Элла Рэйн
Родственные узы

Переход открылся в парадной городского дома. Мы с Веспасианом покинули его, лорд Герн улетел дальше, а навстречу нам уже спешили Шерлос и Патрик. Забрав мою дорожную сумку и расцеловав, брат расплылся в счастливой улыбке.

– Мы заждались. Шутка ли, улетели всего на два дня, а вернулись через четыре, непорядок. Сейчас будете отчитываться, а пока вперед в гостиную, там все наши, – подталкивая меня к лестнице, шутил он. А затем обратился к Веспасиану, – вы где запропастились?

– Мы были в Королевстве Тюльпанов, – поведал тот, – нас пригласили, Видана начала отказываться, но мне так захотелось там побывать…

– Понятно, и по этой причине она согласилась провести пару дней под одной крышей с лордом Мордератом. Провокаторы вы, родные, – подвел итог наш руководитель, – смотрите, как бы информация не дошла до ушей семейства Тримееров, вот крику-то будет.

– Да ладно тебе, Шерлос, это ты от радости такой многословный? – удивился молчавший Патрик, он только сдержанно улыбался и шел рядом.

В гостиной у накрытого стола хлопотали бабушка Ребекка и Веда, а леди Калерия и Стефания сидели на диване.

– Я соскучилась, – только и прошептала, оказавшись в объятиях бабушки, – как хорошо, мы дома, и ты рядом.

– Мы тоже заскучали, нет вас и нет, давайте к столу. Совместим полезное с приятным, – ответила бабушка, – и поужинаем, и пообщаемся.

Все расположились за столом, я сидела между бабушкой и Ведой, рядом с которой был Патрик, с улыбкой смотревший на мать, далее Шерлос с леди Стефанией и Веспасиан с леди Калерией.

– Патрик, ты хоть поверил, что в империи оказался? – спросила я. – Хулиган, нам с Веспасианом приписали попытку взорвать все здания на территории Ордена.

– Поверил, когда вампир нас с мамой в этот дом доставил, и леди Ребекка, увидев нас, ахнула и маму в объятия заключила. Вот тогда я поверил, что мы вернулись на Родину, – сдержанно произнес юноша. – А когда выяснилось, что бабушка Ветрица и брат мой старший живы-здоровы, так подумал, что это просто волшебная сказка.

– Да нет, не сказка, – не согласился Шерлос, – жизнь самая что ни на есть настоящая. Вот погоди, на неделе отправимся в одно местечко, лорд Трибоний предложил Видану дождаться, вот где открытия тебя поджидают.

– А что с документами о переводе в нашу Академию? – уточнила я у брата.

– Лорд Эрмитас сделал запрос в Академию Януса Змееносца, на следующей неделе ждем ответ, а пока папа взял заявления с Патрика и леди Веды о возвращении им настоящей фамилии и получении документов, – ответил он и сурово спросил, – ты ужинать собираешься? Понимаю, соскучилась, вопросов много, но кушать нужно.

Леди, сидевшие за столом, переглянулись, с улыбкой наблюдая за тем, как Шерлос играет роль распорядителя.

– Вы скажите, поездка плодотворной была? – продолжал допрашивать брат. – Все выполнили, что задумали?

– Ну да, выполнили и даже немного больше, – согласился с ним Веспасиан, – Видана даже ночью на погребении настоятельницы Тесеи побывала.

– Как на погребении? Настоятельница скончалась? – побледнела Веда, сын обнял ее и погладил по голове.

– Ой, простите, – повинился Веспасиан, – Вы же предысторию не знаете. Шерлос, ее рассказывать можно?

Брат кивнул головой, задумчиво освобождая жареную рыбу от костей, и Веспасиан рассказал о том, как были найдены останки леди Гекубы Мордерат и что произошло в Ордене после исчезновения Веды и Патрика.

– Хвала Черной Луне, а я уже испугалась, что она погибла, – проговорила Веда, – ну хорошо, что хоть так.

– А я так и не понял, почему меня убеждали, что ты в Вечности? – спросил у нее сын. – Какой в этом был резон?

– Тебя таким образом пытались обезопасить и вывести из-под удара, – ответил Веспасиан, – дали возможность начать другую жизнь и пойти своим путем. Настоятельница не могла тебе рассказать, во-первых, не факт, что ты бы поверил, а во-вторых, у тебя ярко выраженный талант алхимика и взрывника, она не знала, что с этим делать.

– Патрик, а ты где каникулы проводил? – не удержалась я от вопроса, мне было просто интересно, если сироту отказывались принимать в приюте, то где он находился в свободное от учебы время.

– В Академии, все четыре года, а на последних зимних каникулах магистр Хирон пригласил меня в дом своих родителей, там живет и его дед, алхимик. Я все каникулы общался с ним, занятный дед, так много всего знает. Он мне посоветовал книги, с которыми мне необходимо поработать, разговаривал за жизнь и как-то невзначай спросил, а не сын ли я Крония Барнея? А потом проговорился, что когда-то в империи жил маг, звали его Патрик Дурнен, и был он знатным алхимиком и взрывником. Так вот, дед Хирона лет двадцать назад написал ему письмо – они оба приблизительно в одно время создали одно вещество – маг не ответил, и вообще о нем ничего не было слышно, как в воду канул. А по осени он возьми да и скажи об этом зятю своему, вампиру Линдворму, а тот посоветовал обратиться к магу Кронию Барнею, сказал, что это и есть Патрик Дурнен. И вот тут моя голова и заработала в другом направлении, отдельные факты, какие-то странные моменты неожиданно стали складываться как мозаика в картину. Я постарался и вида не показать, насколько меня все удивило и заинтересовало, мы продолжали заниматься, а по ночам я сидел в их библиотеке, мне леди Линдворм позволила, – он замолчал и взял стакан с водой, сделав пару глотков, поставил обратно на стол. Мать с любовью и нежностью смотрела на сына.

