Александр Валидуда
Под стягом Опета

ЧАСТЬ III
ИЗЛОМ

Глава 1

28.01.621 год с.в.

Неотвратимое грянуло. Клубок противоречий между самопровозглашенным Опетским Королевством и Империей Нишитуран был разрублен имперским Верховным Командованием, двинувшим звездную армаду на бывший имперский сектор. Первые недели противоборствующие стороны ограничивались внезапными налетами и скоротечными схватками, словно уподобившись гладиаторам, кружащимся друг возле друга, пробуя силы врага и ища бреши в обороне. Эфор-главнокомандующий Навукер, имперские маршалы, а также генералы и адмиралы имперского генштаба отнюдь не недооценивали опетцев и их возможности и потому предпочитали действовать осторожно.

От империи Опетскому Королевству досталось внушительное наследство: одиннадцать флотов, в том числе три штурмовых; несколько отдельных дивизий штурмовиков; семнадцать планетарных армий; войска противокосмической обороны; пятнадцать десантных дивизий не входящих во флотское подчинение; пять мощных, хорошо укрепленных системных крепостей с сильными гарнизонами; недавно сформированный из «Фафниров» танковый корпус; и наконец, одна из двух в галактике, космокрепость «Цефера». Ее аналог «Цербер» находился в империи в столичной системе Нишитура.

Помимо титанических размеров, космическая крепость «Цефера» обладала колоссальным количеством вооружения. Кроме того, в крепости могли базироваться корабли всех рангов и классов, от крошечных истребителей и разведчиков до гигантских линкоров. Но главное, «Цефера» могла самостоятельно перемещаться меж звезд. Все это, конечно же, в имперском генштабе было отлично известно, равно как и опетскому генштабу было все известно о силах империи. Эфоры Ивола и Савонарола планомерно плели крупномасштабную шпионскую сеть и по своим каналам узнавали обо всем происходящем в Опетском Королевстве. И первые плоды их усилий не преминули родиться. Так вскоре стало известно, что в Вооруженных Силах Опетского Королевства произведена замена имперских номеров частей и соединений на новые. Но самое важное, о чем узнали верхи империи, это то, что в королевстве ускоренными темпами шел переход экономики на военные рельсы. Император распорядился принять адекватные меры.

Опетское Королевство обладало мощнейшим научно-техническим и промышленным потенциалом в галактике и могло производить вооружение в просто ужасающих масштабах. В довершение, существовали две системы: Серадук и Сарагон, где были сконцентрированы главные научные кадры и производственные мощности опетцев. Ни одна из этих систем не фигурировала в материалах специальных служб империи, тем более иных государств. Обе стороны готовились к трудной и продолжительной войне. Кто окажется победителем, до конца не знал никто.

Наибольшее опасение у императора и эфоров вызывал крупнейший сосед Нишитуран и сильный потенциальный враг – Русская Империя. Именно она стала единственной звездной державой, признавшей Опетское Королевство. Некоторые опасения вызывала и Оттоманская Империя, но вскоре они были развеяны послом султана, посредством которого Али I дал понять, что ему вполне будет хватать и внутренних проблем, особенно если Его Величество Улрик IV снимет мораторий на поставки некоторой высокотехнологичной продукции. Остальные галактические государства предпочли не заметить отколовшийся сектор. Портить отношения с Нишитурой никто не желал, в галактике были уверены, что возврат мятежных систем в лоно империи – всего лишь вопрос времени.

Руководство Империи Нишитуран всерьез воспринимало угрозу войны с Новой Русой. К границам были переброшены крупные силы (что несколько оттянуло от бывшего опетского сектора часть ударных соединений), где они впредь будут обречены на долгое «стояние». Император Улрик IV полагал, что мощная приграничная группировка сдержит пыл Юрия II и тот не решится вступить в затяжную войну с призрачной перспективой победы в ней. И Улрик оказался прав. Император Юрий вынужден был учесть мнение большинства своего окружения, в верхах его империи доминировала осторожность. Русская Империя заняла выжидательную позицию, что, впрочем, не помешало ей осуществлять тайную помощь Кагеру. В Опетское Королевство шли непрерывные потоки военных грузов, стратегических материалов, продовольствия и боевых звездолетов.

Но как это не раз случалось в прошлом, все тайное рано или поздно становится явным. СРИН вскоре установила сам факт, а затем и масштабы тайных поставок. И с разрешения императора, эфор Савонарола принял меры. Десятки призраков отправились в рейды против караванов. В русском генштабе приняли ответные меры: произошло резкое усиление прикрытия караванов и рассматривался вопрос о привлечении собственных призраков. Однако решение по призракам так и зависло в циркулярах оперативного отдела генштаба, так как и Главковерх, и сам император не желали до поры выявлять наличие у себя этого новейшего типа кораблей. Пусть пока нишитурцы верят в их уникальность. Между двумя империями началась скрытая война при официальном мире.

Между тем, генералиссимус Навукер жаждал решительных действий. Имперский генштаб завершил разработку плана «Усмирение» и в первых числах третьего месяца текущего года имперцы начали широкомасштабное наступление на всех театрах военных действий. Имперская армада встретила ожесточенное сопротивление, но все же неумолимо продвигалась вглубь. Практически с ходу были захвачены две обитаемые системы: Тиора и Альтаска, а вместе с ними и десятки непригодных для колонизации, но важных в стратегическом плане систем. Последовало несколько попыток овладеть системой Дорд, обладавшей крепостью «Дорд XI». Однако в череде сражений имперские силы не добились серьезных успехов и понесли ощутимые потери. Дорд оказался под угрозой полной блокады, но для решительных ударов у имперских флотов пока не хватало свежих сил.

Таково было начало войны. И уже сейчас стратеги в обоих лагерях понимали чем она может завершится – полным взаимным истощением.

* * *

Тринадцатому дню третьего месяца выпало стать особым в новейшей истории молодого Опетского Королевства. День этот затмил собою даже неутешительные вести с театров войны. В этот день в замке Алартон проходила коронация родоначальника династии – Виктора Кагера. Алартон наводнился разодетыми толпами приглашенных. Съехались губернаторы систем, представители легализованных самим Кагером общественных организаций, крупные промышленные и финансовые воротилы, знаменитые на всю галактику ученые мужи и светочи искусства, полпред ЕИВ Юрия II граф Янковский, высшие военные чины, чей отрыв от дел на время празднеств не мог нанести ущерба, и многие другие. Были аккредитованы журналисты всех королевских и нескольких иностранных информационных компаний, были приглашены даже имперские СМИ. Но последние так и не объявились, не посмев нарушить запрет эфора Иволы.

На время торжеств были приняты строжайшие меры безопасности, усилены дворцовые патрули, под видом гостей внедрены люди Шкумата. Ущерб замку, причиненный недавними событиями, был полностью возмещен реставрацией и свежими постройками. После ударно проведенных ремонтно-строительных работ, Алартон можно было принять за сказочный дворец, словно по волшебству вырванный из детских фильмов.

Сама коронация на долго не затянулась. В просторном аудиенц-зале, который теперь назывался тронным, с легкостью поместилось более тысячи гостей. Начало церемонии было положено королевским гимном, написанным придворным композитором. Гимн исполнил оркестр санкторской консерватории, накануне получивший статус королевского. И вот под гром фанфар в зале появился Кагер.

Виктор был облачен в парадный белый мундир, абсолютно лишенный украшений. Следуя новому дворцовому этикету, гости встретили своего правителя легкими поклонами и реверансами. Блюдя величие, Кагер взошел на подиум. Грянул торжественный марш, взоры приковались к правителю. Возвышаясь на метр над уровнем зала, подиум блистал свежеобложенной барельефной плиткой с сакральными узорами, в центре него был установлен высокий позолоченный трон, над инкрустацией которого еще вчера корпели санкторские ювелиры. Наступила абсолютная тишина, невероятным образом огромное число приглашенных не проронило ни звука. Был слышен каждый шаг, эхом разносившийся по залу, когда правитель подходил к трону. Он остановился за один метр и на мгновение замер. И одним стремительным порывом занял полагавшееся ему место. С правой стороны к трону подошел сам дворцовый распорядитель, за ним два лакея в блистающих золотым шитьем ливреях. Лакеи несли золотой рангон, украшенный чеканкой ручной работы, на котором поверх подушки из красного бархата помещалась корона. Церемониймейстеры обступили трон с двух сторон, распорядитель поднял корону, лакей передал рангон коллеге. В тот момент, когда на голову правителя надели символ его власти, тишину в зале разбил фамильный гимн рода Кагеров. Гости вновь вытянулись в струнку, правитель остался сидеть.

Так мятежный граф-текронт Виктор Кагер стал монархом.

С угасанием последних нот, король встал. Его голос, многократно усиленный акустикой зала, разнесся среди собравшихся. Король Опета произнес краткую торжественную речь, состоявшую из обращения к подданным, обещания во всем и всегда заботиться о них и клятвы служить на благо молодой державы.

На этом церемония завершилась. Все оказалось предельно просто и сжато.

Зазвучала музыка, мажордом объявил о начале бала. Сотни пар закружили под звуки расположившегося на балюстраде оркестра. В зависимости от музыкальных интонаций, меняли свое освещение стены, зал то погружался в мягкие зеленые, желтые и багряные тона, то вспыхивал всеми цветами и оттенками под бравурные ритмы изливающейся энергии. Над головами танцующих священнодействовала лазерная анимация, расчерчивая величественные и живописные картины дикой природы экзотических планет; потрясающих воображение комет и метеоров; проносящихся над головой, кружащихся в танце призрачных элегантных пар.

За всем этим буйством страстей Кагер наблюдал сидя на троне. Необыкновенное зрелище завораживало, он заметил, что ноги помимо его воли, норовят пуститься в такт музыке. Лица гостей светились весельем, похоже, прием оказал на них впечатление.

Мелодии сменяли одна другую, в основном это были ритмичные композиции, но они периодически разбавлялись медленными танцами, чтобы приглашенные не выбились из сил раньше времени.

