Сказки Волшебного леса
Книга 3
Антония Таубе
Оливия Таубе

Дизайнер обложки Оливия Таубе

© Антония Таубе, 2017

© Оливия Таубе, 2017

© Оливия Таубе, дизайн обложки, 2017

ISBN 978-5-4485-1013-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Сказка 1
Лиса, волк и еж

Лиса Лизетта озабоченно бежала по узкой лесной тропе по своим неотложным делам. Вдруг за поворотом она увидела неторопливого ежа Егора, который нёс на своих иголках прекрасные спелые яблоки и, по всей видимости, не собирался уступать ей дорогу.

– Ты что, Егорий, совсем ослеп? – рассердилась лиса, – не видишь, что ли, что я тут иду и могу, знаешь ли, уколоться об твои противные иголки!

– А ты не видишь, рыжая, что я с яблоками иду? – обиделся на неё ёжик, – могла бы и сама немного посторониться!

– Ах ты, нахал! – возмутилась Лизетта, – ну, погоди же, я тебе устрою! Ты у меня получишь не только яблоки на свои иголки – ты будешь носить даже то, что нести совсем не захочешь!

– Ой, не стращай меня, красавица! Не трать понапрасну силы! – ничуть не испугался ёж. – Не на того напала!

Наверное, так бы он и дальше переругивались, если бы в это время не вышел на тропу лесовик Лешачок, совершавший свой ежедневный обход леса. Лесовик остановился между спорщиками и принялся отчитывать лису:

– Лизетта, ну, почему ты считаешь, что все всегда и во всём должны уступать тебе? Ты же видишь, что ёж с грузом идёт, ему тяжело, так отступи на шаг в сторонку и пропусти его – только и делов! И ежу легче, и с тобой ничего не случится, и добрыми приятелями останетесь!

Не стыдно так срамиться?
Ведь взрослая лисица,
А поведенье просто – из рамок всяких вон!
Ты чувствуй нежно, тонко
И отойди в сторонку —
Тебе совсем не трудно, и будет счастлив он!

– А вот не уступлю! – из вредности продолжала лиса стоять на своём, но потом почему-то вдруг неожиданно передумала и всё-таки сошла с тропы, пропуская ежа, и каждый пошёл своей дорогой.

Лешачок тоже продолжил путь. Он сокрушённо вздыхал, размышляя о лисе, и думал о том, что, видать, лисья порода совсем неисправима! Хотя, нет – почему неисправима? Взять хотя бы Лизеттиного сыночка Лисения – уж на что был озорник и непоседа, а вон какой вырос серьёзный да сообразительный, героем стал и всеобщим любимцем! А сколько раз спасал лес от пожаров? И не сосчитать… А вот лиса так и не угомонилась, несмотря на то что иногда пыталась делать вид, что она уже исправилась и стала другой, но – Лизетта так и осталась Лизеттой, и не помогли ей никакие ухищрения!

А лиса, между тем, совсем не успокоилась, хоть и пришлось ей уступить ежу. Она сильно разобиделась на Егорку с его противными яблоками – мало того, что не догадался угостить лису хоть одним яблочком, так ещё и перечить ей вздумал! Вот уж этого Лизетта простить никак не могла! Но ничего, глупый ёж, ты ещё об этом пожалеешь! Ты, видать, совсем забыл, что теперь лиса каждый вечер устраивает в лесу театральные представления для лесных детишек, а твои ежата, между прочим, с удовольствием бегают на каждый спектакль! Ты, несчастная колючка, ещё поплатишься за свою жадность и своё упрямство! Надолго запомнишь, как обижать красавицу Лизетту!

Ну, погоди, Егорий!
Ещё хлебнёшь ты горя!
Ещё меня попомнишь, колюченький ты наш!
Твоя тут песня спета — Зря, что ли, я Лизетта?
И знай, что впредь добудешь, всё сразу мне отдашь!

И хитрая злопамятная лиса задумала коварную месть! Решив непременно наказать ёжика за непочтительность, она отправилась прямиком на ближайшую ферму – Лизетта точно знала, что найдёт там кое-что, необходимое для мести. А нужен был ей – ни много, ни мало! – столярный клей! Наша лисица ежедневно наведывалась туда и потому знала, что тамошний хозяин занимается какими-то плотницкими работами, и для этого каждые два дня варит новую порцию прекрасного липкого клея! Вот этим и надумала воспользоваться рыжая плутовка.

