Сергей Бугримов
Добро пожаловать на Землю!
Сборник фантастических рассказов

Клетка особого назначения

Инспектор криминального отдела уголовно-процесуального департамента галактики Саксон Лютый прибыл обычным рейсом. Это могло показаться несколько странным, учитывая, что он имел полное право воспользоваться спецрейсом индивидуального назначения. Однако тот, кто хоть чуть-чуть знал Саксона, абсолютно не удивился бы. Инспектор Лютый, просто-напросто, игнорировал какие бы то ни было привилегии и с открытым презрением относился к факту незаслуженного выделения из общей массы той или иной личности. Что же касается заслуженного признания, то у него, естественно, были свои кумиры, которых он почитал, и которым искренне по-доброму завидовал. К самому себе же Саксон относился чрезмерно критически. Всякий раз, когда он в уме перебирал собственные пороки, всякий раз их насчитывалось все больше и больше. Он даже отметил как-то, что они, то бишь пороки, плодятся как кролики (домашняя живность, чрезвычайно популярна на некоторых планетах, и очень плодовита). Таким образом, исходя из вышеизложенного, Саксон Лютый, предпочтя элитному суперсервисному перелету путешествие в обществе шумной беснующейся оравы туристов, всю дорогу слушал анекдоты и заливался фальшивым смехом, потому как ни один из анекдотов так, в принципе, и не понял.

Отказавшись от услуг «такси», он взял напрокат одноместный флаер. Аппарат данной конструкции выявился новейшей технологической разработкой, и вполне можно было ожидать некоторых стартовых недоразумений в управлении. Что, в общем-то, и случилось. Прежде чем материализовался дежурный инструктор, Саксон успел сделать в ангаре дополнительных два выхода.

– Вам помочь, сэр? – взволновано крикнул инструктор, уворачиваясь от очередного непредсказуемого маневра флаера.

Наконец Саксон разобрался, более-менее, в кнопках, и укротил непослушную посудину.

– Да нет, спасибо, уже все в порядке. – Он окинул виноватым взглядом зияющие дыры. – Я тут немножко намусорил, и чуть-чуть повредил…

– Да уж, чуть-чуть! – почесал в затылке инструктор. – Аккурат как после стандартного скандальчика с моей женой.

Саксон сочувственно кивнул, в знак мужской солидарности, отмахнулся, желая инструктору всего хорошего, и нырнул в объятия утреннего красного тумана – яркой достопримечательности местной природы.

Вскоре туман рассеялся, однако инспектор не стал отключать автопилот, он полностью отдался лицезрению окружающего пейзажа. А полюбоваться было на что. Вдруг он почувствовал, как выпитые еще на борту звездолета две бутылочки пива конкретно напомнили о себе. Возникла необходимость сделать вынужденную остановку. Живописная зеленая полянка, вынырнувшая из-за горизонта как нельзя более кстати, оказалась, как раз, то, что надо. Саксон перешел на ручное управление и совершил почти мягкую посадку. Флаер отделался всего лишь парочкой лишних царапин.

Патрульная бригада Службы Движений появилась буквально из ниоткуда. Из кустов, поправляя на ходу амуницию, показался смущенный инспектор.

– Здесь запрещено совершать посадку, сэр! – еще издали гаркнул бравого вида офицер, решительно подходя к нарушителю. – А тем более такую, как эта. Посмотрите, во что вы превратили газон! Его будто перерыло стадо диких вепрекрылов! Ваши документы!

– Прошу прощения, – виновато пролепетал Саксон Лютый, протягивая офицеру служебное удостоверение. – Я не знал. Так получилось. Уж очень мне понравилось это место. Неудержимо захотелось вдохнуть полной грудью аромат настоящей красоты. Готов заплатить штраф.

К сему откровенному подхалимажу офицер отнесся абсолютно равнодушно, зато другое обстоятельство заставило его отреагировать несколько иным образом, чем он рассчитывал.

– Думаю, одним штрафом тут не отделаться, – дал блюститель порядка свое заключение, прежде чем вник в информацию, содержащуюся в удостоверении. А как только вник, тут же сразу преобразившись в лице, глухо изрек: – Так вы, говорите, цветочки нюхали?

– Ну, что-то в этом роде, – залился краской смущения Саксон, одновременно с этим пытаясь подавить улыбку, вызванную мысленным сравнением того, как поэтически был охарактеризован сей кусочек флоры, и как он был использован в действительности.

– Ладно, будем считать данный случай недоразумением и ограничимся сугубо устным замечанием, – с явным неудовольствием выдавил из себя офицер. Статус находящегося перед ним нарушителя требовал соблюдать определенную субординацию. Другими словами, с этим типом лучше всего было бы вообще не связываться, а тем более входить с ним в какой бы то ни было конфликт. – В следующий раз будьте внимательней. Пользуйтесь электронным гидом. В частности, разделом «Запрещающие знаки», – и он кивнул на плавающую в ограниченном пространстве магнитного поля шестигранную табличку. – Не смею вас больше задерживать. Всего хорошего!

Офицер возвратил документ, отдал честь, мрачно сверкнул зелеными зрачками, и удалился, оставив на месте своего пребывания лишь свежевытоптанную траву. По ходу движения он махнул рукой, и остальные члены бригады, которые все это время молча наблюдали издалека, так же молча забрались обратно в сверкающую всевозможными разноцветными огоньками патрульную посудину, а затем, последним, исчез в ней и сам офицер.

Саксон Лютый проводил взглядом скрывшийся в низких тяжелых облаках аппарат, после чего загрузил свое тело в флаер и полетел дальше, по своим делам, ради которых, собственно, он и оказался на этой планете, преодолев три четверти галактики.

Зона преступления уже кишела, как местными правоохранительными органами, так и разнокалиберными представителями прессы. И разумеется, что подобный бомонд не могла проигнорировать вездесущая Фрэя Лю, ведущий репортер центрального агентства новостей.

– Ба, кого я вижу! – воскликнула Фрэя. – Сам Саксон Лютый, собственной персоной! Стало быть, я не ошиблась. Дело вырисовывается отнюдь не рядовое. Скандальчиком пахнет, а?!

– Боюсь, что вынужден тебя разочаровать, – спокойно ответил инспектор, натянув на лицо равнодушное выражение. – Вряд ли что-то сенсационное ты выудишь из этого случая.

– Ну конечно! А ты просто проходил мимо, заметил скопление, и решил поинтересоваться, что здесь происходит. Не держи меня за идиотку!

– Ну что ты! Как можно! Соревноваться с природой, которая так виртуозно поработала над тобой – бесперспективно.

– Ты, как всегда, непревзойденно галантен, – фыркнула журналистка.

– А что касается моего появления здесь, то это чисто техническая процедура, – не обращая внимания на стреляющие в него одинокими разрывными зарядами концентрированной ненависти глазки, подытожил Саксон. – Убедиться в том, что и так уже известно, а именно: что произошло обыкновенное рядовое убийство на почве… ну, скажем, недоразумения, и поставить точку. Официально. Вот, собственно, в чем и заключается моя миссия. А теперь извини, я покину тебя. Кажется, это по мою душу, – и он кивнул в направлении, приближающейся со скоростью легкого бега, фигуры.

В принципе, в отношении Фрэи Лю Лютый имел определенную симпатию и не прочь был бы с ней поболтать, однако в силу сложившихся обстоятельств это было сейчас не совсем ко времени. Точнее, совсем не ко времени. Поэтому он поспешил оставить журналистку наедине с ее мыслями и двинулся навстречу фигуре.

«Что-то уж он чересчур возбужден, как для рядового убийства», – пронеслись тем временем мысли в голове у Фрэи. А вдогонку инспектору она не преминула крикнуть: – Надеюсь на итоговое эксклюзивное интервью!

Тот лишь как-то махнул невпопад, что могло означать, либо – «отстань», либо – «посмотрим». А возможно, и то и другое вместе.

– Инспектор Лютый? – выдавила запыхавшаяся фигура, хотя не трудно было заметить, что вопрос этот родился чисто машинально, так, для проформы; спрашивающий прекрасно знал, кто перед ним находится.

