Белокнижье
Собрание сочинений в 4-х томах. Том 3
Терентiй Травнiкъ

Иллюстратор Демьян Михайлович Утенков

© Терентiй Травнiкъ, 2017

© Демьян Михайлович Утенков, иллюстрации, 2017

ISBN 978-5-4485-0659-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Уважение имеет границы,

а любовь – никаких…

Михаил Лермонтов

«О любви писать так сложно…»

О любви писать так сложно,
О любви писать так – нужно.
О любви писать так – надо,
Очень надо – знаю я.

Всё, что выношено сердцем,
Что закралось тайно в душу,
Оставляю вам с Любовью,
Оставляю вам – друзья.

Оставляю эти звуки,
Эти смешанные краски,
Эти встречи на мгновенье
С тайной творческой земли.

Пусть для вас всё будет в сказке,
В настоящей, дивной сказке,
В самой сказочной из сказок,
О – несказочной любви.

2010

«Встречаю в келье день рожденья…»

Встречаю в келье день рожденья
С прохладой, книгой, тишиной —
Таким явился сорок пятый,
«текущий» сорок пятый мой.

Анноахматовское лето —
Пишу на стенах дневника.
Что нужно более поэту,
Чем сердце с кровью и рука?!

За каплей капля… На бумаге
Стихи оставили следы.
Под сорок пять в свой сорок пятый —
Я с Каллиопою на «Вы».

Приходят нужные слова,
И муза, в такт их повторяя,
Там, где кончается строфа
В такт рифме головой кивает.

Лето 2009

«…и ночь, и дождь, и с ними – я …»

…и ночь, и дождь, и с ними – я —
Закончено двустишье…

Еще – она – печаль моя.
Теперь… четверостишье.

Лето 2009

«Я уезжаю навсегда…»

Я уезжаю навсегда
В леса твоей души, родная,
Где уводящая от края,
Тропинка нежности прошла.

Там буду, как отшельник строгий,
С затепленной свечой в руке
Писать прошения свободе —
С благодарением к тебе…

2009

«Я знаю, ты сейчас в печали…»

Я знаю, ты сейчас в печали,
Я знаю, долги вечера.
Бывает так, что обручальны
И маета, и тишина.

И время вовсе не случайно
Уходит за Землёю вслед.
Не приоткроют этой тайны
Ни зов, ни взгляд и не совет.

Читая по твоим ладоням
Я видел россыпь дивных звёзд.
Я изучил и лоб, и брови,
И губ кайму и прядь волос.

Я знаю твои травы, тропы,
Твой цвет, и ноту, и число.
Мне ведомо – с кем путь твой соткан
Где твоё имя проросло.

Родная, ты сейчас в печали,
Но есть на пальце верный знак.
И всё, что в жизни ты встречаешь —
Он зачеканит жизни в такт.

Уйдут тревоги и измены,
В два ноль – -цатом году.
Придут из книги – перемены
В твою нелёгкую судьбу.

2009

«И падшие листья, и ветер, и скука…»

И падшие листья, и ветер, и скука,
И стрелки часов разошлись
им – разлука
Опять предстоит на час – целый час!
Один только час – ни много, ни мало:
Кого-то не стало и что-то пропало.
Один только круг циферблатной судьбы:
И вот, я – не я, и вот, ты – не ты.
А время при встрече и не потопталось
Секундой коснулось.
Да нет, – показалось…

2009

Городское

Когда под вечер – дождь и сырость
И на душе колесный скрип,
Как будто что-то отвалилось —
Там, где привычное: стык в стык —
Я надеваю плащ и долго
Брожу по городу один.
Дождь колется, от капель колко
И равнодушно от витрин.
И неуютно от прохожих,
Идущих мимо, я ж, как мим,
Без слов, движеньем осторожным,
Напоминая лимузин,
Скольжу по амальгамной коже
Потертой улицы своей…
Поверь, мой друг, совсем несложно
Стать одиноким средь людей.

Ноябрь 2009

«Застынут деревья в печали ночной…»

Застынут деревья в печали ночной,
Луна растворится в тумане.
Начну я писать о любви тишиной,
Осевшей в гранёном стакане.

И дзинькая ложечкой по тишине,
Чаинки, как листья, взметая,
Я в сладостно-бледной, смущённой луне
Тебя распознаю, родная.

Твой жемчуг на шее дрожит, как в воде
Стекольно-полночные звёзды,
Они говорят – не ищи мне, – в судьбе
Не встретишь чудеснее слёз ты,

Чем полугорящие полуогни
Луны, растворённой в тумане.
Чем бусы жемчужно-дрожащей любви
В обычном гранёном стакане.

2009

«Осень листьями пятнится …»

Осень листьями пятнится —
Сероглазая – в дожде.
Утро раннее – не спится,
Нет, не осени, а мне.