– Вот там, в газетах, я и обнаружил заметку о том, что леди Гекуба Мордерат после развода с мужем вернулась в Королевство Теней и возглавила Орден Молчальниц, – продолжил Патрик. – Про исчезновение Дурненов, конечно, ничего не было, да и быть не могло – не те величины в магическом мире. Но статью о том, что адепт Янек Дурнен убил профессора в Академии магических искусств, обнаружил, как и заметку, что его поместили в психиатрическую лечебницу. И тогда я пришел к выводу, что моих родителей подцепили на серьезный крючок – сына Янека, после чего можно было с ними делать все что угодно. Я весь зимний семестр стремился найти хоть какую-то информацию, понять, что мне делать дальше. И тут команда из нашей Академии отправилась на интеллектуальный турнир в империю, и не куда-нибудь, а в Академию магических искусств, где когда-то учился мой старший брат Янек Дурнен. Я делал заявку на участие в турнире, но дисциплин, в которых я силен, не было в программе, и мне посоветовали не спешить, а одна адептка намекнула, что я слишком беден, чтобы участвовать в международном турнире. Обозвав ее дурындой, я получил наказание – запрет на выход за пределы Академии на месяц. Ну, особо, конечно, не переживал, решил посмотреть, что дальше будет. В нашем деле терпение – главная добродетель, поспешишь – и сам взлетишь на воздух, да и людей погубишь окружающих. Команда улетела возбужденная, им проводы торжественные устроили, сам главный попечитель Академии появился, пожелал победы и скорейшего возвращения.

– Хм, и как победа? – широко улыбаясь, поинтересовался Шерлос. Остальные за столом кушали и внимательно слушали Патрика, а бабушка подложила ему на тарелку дополнительную порцию рыбы и салата.

– Да вы оказались наглыми ребятами, – весело констатировал Патрик, отправляя в рот кусок рыбы, – подумать только, всех обидели. Наша звезда – адепт Герг Норберт – не взял даже третьего места, трое наших адептов пропали в империи, шепотом между адептами ходили слухи, что двое в Тайной канцелярии, а один погиб. И да, фамилии: Мордерат, Блэкрэдсан, Дейдрис, Лангедок, Тримеер зазвучали по Академии, о них говорили с ненавистью и придыханием. Поговаривали, что наша команда вляпалась в какое – то некрасивое дело, и потому адептам из Академии Януса Змееносца дорога на интеллектуальные турниры в империю заказана. А когда вернулся магистр Хирон, да уже не человеком, а вампиром, и один преподаватель проговорился, что член нашей команды его попытался убить, то мне стало вообще интересно. Что на самом деле происходит, если взрослые маги решили в свои игры даже адептов Академий втянуть? Ну, то, что это была разведка боем, я понял, но со всем остальным еще до конца не разобрался.

– Слушай, а как ты попал на практику в агентство Зархаков? – уточнила я. – Мне сказали, что лорд Зархак потому и обвинил нас с Веспасианом, что не мог сказать, что адепт Барней исчез.

– Видана, а где такому хулигану, как я, практику проходить? – засмеялся Патрик. – Когда начался зимний семестр, в Академии на финансовом факультете появился адепт Мердок Зархак, на седьмом курсе, а до этого он учился в Академии Радогона Северного. Когда спросили, почему к нам перевелся, он намекнул, что поучаствовал в одном очень громком деле, чуть ли не организовал его, после чего оставаться в империи дальше было опасно: могли упечь на долгие годы на территории Ледяной Королевы. А когда наша команда вернулась с турнира, он желчью чуть не изошел, когда услышал, что адепт Гвен Лангедок на пару с адептом Мордератом занял первое место по философии. Так я его невзначай и подколол, что, мол, завидки берут, что не ты взял это место, а его всего перекосило, в драку бросился. Зря он это сделал, ему потом пришлось на личико швы накладывать, папенька его с теткой появились, и меня к ректору вызвали. Я подумал, все сейчас из Академии отчислят, чаша терпения у руководства переполнится, однако, выслушав меня и ректора, тетка адепта Зархака решила, что практики я прохожу у них в агентстве.

– Мы подумали, что ты следил за нами по приказу, – поведал Веспасиан, приступая к чаю. На столе появился большой фруктовый пирог, у юношей вспыхнули глаза от радости.

– Нет, приказа не было. Я, сам того не ожидая, подслушал разговор лорда Роберта и его заместителя о том, что в Королевство Теней скоро отправится делегация из империи, в том числе и лорд Гиен Мордерат. Лорд Зархак был удивлен, зачем в делегацию включили адептку Тримеер и адепта Веспасиана Тосгия, – рассказывал Патрик, – это все и решило. В ту же ночь я сбежал из Подлунного Королевства: вначале в Королевство Южных морей – там по легенде несколько лет жил Кроний Барней, – а затем появился в Королевстве Теней, где и приступил к выполнению своего плана. Я должен был найти вас и попросить помощи, любой, но самое главное – маму вытащить из Ордена и отправить обратно в империю. В моем случае это был вопрос жизни и смерти, чтобы понять, кто я, нужно начинать со своих корней, а они были здесь, в империи.

– А как ты понял, что я жива? – негромко спросила Веда, поглаживая сына по руке.

– Мама, так меня на территорию Ордена не пускали с момента поступления в Академию. В первый месяц учебы как пришло письмо от настоятельницы, что тебя больше нет, так и не пускали. Я только этой зимой, начав все обдумывать, пришел к выводу, что все не так, как мне представили. Да, я был хулиганистым, непоседливым ребенком, не отрицаю этого, но согласись, что это не причина отказывать мне провести летние каникулы в приюте. Рабочие руки в Ордене лишними никогда не были, я бы не отказался поработать, но меня туда не пускали, и я сделал вывод: мне солгали. Ты жива, но по какой-то причине нужно было, чтобы я считал тебя умершей, – пояснил Патрик, – а когда ты сказала, что на следующей неделе тебя ждал постриг… Нет, мама, ты мне самому нужна, и Янеку, и бабушке. Мы когда сможем их увидеть? – обратился он к Шерлосу.

– Скоро, – спокойно ответил брат, больше сказать ничего не успел.

– Шерлос, – в воздухе материализовался Герберт, – в парадной Георг Норберт, он просит Видану спуститься к нему.

– Хм, так может, устроим праздник и пригласим его сюда? – хмыкнул тот в ответ и насмешливо посмотрел на меня. – А, Видюш? Чаем напоим и посмотрим, как его лицо изменяется при виде Патрика.

– А что здесь делает адепт Норберт? Так это правда, что он в Академию магических искусств перевелся? – удивился Патрик.

– Давайте так, мы перейдем в маленькую гостиную, что на первом этаже, а наши леди пусть остаются здесь, – предложила я. – И, Шерлос, с Георгом нужно пообщаться, мы далеко не все рассказали.

