# Академия

Сергей Баунт

Сергей Кротов – бывший солдат Советской Армии, попавший с Афганской войны в самое пекло боев на затерянной в дальнем космосе планете Зорн – с честью прошел это испытание. Порядок в Звездной Империи восстановлен, и Сергея направляют на учебу в элитную Академию спецназа империи. Но и здесь, на мирной, казалось бы, планете Кротову опять приходится воевать и спасать не только себя, но и тех, кто поверил ему. Учебный разведвыход превращается в боевой…

© Сергей Баунт, 2017

© ООО «Издательство АСТ», 2017

* * *

Сергей выстрелил и перебежал на новое место. Упав в воронку с ржавой водой, огляделся. Те двое, с трубами плазмометов, которые с такой настойчивостью охотились за ним, теперь лежали на пригорке с развороченными взрывом игл внутренностями: один – за рваной ржавой трубой, второй – у подбитого пехотного транспортера.

Из отделения, пытавшегося прикончить Кротова, в живых остался один солдат. В инфракрасном диапазоне искать было бесполезно – бронекостюмы противника не хуже имперских. Радар тоже ничего не видел. «Что ж, попробуем по старинке, – усмехнулся Сергей. – Здесь такие штучки не практикуют». Осторожно, не поднимая головы, он выложил три «мухи» с разных сторон на край воронки, переключил изображение от них со шлема на коммуникатор, обхвативший запястье. Потом медленно стянул с себя боевой шлем. Надел его на ствол игольника и стал выдвигать к краю ямы. Двигая, он не отрывал глаз от экранчика комма.

Как только шлем приподнялся над землей, прозвучала короткая очередь. Шлем сорвало со ствола и отбросило в сторону.

– Вот ты где, сука!

Правая камера засекла стрелка. Он оказался совсем рядом – прятался внутри развороченной стационарной артиллерийской башни. «А ведь при первом проходе я кинул туда гранату, – подумал Сергей. – Значит, позже забрался». Осторожно, миллиметр за миллиметром, он двигал руку к закрепленному на бедре лучевику. Пусть солдат считает его мертвым или раненым. Наверняка пойдет проверить.

Однако тот был осторожен. Приподняв голову над рваным краем бывшей амбразуры, он подкинул вверх летающую камеру. «Муха» на миг зависла в воздухе и рванулась к воронке. Кротов замер, уткнувшись лицом в жижу. На экранчике комма, оказавшемся теперь перед самым лицом, было видно, что противник поверил. Он приподнялся, но вместо того, чтобы вылезти и идти проверять, отламывал от кассеты гранату.

– Твою медь!

Не скрываясь, Кротов вскочил, вырывая из зажимов бластер. Вскинув оружие, он раз за разом жал на спусковую кнопку. На таком расстоянии тепловой луч был предпочтительнее любого игольника. Сергей увидел, как откинуло голову солдата с прогоревшим щитком шлема. По привычке, оставшейся еще с Афгана, землянин повторил то, что хотел сделать убитый. Отломил от кассеты гранату и, коротко размахнувшись, забросил в амбразуру. Присел, подождал, пока грохнуло, и наконец расслабился.

«Всех победил. Герой!» – усмехнулся он. Выбравшись из воронки, подобрал шлем, не стал надевать, прицепил на пояс. В магазине игольника осталась наполовину не расстрелянная кассета. Сергей перевел значок на одиночный огонь и, присев на колено, принялся методично расстреливать попадающиеся в оптику прицела предметы.

– Курсант Кротов, цели уничтожены. Вы зря расходуете боеприпасы.

Сергей, не обращая внимания на повторяющееся однообразное напоминание информатора, прикончил кассету. Даже курсантам, имеющим в голове чип, работающий напрямую с оружием, приходилось время от времени повторять стрелковые тренировки, чтобы мышцы не забыли необходимые движения. Ему же тренироваться надо постоянно, чтобы на контрольных стрельбах не появлялись у некоторых презрительные улыбки.

На выходе с полигона, он сдал оружие, принял душ и переоделся. Пора в казарму.

* * *

После событий на Зорне, завершившихся его направлением на учебу в элитную Академию, до начала занятий оставалось почти три земных месяца. Две недели заняло дело, которое он посчитал главным в своей короткой жизни вне Земли, – похороны Джерези Горман. Она навсегда осталась лежать там, где мечтала жить – на планете Тысячи Радуг.

Сопровождавший его в этом путешествии и, как догадывался Сергей, приставленный к нему министерством, агент Глемас Гронберг, пригласил его к себе на родину – планету Грон. Кротову было все равно, куда лететь, хотя больше всего он хотел остаться один, но не смог отказать человеку, спасшему его.

Когда-то, в прошлой жизни, Глемас вырвал его из лап смерти. В бою, в афганских горах, Кротов уже попрощался с жизнью, но вместо этого оказался в таком месте, существования которого даже предположить не мог, – в космосе, на пограничной планете Зорн.

Заняться там пришлось тем же, чем и на Земле, – воевать. Как и на Земле, ничего хорошего в этом не было. Все достижения местных в способах отнятия жизни ни капли не меняли итог: кровь, боль, смерть и постоянная потеря близких. Так было в Афганистане, так происходило и тут.

На Зорне он потерял то, за что, не задумываясь, отдал бы свою жизнь. Любовь его была яркой и короткой. Капитан спецназа Империи Джерези Горман – опытный диверсант-убийца для всех – для него была самой лучшей, самой доброй и самой красивой девушкой в мире. Теперь, при воспоминании о тех событиях, в памяти вставали сплошные тоннели и подземелья, на всю жизнь наползался, даже в ледяных побывал.

Как добирались от Тысячи Радуг до Грона, Сергей не заметил. На ближайшей цивилизованной планете Глемас сдал катер представителю министерства и взял два места до родной планеты на пассажирский транспорт. Кротов до начала посадки просидел в номере гостиницы космодрома, бездумно переключая каналы головизора. Во время полета он тоже, по большей части, не выходил из каюты. Глемас не пытался развеселить его. Вместо этого он принес из спортзала корабля два учебных меча и предложил:

– Мне помнится, ты хотел научиться фехтованию. У нас есть немного времени.

Сергей согласился. Сначала он занимался без охоты, только для того, чтобы отвлечься. Но со временем втянулся и даже сам по утрам стал поднимать любившего поспать гронца. Вместо зарядки он до изнеможения отрабатывал удары, уколы, защиты и стойки. Видевший поединки с таким оружием только в кино, Кротов с удивлением узнал, что фехтование – целая наука.

– Времени мало, поэтому я научу тебя только азам, чтобы в Академии не выглядеть совсем диким, потому что там, еще на приемных экзаменах, каждый претендент должен продемонстрировать умение владеть офицерским оружием. Тебя это, конечно, не касается – ты идешь по направлению министерства.

* * *

– Завтра Грон.

Глемас скидывал вещи в сумку.

– Как мне вести себя? Что можно рассказывать?

– Лучше ничего не рассказывай. Что надо, я объясню родным. Они у меня настоящие аристократы, не то что я, спрашивать ни о чем не будут. Веди себя как обычно, и все будет хорошо.

– Постараюсь…

В действительности Кротову было все равно, что о нем подумают гронцы. Но с детства приученный все свои проблемы решать сам, он не собирался выставлять свое горе.

– Только можно пожить где-нибудь, где не очень много народа?

– Не беспокойся, – Глемас улыбнулся. – Грон – как раз то, что тебе нужно. Здесь очень редко собираются большими компаниями. Самое главное – семья и дом! Потом уже все остальное.


