2014 +/-
Стихи
Лейла Муллагалеева

Дизайнер обложки Лейла Муллагалеева

© Лейла Муллагалеева, 2017

© Лейла Муллагалеева, дизайн обложки, 2017

ISBN 978-5-4483-9922-0

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Предисловие

Мир тем, кто следует Прямым Путём, а также здравствуйте!

Вы сейчас держите в руках плод из глубочайших недр человеческой души, овеянный ветрами и взращённый дождями высочайших атмосфер человеческого разума. И пусть, плод сей мал на первый взгляд, но, лишь надкусив его, вы почувствуете, насколько он питателен.

И я смущаюсь совсем немного, описывая таким образом свой сборник – ведь именно так, в общем, писали о нём мои первые читатели, которые удостоились возможности прочесть мои стихи, когда я, по наивности и юности, ещё публиковалась на поэтических порталах. В какой-то мере, именно их отзывы побудили меня собрать в охапку стихи многих лет и издать настоящий сборник!

Признаюсь, это было нелегко… Поскольку, пик моего стихотворного прорыва пришёлся на 2012—14 годы – тогда мне было семнадцать-девятнадцать лет – я проходила этап становления личности, относилась к себе крайне критично, и многие объективно хорошо удавшиеся стихи повергались, по моему усмотрению, неизбежному удалению, растерзанию и забвению. Если честно, найдя недавно доступ к своим старым стихам, которые оказались сохранёнными в архивах некоторых ресурсов, я очень сильно удивилась – неужели это всё принадлежит моему перу!? Но в ходе перечитывания архивы и моей физиологически-душевной памяти активно всколыхнулись.

Настолько активно, что я без каких-либо колебаний сгребла всё в один файл, и вот-вот отправлю на публикацию. Да, если вы читаете это, то публикация свершилась удачно, ура!

Что я могу сказать о сборнике, кроме пафосной метафоры? Информация, обязательная к прочтению! Хочу сделать несколько наставлений по поводу правил чтения моих произведений… Запомните: там, где строфы разбиты таким образом, что в строчке содержится буквально одно-два слова – это не из моей прихоти и не ради увеличения объёма страниц! Таким образом я выделяю особо значимые слова или те слова, которые имеют рифму в последующих строках.

Некоторое время я вообще пыталась писать так, чтобы каждое слово в стихотворении имело рифму – и вы это обязательно заметите! Кстати, таким способом очень легко соблюсти размер и ритм, и этот способ очень помог мне на первых парах писать гладкие чёткие для чтения стихи, в отличие от многих других поэтов, которые на заре своей карьеры не могут похвастаться ничем, кроме нескладных нечитабельных строфок со скачущим размером. Ну, это я так, случайно. Не хотела никого обидеть.

Ведь мои стихи тоже очень сложно воспринять с первого раза. Многие из читателей признаются, что мои стихи нужно читать по нескольку раз. А если читать их вслух – то можно получить целую гамму различных чувств. Так, кажется, написал мне кто-то из рецензентов…

В сборнике содержатся стихи разных лет, как я уже говорила, и, так получилось, что они оказались разбросаны по всей книжке в совершенном беспорядке. А ведь, наверно, стоило упорядочить их хотя бы по годам, по их возрастанию или убыванию? Но пусть будет так, как есть… Возможно, это поможет вам уловить некую разницу в их стиле и смыслах, а, может, наоборот, создаст атмосферу вечности и её запечатления в одном месте и времени. Ведь, какая разница, когда были написаны стихи? Главное, что они написаны мной и прочитаны вами – вот то самое, из земного, что обуславливает существование этого сборника.

И ещё. В сборник включены некоторые произведения, которых здесь не должно было быть. Это те, которые имеют под названием разъяснения в круглых скобках, откуда они, зачем и к чему относятся. К слову, их немало… Это стихи из других сборников или произведений, а также выдержки из личных дневниковых заметок. Почему я решила добавить их в сборник, да ещё в таком количестве? В основном потому, что они имеют непосредственное отношение к моей личности и являют собой результат её деятельности.

И последнее. Это мой первый опыт публикации бумажной книги. Прошу отнестись с добром и пониманием.

Приятных впечатлений!

Как те и иные

Неприступный хребет,
словно с небом в незримом контакте,
полярной зимы белый полог
затылком цепляет.

Вечный холод. Но свет
неизведанных нами галактик
одинокий космолог
сквозь сердце своё проявляет.

Вот виден сквозь пар
от дыханья – таинственный блик.
Он вроде впервые
возник в перспективе обзора.

Бесхитростный шар…
По природе пустынен и дик,
как те и иные
планеты без фауны и флоры.