– Хорошо, мама, бабушки, не скучать, – расцеловав мать, – леди Стефания улыбнулась, погруженная в свои мысли, до рождения малыша ей оставалось три месяца, – Шерлос отправился следом за нами.

Георг стоял в парадной, на улице было тепло, и потому на нем были легкие серые брюки, туника под узким поясом, темные волосы забраны в хвост. Увидев нашу компанию, спускающуюся по лестнице, юноша сложил руки на груди и наблюдал.

– Привет, Георг, мы все идем в маленькую гостиную и приглашаем тебя с нами, – заявил Шерлос. – Я надеюсь, ты знаком с Патриком?

– Видел его в Академии, – согласился Георг, – но не знаком, хотя сегодня услышал о нем. Неужели это ты сбежал с практики из охранного агентства моей тети Бейлы Зархак?

– Да, именно я, – согласился Патрик, направляясь вслед за Веспасианом в сторону гостиной. – А что, это такой резонанс вызвало, что даже об этом известно тебе стало?

Георг молчал и смотрел на меня, а я, открыв дверь в гостиную, пригласила всех внутрь. В маленькой гостиной был камин, стоял небольшой стол в окружении низких кресел, окна занавешены непрозрачным тюлем. На стенах висели картины с изображением природы, приблизившись к ним, я узнала пейзажи Фоксвиллидж: деревенский дом, Храм Черной Луны и виды Академии магических искусств.

– Видана, а чьи это произведения? – вывел меня из дум голос Веспасиана. Юноши заняли кресла, Патрик расставлял чашки на столе, а Шерлос исчез.

– Это работы Ольгерда, – негромко ответила я и прошла к столу, – сейчас будет пирог и мед. Что случилось, Георг?

– К нам сегодня прилетала Бейла, она утверждает, что на вас было совершено покушение в Королевстве Тюльпанов, – ответил юноша, – ты и Веспасиан тяжело ранены, а Гиен и его друг сбежали.

– Что ты сказал? – раздался голос Шерлоса от дверей, он входил, неся в руках блюдо с пирогом. – На кого было совершено нападение?

– На нас, – ответил Веспасиан, – на всех. Но мы не ранены, и с поля боя ни лорд Гиен, ни лорд Герн не бежали, это сделали маги, нанявшие убийц. Да, и не смотри так, – это он Георгу, – заказ был убить всех четверых. А вот откуда твоя тетушка об этом узнала? Неужели заказ был от ее агентства?

– Да ты что, Веспасиан! – неожиданно рассердился Георг. – Моя тетя обожает Видану и не сделает ничего, чтобы ей не то что боль причинить, но и сама порвет любого, кто пожелает это сделать.

– Ну, как бы то ни было, но нападение на нас и слежка за тобой – звенья одной цепи, я так понимаю, – пояснил Веспасиан. – А скажи Георг, ты в каких отношениях с лордом Робертом Зархаком и его сыном?

– В самых что ни на есть милейших, они терпеть не могут меня, а я плачу им той же монетой, – вырвалось у Георга. – Как говорит бабушка Девора, это родственные узы и от них никуда не деться. Но по мне, пусть эти родственники живут сами по себе, а я сам по себе, мне от них ничего не нужно.

– Тебе, может, и нет, а вот им очень нужно, – вступил в разговор Шерлос. – Например, состояние твоей матери. Ты мешаешься у них под ногами, Георг.

– Знаю, и потому мне совсем не просто, – проговорил юноша, – я на практике стараюсь погрузиться в цифры, документы, лишь бы не вспоминать об этом, мало приятного в осознании, что ты дичь, на которую нацелился охотник. Видана, а что здесь делает адепт из Академии Януса Змееносца?

– Патрик – мой родственник, двоюродный дядя по линии отца, где как не у меня ему быть? – спросила я. И добавила, – да, это родственные узы, и я от них не открещиваюсь, особенно когда нужна помощь.

– Родственники, друзья, – вырвалось у Георга, – и на всех у тебя есть время и доброе слово, только не на меня. Бейла сказала, что вы с Веспасианом были в гостях у лорда Гиена в Королевстве Тюльпанов, зачем вы согласились? Видана, разве ты не понимаешь, что это не просто так, ты знаешь о моих чувствах к тебе, нас сталкивают лбами с лордом Гиеном, так, да?

– Ты молодец, Георг! Все правильно понял, вас действительно сталкивают лбами, и потому не нервничай, в этой ситуации нужна холодная голова, эмоции – плохой советчик, – посоветовал Шерлос. – Вспомни, Видана сразу говорила: до конца траура речи ни о каких ухаживаниях не должно идти. Она тебе ничего не обещала, но ты все равно поднимаешь этот вопрос.

– Да, поднимаю, я хочу, чтобы Видана стала моей женой, – сердито ответил Георг, – и готов воспитывать и любить ее ребенка.

– Так, успокойтесь, – не выдержала я. – Георг, давай договоримся: мы общаемся все вместе и на этом пока остановимся. Ты говоришь о любви ко мне, так вот постарайся понять – я люблю Ольгерда Тримеера, и не говори мне, что его нет в живых. Это ровным счетом ничего не значит, потому что я жива.

– Но зачем было соглашаться и отправляться в гости к лорду Гиену? – не унимался Георг. – Он нагло ухаживает за тобой, и ты принимаешь его знаки внимания.

– Неправда, Видана не хотела соглашаться, это я пожелал увидеть Королевство Тюльпанов, – отпарировал Веспасиан, – и она уступила ради меня. Георг, понимаешь какая история, может, ты не услышишь меня, но постарайся. В отличие от нас, ты одинок, да, на твоей стороне Бейла и Гикс Зархак, леди Девора Зархак, кто еще? Но это же неправильно, согласись. Мы протягиваем тебе руку, предлагаем дружбу и надеемся, что ты оставишь Видану в покое и настроишься на решение вопросов в своей жизни.

– Мда, ребят, как у вас все закручено, – произнес молчавший до сего момента Патрик. – Видана, а если бы ты была такой же небогатой, как я, Георг также бы добивался твоего внимания?

– Да, – мгновенно отпарировал адепт Норберт, – дело не в состоянии, а в уме и талантах леди Тримеер, а еще она обаятельная и очень красивая.

– Странно это слышать от тебя, но поверю на слово, – вздохнул Патрик, – поздно уже, завтра рано вставать.