Флаер опустился на небольшую площадку, выложенную ровными разноцветными плитами. Вокруг сплошной стеной стояли деревья. Высокие, с густой темно-зеленой листвой, с толстыми прямыми стволами, они создавали впечатление дикого нетронутого леса. Посадочная площадка словно всегда была среди этих вековых зарослей. Лес и камень не уступали друг другу. Ровные, плотно подогнанные плиты блистали чистотой. Ни один росток не переступил невидимую границу.

– Каменный аэродром в тайге. Прикольно, – выразил свое удивление Сергей. – Только непонятно, зачем надо было строить его среди дикого леса? Может, проще было разместить рядом с вашим домом?

Глемас заулыбался:

– Площадка совсем недалеко от дома. А «дикий» лес посажен при строительстве. Не забывай, нашему поместью, по вашему летосчислению, уже несколько веков.

Кротов хмыкнул. Несколько веков, а все как новенькое. Ничего не скажешь, следят они за порядком.

– А что никто не встречает?

Он подумал, сколько бы народу сбежалось, появись он сейчас дома. Сергей подавил вздох.

– Встречают. У нас не приняты торжественные встречи, но небольшая церемония дома все же будет.

Они спустились по трапу на разноцветные камни. Пахнуло тяжелым прогретым запахом прелой листвы. Сергей чуть не задохнулся. «Черт, совсем как дома! Это не Тарн с его ледяными пещерами, – он втянул воздух ноздрями. – Нет, но и не совсем земля». Помимо запаха прели он разобрал и непривычные кисло-сладкие ароматы, даже на языке стало кисло. Небольшой ветерок, с трудом пробивавшийся сквозь заросли, добавил каких-то совсем нереальных запахов.

Глемас подтолкнул Сергея к лесу.

– Нам туда.

В одном месте деревья расступались и образовывали зеленый сумрачный тоннель. В него уходила дорога, вымощенная тем же разноцветным камнем. Словно привидение, из прохода появился высокий худой старик в строгом черно-сером костюме. Он не спеша направился к прибывшим. Кротов хотел двинуться навстречу, но Гронберг придержал его.

– Ровин, – вполголоса объяснил он. – Наш бронер. По-простому, начальник поместья.

– Я понял. Управляющий, – вспомнил Сергей уроки истории.

– Ну, что-то типа этого. Он должен подойти первым.

Вдруг из лесного сумрака выбежала девушка. Обогнав чопорного старика, она неслась прямо к ним.

– Снежа!

Нарушая всю церемонию встречи, Глемас сорвался ей навстречу. Кротов даже рот приоткрыл. Он впервые видел такое непосредственное поведение гронца. Похоже, сестра действительно для него много значит. Гронец подхватил девушку и, прижав к себе, закружил. Сергей невольно заулыбался, глядя на счастливых родственников.

– А я говорила всем, что ты не можешь погибнуть!

– Правильно говорила!

Глемас наконец отпустил сестру на землю.

– Знакомься, Снежа, это мой друг Сергей.

Девушка повернулась к землянину, и серые, как у брата, глаза загорелись любопытством:

– Вы тот самый?

– Не знаю, тот самый или нет, но что Сергей, это точно.

Она засмеялась.

– Значит, точно тот самый. Брат говорил, что вы любите пошутить.

Разглядывая Снежу, Сергей отметил, что не припомнит, чтобы с тех пор, как они познакомились с гронцем, у него было много поводов шутить.

На земной взгляд, девушке было лет шестнадцать. Черные брючки были заправлены в невысокие мягкие сапожки, свободная белая блузка подчеркивала стройную фигурку. Взгляд Кротова зацепился за небольшую девичью грудь, и он смущенно отвернулся. «Вот идиот, нашел куда пялиться».

– Рад видеть вас, грон Глемас!

Подошедший бронер остановился в двух шагах от троицы и почтительно склонил голову. Смотрел он только на Гронберга, при этом лицо его было абсолютно серьезным, а глаза улыбались.

– Здравствуй, Ровин!

Глемас так же почтительно ответил на поклон. Потом шагнул к старику и обнял.

– Раз я вижу старого Ровина, значит, я дома! И хватит изображать официальную встречу, здесь все свои.

Бронер тоже обнял гронца, потом отодвинулся и попросил:

– Глемас, представь молодого человека.

После взаимных представлений все направились к въехавшему на площадку открытому кару. Дорога действительно оказалась короткой. Минут через пятнадцать лес стал редеть и постепенно перешел в поля с редкими одинокими деревьями. Как только лес перестал закрывать обзор, вдали проявился замок. Самый настоящий. Сергей видел такие только на рисунках в книгах и учебниках истории.

Мрачноватый черно-серый комплекс расположился на невысоком холме. По мере приближения Сергей начал осознавать его размеры. Для земного деревенского парня замок был огромен. В отличие от многих земных, замок не был обнесен стеной. Четырехугольное здание в центре было, похоже, самым старым. Вид у него был наиболее мрачным. Узкие немногочисленные окна-бойницы и зубчатое ограждение на крыше наводили на мысль о том, что, несмотря на отсутствие крепостной стены, когда-то это было фортификационное сооружение. Остальные пристройки возводились явно позже и уже не должны были выдерживать долгую осаду. Множество окон по их фасадам имели внушительную ширину и высоту. Сами эти пристройки имели более легкомысленный вид, и даже зубцы по крышам были лишь уступкой общему стилю. По углам главного здания находились три асимметричные башни – одна круглая и две квадратные. Справа поднималась самая высокая, круглая. Но из-за своего объема даже она, казалось, не рвалась вверх, а лишь, приподняв голову, грозно осматривала округу. Две остальные башни были еще ниже.

Холм был покрыт красновато-зеленой травой, а площадь перед широкой лестницей, ведущей к замку, замощена все тем же разноцветным камнем.

На площадке, куда выходила лестница, стояли двое.

Жизнь в родовом замке Гронбергов текла строго и размеренно. Порядок, выработанный за многие годы до нынешних обитателей, соблюдался неукоснительно. Ранний подъем, прогулка или плавание в огромном бассейне, скромный завтрак, потом хозяйственные ежедневные заботы, обед был не регламентирован, но вот ужинать семья должна была обязательно вместе.

Сергей быстро привык к несложным ритуалам гронской семьи, всегда вовремя спускался к завтраку и ни разу не пропустил ужин. Хотя никто даже не намекал ему на то, что он тоже должен соблюдать правила дома.

Больше всего ему нравилась утренняя прогулка. Глемас, стараясь подыграть отцу, занимался с ним вопросами дома и хозяйства, и Снежа взяла негласное шефство над Кротовым. На второй день после встречи Сергей, как всегда, поднялся по внутреннему будильнику. Выйдя на мощенный камнем двор, он отправился к показанному вчера бассейну. «Сделаю зарядку, а после искупнусь», – решил он. В Афгане, обливаясь потом, он не раз мечтал о прохладе озера.

Когда Кротов, отжавшись свои пятьдесят раз, поднялся и, скидывая майку, побежал к бассейну, он увидел стоявшую невдалеке Снежу. Сначала Сергей засмущался, представив, как будет выглядеть в черных армейских трусах. Но потом решил, что если даже мода здесь другая, все равно все спишут на его инопланетное происхождение. Сложив на шезлонге брюки, с разбегу бросился в прозрачную воду.