Саксон утвердительно кивнул.

– Разрешите представиться. Гристон Топпи. Старший уполномоченный Комитета Галактической Безопасности.

– Очень рад! – ответил Лютый, в манерах стандартного этикета. – А теперь вкратце изложите суть дела. Пока вы не появились, я нес такую ахинею вон той особе, – и оба обратили мимолетные взоры на, стоявшую в отдалении и тщетно пытающуюся уловить хоть слово из их разговора, журналистку, – что самому смешно.

Гристон Топпи повел инспектора к месту событий, а по дороге изложил ему обстоятельства происшедшего.

Некто Хол-Дол Парази, как значилось на браслете, красовавшемся на одной из его конечности (впрочем, вполне возможно, что это не имя, а название чего-нибудь другого), каким-то образом незаметно проник в «Зону-X», подключился к базе данных, и завладел сверхсекретной информацией. При попытке покинуть зону, был обнаружен внешней охраной. На команду «остановиться» и предупредительный огонь вслед за этим никак не отреагировал, а продолжал упорно искать возможность скрыться. Когда все аргументы исчерпались, и появилась реальная опасность упустить беглеца, тот был застрелен.

Поверхностный осмотр тела ожидаемого результата не дал; носителя с украденной информацией не обнаружилось. Повторный осмотр, уже более тщательный, ничего нового не добавил.

После непродолжительных консультаций на верхах, решено было привлечь к этому делу дополнительные силы, в частности, в лице крупного специалиста по расследованию подобных головоломок, коим и является Саксон Лютый.

Протиснувшись сквозь редуты, как назойливых репортеров, тыкающих под нос микрофоны, голофоны, деофоны, и прочие атрибуты записывающей аппаратуры, так и простых любопытных зевак, инспектор, в сопровождении старшего уполномоченного, преодолел последний бастион военизированного оцепления, и нырнул, вслед за своим провожатым, под ограждающую желтую ленточку. После этого и тот и другой с облегчением вздохнули.

– И что, этот ажиотаж так с самого начала и не спадает? – полюбопытствовал Саксон, скептически оглядывая собравшуюся толпу.

– Наоборот, постепенно увеличивается, – с некоторой гордостью ответил Гристон Топпи, что заставило инспектора иронично ухмыльнуться про себя. – Масса желающих запечатлеть труп с разных ракурсов, кто с точки зрения профессионального подхода, а кто исходя исключительно из личных интересов. Дай им волю, они по кусочкам разорвут тело на сувениры.

– Так чего же вы сразу не убрали труп? – высказал свое недоумение Лютый.

– До вашего прибытия приказано труп с места не трогать, – по-военному отчеканил уполномоченный. – Вдруг вам захочется лично осмотреть тело, а заодно, и место, где его настиг роковой выстрел.

– Да что тут осматривать! – Саксон обошел вокруг бесформенной туши, остановился, на секунду задумался… Затем дал окончательное заключение: – В лабораторию его!

В лаборатории мозг Хол-Дол Парази подвергся тщательному сканированию. В процессе этого сеанса Гристон Топпи буквально не находил себе места; он метался из угла в угол, время от времени подскакивая к компьютеру, за которым расположился инспектор Лютый. Тот, в свою очередь, гонял пальцы по клавиатуре и постоянно отгонял уполномоченного, как назойливую муху.

– Ну?… Что там?… Как?… Есть что-нибудь?… – не унимался Гристон Топпи.

Наконец Саксон, тяжело вздохнув, откинулся на спинку кресла.

– Всё, полный абзац!..

– В каком смысле?

– Вот, смотри, – и инспектор опять уткнулся в экран монитора. – Это его мозг. Впечатляет, да? Видишь, участок накапливающей информации заблокирован.

– Что это значит?

– Это значит, что влезть туда невозможно. Я неправильно выразился; не заблокирован, а уничтожен. Мертв. Вместе с телом прекратил свое существование и мозг. Если бы можно было поработать с ним хотя бы спустя несколько часов после смерти, то тогда еще кое-что бы выудили из него. А так, простите, все концы в воду!.. Впрочем, насколько я понимаю, для вас никакой катастрофы не произошло. Если Хол-Дол Парази и украл у вас какую-то важную информацию, то воспользоваться ею те, кто затеял эту диверсионную вылазку, никоим образом уже не смогут.

– А вдруг смогут?! – дрожащим голосом проблеял Гристон Топпи, памятуя о том, что грозит его карьере в случае утечки сверхсекретных данных. – Вдруг у них…

– Что, какие-то новые, еще не известные нейротехнологии?

Уполномоченный утвердительно кивнул.

– Ну так возьмите, просто, да и сожгите тело! Вместе с мозгами, дерьмом, и всем прочим! А потом развейте прах по всей галактике. И все дела!.. А затем, – Саксон иронично улыбнулся, – садитесь и ждите, выплывет ли где-либо какой-нибудь продукт из того информационного сырья, которое у вас стащили, или же вам на этот раз повезло и до следующего раза можно расслабиться. – Он взглянул на страдальческое лицо оппонента и понял, что шутить в данный момент несколько несвоевременно, а попросту, глупо. – Ладно, извини. Что-то я не в тему разошелся. В общем, картина ясна… Вот, только, если…

Саксон замолчал, постукивая пальцами по полированной поверхности стола, застыл на мгновение, а когда вновь ожил, метнулся к клавиатуре и в сопровождении легкого возбуждения принялся нащелкивать определенные комбинации. По мере того как менялись комбинации, возрастало возбуждение. Вскоре старший уполномоченный, которому уже тоже передалось это возбуждение, стал свидетелем бурных эмоций со стороны инспектора, выраженных в откровенно вызывающих жестах и не совсем литературном слоге. Но это был всего лишь мимолетный эпизод.

– Вот это другое дело! Что и требовалось доказать! – более-менее спокойным тоном, совсем не таким, какой был еще мгновение назад, изрек инспектор Лютый. И лишь искорки в глазах продолжали неугомонно прыгать, выдавая профессиональный азарт. – Видишь? – указал он на экран монитора.

– Не понял! – в недоумении воскликнул Гристон Топпи. – Это что?

– Это мозг Хол-Дол Парази.

– Но ведь…

– Да, он несколько изменился. – Саксон почесал мочку уха – характерный жест для него, когда надо пораскинуть извилинами. – Сейчас мы лицезреем настоящий мозг этого существа, крохотный, допотопный, без каких-либо признаков интеллекта. То, что мы наблюдали раньше, была всего-навсего великолепно сконструированная бутафория. Для этого им даже пришлось искусственно увеличить череп бедняги. И получается, что этот разумный с виду биологический объект, всего лишь тупое животное. Остается теперь только выяснить, кто им управлял. Судя по данным, управление могло осуществляться сугубо с близкого расстояния. А ну-ка напрягись, точно никого поблизости не заметили?

Уполномоченный отрицательно покачал головой, но как-то неуверенно, что означало: не исключены варианты.

– Понятно, – рассеянно выдавил из себя Саксон, окидывая взглядом тело Хол-Дол Парази. – А что у него в зажатом кулаке? Какие-то обрывки!

– Это ручка от клетки, – равнодушно ответил Гристон Топпи, поглощенный в размышления по поводу так неожиданно выпорхнувших нюансов. – Вернее, остатки от нее.

– От какой клетки? – удивленно поднял брови инспектор.

– У него с собой была клетка с каким-то зверьком.

– И где же она?

– В амбулатории. Зверька простерилизовали, и теперь думают, что с ним делать дальше. Скорее всего, отправят куда-нибудь в зоопарк. Да ну его! Какая, в конце концов, разница! Я вот думаю…

– Минуточку, – перебил уполномоченного Саксон. – Хочу посмотреть на это чудо природы.

– Да, пожалуйста! – пожал плечами Гристон Топпи и вышел.

