же причине я не держу в комнате пепельницу. Вообще-то у меня их целых три: одна на балконе, другая в ванной, а третья, дежурная, в подъезде. Она нужна зимой, когда тетя Мила в ванной сушит белье. В это время я выхожу курить в подъезд, несмотря на то что теперь это запрещено законом. Так что я не образец законопослушности и сама об этом знаю.

Смакуя кофе с первой утренней сигаретой, я от нечего делать в сотый раз осмотрела двор. Осень уже тронула березку у нашего дома и рассыпала зрелые каштаны у подъезда. Солнце светило по-летнему, но в воздухе уже появилась та неповторимая свежесть, которая бывает только ранней осенью. Вот из дома напротив выбежали двое школяров с ранцами и наперебой загалдели. Из соседнего подъезда мелкими шажками вышла сухонькая Анна Ильинична со складным стульчиком и села греться на солнышке. Начинался новый день. Что-то он мне принесет?

Я уже достаточно отдохнула от последних приключений и теперь была готова к новым подвигам. Оставалось дождаться, когда появится очередной клиент. Впрочем, мой психолог советовала подождать еще недельку. Сегодня мне предстояло в последний раз поспать у нее в кабинете под тихую музыку, прерываемую специально подобранными для меня словесными формулами. Катя произносила их в одном ей понятном ритме и последовательности. Я не вникала в тонкости психотерапии – она продолжала оставаться для меня загадкой.

Тем не менее Катины сеансы на меня действовали. Прежде всего я забывала весь негатив, с которым мне по роду деятельности приходилось сталкиваться. Вернее, не забывала. Просто он отдалялся, отделяясь от реальной жизни, и воспоминания приходили, как кадры из давно просмотренного кинофильма. Как ей удавалось добиться такого эффекта – одному богу известно.

Я затушила сигарету, выпила последний глоток кофе и посмотрела на часы. Стас обещал приехать в девять. До девяти оставалось еще двадцать минут. Интересно, блинчики уже готовы или тетя Мила так рассчитала время, чтобы Стас получил свое лакомство с пылу с жару, а я до его приезда не получила ничего? С этой мыслью я вернулась на кухню и проверила, как там идут дела.

На столе уже не было ни муки, ни кастрюли, в которой тетушка разводит тесто. Не было там и сковороды с начинкой. Только на плите стояла большая толстостенная посудина, от которой исходил умопомрачительный запах. Я тут же вспомнила об утренней тренировке, после которой у меня во рту не было маковой росинки, и с тоской посмотрела на погасшую плиту. Когда-то еще приедет Климов? А если он проспит?

– Тетя Мила, давай позавтракаем без Стаса. А когда он приедет, мы угостим и его?

В моих словах звучала мольба. Я действительно сильно проголодалась.

– Потерпи еще немного, – улыбнулась тетя Мила. – Или, если хочешь, приготовлю тост.

– Я уже настроилась на блинчики, – почти обиделась я.

– Уже и губы надула. Ты же телохранитель. Должна уметь терпеть.

Что-то случилось с тетей Милой: она сегодня была непреклонна. Что ж, придется терпеть.

– Налей мне тогда еще кофе, – попросила я упавшим голосом.

И тетя Мила сдалась. Она вынула из посудины один блинчик и положила его на тарелку.

– На, съешь, – сказала она, – только быстро. А то если Стасик увидит, что мы трапезничаем без него, обидится.

– А я не обижусь, если останусь голодная?

Да ну его вообще, этого Стаса! И к черту этот бесплатный сайт – до сих пор я как-то и без него находила клиентов. А выход в Интернет – просто баловство.

– Ладно, – смилостивилась тетушка и положила на мою тарелку еще два блина. – Ешь, сколько хочешь, а я подожду Стасика.

Я молча села за стол и придвинула к себе тарелку с блинчиками. Вот это другое дело. А то «Стасик обидится». Такого, пожалуй, обидишь! Я с аппетитом принялась есть блины. Когда тарелка опустела, тетя Мила поставила передо мной чашку кофе. Я встала из-за стола, намереваясь унести ее на балкон.

