Сергей Минутин
В поисках высших истин

© Минутин Сергей Анатольевич

1. Цивилизация и дикость

Эволюция

Рост человека по технической эволюционной лестнице хорошо просматривается: пешеход, всадник, моряк, автомобилист, лётчик, космонавт, но в основе всё тот же человек – пешеход. Мы почему-то решили, что нас оцивилизовывают машины. Не мы первые идём этим путём. Это на Земле, при неизменности среды. Пацифия, Лемурия, Атлантида, Ария – тоже вроде бы рост.

Сегодня мы ищем остатки былого роста и наполняем ими музеи. Когда-нибудь и нас будут изучать по ржавым артефактам. Главное чтобы потомки правильно расставили акценты: ржавый автомат или даже танк – дикость, а память в умах потомков о том, что и мы, их предки, любили. Что в основе нашей цивилизации была всё-таки любовь.

Деньги

Интересно устроена наша жизнь, вернее интересен тот, кто так занятно устроил нашу жизнь. Нам для того, чтобы чего – то добиться, нужно свободное время для сосредоточенного размышления над задуманным замыслом. Чтобы появилось время, необходимо не думать о деньгах, ибо эти думы нас выматывают больше всего. Но напряжённый труд опять требует денег. Человек, склонный к творчеству, вынужден искать деньги для своего труда.

Поиск денег приводит его в замкнутый круг и к бегу за деньгами по нему. Видимо, надо ставить перед собой огромные цели и реализовывать грандиозные замыслы, тогда возможно творчество и деньги соединятся. Возможно, что именно так размышлял Ленин, реализуя замысел электрофикации всей страны, строительство нового мира. Он созидал. Наверное, так же размышляют и ребята из Лэнгли, взявшиеся разваливать СССР. Это тоже работа. Работа найти необходимое количество уродов, готовых за деньги ломать собственную Родину.

Цели. Это интересно. Ставить и достигать. Появление компьютерной техники и программ обнажило нашу жизнь до её максимальных проявлений. Вирус и антивирус производятся в одних и тех же местах, часто параллельно. Затем антивирусная программа продаётся за деньги с годовой гарантией. Вирусы ровно год придерживаются, а затем выпускаются совершенно бесплатно. Но уже на продажу выставлена новая антивирусная программа. Так добро всегда идёт впереди зла. Есть только одна загвоздка, зло бесплатно, а добро за деньги. Выходит, на Земле нет бесплатного добра, один сплошной капитализм.

Россия

Воля человека в России может разрушить всю существующую государственность, и это именно воля одного человека, а не созревшие условия и среда. Условия для эволюции или инволюции могут вызревать везде, но Воля, умноженная на кураж, по-прежнему остаются российским феноменом – разрушая или создавая русский мир по замыслу одного человека. Видимо, сама российская природа долгое время давила проявление любой индивидуальности. Как индивидуалисты выжили только вожди отдельных племён, да уцелело несколько шаманов из числа этих же, в общем-то ещё очень диких племён. О гражданском обществе говорить ещё очень рано. Хотя СССР с его попыткой воспитания «советского» человека был из этого разряда. Но сегодня вновь всё вернулось к укреплению отдельных племён.

Где-то в далёком Египте несколько тысяч лет стоят каменные пирамиды, и человечество, исходя из этого, сделало вывод о существовании древней египетской цивилизации.

По остаткам Римского акрополя человечество сделало вывод о древности римской цивилизации, по остаткам Афин – греческой.

Но человечество никак не хочет разглядеть несомненный факт, что остатки сохраняются только там, где тепло и сухо, а лучше – жарко.

Какие останки древних цивилизаций могут быть найдены в России? Естественно, никакие, разве что бульдозерист раскопает фундамент какого-нибудь былого строения. Зима с её морозами, осень с её дождями, лето с палящим солнцем, весна с талыми водами и потоками воды разрушают всё то, что остаётся без человеческого присмотра.

Советский Союз рухнул в конце ХХ века. И что? Два-три наводнения, два-три землетрясения, два-три бестолковых правительства, и в начале XXI века от могущественной империи не осталось никаких материальных следов. Никаких следов, словно и не было цивилизации под названием Союз Советских Социалистических Республик. Одни руины былого величия, от которых скоро не останется и фундамента.

Но каковы люди! Они собой, своей энергией держат всю ветхую российскую недвижимость во все времена, пока есть силы. А наиболее шустрые «ребятишки» славянских кровей, пожелавшие остаться в людской памяти подольше, ну там воин Атилла например, с ватагой таких же весёлых ребятишек могли построить и египетские пирамиды, и греческие храмы, так скажем на века, для потомков – туристов.

Хотя, конечно, есть и вторая сторона медали. Народу российскому в массе своей от этой бесконечной перемены погоды, чрезвычайно трудно определиться, чего он хочет, чего желает. Вот и выходит, что он всё время стоит в раскорячку, а правители его, из него вышедшие, совсем худы на голову, они потому и заимствовали для российского герба две головы, чтобы ни за что не отвечать – вечно крутят ими и спрашивают у соседей: «Чего изволите? Куда нефть подать, куда газ?».

Казаки

Как река берёт своё начало в роднике, море в реке, так и любой род человеческой деятельности имеет своё начало. Исток всегда чист, светел, драгоценен – ибо исток всего Бог. А дальше по течению, всякое бывает. То корягу вымоет из Земли, то песок русло занесёт.

Каждый род человеческий можно сравнить с каким-нибудь природным ресурсом. Ведь всё – что природа даёт нам, она даёт нам для нашего развития. Казачество, например, можно сравнить с золотом. Ни с углем, ни с газом, ни с нефтью, а именно с золотом. А если говорить о самых выдающихся казаках, то и с алмазами и другими драгоценными камнями.

Казаки дали человеческой цивилизации значительно больше, чем она им.

В истории казачества всё происходит в точности так же, как и в истории золота. Золото трудно добывать, трудно найти золотоносную жилу. Но вот жила найдена. Туда сразу же стекается масса разного народа: романтики, авантюристы, жулики, чиновники, все ищут самородки. С золотом всё так же, как и с людьми. Одни остаются песком, другие складываются в самородки.

Так и в большой казачьей массе, есть песок, есть крупные камешки, а есть и большие самородки. Самородки в истоке вселяют надежду в тех, кто идёт следом. Самородки поддерживают вечный интерес к истоку, к началу деятельности. Самородки укрепляют веру. Но чуть от истока отошёл и опять хаос, воровство, разбой.

А река течёт, и совершенно неважно какая. Река жизни или наоборот. Льётся ли золотой поток, или песчаный. Но вот, намыли много золота. Дальше оно попадает в переплавку. Из песка, золотых камешков и самородков плавят слитки. Так и у казаков, слиток – это войско. Казачье войско – это золотой слиток.

А дальше для слитка важно его предназначение. Казаки давно выбрали в качестве своего предназначения государственную службу. Золотых слитков много. Одни попадают в частные руки, другие в банковские. Слитки хранят и караулят, берегут и полируют. Но большинство слитков рукотворны и созданы для каких-то определённых целей уже людьми. Казачество же стоит в самом истоке государственности, а следовательно, создано Богом.

