Глеб Гурин
Гонка со смертью

Солнце выглянуло из-за затянувших небо серых туч, и, блеснув своими яркими лучами, заставило Ярослава зажмуриться. До этого он разглядывал кабинет, в котором сидел и принюхивался к запахам, царившим здесь, пытаясь найти разницу между обычной больницей и этой. Но с виду никакой разницы не было. Те же пастельных тонов стены и белые потолки, персонал в белых халатах, кисловатый запах лекарств, разносимый сквозняками по коридорам здания. Разве что выражение лиц местных пациентов… Ярослав был здесь уже второй раз и за это время заметил в глазах мужчин и женщин, ходящих по коридорам в халатах и тапочках, какую-то безысходность и обречённость, словно они находились в хосписе и доживали последние дни жизни.

Врач – средних лет мужчина, выглядевший на всю свою зарплату, а сказать точнее на весь свой неофициальный доход, внимательно изучил медицинскую карту пациента, результаты анализов и томографии мозга, и некоторое время просто сидел молча, изредка поглядывая на своего пациента – хорошо сложенного парня в серой облегающей футболке и чёрных спортивных штанах. Согласно данным, записанным в карточке, ему было двадцать два года, и выглядел он весьма спокойно, как для человека, попавшего к нему на приём в столь раннем возрасте. Мужчине даже показалось, что парень с нетерпением ждёт, когда выйдет из кабинета.

– Ярослав, – наконец, нарушил тишину доктор, – я изучил результаты анализов и томографии вашего мозга и пришел к определённым выводам, – он сделал недолгую паузу и внимательно всмотрелся в лицо парня.

Ярослав поднял на него свой взгляд и по безразлично-холодному выражению лица доктора понял, что дело дрянь. Он глубоко вдохнул и почувствовал запах духов, которыми пользовался мужчина. Они показались ему резковатыми, но не это в тот момент занимало его внимание. Парень начинал ненавидеть человека, сидевшего по ту сторону стола от него. И пока мужчина на несколько мгновений замолчал, у Ярослава успело пронестись в голове сотни мыслей.

«Ждёт, пока я сам догадаюсь и приму правду, как она есть? Чёртова деликатность. Но он не виноват в этом. Он просто врач и оглашать диагнозы, даже если они совсем не подходят пациенту – его обязанность. Скольких он убил словами здесь в своём кабинете перед тем, как их окончательно добила болезнь? Нет, он, конечно, виноват. Потому что выбрал себе такую профессию. И его многие ненавидят. Стараются не попадать к нему в кабинет».

– Всё вышеуказанное, а также симптомы, которые у вас имеются, – снова заговорил мужчина, безразлично глядя на Ярослава тёмными глазами из-за стёкол своих очков в роговой оправе, – ясно указывает на то, что у вас глиома.

Парень безо всяких эмоций на лице кивнул, и по этому жесту врач догадался, что тот не понял, что именно означают его слова, и расшифровал их.

– Постараюсь изъясняться понятнее. Глиома – это одна из разновидностей опухолей головного мозга. На данный момент она находится на второй стадии, но есть основания полагать, что вскоре перейдёт в третью.

– А стадий, насколько я знаю, четыре?

Доктор кивнул.

– И что, ничего нельзя сделать?

– Ну почему нельзя? Сейчас, в принципе, всё можно… – задумчиво произнёс мужчина, уже не глядя на своего пациента, словно почувствовал, что тот, наконец, запаниковал, и, добившись тем своего, утратил к нему всякий интерес, – Но у нас такую операцию провести невозможно. Хотя я слышал, в одном частном онкологическом центре что-то подобное делают. Здесь же, в Киеве. Кроме того, такие операции делают в России, Америке, Германии и Израиле. В среднем это стоит около пятнадцати тысяч долларов. Но это опять-таки, приблизительная цена, потому что не всегда можно полностью удалить опухоль методом хирургического вмешательства. Иногда она располагается в труднодоступных участках мозга. Поэтому потом может потребоваться радио- или химиотерапия. А это, соответственно увеличивает сумму, необходимую на лечение. Кроме того, в зависимости от результатов вам или придётся пройти курс лечения или регулярно принимать определённые препараты.

