Бумеранг
Мансур Вахитов

© Мансур Вахитов, 2017

ISBN 978-5-4485-3811-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

АЛЖИР ¹

Кто с клятвой, кто с заклятием на бронзовых устах:
с Петрушею Володенька сошлись на небесах.

Титаны мечут молнии – людей ломает: «хрусть»,
а степью за Акмолинском на сердце давит грусть
о том, что Петя с Вовою, дуэтом бог и князь,
опять пошли Европою, народа не спросясь.

В России так устроено: хоть Африкой иди,
вас выведут к Акмолинску трактовые пути.
Воскликнет некто «азия-с!», ему ответят «ась?»
Вы на хрена Европою, народа не спросясь?

А мир свернулся в корочку, в сухарь ужался мир,
и снова жутким мороком в Акмолинске – АЛЖИР.
Но Пётр – камень – наше всё, и Ленин – наше всё,
а у меня под ложечкой предательски сосёт.

Замнём мои видения – бордовы небеса,
и маками кровавая в степи лежит роса,
и я кровавой ветошью, как рушником, утрусь.
Как ветки льдами вешними, людей ломает: «хрусть!»

24. 11. 2012

Бесёдка

Ищу фамилию простую – Пантюхов —
на кладбище умершего села.
Он стал отцом, а после «был таков»,
и дочь его бездетно прожила

отпущенный ей срок. Стоят кресты —
таблички ржавые, и нет имён.
Не поминают. Пять дворов пустых.
Болотами и лесом окружён

клочок земли – как предки заповедали,
земли Смоленской. Где его сыны —
села Бесёдка? Некому беседовать.
Изъятые историей страны,

как щепки на заброшенных делянках
пропавшие – забыты без затей.
Но снова вывернувшись наизнанку,
век кончился, и на его останках
толчёмся мы с беспамятством детей.

11. 06. 2010

Москва

Заповедное прошлое

В заповедное прошлое вход по счастливым билетам.
Управляют надежды, грустящим – не место, изгоям.
Это будет в метро: перепрыгивая турникет, я
успеваю в последний вагон, чтоб затем, над рекою

разорвало гремящий состав и, слетев с эстакады,
мой вагон проскочил анфиладой незримых порталов,
на ускоренном реверсе годы потешным парадом
отмотав до осознанной точки, где было начало.

Целый век перевёртышей власти, морали и смыслов —
у грядущего шанс наступить, совершившись иначе.
Будто Бог на плечах вёдра полные на коромысле
нёс, устал, и одно, посчитав-погадав на удачу,

слил под будущий куст пробивающейся новой эры,
за вторым потянулся – в нём ведать никто не желает,
как мучительно канут и судьбы, и жизни, и вера
в безвозвратном процессе, когда тебя просто «сливают».

«Здравствуй, Время моё, я непрошенным здесь появился,
я могу научить, как избегнуть крутых поворотов:
наблюдая и впитывая, я прилежно учился,
я себя проживал до бессилья, изжоги, до рвоты.

Уцелев и растратив все девять отпущенных жизней,
напоследок я вам расшифрую, что будет, что станет».
Но надеждами вскормлена наша былая Отчизна:
кто надеется, тот ничего понимать не желает.

Я ещё разгляжу старый двор, загорелых мальчишек,
со скакалкой соседку. Почувствую воздух рукою:
«До свидания, Время моё, ты доверчиво слишком,
и тебе предстоит пережить эту участь – изгоя».

07. 09. 2010

Уфа

Молитва бестолковых

…Господи, скажите Слово мне!
Знамением иль другим явлением
дайте знать! Для Вас – работа плёвая:
паствы бестолковой вразумление.

Души, по-привычке, к небу тянутся,
но, неверием отягощённые,
– Осади! – кричим. – Концы не вяжутся:
там, за небом, только «дыры чёрные».

Каждый метр обшарен телескопами,
ближний космос бороздим ракетами, —
вслед за просвещённою Европою
убеждаемся, что Бога нету там.

Выучка: наставлены в неверии.
Минули навечно дни спокойные:
зреет православная империя,
церкви повсеместно вновь отстроены.

Жадно ждёт народонаселение
с искреннею самою симпатией
Вашего воочию явления,
а при случае – рукопожатия.

26—28. 01. 2007

Уфа

Бумеранг

Не гольфист, но расчётлив замах – белила и сажа, и киноварь
пёстрым змеем взметнутся и – нате вам! – пропеллером трепеща,
о, сикорски! предтеча наивный твой, геликоптером брея вдаль,
изящно изогнутой палицей в боевом развороте… праща —

легендарною стала ровесница – в неолите давидовом сгинула,
уступив напряженью избыточному воловьих натянутых жил.
Evviva l’aerodinamica! – обучись языку италийскому —
не поможет выскабливать кремнием железного дерева жилы…

Запустили, махнули, забыли, отвернувшись, – посланец неистовый
барражирует где-то вне видимости, мимо цели по воле небес,
может быть, уже где-то в семнадцатом, неумышленно и немыслимо,
прошуршит за спиной ненавязчиво и зарядит в затылок тебе.