Вдоволь наплававшись и нанырявшись, он устало выполз на каменный бордюр. К его удивлению, в легком кресле возле шезлонга сидела Снежа.

– А вы красивый, – неожиданно выдала она.

Сергей поперхнулся.

– Девочка, ты что тут делаешь? – не в тему спросил он.

Она ответила вопросом на вопрос:

– Как это вы так долго держитесь под водой? Я видела, что вы весь бассейн проплыли, не выныривая.

«Сейчас, я тебе все расскажу о себе!» – мысленно усмехнулся Кротов.

– Одевайтесь и пойдемте, прогуляемся по парку. Все равно завтракать еще рано.

– Ладно, пойдем, – недовольно буркнул Сергей. После смерти Джерези ему не хотелось общаться с девушками.

Парк совсем не напоминал то, что Кротов представлял себе под этим названием. Скорее, это был нетронутый лес. Конечно, не тайга, к которой он привык с детства, но и не ухоженный лесок для прогулок. Шагая по каким-то своим приметам, Снежа повела его в глубь зарослей. Сначала она молчала, и Кротов тоже не проронил ни слова. Прошагав так с полчаса, она повернулась к землянину и приложила палец к губам:

– Сейчас надо тихо-тихо, – шепнула Снежа. – Иначе они спрячутся.

Не очень заинтересованный Сергей не стал переспрашивать, про кого она говорит. Осторожно, как в разведке, оглядывая и примечая все вокруг, он мягко двинулся за девушкой. Впереди, в просветах между деревьями, блеснуло зеркало озера. Еще несколько шагов, и деревья расступились. От кромки берега их отделяла неширокая лента красно-зеленых кустов.

Снежа знаком показала Сергею, чтобы пригнулся, и скользнула в узенький проход меж ветвей. Он последовал за ней.

– Смотри, вон на том берегу, видишь?

Они остановились, не выходя из зарослей. Сидя на корточках, Кротов разглядывал песчаный пляж на той стороне лесного озера. Сначала ему показалось, что это куча разноцветных камней. Но, приглядевшись, он оторопел.

Драконы! Сказочные драконы! Правда, совсем маленькие – самые большие имели рост хорошего пса. Разноцветные, словно игрушечные, они лежали на песке, купаясь в лучах утреннего светила.

– Греются… – прошептала Снежа. – Правда, красивые?

Кротов кивнул, соглашаясь. Вдруг он почувствовал что-то непонятное – это были точно не его эмоции: встревоженность, удивление, потом симпатия. Дракончики на пляже вскочили и повернулись в их сторону.

– Заметили, надо уходить.

Девушка развернулась, чтобы выбраться из кустов, но Сергей придержал её за руку. Он чувствовал, что они разглядывают именно его. Ощущение того, что он им понравился, было абсолютно реальным. «Я что – с ума схожу?» Эмоции стали постепенно затухать и исчезли. Игрушечные сказочные существа опять улеглись, подставляя разноцветные бока утреннему теплу.

– Пошли.

Сергей подтолкнул девушку.

– Кто это?

Они шагали назад теми же незаметными тропками.

– Это наши фамильные ящеры! Ты не говори, пожалуйста, нашим, что я водила тебя сюда. Это Священный пруд. Сюда можно приходить только в определенные дни.

– Не скажу.

Кротов, хотя и впервые видел таких существ, не очень удивился. Он в другом мире, все существа – кроме людей – совсем не походили на земных. Но то, что он почувствовал на берегу, выбило его из колеи. Почему-то это напомнило ему о Тарне и корабле предтеч. «Черт, хоть я и не помню, но там что-то произошло со мной». Больше всего его удивило то, что драконы как будто узнали его!

– Говорят, они дальние родственники тем знаменитым драконам с Рондо-4.

– Это еще кто? И чем они знамениты?

Снежа обрадовалась, что у них нашлась тема для разговора, и защебетала. Из её слов выходило, что на одной из планет обитают драконы, которые могут чуть ли не мысли читать.

– Они огромные, настоящие ящеры. Глемас рассказывал, что они чувствуют все мысли и настроение людей. А люди – их эмоции. Правда, не все люди. Некоторые восприимчивы больше, некоторые меньше.

«Надо порасспросить гронца про этих зверушек», – подумал Сергей.

После этого случая Сергей уже не удивлялся, когда, выбегая на зарядку, замечал девичью фигурку в кресле у бассейна. После купания они всегда теперь шли гулять, возвращаясь только к завтраку.

Чаще всего они бродили по парку-лесу, но иногда выходили и в поля. Сергея забавляла непосредственность Снежи. Она рассказывала ему обо всем, что видела вокруг, но больше любила, когда Кротов рассказывал о Земле. Он оттаивал в её присутствии и незаметно тоже разговорился. Единственное, о чем он сразу отказался говорить, это о событиях на Зорне.

Однажды они вышли на поле, покрытое ровной ярко-зеленой травой. Дальше леса не было, лишь изредка торчали одинокие деревья и кусты.

Из-под раскидистого мощного дерева, стоявшего метрах в пятидесяти от них, вдруг поднялся зверь. Сергей замер: страшная тварь, в два раза больше самой крупной собаки, оскалила пасть и показала внушительный набор острейших зубов. С ходу, без разгона, она скачками понеслась к ним. Кротов оглянулся в поисках чего-нибудь, что можно использовать как оружие, но вокруг не было даже палки.

Тварь быстро приближалась, и раздумывать было некогда.

– Беги! – диким голосом закричал он и толкнул девушку за спину. Сам напрягся и прыгнул вперед навстречу «собаке». Мир стал черно-белым и замер. Рыча и набирая скорость, Кротов побежал навстречу животному. Казалось, он тоже превратился в зверя. «Собака» вдруг остановилась, обиженно заскулила, развернулась и рысью побежала от землянина.

– Сергей, Сергей! Стой!

Голос девушки прорезался через вату ярости, заложившей его уши. Он с трудом остановился и с удивлением разглядывал убегающую тварь.

– Сергей, ты напугал Джангро. Бедная, она теперь будет бояться подойти ко мне.

Кротов не понимал, что она говорит. Наконец, с трудом взяв себя в руки, он прислушался.

– Как ты сказала, кто это? – прохрипел он.

– Это Джангро. Наша малети. Это домашнее животное. Она ко мне бежала, поиграть хотела.

Сергей покачал головой, вспоминая зубы набегавшей твари. «Да, этот теленочек просто весом бы меня сбил, а потом голову откусил».

– Откуда я мог знать, что здесь такие домашние животные. Прости, я хотел как лучше.

– Ты меня хотел защитить?

Глаза Снежи заблестели.

– Не только тебя, себя в первую очередь, – пригасил её эмоции Сергей.

– Да, и поэтому оттолкнул меня, а сам побежал навстречу малети? – не поверила ему девушка.

После этого случая прогулки прекратились. Сергей не знал, что там рассказала Снежа родственникам – сам он никому ни слова не сказал, но теперь девушка стала сторониться землянина. Она издали бросала на него печальные взгляды, однако с разговорами больше не подходила. Никто не выговаривал Кротову за этот случай, но чопорный отец Глемаса, и так старавшийся нечасто общаться с инопланетянином, совсем перестал замечать Сергея.

Больших неудобств это ему не доставило, он так и не смог вписаться в замкнутый мирок этой семьи, но досадный осадок от изменившегося поведения Снежи остался.