Попрощавшись, Георг покинул нашу компанию, ребята забрали чашки, блюдо и унесли на кухню, я поднялась в гостиную второго этажа, где в тишине сидели бабушка и Веда. Леди Стефания и Калерия отбыли домой. Веспасиан и Шерлос, заглянув к нам, попрощались и тоже отправились домой, а Патрик опустился в кресло, с улыбкой наблюдая за матерью.

– Я так рад, что мы среди родных и ты такая счастливая, – произнес сын-хулиган.

– Поверить не могу, мне все кажется, что это сон, вот сейчас проснусь, и я одна, – негромко ответила Веда. Сын поднялся, сел рядом с ней и прижал к себе.

– Не одна, и больше никогда не будешь одна, – пообещал он ей. – Тетушка Ребекка сказала, что ты будешь жить с ней в Фоксвиллидж, пока мы с Виданой будем в Академии.

– Да-да, а Фоксвиллидж рядом с Академией, – подсказала бабушка, – мгновение – и они дома, с нами. А сейчас, родные, давайте отправимся отдыхать.

На столике рядом с диваном меня ждали стакан горячего молока и вазочка с пастой из куркумы, я присела на диван и заворожено смотрела на стол.

– Герний, – позвала я, – откуда взялось молоко и куркума?

– Не знаю, отвлекся ненадолго, а они здесь. Мы проверили, все чисто, ни заклятий, ни добавок, просто молоко. Пей и ложись спать, – ответило привидение, – ты же знаешь, попасть сюда посторонний не сможет.

– Видочка, ты еще не легла, – на пороге появилась бабушка, – это я принесла молоко, вспомнила сегодня об этом рецепте и решила приготовить. Веду тоже поить им будем, ей восстанавливаться нужно. Она ведь себя едва не уморила: муж погиб, о младшем сыне ничего неизвестно, старший умер, вот и решила голодом себя довести до конца. Но хвала Черной Луне, Патрик появился и вы там оказались, спасли Веду. Спи, родная, у нас будет время поговорить, – поцеловав меня, бабушка покинула комнату.

Я надеялась, что сегодня меня не пригласят в страну сновидений, вытянувшись на диване сладко заснула.

Вечер, и потому не так жарко, я поднимаюсь по деревянной лестнице, меня опять ждут в замке Офулдет, любимой крепости лорда Делагарди. Толкнув дверь, оказываюсь на террасе, где за столом в креслах сидят хозяин замка, лорды Линдворм и Сент-Жен, напротив них расположились семейная чета Зархак и лорд Гиен Мордерат. В воздухе висело напряжение, было похоже, что здесь только что спорили.

– Добрый вечер! – поздоровалась я. – Что случилось, раз меня решили пригласить на вашу встречу?

– Добрый вечер, Видана! – поприветствовал меня лорд Делагарди и указал на кресло неподалеку от себя. – Присаживайся, есть разговор. Лорд Гиен доложил, что сегодня на вас было совершено покушение, а Бейла, ссылаясь на данные, полученные от своего родственника, утверждает, что вы с однокурсником тяжело ранены, а лорд Гиен бежал, бросив вас там. Вот чему я не верю, так это в то, что он бросит тебя один на один с убийцами, но почему тогда такой наговор?

– Лорд Илорин, Видана не ранена, я не чувствую запаха крови, – спокойно заметил лорд Линдворм.

– Ну, во-первых, лорд Делагарди, нападение на нас действительно произошло, во-вторых, мы с адептом не ранены и нас, конечно, нигде не оставляли, а в-третьих, мне не совсем понятно, зачем на лорда Мордерата возвели поклепы, – пожала я плечами. – Меня больше интересует ответ на вопрос: кто на нас напал и за что пытались убить?

– Дорогая, ты хочешь сказать, что Роберт солгал? – удивилась Бейла, а Гикс заерзал в кресле. – Но зачем ему это нужно?

– Ну как зачем? Например, не понравились высказывания лорда Мордерата о его бездействии, любезно переданные ему кузеном Гиксом Зархаком, и лорду Роберту требуется сатисфакция. Бейла, – я опустила глаза и рассмотрела свои руки, – а Вы не думали, что хвост, пущенный за Георгом, нанят братом покойной леди Изольды Норберт? Что-то подсказывает мне, что юноша – конкурент братьев Зархак на состояние их сестры, и они постараются его убрать с дороги.

– Видана, да ты что? – в голосе послышалось вначале удивление, а затем леди замолчала и перевела взгляд на мужа. – Гикс, почему ты молчишь? Это правда?

– Если честно, то я не удивлюсь, что это может быть так, – ответил лорд Зархак, – но это не объясняет, почему нападение было совершено в Вашем присутствии, Видана.

– А вот это уже моя головная боль, – сухо произнес лорд Мордерат, – самое главное, ты подтвердил, что Роберт Зархак не питает к племяннику теплых чувств и если подвернется случай, то отправит его в Вечность, чтобы расчистить путь к банковским счетам Изольды.

– Вчера в Академию Януса Змееносца поступил запрос из Академии магических искусств на документы адепта Патрика Барнея, – подал голос лорд Делагарди. – Я подписал личное дело, и его отправили в империю, но у меня вопрос: юноша проходил практику в твоем агентстве, Бейла, как случилось, что он оказался в империи?

– Повелитель, я не знаю, – побледнела Бейла, – юноша действительно практику начал проходить в нашем агентстве, а затем исчез. Как он оказался в империи, мне не понятно. Хотя, что в этом такого? Нищий хулиган, учившийся в Академии на деньги Ордена Молчальниц, я очень сомневаюсь, что они будут оплачивать его обучение в Академии магических искусств.

– Ты так думаешь? Впрочем, это был его выбор, – согласился с ней лорд Делагарди. – Хотя, если мне не изменяет память, его отец был хорошим специалистом, не так ли, Гикс?

– Да, но он погиб, мальчика не воспитывал, более того, Кроний его никогда не видел, и я сомневаюсь, что адепт Барней станет таким же гениальным специалистом, как его отец, – ответил, замявшись Гикс. «Что-то он сегодня не в своей тарелке», – подумала я. – Одним ртом меньше, как для Ордена, так и для нас.

– Как скажите, друзья, как скажите, думаю, что вам виднее, – кивнул головой лорд Делагарди и обратился ко мне, – Видана, ты не нашла мой дневник?

