Хорошая погода для детей
Книга о современной школе
Вадим Слуцкий

© Вадим Слуцкий, 2017

ISBN 978-5-4485-2454-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Сегодня весь день идёт снег, мягкий, чистый и тёплый.

Вечером мы с Гошей пошли гулять. Как всегда, дошли до школы. Во дворе, в круге света, играли дети: носились, бросались снежками. Снег искрился и сверкал вокруг них. Голосов почти не было слышно. Как живая картина в тёмной раме: яркий свет, дети и снег.

В такие дни я всегда думаю: «Хорошая погода для детей».

Мы посидели на скамеечке под когда-то нашим окном: то есть я посидел, а Гоша стоял рядом и вопросительно смотрел на меня. Мимо пробежал мой ученик Лёня из 4-го класса. Выражение лица у него было какое-то ошалело-счастливое. Меня он не узнал. Прошёл уже месяц, как меня уволили: для 10-летнего ребёнка это большой срок.

* * *

Мой класс.

В нашей школе – 2 пятых класса. Классный руководитель 5-Б – фаворитка директора. Под неё и в расчёте на будущие успехи в этот класс собрали всех благополучных детей с хорошими отметками. Мой, 5-А, составили все остальные.

Разделение на элиту и плебс в современной России мало кого может удивить. Так ведь будет всю их жизнь: моим Вике, Роме, Аслану по окончании школы предстоит трудиться кому продавцом в магазине, кому шофёром, кому автослесарем. Понятно, отборным деткам из 5-Б светит иная карьера. Да и после смерти их останки будут покоиться на разных кладбищах.

Однако я доволен своим классом. Работать с такими детьми, хоть и труднее, но интереснее, и в этом больше смысла. Если ребёнок уже и так умный и развитый, школа ему, получается, мало что может дать. Наоборот, мой 5-А – благодатнейшая почва, вроде казахстанской целины, ждущая вспашки и посева.

Правда, прежде всего, оригинальный способ формирования класса привёл к целой какафонии разнообразных – но в равной мере антипедагогических – последствий. Любители «отдохнуть на уроках» – счастливо объединённые в одном классе, нашедшие друг у друга полное взаимопонимание и сочувствие, что так важно для каждого из нас! – вообще не очень торопились начинать учиться. Домашних заданий они не делали, на уроках по большей части «балдели». Таких мальчиков набралась целая группа, но особо выделялись Максим, Володя и Артём. О них я ещё расскажу.

Разделение на «чистых» и «нечистых» повлияло и на учителей: детям внушали, что они плохие, – и они поверили в это. Это ведь удобно. Я плохой? – ну и чудесно! Зачем стараться, тянуться, расти? Зачем трудиться? Я же плохой. Можно жить легко и приятно-расслабленно, махнув рукой на учёбу.

В общем, разлагающее влияние оригинального решения директора школы сказывалось очень сильно.

Начать же как следует работать с классом я в первой половине сентября никак не мог. Просто не было времени и сил. До 17 сентября надо было сдать планы; даже в субботу не удавалось куда-то пойти с детьми, хотя стояла прекрасная погода.

15.09 в школе была «Большая игра». Больше 4-х часов, разбившись на разновозрастные команды, дети и учителя, высунув языки, бегали по лестницам из кабинета в кабинет, где получали разные задания. Провозглашённая цель – знакомство с великими русскими изобретателями. В случае нашей команды это был Сикорский. Почему на знакомство с Сикорским надо потратить не 10—15 минут на уроке, а 4 часа в субботу, никто не объяснил.

Из-за этой игры, вызвавшей у меня недоумение, произошло первое моё столкновение с директором.

Потом мне объяснили, что я дурак и ничего не понимаю. Оказывается, в тот самый день был «Марш миллионов»: наш директор боялся, что кто-то из учителей пойдёт туда. Поэтому нужно было всех занять и максимально измотать.

В поход мы пошли на следующей неделе, 22.09. И 29.09 пошли снова: так нам понравилось. Мы жарили сосиски на мангале, Даша залезла на несколько деревьев (она акробатка, здорово лазает по деревьям). Играли в зверей и охотников – в общем, нам было не до Сикорского. Хотя вообще я к Сикорскому отношусь неплохо.

Походы в Филёвский парк нам многое дали: именно там у нас появились первые общие положительные переживания, зародились первые ростки коллектива в нашем классе.

Наша первая стенгазета (она у нас больше из фотографий и рисунков состоит, а текста мало – это, в основном, подписи под фото) была посвящена, главным образом, походам. Она получилась живая, интересная и смешная: дети на переменах вертелись возле неё, рассматривали, смеялись.