Учебные спарринги с Глемасом, начатые еще на корабле, продолжались ежедневно. Через пару дней после случая с Джангро гронец, подавая ему меч, обронил непонятную фразу:

– Сергей, ты не обижайся, пожалуйста, но нашей семье уже хватает одного отступника – меня. Надо же кому-то остаться здесь, на Гроне, и поддерживать родовое поместье.

Что он хотел этим сказать, Кротов так и не понял, но переспрашивать не стал. Пролетели дни отпуска. Семья собралась на прощальный ужин. Сергей, кое-как досидевший до обязательного прощального коктейля, выпил сладкую невкусную жидкость с плавающими кусочками фруктов. В питье было, по меркам землянина, такое мизерное количество алкоголя, что на него он никак не действовал. Он с удивлением заметил, что Снежа, всегда отказывавшаяся от коктейля, в этот раз тоже выпила бокал.

Дождавшись, когда можно было покинуть стол, он решил искупаться – завтра уже не придется – и пораньше лечь спать. Вынырнув у самого края бассейна, Сергей увидел в кресле Снежу. Лицо девушки раскраснелось. Выражение решимости на нем озадачило Кротова.

– В чем дело, Снежа? – выпрыгивая на скользкие камни, спросил он.

– В тебе! – выпалила она. – Ты полный идиот!

Кротов опешил. Снежа никогда не позволяла себе таких слов. Не зная, что ответить, он молча начал одеваться, гадая, что еще сделал не так.

– Прости, я не знаю, что еще натворил, но заранее извиняюсь. Завтра улечу, и все неприятности исчезнут со мной.

– Нет, ты еще больший дурак, чем я думала!

– Да скажи же, в чем дело? Хватит обзывать меня дураком.

Снежа вдруг вскочила с кресла. Бросившись к Кротову, она схватила его за голову и неумело поцеловала в мокрые губы. Потом развернулась и убежала в сторону замка.

Сергей застыл, удивленно смотря ей вслед. Что это на неё нашло? Потом сообразил, наверное, коктейль – много ли девчонке надо. Сначала обозвать, потом поцеловать – точно не в себе.

Утром все прошло по-деловому. Быстрый завтрак с короткими репликами. Снежа сидела, не поднимая глаз от тарелки. Кротов так и не придумал, что сказать ей на прощание в свете её вчерашнего поведения.

Когда Сергей и Глемас уселись в кар, на площадке у замка стояли четверо: родители, Снежа и, как всегда строгий, бронер Ровин. У девушки были красные заплаканные глаза. Да, брата она сильно любит, пожалел её Кротов. Вспомнился младший брат, оставшийся на Земле. «Вырос, наверное. Все равно, я когда-нибудь вернусь туда!» – привычно поклялся землянин.

Расположившись в своем кресле в катере, Кротов подождал, когда выскочившие из спинки ремни обхватили тело, поерзал, устраиваясь удобней, и расслабился. «Посмотрим, чему учат в здешних академиях», – подумал он, выкидывая из головы мысли о прошедшем отпуске.

* * *

Корабль делал последние регламентные витки вокруг Тарантоса. Планета на обзорных экранах куталась в плотное одеяло из серых облаков, так что разглядеть что-нибудь было невозможно. Кротов еще вчера посмотрел информационный ролик и знал, что прячется там, за этой мутной пеленой. Планету Тарантос можно было смело переименовывать в планету Академия. Ничего, не относящегося к этому военному учебному заведению, на ней не было. Все – от самого дешевого борделя до огромного горного полигона для ракетных стрельб – работало на обслуживание гигантского комплекса Академии армии Империи. Сама Академия делилась на несколько учебных заведений для разных родов войск. Все они находились в разных городах этой военизированной планеты.

Самым большим комплексом в главном городе Тарантоса, Велсе, безраздельно владела космическая пехота. У неё же было больше всего полигонов, учебной и боевой техники, складов, ремонтных мастерских и всего того, без чего не может существовать учебное заведение такого рода. Включая гражданский персонал, обслуживающий людей в форме.

Все остальные учебные заведения и городки, где они находились, в точности повторяли столичный Велс, но только в меньших масштабах. Про Академию спецназа в ролике было лишь то, что она находится в городе Свено.

Два дня назад, на пересадочной базе в космосе, Кротов расстался с Гронбергом. Ему пришла какая-то срочная информация, о которой он не распространялся, и маршрут пришлось изменить. Хотя сначала, когда они отправлялись с Грона, планировалось, что гронец сопроводит землянина до пункта назначения. В огромном полупустом пассажирском терминале станции они посидели у стойки автоматического кафе. Выпили по чашке местного аналога кофе и распрощались. Говорить было не о чем. Все, что было интересно, они обсудили раньше.

Гронец так и остался в памяти Сергея стоящим с поднятой в прощальном жесте рукой. В гражданской черной короткой куртке, свободных серых брюках и ботинках на толстой подошве, он все равно выглядел как в своей черной министерской форме. Наследие армии. Все, достаточно долго служившие, носят гражданку так, как будто это форма.

Кротов был одет так же. Когда Глемас привел его в магазин, чтобы выбрать одежду, Сергей сразу сказал, что пусть он выбирает и для него тоже. Так они и стали двойниками. Заслуженная хэбэшка, разгрузка и пилотка лежали на дне сумки, которую тоже купил ему Гронберг, хотя Кротов и сам мог раскошелиться. В благодарность за службу ему вручили местный кошелек с деньгами – прозрачную продолговатую пластинку, на которой появлялось его лицо, если он прижимал к ней палец. Чтобы заплатить за что-то, надо было просто поднести пластинку к считывающему устройству, и невидимые деньги уплывали невидимому продавцу.

Кротову это было непривычно и неудобно. По его желанию пластинка сразу показывала сумму, хранившуюся на его счете. Но деньги, которые нельзя подержать в руках, казались ему ненастоящими. Насчет величины суммы на пластинке Глемас сказал, что шахтер на астероидных шахтах за всю жизнь столько не заработает. Но предупредил, трать понемногу, неизвестно, когда появятся новые поступления. Кротова это напугало, и он, не зная цен, старался ничего не покупать. Всего несколько раз платил за обеды на корабле. Это были все его траты.

Корабль был полон молодых людей, юношей и девушек, так же, как и он, направлявшихся на учебу в Академию. Среди одетых в гражданку абитуриентов сразу выделялись курсанты старших курсов, затянутые в форму с эмблемами разных родов войск. После Зорна Сергей уже мог отличить некоторых из них. Он ни у кого не вызвал интереса. Это порадовало. Во время обеда за соседними столиками постоянно звучали разговоры о будущей учебе и службе. Сам он ни с кем не заговаривал и на вопросы, обращенные к нему, отделывался общими фразами.

Транспортник замер, и бурлящая толпа будущих офицеров рекой потекла по трапу. Спустившись на летное поле, они расходились. Абитуриенты шли к шеренге офицеров и курсантов, стоявшей метрах в пятидесяти от транспортника. Те стояли тройками – офицер и два курсанта с эмблемой рода войск на флаге у одного и названием учебного заведения на плакате у другого.

Курсанты, прилетевшие этим кораблем, толпой направились в сторону от встречавших представителей. Эти сами добираются, понял Сергей. Он остановился и посмотрел вокруг. Флага спецназа не было. Тут он заметил, что, рассекая толпу, к нему направлялся высокий широкоплечий офицер в парадной спецназовской форме. Круто, за мной личный провожатый, улыбнулся землянин.

Идущие уступали дорогу и провожали взглядами здоровенного представителя армейской элиты. Кротов пошел навстречу. В двух шагах друг от друга они остановились. Вытянувшись в струнку и глядя Кротову в глаза, офицер представился:

– Офицер-воспитатель Игра Брун! Академия спецназа Империи!