Бог и гнев

В человеческой иерархии довольно часто возникают обиды. Причём те, кто ниже, обижаются, а те, кто вверху, гневаются. Но это мелкие обиды и гнев, хотя часто выматывающие нас, причём со всех сторон иерархии. Эти обиды и гнев отличаются от Божественного гнева уже тем, что, в принципе, ясно, чего хочет Бог. Он хочет, чтобы мы всецело отдались его воле, а значит, проявили свою волю, став его со-творцами.

Это его цивилизация. Бог нас замечает, если мы что-то делаем угодное ему, а это прежде всего молитва. Но, опять же, здесь есть секрет, уж если помолился Богу, обратился к нему со своей просьбой, будь добр задуманное сделать хорошо. Не гневи его. Не будь дикарём.

2. Мужчина и женщина

Бабник

Исчезла порода бабников. Это великая порода мужчин, которые завоевывали женщин стихами, песнями, щедрыми дарами. Эта порода исчезла. Если ты сохранился, то будь благодарен тому, кто создал тебя мужчиной, бабником и брехуном.

Во дворе деревенского дома, куда бабник, он же «падший художник» на протяжении многих лет привозил натурщиц и просто красивых женщин, валялись сломанные вещи, которые ранее предназначались его любимым. Это были очень интересные вещи, интересны тем, что они были призваны вызывать чувства.

Обломки торшеров и фотоувеличителей, цветомузыки и радиол, пластинок и водных лыж, обломки лодок и пенопластовых досок, мотоциклов и машин. Все эти вещи после ухода женщин, для которых они предназначались, сразу же становились ненужными.

По обломкам «любовных приключений» можно было восстановить всю жизнь «падшего художника». Надо заметить, что художник был женат. Но жена воспринимала сломанные вещи по-своему: «Ты разрушаешь всё, к чему прикасаешься». Он не разрушал. Он, забывая одних, выбрасывал всё то, что могло напоминать о них, а соблазняя других, покупал новые вещи. Он не просто рисовал женщин, он подыскивал им достойную рамку. «Падший, консервативный, художник», тут ничего не поделаешь. А жене надо было больше читать И. Ильфа и Е.Петрова, они всю породу бабников уложили в два афоризма: «Пока живы врачи – гинекологи, живопись не умрёт» и «Пир роскоши и тонкого вкуса»

Мужчина и женщина в земном лабиринте

Каждая глава нашей жизни есть начало и конец того или иного бытового сюжета. Говорят, их всего 33, и все они есть в Библии. Библия поэтому и считается лучшим учебником, ибо там показаны жизненные сюжеты и пути, по которым они ведут, и итог, куда приводят.

Жадность и корысть – тупик, тьма и всё с начала.

Самость – тупик, тьма и всё с начала.

Лень – тупик, могущество – тупик, религия – тупик. Хотя религиозный тупик маскируют особенно тщательно. Придумали религиозную иерархию неподсудных пап, патриархов и тех, из которых они произрастают. Так что сюжетов, ведущих к тьме полно, все тридцать три, а к свету только один – вера в бога.

Тогда где же выход из этого лабиринта «человеческих услуг». Его нет. Но ведь известно, что есть и свет и тьма. Просто по тьме надо шагать с любовью и радостью, тогда выйдешь к свету.

Стержень всего: юмор, ирония, радость, любовь и понимание условий среды обитания человека. Тогда даже алкоголь начинает восприниматься не как яд, терзающий плоть, а как лекарство, на время отделяющее душу от плоти. Во всём нужна мера. Только Любовь и Радость через все жизненные передряги ведут к свету.

Сущность и её рождение на земле

Очень интересен взгляд сущности на родителей, а фактически на саму себя, которые должны родить ребёнка, то есть часть её, для воплощения нового замысла и прохождения нового опыта. Что она испытывает, глядя на родителей своего будущего воплощения, какие варианты перебирает. Наверное, она думает с юмором и лёгкой иронией: «Вот этот замысел, пожалуй, интересен, надо родиться?».

– Нет, ещё подожду.

– Надо, какой интересный опыт.

– Нет, подожду – «выкидыш».

– Надо, нет рано – внематочная беременность.

– Надо, нет, не хочу – аборт и т. д.

К сожалению, и по всей видимости, это действительно так.

Земля, планета свободного выбора. Так выходит, что женщинам предоставляется право основного выбора на нашей планете, выбора своей дальнейшей жизни. И она ошибается всё чаще.

Закон и райский сад

Адама, гулявшего по райскому саду, видимо, очень донимала мысль, что его полное благополучие не является таким уж полным, ибо находится «под условием». Делай что хочешь, но не трогай, а уж тем более не ешь яблоко искушающее. Адама, видимо, эта мысль иссушила. Он бродил и думал: Бог создал Природу и законы, по которым она живёт. Всё в природе, не задумываясь, следует этим законам и живёт вполне счастливо, но стоит задуматься… разве это жизнь… Может, настоящая жизнь – это грех и съел яблоко.

Теперь мы исправляем ошибки. Но как? Одни законы пишут, считая, что Бог дал не всё и не так. Эти, которые пишут, самые вредные, ибо погрязли в самости, самолюбовании и корысти. Другие их читают и принуждают по ним жить, им любопытно, совершил бы Адам свой грех, если бы над ним была масса судов и судебных приставов, или нет. Третьи по ним живут, это смирившиеся, те, которые давно перестали жить и оставили надежду вернуться в райский сад, те, кто грустно напевает: «Хочешь, жни, а хочешь, куй, всё равно получишь х-й». А действительно, как трудно разобрать, где грех, а где Жизнь.

Женщина

Молодая и очень страшненькая девушка привлекла к себе внимание всего автобуса своим огромным и ярким значком, приколотым к платью на уровне груди. На значке было написано «Мне бы ваши проблемы».

Её некрасивость и этот значок создавали вокруг неё ауру уюта и покоя. Все остальные женщины вмиг стали незаметны и невыразительны. И что самое поразительное, при выходе из автобуса, только к ней потянулись мужские руки с «воззванием» помочь сойти с автобуса. В каждом мужике проснулся «джентльмен». «Мне бы ваши проблемы».

* * *

В кинотеатре перед началом сеанса между собой шепчутся детдомовские ребятишки. Девчонка с очень разбитными манерами, в синем брючном костюме из плащёвки, ковыряет маленькую дырочку в брюках. С ней рядом серьёзный парнишка, смотрит на неё и спрашивает: «Дырка?»

Она отвечает: «Да, дырочка, мне бы её заклеили чем-то».

Он: «Разве все дырочки заклеишь».

* * *

Интересный случай произошёл в моей жизни после того, как я написал и стал давать читать свою первую рукопись «Даурия, как отражение власти» разным людям.

Те, кто хоть чуть – чуть писали сами, агрессивно молчали и не замечали меня, уже немолодого выскочку.

Те, кто не писали сами, но прочли рукопись, при встрече пугались, видимо, моя «Даурия» будила в них грешные мысли, которые они боялись оголить.