– Опять курить? – неодобрительно спросила тетушка.

Я решила, что на этот вопрос отвечать необязательно, и молча вышла из кухни. Главное – я успела поесть и теперь могу хоть час слушать, как Стас с тетушкой обмениваются любезностями.

На балкон заглянуло солнце. Его лучи брызнули на стекло пепельницы и рассыпались миниатюрной радугой. Я улыбнулась, глядя на это маленькое чудо.

– Привет, Охотникова, – Климов выглянул на балкон. – Хорошее настроение?

Я удивилась, что не заметила, как он вошел в квартиру.

– Ты хочешь мне его испортить?

Мои слова должны были прозвучать как шутка, но улыбка, которую я напялила на себя в этот момент, получилась вымученной. Интересно, как я могла не услышать стук входной двери?

– Не то чтобы очень хочу, – признался рекламщик. – Но ребята отказались делать личный сайт бесплатно. Сварганили сайт-визитку. Ты не сильно обидишься?

Маленький Климов смотрел на меня своими голубыми глазами, на которые нависала белесая рваная челка. Он так спешил сообщить мне неприятное известие, что не успел снять в прихожей свою кожаную курточку и теперь ждал моей реакции, слегка покусывая нижнюю губу.

– Не сильно, – ответила я, плохо представляя себе, чем личный сайт отличается от сайта-визитки. – А в чем разница?

Климов замялся. Я поняла, что гостя пора приглашать за стол.

– Пойдем на кухню. Там тетя Мила тебе блинчиков напекла, – сказала я, туша недокуренную сигарету и беря в руку чашку с недопитым кофе. – Она с самого утра тебя ждет, – добавила я, намекая на то, что Стасу предстоит долгий разговор с тетушкой.

– Пойдем, – невозмутимо ответил рекламщик и пригладил непослушную прядь в светло-русых волосах.

Маленький и юркий, он опередил меня и, сняв на ходу куртку, пристроил ее на вешалку в прихожей. А когда до прихожей добралась я, Стас уже входил на кухню, где тетя Мила накладывала блинчики. Я поймала ее вопросительный взгляд и небрежно сказала:

– Положи мне парочку. У меня с самого утра нет аппетита.

Тетушка округлила глаза, но мою просьбу выполнила. Мы со Стасом сели за стол и переглянулись. Я намеревалась подробно его расспросить, чем отличается личный сайт от сайта-визитки, но тетя Мила первая начала разговор.

– Стасик, ты смотрел вчера последнюю серию «Полуденной жары»?

– Нет, тетя Мила, – со вздохом ответил Климов, – я вчера вечером встречался с клиентом, и мне было не до сериала.

– Жаль. Пропустил самое интересное. – И тетушка принялась пересказывать рекламщику содержание серии.

Я собрала волю в кулак и приготовилась к длинному рассказу с комментариями.

– А когда все уже наладилось, появился бывший, ну и, сам понимаешь…

Стас согласно кивнул, отправляя в рот последний кусок блинчика. Слава богу, что серия на этом закончилась, иначе бы я не выдержала. Стас, тем не менее, задал тетушке еще пару вопросов, на которые та охотно ответила. Затем в разговоре наступила пауза, и я поняла, что пора поговорить о вещах более существенных.

– Стас, а чем отличается личный сайт от сайта-визитки?

– Много чем. Если хочешь, сейчас установим его, и я тебе все расскажу.

Рекламщик уже допил кофе, и на кухне ему делать было больше нечего.

– Тогда пошли ко мне, – пригласила я, ставя пустую чашку на стол.

– Пошли.

Климов поднялся со стула, намереваясь отправиться в мою комнату. Я пошла вперед, чтобы включить компьютер, а тетя Мила перехватила Стаса на полдороге и начала задавать ему вопрос за вопросом, на которые он терпеливо отвечал. В общем, прошло еще минут пятнадцать, прежде чем рекламщик появился в моей комнате.

– Тебя это не напрягает? – спросила я, имея в виду тетушкину болтовню.

– Нет, нисколько, – невозмутимо ответил Стас, вынимая из кармана флешку. – Ты уже купила домен?