Через какое-то мгновение он вернулся, неся клетку, в которой копошилось что-то пушистое. Оно, это пушистое, казалось бы, не обращает никакого внимания на окружающее, а занято непосредственно личной гигиеной, вылизывая розовым шершавым язычком длинную густую шерстку и расчесывая ее миниатюрными коготками.

Саксон взглянул на зверька и загадочно ухмыльнулся.

– Прекрасно! Как раз то, что нужно! Я забираю его. Необходимы какие-то формальности?

– Да, в общем-то… – растерялся уполномоченный, – как для вас, то достаточно всего лишь вашей подписи под протоколом изъятия. Протокол я мигом состряпаю. Но, только, зачем… Впрочем, прошу прощения. Это не мое дело.

– Да нет, ничего! – снисходительно изрек инспектор Лютый, и дабы удовлетворить подсознательное любопытство низшего по рангу уполномоченного, кратко объяснил: – Это сугубо личное. Ищу подарок для своей маленькой дочки. У нее скоро «день рождения». А из этого существа получится превосходная игрушка. Выпотрошить, набить опилками, вместо глазенок вставить два рубинчика, и детской радости не будет границ. А сейчас его надо поместить в морозильник и заморозить. Чтобы игрушка выглядела как можно натуральнее, или, если, образно выражаясь, более живой, исходящий материал необходимо какое-то время подержать в замороженном состоянии. Где тут у вас морозильная камера?

Гристон Топпи явно был шокирован и не сразу нашелся что ответить.

– Вы… это… серьезно?…

– А что, какие-то проблемы? Конечно, серьезно!.. Ну, так, где камера?

– Вон, в углу, – кивнул Гристон Топпи, указывая на серебристого цвета предмет, на котором отражались уродливо забавные фигуры присутствующих. Вытянутая же физиономия уполномоченного была и без того натурально искажена недопониманием. Он все еще не мог поверить в происходящее.

Саксон взял клетку, подошел к морозильнику и открыл его.

Вдруг зверек резко увеличился в размерах, заполнил все пространство своего нынешнего убежища, и явно намеревался увеличиваться и дальше, с целью разорвать клетку и вырваться наружу, однако прутья оказались довольно таки крепкие и выдержали натиск животного, не смотря на все его усилия. Убедившись в тщетности попыток, зверек обмяк, вернувшись к прежнему размеру. А когда инспектор Лютый, сделав вид, что, якобы, не заметил все эти преобразования, и, продолжив начатое, почти уже поместил клетку в морозильник, из нее донесся душераздирающий возглас:

– Стойте! Не надо!..

– Это другое дело, – удовлетворенно сказал Саксон, поставив клетку обратно на стол, и лукаво подмигнул уполномоченному. – А теперь давай, рассказывай! – Обращение, естественно, относилось к зверьку. – И учти, морозильник еще остается в силе. Это на тот случай, если ты вдруг что-то забудешь.

И когда же вас впервые посетила догадка об истинном положении вещей? – позволил себе Гристон Топпи обратиться с подобным вопросом к инспектору, когда они шли по длинному коридору, направляясь к выходу.

– Как только я услышал про клетку, – ответил Саксон. – А уж когда я увидел обитателя этой клетки, все сомнения отпали… Впрочем, вру, не совсем. Кое-какие сомнения остались. Эта раса только недавно вошла в Объединение. Я лишь мельком как-то наткнулся на нее в каталоге. С живым же представителем сего общества я сталкиваюсь впервые. Очень своеобразный вид. В зависимости от обстоятельств с легкостью изменяет собственные габариты до восьми – десятикратных размеров. Если бы наш клиент вырвался из клетки, не исключено что могли бы возникнуть проблемы. А тот симпатяга, которого пристрелили, Хол-Дол Парази, всего-навсего домашнее животное, управляемое с помощью телепатии. Неплохо было задумано! Закосить под безобидное несмышленое существо, выбрать удобный момент, и поминай, как звали!.. А на твой вопросительный взгляд, что я могу ответить: сотрите сначала из памяти всю информацию, которую он украл, а затем подчистите все остальное; оставьте ему лишь воспоминания детства, и кое-что нейтральное, абсолютно не связанное с его шпионской деятельностью. Может тогда он воспользуется шансом ступить на более достойный жизненный путь. Хотя…

У выхода их поджидала Фрэя Лю, каким-то образом умудрившаяся незаметно просочиться сквозь оцепление.

– Как я и предполагал, ничего сенсационного, обыкновенный несчастный случай, – сразу охладил пыл журналистки инспектор, одновременно заручившись поддержкой уполномоченного, который молча кивнул в знак подтверждения данного факта. – Так что, извини, что не оправдали твоих ожиданий. Как-нибудь в следующий раз.

Фрэя Лю фыркнула, промурлыкала себе под нос несколько нелицеприятных эпитетов, и, углубившись в профессиональные размышления, еще долго глядела вслед удаляющейся парочки, даже после того, как той уже и след простыл.

Гристон Топпи перемахнул через турникет и, запыхавшийся, подбежал к Саксону, направляющемуся к посадочному эскалатору.

– Ух, еле успел! Вот, возьмите! Это для вашей дочки, – протянул он инспектору огромную коробку, перевязанную яркими разноцветными лентами.

– Спасибо, дружище! – последовал в ответ отрицательный жест. – Только у меня нет дочери. Я еще не женат. Эта версия предназначалась индивидуально для нашего подопечного, и только для него; расчет на более конкретизированный акцент.

– Понятно, – смущенно пролепетал уполномоченный, беря коробку подмышку. – А если бы он… ну… это… не признался, вы бы его… того?…

– А ты как думаешь?

– Я думаю, что…

– Ты правильно думаешь, – улыбнулся инспектор и по-приятельски хлопнул уполномоченного по плечу. – Ну, будь здоров! – И Саксон Лютый поспешил к звездолету.

Вынужденная остановка

Дози лежал в высокой мягкой траве, абсолютно счастливый, и наблюдал, как проплывающие над ним облака демонстрируют ассортимент перевоплощений. Вот он распознал отдаленные черты своего учителя по молемграфии (правильное поглощение пищи в экстремальных условиях). Улыбка обнажила острые желтые зубки Дози, а из хобота вырвался трубный смех. А вот облако вылепило из себя Архит, прелестное создание с чешуей редкого золотистого отлива, по которому, с недавних пор, сохнет его юное романтическое сердце.

На мгновение показалось, что по ее щеке покатилась слезинка. Да нет! Не показалось!.. В самом деле… Скатилась и полетела вниз. Дози зачарованно смотрел, как слезинка стремительно несется на него, неумолимо увеличиваясь в размерах…

Но вот она визуально превратилась в какой-то летающий металлический хлам, который, блеснув проступающей местами ржавчиной, явно имея проблемы с системой торможения, наполовину зарылся в песок, издав при этом короткий жалобный писк.

Дози еще только собирался испугаться, и почти уже подошел к начальной стадии этого процесса, но тут, сначала звук срывающегося с петель люка, а затем добравшийся до его слуха ласковый нежный голосок отложили посещение сего состояния на неопределенный срок.

– Вилт, какого черта! Ты долго еще будешь на мне лежать?

– Сейчас, потерпи, нога застряла. Не могу вытащить. Так… так… еще немного… Наконец-то! Выползай!

Джебра выпорхнула из космического аппарата, если можно было так назвать это летающее недоразумение, и одарила лучезарной улыбкой местное существо, вытаращившееся на нее всеми своими тремя огромными глазищами.

– Привет, малыш!

– Здравствуйте, – еле слышно проблеял Дози, лихорадочно пытаясь вспомнить пройденный материал школьной программы, где изучался именно этот разумный вид.

– Извини за бестактность, – поправила Джебра свои длинные распущенные волосы, – но не подскажешь: куда это мы приземлились?

– В долину мертвых ветров, – гордо ответил Дози.

– Звучит конкретно, – заметила Джебра, стараясь уловить хоть малейшее дуновение ветерка. Попытка оказалась тщетной. В принципе она согласилась с определением данной местности, хотя, если бы ей самой пришлось давать название этому клочку суши, она нашла бы более подходящий оборот, исходя из несколько парадоксального явления, когда зыбучие пески вполне сносно соседствуют с плодородной землей, усеянной сочной высокой травой.