Так же глядя в глаза и приняв стойку «смирно», Сергей лихо отрапортовал:

– Бывший рядовой Сергей Кротов! Советская Армия! Прибыл для прохождения обучения в Академии спецназа Империи!

На секунду глаза спецназовца расширились, но он быстро взял себя в руки:

– Забудь о прошлой службе. Считай, ты снова родился и твоя жизнь начинается заново. Идем.

Он четко повернулся и, не оглядываясь, зашагал, не обращая внимания на толпу. Кротов не отставал, широким мягким шагом разведчика он шагал слева от офицера. Абитуриенты с удивлением смотрели на землянина. Что за честь промолчавшему весь полет парню?

Пройдя мимо шеренги представителей академий, офицер повел Кротова не к выходу, как он ожидал, а к посадочной площадке атмосферных флаеров. Подойдя к флаеру с эмблемой спецназа на борту, здоровяк приглашающе махнул рукой в сторону откинутого люка, превратившегося в трап.

– В Свено? – спросил Сергей.

Офицер кивнул и приказал:

– Пристегнись. Пойдем на ручном управлении. Так быстрее.

Управлял немногословный спецназовец мастерски. Едва Кротов пристегнулся, как флаер свечой взмыл в небо и, уворачиваясь от заходившего на посадку очередного транспортника, вышел на курс. Внизу стремительно исчез космопорт, а затем и город Велс.

* * *

Свено, по сравнению с главным городом планеты, показался сначала совсем небольшим городком. Толком рассмотреть его не удалось. Слишком быстро Брун заложил вираж и четко установил машину в центр белого круга. Посадочная площадка была заставлена летающей техникой. Кротов узнал десантные катера, другие аппараты были ему не знакомы.

– Идем. – Спецназовец снова зашагал впереди.

Встречавшиеся на пути люди в технических комбинезонах поворачивались и, вытянувшись, провожали парочку взглядом. В ответ на приветствия офицер небрежно бросал кулак к левой стороне груди, где на мундире сверкал знак спецназа. Типа, честь отдает, решил Кротов. Путешествие продолжилось на колесном каре. Игра Брун опять перевел управление на ручное. Через десять минут кар вкатил на стоянку, расположенную перед белоснежным квадратным зданием.

Сергей ждал, что спецназовец опять скажет «идем», но в этот раз фраза была длиннее:

– Идем. Нас уже ждут.

Миновав небольшую толпу желающих поступить в Академию, они поднялись по широкой парадной лестнице к дверям. Створки разошлись. В широком коридоре, блистающем чистотой, толпились поступающие. Кротов заметил, что некоторые из абитуриентов были в форме. На их лицах прочитывалось легкое презрение к волнующимся вокруг юношам и девушкам.

Офицер подвел Сергея к черным дверям в конце коридора, у которых собралась немаленькая очередь. На них светилась надпись: «Не входить! Ждать вызова!» Вопреки этому предупреждению Игра прижал палец к светившемуся квадратику, находившемуся на месте, где должна быть ручка. Створки немедленно разъехались. Не обращая внимания на недовольный ропот очередников, он толкнул вперед Сергея, а потом шагнул сам.

– Вас ждут!

Серьезный молодой курсант, сидевший за столом в углу «предбанника», показал на следующие двери, теперь обычные, с ручкой.

В кабинете, за разными столами, сидели трое. Повторялось то, что он проходил когда-то на транспортнике министерства. Двое были людьми, а третий – нифлянец. Сначала Кротов решил, что это тот самый, что был на корабле. Настолько он был неотличим. Но, когда зеленокожий подал голос, Сергей понял, что это другой.

– Сергей Кротов?

Полковник с седыми висками жестко смотрел на землянина.

– Так точно!

– Хотите стать офицером спецназа?

Кротов подумал, что больше всего он хочет на Землю, но вслух повторил:

– Так точно!

Женщина лет под сорок с красивым неулыбчивым лицом – второй полковник – сказала, обращаясь ко всем:

– Здесь нечего обсуждать, все мы знаем, по чьему направлению он попал к нам. Так что в любом случае отказать МРОБ мы не можем! Что вы скажете, капитан? – Она посмотрела на нифлянца.

Тот словно спал. Уставившись своими черными беззрачковыми глазами на землянина, он застыл.

– Капитан? – нетерпеливо повторила женщина.

Тот наконец очнулся и певуче подтвердил:

– Вы совершенно правы. Мы обязаны принять его.

Сергей почувствовал, что поддержка шпионского министерства здесь ему больше навредит, чем поможет. Зеленокожий, не обращая внимания на присутствие Сергея, ткнул своим длинным пальцем в голограмму текста, висящего над его столом.

– А вы обратили внимание на это?

Над столами полковников появились такие же голограммы.

– Что это значит?! И как мы будем его учить?!

Седой перевел взгляд на Сергея:

– Это правда? Инопланетник, и нет чипа?

Застывший у дверей Игра Брун тоже удивленно вскинул глаза на землянина.

– Так точно! Инопланетник без чипа!

– Как же… вы же воевали?!

Все трое переглянулись.

– Все. Идите. Офицер покажет вам ваше место в казарме. С сегодняшнего дня вы курсант!

Когда они вышли в коридор, Игра не выдержал:

– Так это правда, что они там говорили?

– Про что?

– Про инопланетника, чип и про то, что ты по направлению Министерства безопасности?

– Правда.

Здоровяк снисходительно посмотрел на него и бросил:

– Тогда я тебе не завидую. Шпион, да еще и с пустой головой.

Кротов почувствовал, что отношение офицера к нему переменилось за эти несколько минут. «Тяжеловато мне тут придется», – решил он. Пройдя через огромный плац, ничуть не меньший, чем в учебной дивизии в Забайкалье, они вошли в длинное здание в несколько этажей. Сколько точно, Сергей затруднялся – привычных рядов окон не было.

Курсант в отутюженной, с блестящим знаком старшего курсанта, форме, встал у них на пути.

– Старший курсант Аргун Бристо. Академия спецназа Империи, – представился он. – Цель вашего визита, лейтенант?

На Кротова он не обратил ни малейшего внимания.

– Получите нового курсанта, – пренебрежительно кивнул Игра в сторону землянина. – Сюрприз вам.

Потом повернулся к Кротову:

– Ну, держись, солдат! Надеюсь, выживешь.

– Выживу! Бывало хуже!

Недоверчиво покачав головой, офицер ушел.

Курсант оглядел Сергея и гаркнул:

– Имя!

– Сергей Кротов!

Выслушав информацию по посланному запросу, дежурный кивнул невидимому собеседнику и нормальным голосом спросил:

– Инопланетник?

– Так точно!

– Редкий гость. И не ори так, – скривился Бристо. – Пошли, покажу твою комнату.

В комнате на кроватях лежали двое. При виде входящих они вскочили и вытянулись. Абитура, сразу определил Сергей. Дежурный набросился на них.

– Это еще что такое? Лежать на кроватях до наступления времени сна запрещено!

«Ну, все. Опять вернулся в учебку», – подумал Кротов, наблюдая за этой сценой.

В разных углах комнаты стояли четыре кровати.

– Вот твоя! – Бристо показал на одну из свободных. – Тумбочка тоже твоя. Там уже лежит форма. Свои вещи сложи в пакет и оставь возле тумбочки.