Я не выдержала и засыпала рекламщика жалобами. Да, я готовилась к его приходу, да, я купила домен и с нетерпением ждала появления своего приятеля.

– А ты пришел и первым делом занялся болтовней с тетей Милой. Неужели ее расположение тебе дороже нашей дружбы?

Мой голос предательски дрогнул, выдав меня с головой. Стас округлил глаза и тихо спросил:

– Ты на меня обижаешься?

– Нет, но скоро начну, – ответила я, стараясь не давать воли эмоциям.

– Тетя Мила так одинока, – начал Климов, – мне просто хочется хоть чем-то ее порадовать.

Я горько усмехнулась.

– Тетя Мила одинока! Да она постоянно общается то с соседками по подъезду, то с подружками по телефону. К ней часто приходят в гости ее сверстницы, она каждый вечер гуляет во дворе или смотрит сериалы, если на улице плохая погода. Так что одинокой ее никак не назовешь.

Я почувствовала, что в моем голосе появились нотки возмущения.

– Ей нужен по-настоящему близкий человек, – сказал Климов таким тоном, что мне стало совестно. – Соседки и давние приятельницы не в счет. Надеюсь, ты уже большая девочка, чтобы понять это самостоятельно. Давай, вылезай из-за компьютера.

Я молча освободила кресло и присела рядом на стул. Стас, оказавшись в своей стихии, быстро скачал готовый сайт на компьютер и через пару минут объявил, что все готово.

– Вот, можешь полюбоваться на него. Он уже в Сети, – сказал рекламщик, откинувшись на спинку кресла.

Я критически осмотрела собственный сайт, который должен был стать моим лицом в Интернете. В принципе меня все устраивало, но в глубине души я хотела чего-то большего и сказала об этом Стасу.

– Большее за спасибо никто делать не будет, – ответил он откровенно, – и это пришлось выпрашивать. Здесь вся информация о тебе. Что еще нужно? Фото в бикини? – Он лукаво улыбнулся.

– В бикини – перебор, – созналась я. – Как-то одна моя знакомая выложила на сайт такое фото. В итоге ей посыпались совершенно другие предложения, не связанные с охраной клиентов.

– Вот и я о том же. А для того чтобы тебя нашли те, кому нужен именно телохранитель, сайта-визитки вполне достаточно.

Стас уже собрался закрыть окно, но в этот момент в углу страницы что-то замигало. Он быстро кликнул мышкой на значок, и в центре страницы появилось сообщение: «Нужен телохранитель-женщина для жены с ребенком». Дальше был указан номер телефона и электронный адрес.

– Я же говорил, что все сработает! – ликовал Стас. – Теперь у тебя от клиентов отбоя не будет! – Он выразительно постучал пальцем по тексту сообщения.

– Монитор не опрокинь, – проворчала я с улыбкой.

– Запиши телефон, – сказал рекламщик, – и скажи спасибо.

– Спасибо, – машинально ответила я, набирая незнакомый номер. – Алло! Это Евгения Охотникова. Вы оставили сообщение на моем сайте. Я частный телохранитель.

– Добрый день! – послышалось в трубке. – Я случайно наткнулся на ваш сайт. Вы действительно учились в закрытом заведении и владеете всеми навыками, которые упомянуты в списке?

– Да, это так.

– И бывали в горячих точках? – без тени иронии спросил мужчина.

– Приходилось.

Обычно когда интересуются, бывала ли я в горячих точках, это значит, что охрана клиента сопряжена с риском. Ну что ж, не в первый раз.

– Меня зовут Алексей. Я в Тарасове недавно, но у меня уже появились некоторые проблемы. Надеюсь, вы понимаете, какого рода. Вас не затруднит приехать ко мне в офис?

– Конечно, нет. Говорите, куда и в какое время.

Оставалось надеяться, что при встрече клиент будет разговорчивее. А пока я записала номер дома, улицу и отправила телефон в список адресов.

– Назначил встречу? – полуутвердительным тоном сказал Стас. – Видишь, как это хорошо работает? – Рекламщик был доволен результатом. – То ли еще будет.