Известный нижегородский писатель Валерий Шамшурин, прочитав мою рукопись, сказал: «Надо изменить название. Убрать слово «власть», чтобы звучало не «Даурия, как отражение власти», а «Даурия – зеркало наше». Вот тогда, если моё сочинение понравится ещё другому известному писателю Владимиру Седову, возможна публикация в журнале «Нижний Новгород», которая и состоялась.

Но самое главное произошло в подмосковном доме отдыха, куда меня занесло на какой-то партийный съезд. Я увидел там совершенно шикарную женщину, но она была совершенно для меня недосягаема. Красивая, богатая, в окружении «вождей» и прочей около – правительственной «приблуды». Эта женщина была настолько хороша, а мой писательский талант так нагл, что я воспользовавшись моментом, вручил ей свой «гигантский» труд, получив при этом огромное облегчение.

Причина облегчения была, видимо, в том, что она, вся такая неземная, взяла мой «опус». Если бы она отказалась, я бы, конечно, был повержен. С другой стороны, попадание сразу в звезду, минуя тернии, сделали своё грязное дело, я возгордился и пошёл пить водку с соседом по номеру. Он оказался хорошим человеком – юристом.

В два часа ночи, когда мы с соседом уже плохо видели друг друга и наши языки совсем не ворочались, она вошла в наш номер, сосед сразу протрезвел от такой красоты, а я реагировал адекватно, как гений: икнул и кивнул.

Она сказала только одно слово: «Пошли». Ходить я уже не мог и слабо возразил: «Куда?». Она ещё раз, уже озлясь, видимо присутствием соседа повторила: «Пошли, говорю». Я как мог, предварительно выпив с соседом на посошок, пошёл.

По гостиничной стенке, с элементами конспирации, она далеко впереди, а я далеко сзади, но помня номер комнаты, я всё – таки прибрёл в её апартаменты. Первое, что она сделала, я уже не помню. Первое, что она сказала: «Потрясно», из чего я сделал заключение, что мой «опус» прочитан и что я «гений».

После этого случая месяца три я как «гений» ничего не мог делать, гордился…

К счастью, очередная смута меня не возвысила, политиком я не стал. Я так и остался «толкаться на месте», на литературном, весьма голодном в России, месте.

Мода

У многих людей довольно странное представление о своей солидности. Как правило, это не разум и даже не ум, а для мужчин – чёрные ботинки, рубаха с длинным рукавом белого, или, как сегодня, синего цвета, галстук в тон, одеколон. Для женщины – строгий костюм, совсем недавно духи «Красная Москва» – запах чиновника. Это называется модой. Мода на солидность, мода на глупость. Мода на…

Голоса и песни

Высокий мужской голос доводит женщину до экстаза. Козин, Хворостовский и ещё несколько выдающихся певцов такими голосами обладали и обладают.

Женщины толпами ходили и ходят на их концерты. Видимо, такие голоса для них, как для кошек валерьянка. Но вот парадокс, высокий женский голос доводит мужчину до истерики, но почему-то женщины любят петь именно такими голосами. Более того, женскому грубоватому голосу (Катя Семёнова, Распутина и др.) пробиться нелегко даже на эстраду, а что касается оперы, то это вообще табу. Хотя на грубый женский голос мужики бы, наверное, тоже шли толпами.

Семья

Над женщиной-начальником почти всегда поставлен мужчина. Но мужской ум, особенно в семье, довольно часто уступает женскому уму. Более того, мужской ум с годами часто просто ограничивается рамками гаража, работы, рыбалки. В быту у мужчин рамки очерчены довольно жёстко: вот миска, вот будка.

Всё то, что не попадает в поле зрения мужского ума, является вотчиной женщины – жены (встречается и наоборот, но очень редко).

Вывод, для хорошей семьи очень важно, чтобы кто-то из двух супругов был глупее, и чтобы один из двух это понимал и тщательно скрывал этот факт от другого, и всячески подчёркивал достоинства более глупого. Это окупается.

Величие

Очень важно бережно относиться к тому, что дано нам Богом. Пример Клеопатры. Если бы она не умерла, не отравилась вслед за убийством Ю. Цезаря, она была бы просто женщиной, разделявшей ложе с разными римскими цезарионами – императорами. Но она, видимо, понимала значение божественного Цезаря в своей жизни. И её смерть следом за Цезарем делает её царицей на все времена и даёт ей истинное бессмертие.

Фараоны и умерщвляемые после их смерти их свиты из этой же серии. Это не смерть – это отпуск перед новым возрождением вместе с богоизбранными.

Аборт в этой связи становится глупостью, ибо трудно понять, кого «вычистили», и как он, вычищенный, на это среагирует.

Председатель колхоза

Напившись водки, он выходил на деревенскую улицу в одних трусах и начинал гонять всех, кто попадал ему под горячую руку. Он не был плохим человеком. Он просто считал, что рядом с ним полно плохих людей и что кто-то должен был им напоминать об этом.

Он чтил только триптих «Маркс, Энгельс, Ленин», любил Сталина, доярку Нюрку и сторожевого пса Рэкса. Всех остальных он воспринимал и укладывал в одно определение «сволочи».

«Сволочи», чувствовали его правоту. Ему дали звание «Героя Социалистического Труда» и возвели его прижизненную скульптуру рядом с домом колхозного правления.

Вождь

Очередной правитель России очень не любил народ, которым руководил, но ещё больше он не любил своих коллег – членов правительства.

Народ он не любил за то, что раздай ему оружие и направь его арестовывать, сажать и караулить друг друга, он будет только рад этому и начнёт яростно стирать сам себя в «лагерную пыль».

Жена вождя была стервой, поэтому он считал, что особенно будет усердствовать женская половина этого народа, матери и жёны сегодняшних пьяниц. Да и как им не радоваться, думал он, если пьяница, получив в руки «ружьё», вдруг станет начальником, получит возможность покуражиться над трезвыми. Эти мысли вождя хранили покой государства.

А членов правительства вождь не любил за то, что они были готовы вооружать всех. Вождю было тяжко. Так родилась поговорка: «А кому легко»?

Женщина и мужчина

Для женщин часто важен алгоритм поведения в их земной жизни, а не сама жизнь. Замужество, дети, внуки, бабушка, покой.

Если происходит сбой в алгоритме запрограммированного поведения, например, засиделась в старых девах, нет детей, то женщина может лишиться покоя на всю оставшуюся жизнь, она просто не может найти точку отсчёта для себя и для своего поведения в обществе.

В этом случае даже краткое замужество успокаивает её собственную душу. После него либо развод, либо вдова. В любом случае наступает покой, ибо была выполнена программа, её основная часть. Был мужчина. Мужчина, будь он хоть трижды пьяницей и негодяем, примиряет её душу с этим миром. Жила, как все.

Бывают ситуации ещё проще. Женщина, похоронив мужчину-любовника, становится «вдовой» – получает покой в душе, не будучи ни его женой, ни матерью его детей. Но справляя поминки, она оздоравливает свою нервную систему. Видимо, и мужчина тогда выполняет своё предназначение – даёт ещё одной женщине согласие с самой собой.