Завидев знакомый рыжий хвост, все куры, конечно же, всполошились и громко закудахтали, особенно когда лиса проникла на ферму не привычным путём – через окно, а стрелой влетела в раскрытые ворота, мигом заскочила в сарай, ухватила зубами ведёрко с клеем, и быстрой молнией перемахнула через забор! Отчаянно залаяла собака, на крыльцо выбежал фермер с ружьём в руках и выстрелил вслед умчавшейся Лизетте. Он давно мечтал расправиться с хитрой лисой, но сейчас особенно целиться было некогда и потому он, конечно же, в рыжую воровку не попал! Так что Лизетта благополучно ушла от справедливой расплаты, и вскоре подбежала с ведёрком клея к той самой яблоне с наливными яблочками, где ёжик Егор собирал щедрый урожай для своих зимних запасов.

Оглянувшись по сторонам, лиса потянула носом воздух – запах ёжика всё ещё стоял здесь. В эту минуту её никто не видел, и поэтому Лизетта спокойно, без всяких помех, аккуратненько разлила клей вокруг яблони, чтобы негодный Егорка прилип к нему всеми своими кривенькими ножками – будет знать, как с лисой связываться!

План мести креативный* —
Теперь держись, противный!
Теперь меня, Егорка, запомнишь ты навек!
Теперь меня увидишь — И больше не обидишь
И в спор со мной не вступишь, колючий чебурек!

Очень довольная своей выходкой, лиса спряталась в кустах неподалёку и стала ждать, когда вернётся ёж. А когда противный Егорка накрепко приклеится и будет беспомощно барахтаться под яблоней, вот уж тогда она вволю посмеётся над ним! У Лизетты даже настроение поднялось в предвкушении такой радости!

Но, как это часто бывает, всё пошло совсем не так как хотелось лисе. Во-первых, вместо слабосильного короконогого ежа показался огромный клыкастый кабан. Он увидел красные спелые яблочки, обрадовался и решил полакомиться ими. Лиса представила, что будет дальше, сильно перепугалась и выскочила из своего укрытия:

– Здравствуй, дорогой кабан! Как хорошо, что ты мне повстречался! Хочешь, я покажу тебе дуб со спелыми вкусными желудями?

– Конечно, хочу! – ответил кабан и даже прищурил от удовольствия свои маленькие красные глазки.

– Тогда иди за мной! – крикнула лиса и побежала к какому-то дубу, чтобы только увести кабана от разлитого под яблоней клея.

Кабан поблагодарил Лизетту за помощь и начал искать жёлуди, а лисица быстренько вернулась в свою засаду и опять стала поджидать ёжика и мечтать о том, как классно она отомстит ему!

Я всё равно тебя дождусь,
И  вот тогда уж посмеюсь
– А то вдруг стал ты слишком смелый!
Когда тебя я проучу,
Тогда лишь радость получу —
Знай, грубиян закоренелый!

Во-вторых, на тропинке опять показался не ёж! На этот раз сюда пожаловал суровый волчара Викентий со своим гадким сыночком Вовой.

– Папа! Папа, смотри! – завопил он, указывая отцу на румяные яблоки, – папа, я яблочко хочу!

Вова со всех ног рванул к яблоне, бросив отца, и с разбега сразу вляпался в разлитый клей всеми четырьмя лапами.

– Ой, папа! Здесь ловушка! – истошным голосом заорал перепуганный волчонок, – папа, спаси меня!

Волк мигом подскочил к сынку, но помочь ему, как вы понимаете, ничем не смог, так как моментально прилип непонятно к чему, и никак не мог отодрать от земли свои лапы.

У лисы с перепуга перехватило дыхание, волки визжали и выли, дёргаясь во все стороны, и тут, наконец, к яблоне пожаловал долгожданный ёж! Волк оскалил на него зубы, бешено вращая глазами:

– Это твои проделки, колючий? Бережёшь яблочки, чтоб никто больше их не ел? Ну, держись! Вот выберусь я отсюда!..

– Это ты про что, Викентий? – не понял удивлённый Егор, и захотел приблизиться к волку.

Но поскольку клей был незаметен в высокой траве, то и ёжик намертво застрял в нём с первого же шага! А волк продолжал рычать и скалиться:

– Знаю, знаю, что это твоя работа! И нечего тут удивление изображать, свинья ты колючая! Уж задам я тебе трёпку, когда выберусь отсюда, кабан ты игольчатый! – не замолкая ни на минуту, ругал и обзывал он беднягу Егора.

А если кто не знает, то я вам скажу – у кабанов очень-очень тонкий слух! Вот и донеслись до кабана все эти угрозы, и он сразу навострил уши – это кто его так злобно костерит? Услышав оскорбления в свой адрес, кабан вернулся к яблоне и увидел разозлённого волка, клацающего зубами. Только почему-то волк не двигался с места, а рядом с ним скулил волчонок и стоял неподвижный ёж. Но кабан не обратил на это внимания, так ему надо было немедленно разобраться с волком. Озверевший кабан разбежался и со всей силы поддел своего обидчика клыками, проколов ему бок. Волк взлетел вверх и заверещал от боли! А кабан тут же подкинул его ещё раз!