К началу одного из таких танцев, Кагер встал, сняв с головы тяжелую корону, ощущать тяжесть которой было так не привычно. Сойдя с подиума, он был тут же захвачен в плен юной особой, с которой и закружился в паре. Заметив монарха среди танцующих, оркестр перешел только на медленные танцы. Кагер сменял партнерш, некоторые из которых двигались довольно неуклюже, другие же элегантно вели его, оберегая словно драгоценную игрушку. Одна из партнерш, дама неопределенного возраста, откровенно глазела на него, чем даже немного смутила Его Величество. Чтобы хоть как-то исправить положение, Кагер решил завязать разговор.

– Мадам, вы достойны восхищения, – сказал он после очередного па, – вы необыкновенно милы и превосходно танцуете.

Виктор ни чуть не лукавил, его партнерша действительно была хороша собой и великолепно чувствовала ритм.

– О, Ваше Величество! Я так польщена, что вы обратили на меня внимание! Меня зовут Изольда.

– А меня Виктор.

Партнерша весело засмеялась.

– О, Боги! Кто же в целой Вселенной не знает вашего имени?

Кагер деланно смутился, будто действительно ляпнул не подумав. Что ж, чувства юмора Изольда кажется была лишена.

– А вы прибыли в одиночестве?

– О, нет, к сожалению. Я прилетела с мужем, префектом из Иналипоса.

– Мне искренне жаль, что ваше сердце уже занято, Изольда.

Следующие два танца он подарил ей.

В соседних залах, не таких больших как тронный, были накрыты столы с угощениями – самыми изысканными блюдами, которые могли предложить придворные повара. Все желающие могли в любое время здесь подкрепиться. С наступлением сумерек многие гости покинули танцы, проводя время за разговорами и трапезой, иные гуляли в парке, среди экзотических и терранских деревьев и растений, между которыми сновали прирученные зверушки и птицы самых невообразимых волшебных окрасов.

Танцы не прекращались, гости входили и выходили, их количество в зале оставалось практически постоянным. Оркестр порядком устал и, чтобы сделать ему перерыв, были объявлены гравитационные танцы, требующие специальной техники исполнения и сноровки. Скрытые от глаз антигравитаторы сотворили невесомость. Полилась спокойная фонограммная музыка, и первые желающие прыгнули и закружились в воздухе. Немало нашлось и таких, кто довольно ловко управлялся с пируэтами в невесомости. Были и шутки – некоторых весьма дородных дам впихивали в поле и они беспорядочно кувыркались, беспомощно барахтая руками и ногами. Внимая их зовам (истерическим крикам), дворцовые служащие вытаскивали их обратно на «землю».

Бал продолжался всю ночь, праздновали не только в Алартоне. Торжества проходили во всех столицах систем, кроме потерянных Тиоры и Альтаски. В ночных небесах гремели и расцветали салюты, замирающие на долгое время в причудливых формах и композициях. Над городами рисовались лазерные картины, летали сказочные существа и небесные метеоры. Указом Кагера, на три дня были снижены цены на спиртное и продовольствие за счет казны. Опетское Королевство праздновало.

Ранним утром король, порядком вымотавшись за ночь, прошел мимо парадного караула в свои апартаменты. В ушах еще звучали зажигающие ритмы, в голове бродила хмель. Он посмотрел в зеркало, ожидая увидеть в себе нечто новое. Но сколько бы он ни приглядывался, да так ничего и не нашел.

«Король! – его мысли были полны горького сарказма, – думаешь нацепил корону – прибавилось семь пядей во лбу? Громкий титул прибавил величия?.. королек…»

Но он был не справедлив к себе. Коронация и торжества были рассчитаны прежде всего на получение политических выгод, последствия от которых не преминут скоро возникнуть.

Надо было выспаться, на завтра запланирован еженедельный консилариум. Осталось всего шесть часов. Кагер побрел в гардеробную. Он уже знал, что во многих державах сегодняшний бал назвали пиром во время чумы.

* * *

Виктор долго ворочался в постели в безнадежной попытке уснуть. В последний раз он спал более двух циклов назад, однако сон не шел. В утомленной голове роились беспокойные мысли. Он знал, что ему просто необходимо поспать, но ничего не мог с собой поделать. Ему казалось, что старательно упрятанные где-то в глубине души беспокойство и страх вдруг нашли выход именно сейчас – после коронации, когда вроде бы ход дел обрел пусть относительную, но такую долгожданную стабильность. Раньше ему порой казалось, что все затеваемые и осуществляемые акции шаг за шагом ведут к тупику и гибели, что он и те кто следуют за ним – балансируют на краю пропасти. Вообще-то, это и было по большей части правдой, но Кагер всегда отбрасывал эти мысли, всецело концентрируясь на достижении цели. А теперь он значительно улучшил и закрепил свое положение – стал королем и тем самым приобрел новый статус для своего сектора. А главное – империя не смогла с ним разделаться. Пока не смогла. А что будет потом? Сейчас в перевозбужденном мозгу Виктора словно медленный яд отравляла сознание мысль о невероятной мощи империи, мощи, которая пока что задействовала ничтожную часть своего потенциала. Он вдруг представил что станет с его мирами в случае поражения. И ощутил страх. Страх за доверившихся ему людей – своих подданных.

Виктор встал с постели. Он знал, уже не уснет без снотворного. На ночном столике таблеток не оказалось, они закончились на прошлой неделе. Виктор не стал вызывать слугу, пусть он король, но даже слугам надо отдыхать. Он так решил. Интересная мысль, которая вряд ли пришла бы кому-то в голову из равных с ним в положении. Вместо снотворного король налил из сифона газированного соку и направился в смежную комнату – в рабочий кабинет.

В кабинете свет зажегся лишь только хозяин переступил порог. Виктор уселся в кресло перед рабочим столом и долго задумчиво потягивал сок. Потом протянул руку, машинально набрав комбинацию на пульте.

– Дежурный оператор слушает.

– Соедините меня с генералом Шкуматом.

– Секунду, – оператор определил откуда вызов, так как Кагер не стал активизировать визуальную связь, затем добавил: – Сию минуту, Ваше Величество.

– Постойте.

– Да, Ваше…

– Если генерал отдыхает, то, пожалуй, не стоит.

– Он у себя, Ваше Величество. Если что-то важное, распорядился немедленно соединять.

– Тогда давайте его.

– Слушаюсь…

На стереоэкране Шкумат появился одетым по-домашнему, все-таки он был в своем особняке, да и время не рабочее. Кагер и представить не мог, что он может походить на тривиального обывателя. Именно так генерал сейчас выглядел.

– Не спишь, Антон?

– Не до этого, Ваше Величество. Много неотложных дел.

– Понимаю. Несомненно ты знаешь, что на сегодняшний консилариум я пригласил немало народу? – это был вопрос риторический, но прозвучал он и как утверждение.

– Я в курсе.

– Хорошо. Меня интересует вот что: настроения. Ты мое всевидящее око и знаешь все о каждом.

– Думаю, я понял, о чем речь. Не вижу причин для беспокойства. В вас верят, Ваше Величество. Особенно теперь, после коронации.

– Одной веры мало, Антон. Я не держу дураков, а каждый кто не дурак, всегда трезво оценивает обстановку и способен сделать прогноз.

– Знаете, Ваше Величество, я даже не хочу это комментировать. Не обижайтесь.

– Не обижаюсь, – улыбнулся Кагер. Пожалуй, генерал был единственным человеком, кто мог так разговаривать с ним.

– Дела идут неплохо. Мы весьма удачно разыграли партию.

Шкумат говорил тоном врача успокаивающего нервозного пациента. Виктор понял невысказанное, укоряя себя за срыв. Не стоит плакаться в жилетку, а надо как-то выскользнуть из тисков захватившей его меланхолии, проявить свою нишитскую натуру.

– Ладно, Антон, оставим это. Я решил сегодняшний консилариум сделать расширенным. Все приглашены на одно время, чтобы доклады проводились в общем присутствии. Я думаю, это будет полезным для сложения общей картины у наших сановников.

– Что ж, вреда от этого точно не будет.

– Надеюсь. Если в меня верят, то веру надо поддерживать. Пусть Сгибнев и Роуц поведают не только мне… их доклады надо бы послушать и другим. То же касается и остальных. И еще, ты тоже выступишь.

– Это чтобы они знали как много у меня работы?

– Успехов. Прежде всего успехов.

– Понял, Ваше Величество. Это будет не трудно.

– Теперь все, отбой.

Виктор отключился и почувствовал некоторое облегчение. Потом решил проверить сетевую почту, дабы проставить визы, если есть что-то срочное. Поспать-то все равно не выйдет, значит лучше скоротать время занимаясь делами. В ящике стола он отыскал упаковку стимуляторов. Маленькая красная капсула легла на панель управления. Бессонница бессонницей, а через несколько часов он должен выглядеть не хуже спортсмена на соревнованиях.

* * *

Двойные двери в зал консилариума распахнулись автоматически. Кагер вошел быстрым уверенным шагом. Члены королевского совета дружно встали и обратили взор на короля в молчаливом приветствии.

– Прошу вас садиться, господа, – обратился он и занял свое место во главе О-образного стола.

Виктор оглядел собравшихся. Обычно здесь не собиралось так много народа, были восемь-десять постоянных членов. На сегодня он пригласил восемнадцать. Напряженные движения, скрытые шевеления, чуть слышимые звуковые сигналы портативных персональников. В атмосфере, сложившейся в зале, чувствовалась некая напряженность.

– Что ж, начнем, – произнес Кагер и, включив свой персональник, вывел на экран нужные ему данные. После непродолжительного просмотра он задал вопрос военному министру:

– Георгий Александрович, доложите вкратце обстановку на Альтаске.

