Наталия Еропова
Холодный берег

– Мы живем в тяжелые для всех нас времена. – Ярг-Вождь-Шаман говорит тихо. Но его слышно в самой отдаленной части его дома – большой хижины из шкур, куда набилась сейчас вся их община. – Сегодня утром океан передал мне ледяную поступь Канна-Итсы. Она сурова и беспощадна, и сейчас она снова вышла на свою охоту. Все мы знаем, что так было не всегда, и не всегда так будет…

Ярг-Вождь-Шаман замолкает. Необходимость в который раз возвестить своему народу дурную весть, расписавшись в собственном бессилии, дается ему ой как непросто. Прикрыв тяжелыми веками свои пронзительные черные глаза, он еще раз пытается сосредоточиться, в тщетной надежде ухватить смысл того неясного послания, которое ему дано было увидеть этим утром. Он сидит у самой стены, поджав под себя ноги, и потягивает смолистый дым из длинной тонкой трубки. Запах душистых трав, которые он курит, смешивается с запахом кожи, вяленого мяса и собачьей шерсти. Перед ним стоит большая жаровня с тлеющими углями, а сам он закутан в меха.

Ярг-Вождь-Шаман стар. Очень, очень стар. Глубокие морщины давно избороздили его задубевшее от морозов лицо, а волосы, некогда иссиня-черные, как и у всех жителей общины Собак, теперь побелели, словно их тоже припорошило снегом, укутавшим их мир. Его лицо покрыто синими и зелеными татуировками – полосы и волны, символизирующие Океан и Лес на одной скуле, благородная морда пса на другой, сложный орнамент на подбородке. И на треть скрытое в океане солнце в центре лба.

Его Вождь-пес, некогда могучее животное с крепкими лапами, лежит, прижавшись боком к хозяйской ноге, пригревшись, и кажется, что дремлет. Его густая когда-то, темно-коричневая шерсть поблекла и истерлась, одно ухо изогнулось, перебитое в давней схватке. Пес так же невероятно стар, как и его хозяин.

Ярг-Вождь-Шаман стар, но не думает ни о том, сколько ему осталось, ни о том, как хотел бы он прожить это время. Его мысли занимает лишь одно – то, что он увидел сегодня в мареве утренней зари, жемчужной дымкой раскинувшейся над обледеневшим океаном: ледяная ведьма, простершая свои тонкие жадные руки в сторону общины… Она обернулась вдруг всего лишь горсткой снежных искр, стоило первому лучу холодного солнца пронзить ее облик.

Значит ли это, что можно надеяться на спасение? Или ее явление – это предупреждение, а солнце… Всего лишь солнце, так давно уже не имеющее силы отогреть их замерзающий Берег.

Его община молчит. Если предводитель говорит, что снова нагрянула беда – значит, так и есть. Шаманы редко ошибаются в своих предсказаниях. Вот только предсказания их из года в год все безрадостнее и тревожнее, загадочнее и туманнее. А тающих сил старика уже не хватает на то, чтобы истолковать их ясно.

Этой зимой, такой бесконечно долгой, Канна-Итса уже забрала пятнадцать человек. И вот Ярг-Вождь-Шаман говорит, что вновь она подобралась слишком близко, что она снова вышла на свой жестокий промысел.

Гхан осторожно поводит широкими плечами. В хижине вождя слишком жарко и по его спине течет пот. Тепла, которым старик балует свои кости, слишком много для крепкого парня, которому едва стукнуло семнадцать. Его кровь горячая и бежит по венам быстро. Он осторожно распускает завязки на меховой жилетке и разводит ее в стороны от пышущей жаром груди.

Гхан-пес преданно сидит рядом, устремив неподвижный взгляд на угли. Ему тоже жарко, он высунул язык и дышит часто, хоть и почти бесшумно.

Пес у Гхана хороший – мощное животное с густой серой шерстью, немного более светлой на груди и морде. Он уже почти вошел в свою полную силу, хотя еще и не заматерел.

Крей, брат Гхана, моложе его на два года, такой же крепкий, белокожий и черноволосый, с беспокойством смотрит на мать. Она сидит бледная, молчаливая, и лишь кусает губы, да тонкие пальцы без конца теребят завязку на рукаве. Их отец и ее муж еще вчера ушел вместе с группой людей на поиски Айри, маленькой внучки Ярг-Вождя-Шамана.