– Ты не совсем понял, – показалась голова Вилта – Как называется эта планета?

– Планета?! – растерялся Дози. – Ну… как ее… А! Лохис.

– Кажется, мы немного не долетели, – констатировала Джебра, разочаровано глядя на поломанный ноготь указательного пальца. – Сколько осталось?

– Да, в общем-то, ерунда, – пожал плечами Вилт, – только не на этом корыте. Его теперь можно использовать, разве что для опрыскивания огорода. Что будем делать?

– Для начала не мешало бы отдохнуть и привести себя в порядок. – Джебра бросила многозначительный взгляд на Дози. – Ну, как, малыш, пригласишь нас в гости?

Дози аж подпрыгнул от радости, что со стороны выглядело довольно таки комично.

– Да, конечно! Мама будет очень рада!

– Я так понимаю, что вон тот шикарный замок и есть твое родовое гнездо? – Вилт кивнул в направлении одиноко стоящего, вполне приличного двухэтажного домика.

Дози лишь утвердительно хрюкнул и побежал. На полпути обернулся и крикнул:

– Я только маму предупрежу!

В скором времени Вилт уже уплетал за обе щеки разнообразные блюда местной кулинарии, абсолютно не интересуясь, что из чего приготовлено. И наверно правильно сделал, иначе его желудок мог бы устроить такую революцию, узнав подробности, какой мерзкий отвратительный вид имел при жизни тот или иной кусочек, аппетитно предлагающий сейчас себя съесть, где ползал и чем питался, что без генеральной уборки, а то и капитального ремонта, вряд ли обошлось бы.

Джебра, мгновенно найдя общий язык с хозяйкой, носящей красивое бархатное имя Проторея (рожденная для любви), вошла в ее душу, как в открытую дверь.

– Дози такой славный! А где его отец?

Проторея трубно всхлипнула, потянулась верхним щупальцем к вороху, сваленного в кучу постиранного белья, выудила полотенце, или, скорее всего, носовой платок, и вытерла струившиеся в три ручья слезы.

– Он погиб… Мой Квардарот!.. Как-то Эйг, которого Квардарот считал своим другом, под каким-то предлогом заманил его на одну из планет «Звезды Дьявола» и продал саттанам в зоопарк. Вырученных денег ему хватило, чтобы открыть здесь казино. Теперь Эйг богатый и влиятельный. А Квардарот… При попытке к бегству сорвался со скалы и разбился… Даже похоронить не удалось. Его останки, там же, приобрел ближайший ресторан. И теперь из моего Квардарота делают битки, жаркое и… – Проторея разрыдалась, не в силах больше ворошить этот трагический отрезок своей жизни.

Джебра, как могла, принялась утешать ее, не смотря на то, что сама еле сдерживала вырывающийся наружу праведный гнев.

Вилт, добравшийся уже к этому моменту до десерта, сначала пропустил мимо ушей долетевший негромкий хлопок и последовавший за ним прерывистый гул, но в следующее мгновение вскочил, при этом, чуть не перевернув стол, и выпрыгнул в распахнутое окно; пользоваться дверью, как и положено порядочным особям, было некогда.

Причиной прерванной трапезы оказался Дози, который решил, наконец-то, воплотить мечту в реальность и побывать внутри космического аппарата. Оставив взрослых с их взрослыми проблемами, он, спустя минимальный промежуток времени, уже, устроившись в штурманском кресле, с непередаваемым восторгом дергал за рычаги, щелкал тумблерами и нажимал разноцветные кнопочки, имитируя голосом звук запущенных двигателей. И каково же было его удивление, резко перешедшее в панику, когда двигатели, в ответ, сымитировав его голос, запустились и подняли аппарат в воздух. Тут уж пошли в ход все щупальца, хобот и даже хвост.

Вилт застыл как вкопанный, с замирающим сердцем лицезря шокирующие маневры своей «летающей сковородки». Он и не подозревал, что она может вытворять что-либо подобное. Многие военные асы могли бы позавидовать такому непредсказуемому пилотированию. Попробуй сбить врага, когда он действует вопреки всем законам логики!

– Тормози!!! – заорал Вилт, видя, как сковородка, набрав высоту, камнем ринулась вниз. – Фиолетовая кнопка! Слева! – продолжал надрываться Вилт, как будто бы Дози действительно мог его слышать.

Как бы там ни было, а перед самой землей аппарат резко сбавил скорость падения и плюхнулся на песок.

Когда Джебра, Проторея и Вилт прибежали к месту происшествия, их встретила довольная физиономия Дози, вывалившаяся вместе с телом через аварийный выход.

– Мама, ты видела?! Я летал! По-настоящему! И ни капельки не испугался!

– Так уж и ни капельки? – начиная понемногу успокаиваться, натянула ироническую улыбку Проторея. – А хвост, почему позеленел?

– Да это… Ну… В общем… Не знаю, – смутился Дози. – Может, съел что-то не то за завтраком.

– Вы уж извините! – засуетилась Проторея, обращаясь к гостям, вернее к Джебре, потому как Вилт в это время наматывал круги вокруг «сковородки» и любовался свежими вмятинами. – Я оплачу ремонт. У меня есть кое-какие сбережения.

– Не волнуйтесь. Мы решим эту проблему по-другому. – Вилт подошел к Дози. – Когда твой «день рождения», малыш?

– Да вот был, полтора цикла назад, – удивленно ответил тот.

– Стало быть, совсем недавно, – уточнила Джебра, моментально сообразив, о чем идет речь. Сообразив и тут же одобрительно кивнув.

– В таком случае, прими от нас в подарок это летающее чудо! – торжественно провозгласил Вилт и потрепал Дози по заросшему жесткой растительностью загривку.

– Ух, ты! – вспыхнули ослепительной радостью три детских огромных глаза. – А вы не шутите? И я прямо сейчас могу полететь к Архит?!

– Думаю, Архит не обидится, если ей придется немножко подождать, – опередила Джебра беспокойство Протореи, – пока ее кавалер освоит управление этой техникой.

– Ты же не хочешь быть носителем глобальных разрушений, выбирая место для парковки, и оставить Архит и многих других под открытым небом, – подключился Вилт к рациональному воспитанию представителя юного поколения.

– А как же вы? – спросила Проторея. – На чем отсюда будете выбираться? Проката у нас тут нет. Разве что купить какую-нибудь посудину. Но здесь за нее столько запросят, что мало кому придется по карману.

– Ерунда! – отмахнулся Вилт. – Был бы аппетит, а пища найдется. Есть какое-то место, где собирается всякий космический сброд?

– Конечно! Казино Эйга.

– Эйг, это не тот, который… – нахмурилась Джебра.

– Он самый, – холодно ответила Проторея.

– Кажется, мы нашли, чем занять сегодняшний вечер, – хлопнул в ладоши Вилт. – Давненько я не ставил казино в позу «испуганного страуса».

– В позу кого? – проснулось детское любопытство Дози.

– Да есть такая птичка на одной далекой планете, – потрепала Джебра малыша за лохматое ухо.

– А как она выглядит?

– Кто, птичка?

– Да нет, поза, – выплюнул свою непосредственность Дози.

– Не так эстетично, чтобы вводить в заблуждение сейчас этим твою ранимую натуру, – пришел Вилт на помощь смутившейся, было, Джебре. – Давай-ка лучше займемся уроками пилотирования, пока есть еще немного времени.

Проторея и Джебра отправились в дом, дабы не мешать мужчинам заниматься мужским делом.

Зу Тар сидел в своем рабочем кабинете и сосал из трубочки контрабандный напиток из медуз. Не далее как вчера его таможенники накрыли целую партию этого редчайшего товара.