Бывает и так – мужчин много, но ни одного постоянного. Огромная тяга к созданию семьи. Здесь проявляется очень интересная черта женского характера: неверие в счастье без мужика. Женщине нужна вторая половина значительно больше, чем мужчине, хотя считается наоборот. Но мужчина всего лишь не обихожен, а женщина – несчастна.

Он и она

Старый пёс лежит в ногах у своей хозяйки, сидящей в кресле и периодически, что-то вспомнив из своей молодой собачьей жизни, тявкает. Тявкает без всякой видимой причины. Тявкает, потому что стар, слаб. Одним словом, тявкает по той же причине, по какой волки воют на луну, от тоски.

Его хозяйка, тоже уже немолодая особа, странным образом реагирует на его потявкиванье. Она вся преображается и оживает, с неё спадает дрёма. Она, видимо, тоже вспоминает.

Последние 15 лет жизни они прожили вместе, вдвоём, и многих её любовников он облаивал далеко не со щенячьей радостью. А некоторых даже кусал. Так они и коротают время, дремлют и вспоминают.

Мужчина, женщина, власть

Для того, чтобы могущество одних людей над другими прижилось в широких массах, было введено неравенство мужчин и женщин. Мужчина оказался сильнее, умнее и т. д. Так на самом первом личном плане, одна часть человечества получила превосходство над другой его частью. А дальше сущность власти просто разрослась, но уже как власть отдельных мужиков над всеми остальными.

Женщина, конечно, тоже своего не упустила и стала относиться к мужичку, как к существу управляемому, если не мытьём, так катаньем. Так природа постаралась восстановить гармонию.

Больше всех от такой постановки вопросов и ответов (могущества и следствий) страдают дети. Вроде дитя-паинька, но он может быть просто забит родителями до неисправимости их же пороками, и по обретению свободы усилит все родительские пороки, добавив к ним и свои.

Женщина и мужчина

Желая лишь часть её, а не всю целиком, он причинял боль не только ей, но и себе. Но страсть была так велика, что он не искал даже оправданий, лишь повторял каждый раз, овладев ею: «Такова жизнь».

Жертвенность женщины

Ой, девки, что я вам сейчас расскажу, ой, что расскажу. Ездили мы с мужем вчера на деревенскую свадьбу в его деревню. Как обычно, перепились там мужики просто «вусмерть». Вы же моего дурака тоже знаете. Он и трезвый с норовом, а пьяный совсем отмороженный, но и остальные не лучше. Все они из одной деревни.

Чувствую я, просыпается в нём зверюшка. Вижу и другие бабы своих мужиков по домам стали растаскивать. А мне, куда с моим добром податься. Мы в отчем доме. А он уже, как пёс Полкан с цепи рвётся, зубами скрежещет, кулаки сжимает, хочет со своим братом силами мериться.

Говорю ему: «Хочу мол, страсть, как хочу», давлю на его мужское достоинство, лишь бы увести. Думаю, чёрт с ним, хоть на улице, лишь бы охолонул маленько. Еле уговорила. Повёл он меня туда, где видимо, всё детство своё провёл, на сеновал во дворе. Ой, девки, а там темно, пыль в нос набивается, хоть и мягко, конечно. Ой, думаю, как же это я тут устроюсь.

А мой дурак, сено разворошил, а там, ой, девки, гробы стоят, которые старики себе на последний день приготовили. Прямо туда меня и уложил, и ничего, я вам скажу, удобно. Даже приноравливаться не надо. Конечно, боязливо, но можно сказать, спасла свадьбу от большой драки, хотя малая всё равно была.

Утешитель жён

Он был одинок и любил одиночество с самого детства. Не потому что он стремился к отчуждённости, нет, просто так сложилась его жизнь. Сначала долго и сильно болел его отец, и мать почти всегда была с ним, потом отец очень рано умер и мама ушла в себя. Затем, из-за доброжелательных и нудных подруг, стремящихся вогнать её в рамки, «как все», она снова вышла замуж.

Он очень любил и отца и мать. Когда умер отец, вся его любовь была предназначена маме, но он был ещё слишком мал и понимал жизнь между мужчиной и женщиной по-своему, по-детски, но без эгоизма. Если хотят жить вместе, то пусть живут, а он будет рядом.

Он привык быть рядом. Он рано изучил всю мужскую и женскую порочность и привык к ней, как привыкают к чему-то постоянному.

С этой привычкой жить рядом одиноко, ни во что не вмешиваясь и просто наблюдая он и вырос. Оказалось, что этой привычки достаточно для одинокой жизни, но совершенно недостаточно для семейной. Семейная жизнь подразумевала ругань, страсти, взаимозависимость, в идеале любовь и тоску от разлуки.

Он же привык жить рядом. Привык любить без истерик и надрыва. Заботиться и быть ответственным по мере необходимости, а не из последних сил, если вдруг жена закатывает истерику, что ей нечего одеть или у всех уже есть машины и только у них нет. Привычка жить рядом фактически обрекала его в том обществе, в котором он жил, на полное одиночество.

У него случались романы, но все его дамы были замужем. Он, долго размышлял, почему именно так происходит, почему незамужние дамы, быстро загораясь от общения с ним, так же быстро гаснут. Наконец, он понял, что замужние дамы охоту уже закончили, а не замужние её ведут. Замужние дамы искали отмщения за то, что как им казалось, они недополучали.

Он был для них абсолютно неопасен. Он привык жить рядом, без вмешательств в чужую жизнь, так как ещё не совсем в своей-то разбирался. Он оказывал и жёнам, и мужьям большое благо, просто давая жёнам вполне безопасную возможность сравнивать разных мужчин, и подолгу ведя с ними тихие и безгрешные беседы на тему, что хрен на хрен менять только время терять.

Его женщины были чрезвычайно довольны его щедростью, непритязательностью и полным отсутствием вздохов, нытья и просьб о новых встречах.

Он же чувствовал себя утешителем женщин и спасателем семейных уз. Он даже приходил в умиление, граничащее со слезой на глазу, когда его «лапочка», а так он называл всех женщин, поправляя перед зеркалом причёску и совершенно забывая о нём, сама себя спрашивала: «И что это муж говорит, что я растрепанная, вовсе я не растрёпанная».

Он мысленно её поддерживал, произнося: «Вот и славно». Он прекрасно изучил женскую душу. Во время второй встречи он уже знал все семейные тайны, и даже тайны постельные. Но он привык быть рядом и не более того. Женщины это чувствовали, и часто рассматривая его, абсолютно голого, говорили: «Странно, у тебя всё, как и у моего мужа, и даже меньше, но с тобой хорошо, а с ним нет».

Он успокаивал, неустанно объясняя, что и с мужем будет хорошо, стоит лишь отбросить претензии, перестать ждать от него денег и начать просто жить, просто любить, просто быть рядом. Этих его слов женщины, как правило, не понимали, но у них появлялась своя тайна, тайна измены. Этой тайной, как думал он, они успокаивались в минуты семейных раздоров.

Он долго не мог понять, за что его, не высокого, не красивого, большеносого, рано поседевшего и начинающего лысеть, любят женщины. Озарение пришло в одной из арабских стран, стоящей на пересечении мусульманской и христианской культур.