Ах ты, пустая голова!
Ответишь, серый, за слова!
Ты на кого повысил голос?
Сейчас клыками как поддам,
Чтоб знал, что я не зайчик вам
И это твой последний возглас

В этот раз волк свалился на ежа, прямо на его растопыренные иголки! От боли у бедняги вся шерсть встала дыбом! Да вдобавок ко всем страданиям Викентия с яблони сорвалось крепкое твёрдое яблоко и попало нашему волченьке прямо в глаз! Вопль стоял по всему лесу! Теперь ругались все – и волк, и ёж, и кабан, а горластый Вовка не переставал верещать о спасении.

Но пострадавшему ни за что волку нужно было скорее спасаться бегством от разъярённого кабана, который летел за ним как торпеда, грозно выставив свои ужасные клыки! И только когда волк домчался до озера и плюхнулся в него, распугав всех рыбёшек и лягушек, кабан прекратил преследование, успокоился и отправился опять на поиски вкусных желудей – это было гораздо приятнее и важнее, чем какой-то там глупый волк! Волк выждал ещё немного, сидя по горло в воде, а потом с опаской выбрался на берег и без сил рухнул на тёплый песок.

Ну, и кабан – какое зло!
На этот раз мне повезло,
Но еле ноги я унёс!
Пойду-ка сына выручать,
Да только вот – с чего начать?
И кто же клей принёс?

А несчастный охрипший волчонок Вова и грустный ёжик Егор всё ещё сидели под яблоней, не в силах высвободиться из липкого плена. Тут-то их и обнаружил лесовик Лешачок!

– Да что же это за день такой? – всплеснул он руками, – с утра ты, Егорий, с лисой дорогу не поделил, а теперь вот и вовсе в клею сидишь с Вовиком! Это что, развлечение у вас такое?

– Зря смеёшься, Лешачок, – горестно пожаловался ёж, которому было сейчас совсем не до шуток, – кто-то тут клей разлил, а мы так крепко к нему приклеились, что выбраться никак не можем. Только хуже и хуже делается…

– Да кто же мог это сделать? – поразился Лешачок.

– Понятно, кто… – вздохнул ёж, – лиса, конечно! Кто же ещё?

Пришлось лесовику сходить домой и принести большие ножницы, которыми он срезал ветки, подстригал кустарники, делал обрезку роз и так далее. А волчонок, пока крутился в разные стороны, ещё ухитрился свалиться на бок, да так и прилип всем боком! Вот и угостились все наливными яблочками! И теперь Лешачок старательно отстригал от засохшего клея Вовину шерсть и иголки Егора, не переставая при этом ворчать и возмущаться:

Ну, и дела у нас в лесу!
Спросить бы надобно лису —
Она ли это сотворила?
И если вскроем данный факт,
То наказать плутовку так,
Чтоб о таких делах забыла!

А лиса, между тем, была чрезвычайно довольна своей изобретательностью! Ещё бы – и противного Егорку наказала, и от волка с кабаном не пострадала! И не видел её никто – вообще замечательно всё получилось!

Ах, какая же я умная!
Ах, какая я фартовая!**
Вся я ловкая, бесшумная
К всяким хитростям готовая!
Зверя нет такого ловкого,
Больше нет такого хитрого,
Знаю разные уловки я,
У других – башка макитрою!***

Она беспечно бежала и напевала вполголоса, когда ей навстречу вышел мокрый и злой волк.

– С какой это радости ты, Алиска, так сладко распелась тут? – проворчал он, подозрительно глядя на лису.

– Ты что, Викентий, забыл, что я уже давно не Алиса, а Лизетта? – огрызнулась лисица, и всё её хорошее настроение мигом улетучилось.

Она уже и сама стала забывать, что и в самом деле звалась когда-то Алисою! А дело было так – прочитала она однажды занимательную историю про лису Алису, кота Базилио, ну, и ещё про каких-то там глупых типов. И вот лиса Алиса из книжки почему-то не понравилась нашей Алисе. Вроде, всё она правильно делала и говорила (Лизетта при удобном случае и сама была не прочь одурачить кого-нибудь!), но нельзя же так уж напоказ выставлять свои чувства! Да и потом, ведь и другие обитатели леса могли начитаться про все хитрости той Алиски – начитаются, а потом будут думать, что и она, нынешняя Алиса, такая же! В общем, не хотелось нашей Алисе, чтобы книжная Алиска подпортила ей репутацию, и без того не совсем хорошую, вот и взяла она себе другое имя, гораздо более благозвучное и роскошное – Лизетта! Она даже сынишку тогда немного переименовала в честь начала новой жизни – был он Лисентий, а стал просто Лисений. Она ему оставила похожее имя, чтобы в общении с другими детьми особых проблем не возникло, и чтобы никто не задавал лишних вопросов. Ну, Лизетта, так Лизетта – лисе казалось, что все уже давным-давно забыли про то, что когда-то она была Алисой – ан, нет, оказывается, кое-кто ещё помнит! А ведь все прочие, кроме этого невоспитанного грубияна Викентия, зовут её Лизеттой, или Лизаветой, или даже Лизонькой! А Викентий, наверное, специально напомнил ей о том, что она была Алисой, чтобы назло ей сделать! Что же, он своего добился! И от этого Лизетте стало очень и очень неприятно!