Под верблюжьим одеялом,
Щёку подперев рукой,
Философские начала
Выплетаю я строфой.

Чай лимонит, крепок, сладок,
В подстаканнике – не жжёт,
Вспоминается… Саратов…
Память… Нет, она не лжёт.

Дом. Окраина, калитка…
Полдень… Пахнет резедой.
А ещё – твоя улыбка —
Щёчки с ямкой-запятой…

В прошлом веке, жарким летом
Это было, было – мило.
А сегодня хмуро, сыро,
Краски выцвели – нет цвета.

А сегодня – я с тетрадью:
Чаепитие в… Стихах.
Вышиваю в строчке гладью:
Осень, утро, кот – в ногах…

И немножечко измято
Я заканчиваю стих:
Лето – было… чай, ведь, – с мятой,
А ещё… он – на двоих.

2009

«Не хочешь песен, будут – письма…»

Не хочешь песен, будут – письма.
Их на кленовых напишу
Листах – листами стали листья,
Шуршу опавшими, шуршу.

Несёт засохшие конверты,
Трудяга ветер-почтальон.
Слова осенние манерны —
В них прочеканенность и звон.

В них горечавостная вяжесть —
Все то, что вызрело за год,
Печали с чаяньем на радость,
Несложных правил новый свод.

В них столько грусти потаенной,
Надежды зиму пережить,
Что кажется благословенной
Осеннесказочная нить.

На это время кружевницей
Я становлюсь и, пяльцы взяв,
Пишу страницу за страницей
По златотканью октября.

2009

«Одеяло, утро, дождь…»

Одеяло, утро, дождь…
Нервно тикает будильник.
Зазвенел – дал подзатыльник —
замолчал…

Пёс, как Гаврош —
тапочки несёт к постели.
На полу – в углу – гантели…
Ну и что, что дождь на деле…
Нет, – на самом деле дождь.

За окном – сплошная осень.
Настроение – занозит.
Самочувствие – свербит…
Бытовухобытный быт.

Одеяло… Я – под ним.
Ах, и нудная же нота!
Вот, такой вот трендибрынь,
Вот такая – неохота.

По будильнику мне всё —
И начальство, и работа.
Из всего лишь «ё» – моё,
Остальное – пусть кого-то.

Я – окопник, я – пехота.
Самокручу бытиё.
Под зеничную зевоту
За окном стихами льёт.

2009

«Взять, и в осень загруститься…»

Взять, и в осень загруститься.
Надышаться трав пожухлых.
С редкоснежием кружиться
И скользить ледком по лужам.

Взять, и с осенью на время,
Перейти на «ты», сняв бремя.
Не потери смыть дождями,
А текучек канители.

И дождаться, чтоб запели
Завывальную метели,
И начать на самом деле,
Сердце раздавать горстями,
Сидя долгими часами,
С не пришедшими гостями —
Доиграть, что не сыграли,
И… допеть, что не допели.

2009

«Горевало горе горько…»

Горевало горе горько,
Что нет счастья у него.
Охи, ахи, да и только,
Эх-хе-хе… да ох-хо-хо…

То – слезливо, то – печально,
То – тоскливилось ему,
Не хватало горю… счастья,
Горе горю, – ни к чему.

У него его немало,
Вот оно и… раздавало —
Где попало, с кем попало
Горе – горюшко хлебало.

Горе тоже ищет счастье,
Бродит нищенкой средь нас,
Может быть, когда и встретит —
В первый… и в последний раз.

2009

«Пишу стихи… На всякий случай…»

Пишу стихи… На всякий случай
Я их – в черновиках пишу.
Когда становится мне скучно
Я эти стопки – ворошу.

Карандашом пометки ставлю
И удивляюсь каждый раз,
Когда, пусть малость, но исправлю, —
Совсем иной приходит сказ.

На пожелтевшую бумагу
Стекает новая строфа;
Так намываются мной фразы
Обыкновенного стиха.

2009

«Да… Осень – больше, чем влюблённость…»

Да… Осень – больше, чем влюблённость.
И для меня, в который раз,
Её немая окрылёность
Рисует трепетный рассказ.

И всё, что вижу в эту пору,
Всю писсаровскую мазковость,
И перелётность, и кленовость
Вверяю вам, читатель мой.

Ещё скажу, добавив к слову:
Такой желанный
и…
родной.

2009

«Всё дописать. Поставить – точку…»

Всё дописать. Поставить – точку,
И ранним утром, когда свет,
Идёт волною на просвет
Тумана мутной оболочки,

Задуть уставшую свечу,
Что рядом плакальщицей верной
Все строки, начиная с первой,
Вверяла древнему огню.