– Посмотрим, – откликнулась я без особого энтузиазма. – Этот клиент случайно наткнулся на мой сайт. Такого может больше и не случиться.

– Видно будет, – Климов вылез из-за компьютера. – Пока ты разговаривала, я подключил одну опцию. Теперь все сообщения с сайта будут появляться у тебя в почте. Надеюсь, ты получаешь уведомления на телефон?

Я молча кивнула. Теперь моя голова была занята предстоящей встречей с потенциальным клиентом. Меня больше не интересовала разница между личным сайтом и сайтом-визиткой. Практика показала, что эта разница не столь существенна.

– У тебя еще есть ко мне вопросы? – спросил рекламщик, посмотрев на часы.

– Если будут, я тебе позвоню, – машинально ответила я, подходя к шкафу с одеждой.

Мне нужно было надеть что-то такое, что будет удобно и на сеансе психотерапии, и на встрече с будущим клиентом.

– Ты хотела знать, чем отличается персональный сайт от сайта-визитки, – напомнил Климов, но я только махнула рукой:

– Успеется.

Стас покачал головой и пробурчал что-то себе под нос.

– Тогда я, наверное, пойду, – сказал он вслух, направляясь к выходу из комнаты.

– Забегай, когда будет время, – ответила я, открывая шкаф и пристально изучая его содержимое. – Кстати, я еще не поблагодарила тебя за сайт.

– Но ты же накормила меня блинчиками, – улыбнулся рекламщик.

– Не я, а тетя Мила.

– Какая разница? Главное – внимание.

Стас поднял указательный палец, но я уже не смотрела в его сторону, полностью поглощенная выбором универсального наряда, уместного не только в кабинете Кати. Стас покачал головой: «Ох уж эти женщины!» – и вышел в прихожую.

– До свидания, тетя Мила! – сказал он в сторону кухни и, надев куртку, покинул квартиру.

* * *

Катя – точнее, Екатерина Анатольевна Крылова, бывший психиатр и нарколог, – открыла свой кабинет психологической помощи недавно. Умные люди подсказали ей, что сумасшедших и наркоманов, конечно, хватает, но из них мало кто обращается за советом к специалистам. Чаще их привозят на «Скорой» в соответствующие заведения, где лечат под неусыпным надзором санитаров-охранников и видавших виды медицинских сестер. Нормальные же люди, попавшие в ненормальную ситуацию, сами ищут врачей. И готовы отдать любые деньги за то, чтобы восстановить работоспособность, здоровый климат в семье или отношения с ребенком.

Поначалу Катя скромничала: брала за прием меньше всех, но работала на совесть, за двоих – как психотерапевт и как психолог. И то и другое у нее получалось легко, и результаты не заставили себя ждать: вскоре из скромного врача частной практики она превратилась в одного из лучших специалистов Тарасова, умеющих справиться и с неврозами, и с подростковой привередливостью.

Теперь ее время было расписано по минутам, и я мчалась к ней на прием, боясь опоздать хоть немного. К счастью, утренние пробки уже закончились, и я припарковалась на стоянке на целых двадцать минут раньше. Все, можно было успокоиться и настроить себя на предстоящий сеанс.

Я не спеша вышла из машины, поставила ее на сигнализацию и, чтобы как-то убить оставшееся до сеанса время, решила пройтись по торговому комплексу, расположенному перед самой клиникой. Этот комплекс выстроили прошлым летом, перекрыв прямой доступ к дверям медучреждения. Главный врач был возмущен беспределом, но ему пришлось смириться: земля, на которой возвели торговый комплекс, была частной собственностью, и с этим ничего нельзя было поделать.

В клинику зачастили рекламщики. От обилия предложений у главного врача началась мигрень. Катя вылечила шефа и посоветовала ему нанять менеджера по рекламе, что он и сделал без промедления. Теперь вывески клиники красовались неподалеку от входа в торговые ряды и на фонарном столбе рядом с перекрестком, а в переулке, образовавшемся после постройки комплекса, стоял массивный штендер с портретом отца-основателя медучреждения.