– Понятно, – отрезал Ярослав. Теперь его лицо приобрело оттенок былого безразличия, хотя сделалось неестественно бледным, – тогда у меня еще один вопрос – сколько я могу прожить, если всё-таки решусь на операцию?

– Знаете, онкология – это та область медицины, где гарантий и точных прогнозов не даёт никто. Конечно, она тоже не стоит на месте, и если еще несколько лет назад подобные операции продляли жизнь больному на полгода-год, то сейчас можно говорить, что, если всё пройдёт успешно, вы проживете… может, два, а может, и десять лет. Этого никто не может сказать с точностью.

Сказав это, врач снова поднял взгляд на парня. Тот что-то напряженно обдумывал.

– А вы не могли бы дать мне рецепт на обезболивающее. Только какое-нибудь помощнее, чем в прошлый раз.

– Само собой, – сказал доктор и, взяв на столе бланк для рецепта, задумался, – в прошлый раз я вам назначал обезболивающие анальгидной группы, значит, теперь возьмите «Кетанов».

Ярослав взял рецепт и, попрощавшись, направился уже было к выходу из кабинета, как вдруг остановился и, повернувшись, спросил:

– А если без операции, то сколько мне осталось?

Врач лишь пожал плечами.

– Это тем более прогнозировать сложно. Я не наблюдал за опухолью в динамике, так что… может, пару месяцев, а может полгода. Но, не думаю, что больше.

«Полгода», – отдалось эхом в голове парня, когда он закрыл за собой дверь.

Он догадывался, что дело плохо, но всё же до последнего не верил, что настолько. Догадывался еще с тех пор, как у него начала часто болеть голова, и боль нельзя было снять ни одним из имевшихся в домашней аптечке обезболивающих. Догадывался, когда его вдруг ни с того, ни с сего, стошнило на остановке, и люди вокруг смотрели на него с пренебрежением, конечно же, считая, что парень перебрал с выпивкой. Догадывался и тогда, когда невропатолог в поликлинике направил его сюда в онкодиспансер. Но каждый раз думал: «Да ну на фиг, это не может случиться со мной. Я еще молодой для такой херни».

Теперь, выйдя из кабинета онколога в тёмный, освещённый тусклым светом, проникавшим из приоткрытых дверей палат, коридор, Ярослав окончательно понял, что в лотерее жизни ему достался довольно неприятный приз. Мысли роем диких пчёл жужжали в его и без того ноющей от боли голове. Но, какими бы разными они не были, все сходились к одному – еще немного, и его не станет. В это было сложно, почти невозможно, поверить, но неумолимый голос реальности твердил, что так и есть.

На лестнице парню вдруг стало плохо, и он вырвал прямо перед протирающей ступеньки уборщицей.

– Вот, скотина! Только же пол помыл+а! – возмутилась женщина, – Нализался уже где-то!

– Да пошла ты на хуй! – рявкнул на неё Ярослав, собрав воедино всю мощь своего голоса.

Женщина от испуга опешила, а парень, тем временем стремглав сбежал на первый этаж и выскочил из дверей диспансера в прохладу апрельского дня. Погода на улице только ухудшила настроение парня. Ночью прошел дождь, и теперь везде стояли грязные лужи, отражая в себе серые здания, еще толком не покрывшиеся листьями деревья и свинцовые тучи, вновь спрятавшие солнце за своей бесформенной громадой.

Ярослав почти бегом направился на больничную парковку. Там его ждала та единственная, за кем он по-настоящему будет скучать на том свете.

Ярко-небесного цвета с золотистыми литыми дисками на низкопрофильной резине, выделяясь на фоне остальных автомобилей и превращая их своим видом в безликую серую массу, стояла его «Импреза WRX».