В этой стране была и культура иудейская, но она была там посчитана вплоть до каждого её носителя, и носителей оказалось ровно пятьсот человек на всю страну. Поэтому иудейские жрицы любви в этой стране ни на что не влияли, что сохраняло чистоту его озарения.

Он стоял на вершине горы, возле пещеры, где брат Каин убил брата Авеля, и охватывал своим взором весь расположенный у её подножья город Дамаск. Всматриваясь в древний, красивый и солнечный город, он понял, что мужчины боятся красоты, особенно красоты женской. Когда это началось, и откуда это пошло, он не знал. Но начало было, была причина, из-за которой женщин сжигали на кострах, забивали камнями и до сих пор прячут в паранджу. Возможно, причиной стало братоубийство Каином Авеля, где яблоком раздора явилась их сестра. Возможно.

Он, к сожалению, не знал арабский мир, не знал он и мир христианский. Он вырос и жил в России, где очередной режим долгое время насаждал атеизм, подразумевая под ним поклонение вождям вместо Богов. Его страна только начинала выходить из того хаоса и борделя, в который её ввергли вожди, провозгласившие сначала общие семьи и общих жён, сделав из страны одну большую коммуну, а затем, когда народ внял призыву и запил, вожди провозгласили семью главной ячейкой общества. Но страна уже была поделена на коммуналки, где сплошь и рядом «За стеной за стеночкою, за перегородочкой/ Соседушка с соседушкою баловались водочкой/ Все жили вровень, скромно так, система коридорная/ На тридцать восемь комнаток, всего одна уборная» //Вл. Высоцкий/. Коммуналки, да ещё череда войн сделали своё дело.

В стране Сергея погибло почти всё чистое и вечное. Женщины, овдовевшие во время Второй мировой войны, словно мстили власти, оставаясь молодыми и красивыми, они предпочитали быть вдовами, чем вновь выходить замуж. Они замыкались в себе.

Мужики же, лишённые нормальных баб, видя их благородство, пили почти все. Женская замкнутость и упрямое вдовство лишило российских мужиков женской красоты. А сами бабы, недолюбленные, недоласканные, становились с годами завистливыми и злыми. В этом злом и пьяном составе народ дошёл до пика своего низа.

Ведущие его вожди, большинство из которых вышло из этого народа, вдруг решили вернуться к Богу. Так как о Боге в стране мало кто знал, то власть решила для начала наплодить попов. И их стало, примерно столько же, сколько в лесу мухоморов.

Но женской красоте в этом новом мире места опять не оказалось. Женщины искали понимания, внимания и обожания своей красоты, а им предложили ухудшенные повторы, да ещё замешанные на порнографии и стриптизе, которого не было разве что в церквях.

Попы утверждали, что порнуха – это наследие предыдущего режима, забывая о том, что в предыдущем режиме голую бабу, кроме своей, можно было увидеть только на привезённой из-за границы открытке, а в былые времена расцвета поповста, Куприн написал свою знаменитую «Яму».

Но, увы, за деньги можно утверждать всё что угодно. Порнуха увлекла так, что даже самые набожные оголили свои тела до неприличия, хотя кто эти приличия определял.

Он ходил по Дамаску, всматривался в лица женщин, закрытых паранджой, и думал о том, что возможно мусульманский мир и прав, пряча женскую красоту за паранджой. Не видя женского лица, мужчина мыслит её красоту, а видя всю женщину нагишом, он мыслит только пороки. Может Коран и прав. Солнце, вино, женщины, страсть, убийство…

Может действительно, правильнее уберечь мужчину от страсти, вина, женщин во время солнцестояния. Придёт ночь, с ней придёт прохлада и любовь. А иначе чем озарять тёмные южные ночи.

Совесть

Совесть любящего мужчины – ангел – хранитель любимой им женщины. Верно и наоборот.

Восток – дело тонкое

Восток имеет свои хорошо узнаваемые символы и атрибуты. Например, кальян, шахматы, нарды, гарем и кама-сутру. Чрезвычайно важно для понимания Востока чувствовать предназначения бассейнов, фонтанов и садов.

Если разобраться, то всё материальное во всём мире: дворцы, джакузи, ванны, унитазы, культура секса, мода и т. п. – всё берёт начало на Востоке, по крайней мере для сегодняшнего Запада.

Возьмём восточную женщину. Её одежда предназначена для того, чтобы соблазнять мужчину, танцует она в этих же целях, ритм её жизни, позы, ароматы духов соблазняют…

А гарем? Западный мужчина часто страдает от излишней глупости, ворчливости и разговорчивости женщины, так вот гарем – это ещё и средство освободить мужчину от женской глупости, которая вся уходит на междусобойные перепалки, например, на тему, кому сегодня спать с любимым мужем. В гареме же оттачивается и женский ум, достаточно вспомнить Шахразаду и её сказки. А Шахразада была девушка умная и образованная. И не было во всём мире человека, который бы знал больше сказок, чем Шахразада, дочь визиря царя Шахрияра. Вот вам и гарем.

А игры, где ещё можно найти такое отношение к играм. Восточные мужчины довольно много времени уделяют играм. Для них это своего рода медитация, это вневременье и это очень мудро именно по этой причине.

Запад давно учится у Востока, постигает его премудрости. Почему так успешна Англия. Просто потому, что её в своё время долго учила уму разуму Индия, куда Англия «впёрлась» без всякого разрешения, неся свою куцую «цивилизацию». В результате англичане пристрастились к чаю, кальяну, красоте, постоянно путая её с роскошью, а Франция, подучившись в Сирии, стала мировой законодательницей парфюма, но это для олухов, ибо на востоке духи были всегда. Просто там это обычно, а на Западе – «Ах, это ещё и пахнет».

Мужчина и собака

Маленький кобель неизвестной собачьей породы не то чтобы выл, он жалобно поскуливал и царапал лапой своего хозяина, пытаясь его разбудить. Кузя, так звали пса, давно уже должен был оправить свои естественные надобности, задрав ногу над ближайшим кустом. Но хозяин был с вечера, плавно перешедшего в утро, смертельно пьян. Он не то чтобы спал, он подняться не мог.

Кузя виновато и уныло побрёл в прихожую и «надул» там большую лужу. Затем лёг возле кровати хозяина и грустно вздохнул. Они уже давно жили вдвоём: человек и собака. Жили как умели, стараясь не мешать друг другу.

Адам и Ева

Адам рисует на белом полотне, растянутом в раю, между деревьями всё то, что видит в себе. Он видит, как летит паутина и рисует её и себя на ней летящим, он видит, как листок гонит по воде ветер, и рисует его и себя на нём плывущим, он видит, как птицы клюют на поляне семечки, рассыпанные для них Евой, и рисует эту поляну в виде скатерти и себя на ней. Но все рисунки, на которых он изображает себя, исчезают с полотна. Адам недоумевает, куда они могут исчезать, он ещё не знает, что всё то, где он наметил себя, воплощается своим собственным опытом и живёт своей собственной жизнью.