Кроме того, клиника в срочном порядке обзавелась сайтом, а в местных газетах стали появляться статьи околомедицинской тематики за подписью ведущих специалистов клиники. Одна такая статья попалась мне в той газете, что бесплатно бросают в почтовые ящики. Автор в доступной форме разъяснял народу, какими методами в клинике лечат геморрой. Я тогда вволю посмеялась и предложила тете Миле прочесть статью перед обедом. Но тетушка смеяться не стала. Она спрятала газету для того, чтобы показать ее нашей соседке, тете Вале, за что та была ей очень благодарна.

Внутри торгового комплекса, выстроенного в лучших традициях продуктовых рынков, было светло, чисто и прохладно. Я прошлась вдоль мясных рядов и попала в торец здания, где располагался отдел «Фрукты-овощи». Чего здесь только не было! Разной формы и размеров арбузы, ароматные дыни из Средней Азии, около десятка сортов винограда и столько же яблок, а также инжир, фейхоа, апельсины – всего не перечислишь! В огромных ящиках лежали разноцветный картофель, лук-репка и салатный лук, а еще морковка, свекла, поздние томаты и выращенные под пленкой огурцы.

У меня потекли слюнки при виде этого изобилия, но я сдержалась и прошла мимо. Сейчас не время было возиться с овощами и фруктами: через несколько минут меня ждала Катя, и пакет со всем этим добром в ее кабинете выглядел бы неуместно.

Я посмотрела на часы и поняла, что мне пора. Жаль было уходить из чистенького рынка, где мясные и рыбные деликатесы сами просились в рот. Чтобы не дразнить себя, я вышла в боковую дверь и оказалась прямо перед входом в клинику. Администраторша отыскала мою карточку, я надела бахилы и прошла внутрь.

Над дверью Катиного кабинета горела надпись: «Тише! Идет сеанс». Я села в широкое кресло. Рядом стоял низенький столик с коробкой чая в пакетиках, сахарницей и вазочкой с карамельками. Я машинально взяла одну конфетку и развернула ее. Не знаю, зачем я это сделала, но теперь оставалось только положить ее в рот. В это время надпись погасла. Я быстро прожевала карамельку и пожалела о том, что не налила себе чаю, чтобы ее запить.

Дверь открылась, и из нее вышла женщина средних лет с невозмутимым лицом. Я много раз наблюдала Катиных пациентов, и все они выходили после сеанса психотерапии именно с такими лицами. Я подождала, когда пациентка отойдет от двери, и вошла в кабинет.

– Женечка, здравствуй! – Катя в бледно-желтом халате с зеленой каймой на воротнике сидела у стола и что-то писала в карточке. – Сейчас я освобожусь, и мы поговорим.

– Здравствуй, – пробормотала я запоздало, ища глазами, куда присесть.

– Садись на кушетку. Ты ведь пришла на сеанс?

– Да, – сказала я, присаживаясь на краешек мягкой кушетки, обитой кожей, и удивляясь тому, что Катя не помнит, зачем я к ней пришла. – Сегодня последний.

– Так быстро? – удивилась психолог, закрывая чужую карточку и доставая мою. – Да, действительно, – улыбнулась она. – Как ты себя чувствуешь?

– Нормально.

– Спишь хорошо?

– Отлично.

– Кошмары не мучают?

Я не выдержала и рассмеялась:

– Нет, доктор, я ими наслаждаюсь!

– Я серьезно, – Катя нахмурилась, давая понять, что шутки здесь неуместны.

– Я тоже, – парировала я, с трудом пытаясь погасить улыбку.

– Женя, пойми, у тебя такая профессия, что в любой момент можно ждать нервного срыва. И моя задача его не допустить. А ты мне отвечаешь фразой из анекдота с бородой. Как я должна это воспринимать?

Неужели мои дела так плохи? Или Катя, как всегда, просто хочет заставить меня думать о своем здоровье?

– У меня все в порядке.

– Хорошо. – Она встала из-за стола. – Ложись на кушетку и распусти ремень на брюках. – Подождав, пока я выполню команду, Катя добавила: – И две верхние пуговицы расстегни на блузке.

