Стихотворения
Выпуск № 1
Эдуард Галимуллин

© Эдуард Галимуллин, 2017

ISBN 978-5-4485-1851-5

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Предисловие

К своему, к ставшему настолько близким, что будто бы является частью тебя, или к тому, что в самом деле является частью тебя – отношение всегда двойственное. Им вроде как хочется похвастаться, мол глядите, что у меня есть, такое неповторимое и особенное. Но всегда немного тревожно – вдруг окружающие начнут критиковать, вдруг заметят недостатки и укажут на них? Тогда придется и самому заново смотреть, перечитывать, переслушивать, иначе мысли о несовершенстве, а, что еще важнее, о «сделке» с совестью и примирении с этим несовершенством, попросту не дадут покоя.

Если все же решил показать, то вновь возникает дилемма: подготовиться, либо пусть смотрят на то, что имеется, не важно в каком оно виде и состоянии – от этого оно ведь не перестает быть моим. В первом случае – протереть, сдуть пыль и продемонстрировать, яркое и сверкающее. Но ведь это самообман. Сведения, хотя и не ложные, но неполные. Пылинки, оскомины – как же без них? Пусть истории и далеко не всегда приятны, порою даже отвратительны и «слишком человеческие».

С другой стороны думаешь, а нужна ли окружающим абсолютная правда об этом «твоем». Кто-то не найдет времени, чтобы ознакомится с ним полностью и будет критиковать, что называется, «от увиденного», а у другого попросту не хватит терпения. Не знаю. Тут нет верных или неверных решений, только выбранное и обоснованное.

Я вдохновлялся многими вещами, событиями, явлениями. Меня гипнотизировал Атлантический океан, так, что совершенно не хотелось ни о чем думать и писать. Средиземное море, беспокойно, как предвкушающий что-то человек, дремавшее в объятиях турецкой ночи, напротив – заряжало меня энергией и стремлением к неустанному творчеству. Воздушные перелеты дарили ощущения единичности перед великой и могущественной природой, перед бездонным, темно-синим небосводом, плавно переходящим в пространство, где человеческие помыслы еще только начинают обживаться, изредка подбадривая себя скромными достижениями.

Да, безусловно, космос – это нечто объективное, пугающе объективное. Но этим дело не ограничивается. Я абсолютно уверен, что сознание каждого из нас есть уникальная, неповторимая, сконструированная из огромного множества жизненных эпизодов собственная Вселенная, со своими характеристиками и закономерностями, более-менее общими, но с присущими индивидуальными особенностями.

Что ж, моя – перед вами.

«Небесное сверкало лоно ярким блеском…»

Небесное сверкало лоно ярким блеском.
Отныне и навеки был я поражен.
Вон громовой раскат рассыпался по небу с треском,
И порыв ветра этому был возмущен.
Прочувствовал я легкое дыханье лета.
Оно, все ближе приближаясь, делалось теплей.
Пусть песенка зимы еще не спета,
Мне песня лета кажется милей.
Вот ветерок прохладный волосы колышет.
И чувствую слияние я с ним.
И звуки посторонние мне кажутся все тише —
Я ощущаю себя небом голубым.
О, как же хочется продлить это навечно.
Остановить ход времени, как маятник часов.
И жить, любить, существовать… Беспечно,
Как тот герой, из тех, далеких снов.

Осень

Осень… Деревья теряют души,
Погружаясь в литургический сон.
Осень… А я моюсь в теплом душе,
Отдавая лету поклон.
Не смирюсь никогда я с холодной
Грязью, текущей по мертвым лугам.
Не считаю я, нет, очень модной
Осень. По мне это лишь стыд и срам.
Листья, да, яркие, в золотой кожице.
Пушкину нравились – ой, не могу!
А вот ответьте, представить вы можете
Пылкое сердце в холодном гробу?
Да, цикл года, его не изменишь.
Но памяти деревьев загубленных душ