Он уже нарисовал Ковчег под белым парусом, так как листок навеял ему мысль о Ковчеге, а паутина о парусе, он нарисовал летающий ковёр. Он начал придумывать слова, обозначающие рисунки. Каждый живописный образ получил своё словесное название, и его жизнь наполнилась новым смыслом.

От наблюдения он переходил к замыслу, от замысла к образу в виде рисунка, от рисунка к слову, придумывая название образу. Он дунул на пролетающую мимо паутину, она сбилась в комок. «Значит, ветер не всегда благо для паруса» – решил он. Но, если бы не сильный ветер, всё бы уже было в паутине.

– Адам, – назидательно сказала ему Ева, – то ты бродил по Раю, не зная, чем себя занять, то ты, найдя полотно, стал рисовать на нём свои рисунки, приведшие нас в эту пещеру, то ты съел яблоко и светлый мир рухнул для нас, то ты ищешь тишину, наконец ты придумываешь брак и женишься, ты всё время что-то ищешь, не пора ли остановиться.

– Нет, милая Ева, не пора, – миролюбиво произнёс Адам, – если бы я остановился тогда, мы бы не взошли, и даже не нашли бы гору Арарат, и Господь бы не увидел нас, а не увидев, не простил бы наш грех. Я ищу только Господа. Ищу его во всём, даже в тебе. Помни об этом.

Андроген

Люди, почему-то решили, что андроген – это 50 на 50. И что в каждой Сущности тонкого мира 50 процентов – женского в каждом мужчине и столько же мужского в каждой женщине. А на Земле кто-то эту гармонию разрушил, и эти половинки бегают по Земле и ищут друг друга для воссоединения. Но находят друг друга редко, поэтому совокупляются как попало и изводят друг друга, ничему не учась на собственных ошибках.

Дорогие мои, я вам скажу по секрету, что и брак не спасает от смертных грехов. Это не те 50 на 50, которые устремляют нас к Богу.

На самом же деле, любой из вас, хоть мужчина, хоть женщина, абсолютно самодостаточны. Просто мужчина родится в целях Движения опыта, больше как Ищущий, а женщина как наблюдатель, собиратель и накопитель опыта. По большому счёту, женщина – это «уставший» и решивший передохнуть мужчина, т. е. – это мужчина, которому пришла в голову мысль, что он уже стал мудрым. Но Творец не знает такого слова, как усталость, поэтому на долю женщины и выпадает такое количество разных нудных забот, занятий и т. п. Творец словно говорит, не хотел двигаться дальше, решил «откосить» и стал женщиной, ну что ж, тогда помогай мужчине в его поиске. И женщина помогает, и в зависимости от её помощи мужчина двигается в своём поиске либо вниз, либо вверх. Это зависит от женщины, на каком пути устала его спутница, будучи мужчиной в прошлой жизни.

Кстати, если присмотреться к семьями, то они действительно все счастливы одинаково. Если женщину устраивает всё из того, чем занимается мужчина, всё то, что он ищет – семья счастлива, если же женщина начинает ему ставить свои цели Искомого, то счастья не бывает, ибо в этот раз она оруженосец, причём, либо добровольно им ставший из уставшего воина, либо, если в начале пути, ещё не успевшая пройти пути оруженосца.

Лозунг счастья у женщины один: «Как скажешь, дорогой». И это разумно, чего ради надрываться, если рядом есть Ищущий мужчина, готовый шагать к цели.

Вы только приходите к пониманию андрогенности. От её непонимания у вас пока ещё сохраняется и дискриминация женщин, и осуждение сексуальных меньшинств, так как вы всё замкнули на гениталиях, хотя в духовном плане в таких «семьях» рост куда как более заметен.

Что ещё сказать, так как женщина это как правило более мудрый и уставший «мужчина», то она более опытна в земных делах, она способна менять путь Ищущего мужчины, но лучше помогать ему в прохождении им своего пути. По крайней мере, в этом счастье их обоих.

Женщина и мужчина

Что делать, если мужчина постоянно является объектом внимания женщин? Улыбаться и улыбаться – это самое правильное в такой ситуации.

Обращение женщины к мужчине дорого стоит. Женщина собиратель и накопитель, хранитель качеств и чувств. Если она обращает свой взгляд на мужчину, значит видит в нём новые для себя качества и чувства. Поэтому мужчина, влияя на духовный рост женщины, растёт и сам.

Нежность и ласка – это тоже проявление качеств и чувств. Именно через них можно вызвать в себе яркий образ Любви и Красоты. Улыбайся и радуйся всем женщинам.

Грех

Различение между грехом и не грехом, вернее меньшим и большим нарушением тех или иных законов природы, довольно просты. Если никого не обижаешь, никого не заставляешь мучиться, не становишься причиной возможных обид и пороков, то можешь быть обласкан хоть всеми женщинами мира – и это не будет грехом для тебя, что же касается их, то это их намерения и поступки.

Можно жить с женой и быть вечно в ссоре, жить в постоянной ругани – это грех. Такая жизнь показатель крайнего невежества, а самый большой грех в нашем невежестве. Мы ведь знаем что такое хорошо и что такое плохо, но не даём себе труда поразмыслить над этим, ибо невежественны.

А если я ласкаю женщину, но не чувствую никакой страсти, никаких чувств, кроме нежности к ней и любви, но не как к женщине, а как ко всему живому: детям, птичкам, зверюшкам, мужчинам, что в этом грешного?

Принцип здесь прост. Не просят – не делай, не зовут – не ходи. Слушай своё сердце, куда зовёт, туда иди. Если женщина позвала и сердце не против, чего ещё желать.

Адам и Ева

Наложи портрет женщины на портрет мужчины и увидишь разницу. Как зубцы шестерёнок могут не попадать в стык, так и нестыковок между мужчиной и женщиной предостаточно. Адам и Ева до яблока раздора были гармоничны и дополняли друг друга. Им не было скучно друг с другом, они не ждали друг от друга платы. Их переполняли Любовь и Радость – это те чувства, с которыми можно свершить любой труд для другого человека. Адам и Ева чувствовали себя одним целым, они ласкали друг друга, испытывая от прикосновения огромную радость и нежность.

Яблоко раздора внесло асимметрию, гармония разрушилась. Они увидели, что они разные и стали выяснять насколько они разные. Чем больше они это выясняли, тем больше отдалялись друг от друга. Земная забавная игра «найдите десять отличий на одинаковых картинках» из этой серии. Это напоминание прежних картин, аналогия, которая призвана задумываться. Но отличия мы ищем, а задумываться не хотим.

Любовь и Радость стирает отличия, а их отсутствие порождает различия, в виде недостатков, пороков. Сразу в чужом «глазу становится заметной соринка, а в своём и бревно не видать».

На самом-то деле Богу было всё равно, съедят дети его яблоко или нет. Он не жаден и не деспотичен, и, конечно, не сторож нам. Если бы Адам и Ева были готовы к принятию нового для себя знания, то они бы могли съесть все яблоки в саду и остаться там. Собственно Творец и просил их сначала подготовиться, а потом есть. Они решили, что готовы или просто схалтурили – «и так сойдёт». Не сошло.