Маршал Опета произвел строго выверенный кивок, встал из-за стола и подошел к развернутой плоскости большого голограммного монитора, на котором были изображены: звездная карта Опетского Королевства, часть от граничащих с ней секторов империи и приграничные с ними системы Русской Империи. Все системы королевства изображались красным цветом, нишитурские – синим, русские – зеленым. По команде маршала на мониторе высветилась крупная синяя точка, обозначающая Альтаску, ее цвет говорил, что система находится под властью Империи Нишитуран.

– За минувшие двое суток второму штурмовому флоту адмирала Казуоры удалось пробиться к Альтаске и эвакуировать остатки шестой армии, – Сгибнев глянул на помещавшийся в его ладони стереопланшет и продолжил: – Были эвакуированы оставшиеся боеспособными пятьдесят шестая и пятьдесят девятая пехотные дивизии, шестнадцатая артбригада, восемнадцатая дивизия мобильной пехоты и еще сорок четыре тысячи солдат из разбитых частей и соединений шестой армии. Также были эвакуированы около двадцати тысяч человек, пробившихся в эвакорайон. Они – это все, что осталось от пятой армии, погиб весь ее руководящий состав, в том числе генерал-полковник барон Амнер. По последним подтвержденным данным, тяжело раненый командир четырнадцатого корпуса генерал-лейтенант Сухов попал в плен.

Кагер помрачнел. Потеря такой весомой фигуры как Амнер вызвала у него жгучую досаду. Выходец из низового служилого дворянства, генерал-полковник был в числе тех немногих высших офицеров, кто искренне воспринял провозглашение Опетского Королевства. Да еще генерал Сухов в плену… Русский генерал-доброволец был из славной союзнической когорты, присланной в помощь Опету императором Юрием. О, Бездна! Как неудачно вышло с Суховым… Но на то и война…

– Русское представительство уже извещено о судьбе Сухова? – спросил Виктор.

– Пока еще нет, Ваше Величество. Мы известим графа Несвицкого завтра в первой половине дня, по его прибытии в Санктор.

– А каково положение с эвакуацией гражданских лиц? – поинтересовался Кагер.

– Положение тяжелое, Ваше Величество, – мрачно признал Сгибнев. – Адмирал Казуора доложил, что обстановка не позволила забрать хоть какое-то число беженцев. Хочу добавить, что все транспорты из Альтаски благополучно прибыли на Орбол.

Кагер задумчиво обвел взглядом собравшихся и нейтральным тоном, давшимся ему через силу, заметил:

– Я нисколько не ставлю под сомнение действия адмирала Казуоры… Похвально, что адмирал стремится сохранить побольше солдат – ядро в будущем воссозданных дивизий… Но все-таки, в конце концов, я ведь не король моей армии и моего флота, я король моего… моих народов. Думаю, Георгий Александрович, я достаточно ясно выразил мои ощущения.

Маршал Опета несколько секунд хранил задумчивое молчание, потом по-уставному четко и отрывисто кивнул.

– Итак, продолжим, – произнес Кагер. – Какова ситуация с Тиорой, ее, наконец, удалось выправить?

– Да, Ваше Величество. Четвертому флоту удалось выбить имперцев из семи систем и деблокировать таким образом Тиору. Окружение разорвано с двух направлений.

На проекции карты Сгибнев показал семь безжизненных, непригодных для человека систем – красных точек, между которыми было несколько синих. Чуть далее, среди подписей, светилось красное пятно Тиоры.

– Благодаря решительным действиям адмирала Туманова и его младших флагманов, через четвертый флот началось снабжение наших войск. Однако на орбиту продолжают прорываться имперские корабли. Каждый раз мы теряем чуть ли не половину грузов, предназначенных для наших войск. По состоянию на сегодняшнее число, ситуация сложилась следующим образом: девятая армия генерал-полковника Баштыркова в полном окружении, полностью выбиты двадцать пятая, двадцать шестая и двадцать седьмая танковые бригады, разбиты восемьдесят первая и восемьдесят четвертая пехотные дивизии, восемнадцатая пехотная бригада, двадцать пятая артиллерийская бригада. Девятой армии удалось создать хорошие укрепрайоны и она прочно их удерживает. Наносятся контрудары. Так, под руководством самого командующего Баштыркова, девятой танковой дивизии, имеющей в составе полк «Фафниров», совместно с другими частями удалось разбить четыре пехотные дивизии и артбригаду врага, и уполовинить танковую бригаду КФ-24, полностью уничтожив один ее полк. На данный момент имперцы активных действий не предпринимают. Двенадцатая армия генерал-полковника Вировца идет на соединение с девятой армией, потеряно до тридцати процентов живой силы и техники. Пробита брешь в полосе обороны сорок четвертой армии имперцев, Вировец старается ее расширить. Кроме того, на Тиоре оставлены три мобильные дивизии ПКО, которые перехватывают до девяти десятых ракет при бомбардировках из космоса, также они ведут успешную борьбу с легкими кораблями и, как и вся тиорская группировка, испытывают нехватку боеприпасов. В целях усиления обороны наших войск, адмирал Туманов оставил часть своих сил: бригаду авианесущих крейсеров, два авианосца, фрегатный дивизион, дивизию штурмовиков, некоторое количество корветов и эсминцев. Кроме того, в девятую армию влилась дивизия космической пехоты четвертого флота.

– Ваш прогноз, Георгий Александрович, – произнес Кагер, – сможем ли мы возвратить Тиору под наш полный контроль?

– В ближайшее время нет, Ваше Величество. Но в генеральном штабе уже разрабатываются соответствующие меры, направленные, прежде всего, на нажим на другие участки театра с целью отвлечения имперских резервов. Теперь, с вашего позволения, я перехожу к Дорду ХI.

На мониторе возникло изображение белого гиганта с четырнадцатью планетами, последние из которых были значительно удалены от светила. Помигала одиннадцатая планета, о которой речь пойдет дальше, после чего, изображение свернулось и на прежней звездной карте замигала красная точка.

– Система взята в полусферу окружения, все наши попытки вернуть первоначальное положение ни к чему не приводят. Второй флот адмирала Шкарубы продолжает сдерживать натиск тридцатого имперского флота. Крепость и пятьдесят четвертый корпус гарнизона отбили за прошлую неделю восемь массированных штурмов. Ситуация имперского десанта тяжелая, он зажат между крепостью и частями пятнадцатой армии генерал-полковника Мельника. Части шестнадцатой армии истребили выброшенный вчера крупный десант. Ее командующий генерал-полковник Реер контужен во время бомбардировки, его временно замещает начальник штаба генерал Романов. Далее, – Сгибнев указал на другой участок театра, где под воздействием световой указки высветилась красная точка – Владивосток III, один из самых густонаселенных миров королевства, вокруг точки тут же возникли столбцы знакографических обозначений, – шестой и седьмой флот блокировали попытку прорыва к Владивостоку III. Здесь противник для наступления сконцентрировал крупные силы, но так и не смог прорваться сквозь все наши заслоны. В ходе первого этапа тяжелейшего многосуточного сражения, оставлена двадцать одна важная система. На втором этапе одновременный контрудар флотов отбил их обратно; заняты еще семь ранее потерянных систем в малом скоплении Ключа, на одной из которых – на пятой планете HP-177-CXI–VI имперцы успели построить ремонтную станцию… Я закончил, Ваше Величество. Если позволите, у меня есть предложение, касаемое общей стратегической обстановки.

– Я вас слушаю, Георгий Александрович.

– Я предлагаю создать Резервный Шеролский ТВД.

Ожидая реакции короля, Сгибнев отметил монаршее внимание и кивок, призывающий продолжать дальше. Маршал Опета показал на Шерол, который относительно Опета и других систем на проекции находился севернее. Хотя, понятие «север» было довольно условно, для определения координат навигаторы пользовались другими понятиями и методами.

– Необходимость создания этого театра, Ваше Величество, продиктована опасностью обхода имперскими силами, что может привести к прямому удару по Шеролу. По моему приказу генеральный штаб уже занялся планированием.

– Что же, я поддерживаю ваше решение, – произнес Кагер, давая понять, что вмешиваться в распоряжения Сгибнева не намерен. Если маршал Опета считает, что у него достаточно сил и средств для создания резервного ТВД, то пусть воплощает свои замыслы. – Более того, я нахожу ваше решение целесообразным и своевременным. А теперь, Георгий Александрович, я хотел бы послушать маршала первого ранга Роуца.

Приняв стойку «смирно», Сгибнев кивнул и прошел к своему креслу.

Занявший должность начальника генерального штаба, Роуц, после того как Сгибнев стал главнокомандующим, был одним из немногих нишитов, занимающих высокие военные посты. Роуцу шел восьмой десяток, он имел многолетний опыт штабной работы, и после назначения на должность начальника генштаба, Кагер пожаловал ему чин маршала первого ранга. Роуц поднялся из-за стола, но прежде чем он начал говорить, король задал ему вопрос:

– Скажите, Эрвин, кого вы рекомендуете назначить командующим Шеролским театром?

– Пока определенного решения нет, Ваше Величество, – маршал бросил молниеносный взгляд на Сгибнева и заметив его едва обозначенный кивок, продолжил: – Не хватает достаточно опытных военачальников, даже с учетом откомандированных императором Юрием «добровольцев». Тем не менее, генштаб склоняется к двум кандидатурам: это адмирал Виллар и командующий группировкой на Дорде маршал второго ранга Вилангис.

Кагер задумался: обоих кандидатов он хорошо знал. Виллар, как и Сгибнев был участником ассакинской войны, боевой офицер, опытный адмирал, блестящий стратег и тактик. То же самое относилось и к маршалу барону Вилангису, представителю знатного нишитского рода, другу его отца и, до недавнего времени, текронта. Старый недруг Иволы, он справедливо опасался участи «врагов империи», то бишь угодить в жернова чисток. Барон едва успел переправить свою многочисленную родню на Опет. Он пожертвовал своими имениями в центральных нишитурских секторах и всем своим состоянием. Но Вилангис был незаменим на Дорде, поэтому мысли о его переводе Кагер отбросил почти сразу же.