– Я его и не искала, возможность оказаться в замке на сегодняшний день отсутствует, – сдержанно отозвалась я, – боюсь, появись я там, меня не выпустят.

– Даже так? А скажи, наша юная леди, когда ты с родственником побывала в Ордене, не попадалась ли на глаза книга в обложке из фиолетового бархата? – спрашивает он, подавая мне чашку с чаем.

– Мы в Ордене были только в кабинете настоятельницы, книг там не было видно, может, они были закрыты в шкафу, я не знаю, но на виду не стояли, – поведала я, чашку взяв из его рук и продолжая держать на весу, но к губам не поднося.

– А почему ты не осталась на поминках? – спросила Бейла. Лорды Линдворм и Сент-Жен негромко разговаривали, решая какой-то вопрос, а лорд Гиен задумчиво смотрел в окно.

– Гиен, ты где? – спросил лорд Илорин, наблюдая за всеми. – Так задумался.

– Меня впечатлили слова о том, что Георга Норберта могут убить из-за наследства матери, – ответил он. – И мне подумалось, неужели и Роберт Зархак общается с Дальним Королевством?

– Лорд Мордерат, может быть, хватит возводить поклепы на моего кузена? – взвился было Гикс, но по его руке хлопнула Бейла, и лорд Зархак замолчал.

– Умница, Бейла! – похвалил ее лорд Делагарди. – Гикс, а ты не помнишь, какой адепт избил адепта Мердока Зархака в Академии? Я слышал, пришлось накладывать швы.

– Это сделал адепт Патрик Барней, я лично ездила к ректору Академии, мой Повелитель, – негромко произнесла Бейла. – Тогда же и приняла решение, что юноша должен проходить практики в моем агентстве.

– Неужели? Моя дорогая Бейла, а скажи, что тебя подвигло на это? Благотворительностью ты не занимаешься, любишь только Георга, что должно было случиться, чтобы ты решилась на этот шаг? Ну же, расскажи сама или я вызову сюда ректора Академии, и поверь, он будет рад все поведать, да еще и в красках, – мягко попросил лорд Делагарди, и я почувствовала, как на террасе похолодало.

– Повелитель, как я узнала… – леди Бейла замолчала и пауза затягивалась.

– Вы узнали, Бейла, что Патрик Барней талантливый алхимик и много времени проводит в химической лаборатории. Бьюсь об заклад, Вы увидели его обожженные руки и поняли, что он копия своего отца, – спокойно ответил за нее лорд Мордерат. – И потому исчезновение юноши испугало Роберта Зархака настолько, что он решил убрать свидетелей – леди Тримеер и ее родственника. Уж кто-кто, а Роберт понял, что угроза минирования корпусов в Ордене могла исходить только от одного человека – Патрика Барнея, а вот увидеть его там они могли, и не только увидеть, но и помочь попасть в империю. А чтобы эта информация не дошла до ушей лорда Делагарди, нужно было убить леди Тримеер и пустить слух о том, что ее убийство – это борьба за наследство покойного лорда Тримеера. Вы же понимаете, Бейла, у кого что болит.

– Вы думаете, Роберт готов даже убить Георга? – испуганно спросила она.

– А тогда зачем он потребовал от леди Деворы Норберт переписать все состояние на себя? – словесно ударил лорд Мордерат, наблюдая, как сереет лицо Бейлы Зархак и бледнеет Гикс. – Мой человек лгать не будет. Ваш кузен, Гикс, поставил леди условие: или она отписывает состояние на него, или он вытаскивает на белый свет компромат на нее, и оставшиеся дни Ваша тетушка проведет в тюрьме. Вы в восторге от такой информации?

– Гиен, я тебя боюсь, – вырвалось у Гикса, – ну скажи, что ты все это придумал.

– В интересах нашего дела я принял решение, – спокойно произнес лорд Делагарди. – Бейла, твое агентство с этого момента находится в подчинение у лорда Гиена Мордерата, и не возражай, дорогая. Тебе за ним не уследить, вы с Гиксом казначеи, вот и занимайтесь этим, а лорд Гиен пусть почистит двурушников и откровенных предателей. Бейла, деточка, – отечески успокоил всхлипнувшую леди, лорд Илорин, – ничего личного, это бизнес, не так ли?

– Да, конечно, – пробормотала она, промокнув глаза платочком, – я не ожидала, что, получив в свои руки власть, Роберт захочет избавиться от Георга.

– Я не понял, если Видана и ее родственник встретились в Ордене с адептом Барнеем, – подключился к разговору лорд Сент-Жен, – то где юноша сейчас? Понятно, что в империи, но где именно?

– А Вы сначала докажите, что мы видели Патрика Барнея, – ответила я, поставив чашку на стол, так и не выпив ни глотка, – а потом спрашивайте.

– Да видели, конечно, потому Роберт и решил вас обоих убрать, – поведал Гикс, гладя жену по ладони. – У нас там осведомитель имеется, и ему точно известно, что вы с ним встречались, но после вас юноша как сквозь землю провалился. А это значит, что в империю его отправили вы. Вопрос: куда? И кто помог адепту связаться с Академией магических искусств? Элитное заведение, как – никак.

– Ко мне домой, – врать бесполезно, уже завтра им доложат, что адепт проходит с нами практику.

– Наша сердобольная леди Тримеер, а лично Вам это зачем нужно? – удивился лорд Сент-Жен. – Других забот больше нет?

– А лично мне это нужно, уважаемый лорд Аллан, потому что я, в отличие от некоторых здесь сидящих, от родственников не отказываюсь, – рассердилась я не на шутку. – Патрик Барней, он же Дурнен, мой двоюродный дядя, его мать – тетка моего отца. И если человеку нужна моя помощь, я ее окажу.

– Извините, если я обидел Вас таким вопросом, – смутился лорд, – но у меня сложилось ощущение, что я сделал что-то такое, что Вас расстроило, причем не сегодня, а какое-то время назад. Вы не хотите мне пояснить, что не так?

– Не желаю, я хочу покинуть вас и отправиться отдыхать, утром рано вставать, – ответила я и поднялась. – Всего вам доброго, леди и лорды. Постарайтесь меня не приглашать на ваши встречи, не поверите, но с каждым разом я все больше и больше разочаровываюсь во взрослых людях, мне претит ваша беспринципность и хождение по головам. Очень больно наблюдать все это, – с этими словами я покинула террасу и начала спускаться по лестнице.