– А что мне печалиться? – недовольно огрызнулась она, – сам-то ты откуда бредёшь такой «красивый»?

– Откуда надо! – с досадой рявкнул волк и побежал на выручку сына.

Ведь не рассказывать же этой рыжей пройдохе, в какой переплёт он угодил нежданно-негаданно! Да и недолюбливал он её крепенько – так что незачем тут ему разговоры с ней разговаривать!

Когда Викентий добрался, наконец, до злополучной яблони, Вова начал с плачем рассказывать ему, что это лиса налила здесь клей, и что именно из-за неё они тут все пострадали!

Такая вот лиса плохая!
Я не хочу кого-то хаять,
Но разве можно так себя вести?
Пока меня вот тут спасали,
Всю шерсть мне жутко обкорнали —
И как теперь ходить мне без шерсти?

– Значит, всё-таки она… – кровожадно клацнул зубами волк и пригрозил, потрясая кулаком, – ну, погоди, Лизетта, устрою я тебе ноченьку!

Но и лисонька наша была не проста – она прекрасно осознавала, что натворила, и ничуть не сомневалась, что нынче ночью волк заявится к ней с разборками! Поэтому она решила к ночи основательно подготовиться. Для этого она притащила старый ржавый капкан – то самый, из которого Лисений вызволял когда-то глупую фермерскую овцу, и хорошенько замаскировала его перед самым входом в свою нору. А ещё приготовила увесистую сучковатую дубинку, и теперь не смыкала глаз в ожидании ночного визитёра.

У волка есть большой изъян — Невежа он и грубиян!
Таким же сын его растёт… А я, лисичка, всех умней
– Хотя, наверно, есть скромней
– Всё знаю наперёд!

И под покровом ночи волк действительно пришёл к лисьей норе с твёрдым намерением изодрать её рыжую шубейку в клочья! … Да и попал в капкан! Викентий взвыл от боли и неожиданности, а лиса выскочила с дубинкой и давай охаживать его от всей души – и по голове, и по бокам, и по лапам, и по носу, и вообще, куда попадёт! Да ещё и кричала при этом на весь лес:

– Спасите! Помогите! Воры! Грабители! На помощь! Убивают!

А сама продолжала, что есть силы, осыпать несчастного волка ударами дубинки.

На громкие вопли лисы проснулись и выскочили из тёплых постелей все сонные обитатели леса и побежали к лисьей норе – и медведь Тор, и рысёнок Багул, и котёнок Мак. Обезьянка Чича, зайчиха Зина и белочка Бэлла тоже примчались сюда, а также эльф Гаэль, многочисленные мыши и птицы!

Спросонок не поняв, кто кого бьёт, все бросились защищать лису! Беднягу волка клевали и кусали со всех сторон, а медведь и вовсе очень чувствительно огрел его по хребту крепкой доской от разломанного улья! Первым разобрался бобёр Боря, общепризнанный художник и архитектор:

– Остановитесь! Перестаньте! – старался он перекричать всю толпу, – ведь это же волк! Просто волк! Это Викентий!

А Викентий уже даже не сопротивлялся. Весь избитый, он скорбно молчал и думал:

– Скорее бы наступил конец всему этому кошмару, ведь не может же это длиться до бесконечности…

Нападение на волка прекратилось так же внезапно, как и началось. Медведь Тор с доской в лапах изумлённо смотрел на поверженного Викентия:

– Ты, брат, как тут оказался? И что всё это значит?

Но не успел волк и рта раскрыть, как вперёд выскочила лиса и затараторила, испуганно распахнув глаза и прижав лапы к груди:

– Сплю я, никого не трогаю, и вдруг просыпаюсь оттого, что воры лезут в окно! Вот я и выбежала! А это оказался волк! Может, он вообще хотел меня убить! С хорошими намерениями в чужой дом через окно не забираются!

– Да помолчи ты! – урезонил её медведь и опять посмотрел на притихшего Викентия.

– Это она во всём виновата, – со злостью прохрипел он, – понаставила тут капканов! Ну, ничего, рыжая, я тебе всё припомню – и клей, и капкан, встретимся ещё!