– Думаю, не стоит отрывать маршала Вилангиса от операции на Дорде. Там сейчас сложно, перевод Вилангиса может повлечь неприятные последствия. Назначьте Виллара, у него цепкая хватка и огромный опыт.

– Слушаюсь, Ваше Величество, – Роуц что-то поколдовал на своем персональнике. – Ваше Величество, я подготовил отчет по исполнению вашего указа о подготовке кадров в Военно-Космических Академиях.

Кагер кивнул.

– Слушаю.

– Первое, набор кадетов увеличен вдвое, но наплыв желающих еще больше. На данном этапе не представляется возможным увеличить число слушателей. В дальнейшем, в ходе расширения материально-учебной базы, это положение будет исправлено. Второе, срок обучения сокращен до двух лет, мы вынуждены ввести сжатую программу с основным упором на навигацию, вооружение и пилотирование или на спецпредметы, в зависимости от факультетов. Третье, проведенный набор гражданских пилотов и навигаторов показал, что все они опытны и хорошо подготовлены. Через полтора месяца они получат офицерские звания и будут зачислены во флот. Всего же этот первый выпуск будет насчитывать более шести тысяч младших офицеров. Четвертое, в связи с расширением учебной базы всех ВКА требуются дополнительные учебно-боевые единицы, особенно это касается истребителей, штурмовиков и разведчиков.

– Этот вопрос мы решим, – отозвался Кагер и обратился к начальнику главного управления по вооружению – адмиралу Ружскому: – Разберитесь с этим в кратчайшие сроки, адмирал. Ничто не должно препятствовать подготовке новых кадров.

– Слушаюсь, Ваше Величество.

Кагер снова повернулся к Роуцу.

– Собственно все, Ваше Величество, – сказал тот, – более подробная информация изложена в отчете на силовом диске, плюс соображения некоторых моих офицеров.

– Прожектёры? – улыбнулся Кагер.

– Никак нет.

– Хорошо, я ознакомлюсь с вашим отчетом позже. Теперь я бы хотел услышать о мерах, принятых по усилению противопризрачной обороны.

– Генштаб провел глубокий анализ по тактике действия призраков, Ваше Величество. Наши аналитики изучили все корабельные журналы, в которых содержатся данные о встречах с ними, записи, сделанные корабельными сенсорами. Изучена и обработана информация, переданная нам шефом королевской разведки. На основании новых данных были несколько изменены боевые уставы, установлены новые походные ордеры кораблей, принят ряд других мер. Все наши приказы и рекомендации уже разосланы. Добавлю, что нам удалось добиться от министерства транспорта запрета на неохраняемые нашими силами рейсы. Для обеспечения нормального функционирования перевозок на наших коммуникациях, из резерва генштаба выделены силы из определенного количества эскадренных миноносцев и корветов. Приходится признать – да, мы продолжаем нести потери от невидимых имперских рейдеров, но уже есть первые результаты принятых нами мер. На этой и прошлой неделе, по достоверным данным, были уничтожены два призрака. Есть сведения и о других победах, но они пока проверяются. Отличившиеся офицеры, старшины и матросы представлены к высоким наградам.

Роуц посмотрел королю прямо в глаза и подвел итог:

– В дальнейшем мы будем внимательно следить за изменениями в тактике рейдеров, предпринимать адекватные ответные меры и совершенствовать нашу тактику борьбы с ними.

– Благодарю вас, Эрвин, присаживайтесь… Признаюсь, господа, я доволен, – Кагер улыбнулся одними кончиками губ, – я доволен, что наши мрачные ожидания не подтверждаются. Хваленные имперские сверхкорабли на поверку не такие уж неуязвимые… А теперь, господа, о некоторых вопросах деятельности наших специальных служб поведает их шеф. Антон Владимирович, – дал Виктор слово Шкумату.

О том, о чем сейчас собирался говорить генерал, Кагер был прекрасно осведомлен. Шеф королевских спецслужб ежедневно и детально ознакамливал его со всем происходящем в его вотчине. Речь предназначалась для приглашенных на консилариум. Сперва предполагался беглый обзор некоторых текущих дел, затем, генерал должен был объявить об успешном окончании операции по заполучению королевством базирующихся на ее территории призраков. Тем не менее, Кагер приготовился внимательно слушать.

Шеф спецслужб встал и подозрительно посмотрел на некоторых из присутствующих. Многие почуяли необоснованную тревогу. Шкумат умел вызывать у людей потерю душевного равновесия. Холодным ровным тоном он начал:

– С вашего разрешения, сир, я бы хотел обратиться ко всем здесь присутствующим.

Кагер кивнул и Шкумат продолжил:

– Господа, вы все прекрасно представляете, какими возможностями располагают и Безопасность Нишитуран, и имперская разведка. Нам противодействует опасный, превосходно осведомленный во многих наших делах враг. Пользуясь случаем, не премину напомнить: следует проявить повышенную бдительность и с особой тщательностью оберегать все наши секреты. Военная контрразведка и силы безопасности ведут работу по выявлению и обезвреживанию имперских шпионов, по ликвидации диверсионных групп, по охране наших тайн и важных государственных функционеров. К сожалению, не всегда удается успеть вовремя. Но масштабы проделанных операций говорят сами за себя. Только за последний месяц нами уничтожено шестнадцать диверсионных групп, к несчастью, одна из них все же смогла устроить тот печально известный взрыв на регесийском оружейном заводе на Иналипосе. Нами ликвидированы десятки шпионских групп, среди членов которых были и офицеры Вооруженных Сил, и полицейские, и специалисты на заводах и верфях, и государственные чиновники. Мы очищаем и собственные ряды, в военной контрразведке выявлены и обезврежены два имперских агента, один, к сожалению, успел покончить с собой, другой же попал к нам в руки «тепленьким». Проведено психосканирование его мозга, что помогло раскрыть агентурную сеть. Произведены некоторые громкие аресты. Отмечаются случаи, когда враг под видом местных жителей, живущих вблизи военных космодромов, собирает данные о передислокации наших войск и соединений флота, и передает их по СС-связи. Так, после первых же сеансов, в различных системах мы накрыли более двадцати таких агентов.

Шкумат остановился, посмотрел на короля и вскользь чиркнул взглядом по всем остальным.

– Теперь о другом вопросе, – продолжил он. – Уже ни для кого не секрет факт существование некогда сверхсекретного имперского корабля «призрак». Также уже не секрет, что в королевстве размещается база этих призраков. Имею честь доложить вам, господа, что эта база находится под моим полным контролем. В ходе проведенной операции нам удалось заставить капитулировать весь гарнизон базы. Часть экипажей и технического персонала базы – в основном уроженцы наших планет, перешла на нашу сторону. Это касается только рядового состава, но, за редким исключением, не командного состава всех рангов. Те, кто стал под наши знамена, зачислены в королевский флот. Всем остальным нашим королем были даны гарантии личной безопасности. Сейчас эти десятки тысяч верных Савонароле и империи людей находятся на Опете под арестом. Вскоре королевский флот пополнится собственными призраками. Сейчас производится добор экипажей и персонала базы, набор командного состава. Теперь мы будем сражаться с империей ее же методами и средствами.

В зале сохранялась полная тишина. То, что озвучил шеф разведки, многих присутствующих подвигло к размышлениям. Нарушив тишину, Шкумат обратился к Кагеру:

– Ваше Величество, я прошу разрешения передать слово инженер-адмиралу Торцеву.

Виктор утвердительно кивнул. С Торцевым он не был знаком и видел его, как говорится, в живую впервые, хотя знал о нем многое. Его присутствие здесь было предварительно согласовано со Шкуматом и доклад Торцева предназначался, прежде всего, для остальных. На Опет он прибыл для решения своих вопросов. Шкумат решил, что ему полезно будет заодно побывать на королевском консилариуме, чтобы и послушать, и самому сделать коротенький доклад. Виктор знал этого человека по материалам досье, это был гений в своей области, без преувеличения выдающийся конструктор. Инженер-адмирал возглавлял опытный конструкторский центр А-7 на засекреченной системе Сарагон. Он был разработчиком основного современного имперского крейсера типа «Аспет» и скоростного эскадренного миноносца типа «Онем». Основные усилия его ОКЦ были направлены на модернизацию устаревших типов звездолетов и разработку новых.

Торцев был хорошо упитанным человеком, но не сказать что тучным, а заодно подвижным и энергичным. По словам Шкумата, коллеги и подчиненные инженер-адмирала знали его, как всегда бодрого и неутомимого руководителя, пытливого ученого-исследователя.

– Ваше Величество, уважаемые господа, – прозвучал его полный энергии голос, в котором с первого слога чувствовалась неиссякаемая сила, – позвольте сообщить вам о результатах работ, проведенных моим ОКЦ. Нами были всесторонне изучены переданные генералом Шкуматом материалы технической документации призраков, также мы ознакомились в живую с образцом этого удивительного корабля. Не буду вдаваться в подробности, скажу только, что его разработчики применили ряд революционных решений, которые мы, после соответствующего анализа и испытаний, будем внедрять в наше кораблестроение. Однако в ходе изучения, мы столкнулись с некоторыми неразрешимыми трудностями, разрешить которые на данном этапе мы не в состоянии. Дело в том, что для ремонта и эксплуатации доставшихся королевству призраков имеется необходимый запас агрегатов, блоков «умной» начинки, некоторых модулей корабля. Также в нашем распоряжении имеется необходимое для производства текущего ремонта спецоборудование и специальные ремонтные доки для восстановления кораблей после аварий или боевых повреждений. В целом, обеспечить нормальное выполнение боевых задач нашими призраками мы можем. Но вот преступить к постройке собственных кораблей мы, увы, пока не в силах. Технологии изготовления многих узлов и начинки, естественно, оберегаются империей, как зеница ока и даже еще строже. Держатся в секрете также и данные о разработчиках, о верфях, строящих призраки. Их невозможно повторить. На нашу собственную разработку уйдет, по разным подсчетам, от пяти до девяти лет, причем, нет уверенности, что опетские призраки не будут хуже имперских. Но, одно несомненно, скоро каждый сходящий со стапелей корабль, будет модернизирован с учетом некоторых решений, использованных в призраках. Это значительно повысит эффективность боевого применения, повысит живучесть. Смею заверить, господа, что новые типы кораблей будут значительно превосходить аналоги как реального врага, так и вероятного противника. Остается только непонятным, почему по подобному пути не пошла Империя Нишитуран. Но тут, видимо, коллегия эфоров полагает, что наличие большого количества призраков и их налаженное производство обеспечит успех в любой войне… Еще один момент, господа. Мое ОКЦ приступило к разработке систем противодействия призракам. В перспективе каждый корабль будет оснащен системами обнаружения невидимых рейдеров, что, естественно, подстегнет имперских конструкторов в разработках более совершенных систем защиты. Таким образом, господа, мы начинаем гонку в «призрачных» технологиях, – Торцев сделал короткую паузу и посмотрел на Кагера. – У меня все, Ваше Величество.