– Видана, – меня догонял лорд Сент-Жен, – и все-таки, что я сделал не так? Пожалуйста, я хочу знать. Однажды Вас назвали леди Эквитас, совсем недавно, леди Минерва Гровели очень удивилась, а затем весело рассмеялась. Но затем пояснила, что в юности ей предсказали долгую счастливую жизнь, при одном условии: если на ее пути встанет леди Эквитас, то леди Тривия, так зовут Минерву в очень узком кругу, не сможет ей противостоять.

– Лорд Аллан, – мы стояли у входной двери, он придержал ее, чтобы я не смогла открыть, – вспомните наш последний разговор и постарайтесь понять сами, что Вы сделали не так. Кстати, а Ваш отец, он жив?

– Нет, он умер пять лет назад, поздней ночью. Просто схватился за сердце, прошептал: «Папа», и все, его не стало, – ответил лорд. – А почему Вы спросили?

– Просто спросила, пять лет назад поздней ночью умер Ваш дед, видимо, они ушли вместе. Позвольте мне открыть дверь, я очень устала.

– Видана, почему Вы согласились отправиться в Королевство Тюльпанов? – лорд смотрел на меня, ожидая ответа.

– Лорд Аллан, я сегодня несколько раз давала ответ на этот вопрос, но так и быть, отвечу еще раз. Мой родственник так обрадовался приглашению, что было просто преступлением насупиться и утащить его в империю.

– Понятно, а я подумал, что Вам импонируют ухаживания лорда Гиена, – ответил лорд и предложил, – составьте мне компанию в день Юпитера, леди Минерва желает Вас видеть в своем салоне.

– Вы часто бываете у нее? – уточнила я. Сверху никто не спускался, а лорд не спешил возвращаться обратно.

– Да, это дань вежливости, она заменила мне мать и бабушку, они обе умерли рано.

– Ничего обещать не буду, у меня практика, а значит, полноценный рабочий день, – лорд открыл дверь, и я, попрощавшись, покинула замок.

Открыла глаза, за окном темно, а в голове промелькнула мысль, что на сегодняшней встрече произошло нечто важное, но что именно, я пойму много позднее, а пока часы пробили час, и я вновь погрузилась в сон.

* * *

– Ой, ну кого я вижу, – раздался радостный голос лорда Трибония, стоявшего в проеме дверей нашей приемной. – Видана и Веспасиан вернулись. Ух, а этого алхимика где нашли? Парень, на тебе хоть живое место имеется? А то я смотрю, не только руки, но и лицо обожженное.

– Здравствуйте, я Патрик Дурнен, – представился алхимик, – вот нашли в одном Королевстве и отправили домой, в империю.

– Патрик Дурнен? – переспросил оборотень и сделал шаг к шкафу, достал из него альбом выпускников Академии Радогона Северного и, пролистав, нашел нужную страницу и показал юноше. – Это твой отец?

– Надо же, у вас здесь и его портрет имеется, – только и вымолвил юноша, взяв альбом в руки и рассматривая его, – а я никогда не видел его изображений, ну кроме как в газете, что сообщила о гибели Крония Барнея.

– А ты один вернулся в империю или с матерью? – уточнил лорд Трибоний, мы поставили стул между столами Веспасиана и Шерлоса, приготовив место для Патрика.

– С мамой, – подтвердил юноша. – А я чем заниматься буду? Меня нужно загружать полностью, я привычный к работе.

– Это хорошо, работы у нас хватает. Факультет какой? Неужели боевой? Вот, сразу чувствуется подготовка, – обрадовался лорд. – Патрик, мы тебя к Видане прикрепим, ты столицу еще не знаешь, а ее отпускать одну нежелательно. В общем, ребят, – Патрик занял приготовленное место, – поступила информация – мы с Шерлосом отправляли на проверку, – что целитель Керкос регулярно встречается с несколькими лордами в клубе «Сократ». Туда отправляюсь я с Веспасианом, а ты, Шерлос, пройдись невзначай около дома, где предположительно проживает Керкос, походи, понаблюдай. А Видана и Патрик остаются в конторе, она под охраной, можно не переживать. На кухне фруктовый пирог от Марты, она всем передает привет.

Через несколько минут приемная опустела, мы остались одни.

– Патрик, занимай стол Веспасиана, – посоветовала я, – он сегодня уже не вернется, с обеда к профессору отправится.

– Меня Шерлос немного в курс дела ввел, вы действительно преступления расследуете? – уточнил юноша, усевшись за стол и положив перед собой альбом.

– Стараемся, для этого и компанию создали, – ответила я, достав из стола свитки по делу Рунгерд Торверг, и задумалась: если Зелда служила в магическом агентстве Серой Леди, значит, есть смысл на встречу соглашаться.

Патрик взял карандаш и свиток, что-то начал рисовать, а я обложилась газетами, поступившими в наше с Веспасианом отсутствие, требовалось просмотреть, вдруг какая информация проскользнет, касающаяся наших дел.

Все случилось неожиданно. Мы углубились в свои дела, как вспыхнул переход, прямо в приемной, и оттуда вывалился бледный до синевы Георг Норберт, даже придумывать ничего не нужно было – юноша был ранен.

– Видана, пожалуйста, – только и прошептал он, теряя сознание.

Патрик, выскочив из-за стола, успел подхватить Георга, уложил на пол и поднял на меня глаза.

– Я могу обработать и прижечь раны, но их много, – вырвалось у него, – неужели и правда старались убить?

Отправив телепатическое сообщение принцу Птолемею и попросив прислать целителя Маркеса, я отправила Патрика за стол, а сама, вытряхнув из сумки настойки, приступила к оказанию помощи. Разорвав тунику Георга, я обрабатывала раны, отмечая про себя: «Целились в грудь, но просчитались, правда, кровопотеря немаленькая, неужели он успел дать бой?».

– Что случилось? – в приемной появились принц Птолемей и Маркес. – Видана, зачем ты убила юношу? – хмыкнул вампир, оттирая меня в сторону. – Брысь, мелкая, еще не хватало, чтобы ты тратила силы на него. Для этого есть я. Леди Тримеер, лучше выясните, что произошло на самом деле.

Хлопнула входная дверь, и в приемной появился рассерженный Шерлос, увидев распростертого на полу Георга, чуть смягчился.