2017г.

Кочевье

Тени очертили
по каёмке
все вокруг
предметы естества.
Поднялись
крылатые бездомки
в небо,
как летучий караван.

Листья взволновались
на деревьях
от внезапной
рьяности их крыл.

Может ль быть:
романтику кочевья
от людей
неверный дух сокрыл?

Улетят туда,
где волны бьются
об крутые
скалы берегов.
Солнце, словно
яблоко на блюдце,
катится
за край материков.

2017г.

Вопреки

Вальяжно сакуры
сорили лепестками,
раскрасив в розовый
апрельские недели.

По ним ступаю
бесмятежными шагами,
гуляя по
благоухающим аллеям.

И разогретые
весенние деньки
текут во времени,
как кровь
в живучем теле;

как звуки музыки —
напрашиваясь еле
на слух
при чтеньи
поэтической строки.

И эта розовая
сахарная блажь
собой о страсти
и любви
напоминает.

Но я —
есть я —
души ослушной страж.

Я, вопреки мирскому,
грежу
Вечным Раем!

2017г.

Помнит

Человек невозможно мил:
он так трепетно помнит всё
то, что в детстве
своём любил.

Тихий быт деревень и сёл.

Помнит,
хмель на крылечке цвёл.

Помнит,
шершень над ним кружил.

Помнит,
ключ под горой журчал,
сосны в воду бросали тень.

Там начало у всех начал
и надёжная в жизнь ступень.

2017г.

Над Литлширом

Утренний туман
над Литлширом
легковесно стелется
и низко.
Два яйца, бобы
и тосты с сыром —
подан сытный завтрак
по-английски.

Пробудился садик
за окошком —
рыжею зарёй
врасплох застанут.
Лепестки в зелёных
плодоножках
выкрасились в цвет,
глотнув туману.

Мерно и спокойно
зреют злаки
в строгой
геометрии полей.

В огороды вышли работяги,
на дороги —
вольные бродяги.

Небеса становятся
светлей.

2017г.

Древний

В неведомом мире,
что грезится часто мне
прекрасная небыль
в пространстве течёт,
как день.

Яснее и шире
видятся, чем во сне
секвойи до неба,
и слышится чья-то песнь.

Там гладь водоёма
прозрачней стекла витрин,
до дна далеко —
как с неба и до земли.

Знакомый до боли
образ немых картин
забыть нелегко.
Он так глубоко…
вдали.

Там под
монолитом вод
древний город спит.
А корни секвойй
разрушают каменья зданий,

листвой подперев небосвод
и беспечный быт
птиц – их гомон живой
и песен их смысл многогранный.

Я люблю этот мир.
Но не за прелестный вид.
И не за тайну,
что он под собой хранит.

И не за трепет
тихий далёких лир.

А за то, что тот город
впредь от грехов отмыт.

2016г.

Не разберёт

Лихо пронеслась
гроза над степью.
До чего тот край
к дождям строптив!

Воздух исстегала,
словно плетью,
атмосферу тлена
разрядив.

Быль-ковыль к земле
приник от страха.
А люцерна —
та наоборот —
расцвела, воспряла,
как из праха.

В небесах то тут,
то там сверкнёт!

И татар, по жизни
хмуря брови,
из шатра
глядит на небосвод:

толь со страстью,
толь с холодной кровью —
в этом сам себя
не разберёт.

2017г.

Рядом

Там благородные
струятся водопады,
где спят подножия
далёких побережий.
Но я же чувствую —
божественное рядом!
Теперь не только лишь во сне,
как было прежде.

Я оживаю,
когда чувства оживают.
Но в этом мире
жизнь и боль – неразделимы.
И я уже одно другим
не измеряю.

И мне достаточно, что ветер
дует в спину!

Иду по ветру,
но ветрам – не покоряюсь.
Они не мой фетиш.
Я просто верю в знаки.

Идти по ветру —
это всё, что мне осталось…
в безумном мире.

Сквозь костры, сквозь буераки.

Сквозь тихой ереси
отравленную сеть.

Мне так предписано
в незримом провиденьи —
попеременно падать и гореть.
Забыть себя
и со всеобщей слиться тенью.

Я приняла всё это!
С верой, что вот-вот
на горизонте
вновь забрезжит утро.
И вновь к божественному
чувство оживёт,
попутный ветер
вновь затреплет кудри.

И будет он неотразимо свеж!

И гор откроется
невиданный рубеж,

где благородные
струятся водопады.

В моей душе.

Ведь всё божественное —
рядом!

2016г.