И напоследок, словно подпись,
Скрепившую всему итог,
Над письменным столом, как вензель —
Свой дивно пахнущий дымок,

Оставила моим началам,
Благословив на новый день,
Которого – всё будет мало,
Как ни крути, как ни одень.

Воск капал на листы устало
И гнулась майская сирень,
Как фиолета опахало,
Как глубины полночной тень.

2009

«Иду в свою работу с головою…»

Иду в свою работу с головою…
Любимая, ты делу не помеха.
Не стала ни гетерой, ни мечтою,
Но – спутницей, родному человеку.

Нет, в беды не беру, один в них маюсь,
Ползу один по этим самым бедам,
Строфою немудреною вплетаюсь
В печали я о песне недопетой.

Расходимся велением судьбы,
Ведь сердцу – даже строчкой
не прикажешь.
Печаль непостижима для весны,
И за весну – «любимый мой» —
ты скажешь.

2009

«Два мира, два пути Мужчине…»

Два мира, два пути Мужчине:
Один – творить и созидать,
Другой, опутавшись кручиной,
Из плоти Женщину спасать.

Ведя её по зыбям чувства, —
Соленый вырастить кристалл,
Но демон мастерит искусно,
Он для неё – Искусством стал.

Там нет благоуханья света,
И иллюзорен чистый цвет.
Казнила женщина поэта:
Глава на блюде – вот ответ.

Умолк пророк. Соблазны плоти
Пленили танцами царя,
И до сих пор, незримой гостьей?
Стучится к женщине – земля.

И как в невольном сновиденье
Вползает мрака пелена,
Так к женщине приходят тени,
И вновь – покойница она.

Дано мне видеть маску смерти
На лике женском в этот миг,
Печальней нет её, поверьте:
Горит погашенностью лик…

2009

«В доме по-ночному тихо…»

В доме по-ночному тихо.
Фонарей дрожащий свет
Сочным цветом облепихи,
С желтизной лёг на портрет.

И в причудливом дрожанье,
Проявившихся теней,
Вижу я, как оживает
Образ твой в душе моей.

Слышу шепот. Вижу – губы,
Сквозь натянутость холста,
В эти самые минуты
Мне являют чудеса.

В полуяви, полудрёме
Вновь мы встретились с тобой.
На стене – портрет и в доме
Только – я и… запах твой.

Запах имени и жеста,
Запах взгляда и шагов.
Льётся по стене отвесной
Бой встревоженных часов.

Но ничто нам не мешает
Наслаждаться тишиной
И вкушать невинность тайны,
И вдыхать её покой.

2009

«Не говори мне – не люблю…»

Не говори мне – не люблю.
Пусть так, но промолчи, родная.
Дай – доиграю, допою,
Чем грезил, чем живу, мечтая.

Всё то, что на сердце лежит,
Дай выплакать стиха твореньем.
Не говори мне – не люблю,
Не уводи под гнёт сомнений.

Дай долететь до синевы,
До убаюканности звёздной.
Пусть не нашёл любви, увы,
Но накопившиеся слёзы,

Возможно мне ещё сдержать,
Не дать им накатиться рёвом,
А только выжаться в тетрадь
Стихом – до ниточки солёным.

2009

«Почем стихи?» – спросил я как-то…»

«Почем стихи?» – спросил я как-то
Торговца книгами с лотка.
Он мне ответил виновато:
«Давно – поэты с молотка.

Начнем с рубля, а там увидим,
Бывало за три отдавал,
Вчера, вот, – Травника купили,
Так за два семьдесят отдал…

А то – давай, стихи, что надо,
Бери… за столько, – сколько дашь.
Неихненское нынче время,
Не гри-фи-лит-ся карандаш».

Я выкупил свои вериги
На все, что были – за углом.
Москва… Осенняя… Дом книги…
Что дальше? – Допишу потом…

2009

«В новый год подарите мне снега…»

В новый год подарите мне снега,
А еще шаробёдрую бабу
В панталонах снежного цвета.
Рыхлым телом, похожим на вату.

Чтоб она по утрам соблазняла,
По-хозяйски ведром гремела,
Чтоб морозцем в душе скрипело,
А не от-тепелью болтало.

В новый год подарите мне небо,
Утром синее, ночью в звёздах.
Проложите лыжню к подъезду,
Да сугробы… А если б в блёстках! —
Ну, так это, совсем, по-царски!
Отмечать нам пришлось бы с вами.

Раз – зима… Так подайте хасок!..
Да с кобылой гнедою сани!
А пока… – только снега с неба,
Чтоб умыться снежком, сощурясь.

Чтоб закат, как снегирь на ветке,
По-январски румянил с улиц.

Краснощечил смущеньем крыши,
Да слезил поцелуем окна,
И куда-то совсем не слышно
Уходил, наводя дремоту.