Теперь попробуем представить себе, как два человека, рассмотревшие друг друга и пришедшие к выводу, что они очень разные и фактически тихо ненавидящие друг друга, могут опять стать одним целым. Только через общий труд, общее творчество, общую жизнь.

Творец ведь ничего не забрал у них, ни Любовь, ни Радость. Они всё это сами подзабыли, ибо знание неподготовленному вредно. Через любовь мужчина и женщина должны вновь обрести радость. Любовь вспыхивает, но быстро гаснет. Мы ищем причину угасания любви в быте. Это проще, особенно с учётом того, что только в соитии мужчина и женщина обретают хоть короткое, но единство и блаженство, хотя и это только при наличии Любви друг к другу. А дальше быт. Мы не пытаясь расширить любовь, постоянно расширяем быт. Наши дети, как яблоки в Райском саду, тоже вносят асимметрию в наши отношения, только уже примеряющую, как плод взаимной любви. Если яблоко – это раздор, то дети – это примирение. Но мы долго и упорно игнорируем этот факт. Забывая, что путь обратно в рай – это тоже поиск, это тоже получение знаний.

Женщины

Опять влюблён. Барышня по имени Леночка своей роскошной грудью и молодостью привела меня в состояние глубокого и неспокойного томления. Жаль только, что встреча наша состоялась на чиновничьей тусовке, где я присутствую как местная достопримечательность, будучи писателем, а она на подтанцовках. Что хорошего может быть в чиновничьей тусовке, да ещё районного масштаба.

С одной стороны, злые бабы, уже пожилые, уже неинтересные, которым всё не так: и стол кривой, и рояль старый, и красной икры нет. Меня почему-то эти злющие бабы развеселили. Я смотрел на Леночку в шикарном атласном платье с широким декольте и представлял, что не будь здесь этих злых и состарившихся баб, то любой чиновник этой Леночке прямо немедленно поставил бы хоть ведро красной икры. А я бы расстарался быстрее всех.

Но эти злющие бабы со своими злыми словами отбивали все желания. Глядя на них, даже Леночку не хотелось ни прислонять к роялю, ни даже усадить на колени. Видимо, для женщин уход молодости связан со стремительным удалением красной икры, если они, конечно, не запасли её впрок в своё время. Домой пришёл в три часа ночи. Весь следующий день думал о ней. Нынче прошло.

Женщина

В моей жизни каждая женщина – это событие, единственное и неповторимое. Я всю жизнь умудряюсь сохранять очарование первой любви, не терять остроту чувств, новизны ощущений. Меня до сих сильно удивляют и сильно тревожат люди, которые после обладания женщиной сразу же забывают её. У меня всё не так, я бабник, и женщины занимают все уголки моей души. Конечно, ко всему привыкаешь, но с другой стороны, привыкаешь только к тому, что не сам искал, не сам выбирал, к тому, что само и легко пришло в руки. Попробуйте отобрать у скряги, собирающего свой капитал по копейке, его деньги.

Я скряга, я каждую свою женщину знаю и помню. Они доставались мне даже труднее, чем трудяге его копейки. Я так некрасив, что мой выбор женщин не интересует их вообще. Это они выбирают меня. И не ошибаются. Я для них становлюсь всем, их радостью, их счастьем.

Выбирают меня, и часто это выглядит довольно забавно.

На одной из художественных выставок меня поселили в один гостиничный номер с другим «падшим» художником. Так же, как и он, я был помешан на женщинах, в силу своих недостатков, точно так же он был помешан на вине в силу своего крепкого здоровья.

Сосед в нашем поединке одерживал верх. Мы оба стоять и говорить уже не могли, и хорошо нам было необыкновенно, одно художественное видение сменяло другое.

И тут в номер входит наша коллега, очаровательная художница и обращается ко мне: «Пойдём, радость моя, я открою тебе блаженство». Видимо, её сразила наповал одна из моих картин, и она решила, что я её достоин.

Сосед мой сразу заскучал, а я хоть и джентльмен, но вот так уйти, оставив нового друга, тоже не мог. – Сейчас, – мычу я ей, – на посошок выпьем и прямо в твои объятья.

Выпили, и я пошёл, запинаясь о гостиничные ковры, навстречу блаженству. Блаженство началось с приказа: «Быстро в ванну».

В ванну я лез точно так же, как солдат лезет через бруствер. На дне ванны я ощупал себя и с тоской убедился, что мой «шахтёр» абсолютно ничего не чувствует, а значит ни на какой подвиг не способен. Я включил какую-то воду, видимо, тёплую и уснул.

Какой может быть бой, если оружие без патронов. Долго ли я спал, не знаю, но ощутил, как меня кто-то растирает полотенцем. Именно ощутил, а значит сознание стало возвращаться. Я отстранил всякую помощь и пошёл к гостиничной кровати обречённо, неуверенно, мутно. С каждым шагом я внушал себе, что никак нельзя уронить ни честь гимна, ни честь флага, ни тяжесть булавы, ни величие державы. Я чувствовал, как двуглавый орёл даёт мне волю к победе.

Она уже лежала и лукаво повторяла: «Ну, иди же ко мне». И вот я лежу. Я лежу, и «шахтёр» мой лежит, как после обвала, прибитый, обожжённый и совсем задохнувшийся. А голова моя уговаривает его: «Смотри, какая женщина, горячая, нежная, с сияющими глазами». «Шахтёр», у тебя одна задача, подняться в свой полный рост, может к тебе карандаш привязать». Вспомни, как твои братья долбят дыру в Америку на Манежной площади в Москве.

Засыпаю. Утро. В постели один. Встаю, иду, ищу, не нахожу, переживаю, ожидаю, волнуюсь, надеюсь, не ем, не пью и даже не похмеляюсь, дичаю от тоски, молчу, не улыбаюсь, почти плачу, слушаю и ничего не слышу, смотрю и ничего не вижу, и так до самого вечера.

Вечер, вновь вижу её. «Шахтёр» в полном порядке и шепчет: «Давай её быстрее уведём». Голова отвечает ему: «После вчерашнего, твой рейтинг упал совсем».

Подхожу к ней, сидящей к кресле, удивительно трезвый, робкий и похудевший. Жалобно смотрю ей в глаза.

– Ты женат, – спрашивает она.

– Женат, – отвечаю я.

– Уходи, – произносит она.

«Шахтёр» начинает бунтовать: «Ну, точно, вы все головы одинаковые, все больные, не могла вчера спросить, мы бы и ушли, а то ведь давай, давай, вконец замучила конец. А сегодня уходи. Давай ей быстро ответ».

– Не уйду, – упрямо произношу я.

– Уходи, – повторяет она.

Я, потерявший от близости её всё то, чего у меня никогда не было, взваливаю весь груз ответственности на «шахтёра», он же вчера с кем-то знакомился.

Встаю перед ней на колени, мои руки берут её руки и ей это нравится. Она толкает меня ножкой и показывает взглядом: «Целуй».

– Конечно, задыхаясь от счастья, произношу я, и целую пальчики, лодыжки, колени, выше, выше….

Голова моя уже ничего не соображает, «шахтёр» правит бал, заполнив все уголки наших, слившихся в одну, душ.

