Жизнь замечательных людей
Рассказы в дорогу
Александр Венедиктов

Редактор Александр Викторович Маньков

© Александр Венедиктов, 2017

ISBN 978-5-4483-9975-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Жзл

Увайс

Лёма Чигаев давно забил на рекомендации шариата касательно спиртного, и синячил как брянский алкоголик. Удивительный был человек. В двадцать два года Лёма прочитал первую, и… так получилось… единственную книгу: «Три мушкетёра». Мусолил он её 5 месяцев… зато выучил наизусть. Чтение забрало столько психической энергии, что Лёма устал от книг до конца жизни. Спорт его совершенно не интересовал… только Формула-1. Лёма понятия не имел, кто такие: Пеле… Сабонис… Мухаммед Али… Помню когда я первый раз назвал фамилию Третьяк, он помолчал несколько секунд… и сказал: «Чё ты своими французами козыряешь… Жюссак, Каюзак, Третьяк». Удочку Лёма не держал в руках ни разу, настольные игры презирал, рок не слушал, а коллекционеров считал больными людьми…«Объясни мне ради Аллаха – КАК можно марки собирать? Их бля лечить нужно».

Обильные возлияния не мешали Лёме жить, и никак не влияли на его статус. Он был лучший в городе костоправ… нет, не кости вправлял – он чинил автомобили. Лёма разбирал жигулёвский движок с завязанными глазами… раскладывал все детали на заранее приготовленные табуретки, и потом собирал… на спор. Так он выигрывал пари: ящик водки, или коньячный подарочный набор. Магарычи Чигаева губили. Двенадцать часов в сутки Лёма проводил под транспортными средствами… и бухал… бухал… бухал… прямо во время работы. Его знала вся республика. У него чинились ВСЕ.

У Чигаева случался один выходной в декаду. Назначал он его сам, по наитию… и тогда квасил дома. Никто в этот священный день не мог уговорить его работать… Как-то раз, сын первого секретаря горкома партии вляпался в столб на новой шихе. Надо было спешно выправить… пока отец на совещании. Сынок-мажор направил к Лёме делегатов, как положено с гостинцами: дорогое пойло, ведро клубники, свежая барашка… Лёма торжественно вышел в трусах на балкон с пузырём водки в руке, аки Нерон с арфой, и немного театрально, но внятно… послал всю депутацию на хуй. Независимый был автомеханик Лёма Чигаев… А жили мы на одной лестничной площадке, двери напротив.

И вот, в один из таких выходных, про которые знал весь район, раздаётся звонок в дверь. На улице среда, 10 утра… Открываю… Лёма… Перегар… Всегдашняя улыбка.

– Салам сосед! Давай быстро штопор… и сам собирайся.

– Куда?

– Ко мне.

– А штопор зачем? Ты чё, на вино перешёл?

– Ни в коем случае! Ко мне друг детства в гости приехал… два года не виделись. Водка есть, вина навалом… а штопора нет. Давай скорей… не задерживай добрых и честных людей.

Беру штопор… Запираю дверь… Пятнадцать шагов… Лёмина кухня… За столом, спиной ко входу сидит человек, курит. Обхожу сидящего слева, с энтузиазмом протягиваю руку, и представляюсь: «Юра». Гость встаёт, поворачивается лицом, и вместо рукопожатия… приобнимает меня за плечо: «Увайс, мы с Лёмой одноклассники». Присаживаюсь… И вдруг как током прошибает, и морозец по спине… у Увайса нет обеих кистей. На культяпки надеты странные штуковины… кожаные наставки на ремешках, со множеством отверстий разного диаметра. В одно из маленьких отверстий вставлена проволока с колечком. В колечке – сигарета. Увайс заправски курит, и сбивает пепел точно в пепельницу… Наверно у меня на лице всё «написалось».