– Благодарю, адмирал, присаживайтесь, – произнес Виктор, потом набрал сообщение на личном персональнике и ввел личный код Шкумата. На экране генерала появилась надпись: «ИЗЫСКАТЬ ПУТИ ДЛЯ СОБСТВЕННОГО ПРОИЗВОДСТВА. ДОСТАТЬ ДОКУМЕНТАЦИЮ ИЛИ РАЗРАБОТЧИКА, ИЛИ ТО И ДРУГОЕ (ЗАЙМИСЬ ЭТИМ, АНТОН)».

Судя по просквозившему за столом шепоту и ерзанью, сообщение Торцева произвело впечатление на членов сегодняшнего консилариума, но только не на Кагера. Он жаждал иметь собственные призраки. Много призраков.

– Хорошо, с этим мы разобрались, – слова Виктора были едва слышны ему самому. Он посмотрел на долговязую слегка сутулую фигуру начальника Главного Тылового Управления генерал-полковника Капника, обладавшего длинным прямым носом, что делало его несколько похожим на хищную птицу. Сходству способствовали и заостренные черты лица в купе с прилизанными волосами с пробором по середине, а главное – это глаза этого человека, цепкие, колючие, как будто выбирающие в какое место нанести удар. Вдобавок Капник пользовался славой нервного и вспыльчивого типа. Кагер недолюбливал его, однако ценил за деловые качества, что уже ни раз помогало Капнику удержаться на своем месте после нескольких конфликтов в военной верхушке. Сейчас Капник почувствовал взгляд монарха и приготовился к не очень приятным для себя вопросам.

– Поступают сигналы, генерал, что тыловые службы не всегда обеспечивают действующую армию и флот всем необходимым. Подчас солдаты испытывают недостаток элементарного: горячей еды и амуниции. Не всегда на должном уровне ведется снабжение боеприпасами. Следует, наконец, навести порядок в тыловых службах, войска и флот не должны испытывать лишние неудобства, тем более, когда этого можно избежать.

– Да, Ваше Величество, – было заметно, как щеки Капника слегка тронул багрянец.

– Вы что-то хотели сказать, генерал?

– Так точно, Ваше Величество, – главный военный интендант встал и в свойственной ему нервной манере поспешил вывалить на короля оправдания: – Жалобы на тыловые службы не всегда справедливы, Ваше Величество. Да, иногда существует неразбериха, иногда тыловики проявляют нерадивость. Я, насколько это возможно, стараюсь разобраться с каждым отдельным случаем и привлекаю виновных к ответственности… Но, сир, не стоит забывать, какой урон наносят призраки. Из девяносто восьми сверхтяжелых транспортов типа «Астра Инкогнита», мы сегодня имеем шестьдесят один! И это только «Астры»! Потери же прочих типов – колоссальны! С начала войны мы потеряли более сорока миллионов тонн продовольствия, боеприпасов, военного имущества, ценных материалов, которые либо погибли в ядерном пламени, либо дрейфуют с останками транспортов в межзвездном пространстве.

– Садитесь, генерал. Вы сами сказали, что идет война, а потери на войне неизбежны. Сказанное мной не касается вас лично, я знаю вас только с лучшей стороны, как хорошего специалиста в своем деле. Но факты, генерал… – Кагер мрачно поджал губы. – Факты остаются фактами. Тыловые службы должны действовать более оперативно. Сделайте все возможное, генерал. Я жду результатов.

– Слушаюсь, Ваше Величество.

– Теперь я хочу услышать, как обстоят дела у вас, барон, – перевел внимание Кагер на начальника Главного Инженерного Управления инженер-генерал-полковника Катицену, второго и последнего из присутствующих, кто был нишитом, не считая короля.

– Сир, – начал поднявшийся Катицена, – в настоящий момент в крепости Дорд XI пребывает комиссия главного инженерного управления. Наши офицеры проверяют функционирование фортификационных сооружений в условиях боевых действий, функционирование противоядерной защиты, степень надежности всех систем и коммуникаций. Собираемые данные будут учтены, изучены, на их основе будет производиться доработка и модернизация других крепостей, включая Черный Бриллиант. На этой неделе завершились проводимые в системе ХАА-12-VIII–CDXX успешные испытания новых генераторов ядерной защиты. В ближайшее время они пойдут в серийное производство в различных модификациях. Новые генераторы будут поставляться в войска противоядерной обороны, устанавливаться на звездолетах и в крепостях. Через пять, максимум через шесть недель мы будем иметь полностью налаженное производство.

– Желательно, чтобы первая партия генераторов поступила в войска как можно раньше. И еще, поработайте над вопросом быстровозводимых ремонтных баз. Ваши соображения по этим двум вопросам я жду на следующем консилариуме. Присаживайтесь.

Кагер встретился взглядом с адмиралом Ружским и утвердительно кивнул на немой вопрос. Следующий докладчик встал, откашлялся и прежде чем начать, полуразборчиво бросил: «Благодарю, Ваше Величество».

– За текущий месяц от Русской Империи мы получили сто два боевых корабля. Как и прежде, каждый третий либо устаревший, либо прошедший капитальный ремонт. Наше управление уже высказало свое мнение и генштаб с ним согласился, что эту часть боевых единиц благоразумно передать для охраны наших внутренних коммуникаций. Остальная часть поставляемых звездолетов полностью соответствует нашим требованиям и направляется в действующие флота.

– А как показали себя линейные крейсеры? – спросил Виктор.

– Превосходные боевые единицы, Ваше Величество, – ответил Ружский. Он не кривил душой, сам лично присутствовал при приемке всех двенадцати кораблей, а позже изучал их тактико-технические данные. В Опетском Королевстве, как осколке Империи Нишитуран, класса линейных крейсеров не существовало. Имелся примерный аналог – тяжелые крейсера, но все же и назначение, и ТТД их имели ряд отличий; и главным отличием был тоннаж – он чуть ли не втрое превосходил тоннаж тяжелых крейсеров. С легкой руки кого-то из офицеров Ружского, линейные крейсеры называли «препарированными линкорами».

– Превосходные, говорите, – кивнул Кагер. – Это радует. Продолжайте, адмирал.

– Мы внимательно рассмотрели предложение генштаба, что касается корабельного вооружения, и нашли его отвечающим нашим сегодняшним реалиям. Напомню присутствующим, что речь идет о предложении получать русские корабли без вооружения, то есть, чтобы сходящие со стапелей единицы направлялись к нам без установки «родных» систем вооружения. Принимая помощь в таком виде, мы будем иметь много дополнительных выгод. Как известно, нишитурские и русские стандарты разнятся, но даже с учетом переданных спецификаций мы не можем себе позволить производство их боеприпасов и узлов для ремонта их систем вооружения. Второй момент: укомплектация поставляемых кораблей недостаточна, за один-два похода истрачивается боезапас. Все это может негативно сказаться в дальнейшем, в случае длительного перебоя с поставками боеприпасов, а также комплектующих для ремонта, корабли превратятся в беззащитные мишени. Что касается начинки и материальной части, проблем не имеется. Даже без помощи русских добровольцев и специалистов, наши пилоты, навигаторы, инженерно-эксплуатационные и ремонтные команды с легкостью осваивают их звездолеты. Исходя из этого, Ваше Величество, я прошу довести до сведения наших союзников наши предложения.

– Военный атташе Русской Империи будет поставлен в известность и получит просьбу на организацию переговоров с аналогичным военным ведомством Новой Русы, – ответил Виктор и обратился к министру иностранных дел Куристу:

– Обсудите с адмиралом Ружским этот вопрос и незамедлительно начните переговоры. Надеюсь, наши союзники с пониманием отнесутся к нашим пожеланиям.

– Слушаюсь, Ваше Величество, – ответил Курист.

– Теперь, Ваше Величество, – продолжил Ружский, – я бы хотел довести до вашего сведения и до сведения консилариума об угрожающем положении с недостатком в действующей армии средних танков. Пока что, на сегодняшний момент мы обладаем достаточным их количеством, но тенденции могут привести, не побоюсь этого слова, к катастрофе. В королевстве достаточно производится тяжелых танков «Фафнир» и легких танков СР-56. У нас пока достаточно и доставшихся в наследство танков КФ-8 и КФ-10, производимых в империи. Темпы прироста производства говорят, что мы полностью можем обеспечить себя этими типами танков и заменить выбывающие единицы имперского образца. В дальнейшем у нас появится, не сомневаюсь в этом, возможность создавать крупные танковые формирования. Но совсем по-иному обстоит положение со средними танками КФ-24 и МТ-152, которые в королевстве не производятся.

– А что с русскими машинами? – задал вопрос король. – Их количество не достаточно?

Ружский глянул на экран персональника, тон сказанных им далее слов, выдал скрываемую им безысходность.