Девочка пропала рано утром прошлого дня. Вопреки запрету родителей, малышка, проснувшись пораньше, направилась проверить, не попалось ли что в подледные сети. Запасы, сделанные до наступления холодов, иссякли быстро, океан промерз, и почти вся рыба ушла дальше в его глубь. Чтобы поставить сети, лед приходилось долго бурить, а улов был скудным, но выбора у жителей общины Собак не было.

Быть может, Айри была слишком голодна, чтобы дожидаться, пока проснется кто-то из взрослых, или думала, что порадует своих близких, принеся к завтраку свежий улов… И, наверное, ей казалось, что в случае чего прыткие ноги донесут ее до дома раньше, чем к ней успеет приблизиться Ледяная ведьма. Увы, путь до сетей был не таким уж коротким, а цепочка маленьких следов вела лишь в одну сторону…

Семеро мужчин общины Собак вместе со своими верными псами отправились на поиски, как только перепуганная родня подняла тревогу. Они вместе дошли до лунок и обнаружили, что следы ведут дальше по льду, толстым слоем покрывающему океан, куда-то в занесенную снегом пустоту. Спасатели направились в ту сторону, и до сих пор не вернулись. Что могло понадобиться маленькой Айри в бескрайней ледяной пустыне, не знал никто. Но никто и не сомневался, что девочку позвала Канна-Итса.

И вот теперь Ярг-Вождь-Шаман собирает всю общину для того, чтобы возвестить о печальном предзнаменовании. Ведь то, что он говорит, значит почти наверняка, что ушедшие навсегда останутся в морозных объятиях ледяной ведьмы. Потеря семерых здоровых и крепких мужчин – серьезный удар для когда-то крепкой и многолюдной, а сейчас оскудевшей общины.

– Мы должны стать еще осторожнее. – Берет слово Кита-Итса, ведьма клана. Она еще совсем юная, на год моложе Гхана. Кожа у нее тоже пока белая, очень чистая, не успевшая загрубеть под ледяными ветрами, лишь на скулах нежные татуировки – алеющие цветы – символ ее жизненного предназначения. В прошлую зиму ее предшественница исчезла во внезапно налетевшей буре, и девушке ничего не оставалось, как взять на себя обязанности до срока.

Ибо во всей общине лишь она одна, кроме вождя-шамана, владела магией. Так было испокон веков – Вождь-шаман и Итса клана рождались с даром, которого остальные члены общины были лишены. Вождь-Шаман мог указать, где лучше всего пройдет охота, умел заставить вспыхнуть жарким огнем даже самые сырые дрова и защищал стойбище общины от нападений вечно голодных хищников. Говорят, раньше Вожди-Шаманы имели власть и над погодой. Но этот дар словно утратил свою силу. По крайней мере, ни одному Вождю-Шаману не удалось еще ни остановить насланную Канна-Итсой метель, ни заставить отступить лютые морозы. Зато Вождь-Шаман мог видеть предсказания в зорях над ледяной пустыней океана.

Итса же была врачевательницей, способной усилить действие трав и снадобий заклинаниями. А несложные раны затягивала и так, простым прикосновением пальцев. Так же она могла предупредить, если в засаде притаился хищник, умела поднимать и гнать в сети косяки рыб, и находить нужные травы в лесу.

Но Кита-Итса была слишком юна, а Ярг-Вождь-Шаман слишком стар, и все понимали это. Сколько бы они ни объединяли свои усилия – этого безмерно мало для того, чтобы противостоять коварству Ледяной ведьмы в их, и без того суровом, мире.

– Никто не должен выходить из дома после заката. – Напоминает девушка. Ее высокие скулы пылают от смущения сильнее обычного, от волнения она часто дышит, отчего ее оберег – три деревянных кольца, нанизанные на шнурок – разбрасывает красноватые блики, притягивая взгляд Гхана. Ее волосы, украшенные ракушками и перьями, тяжелым черным каскадом струятся до пояса, почти скрывая под собой жилетку из пестрого меха. – Никто не должен ходить на океан или в лес в одиночку. Никто не должен оставлять другого без присмотра хотя бы даже на миг.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.