Приходите ко мне за снегом,
Я отдам вам его – стихами,
Напишу на бумаге белой,
По линейке наскребыхаю…

2009

«Обычное дело – осень…»

Обычное дело – осень,
И дождик по крыше – тоже.
И лужи, и жёлтые листья —
Ни вам не новы, и ни мне.

И даже, что жизни – мало,
И что-то не ладится в роже —
Всё это – обычное дело,
На самой обычной войне.

Войне за себя в этом мире,
Войне за себя пред собою,
В обычной московской квартире
В лино… лиуме и в обоях.

С балконом, где банки, да склянки;
С коробками на антресолях,
Соседской, с утра, перебранкой,
С вещизмом, а значит, и с молью.

А, впрочем, не в этом дело
И даже не в том, что осень.
Давно на душе – серо,
Давно – листопадная грусть.

А просто, – проснулся рано,
К тому же ещё и трезвым,
Вот и козыряю текстом,
Из вызубренных наизусть.

2009

«Спроси у Осени, родная…»

Спроси у Осени, родная,
О расчертивших небо стаях,
О – с севера на юг – скитаньях,
О далях, в бледных пеленах.

Ещё о том спроси, – где Лето?
Зачем?.. Да, так, – для: без ответа…
А, может, есть в дождях примета?
А, может, я с вопросом, прав?

Спроси, у Осени, родная,
Как листья – в жёлтом погибают,
Как ветер чердаки шмонает,
Как холодеет гладь озёр,

И как с надеждой зажигают
В холодных сумерках сжимаясь,
Рябины, тонкие рябины,
Свой, полный горечи, костер.
Спроси – у Осени, родная…

2009

«Я знаю, ты вернёшься…»

Я знаю, ты вернёшься.
Я сильный, я дождусь,
Пусть будет всё, как скажешь,
Смиренно каюсь – пусть.

Я больше, чем мгновение
Печали, и – поверь
Моё стихотворенье —
Тебе откроет дверь.
Смиренно принимаю
Разлуку от тебя,
Прощай, моя родная, —
я говорю… любя.

2009

«Чем больше я пишу стихи…»

Чем больше я пишу стихи,
Тем чаще вижу зависть, злобу.
Тем глубже в спину мне штыки
Втыкают алчные особы.

Заумно хмыкают мужчины,
Ревнуют женщины к строке.
Стихи! Какая же в вас сила! —
Менять полей и аур цвет.

Я волновал струной и кистью
Невдохновлённые сердца,
Но слово – как резец! И с мысли —
Снимает стружку – до конца.

Вслед из глубин незрелой плоти,
Поверив в это волшебство —
Взрастает в крестном переплете
Души блаженной естество.

2009

Восьмое декабря

Белый стих – лёг и стих…
Снежной нежности, родная,
Тишины и лёгкости
Я твоей душе желаю.

В танце кружатся снежинки,
И ложится пух с пером
В домотканые картинки
Чудо-сказки за окном.

Пусть на целом белом свете
Не сыскать весны зимой,
Но в подснежниковом цвете
Стих тебе слагаю свой.

Хочешь чуда? – Будет чудо.
Хочешь праздника? – Бери!
Посмотри скорей – повсюду
Распустились снегири.

Стих мой белый, значит рифму
Я не выдержу в строке —
Вьюжным вензелем закончу
С многоточием её…

2009

«Любимая моя, а я…»

Любимая моя, а я,
А мне… теперь, что с этим делать?
Ушла по зову Октября,
Мне изменила, дав отведать,
Осенней горечи листвы…

Не вы, не вам досталось это.
И хочется сказать —
Эй, ты, оставь её, она – для лета.
Зачем ей винный вкус рябин,
Усталость зябнущего леса.
Она совсем с иных картин,
Она – июньская невеста.

Любимая моя, а я…, а я ещё надеюсь,
Что та заря была не зря,
И каждый день для встречи бреюсь.

И каждый день пишу в стихах
Несуществующее имя,
Той, что когда-то я создал,
На перечёркнутой картине.

2010

«Даже ты меня покинешь…»

Даже ты меня покинешь,
Та, которая любила.
Не вини себя в кручине,
Что любимый стал не милым.

Не кори, а знай, родная,
Что любовь твоя чиста,
Что Господь мне дал скитанья
От листа и до Креста.

Чтобы в каждой – каждой строчке
Ладан лекарства пророс, —
Быть мне самой малой точкой
В сонме предрассветных звёзд.

2010

«Целую вздох твой и улыбку…»

Целую вздох твой и улыбку,
Дыханье нежное ловлю.
За всю твою неповторимость —
Благодарю, благодарю.

Я все сады твоих стремлений,
Что есть и те, что будут впредь —
Доверю златострунной лире
Поэта-странника воспеть.

Он губ твоих прикосновенья
Вплетёт в мелодию стиха.
И станут вечными мгновенья,

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.