– В этом месяце мы получили почти три сотни средних танков «Пума» и «Вран», этого крайне недостаточно. Не утешает и то, что по своим тактико-техническим характеристикам «Пумы» уступают аналогам Империи Нишитуран. На настоящий момент «Пумы» следует считать устаревшими. Кроме того, все конструкторские бюро сейчас загружены и мы не можем начать разработку собственного образца.

Наступила напряженная пауза, Ружский ждал, что скажет монарх, Кагер же некоторое время сидел неподвижно с отсутствующим видом.

– Передайте решение этой проблемы разработчикам СР-56, – наконец нарушил затянувшуюся паузу Кагер, – пускай преступают немедленно. А те разработки, которыми они сейчас заняты… решайте сами, адмирал. Верю, вы найдете наилучшее решение.

– Слушаюсь, Ваше Величество.

– И еще, адмирал, наш собственный танк должен превосходить имперский.

– Разумеется, Ваше Величество.

– Ну, вот и хорошо. Как там испытание атмосферной авиации, все еще продолжается? Надеюсь, «Опетские Киберсистемы» блестяще справляются с вашим заказом.

– Испытания завершены, Ваше Величество. По ходу был сделан ряд доработок, и я рад вам доложить, что «Опетские Киберсистемы» действительно блестяще выполнили заказ. Комиссией Управления и лично мной принято решение о принятии на вооружение атмосферных бомбардировщиков КА-310 и АР-21, экраноплана огневой поддержки КА-400, атмосферного истребителя С-15. Через три месяца мы получим первые партии новой техники.

– Три месяца, говорите. Даю вам срок до начала шестого месяца, адмирал. Благодарю, присаживайтесь… Ролан, – обратился Кагер к управляющему «О.К.» Аранго, – вы слышали, два месяца. Война поджимает сроки. Организуйте работу так, чтобы вложиться в два месяца.

– Слушаюсь, Ваше Величество.

– Вице-адмирал, – обратился Кагер к главному инспектору генерального штаба Вольфраму Рессингу, – обрисуйте вкратце результаты вашей проверки по флотам и планетарным войскам.

Очередной докладчик обладал цепким взглядом и жестким характером, в его манере держаться прослеживалась независимость и резкость. При его небольшом росте и кажущейся хрупкости, он обладал хорошо тренированным телом и несгибаемым характером. Виктор знал, что этот офицер являл образец идеального сочетания горячей, бьющей ключом энергии и холодного, прагматического расчета. Начинал карьеру Рессинг в эскадре космических истребителей, дослужившись до командира соединения авианосцев. Потом был переведен в Академию Флота на Владивостоке III, где преподавал двенадцать лет, еще два года он являлся заместителем начальника опетского отделения Академии Генерального Штаба по учебному процессу, после чего был переведен в штаб опетской группировки на должность главного инспектора. На этой должности и застала его война. Когда Рессинг начал доклад, годами выработанное искусство риторики заставило присутствующих впитывать каждое его слово.

– Ваше Величество, последние три недели проводилась инспекция во всех соединениях вторых и третьих эшелонов планетарных войсках и флотов королевства. По результатам проверок установлено, что в частях и соединениях идет нормальный учебный процесс, интенсивно проводятся тактические учения, как крупными силами, так и на уровне подразделений. Во всех корпусных, армейских штабах, а на флоте в штабах флотов и соединений проводились штабные игры, по которым сейчас подводятся итоги. Идет освоение новой техники, обучаются новобранцы, проходят подготовку призванные резервисты. Рапорты моих офицеров отображают адекватность требований генштаба и исполнение их во всех резервных частях и соединениях Вооруженных Сил. Хотя, о стопроцентной адекватности говорить нельзя. Имеются случаи несвоевременного обеспечения войск, находящихся в резерве, комплектующими, боеприпасами и прочим довольствием.

Кагер, не обещающим ничего доброго взглядом, уставился на Капника, произнеся:

– Генерал…

– Слушаюсь, Ваше Величество, я возьму под особый контроль обеспечение резервов.

Виктор скрыл свое раздражение тем, что его перебили и снова дал слово Рессингу. Тот продолжил:

– В первом штурмовом флоте адмирала Кудинова недостаточно уделяется внимание отработке аварийно-спасательных работ. Что касается проведения маневров и боевых стрельб, флот в целом показывает очень высокие результаты. Превосходно организовано взаимодействие между соединениями, службами, отдельными кораблями. Далее, Ваше Величество, по указанию маршала Роуца, я лично пребывал с инспекционной поездкой в крепости Орбол VI. Проведенное мной расследование вскрыло случаи грубого нарушения дисциплины несения боевого дежурства, халатного отношения к своим обязанностям некоторых офицеров. Те же нарушения отмечается и в пятьдесят втором корпусе, дислоцированном близ крепости. Мои личные выводы таковы: командующий гарнизоном Орбола VI генерал-полковник Слепухин некомпетентен и, мягко говоря, безалаберен как командир. Я проверил его досье. Еще полгода назад он командовал бригадой, потом его повысили до генерал-лейтенанта, недавно произвели в генерал-полковники.

– Кто произвел повышения?

– Вы, Ваше Величество.

Кагер зло улыбнулся.

– Я разберусь. Продолжайте.

– Слепухин пытался скрыть факты о нарушениях в гарнизоне. То же самое относится и к командующему пятьдесят вторым корпусом генерал-лейтенанту Мокрому. Особенно возмутительным, на мой взгляд, является прямое противодействие моему расследованию начальника контрразведки гарнизона полковника Бериса. Он всячески саботировал мою работу, взломал мой персональник и похитил материалы с добытыми мною доказательствами его халатности к соблюдению элементарных требований безопасности.

– Адмирал, – перебил Рессинга Шкумат, – у вас остались доказательства против Бериса?

– Ничего существенного.

– Так, так. Очень интересно, – задумчиво прошептал Шкумат и подумал, что зарвавшийся Берис настолько обнаглел, что осмелился противодействовать работе инспектора открыто и по-хамски. Лучше бы он устроил Рессингу несчастный случай, для него же лучше. Но не понятно, то ли он побоялся, то ли не додумался. Если последнее, то он просто чертов кретин. В любом случае Берис уже не жилец на этом свете.

Рессинг отметил, что шеф спецслужб крайне возмущен, хотя и не подал виду. Также он понял, что в ближайшее время будет проведено тайное расследование и весь гнев Богов обрушится на зарвавшегося полковника Бериса.

– Продолжайте, – услышал Рессинг голос короля.

– Собственно, это все, Ваше Величество. Имена и конкретные материалы содержатся в моей итоговой записке.

– Хорошо, передайте ее маршалу Опета Сгибневу.

– Слушаюсь, Ваше Величество.

– А вы, Георгий Александрович, дайте ход расследованию, пусть прокуроры пороют. Все виновные должны быть наказаны, а Слепухин и Мокрый немедленно арестованы и преданы трибуналу.

– Слушаюсь, Ваше Величество.

– Теперь, что касается вас, Родион Алексеевич, – обратился Кагер к командующему Войсками Системной Обороны[1] адмиралу Стеменко.

Кагер встретил внимательный взгляд адмирала. Стеменко с некоторых пор зачастил на консилариум, хотя по-иному в общем-то и быть не могло, ведь Войска Системной Обороны, как род сил ВКС, – важнейшая составляющая оборонительных рубежей королевства. Стеменко еще не так давно был вице-адмиралом и считал свой прежний чин, как и должность, венцом карьеры. Ненишит и уж тем более не дворянин, он тем не менее дослужился к своим шестидесяти до адмиральских звезд исключительно благодаря собственным талантам. После провозглашения Королевства Опет, когда остро встал вопрос нехватки командных кадров, Сгибнев выдвинул его на пост командующего ВСО и произвел в полные адмиралы. Стеменко занимал маршальскую должность и Кагер уже подумывал, что со временем произведет его в адмиралы флота, а там и в маршалы.

– Я рассмотрел ваши предложения о передаче коммерческих спутников под ваше руководство, – сообщил ему Виктор. – Что касается орбитальных станций защиты, вы получите требуемые единицы в нужном количестве.

– И каково решение по спутникам, Ваше Величество?

– Мой представитель обсудил ваше предложение с владельцами спутников и мы пришли к единому знаменателю. А именно, на все спутники будут допущены специалисты для установки необходимого оборудования, в случае прямой необходимости, они переходят в ваше полное распоряжение. Надеюсь, такое решение для вас приемлемо?

– Более чем, Ваше Величество, – адмирал удовлетворенно кивнул. – Теперь разрешите мне лично ответить на ваш запрос об усилении обороны населенных систем.

– Слушаю.

– В целом, как показывает анализ боевых действий, Войска Системной Обороны успешно справляются с возложенными на них задачами. Но мною утверждены дополнительные меры усиления. В частности, во всех населенных системах, на необитаемых внешних планетах начато строительство станций дальнего обнаружения и перехвата, которые будут содержать небольшие гарнизоны.

– Имеются какие-нибудь трудности?

– Пока нет, Ваше Величество. Министерство финансов выказало понимание наших нужд и перечислило необходимые на СДОПы средства.

– Хорошо, Родион Алексеевич, будем считать этот вопрос решенным. Присаживайтесь. Теперь, господин Аранго. Меня интересуют экономические показатели «Опетских Киберсистем».

Поднявшись, управляющий «О.К.» Ролан Аранго сделал полупоклон членам консилариума. Обычно он переправлял отчеты о деятельности компании Кагеру лично по глобальной межзвездной сети. Но в последние две недели правитель оказался слишком занят другими проблемами и поэтому решил пригласить Аранго на консилариум, чтобы от него лично услышать о деятельности компании и о ситуации в системе Сарагон.