Я послушно расстегнула все, что она просила, и легла поудобнее. Катя включила спокойную музыку, взяла со стола блестящий стеклянный шарик на шнурке и стала раскачивать его у меня перед глазами.

– Смотри, пока глаза сами не закроются, – тихо сказала она.

Я стала следить за шариком, глаза действительно закрылись сами собой, и мой психолог стала тихо рассказывать мне, как мое тело постепенно расслабляется. Я послушно выполняла ее команды и скоро оказалась в состоянии полусна. Откуда-то издалека доносились Катины слова, заставлявшие меня забыть о пережитом стрессе, в звучавшую мелодию вклинилось щебетание птиц, и я не заметила, как сеанс подошел к концу. Катя вывела меня из гипнотического транса и спросила своим обычным голосом:

– Как ты себя чувствуешь?

– Хорошо, – помедлив, ответила я.

– Негатив ушел?

Хм, если бы. Работа, которая закончилась недавно, никак не хотела отпускать меня. Я охраняла беспутную жену крупного предпринимателя, и за это время мне пришлось пережить не один острый момент. Но самым тяжелым эпизодом стала смерть подростка. Если бы тогда я оказалась рядом! У меня до сих пор стоял перед глазами этот живой, смышленый паренек, не имевший никакого отношения к моим подопечным – он просто оказался не в то время не в том месте. Я пыталась убедить себя, что не могла предвидеть, что преступник бросится на первого встречного, но в глубине души мучилась от мысли, что, честно выполняя свои обязанности телохранителя, допустила смерть ни в чем не повинного человека. В тысячный раз прокручивая все это в голове, я невольно вздохнула.

– Не можешь забыть? Тогда бы я посоветовала тебе чем-нибудь отвлечься. Найди себе хобби. Купи аквариум, разводи рыбок, начни вязать. Делай что-нибудь приятное. И не смотри боевики – это тебе противопоказано. – Катя встала со стула, на котором сидела весь сеанс, и устроилась в кресле за столом. – Давай-ка проведем еще один сеанс. Послезавтра в пять. А потом сделаем перерыв. Иначе ты получишь психологическую зависимость. Будешь потом с любым вопросом бегать ко мне и спрашивать совета. – Она улыбнулась.

– У меня сегодня встреча с клиентом, – сообщила я, садясь на кушетке.

– Новая работа? Откажись! Ты ведь можешь отказаться. Ты частный телохранитель и не обязана охранять всех подряд.

– Я подумаю, – уклончиво ответила я.

Нет, только новая работа поможет мне забыть распростертое на асфальте тело. Аквариумные рыбки – конечно, милые создания, но это не для меня. Мне нужна хорошая доза адреналина – тогда я снова почувствую себя в своей тарелке.

– Как знаешь. Не в моих правилах пугать клиентов, но у тебя сейчас есть все шансы допрыгаться до панических атак, – Катя встала из-за стола, взяла свой молоточек и подошла ко мне. – Давай я проверю твои рефлексы.

Она поочередно постучала по моим коленям и локтям. Потом велела следить глазами за молоточком и стала водить его из стороны в сторону.

– Встань, – приказала она.

Я встала.

– Вытяни руки вперед. Закрой глаза.

Оценив мое состояние, после паузы Катя сказала:

– Ладно, можешь попробовать поработать. Нервная система у тебя крепкая. Но даже самую крепкую нервную систему нужно беречь.

– Например?

– Например, вовремя давать ей отдохнуть, – сказала психолог назидательным тоном.

Ох уж эти мне назидания!

– Катя, ты привыкла к тому, что у всех твоих пациентов нервы не в порядке, поэтому перестраховываешься. Ничего со мной не случится.

Я встала с кушетки и пересела на стул, стоявший напротив Катиного кресла.

– Кто он? – поинтересовалась Катя, имея в виду будущего клиента.

– Пока не знаю, – честно созналась я. – Все будет ясно после встречи.

– Постарайся на этот раз найти что-нибудь поспокойнее, – не унималась психолог. – Возьмись, к примеру, охранять ребенка. Многие мамочки с ума сходят, опасаясь, что чадо могут украсть.