За дверью послышалась какая-то возня, и через секунду на пороге материализовался его помощник Анар Орг. Зу Тар в этот момент как-то неудачно потянул жидкость, и она пошла не в то горло. Дикий кашель извергнулся из глотки начальника, заставив задрожать весь кабинет, а вслед за кашлем выстрелила струя желтой слизи, изрядно обдав подчиненного. Анар Орг, по стойке смирно, спокойно облизнулся полуметровым языком и доложил:

– Мелаграмма, сэр. От галактического департамента юстиции.

– Ну… кх… и что… кх… их интересует? – выдавил Зу Тар, пережевывая остаточные признаки кашля.

– Ориентировка вот на эти личности, – протянул Анар Орг полученные данные.

– Что ты мне суешь! Читай!

– Слушаюсь, сэр! Джебра Моут и Вилт Хабар. Разыскиваются правоохранительными органами двенадцати галактик. Общая сумма объявленных наград за их поимку составляет более пяти миллионов космо. Всякий раз, как только удается напасть на след этой парочки, она, каким-то образом, находит лазейку и исчезает. Есть основания полагать, что в данный момент Джебра Моут и Вилт Хабар находятся в пределах нашей юрисдикции, – по-военному отрапортовал Анар Орг.

– Что-то знакомое, – задумчиво протянул Зу Тар. – Это, случайно, не те супчики, которые умудрились продать колонистам несуществующую звездную систему?

– Так точно, сэр! Громкое было дело! А еще всплывает в памяти афера с планетой аттракционов, в которую инвесторы вложили уйму средств, а в итоге получили две деревянные качели времен раннего христианства и допотопную убогую карусель среди мертвых одиноких скал.

– И что ты думаешь по этому поводу? – с оттенком огорчения спросил Зу Тар.

– Думаю, надо поднять все наши силы, взять под контроль буквально каждую щель и…

– И что? – криво ухмыльнулся Зу Тар. – Стать посмешищем на всю округу? Чтобы в радиусе пятидесяти парсек слагали байки, как смазливая парочка аферистов оставила нас в дураках. А, ты думаешь, а вдруг нам повезет, мы их поймаем и получим обещанную награду! Ха! Как бы ни так! Помнишь того маньяка, с планеты Притон?

– Ну…

– Что ну?! Сколько времени и сил я потратил, прежде чем надеть на него наручники! И что?! Где обещанные сто тысяч? Вон они, висят на стене, в виде грамоты. Ах да, совсем забыл! Еще дешевые протонные часы, которые я пропил на следующий же день. И ради этого рисковать своей задницей, своим имиджем?! Нет уж!

Зу Тар настолько увлекся процессом негодования, что не заметил, как сжевал не только трубочку, из которой потягивал напиток, но и пластиковый пакет из-под этого напитка.

Анар Орг подождал, пока шеф не проглотил последнюю порцию пластика, и лишь затем осторожно спросил:

– Так что же будем делать?

– Ничего, – махнул огромной лохматой лапой Зу Тар. – Ты зарегистрировал прием мелаграммы?

– Нет, конечно. Без вашего разрешения не имею права, – вытянулся в струнку Анар Орг.

– Молодец! Хорошо усвоил мои порядки. – Зу Тар хитро прищурился. – А ну-ка, сможешь угадать мой следующий приказ?

– Включить аварийную систему «сквозняк», – тут же нашелся подчиненный, давно уже научившись подстраиваться под разнокалиберные причуды начальника. – Мелаграмма улетит себе дальше, как будто и не задерживалась у нас. А в департамент придет сообщение, что такое-то отделение гиперсвязи, то бишь наше, находится на профилактике и доставка почты, на ближайшее время, осуществляется транспортным образом. А это процесс долгий. И к тому моменту, когда прибудет следующая депеша, Джебра Моут и Вилт Хабар будут уже далеко за пределами наших владений.

– Я всегда знал, что из тебя выйдет толк, – удовлетворенно изрек Зу Тар. – Все разложил по полочкам. Добавить практически нечего. И претензий к нам предъявить не за что. Заурядные технические обстоятельства. Так что, действуй!

– Есть, сэр!

– Да, и кстати, – уже у самого выхода, как бы, между прочим, остановил шеф подчиненного. – Если вдруг, случайно, вышеозначенные особи появятся на нашем горизонте, то сначала надлежит их тихо основательно упаковать, а уж только после этого поднимать шум.

– Я понял, сэр. Не беспокойтесь. Если что – наша репутация не пострадает.

– Хорошо, иди, – расслабленно откинулся Зу Тар на спинку кресла. – И скажи секретарше, пусть принесет еще пакетик с напитком, а заодно и выбросит пустой… А где же он?… Странно!..

Внешне убогое казино, внутри, тем не менее, имело довольно таки пристойный вид. Современное фотонное освещение великолепно сочеталось с завораживающим открытым огнем древних восковых свечей. Телепатическая прислуга по первому мысленному желанию появлялась перед клиентом в том виде, в каком он желал ее видеть, и с теми напитками и закусками, кои соответствуют его вкусу и пищеварению. Отдельные кабинеты для карточных игр распределялись по двум категориям: «общие» и «специальные». В «общих» собирался обыкновенный нормальный контингент; если кто-то попадался на нечестной игре, получал по полной программе и полуживой, если, конечно, повезет, потому, как частенько доходило до летального исхода, выбрасывался из казино. А вот как раз «специальные» и предоставлялись в полное распоряжение шулерам, и тем, которые себя таковыми считают. Тут уж они могли полностью показать свое мастерство, опустошая толстые кошельки друг друга. И ни какие претензии здесь не рассматривались. Любой вспыхнувший инцидент мгновенно пресекался в довольно таки жестком порядке. А порядок этот во всем заведении обеспечивали ушуи, наемники с планеты «Рэп», при скудном интеллекте славившиеся преданностью и исполнительностью.

Ну, и естественно, нельзя было обойтись в казино без рулетки, при виде которой Вилт сразу же приободрился:

– Как раз то, что надо! – шепнул он на ухо Джебре. – На этой допотопной рулетке я раздену их до нитки. Подожди, я сейчас. – И Вилт исчез за дверью мужской комнаты.

Снял зубную платиновую коронку, выудил из нее пинцетом микроскопический магнитный кристалл, вставил его в перстень и зафиксировал. Вышел обратно в зал, подмигнул Джебре, и направился к выбранному уже для себя месту игры.

Крупье махнул щупальцем, и шарик пустился по кругу.

Джебра коротала время в баре. Дымила синтетическим ароматизированным табаком, выпуская тонкие розовые колечки, потягивала мелкими глотками дорогой коньяк, и время от времени украдкой поглядывала, как там дела у Вилта. Пока все было спокойно.

– Скучаем?

Джебра медленно подняла глаза. Перед ней стояло лохматое ухмыляющееся существо с разноцветными зрачками и загнутым кверху рогом. Девушка не помнила, к какой народности относится сие явление, да, в общем-то, она и не старалась вспомнить. Ей абсолютно это было безразлично, как, впрочем, и сам объект лицезрения. Поэтому она, ничего не ответив, тут же забыла о существе и вернулась к прерванному курительно-коньячному удовольствию.

– Вижу, я здесь лишний, – нисколько не смутился отвергнутый кавалер. – И все-таки разрешите угостить вас чем-нибудь. Кстати, меня зовут Анар Орг.

– Елена Троянская, – выплюнула Джебра первое, что пришло в голову.

– Очень приятно, – продолжал демонстрировать вежливую бестактность Анар Орг, усаживаясь напротив. – Так что вам заказать?

– Тарелочку вечерней зари и бокал утреннего тумана, – улыбнулась про себя девушка, вспомнив кое-что из своего романтического прошлого.

– Боюсь показаться некомпетентным, но я не помню в здешнем меню наличие подобных яств. Из каких компонентов приготовлено, ну, хотя бы, вот это, как вы сказали… вечерняя заря?

– Из самых, что ни на есть, натуральных, – обдала Джебра собеседника ароматным дымом. – Настолько натуральных, что ни заменишь ни чем другим. Поэтому вряд ли в этой залетной дыре смогут удовлетворить этот мой маленький каприз.