Так мы понемножку начали жить и дышать.

28 сентября на педсовете по 5-м классам я сказал и о влиянии странного способа формирования нашего класса на наши проблемы, и о том, что непедагогично убеждать детей в том, что они плохие, и что столь же непедагогично считать один класс благодатной почвой, а другой – каменистой пустыней, где всё равно ничего не вырастет, и что т.н. «трудные» дети – вовсе не плохие, а только требуют больше сил и внимания от нас, учителей.

Директор и классный руководитель 5Б были очень недовольны моим выступлением.

* * *

Наша школа.

О директоре нашей школы говорят, что раньше он служил в министерстве.

Внешне он сразу поразил меня своим сходством с неуверенным в себе, застенчивым подростком. Манера держаться, говорить, даже рост и сложение – как будто ему 14 лет. На самом деле – 40.

Когда я впервые зашёл в его кабинет, где царил чудовищный кавардак, меня заинтересовала привинченная к стене игрушечная баскетбольная корзина.

– Кто же здесь играет? – спросил я секретаршу Лену.

– Сам директор раньше играл, – без тени смущения ответствовала она.

– Раньше?

– Да. Недавно ещё играл. Он подарил мячик своему выпускнику и теперь уже не играет.

Да не подумает читатель, что я рассказываю о какой-то ерунде. Игрушечный баскетбол, мячик. Нет, это очень важно! Представьте себе директора школы, внешне похожего на подростка, играющего в своём кабинете в игрушечный баскетбол.

То, что он подарил мячик выпускнику, тоже сыграло в последующих событиях определённую роль. Ему стало нечего делать, так как уроков он не ведёт, с детьми не работает, на уроки к учителям не ходит и вообще ничего в школе не делает.

Если бы он не отдал мячик и продолжал играть, то чувствовал бы себя лучше. А так он постоянно находился в ненормальном состоянии, но так и не понял, чего ему не хватает.

* * *

У нашей школы есть фонд, весьма богатый.

Именно директор этого фонда (она не педагог) пригласила меня из Петрозаводска. Она с большим энтузиазмом рассказывала о школе, что мне отчасти понравилось. Правда, понравилось не всё. Во-первых, она заявила, что в Москве нет ни одной хорошей школы, а вот они сделают первую хорошую школу. Во-вторых, сообщила, что опытные учителя, – это «тётки», с ними работать невозможно, и 85% таких заскорузлых тёток из школы, слава Богу, уже ушли. Остались 2—3, которые тоже скоро уйдут.

Я учитель опытный, хотя и не «тётка». Меня это насторожило, но уж очень хотелось что-то изменить в своей жизни. И я согласился. И, несмотря ни на что, не жалею об этом.

* * *

Итак, борьба с «тётками» (то есть – с опытными и квалифицированными учителями) увенчалась блестящим успехом. Я, правда, вскоре убедился, что дело вовсе не в консервативности и совковости «тёток». Наш директор очень неловко чувствует себя в общении с опытными педагогами, потому что сам он в педагогике, увы, ни в зуб ногой.

Согласитесь, его можно понять. Поставьте себя на его место. Вы руководитель, но в деле, которым руководите, ни бельмеса не смыслите. Что ж, заявление по собственному, что ли, подавать? А если нет этого «собственного», наоборот, очень нравится «руководить»? И вот тут у вас под боком ходят люди, которые умнее вас. Ведь неприятно, согласитесь?

Вот он и обеспечил себе психологический комфорт.

В моём классе ещё в прошлом учебном году работала опытная учительница Наталья Анатольевна. О ней все дети и родители высказываются исключительно положительно. Она всеобщая любимая учительница. Родители специально «под неё» приводили в школу детей. Всё это не помешало директору выдавить из школы и её.

Так что педколлектив нашей школы в настоящее время состоит, в основном, из молодёжи, недавно закончившей МГУ. Поскольку они в явном численном большинстве, пользуются полной поддержкой директора, никто от них не требует профессионального роста – хотя с детьми они работать пока не умеют – то и чувствуют они себя в школе хорошо.

В этой школе очень своеобразная учительская. Там всегда царит чудовищный бедлам, на столе набросаны бумажки, объедки, стоят чашки, валяются ручки, ножницы, степлеры – всё это в хаотическом беспорядке. В углу – раковина, заваленная грязной посудой. В другом углу – портрет Ленина, на нём прикреплённая скотчем надпись на английском «Ленин смотрит на тебя!»

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.