Женщины

Раздумья над поговоркой, которую иногда применяют женщины, утешая своих, очень красивых подруг «одних мужики любят, других в жёны берут» привела меня к мысли, что красивая женщина довольно часто сама упускает свой шанс. Мудрый, добрый, хороший мужчина, как правило, не агрессивен, даже, если женщина очень понравилась ему, он не подойдёт к ней.

Если он неопытен, то не подойдёт из робости, если опытен, то будет искать хотя бы ещё одну причину, кроме красоты, для более близкого знакомства, как правило, эту причину он будет искать в особенностях её души. Но, пока он ищет, другие мужчины, менее развитые и более агрессивные, сумеют уговорить красавицу на всё что угодно. Она к этому готова. И это начинается рано.

Один мужичонка – зверюшка, второй, третий – женщина перестаёт разбираться в них совсем, так как они её ничему не учат, а только «трахают». Некрасивой женщине выбирать особо не из чего. Но время идёт, люди смотрят, и чтобы быть, как все, т. е. замужем, она становится агрессивной, и часто ей везёт, так как её уловом становятся как раз долго размышляющие, стеснительные и робкие мужички. А чего ещё надо для счастья, кроме доброго мужа.

Мужчина и женщина

По какой причине обычно не стыкуется жизнь мужчины и женщины под одной крышей. В основном из-за отсутствия творческого начала. Если нет задатков творчества, то очень быстро выясняется, что заняться нечем, кроме как изводить друг друга. Если женщина считает быт тяжким трудом, если она ленива, то наступает катастрофа. Заняться ей нечем, она начинает угнетать мужчину, который к труду по дому просто не приучен. Начинается конфликт, и мужчина начинает прятаться на работе, в гараже, лишь бы подальше от фактора постоянного стресса – женщины.

Казаки и «суициды»

Посетил богемный мир. Окунулся в классический дурдом. Принимали в казаки нижегородского писателя. За столом сидели четыре казака, включая меня и одна женщина, уже изрядно располневшая, но ещё очень молодая и вполне миловидная.

Сидели в ожидании, когда хозяин квартиры принесёт обещанное вино. Вина действительно было очень много. Два ящика. Ящик красного молдавского вина и ящик белого. Начали с красного «Старый полковник». Вино понравилось, чувствовался сорт винограда «Изабелла».

Раздаётся звонок. Игорь, так звали хозяина, берёт телефонную трубку. Мы слышим некоторую истерику женского звонящего голоса, и замечаем некоторое волнение Игоря. Он бросает трубку, со словами: «Между нами всё кончено». Весь дёргаясь, подходит к столу и говорит, что звонила Маша, она собирается покончить с жизнью через повешенье, и поэтому надо помолиться.

Игорь писатель, по крайней мере, окончил Литературный институт им. А.М. Горького, поэтому прозаик дипломированный. В его квартире, кроме рабочего стола, дивана, груды книг на полу и двух здоровенных котов, больше ничего нет. Холостая жизнь и женщины привели его к какому-то гибриду веры, посему в его квартире ещё полным полно икон, которые выстроены вдоль подоконника и рабочего стола.

В окружении этого хаоса, его нервозности, мы приняли предложение помолиться и поднялись, всё-таки казаки на отдыхе, почему бы и не помолиться. Вино ещё не сильно действовало.

Игорь начал что-то подвывать, мы креститься. Молитва оказалась долгой, ситуация предельно бредовой. Пока он молился, мы ещё пару раз выпили.

Помолившись, Игорь сказал, что это не шутки и что у Маши бывают такие обострения каждый день и длятся они по три часа, и вновь налил всем вина. Мы выпили, закуски не было никакой. Опять звонок, опять звонит Маша и говорит, что взяла нож и что сейчас будет себе резать вены. Игорь ей опять отвечает, что всё кончено, а нам опять предлагает помолиться.

Самый старый и мудрый казак из нашей компании, уже захмелев и абсолютно не желающий молиться за какую-то Машу, говорит Игорю, что пусть эта Маша определиться с выбором своей кончины. Он не успевает окончить речь, а мы выпить «за безболезненную кончину Маши», как опять раздаётся звонок.

Игорь берёт трубку и начинает дёргаться ещё сильнее, видно, что на него эти телефонные звонки и истеричная Маша, действуют как валерьянка на его же котов. Он говорит Маше о том, что даёт трубку атаману.

Атаман, уже сильно хмельной, начинает слушать Машу и звать её в нашу кампанию. Маша кричит в трубку, что Игорь вчера разбил ей нос, и так как он ещё не зажил, она не может немедленно приехать, чтобы всех нас осчастливить, а так как приехать она не может, то немедленно пойдёт и утопится, бросившись с моста в реку Волгу. Атаман, как и положено атаману, отвечает, что у него у самого три дочки и сын, и как ему подсказывает опыт, всё проходит, в том числе и истерики.

Игорь смотрит на часы. Мы, глядя на него, тоже. Игорь говорит, что осталось ещё полтора часа, и надо помолиться. Я спрашиваю сидящего рядом с нами друга Игоря: «Машка хоть симпатичная?». Он отвечает, что ещё страшнее, чем эта, показывая глазами на новую подругу Игоря.

На другом конце провода рыдания переходят в вой, атаман кладёт трубку. Он не выносит женского визга.

Игорь вновь предлагает помолиться. Все соглашаются, но перед этим атаман предлагает выпить. Пьём, кое-как поднимаемся. Крестимся. Садимся, опять пьём. Игорь дёргается ещё больше и звонит Машкиным родителям, сообщая им, что их дочь собирается броситься в реку с моста. Они его, видимо, посылают за ней же, так как Игорь произносит: «А им всё равно».

Опять звонок. Звонят родители Игоря и говорят, что им только что звонила Маша, и она вся в слезах. Игорь говорит, что с ней у него всё кончено. Пьём за то, что всё кончено, смотрим на пустые бутылки и очень хотим закусить.

Опять звонок. Опять Маша. Смотрим на часы, по Игореву опыту, истерика продлится ещё полчаса.

Есть нечего, опять наливаем и опять пьём. Атаман спрашивает, зачем он Машке разбил нос. Игорь говорит, что вчера она его терроризировала два с половиной часа, и он просто дал ей подзатыльник, а уж куда она ткнулась своим носом, он не видел.

Опять звонок. Опять Маша. Нам уже хорошо. Мы наперебой начинаем подсказывать Игорю средства инквизиции. Последние полчаса он проводит в разговоре с Машей, и сам входит в экстаз.

Опять пьём и уходим закусывать в кафе, оставляя Игоря с его бабами и вечными конфликтами. В казаки мы его так и не приняли, хоть всё вино и выпили.

Муж и жена

Муж матёрый вояка, но абсолютно не коммерческий человек. Он может всё, кроме одного, он не может заработать столько денег, сколько хочет его жена. Другая женщина гордилась бы и статью и умениями своего мужа, но ему не повезло. Он, будучи совершенно неохочем до чужой собственности, да ещё противником любого мародёрства, ничего ей дать не мог, разве что мог приносить каждый день по скальпу, да по отрезанному уху.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.