Он повернулся к абитуриентам:

– В душевой покажите ему его шкафчик. И не вздумайте опять ложиться, а то отправлю сюда «муху», чтобы наблюдать за вами!

Ребята виновато склонили головы. Дежурный курсант ушел.

«Пацаны, – с грустью подумал Сергей, – в войну поиграть захотелось». Он поставил сумку на тумбочку и повернулся к соседям:

– Меня зовут Сергей Кротов! Задевать меня не советую. Можете сказать свои имена и задать пару вопросов.

Весь прошлый опыт подсказывал, что вести здесь себя надо именно так. Он не собирался лезть в лидеры, но и помыкать собой не позволит. С этими двумя вопросов не будет, решил он. Но завтра встреча с толпой парней и девушек, пришедших сюда, чтобы стать круче всех. Вот там придется напрячься. Вспомнилась школа и учебка. Даже кулаки зачесались. Я, похоже, в детство возвращаюсь, усмехнулся он.

– А ты что, уже сдал все экзамены?

К нему подошел подтянутый невысокий парень с фигурой гимнаста.

– Да, давно сдал, – ответил Сергей, вытаскивая из пластиковой тумбочки запаянный в пакет комплект курсантской формы. – Правда, не здесь.

– А где? – недоверчиво спросил второй – улыбчивый юноша в облегающей зеленой майке.

– Потом. Ребята, все рассказы потом. Так, как вас зовут и где там мой шкафчик?

Они представились. Вскрыв пакет, Сергей взял трусы, бросив остальное на кровать, и пошел в душевую. «Вот это армия – я понимаю, – веселился он под струями горячей воды. – Прямо Афган!»

– Сергей! – крикнул, приоткрыв дверь, Зорис – так звали улыбчивого. – Давай быстрее, сейчас обед.

«Баня, это хорошо, – Кротов вышел из кабины. – Но пожрать не помешает».

Он быстро натянул темно-коричневую курсантскую форму. Все было точно по размеру. Нигде не тянуло, не жало. «Они что, специально на меня шили?» – разглядывал он себя в зеркальной стене у выхода из комнаты. Материал совсем не мялся, вид был, как будто только из-под утюга. Ботинки похожи на сапоги от броника. Так же раздвинулись, пропуская ногу, затем плотно облегли её. «Блин, какие легкие, совсем на ноге не замечаешь!» – он с улыбкой вспомнил сапоги и портянки, полученные когда-то в учебке.

– Китель на обед можно не одевать, – подсказал Зорис, увидев, что Сергей хочет облачиться полностью.

– Раз можно – значит, не будем.

Он повесил куртку в шкаф, оставшись в рубашке с коротким рукавом. Руки были непривычно оголены.

– Я готов.

– Да, пошли уже! – Стори, «гимнаст», нетерпеливо шагнул в двери. – Сейчас толпа набежит.

Точно – в длинном коридоре из дверей комнат выходило все больше желающих пообедать. В основном были поступающие в гражданке, но несколько человек, как и Сергей, в курсантской форме. «Или уже сдали, или как я – без экзаменов», – подумал Кротов. Были и люди в военной форме. Их было немного, не более десятка, и все с шевронами разных родов войск. В основном космическая пехота. Армейцы, желающие стать спецназом, – определил Кротов.

Из комнаты напротив выбежали четыре девушки. Все коротко стриженные. Одна была одета в форму космической пехоты. Сергей с удивлением заметил на груди знак капрала. Даже из своего короткого знакомства с армией Империи он знал, чтобы командовать отделением в пехоте – это надо заслужить. Она снисходительно взглянула на их троицу и скомандовала спутницам:

– Строем. Привыкайте, если хотите в армию.

– Настоящий капрал, сразу начинает всех строить! – не удержался Кротов.

– Тебе нос разбить? – повернулась к нему девушка.

– Нет, нет… – засмеялся Сергей, успокаивающе подняв руки.

– Смотри, если понадобится, обращайся, – без улыбки предупредила она.

– Хорошо, если понадобится, то только к тебе.

Сергей повернулся и пошел догонять своих соседей по комнате. Вид девушки в форме вызвал душевную боль. «Будь проклята, сраная война!» – в бессильной злобе выругался он. Вновь навалилась тоска и нежелание ни с кем общаться.

Столовая напоминала земную, но только не армейскую, а гражданскую. Столики на двух и на четверых человек, пластиковые блестящие стулья. Всё вокруг сверкало чистотой. К стойкам раздачи действительно выстроилась небольшая очередь. Его новые знакомые, с полными подносами, уже направлялись к свободному столу. Сергей окликнул их и показал на стоявший в дальнем углу стол.

– Идите туда, я сейчас подойду.

Немного в стороне от всех, с двух сторон прикрытый стенами, стол находился в очень хорошем месте. «Странно, что до сих пор не занят», – мелькнуло в голове.

Взяв несколько блюд, похожих на те, что он ел на Зорне, Кротов направился к своей компании. Однако там происходило то, чего он давно ожидал. Трое курсантов со знаками четвертого года обучения, пытались выгнать из-за стола двоих его «сокамерников».

Прибавив шаг, он подошел к столу, аккуратно отодвинул стоявшего спиной широкоплечего курсанта и поставил поднос на столешницу.

– Ты смотри, еще один будущий герой!

Высокий бледнокожий курсант, с правильными чертами лица, презрительно усмехнулся.

– Какие-то вопросы? – пытаясь приглушить гнев, негромко спросил Сергей. Он чувствовал – еще немного и все плохое настроение и злость на несправедливую судьбу вырвется наружу.

– Вопрос один. Шли бы вы, дракончики недоношенные, от этого стола. Это стол для взрослых людей. А желторотики пока питаются в общем зале.

Двое других засмеялись, поддерживая высокого. Ребята – соседи Кротова – уже встали и составляли чашки обратно на поднос.

– Отставить! – скомандовал им Кротов. – А вы, взрослые люди, валите отсюда!

Нарочно обостряя обстановку, он предложил курсантам:

– Подождете вон там, у стойки. Когда мы поедим, сможете занять этот столик.

Говоря, он отодвинулся от стола, стараясь занять более выгодную позицию. Они хоть и курсанты, но наверняка не зря провели четыре года в Академии. Справиться с ними Сергей не рассчитывал, но собирался выплеснуть накопившееся по полной.

Не ожидавшие такого отпора, старшекурсники надвинулись на землянина.

– Ты больной, что ли? – подал голос широкоплечий. Он явно выбирал точку для удара. Интуиция старого драчуна подсказала Кротову – пора! Без замаха, левой, он коротко ткнул широкоплечего в подбородок, сбивая его атаку, и с правой, длинным хуком, въехал ему в скулу. Вложив в силу удара энергию всего тела, он с удовольствием увидел, что противник поехал на спине по столу.

Сразу же отскочив, Сергей зацепил ногой стул. Поставил его перед собой и бледнокожим. Тот сориентировался, выбросил над стулом ногу и попытался попасть Кротову в грудь. Сергей отклонился, но удар все-таки достал его. Вдруг – на мгновение – окружающее потеряло краски. Все стало черно-белым. Мир замедлился. Поймав ногу, он рванул её на себя. Пнул высокого между ног. Тот скорчился и упал. Прыгнув к столу, Сергей схватил поднос и с такой силой врезал им по голове третьему курсанту, что толстый пластик загнулся.

Мир опять ожил.

Из разных концов зала, на помощь своим, бежали курсанты всех годов обучения. Его же соседи замерли, испуганно глядя на происходящее. Он остался один против набегающей толпы будущих спецназовцев. Краем глаза он заметил, что кто-то подбежал и встал рядом с ним.