Не ищи смысл

Глаза твои —
в миры цветные двери;
и мысли так разнообразны,
но чисты…
Господь не ждёт,
чтоб ты в Него поверил.
Он – знает! —
что в Него поверишь ты;
и обратишь к Нему лицо
в горячий полдень —
как тот, в траве,
на дёрн упавший лист.
А дёрн прохладен,
мягок и росист,
и он на сны благие
плодороден.

Разверзни грудь!
А веки опусти… —
и жар померкнет.
Знай, за облаками
перворождённая роса,
в густой сети.
Ты напои ей душу
щедрыми глотками.

Небесный круг —
ориентир.
А стрелки лгут,
пусть, даже если горизонт
в лохматых тучах!
Хоть человек, скупой,
секундой мерит труд,
но мыслить он —
согласно Вечности научен.

Смотри…
уже нещадный круг
поджёг зенит.
И дёрн потрескался,
а лист тот убиенный
края загнул и
спрятать норовит
от кары жалкие прожилки
жизни бренной.

Ты молишь дождь.
И на твои мольбы
струятся капли,
словно перемолвки
с Душой Господней.
Лужи – лишь осколки,
оставшиеся,
чтоб ты не забыл
про Голос Бога,
ласковый и звучный;
про чуткий Слух Его
в галдящей суете;
про вечный Взор Его,
пытливый, безотлучный…
Его знамения,
простёртые везде.

Ты раб в узде.

Но сердце налегке.
Дыханье труб небесных
вдалеке,
оно прерывисто
целует твои длани.
Пусть, поцелуи эти нежные
так манят —
ты, всё равно,
не стой на сквозняке.

Позволишь раз
промозглым нитям свежих вихрей
смотать в клубок тугой
взъерошенную мысль —
и никогда ей, тяжкой,
не увидеть высь
в конце Вселенной,
в век безветренной и тихой.
С её конца,
севозь толщу атмосфер,
узримо то,
что скрыто облаками;
глубокий космос
с необъятными боками —
свидетель времени
и скорой смены эр.
Ты часть его.
Но ты его весомей.
Он – сотворённый
для тебя и для меня.
И, что для космоса
точнее время дня —
так это просто:
чтоб не скучно и не сонно
у ног Господних
ему было возлежать.
Вот вся загадочность
его существованья!
Давно сломали бы
систему Мирозданья,
но Мирозданье проще строить,
чем ломать.

Ты в размышленьях
вытираешь пот со лба,
дань позапрошлого
оставив летописцам.
Бог, сквозь вселенные,
для каждого раба
переворачивает
новые страницы.

А на твоих, смотри:
уютный дом,
лучами тёплыми
окутанная башня,
на полках томики
про рыцарей бесстрашных
и про триумф людских сердец
над вечным злом.
Там взрослый ты.
И радость от побед
немой усталостью
легла тебе на плечи.
Парит в мирах
свободным почерком сюжет
и мудрый взгляд
об их неровности калечит.

А счастье с радостью
зависят от души,
в ней лишь плохое —
то приходит, то уходит.
Умеет Бог
людские души ворошить,
но то, хорошее,
что в душах есть – не тронет.

Так будь же счастлив!
Даже если ты на свете
один.
В безмолвии планет.
И не ищи великий смысл
в моём куплете —
его, увы, скажу тебе:
здесь нет…
как нет его нигде
за гранью сердца,
и нет похожих
и иных его проекций.
Хоть он в подробностях
народами воспет.

2014г.

Приятное

Благословенной
пятницы ветра
приносят нам
приятное волнение.

И их по-детски
шалая игра
в ветвях сплелась
с весенним настроением.

На них к мечети
ангелы летят.
В дверях
считают прихожан,
благословляя,

напоминают —
Превелик Аллах
и Свят!

И солнце греет.
И сугробы тают.

2017г.

Герой без меча

Новый мир
под пером у Мастера
открывает эпоху войн.
В нём герой
без меча и бластера
охраняет земной покой.

Восстаёт он
на пике ветреном,
опираясь на посох-сук.
Заклинанья
из слов потерянных
собирает в ладонях рук.

И великая сила
кроется
под сплошным эбонитом туч…
А герой без меча
всё молится,
к небесам подбирая ключ.

Нам исход неизвестен
– временно —
ведь войны не исчерпан срок.

Руки к небу
на пике ветреном
всё вздымает седой Пророк.

2016г.

Туман

Мне этот мир приносит
радость и страдания,
но в нём туман
их размывает очертания.

Но скоро мир и сам
падёт за грань реальности,
теряясь между равнодушием
и крайностью.

А я возьму чуть-чуть
чернил у горизонта
и обведу поярче
всех эмоций контур.