– И все-таки я попробую узнать, – вскочил Анар Орг. – Возможно не все залетные дыры такие уж безнадежные.

– Расслабься, сядь! – охладила Джебра пыл несанкционированного поклонника. Ей совсем не улыбалось сейчас привлекать к себе внимание. – Этот заказ способна выполнить только сама природа. Да и то, далеко не везде.

– Кажется, начинаю понимать, – снова уселся Анар Орг и подозвал официанта.

Внушительная дребезжащая масса, размахивающая восемью конечностями, тут же выросла у столика. В отличие от прислуги, обслуживающей клиентов находящихся непосредственно в процессе игры, официант бара не обладал телепатическими способностями, а потому вопросительно застыл в ожидании заказа.

– Значит так, – пошкрябал Анар Орг свой чердак. – Принеси даме еще одну порцию той бурды, которую она уже допивает, а для меня организуй-ка маринованные лапки ядокрыса и бутылочку концентрированной плазмы номер пять.

Не успел кондиционер втянуть специфический запах официанта, как тот уже вернулся с заказом.

Сначала Джебра отставила коньяк в сторону, опасаясь, как бы дополнительная порция не оказалась лишней, но, увидев как Анар Орг, орудуя языком, разбирается с маринованными лапками, чавкая и брызгая слюной, она залпом влила в себя спиртное и глубоко затянулась табачным дымом. В результате, заключительную часть трапезы девушка воспринимала уже совершенно спокойно.

Разделавшись с лапками, Анар Орг вылизал блюдо, запил все это дело живительной прохладной плазмой, и громко смачно отрыгнул, выражая, таким образом, полное удовлетворение.

– Эх, хорошо! – пробасил он, с блаженством откидываясь на спинку стула и поглаживая волосатый живот. – Обожаю вкусно поесть! Как-то был на одной заброшенной планетке… Название не помню… Так там меня накормили такой гадостью! Я специально запомнил несколько названий. Телячьи котлеты, голубцы, яблочный пирог, салат их соленых огурцов, молочный коктейль, жареный хек, и еще что-то. Чуть не кончился! Не запей я все это дерьмо керосином, точно отбросил бы копыта.

– Не удивительно! – рассмеялась Джебра. – Если бы я прогнала через свой желудок все эти блюда в таком же порядке, думаю, результат был бы аналогичный. Вот только насчет керосина я бы воздержалась. В отличие от тебя, меня он наоборот, доконал бы.

– Может заказать тебе еще выпить? – любезно предложил Анар Орг. – Раз уж пошла такая доверительная беседа, чего просто сидеть.

– Давай! – без колебаний согласилась Джебра, находясь уже, как не трудно было догадаться, под определенным влиянием алкоголя.

В это время мимо столика проползло что-то мыслящее.

– Фью-эль! – окликнул это «что-то» Анар Орг. – Куда так спешишь?

– А, привет! – прозвучал в ответ бархатный приятный голос, совсем не вязавшийся с внешним видом. Очевидно, природа иногда создает тот или иной образ из оставшегося материала, чтобы не пропадал. – Да понимаешь, сигнализация замучила! Третий раз срабатывает неизвестно из-за чего. Сейчас выключу ее совсем. Достала! Намедни такую кралю снял, закачаешься! Назначил здесь романтическое свидание. А эта зараза пищит в самый неподходящий момент!

– Как я тебя понимаю! – разразился диким хохотом Анар Орг. – Торопись, а то твою ненаглядную, чего доброго, успеют увести.

– Пусть только кто-нибудь попробует! Разложу на атомы! – крикнул Фью-эль, покидая пределы видимости.

– Какой забавный, – заметила Джебра, растягивая тонкие губы в хмельной улыбке. – Но я так и не поняла, какие у него проблемы.

– Ерунда, – махнул лапой Анар Орг. – Противоугонное устройство его звездолета, очевидно, вышло из строя. А он так хвастался! Последняя модель! Самая-самая!..

Джебра собралась, было уже, более глобально развернуть тему противоугонных устройств, в которых она, по правде сказать, разбиралась не лучше, чем какой-нибудь хищник в клубничном джеме, но тут ее внимание привлек удивленный возглас и последовавший за ним нарастающий гул из той части игорного зала, где находилась рулетка. Девушка сразу вспомнила, что в отличие от Фью-эля у нее вовсе не романтическое свидание, а ответственный пост наблюдения и, если понадобится, организация прикрытия. А она уже тут наклюкалась и разводит базары с двумя рогатыми мордами напротив.

Вилт распихал пачки банкнот по карманам и направился к выходу, легким кивком головы подавая знак напарнице, что пора «делать ноги».

План был до банальности прост: раздобыть денег, нанять какую-нибудь посудину и убраться из этой дыры.

Денег раздобыли, осталось лишь найти транспорт.

– Ну, мне пора, – поднялась Джебра из-за столика, чувствуя хмельную расслабленность в ногах и некий ералаш в мозгах.

– Ошибаешься, – мгновенно заменил Анар Орг любезную улыбку на злобную усмешку. – Наше знакомство только начинается. И попрошу без глупостей, Джебра Моут!

Тут же за ее спиной выросли два точно таких же чучела, что и то, которое с торжествующим видом стояло сейчас перед ней.

Но они не представляли, с кем связались. Так, отдаленно, в общих чертах.

В мгновение ока хмель выветрился, и расплывчатая физиономия Анар Орга сфокусировалась в одно целое.

Молниеносным движением костяшками пальцев Джебра нанесла противнику не сильный, но точный удар в горло. Сознание сразу же того покинуло, взяв вынужденный отпуск на неопределенный срок. Грузная туша рухнула на пол. Через секунду рядышком устроились и помощники. Джебра окинула удовлетворенным взглядом поле боя и спокойно удалилась, под гробовое молчание шокированных посетителей.

Шикарный новенький компактный звездолет класса G, рассчитанный на экипаж от двух до пяти особ, нетерпеливо поджидал Джебру, полностью готовый к старту.

– Быстрее! – крикнул Вилт, видя, как стройные ножки его подруги вальяжно покрывают оставшееся расстояние.

– А что слу… – не успела Джебра задать вопрос относительно подобной спешки, так как Вилт, схватив ее за руку, с такой энергичной галантностью помог ей подняться на борт, что девушка буквально влетела в звездолет, мелькнув серебряными каблучками.

Корабль пару раз дернулся, чуть приподнялся над землей, метнулся в сторону, врезался боком в рядом стоящую посудину, помял заднюю часть еще одной, попавшейся некстати, наконец, взлетел и завис над казино.

– А кто за штурвалом? – в недоумении воззрилась Джебра на Вилта, помогающего ей подняться на ноги после падения в результате крутого виража.

– Наш юный друг.

– Неужели, Дози?! – воскликнула Джебра.

– Он самый, – усмехнулся Вилт. – Мало того, он еще помог угнать эту штуковину.

Девушка бросила укоризненный взгляд. Вилт с наигранным смущением пожал плечами:

– Да не было времени заниматься поисками проката, покупки. К тому же ты сама слышала, что в этой дыре ломят баснословные цены. Вот мы с Дози и прикинули, как решить этот вопрос быстро и дешево. Тем более что мы эту посудину вернем сразу же, как только доберемся до места.

– И какую роль ты отвел Дози в этой операции? – поинтересовалась Джебра, скорее из чистого любопытства, чем по каким-то иным соображениям.

– Самую главную, конечно, – с таким видом, как будто по-другому не могло и быть, ответил Вилт. – Он так достал хозяина, что тот психанул и вырубил систему сигнализации. Ну а дальше, вскрыть эту консервную банку, было уже делом техники.

Джебра покачала головой:

– Все-таки ты бессовестный! Подключить ребенка к своим криминальным делишкам!

– Я не ребенок! – возмущенно констатировал Дози, разворачиваясь в штурманском кресле.

– Браво, малыш! – поддержал молодежь Вилт. – А что касается криминальных делишек, – повернулся он к девушке, – то, во-первых, они не мои, а наши, а во-вторых… почему от тебя так разит спиртным?