– Что вы делаете, суки! Втроем на одного?!

Это была девушка-капрал, недавно обещавшая разбить нос Кротову. Подняв над головой, в руках она держала пластиковый стул.

Зазуммерил противный высокий сигнал, и курсанты бросились врассыпную. К месту драки бежали люди в легких бронекостюмах с надвинутыми забралами шлемов.

– Дракон! Военная охрана! – девушка бросила стул и сцепила руки за головой. – Вот влипли.

Кротов непроизвольно напружинился и встал в стойку, ожидая подбегавших охранников. Не добегая, один из них выстрелил самозатягивающейся сетью. Сергея облепила и стала стягивать противная серая паутина. Чем больше он пытался вырваться, тем сильней его сжимало.

– Остановись! – закричала девушка. – Сам себя задушишь!

Подбежавший охранник что-то сделал, и сеть расслабилась.

– Не дергайся, а то опять затяну.

Однако охота драться у Сергея уже прошла, и он проворчал:

– Все. Можешь расслаблять. Я спокоен, как камень.

Потом посмотрел на капрала:

– Ты-то зачем ввязалась? Отчислят ведь?

– Да, дура! – в сердцах ответила та.

Сергея и девушку из космической пехоты отвели в знакомый кабинет, где утром тройка обсуждала судьбу Кротова. Сейчас там находилась только женщина-полковник. Она просматривала запись-голограмму произошедшего в столовой. Что-то там ей очень не нравилось.

Подняв голову, она оглядела задержанных. Потом еще раз взглянула на запись.

– Капрал Ранза Крик?

– Так точно, полковник!

– Вы участвовали в высадке на Сегерети?

– Так точно. Первая волна.

– Разведбатальон? Тот самый?

– Так точно!

– Сочувствую.

– Война есть война, полковник.

– К вам претензий по инциденту в столовой нет. Действовали по обстоятельствам. Можете идти.

Когда девушка вышла, полковник встала и подошла к Сергею. «Пантера», – подумал землянин. Двигалась она грациозно, но во всех её движениях чувствовалась взрывная сила. Ростом чуть ниже Кротова, с фигурой, которой позавидовала бы любая женщина её возраста, она была бы очень сексуальна и привлекательна, если бы не властное полковничье выражение на красивом лице. «Дослужиться до такого звания в спецназе – это не в конторе просидеть, – подумал Сергей. – Не хотел бы я встретиться с ней один на один. Сожрет и не подавится».

– Освободите его и выйдите! – приказала она охране.

– Ты мне не нравишься! – холодно заявила полковник, застыв напротив Кротова. – При просмотре видно, что все начали старшекурсники. Формально придраться не к чему. Но я сама отучилась в этом заведении и знаю, что все могло закончиться мирно. Однако ты специально их спровоцировал. Это недоказуемо, но знай, что теперь я слежу за тобой. При повторении чего-нибудь подобного ты вылетишь отсюда, несмотря на прикрытие вашего министерства.

– Полковник, можете выгонять сразу, я не против! – Кротов сам не понимал, зачем он это говорит, но уж очень хотелось разозлить эту холодную красавицу. И он достиг своей цели.

– Убирайся! – закричала женщина. Вспышку гнева прервал появившийся из внутренних дверей еще один офицер.

– Полковник, с вами пытаются связаться из МРОБ. Почему не отвечаете? Вышли уже на штаб Академии.

– Видела я. Сейчас отвечу.

Кротов не стал ждать дальнейшего и быстро выскочил за дверь.

* * *

Женщина присела за свой стол и открыла голограмму из Министерства разведки и безопасности, знаком показав офицеру, что он свободен. Лицо, проявившееся над столом, было незнакомым.

– Полковник Лея Рейнис?

– Слушаю? – ответила та, всем своим видом показывая, что она очень занята.

– Офицер Слаяну Лев, МРОБ.

Лея скривилась, даже в том, что МРОБовец не назвал своё звание, чувствовалось, как ей казалось, пренебрежительное отношение к армейским правилам.

– У вас сегодня произошел инцидент с участием поступившего курсанта инопланетника Сергея Кротова. По нашим данным, разбором этого случая занимаетесь вы. Поэтому мы решили выйти на вас, не привлекая вышестоящее командование.

Он остановился, вопросительно глядя на неё.

– Я слушаю, – повторила Лея, а про себя подумала, что сраное министерство везде имеет своих шпионов, даже в их элитной Академии.

– Министерство настаивает, чтобы данный курсант в любом случае продолжал обучение в вашем заведении. – Он помолчал и добавил: – Я не имею права рассказывать, но запомните – Империя обязана этому парню.

– Не переживайте. Я разобралась, агрессию проявили старшекурсники, они и понесут наказание.

– Это уже ваши дела.

Голограмма растаяла. Лея Рейнис оглянулась – никого нет? – и выругалась по-солдатски.

– … сраные! Империя обязана ему? Врите мне больше! Опять ставите какой-то свой эксперимент.

Она снова включила голограмму драки – момент, когда Кротов атаковал курсантов. Он действовал явно ускоренным имплантом. Обычный человек так быстро двигаться не может.

«Скорей всего, у него какой-нибудь новый экспериментальный чип, не обнаруживаемый обычными средствами. Хотят испытать в деле, – подумала она. – Ну и черт с ним! Будем выполнять свою работу, не обращая внимания на все это. МРОБ есть МРОБ».

* * *

«Все ерунда, – размышлял Сергей, возвращаясь в казарму. – Одно плохо, остался голодный». Еще он хотел увидеть и сказать спасибо этой разведчице, в одиночку вставшей рядом. Не побоялась отчисления. А может, она, как я? Без экзаменов? Надо побольше узнать, что это за высадка на Сегерети.

Шагая через плац, Кротов заметил лейтенанта, который привез его сегодня из космопорта. Тот тоже увидел Сергея и поспешил навстречу. Что ему еще надо? Сергей остановился, дожидаясь офицера.

– Сергей Кротов? Я правильно запомнил?

– Да.

– Наслышан, ты уже успел отличиться сегодня?

– Было дело.

В глазах Игры появилось любопытство:

– А ты интересный тип – только поступив, испортить отношения со старшекурсниками – или сумасшедший?

Кротов засмеялся:

– Вроде нет. В министерстве на сто рядов проверили…

– Да, я тоже это так, шуткой… хочу предупредить, что теперь тебе расслабляться нельзя. Курсанты обязательно найдут способ отомстить.

Сергей улыбнулся, вспомнив Советскую Армию. Там его уже сегодня ночью утащили бы в каптерку – учить салагу жизни. Завтра бы еле ходил.

– Я знаю, – спокойно ответил Сергей.

– Ну ладно, раз знаешь, значит, подготовишься. Все-таки непонятный ты человек. Похоже, совсем не боишься?

– Разрешите идти?

– Иди, иди…

Игра Брун постоял, глядя вслед землянину, покачал непонимающе головой и пошел по своим делам.

Комната была пуста. Наверное, экзамены сдают, решил Кротов. Сидеть в комнате не хотелось. Пойду, посмотрю место будущей учебы, куда допустят. Разведка – необходимое начало любой операции. Да и поесть все-таки не мешает. Ребята говорили, что где-то можно поесть за деньги. Он проверил карточку – на месте – в нагрудном кармане. На всякий случай посмотрел счет – сумма не изменилась. Надел кепи с козырьком, посмотрел на себя в зеркало – совсем не русский, и вышел в коридор. Дежурный курсант проводил его равнодушным взглядом до самых дверей.