Катя имела очень смутное представление о тех, кто нуждается в телохранителе, и я невольно улыбнулась.

– Чему ты радуешься? – спросила она с подозрением, кажется, угадав мои мысли.

– Настроение хорошее, – как можно беспечнее ответила я, чтобы не обидеть ее. – После твоего сеанса так спокойно.

– Говори начистоту, – потребовала она. – Ты считаешь, что я не могу давать тебе советы?

Я с тоской посмотрела на кипу бумаг, аккуратно сложенную на углу стола, машинально взяла со стола ручку и стала вертеть ее в руках. Катя это заметила и отобрала ручку. Девать руки было больше некуда, и я поняла, что нужно отвечать, – иначе мы с Катей поссоримся.

– Все хорошие советы уже даны, – ответила я банальной фразой.

– И если хочешь помочь, помоги материально, – закончила психолог. – Знаю, слышала много раз. Не юли. Меня волнует только одно: ты собираешься выполнять рекомендации твоего врача? – спросила она строго.

– По обстоятельствам.

– То есть не собираешься?

Я подняла глаза и посмотрела психологу прямо в лицо.

– Катя, пойми: мне нужно отвлечься. А отвлечься я могу только работой. Вязание и фильмы лишь помогают убивать время. Мне нужно снова почувствовать себя полноценным бойцом. Тот случай я приняла слишком близко к сердцу и по-прежнему считаю, что именно я виновата в смерти мальчика. Если бы я не так строго следовала инструкции, парень был бы жив.

– Ты ни в чем не виновата, – твердо сказала психолог. – Это действительно был несчастный случай. Ты не могла ему ничем помочь.

– Я должна была это предвидеть.

– И теперь тебе не терпится убедиться в том, что такое больше не повторится, – догадалась психолог. – Тогда действительно есть смысл заняться работой. Это поможет тебе переключить внимание на реальные события.

– В тебе заговорил психиатр? – обиделась я.

Катя неопределенно улыбнулась и сменила тему разговора:

– Ты у меня была последняя. Давай попьем чайку и пройдемся по торговым рядам. Мне нужно кое-что купить к ужину.

Она встала с кресла и сняла халат. Я посмотрела на часы и ужаснулась: до встречи с будущим клиентом оставалось чуть больше получаса. Я успею только в том случае, если на дороге не будет пробок.

– Ничего не получится, у меня через полчаса встреча, – сказала я с сожалением.

Катя на секунду замерла, но потом посмотрела на мое озабоченное лицо и улыбнулась:

– Хорошо. Как-нибудь в другой раз.

* * *

Дорога до проспекта, где располагался офис моего будущего клиента, была забита машинами в три ряда. Хоть вылезай из «фолька» и иди пешком. Кстати, пешком от Катиной клиники до проспекта минут двадцать спортивным шагом. Не спеша и вразвалочку – сорок минут. Я в очередной раз посмотрела на часы и посигналила передней машине. Из ее окна выглянул полноватый рыжеволосый мужчина и развел руками – мол, а что я могу поделать?

Но вот одна машина в соседнем ряду продвинулась ровно настолько, что я смогла перестроиться и уйти в переулок. Придется сделать солидный крюк, но это будет быстрее, чем ждать, когда настанет мой черед проехать через перекресток. Переулок вел к домам, где можно было проскользнуть по асфальтовой дорожке напротив подъездов. Я знала, что жители этого квартала очень не любят, когда мимо их подъездов снуют незнакомые машины. Но у меня не было другого выхода.

Вырулив из квартала, я свернула в другой переулок, который привел меня к тихой кривой улочке, ведущей прямо в центр города. Хорошо, что этой дорогой обычно никто не ездил: асфальтовое покрытие здесь напоминало лоскутное одеяло. Не знаю, как отцы города до сих пор не догадались отремонтировать здесь дорогу. В прошлом году, казалось, каждый закоулок Тарасова был покрыт новым асфальтом, но улицу с романтическим названием Лунная по непонятным причинам оставили в первозданном виде.