– Я уже голову ломаю, куда этот хулиган подевался, – в сердцах высказался он, опускаясь на колени перед тем, кто просил считать его братом. – Нападение на него было. Георг трех человек положил, они ранены тяжело, а сам исчез. Ну, правильно, кому он еще довериться мог, только Виданке.

– Не пыхти, лучше помогай, – остановил словесный поток Маркес, – сейчас в себя придет. Ух, а вот это он зря.

Глаза Георга широко раскрылись, и на всех смотрели кошачьи суженые зрачки.

– Это Вечность? – еле выговаривая, произнес он. – Или все-таки я жив?

– Конечно, жив, есть еще предложения? – насмешливо поинтересовался вампир. Подхватив Георга на руки, потребовал, – Птолемей, переход к леди Виргинии.

Вспыхнул переход, и лорды с раненым Георгом улетели к Регине рода Мордерат, оставив нас втроем в агентстве.

– В общем так, мои дорогие, отправляйтесь к дому целителя Керкоса, – решил Шерлос, – а я останусь в агентстве, скоро здесь появится Ахорн, нам нужно переговорить.

Убрав в ящик стола документы, я поднялась, Патрик уже ждал в прихожей, и мы покинули контору.

– Вида, это Георга из-за наследства ранили? – спросил он, когда мы вышли на улицу, и отправились туда, где располагался лечебный кабинет целителя Керкоса, а над ним, если верить Ахорну, и его квартира.

– Похоже, да, заспешили родственники, – сдержанно отозвалась я. – И ведь никакой жалости, Георгу и лет всего семнадцать, но матери нет и защищать некому.

Мы идем по улице, не торопясь и обмениваясь впечатлениями, со стороны можно сделать вывод: парочка мило беседует, и им нет ни до кого дела. Подходя к дому целителя, я увидела, что лечебный кабинет располагается в старинном деревянном флигеле. Аккуратный, двухэтажный домик, обгоревший на солнце и умытый дождями, к которому вела дорожка, упирающаяся в трехступенчатое крыльцо. На первом этаже, видимо, располагался лечебный кабинет, два окна которого, выходящие на улицу, были закрыты белыми полотняными шторками, а вот окна на втором этаже были занавешены красивыми тюлевыми. Мы бы и прошли мимо, как ни в чем не бывало, но стоило нам только поравняться с флигелем, как из окон первого этажа полыхнуло пламя, раздался треск лопающихся стекол, и Патрик кинулся к крыльцу, на плече у него появилась юркая саламандра.

– Салли, будем гасить, – произнес Патрик и споткнулся.

Мне хватило этого мгновения, подняв руки на уровне груди, я развернула ладони к небу и прошептала: «Вода, я призываю тебя, стихия волн и чувств, приди ко мне, наполни мои руки, помоги затушить огонь, зажженный злой рукой».

Ладони становились тяжелыми, небо затянуло серыми тучами, застучали крупные капли дождя по мостовой, движение руками – и к флигелю устремился мощный водяной поток. Стекла окончательно лопнули, вода, перелившись через подоконник, тушила огонь, бушевавший на первом этаже. Патрик, дождавшись, когда из окон повалит дым, тут же обмотал лицо туникой, оставив только глаза, и устремился вперед.

– Вызывай помощь, – только и расслышала я от исчезнувшего за дверями флигеля родственника.

Отправив телепатическое сообщение Киру Эванзу и лорду Трибонию, я отошла к ограде соседнего дома и приготовилась ждать. Вспыхнул переход, из которого выскочили Кир и Алистер, а следом зашипел другой, и появились лорд Трибоний и Веспасиан. Мгновенно оценив обстановку, они направились к флигелю, а оттуда уже появился Патрик, цепко державший за локоть немолодого мужчину, прихрамывающего при движении, с обожженным лицом и руками, которыми он закрывал нос, а открытым ртом хватал чистый воздух.

– Держите пиротехника-самоучку, – передавая целителя Керкоса, а это был он, произнес Патрик. – На мой взгляд, он планировал пыль в глаза пустить и исчезнуть потихоньку, да вот незадача – горючего вещества положил больше, чем следовало.

– А ты кто такой? – тут же задал вопрос появившийся эксперт из Тайной канцелярии. – Почему решил, что это не настоящий взрыв?

– Да ладно, я этой смесью лет десять назад баловался, тоже мне нашли великую науку, – отпарировал юноша. – Ну, стекла из окон вылететь могут, конечно, но чтобы убить – да ни в жизнь.

– Умник, ты фамилию назови, – не отставал эксперт, народу прибывало, сотрудники начали осмотр флигеля.

– Дурнен я, Патрик Дурнен-младший, если Вам это о чем-то говорит, – с удовольствием произнес он.

– Понятно, что старший в свое время не разрушил, то ты сделаешь, – с не меньшим удовольствием ответил эксперт. – Я правильно понимаю, что практику ты проходишь в детективном агентстве Блэкрэдсанов – Тримееров? И как тебя угораздило попасть в загребущие ручки этой милейшей родственной компании?

– Очень просто, дядюшка я, – поведал Патрик, – своей двоюродной племянницы, ну что, посмотрим, нет ли еще каких сюрпризов в доме?

– Идем, вдвоем скорее управимся, – пригласил эксперт и уточнил, – Академия какая?

– Была Академия Януса Змееносца, а сейчас будет магических искусств, – на ходу проронил Патрик, и они скрылись во флигеле.

Мужчине оказали помощь, и подхватив под его руку, Алистер отправился с ним через переход в Тайную канцелярию.

– В доме больше никого нет, – на крыльце появились лорд Трибоний и Веспасиан, а следом вышел Кир Эванз, – целитель решил в очередной раз исчезнуть. И вот ведь что странно: рвануть должно было минут через десять после того, как он исчезнет, но что-то ускорило этот процесс.

– Не что-то, а кто – саламандра адепта Дурнена стала катализатором, – раздался голос эксперта, – Кир, мы обнаружили тайник, а в нем лорд без сознания.

Сотрудники тут же вернулись в дом, а я решила обойти флигель. За домом обнаружила пристройку, она располагалась в трех метрах от флигеля и была закрыта на магические замки. Не раздумывая, разрушила их заклинанием, дверь распахнулась, открыв передо мной небольшую комнатку, где на диване со связанными руками и кляпом во рту лежала женщина. Появился Алистер, вызвал еще сотрудников канцелярии, и мне предложили вернуться в контору. Открыв переход, я улетела, после чего на место происшествия отправился Шерлос, оставив меня дежурить в агентстве.