– Да дружище… так бывает. Фугас в ладонях взорвался. Остался без рук… вот уже 4 года. По гитаре скучаю, кто бы знал… Давай Юра, вино открывай. За знакомство выпьем. Погутарим с тобой, а то с этим дегенератом, кроме как о машинах… говорить больше не о чем.

– Э! Выбирай выражения. Интилигент хренов… или как там по-русски похожее слово есть, а Юрец?

– ..Понятия не имею.

– Интеллектуал… чудовище! Наливай Юра.

Открываю вино, разливаю… а сам непроизвольно стреляю боковым зрением на культяпы в кожаных примочках. Непривычно как-то… Увайс ловит мой взляд, и лыбится. Вдруг он резко прижимает левой рукой зубья вилки к столу… вилка приподнимается. Правой рукой делает быстрое движение, и насаживает вилку в паз. Раздаётся щелчок… и вилка – как будто всегда там была. Накалывает маринованный огурчик, потом капустки зачерпывает… Наклоняется. Прикусывает зубами край стакана. Выпивает махом, сделав несколько звучных движений кадыком… Ставит стакан. Ещё огурчик. Опять капустки. Да ловко и быстро… Я в восхищении.

– Ну ты молодец!

– Хорошо что только кисти оторвало. Если бы по локоть… я б так не виртуозничал.

– …..

– Да спрашивай-спрашивай. Я же вижу… хочешь спросить.

– Хочу.

– Давай.

– А почему у тебя в этих штуках все отверстия разные… для разных инструментов?

– Правильно мыслишь… Вот этот паз для вилки и ложки, а вот этот для ножа. У меня они на заказ сделаны. Один мастер исполнил в Элисте… и кожаную основу, и все прибамбасы. Другие не подойдут.

При этом Увайс моментально освобождает свою вилку, прижимает к столу лёмину, и пытается вставить… не входит. Опять надевает свою.

– Я по командировкам постоянно, так что всё своё вожу с собой… Наливай Юра.

Лёма молча кормит попугая Аптышку… Недовольный перегаром Аптышка вздыбил хохолок… Разливаю.

– Ты красавчик Увайс… А вот эта большая дырка для чего?

– Это единственное отверстие на резьбе, для бритвенного станка. Я «bic» не признаю. У меня и станок специальный, тоже на заказ. Спасибо Шатилю – элистинскому. Всё предусмотрел. Я короче: лезвие вставляю, станок вкручиваю…10 минут, и готово. Как и любой обычный мужик.

Я всё больше поражаюсь… как человек приспособился за 4 года. Не упал духом, и вообще… на позитиве. Увайс смачно выпивает, кулдыкая кадыком. Нанизывает огуречик.

– Давай-давай, нтересуйся. Всё поведаю… Вот видишь треугольные пазы? Это для отвёртки… стамески… и пинцетов.

– Ни фига себе! Ты и работать можешь?

– Юрка, я всё делаю… ВСЁ! Без пинцетов невозможно пуговицы у рубашки расстегнуть, и мотню. Вот смотри: один пинцет на пружине, другой на магните. На мотне молния… зацепил её пинцетом, и всего делов. Пуговки тоже надрочился, без проблем. Одним пинцетом закусываешь материю рубашки… другим пуговицу просовываешь. На трудовой стезе у меня трудности только там, где присутствует очень сильное нажатие. Например: писать могу… хера там того карандаша, а по дереву вырезать сложнее… там давить надо, да ещё и фигурно. Отвёрткой запросто могу работать, а дрелью не получится… Понял-нет Юрец?

– Понятно… А магнит зачем?

– У меня куча батников на металлических заклёпках… и хоботок ремня без магнита в дырку не проденешь.

Становится стыдно…«У тебя все члены на месте, а молоток из рук выскальзывает… ещё и на ногу. А человек без рук – стамеской работает».

– Это херня Юра… Подойди к окну.

– Зачем?

– Ну подойди-подойди… не бойся, чё ты. (Прохожу к окну.)