Вновь научусь встречать
и радости, и беды.

Я проведу свою черту
меж тьмой и светом.

2016г.

Сват

Воздух —
что жидкий хрусталь;
резво птицы кружат,
словно хлебнули
рябинный
сироп-энергетик.

В снежной накидке
брутального леса
душа
оттаяла вдруг,
обнажив
под сугробом букетик —

белых подснежников
хрупких
букет кружевной —
будто само
воплощение
прежних снежинок.

«Будешь, весна,
ты моей
ненаглядной женой?»

«Нет! —
пронеслось над его
головой вороной,
– я пройду мимо
заросших корнями
тропинок;
может, и вовсе
я их обойду
стороной.

…после меня
к тебе в гости
нагрянет мой брат —
стройный
в одеждах зелёных
кудрявый мулат.

Ты угощай его:
ягод, смотри,
не жалей!

С этим он станет
добрее к тебе,
веселей.

А постараешься —
станет меж нами,
как сват!»

2017г.

Вкушая

О, помоги мне
справиться с собой,
когда шайтан меня
грехами искушает.

Они, пусть,
малые —
но в них беда большая:

когда они набросятся
гурьбой —
утонешь в них,
как в яме выгребной

всё содержимое
её нутра
вкушая.

О, помоги мне
справиться с собой…

2017г.

Джек

(школьное конкурсное стихотворение)

Бледный месяц
за тучей потух.
Почерневший
сорвался лист,
как безбожник и атеист,
на земле
испустить свой дух.

На могиле средь
сгнивших цветов,
под надломленным
ржавым крестом,
сбитый дрожью,
лежал пластом,
старый пёс,
в самом пике летов.

Я, как тень
жизнью смытых границ,
сгустком света
к нему подошёл.
Вспомнил храп его
так хорошо,
как не помнил
мелькающих лиц.

Он почуял меня
и завыл,
не страшась воем мёртвых
поднять.

Лишь детей
потерявшая мать
внять душой бы
смогла его пыл.

Я взглянул
в два туманных зрачка.
Ничего в них
давно уже нет.
Ветер сдунул
наш вечный момент
звонко сломленным
хрустом сучка.

Я молчал.
До рассвета б молчал.
Но, в глазах своих
влагу держа,
я воскликнул:
«Родная душа!
В бренном мире
надёжный причал!

Дом мой нынешний
в мокрой земле…
Иногда, прошу,
помни о том:
мне теплей
под твоим животом,
чем под пледом снегов
в феврале.»

Были лужи
и слякоть кругом.
Но дрожать перестал он.
В глазах
засветился мой
призрачный прах.

…я ж его
чуть не кончил щенком…

2012г.

Я бежала…

Я бежала по снегу
неистово
прочь от дома,
навстречу заре.

Было небо большим,
аметистовым,
и восток по-иному горел.

Даже снег был
чуть-чуть фиолетовым
и навязчиво ярко блестел.

Никогда
не забуду я этого,
как забыла
о важности дел.

Как забыла,
зачем я бежала вдаль,
засмотревшись
на утренний сон.

Может быть,
это вовсе – не невидаль?

Может мир
вот таким был рождён…

2014г.

Птица и Миндаль. Притча о любви

От своей стаи вдруг отбилась
Птица Райская
и притворилась,
будто сломано крыло.

Она отвергла стаи милость
в ночь ту майскую

и растворилась,
бьясь об облако челом.

Её к себе позвал Миндаль
цветами сонными,
клянясь,
о верности шепча,
давал обет, —

и… полетела она вдаль,
заворажённая,
а на плечах её
цветных сиял рассвет.

2013г.

Не надо, стая

Снег падал.
Таял.
Снова падал.
На чистый
холод моих губ.

Не надо,
стая…

Нет, не надо
кричать сквозь шёпот
зовом труб.

Лететь,
куда
сама не знаю,
оставив всё – что есть —
Врагу.

– Лететь?
– Ну, да…
– Не слушай стаю,
Я без тебя здесь
не смогу!

2014г.

А зачем?… Не стихи

Мы ходили под одним солнцем.
А зачем?

Чтобы однажды, в поцелуе,
закрыть глаза и забыть
его лучи.

Нас хлестали в лицо
одни и те же дожди.

А зачем?
Чтобы мы не умерли от жажды,
скучая
друг по другу.

С одинаковой силой
толкали нас в спину
вольные ветры.
А зачем?
Чтобы мы не останавливались
на Пути и не сворачивали с него.

С одного и того же расстояния
смотрели на нас
непостижимые звёзды.
А зачем?
Наблюдали, предполагали нашу встречу.

По одной дороге мы ходили,