Я читала документы, что приготовили Шерлос и лорд Трибоний, пока мы с Веспасианом отсутствовали, даже описи картинной галереи, некогда принадлежавшей леди Дурнен, и то раздобыли. Как я поняла, в наше отсутствие в имение Дурненов, что стало собственностью леди Деворы Норберт, они не летали. Ну и хорошо, значит, нас с собой захватят, очень хотелось побывать в имении, пообщаться со старожилами, может, что удастся выяснить.

Я поднялась и достала из книжного шкафа энциклопедию по Лангедокам, вспомнив, что рассказывали мне о настоятельнице Ордена Плачущих – Каролине Лангедок. В тишине листала книгу, иногда задерживаясь на страницах, чтобы прочитать о том или ином представителе древнего рода. Добравшись до страницы с Сириусом Лангедоком-старшим, пропавшим семьдесят лет назад, я с удивлением узнала, что его супруга Каролина Лангедок в девичестве была Тетрамон, ее старшую сестру звали Алиса, обе происходили из старинного рода, проживавшего в Королевстве Теней.

– Мда, как, однако, все лихо закручено, – подумала я, рассматривая небольшой портрет супруги Сириуса Лангедока, – придется посетить императорскую библиотеку. Не каждый день встречаешь представителей рода Тетрамон, особенно если учесть, что один из них возглавил заговор против императора Птолемея VI.

Выписав информацию, я продолжила читать, отмечая про себя, что Сириус Лангедок-младший исчез в более взрослом возрасте, чем его отец, сейчас ему должно было быть около восьмидесяти лет. Каролина Лангедок возглавила Орден Плачущих после исчезновения супруга, отказавшись от предложенных брачных партий. В энциклопедии мельком упоминалось, что леди Каролина обладает редкими магическими талантами, но какими именно, сказано не было. Лорд Сириус Лангедок-младший, пропавший тридцать лет назад, обладал даром тайновидения.

Перед обедом вернулись лорд Трибоний и Шерлос с Патриком, Веспасиан отправился к профессору.

– Ну что, целитель Керкос в камере, его подруга и мужчина, обнаруженный в тайнике, – в лечебнице Тайной канцелярии, – отрапортовал Шерлос, – вот я как в воду глядел, отправив вас с Патриком прогуляться. Как ты саламандру приручил? – обратился он к юноше. – И главное: где ты ее нашел?

– О, давно это было, – усмехнулся Патрик, – еще в приюте. Женщина одна к настоятельнице приехала, жаловалась, что саламандра ее замучила, постоянно углы поджигает. Крестная отправилась к ней домой, а я следом увязался, вот и познакомился с Салли, с собой забрал, а то ждала ее участь страшная. Вот как Видана сегодня воду вызвала и огонь залила, моя саламандра юркнула в жестяную коробку и носа не кажет, испугалась моя родная огневушка – поскакушка.

– Так что там случилось на самом деле? – уточнила я. – И случайно с нападением на Георга не связана эта история?

– Может, и связана, – согласился Шерлос. – Нас с лордом Трибонием пригласили часикам так к шестнадцати в кабинет к следователю, смотришь, что и выясним. А ты чем занималась?

– Документами разными, начала строить версии в отношении линии Лангедок, той самой, где отец и сын пропали, а сама леди Каролина в Орден Плачущих отправилась, – ответила я, откладывая в сторону свитки.

– А давайте сходим в наше любимое заведение и пообедаем, – предложил лорд Трибоний, – война – войной, но обед по расписанию.

* * *

– Патрик, а ты случайно не знаком с главным попечителем Академии Януса Змееносца? – спросила я у юноши. Шерлос и лорд Трибоний отправились в Тайную канцелярию, а мы остались в агентстве.

– С лордом Илорином Делагарди, что ли? – он оторвал голову от альбома выпускников Академии Радогона Северного. – Ну как, видеть я его, конечно, видел, знаю о том, что он попечитель, и все. Я не Георг Норберт и не Мердок Зархак или куча других адептов и адепток, которых главный попечитель приглашал в замок Офулдет на встречи с ним. С меня чего взять? Ни породистости, ни богатства, да и магические таланты меня миновали, одним словом – полукровка. Ты только не думай, что я плачусь, – добавил Патрик, – ничего подобного, главный попечитель меня всегда, скорее всего, пугал, и потому желания познакомиться с ним поближе никогда не возникало.

– А говоришь, обделен магическими талантами, – улыбнулась я, – однако самосохранение у тебя развито очень сильно.

– У нас на факультете профессор преподает, не юн уже, но держится молодцом, подтянутый, всегда чисто одет и гладко выбрит, никакой неряшливости, – рассказывал Патрик, – он преподает теоретическую подготовку боевых магов, так вот начиная с первого курса, профессор постоянно напоминал, что инстинкт самосохранения необходимо развивать, если хотим жить. Давал разные упражнения на развитие интуиции и говорил, если что-то не нравится – человек, с которым свела тебя жизнь, место, где оказался, – то нужно разворачиваться и уходить. Кстати, он тоже непростой лорд, никогда на встречи адептов и главного попечителя не ходил. Ему как-то декан при нас внушение сделал, а профессор только плечами пожал и сказал, что если лорд Делагарди столь мудр, как о нем говорят, то не обидится от того, что преподаватель не пришел на встречу, а если он обычный маг, то какой смысл с ним встречаться. И представляешь, декан промолчал и больше этот вопрос не поднимал. Адепты старших курсов шептались, что профессор владеет тайновидением и потому избегает лишних встреч с магами, чтобы случайно не вскрыть чью-то нечестную натуру.

– А профессора как зовут? – спросила я. – Видимо, интересный лорд.

– Лорд Эдвин Блейк, и предвосхищая вопрос, сразу скажу, ему лет восемьдесят, мне дед магистра Хирона об этом сказал, – поведал Патрик, – мы с ним о преподавателях разговаривали, вот он и поведал, что лорд появился в Академии лет тридцать назад. Живет одиноко, у него много научных статей и монографий. А ты что так изучаешь внимательно? – Патрик поднялся и подошел к моему столу, на котором лежала энциклопедия, раскрытая на странице с пропавшими Лангедоками.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.