– Потому что…

Джебра не успела ответить на этот провокационный вопрос. Резкий толчок в очередной раз повалил ее на пол.

– В чем дело?! – крикнул Вилт, потирая ушибленное плечо.

– Да я, случайно, нажал не ту кнопку, – виновато залепетал Дози, – и, кажется, приземлился на казино.

Вилт подскочил к иллюминатору.

– Да уж! Приземлился, так приземлился!

Казино сложилось как домино. Из-под обломков в панической истерике начали выбегать, выпрыгивать, выползать и выкатываться все те, у кого хоть как-то присутствовал инстинкт самосохранения.

– Надеюсь, обошлось без жертв, – заключил Вилт, почесывая затылок. – Давай, Дози, полный вперед! Если не ошибаюсь, за нами сейчас увяжется двойная погоня. Разоренный и разъяренный Эйг и не менее огорченный владелец этого транспортного средства.

– Тройная, – внесла поправку Джебра. – Еще и официальные власти сели нам на хвост.

– Ерунда, – отмахнулся Вилт, – прорвемся! Первый раз, что ли!

Проторея выскочила навстречу, вся в слезах и с характерным фиолетовым цветом хобота от чрезмерных переживаний.

– Ну вот, малыш, ты и дома, – ласково погладила Джебра Дози по голове. – Беги скорее, успокой маму.

Три огромных глаза грустно посмотрели на девушку.

– Вижу летящий объект, – сообщил Вилт, разбирающийся с пеленгатором. – Один, два, три… Ого! Семь штук! Направляются сюда. Вряд ли эта делегация прибывает с дружественным визитом, дабы пожелать нам счастливого пути. Можем не успеть добраться до нейтральной зоны!

– Я сейчас! – Дози метнулся к трапу, кубарем скатился вниз, пронесся мимо Протореи, на ходу что-то ей крикнув, и скрылся за ближайшим барханом.

Хлопок. Щелчок. Затем эхо донесло бурляще-скрежущие звуки. Над барханом поднялся песчаный клубок, из которого вынырнула знакомая обшарпанная «сковородка». Тут же за ней увязалась семерка преследователей, и вскоре вся эта кавалькада скрылась за горизонтом.

– Молодчина, Дози! – восхищенно воскликнул Вилт. – Подрастет, можно будет взять его в команду. Толковый малый.

– С ним ничего не случится? – встревожилась Джебра.

– Да что они с ним сделают! – выразил оптимизм Вилт. – Подумаешь, шалит ребенок!.. Пристегнись. Стартуем.

Звездолет бесшумно преодолел силу притяжения и скрылся в облаках.

Дози высунул наружу свой фиолетовый хобот и оглянулся вокруг. Семь тарелок симметрично расположились в боевом порядке.

– Разве я что-то нарушил? – пролепетал Дози, хотя ему самому показалось, что его голос звучит четко и гордо.

Анар Орг злобно сплюнул, и дал приказ к возвращению.

Адераспарте (во имя неба)

Как только утренний туман несколько развеялся, на дороге показался одинокий путник. Он шел слегка прихрамывающей походкой, помогая себе некогда довольно таки недурной, а нынче разбитой и облупленной тростью. Нижняя часть его лица была укутана шерстяным шарфом, а из-под низко надвинутой шляпы смотрели в этот грешный мир усталые зеленые глаза.

Путник остановился у придорожного указателя. Неброское название маленького городка, или, точнее, населенного пункта, ему ни о чем не говорило; да и было это путнику абсолютно безразлично. Единственное что интересовало его сейчас, это наличие какого-нибудь трактира; не мешало бы забросить кое-что в желудок, прежде чем двигаться дальше.

Трактир он нашел без проблем. Тот расположился буквально у самого въезда в населенный пункт.

Не успел путник как следует рассмотреть покосившееся ветхое строение, как на пороге материализовалась упитанная фигура хозяина.

– Бог в помощь, сэр! – крикнула фигура, опасаясь, как бы желанный клиент ненароком не протопал мимо. – Не желаете ли отдохнуть с дороги, подкрепиться?

Он хотел еще что-то добавить, но слова почему-то застряли в горле.

Путник медленно приближался к трактиру, и по мере его приближения хозяина заведения все больше пробирало чувство неуверенности. А когда незнакомец приблизился вплотную, хозяина обуял настоящий страх. Та часть лица путника, которая была открыта, действительно представляла собой что-то ужасающее. Вся в гнойных язвах кожа вызывала естественный эффект пугающей отталкивающей брезгливости. Исключение составлял лишь крохотный непораженный участок возле самого уха.

– Не волнуйтесь, – мягким спокойным голосом изрек путник, – я не заразный. Хотя, конечно, мой внешний вид…

– Ничего, все нормально, – пролепетал хозяин, пытаясь овладеть собой. – Просто… ну… кх…

Их глаза встретились, и страх как-то сразу покинул трактирщика.

– Прошу, заходите! – широко улыбнулся он, отступая в сторону и сопровождая приглашение характерным жестом руки в направлении двери. – Сегодня у нас наши фирменные телячьи отбивные с соусом «кантри». Просто пальчики оближите!

– Не сомневаюсь. Тем более что их у меня осталось еще целых три, – с нотками грустного сарказма в голосе ответил путник.

Только сейчас трактирщик заметил, что кисть левой руки клиента в прямом смысле слова отсохла и представляла собой безжизненный отросток. Что же касается правой руки, опирающейся на трость, то на ней не хватало нескольких пальцев; вернее, они-то были, но опять же в виде отсохших мертвых закорючек.

Переступив порог трактира, путник про себя отметил, что в отличие от внешнего вида внутри сия обитель имела вполне приличный дизайн. Без лишнего шика, зато чисто и уютно.

– Располагайтесь, где вам удобно, – проблеял хозяин, – а я сейчас. Несколько минут, и все будет готово. Кстати, мистер… э…

– Свош, с вашего позволения, – сказал путник, прикладывая к шляпе левую руку с отсохшей кистью.

– Ага… – почесал трактирщик свой крупный мясистый нос. – Кстати, мистер Свош, есть свежайшее пиво. Не желаете?

– Благодарю, – последовал в ответ отрицательный кивок головой. – Если не возражаете, из напитков я бы ограничился лишь бутылкой минеральной воды.

– Как скажете, сэр! – выпалил трактирщик и юркнул на кухню.

Мистер Свош выбрал место в дальнем углу, где света было поменьше, уселся, снял шляпу, бросил ее на край стола, размотал шарф, положил его рядом со шляпой, пристроил у батареи трость, и пока готовился заказ, откинулся на спинку стула, закрыл глаза, и таким образом попробовал отключиться и немного отдохнуть.

Испуганный женский возглас вернул его к действительности.

Вторая половина трактирщика, то бишь хозяйка, прижавшись к стене, что-то шептала невнятное себе под нос и неистово крестилась. Муж, разумеется, предупредил ее, что внешний вид клиента не совсем обычный, но что бы настолько, она и представить себе не могла. Да и сам трактирщик, который вслед за женой вышел в зал, неся на подносе дымящееся, отдающее аппетитным ароматом блюдо, а так же покрытую инеем бутылку минеральной воды, увидев полностью открытое лицо мистера Своша, вздрогнул, и чуть было не споткнулся.

Путник всему этому не придал абсолютно никакого значения, очевидно давно уже привыкнув к реакции окружающих. Он любезно поблагодарил трактирщика за оперативное обслуживание и принялся за трапезу. Однако он все же не преминул краем глаза понаблюдать за тем, как хозяйка, украдкой бросая пугливый взгляд в сторону клиента, энергично что-то нашептывала на ухо хозяину. О чем она ему напевала, догадаться было не трудно; тем более что некоторые отдельные фразы, нет-нет, да и долетали до слуха путника, несмотря на то, что общение супругов происходило в противоположной части зала. Мистер Свош делал вид, что полностью увлечен поглощением пищи, и что все остальное сейчас его никоим образом не интересует, хотя некоторые обрывки долетевших до него фраз заставили его до предела напрячь свои слуховые возможности. Если опустить панические извержения хозяйки насчет того, что ужасный клиент может быть носителем проклятия и привнести в их жизнь необратимые несчастья, разговор главным образом крутился вокруг их ребенка, девочки, вот уже на протяжении долгого времени прикованной к постели.