– Видишь красную восьмёрку?

– Вижу.

– Я на ней приехал.

– Ну ты ДАЁШЬ! Ты и тачку водишь?

– Ха-ха-ха! Я одной левой рулю… Ни единого нарушения не было. Ни одной аварийной ситуации… Коробка – автомат. На рулевом колесе – наручник эбонитовый. Я левую руку пристёгиваю, и вперёд… Айртон Сенна отдыхает! Правда Лёма?

– Подтверждаю.

Я в восторге… Увайс это видит, ему приятно.

– Вот решил двух зайцев убить: другана проведать, и заодно чтоб ходовую мне перебрал… А у него выходной. Приходится с ним жало заливать… Обещал завтра к обеду сделать.

– Свиноеды! Позор джунглей! (Аптышка, разъярённый обстановкой.)

– Оу-Оу! Угомонись… птеродактиль сраный! (Лёма хлопает по клетке кухонным полотенцем.)

– Увайс, а чё ты ещё умеешь?

– Стрелять могу, но не из пистолета. Отдача сильная… аж из рук вылетает. А из калашникова – запросто. У меня в машине спецкрючок валяется (наливай, за Шатиля выпьем) …вставляю в паз, и жму на спусковой. Но отдача всё одно мощная… я же не могу цевьё захватить как следует. Просто зажимаю приклад под мышку, ствол в наручник просовываю, а цевьё изгибом руки фиксирую… Короче Юрка, из автомата – выбью больше тебя однозначно… Ещё пультом пользуюсь спокойно, маленькой палочкой. На колени пульт кладу, и нажимаю кнопки… Мочалкой владею свободно, она у меня на резинках..

– Мочалку тоже Шатиль сработал?

– Не-е, мочалку жена сшила… Культи просовываю в резинки, растягиваю как эспандер, и моюсь.

Лёма пьёт свою водку молча… даёт поговорить.

– Увайс, так ты женат?

– Конечно. Трое детей. Все учатся… Вот видишь дырочка? Это для кисточки… с младшей дочкой акварелью рисую.

– …..

– Ну спрахывай-спрахывай, чё ты… Вторую половину трахаю нормально… там пальцы не нужны… Хотя нет, нужны конечно… но не очень. (Хитро щурится.)

«Вот молодец Увайс. Настроение создаёт… и поддерживает»…Разливаю.

– Позор джунглей! Пиздализы! (Революционно настроенный Аптышка.)

– Ты чё в натуре разошёлся… беркут недоделанный!

– Я Шатилю бронзовый бюст установлю на входе в его подъезд. Золотые руки у еврея… левша натуральный.

Увайс отодвигает полу пиджака… а там Весь набор: пинцеты… отвёртки… крючки… плоскогубчики… чего только нет.

– Патронтаж для причиндалов тожить жена срукодельничала… Вот эта лопатка – страницы переворачивать, заодно и закладка… Вот заточка. Я конечно не Брюс Ли… но реакции хватит. Завалю ЛЮБОГО, кто на моём пути встанет… не говоря уже о семье. Насквозь проткну. Я четыре года тренеруюсь… Засунуть руку за пазуху, насадить спицу, и сделать выпад… на всё про всё – ровно 3 секунды… Э, хозяин! На Аптышке разрешишь опробовать? Он достал уже своими претензиями.

– В задницу себе воткни… живодёр.

– Ну тогда дай ему жалобную книгу, пущай записывает… а то орёт как Паваротти.

Вино вставляет по шарам… Весело… Допиваем с Увайсом четвёртый пузырь.

– Мы уже с тобой по два 0,7 приговорили… Ты заночуешь у Лёмы?

– Да, конечно… если не выгонит.

Я под сильным впечатлением от возможностей этого человека… и тачку водит, и моется-бреется, и утюг починить может, и жену удовлетворить… Но какая-то незавершённость… Видимо Увайс уловил во мне некоторую задумчивость… назревший, но незаданный вопрос.