Парень плюхнулся на сиденье, которое, как и окружающие его панели приборов, циферблаты датчиков и спортивный руль, больше походило на оснащение кабины истребителя, и закрыл за собой дверцу. Это было единственное место, где он мог чувствовать себя отлично, что бы ни случилось. Но сегодня был особенный день, причём особенный в самом худшем понимании этого слова. Возможно, он был даже хуже того дня, когда свершится неутешительный прогноз онколога, и он отойдёт в мир иной. По крайней мере, теперь Ярослав точно знал, что это произойдёт гораздо быстрее, чем он сам это представлял. И это новое чувство было похожим на тикающий внутри часовой механизм бомбы, который, вопреки всему, отмеряет время в обратном направлении.

Ярослав повернул ключ в замке зажигания. Мотор мягко зарычал. Этот звук вселил в разрозненные мысли парня относительный порядок. Постояв еще с минуту на месте, он вырулил с парковки и стал протискиваться между тянувшимися по улице с черепашьей скоростью автомобилями.

Ярослава раздражал такой ритм езды. Он был для него чем-то наподобие воспроизведения видео в замедленном режиме. А еще больше его раздражало то обстоятельство, что кто-то едет впереди него, и поэтому он всегда старался быть первым. Благо, его машина с лихвой позволяла насладиться скоростью. Для этого парень её и покупал. «Импреза WRX» была его детской мечтой с тех самих пор, когда он еще в школе увидел её во второй части «Need for speed: Underground». Это была та самая версия второго поколения с немного перелицованной передней частью. Ярослав влюбился в неё с первого взгляда, как только увидел в игре, и пусть большинство его сверстников в один голос утверждали, что «Скайлайн» круче всех в этой игре, парень знал, что для него лучше «Субару».

И спустя около десяти лет его мечта воплотилась в реальность. По стечению обстоятельств этому предшествовала трагедия, унёсшая жизни родителей Ярослава. Супруги разбились в автокатастрофе, но, как не странно, это никак не сказалось на отношении их сына к миру автомобилей. Отец держал оптовую продуктовую базу в родной Мироновке, мать занималась бухгалтерией на его предприятии. Как и все нормальные родители, они стремились к тому, чтобы их сын получил достойное образование и в дальнейшем нашел своё место в жизни. Но в этом взгляды на будущее у них и Ярослава расходились кардинально.

Дело в том, что парень с детства был увлечён миром автомобилей. Он не мыслил своей дальнейшей жизни без рёва моторов и зашкаливающих стрелку на спидометре скоростей. Он был из тех «парней, в чьих жилах кровь вперемешку с бензином», как поётся в одной из его любимых стритрейсерских песен. Не последнюю роль в решении Ярослава сыграл и уже вышеуказанный «Need for speed». Игра открыла для тогда еще школьника мир нелегальных уличных гонок и тюнинга. Усовершенствование машин настолько увлекло парня, что он даже решил предложить отцу открыть тюнинг-салон в родном городе.

– Что? Какой тюнинг? Ты что, в Лас-Вегасе живёшь? Ты не видел этих людей, которые по улицам ходят вместе с тобой? Что они тюнинговать будут? «Копейки» и «шестёрки»? Так для этого не обязательно салон открывать – всё равно прибыли не принесёт.

Тогда Ярослав не на шутку обиделся на отца, но вскоре всё же понял, что отчасти тот был прав. Вряд ли в небольшом городишке найдётся достаточно клиентов для того, чтобы подобное заведение приносило регулярную прибыль и смогло держаться на плаву. Иное дело Киев. Да, здесь точно было, где разгуляться. Но парень не стал делать отцу повторное предложение, а твёрдо решил в дальнейшем самостоятельно воплотить свою задумку в жизнь. Естественно, это потребовало бы у него немалых усилий, денег и времени, но тогда он точно доказал бы отцу, что тоже чего-то стоит.

Новость, что их сын собирается поступить в техучилище на автомеханика, повергла родителей Ярослава в шок. Отец выдвинул парню ультиматум – или тот, пока еще не поздно, одумается, и выберет себе приличный вуз, или он прекратит его финансирование.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.