Трактирщик пытался успокоить жену, приводя свои аргументы в необоснованности ее доводов, но та лишь еще пуще распалилась, перейдя с полушепота чуть ли не на крик.

Мистер Свош подозвал хозяина и попросил его присесть за стол. Трактирщик несколько заколебался, взглянул на позеленевшую от страха, прижавшуюся к стене жену, затем нервно дернул плечами и опустился на стул, напротив путника.

– Прошу прощения, что вмешиваюсь, – мягко изрек последний, – но мое ухо ненароком уловило кое-что из вашей семейной беседы. Как я понял, ваша дочь неизлечимо больна. Я не ошибаюсь?

– К сожалению, сэр, вы не ошибаетесь, – с заметной обреченностью ответил трактирщик. – Бедняжка несколько лет, как не в состоянии подняться с кровати. Как-то она сильно простудилась, слегла, и больше не поднимается. Врачи лишь качают головой; никто не может понять, что с ней случилось. Первое время ее руки еще функционировали, но потом и они отказали. Лежит совершенно обездвиженная. Я уж начал было подумывать, взять грех на душу и освободить мою девочку от этих мучений… Ох! Простите!.. Не приведи Господи дойти до этого!.. Но с другой стороны, невыносимо такое выдерживать; постоянно видеть бедную девочку и ни чем не в состоянии ей помочь! Даже не представляю, как оно дальше будет. Жена уже на грани… Да вы и сами только что наблюдали, как сдают ее нервы. А ведь когда-то она была – само спокойствие. Эх! – махнул он рукой, и в этом его жесте выразилось все скопившееся отчаяние.

Мистер Свош выдержал некоторую паузу, как бы подбирая слова, после чего медленно, с расстановкой, словно подчеркивая каждую букву, произнес:

– Я могу вылечить вашу девочку.

В воздухе повисла мертвая тишина. Трактирщик, до этого сопевший как паровоз, затаил дыхание, боясь спугнуть только что услышанное.

– Вы доктор!? – глухо выдохнул он. И тут же его взгляд изменился; стал пронзительным, колючим, и вместе с тем жалостным. Таким взглядом обычно награждают умалишенных.

– Нет, я не доктор, – ответил путник, – и не сумасшедший, – слегка улыбнулся он. – Ведь именно это пронеслось сейчас у вас в голове?

– Ну!.. – смущенно потупился трактирщик.

– Доверьтесь мне, и к вашему ребенку вернется полноценная жизнь.

Мистер Свош спокойно ждал ответ. Создавалось такое впечатление, что сам ответ, как таковой, его мало волновал; в принципе так оно и было. Он уже принял решение, и оно не поддавалось никаким сомнениям, а тем паче изменениям.

– Даже не знаю, – промямлил трактирщик. – Вряд ли Эстер одобрит это.

– Вы имеете в виду вашу жену? – с некоторым равнодушием спросил мистер Свош, допивая остатки минеральной воды. И после того как собеседник нервно кивнул, сказал: – Одобрит она мое предложение или нет, суть не изменится. Надо спасать девочку, и я это сделаю, с вашего на то разрешения или против вашей воли. Так и можете передать своей супруге. Даю вам пять минут. Ступайте. Через пять минут, не зависимо от результатов ваших с супругой переговоров, я встаю и направляюсь в комнату девочки. Либо вы мне показываете, где ее комната, либо я обойдусь без вашей помощи. И советую не пытаться меня останавливать.

Все это мистер Свош произнес все тем же спокойным мягким голосом, и потому, наверное, психологический эффект оказался более значительным. Трактирщика прошиб холодный пот. Он молча поднялся, глухо посапывая, и на ватных ногах, пошатываясь, побрел в ту часть зала, где, продолжая подпирать стену, трусилась от страха хозяйка, дожидаясь окончания разговора своего мужа если не с самим дьяволом, то с его правой рукой наверняка, как она обозначила приводящего в содрогание своим внешним видом путника.

Мистер Свош стал свидетелем, как округлились глаза женщины, когда трактирщик поведал ей суть этого самого разговора. Она ахнула, всплеснула руками, и без сомнения упала бы в обморок, не поддержи ее супруг.

Без слов было ясно, что хозяйка скорее умрет, чем согласится на предложение выходца из ада; что она и подтвердила, когда к ней вернулся дар речи, на мгновение утраченный от развивающихся столь шокирующих событий.

– Нет! Ни за что! Только через мой труп! Чтобы он забрал душу моей девочки?! Не позволю!..

Ее решительность в этот момент могла побороть любой страх. Материнский инстинкт распустил крылья и выпустил когти, готовый защищать свое чадо до последней капли крови.

Трактирщик пытался довести супруге, что может не стоит так уж категорично драматизировать и попробовать рискнуть, авось путник, не взирая на дьявольский образ, все-таки имеет добрые намерения, однако та была непреклонна и наотрез отказалась даже обсуждать эту тему. А напоследок еще и потребовала, чтобы супруг как можно скорее рассчитал клиента и выпроводил его за дверь.

И тут мистер Свош встал, пересек зал, и, не обращая внимания на хозяина с хозяйкой, начал подниматься по лестнице на верхний этаж. Когда же за его спиной раздался вопль негодования, он обернулся, стрельнул взглядом по женщине, ибо это она была источником возгласа, после чего, как ни в чем не бывало, продолжил восхождение.

Женщина не издала больше ни звука. После того, как путник на нее посмотрел, она как будто онемела. Мало того, даже шевельнуться она была сейчас не в состоянии; какая-то неведомая сила полностью сковала ее движения. Что же касается трактирщика, то в отношении него никаких психологических воздействий применено не было; он вел себя смирно, и лишь молча наблюдал со стороны за тем, как разворачивались события. Да и какой дурак на его месте вел бы себя иначе?! Тем более что к нему и не требовалось ничего применять; его испуг и так сделал свое дело, гарантируя полное послушание.

Покои девочки мистер Свош нашел практически сразу. Он подошел и сел на край кровати.

– Кто вы? – еле слышно произнес ребенок, устремив на незнакомца пустой отрешенный взгляд.

Вопреки ожиданиям, девочка вполне спокойно отнеслась к внешности гостя. А возможно это было результатом полной апатии, связанной с ее безрадостным положением.

– Я твой друг, – мягко улыбнулся мистер Свош. – Зови меня просто Глэн. А как мне тебя величать?

– Софи.

– Очень приятно, Софи. А что тебе сегодня снилось?

– Что я бегу босиком по траве… А она такая мягкая… И это было так приятно… – В глазах девочки блеснули слезы.

– Ну-ну, – поспешил ее успокоить мистер Свош. – Давай-ка обойдемся сейчас без слезинок. Ты ведь уже взрослая. Сколько тебе? Десять? Одиннадцать?

– Двенадцать, – прошептала Софи, – начиная терять силы. Разговаривать она могла только при концентрации довольно таки огромного напряжения всех своих внутренних резервов.

Глэн, видя, что девочка вот-вот может отключиться и впасть в глубокий сон, поспешил взять ее крохотную ручку в свою изуродованную ладонь и легонько, с особой нежностью, сжал ее.

– А ты знаешь, что сны иногда сбываются? – сказал он, когда Софи приоткрыла тяжелые веки. – И я хочу, чтобы этот твой сон сбылся. Я постараюсь это сделать. Но только ты должна мне немножко помочь. Главное не бояться и верить. Верить, что ты встанешь и пойдешь. Ну, как, попробуем? Готова поверить?

Софи еле заметно кивнула. В ее взгляде нельзя было понять, действительно ли она верит в подобное, или же просто автоматически отвечает на невероятные слова странного человека.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.