– Ваше Величество, дела «Опетских Киберсистем» идут вверх. За последний месяц прирост производства составил девять и два десятых процента против восьми и девяти десятых в прошлом месяце. Найдены новые рынки сбыта в Русской Империи, в Объединенных Мирах Намара, Федеративном Скоплении Арбела, Королевстве Таиф. По прогнозам наших специалистов, в сложившейся конъюнктуре экспорт компании можно будет увеличить в десятки раз. Наша высокотехнологическая продукция и передовые технологии имеют постоянно возрастающий спрос. В общем-то, в этой сфере перспективы более чем обнадеживающие. Теперь о военной продукции. В этом месяце прирост составил двадцать два процента. На моей памяти такие показатели бывали лишь сорок с лишним лет назад – в ассакинскую войну. Разрабатываются новые виды вооружений, ведутся работы по модернизации. В результате предложенных вами принципов перестройки системы управления компанией, как то: введения безостановочного трехсменного производства и строительства дополнительных мощностей, теперь временЫе затраты на изготовление одной боевой единицы значительно, я бы сказал, существенно, сократились.

У Аранго в руке появился силовой диск со специальной защитой. Он подошел к Кагеру и передал его. Взяв диск, Виктор поместил его в считыватель и ввел личный код доступа. На экране появилось сообщение от Торнье – управляющего секретными верфями и заводами системы Сарагон. Виктор просмотрел материалы, где сообщалось о текущих делах на Сарагоне. Потом дошел до документа, где Торнье докладывал, что через четыре месяца начнутся испытания двух новых видов вооружения – проекты «Брандер» и «Факел». Кагер регулярно следил за ходом работ и испытаниями, эти проекты находились под его особым вниманием. Под названием «Брандер» скрывалась разработка ракеты с практически неограниченной дальностью действия, с расщепляющейся головной частью, мощностью в десять мегатонн. По сути, это был малый беспилотный звездолет, обладающий высоким интеллектом, способный производить классификацию целей, избирать выгодную позицию, выжидать, проводить разведку и вести информационный обмен со своими «сородичами». Но с другой стороны его все же вряд ли можно классифицировать как именно звездолет, сами инженеры-разработчики «Брандера» склонялись к его классификации как родоначальника совершенно особого вида космических мин. Следующий проект – проект «Факел» обозначал принципиально новый корабль для уничтожения системных узлов обороны и борьбы с мощными бронированными звездолетами врага.

После просмотра, правитель отключил аппаратуру, поблагодарил Аранго и принялся слушать доклады Рязанцева и Дурасова – глав орболской и шеролской судостроительных промышленных групп.

Более получаса промышленники говорили о форсированных темпах строительства новых кораблей всех типов и классов, о строительстве новых заводов, о привлечении рабочей силы. Прозвучавшая в выступлении цифра повергла в приятный шок многих членов консилариума, темпы производства были столь стремительны, что на процесс постройки такого боевого звездолета как крейсер, требовалось всего сорок четыре шерольских цикла – или около пятидесяти стандартных суток. Небывалый срок, невиданный во всей галактике! В завершении, генеральный директор шеролской судостроительной промышленной группы как всегда попросил выделить дополнительные средства.

– Господин Ургейм, – обратился Кагер к министру финансов, – надо бы изыскать необходимые суммы.

Ургейм встал и устало помассировал виски.

– Ваше Величество, боюсь, что в казне возникнет дыра. В данный момент деньги взять просто неоткуда. Для каждой казенной кроны строго прописана статья расхода.

– И все же постарайтесь, господин Ургейм. Через неделю я жду вас здесь с соображениями по этому поводу. Надавите на банковский комитет, пусть почухаются насчет льготного кредита.

– Слушаюсь, Ваше Величество.

– Ролан, я еще не полный банкрот? – улыбнулся Кагер.

Аранго понял вопрос короля и своего начальника.

– Остаток по вашему личному доходу в «Опетских Киберсистемах» составляет сейчас чуть больше двухсот восьмидесяти миллионов имперских крон.

– Не густо, но хоть что-то. Перечислите их на Шерол.

– Как, все?

– Ну, пару сотен тысяч надо оставить, не голодать же мне, – пошутил Виктор. Его шутку тактично поддержали веселым смехом.

– Кстати, господин Ургейм, думаю пришло время подумать над выпуском своей собственной валюты. Займитесь этим вопросом, подумайте об обеспечении. Опетские деньги должны быть стабильны, у нас есть чем их обеспечить… поэтому плясать следует от дефляции… И еще одно пожелание: курс желательно выше других валют, особенно имперских крон.

– Слушаюсь, Ваше Величество.

– Это ваша стихия и я всецело полагаюсь на вас.

– Благодарю за доверие, Ваше Величество. Все будет исполнено наилучшим образом.

– Не подведите меня.

После последних слов короля, Ургейм почувствовал холодный ветерок по спине. Сев в свое кресло, он подумал, что ему предстоит очень непростое и рискованное дело. Опетскому Королевству требовались средства, выпуск собственной валюты несказанно развяжет многие проблемы. Но с другой стороны, крупные массы денег, которые следовало вводить постепенно и наравне с имперскими кронами, к которым предстояло завоевать доверие на внутреннем и внешнем рынках, и масса других сопутствующих проблем. Ургейм осознал, что на ближайшие месяцы ему обеспечены долгие бессонные ночи.

Далее шел доклад министра промышленности Куренного. Почти три четверти часа речь шла о завершении этапа частичной национализации, преобразования и перенацеливания части производственных мощностей всех акционерных и частных компаний на военные нужды. Теперь каждый завод и фабрика, каждый комбинат и производственный модуль на безжизненной планете имеет или в скором времени будет иметь минимум один цех по изготовлению военной продукции. Самые крупные компании за свой счет ведут строительство новых цехов, иногда и заводов, и уже ждут размещения заказов.

– Благодарю вас, господин министр, – наблюдая, как Куренной садится, Кагер обратился к Ружскому: – А вы, адмирал, примите эту информацию к сведению. Я жду своевременных решений и оперативного их исполнения.

– Слушаюсь, Ваше Величество.

– Хорошо. Следующий вопрос к вам, господин Курист. Я знаю, что накануне вы вели переговоры с полпредом графом Янковским. К сожалению, я не имел возможности ознакомиться с вашим отчетом. Я его прочитаю попозже, но сейчас меня интересует вот какой момент: согласны ли наши союзники с нашим предложением об оплате поставляемых вооружений и грузов?

– Граф выразил свое согласие, Ваше Величество, – ответил министр иностранных дел. – Подписана договоренность что тридцать процентов поставок будут погашаться продукцией «Опетских Киберсистем». Остальное – в валюте Империи Нишитуран.

– Что ж, это приятная новость, господин Курист. Результаты приемлемы. А каковы итоги переговоров с эмиссарами некоторых звездных держав?

– Безрезультатны, Ваше Величество, за исключением Объединенных Миров Намара. Похоже, ОМН идет на сближение, по многим вопросам найден общий язык. Мой прогноз, в ближайшие месяцы, может полгода, мы обменяемся посольствами.

– Это вторая приятная новость от вас, господин Курист. Предоставьте мне подробный отчет переговоров с ОМН.

– Я это сделаю сразу же по окончанию консилариума, Ваше Величество.

– У меня есть одно пожелание. Что вы думаете о Подгорном?

– Мне известно, что у него хороший контакт с императором Юрием и его советником князем Цараповым. Я думаю, посольская служба ему подойдет.

– Рад, что мы сошлись во мнении, господин Курист.

Кагер поймал настороженный взгляд министра транспорта, несмотря на всю серьезность затрагиваемых тем, министр выглядел комично, напоминая всеми забытую плюшевую игрушку.

– Господин Бгог, я получил запрос из генштаба, в котором предполагается передать часть торгового и пассажирского флота на нужды Военно-Космических Сил.

– Но Ваше Величество! Это нанесет урон нашей торговле, экспорту, импорту и миграции… – министр промокнул носовиком залысины, кажется, он еще не до конца освоился со своим местом, приняв этот пост недавно.

– Господин Бгог, речь не идет о навечном изъятии, тем более в таких масштабах, которые несут опасность подрыва экономики. Эта мера временная и передать требуется порядка семи процентов больших транспортов и лайнеров. Кроме того, пассажирские перевозки сейчас и так предельно сокращены из-за опасности атак рейдеров.

– Если вопрос ставится так, Ваше Величество, я готов обсудить его с военными.

– Благодарю за понимание, господин министр.

С заключительным докладом выступил министр пропаганды. Он коротко обрисовал положение вещей. Доложил о некоторых методиках ведения пропаганды, о возросшем моральном духе населения, хвастнул некоторыми достигнутыми успехами по привлечению специалистов, в результате чего население Опетского Королевства преобразовывается в монолитный сплав, оставаясь при этом полиэтническим. Завершил словами о том, что нишиты перестали, наконец, покидать королевство и все больше проникаются настроениями и идеями других народов.

Кагер похвалил главного краснобая королевства и после заключительного слова объявил о закрытии консилариума.

Когда все стали покидать зал, к правителю подошел Курист, и передал обещанный отчет. И тут же достал из внутреннего кармана официального дипломатического платья старомодную голооткрытку и вручил королю. Виктор с удивлением открыл послание, в нем узорными старонишитскими буквами было написано поздравление с коронацией от сына и дочери маршала Канадинса.

– Вы удивили меня до глубины души, господин Курист, – Виктор улыбнулся. – Это уже третья приятная новость от вас за сегодня.

– Не стоит, Ваше Величество, я лишь исполнил просьбу.

– Вы их лично видели?

– Нет, что вы. Это передали в русском посольстве. А еще я узнал, что Канадинсы получили визу в нашем посольстве в Русской Империи. Теперь летят на Опет.

– Когда они прибудут в Санктор, немедленно доставьте их в Алартон.

– Конечно, Ваше Величество.

Курист выдержал прямой взгляд Кагера, холодный и бесстрастный, как бывало обычно, но не теперь. Сейчас в его глазах вдруг заиграл задорный огонек, словно все его существо светилось изнутри. После того, как министр услышал слово «благодарю», он понял, как много брат и сестра Канадинсы значат для короля.