06. 07. 2014

Ветер Фён ²

…безлиственный, изломанный, бесплодный
мой сад стоит на вечной мерзлоте,
цепляясь жилистыми пальцами корней
за обжигающие ледяные камни

…туман калачиком свернулся возле ног —
окоченевшему без солнца не лететь,
и в обморочном смертном полусне
бессвязное твердит туман мне

о том, что провернётся свод небес
со скрипом промороженной оси,
и соскользнёт с далёких южных гор
в долины северные лёгкий ветер Фён —

он принесёт с собою тёплый снег,
насыплет пригоршнями белые сугробы,
разбудит солнце и прибавит день,
и явятся на этот божий свет
бурундуки, тетерева и лоси,

но будет уже солнце не унять:
его ожоги ледяным сродни,
и, разогретый жарким солнцем, лёд
взорвётся многими фонтанами, себя

выплёскивая деревам под ноги —
не удержать распластанным корням
поплывшей между пальцами земли,
казавшейся навечно скальной твердью.

…где был мой сад – сплетения корней
бесстыдно в небо вместо гордых крон,
и веет жаркий южный ветер Фён,
их иссушая…

…безлиственный, бесплодный
мой сад стоит на вечной мерзлоте,
и в обморочном смертном полусне
бессвязное твердит туман мне…

2014

Москва

Осеннее, птичье

Вот бы птицею мне стать
на неделю,
с высоты обозревать
в дымке землю.

Видишь, в небе толкотня —
птичья стая? —
с этой стаею и я
улетаю.

За неделю не достичь
мне Египта,
с птичьей стаей по пути
я погиб бы,

потому поворочу
я на север:
что мне, чёрному грачу,
встречный ветер?

За неделю доберусь
в гости, други,
излечите мою грусть
в Петербурге.

25. 10. 2008

Уфа

Сонет +

Lasciate ogni speranza voi ch ’entrate ³

Данте «Божественная комедия»

Оставь надежду всяк сюда входящий,
она – предтеча разочарований.
Мир этот – чей-то музыкальный ящик,
наказываемый порой молчаньем.

Но невозможна немота живущим,
я сопрягаю вновь слова и ноты,
чтоб вразнобой хрипящий и орущий,
клонируемый в собственном помёте,

не сгинул, распадаясь в одночасье
под гнётом галактических гармоний,
мой диссонансный, воспроизводящий
ежемгновенно и без антимоний

себя – мой мир. На благостное счастье
оставь надежду всяк сюда входящий.

Когда-нибудь закончится завод,
и, варварская, смолкнет наша песня —
музыка сфер наполнит небосвод,
и над пустыней грянет хор небесный

о неисполненном, тщете надежд —
они родятся с каждою звездою,
исчезнуть чтобы, сгинуть, но не преж-
де, чем встанет музыка
с пружиной заводною.

19—20. 07. 2010

Слушая Альбинони

Начало Европы: пошёл восемнадцатый век,
и есть, что делить в этом мире придворных гавотов.
Блистательна Порта, негромок Вольтеровский смех,
а музам служенье – , но – не работа. служение

Родиться в купечестве – тоже немалый талант,
а быть музыкантом при этом, наверно, несчастье,
хоть Бог покровительствует, верно, сам – музыкант:
врачует гармонией неутолённые страсти.

Венеция, старый надёжный торговый корабль,
скрипит, разворачиваясь посреди Средиземья.
Маршруты иные проложены: дон Кристобаль
давно прочертил килем западное направленье.

Но в землях Италии, в древнем и нищем краю
летит к небесам нарождающееся бельканто.
Болонья и Мантуя, Генуя, Пиза – поют,
сеньоры без армий оплачивают музыкантов.

Трагедией кончится век, как и всякий другой.
Да, есть единение силы – военной, финансов,
но – слава поющим, в могиле одною ногой,
и тем заявляющим миру: они – итальянцы!

Скрипач из купцов сочиняет неспешно свои
концерты в гармонии с миром, дискантом гобоя
выводит мелодию, веря, что Бог сохранит,
и тот сбережёт посреди векового разбоя.

Наивно надеяться: кто-то, спустя двести лет,
отыщет в развалинах жёлтый клочок со строками
и досочинит, восхитившись, и выпустит в свет —
продолжится имя… быть может, кого между нами.

Теряя слова, пропадает строфа за строфой —
они растворяются в индифферентном пространстве.
Быть может, соткутся гармонией между собой!
Но мир закоснел в изумительном непостоянстве.

27. 10. 2008

Уфа

Форрестгампное

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

АЛЖИР – Акмолинский лагерь жён изменников Родины в системе ГУЛАГа

Вернуться

2

Фён – теплый, сухой и порывистый ветер с гор

Вернуться

3

Оставьте всякую надежду, вы, входящие сюда

Вернуться