Выйдя на плац, Сергей огляделся, решая – куда? За белой коробкой главного здания, скорее всего, еще учебные корпуса. Он повернулся и пошел за казармы в сторону парковки. Кафе он нашел быстро. Недалеко от ворот, через которые Игра Брун привез его сюда, стояло небольшое, по местным меркам, здание такой же ослепительной белизны, как и все остальные в этом городке. Названия не было, на стене, над дверями, светился знак – стилизованная чашка с поднимающимся над ней паром. В космических терминалах так обозначались буфеты и кафе.

В зале сидело десятка два курсантов – юношей и девушек. В углу трое мужчин в гражданской одежде, но явно не поступающие – все в возрасте. Ни одного абитуриента. Когда Кротов вошел, все обернулись к нему. Гражданские мельком, а курсанты о чем-то разом заговорили, поглядывая в его сторону. Их лица при этом выражали явное недовольство. Что это они – салагам сюда нельзя, или я уже прославился? Он прошелся, выбирая столик. Нажав на настольном терминале на картинки нескольких знакомых блюд, он поднес к нему карточку. Против картинок появилась надпись – оплачено. Через пару минут диафрагма в середине стола раскрылась, и оттуда вынырнул круглый поднос с заказом.

Обедая, Кротов поглядывал на курсантов. Они пересели поближе друг к другу и что-то решали, бросая недовольные взгляды в его сторону. Какого хрена сегодня все на меня так смотрят? Или, может, мне это кажется и все обычно. Несколько курсантов, среди них одна девушка, поднялись и вышли.

Закончив с едой, Сергей решил, что пройдется в другой раз, а сейчас пойдет в казарму. Может, соседи вернулись и просветят его о распорядке дня в этом заведении.

Курсанты, покинувшие кафе раньше, стояли на крыльце. Ждали его. Кротов понял это, как только взглянул в их лица.

– Эй, желторотый, подойди-ка сюда! – окликнули его из толпы.

Кротов решил, что еще одна драка сегодня – это будет перебор, и подошел к ухмыляющимся курсантам. Почти у всех были знаки четвертого года обучения.

– В чем дело? – спокойно спросил он.

– Слушай и запоминай, – так же спокойно ответил ему старшекурсник, выдвинувшийся из группы. – Судя по форме, экзамен ты сдал. Учиться здесь ты уже можешь, но прав у тебя еще никаких нет.

Он показал пальцем на свои нашивки на плече.

– Пока у тебя не появятся хотя бы две вот такие штуки, ты должен питаться только в общей столовой.

– Это записано в правилах Академии? – Кротов опять начинал злиться. Повоюйте с мое, потом учите.

– Это должно быть записано в твоих мозгах! – повысил голос старшекурсник. «Черт, опять раздерусь, – подумал Сергей. – Полковничиху удар хватит!»

– Теперь вы послушайте. Если вы отучились здесь все эти годы, то понимаете, что больше одной драки в день – это уже наглость. А я уже сегодня дрался и был на разборе. Так что с вашими правилами подходите завтра – поговорим.

– Я же говорила, что это он, – раздался голос девушки. – Он дрался в столовой. И его потом забрали «няньки». Его даже сетью утихомиривали.

– Так вот ты какой?

Курсант, «наехавший» на Кротова, отступил, пропуская его.

– Ты прав, две драки в день – это слишком. Но подумай о том, что если ты хочешь здесь учиться, надо соблюдать местные правила. Ты не первый, кто пришел сюда таким. Запомни, мы теперь следим за тобой!

Кротов чуть не засмеялся, представив, как, выглядывая из-за разных углов, за ним следят то красавица Лея Райнис, то толпа старшекурсников.

– Хорошо. Я это учту, – ответил Сергей и прошел через недовольных курсантов.

«Твою медь! Какой-то детский сад, а не Академия спецназа. Туда не ходи, этого не делай. Поэтому они так и обделались на Зорне, – подумал он. – На хрен я согласился на эту учебу. Лучше бы остался просто в пехоте».

Потом он вспомнил Джерези. Она тоже училась тут. Тоже ходила по этим камням. Черт, я закончу это заведение, просто ради её памяти! И хрен всем уродам, которые попробуют остановить меня!

Когда он вошел, за столом в комнате сидело трое. Двое уже знакомых ребят, увидев его, вскочили:

– Ну, что там?! Рассказывай! Не отчислили?

Третий, крепкий невысокий парень с простым грубоватым лицом, тоже с любопытством смотрел на Кротова. Наверное, уже был в курсе.

– Да, все нормально. Сейчас расскажу. Вы меня лучше познакомьте с человеком.

Крепыш встал и представился:

– Слай, Слай Горема. Я с шахтерской планеты. Можно сказать – сбежал.

Кротова больно кольнуло в сердце. Он быстро спросил:

– Как называется планета?

– Рангор. Но все называют Железная. Там все металлы есть под землей.

Нет, Джерези называла свою планету по-другому. Наверное, таких шахтерских планет в космосе сотни.

– Я – Сергей Кротов, – он уже привык представляться по-местному, называя имя и фамилию. – Я инопланетник, не уроженец Империи.

Все трое с удивлением смотрели на него.

– Говорили, что в спецназ инопланетников не берут.

– Меня взяли, значит, берут.

Он не стал ничего говорить про министерство.

– Вы были на экзамене?

Зорис и Стори дружно кивнули.

– И как? Сдали?

Зорис заулыбался:

– Да! Оба. Только что пришли результаты.

– Что вы там хоть сдаете?

Парни переглянулись. В этот раз заговорил Стори. Он подумал и серьезно сказал:

– Если честно, то я и сам не знаю. В кабинете со мной полчаса разговаривали двое, задавали всякие вопросы обо всем. Потом в другой комнате еще поговорил нифлянец – этот вообще спрашивал ни о чем, какую-то ерунду. И все. Весь экзамен.

– Со мной так же, – подтвердил Зорис. – Только я просидел в первом кабинете почти час.

– А я пойду туда только через два часа. Моя очередь подойдет.

По голосу Горемы чувствовалось, что он волнуется.

– Не переживай ты! – Сергей хлопнул шахтера по плечу. – Я не думаю, что из прилетевших в Академию кого-нибудь не примут. Вы же проходили тесты где-то на вербовочных пунктах? Там бы вас и отсеяли.

Он повернулся к новоиспеченным курсантам.

– Вы подскажите лучше, где узнать распорядок дня этого заведения.

– Так вот же! – Зорис коснулся панели на столе. Над столешницей поднялась голограмма-список. Он ткнул пальцем в строку, та развернулась в текст.

– Смотри, вот на год, вот на месяц, вот на завтра! Тут все указано. Время, место, как пройти, кто ведет… все как в школе.

Сергей вздохнул, вспомнив написанное от руки расписание на стене в поселковой школе. Потом открыл завтрашний день. Распорядок Академии, как ни странно, походил на распорядок дня в учебной части Советской Армии. Зарядка, завтрак, занятия, обед, занятия, ужин, личное время, отбой. Называлось это здесь по-другому, но сути это не меняло. После обеда в расписании значилось общее собрание Академии.

Ужин прошел спокойно. Хотя курсанты с годичными нашивками косились на Кротова, никто не пытался его задирать. Теперь они полностью занимали столик на четверых. Парень с шахтерской планеты тоже получил уведомление о зачислении.