Глава 2

Дипломатический клипер Русской Империи заходил на посадку в центральном космопорту Опета, расположенном на окраине столичного мегаполиса Санктор. Клипер был обычным курьером и совершал рядовой рейс, доставляя дипгруз и мелких посольских секретарей. Однако на этот раз рейс не был заурядным, на борту клипера прибыли непривычные для команды пассажиры – граф и графиня Канадинсы. Непривычные, но допущенные на борт личным распоряжением Его Императорского Величества. Таким несколько вычурным способом Юрий II хотел сделать приятное своему союзнику Виктору I Кагеру.

У трапа клипера Кая и Алису Канадинсов поджидал правительственный гравитолет. Встретивший их служащий королевского МИД доставил гостей прямиком в Алартон. На посадочной площадке замка их поджидал дворцовый распорядитель, который не теряя ни минуты, сопроводил их в обеденный зал королевских покоев, где был сервирован стол на три персоны и ждали своего часа холодные блюда и изысканные вина. Несколько ошарашенные от высочайшего внимания (сперва месяц назад удостоились приема императора Юрия, теперь же их чуть не силой затащили в Алартон прямо из космопорта), Канадинсы с интересом рассматривали убранство зала. Здесь царили спокойные умиротворяющие цвета и скромная спартанская обстановка.

Дверь, та самая, в которую они вошли, отворилась вновь. Вошел Кагер.

– Ваше Величество! – в один голос поприветствовали гости и слегка поклонились.

Кагер ответил кивком, его улыбка озарила зал. Лишь только нишитская сдержанность и недавно приобретенное положение остановили его горячее искреннее желание обнять сына и дочь своего покойного друга. В этот момент он готов был послать подальше сковывавшие его рамки, вынуждавшие вести себя как приличествует монарху. Канадинсы почувствовали настроение Кагера и были не менее рады встрече.

– Надеюсь, вы успели проголодаться? – показал Виктор на стол.

– У меня просто дикий аппетит, – вздохнула Алиса. – Последний раз мы перекусили восемь часов назад.

– Замечательно! Прошу за стол.

Кагер и Канадинсы заняли предназначенные им места за небольшим столом. Расстояние между ними и Виктором оказалось столь малым, что поспособствовало созданию тесной дружеской ауры. Но тесный кружок невольно нарушило вторжение дворецкого, который принялся укладывать на тарелки гарниры, подавать закуски, приправы и добавку. Ели почти в молчании. Разобравшись с обедом, Кагер освободил прислугу. Затем откупорив бутылку уредонского полусухого вина, сам разлил его по бокалам.

– Великолепный букет, – продегустировал Кай. – Давненько я не пробовал уредонского. Тридцатилетней выдержки, если не ошибаюсь.

– Сорокалетней. Одно из лучших в моих запасах, – похвастался Кагер и пригубил. – Расскажите же, друзья, что с вами произошло. Я вчера только узнал, что вы вне пределов империи… Империи Нишитуран конечно же, – поспешил он добавить. – И с тех пор меня не покидает удивление, что вам удалось избежать загребущей руки БН.

Подробно, но опуская излишние детали, Кай Канадинс рассказал королю историю своего и сестры бегства. Рассказ перемежался с опустошением первой бутылки, за которой, весьма скоро, последовала новая.

– А что с вами произошло на Новой Русе?

– О, это целая детективная история, Ваше Величество, – быстро сказала Алиса, пока ее брат раздумывал с чего бы начать.

– Прошу вас, называйте меня Виктором. Вы мои гости, мои друзья, ваш отец был моим большим другом. Я устал, если честно, от «Ваше Величество», «сир» и прочей официальщины. Иногда мне кажется, что все вокруг уже не помнят, как меня зовут. Забудьте, что я король, когда мы одни.

– Нет проблем, Виктор, – Кай сделал большой глоток и поставил пустой бокал. На его лице появилось лукавое выражение. – А разве ты не в курсе, как тебя иногда называют?

Этот вопрос заинтриговал Кагера, все его члены застыли и он смог только выдавить:

– Ну и как?

– Виктор Первенец. Или граф-король…

Некоторое время Кагер смотрел на Канадинса и, наконец, прыснул со смеху. Чистый и громкий смех трех человек гулко загулял по залу и был слышен за его пределами.

– Не думал я, что удостоюсь таких титулов, – Виктор передал Алисе закуску к вину. «Первенец», – повторил он про себя и улыбка вновь вернулась на его лицо. Первенец еще куда ни шло, все же зачинатель династии… в перспективе. А вот граф-король? Ну что же, Кагер и не надеялся, что его прям так сразу примут за равного среди правящих Домов галактики. Продолжая улыбаться, он спросил: – Так что же там с русскими?

– Эта «детективная история» больше походит на комедию, – сказал Канадинс.

– Это для тебя комедия, Кай, я же себя чувствовала крайне неуютно.

– Хорошо, это не комедия. Суть в том, что нас перехватил патруль русского флота и препроводил на свою базу. Там местный отдел контрразведки очень долго не хотел верить, что мы не шпионы Нишитуры. Там был… как бы это сказать?.. «Крутой» полковник, который пытался нас убедить, что мы люди Савонаролы. В конце концов, нас отправили на Новую Русу, где мы прошли спецпроверку.

– Это что же, они вам мозги промывали? – холодно спросил Кагер.

– Нет, к счастью до этого не дошло. Всего лишь другие не очень приятные процедуры.

– Ой, как вспомню об этом, до сих пор жутко, – вздрогнула девушка.

– А дальше?

– Дальше мы поселились в Екатеринаславе. Нам, слава всем Богам, вернули деньги и побрякушки Алисы. Потом возникла идея удрать сюда.

– Наше посольство в Екатеринаславе предоставило вам подданство?

– Нет, но визу выдали всего за три дня.

– Всего? Хм… Долго чешутся, господа… В общем так, считайте, что подданство у вас уже есть. У вас остались какие-то средства?

– Остались. Где-то сто пятьдесят тысяч рублей, это около ста восемьдесяти тысяч нишитурских крон, – ответила девушка.

– Да чего там, не так уж и мало… – добавил ее брат. – В деньгах мы не нуждаемся.

Виктор кивнул, его взгляд остановился на полупустой бутылке.

– Еще по одному?

Все согласились, и высокие бокалы вновь были наполнены вином.

– Что от вас хотел император Юрий? – поинтересовался Кагер.

– Знаешь, Виктор, – Кай сделал глоток, – мы до сих пор не поняли, что он хотел. За день до аудиенции прибыл его порученец, обговорили всякие мелочи. Потом сама аудиенция. Юрий мне показался каким-то странным. Он как будто и прост в общении, и расположить умеет, но в то же время чувствуется такая дистанция… Не знаю как даже сказать. Вот с тобой я себя так не чувствую.

Кагер слегка улыбнулся, последняя фраза его откровенно порадовала.

– И все же, о чем говорили?

– Да понимаешь, об общих вещах. Как будто он зондировал нас. Никаких намеков, ни поручений, ни предложений. Спокойный светский разговор.

– Его Величество поэзию любит, – добавила Алиса. – Под конец мы о стихах поговорили. Я по его просьбе Кройна декламировала. А он в переводе на нишитуранский то ли Лермонта, то ли Лермонова…

– Лермонтова, – поправил ее брат. – Древний русский поэт. Офицером, кажется, был.

Кагер кивнул и вновь подлил в бокалы вина.

– Вы уже думали, чем будете заниматься? – поинтересовался он.

– Думали, Виктор, – ответила Алиса, – сначала купим дом, осмотримся некоторое время, потом начнем искать себе занятия.

– Ну, с этим я могу помочь.

– Я бы хотел вернуться на флот, – внезапно для сестры сказал Канадинс.

– Кай, ты же обещал, мы же не этого хотели!

– Во-первых, я не обещал. Во-вторых, я уже все решил, Алиса. Так будет лучше… Не смотри на меня так. Не могу я без космоса.

– Так летай себе на гражданском судне…

– Я офицер, – сказал Канадинс с грустью. С грустью от того, что сестра не понимала его. – И сын своего отца…

– Ну знаешь, если бы мы находились не здесь и не сейчас, я бы тебе устроила сцену.

Брат оставил ее слова без ответа и обратился к королю:

– Это осуществимо?

Наступила небольшая пауза. Кагер посмотрел на Алису, та сидела надувшись, но постепенно обрела прежнее настроение. Она знала, что проиграла и так же знала, что переубедить брата ей не удастся.

– В моей власти осуществить любую просьбу. Тут нет никаких сложностей. Но будет быстрее, если у тебя сохранились документы.

Канадинс достал и передал Кагеру свое удостоверение офицера. На пластиковой карточке был изображен стереопортрет Канадинса, указано его имя, должность и звание. Кагер прочитал данные: Канадинс Кай, граф, нишит, год рождения, год вступления на службу, последняя должность – командир фрегата, звание – капитан третьего ранга, подпись и силовая печать отдела кадров соединения и так далее. Если удостоверение поместить в считывающую прорезь вычислителя, то можно будет узнать весь послужной список офицера.

– Некоторое время придется подождать, Кай, – Кагер повертел удостоверением и спрятал его в нагрудный карман. – Но скоро ты получишь вызов. Нам нужны офицеры.

– Виктор, у меня убедительная просьба, – Канадинс посмотрел королю в глаза, – не надо синекуры. Всего лишь то, кем я был раньше… Я ведь прилетел на войну.

– Этого я и боялась, – произнесла Алиса дрогнувшим голосом.

Кагер посмотрел на нее, мол, «что я могу сделать?»

– Да будет так.

Внезапно прозвучал звуковой сигнал двери, издав приятную слуху трель, подражая опетской птичке-певунье.

– Войдите! – в голосе короля чувствовалась досада.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Войска системной обороны являются родом сил ВКС. В состав ВСО входят: станции дальнего обнаружения и перехвата; орбитальные крепости; отдельные дивизии и бригады корветов, номерных эсминцев, малых кораблей.

Вернуться