Лунная привела меня почти к самому проспекту, где давным-давно перекрыли дорожное движение. Теперь это был пешеходный бульвар, где между деревьями стояли изящные на вид, но очень прочные лавочки, а из колонок, подвешенных на фонарных столбах, лилась приятная музыка.

Но меня сейчас не радовали ни отсутствие машин на проспекте, ни знаменитая песня из фильма «Телохранитель». Я практически бежала на встречу, разыскивая нужный номер дома. Хуже всего было то, что я знала только имя клиента и адрес офиса. Ни чем занимается мой будущий подопечный, ни его фамилию я спросить не догадалась, и теперь мне в голову лезли нехорошие мысли. Например, что во всем этом виноват Стас, присутствие которого не позволило мне как следует расспросить Алексея.

Не переставая злиться на Стаса, я нашла указанный номер дома и остановилась в недоумении. По адресу, названному моим потенциальным клиентом, расположился шикарный магазин шуб, открытый только в прошлом году. Никаких офисов в этом здании не было.

– Черт знает что такое, – пробормотала я, листая адресную книгу в своем телефоне.

Я нашла номер, с которого Алексей звонил мне утром, и вызвала абонента. Трубку взяли сразу же.

– Добрый день, – сказала я. – Это телохранитель Евгения Охотникова. Вы сегодня утром мне звонили и назначили встречу.

В трубке никто не отозвался. Только мужской голос, обращенный явно не ко мне, издалека говорил кому-то:

– Сонечка, эту шубку отправь курьером в Татищево. Ее берут без примерки, так что предупреди Олега, чтобы захватил с собой терминал.

Внезапно тот же голос рявкнул прямо в трубку:

– Да, я слушаю!

Я повторила свое длинное приветствие.

– Так чего же вы ждете? – воскликнул голос. – Заходите в магазин. Мой офис в конце зала.

Так вот кто мой потенциальный клиент! Я двинулась к нему в офис через шикарно отделанный зал с рядами дорогих шуб. Название магазина я толком не разглядела, потому что меня мало интересовали меха. В шубе ходить мне практически некуда, поэтому я никогда не думала о таком приобретении. Но вид роскошных мехов, переливающихся в свете ламп, заставил меня призадуматься. Скоро зима, и, возможно, у меня появится повод надеть на прогулку одну из этих прелестных шубок.

Я дошла до небольшой застекленной витринки, в которой висела длинная шуба из черного соболя, мельком взглянула на цену и решила, что нужно присмотреть для себя что-нибудь попрактичнее. Например, полупальто из голубой норки. А что? Мне пойдет. В таком я смогу ездить в машине, не опасаясь, что мех вытрется на самом интересном месте.

Представляя, как на мне будет сидеть такое приобретение, я добралась до кабинета потенциального клиента. На табличке рядом с дверью было написано: «Валуев Александр Васильевич». Ничего не понимаю! Клиент сказал, что его зовут Алексей! Выше фамилии красовалось название магазина «Меха Сибири».

Я решительно вошла в кабинет и громко поздоровалась:

– Добрый день!

На меня уставились три пары любопытных глаз. Посреди кабинета, держа в руках коротенькую шубку из соболя, застыла миловидная юная брюнетка с асимметричной стрижкой. Из-за стола, стоящего в углу, на меня смотрел мужчина средних лет в темном костюме и нарукавниках. Но особенно дерзким мне показался взгляд молодого человека чуть старше меня. Он оценивающе окинул мою фигуру, словно пытаясь на глаз определить ширину моей грудной клетки и величину бицепсов. Похоже, это и есть мой потенциальный клиент.

– Мне удобно будет обращаться к вам по имени? – спросила я молодого человека.

– Кравцов Алексей Викторович, – с улыбкой сказал он и протянул мне руку. – Не думал, что вы сразу поймете, кому из нас троих нужен бодигард.

– Это было не так сложно, – заметила я, пожимая теплую сухую руку.

Судя по ответному рукопожатию, на этого человека можно было положиться во всем. В том числе и в личных отношениях.

– Сонечка, ты можешь быть свободна, – произнес Алексей, и девушка бесшумно выскользнула из кабинета.