– Юра.

– Чё?

– Ты что-то ещё хотел спросить?

– Разве?

– Я ж не пацан… вижу что у тебя САМЫЙ деликатный вопрос готов с языка сорваться… Не боись. Спрашивай.

«А ведь умный Увайс… или прозорливый. Он похоже по 300 раз уже Всем Всё разжёвывал… Но спросить и вправду язык чешется».

– А скажи Увайс… даже не знаю… а ты когда..

– Ну чё ты мямлишь Юрка! Так и спроси: «Увайс, ты когда посрёшь… как подмываешься?»

– А как ты догадался?

– Живу давно, и начитанный… в отличие от некоторых. (Смотрит с улыбкой на Лёму.)

И вдруг Увайс резко вскакивает со стула… и разыгрывает пантомиму.

– Смотри! Видишь? Культяпки до задницы не достают… Я перед тем как погадить, полностью раздеваюсь (имитирует снятие брюк) …гажу… запрыгиваю в ванну… открываю воду… сажусь на корточки… и подставляю спину под струю… вода стекает по спине, и между ягодиц попадает куда надо… А я сажусь анусом на пятку, и начинаю ёрзать…30 секунд – ВСЁ! Супругу же не будешь звать на такое мероприятие… Научился.

– Круто!

– Правда я только дома могу личинку отложить спокойно, или в гостях… вот как у Лёмы. В офисе, или в общественном сортире – не вариант… Биде не для меня.

– А если в дороге прихватит?

– Перед дальней дорогой кишечник освобождать нужно… Но если в пути форсмажор – выручают лесополосы. У меня в багажнике всегда две литровые брызгалки валяются… А вообще Юрец, я без комплексов. Если понос, или ещё какая дизентерия – не постесняюсь за помощью обратиться… Любая сердобольная старушенция поможет. Дам 50 баксов, и попрошу побрызгать куда надо… А за сотню, какая угодно тётка подмоет… и не только подмоет… Ха-ха-ха!

Вот Человек! Уважаю таких! А после седьмой бутылки выяснилось… он ещё и стихи сочиняет.

Лёха

Лёха работал водителем в огромном хозяйственном магазине. Обязанности простые: сидишь в подсобке и играешь в домино, пока тебя не вызовут по внутренней связи. Доставил джакузи по указанному адресу, и опять козла забивай… Зато вне работы УАЗ-3303, принадлежащий магазину, был в полном лёхином распоряжении… так было оговорено с шефом.

Шеф присматривался к Алексею ровно год… ни одного нарекания от покупателей, ни одной претензии от ДПС, ни единой пьянки внутри коллектива. Легче в груде янтаря отыскать кусочек с комариком внутри, нежели совсем непьющего водилу… но от Лёши перегара никто никогда не слышал. Через год безупречного вождения, шеф вызвал его к себе в кабинет, и сказал: «Алексей, ты добросовестный работник… и просто хороший парень. Я решил тебя повысить. Сдавай ключи от машины Виктору, и с понедельника – ты менеджер по унитазам… Работа не пыльная: общение с поставщиками, накладные… бухгалтерия простая, разберёшься быстро. В деньгах выигрываешь 8000 рублей»…Восемь штук – большие деньги! Да и менеджер по унитазам – это вам ни колёса бортировать под дождём… грязи под ногтями не будет. От лёхиного ответа шеф чуть не подавился бутербродом: «Анатолий Владимирович, извините… я уж лучше порулю». На удивлённые вопросы сотрудников: «Ты чё, дебил?»…Лёша парировал: «Да ну его на хер. Мне тачка под жопой нужна». Так и остался шофёром. Зато на выходных шабашки… рыбалка… маму на дачу отвезти… Одним словом – Лёху устраивало.

10 марта 2008 года, в воскресенье, у Алексея выдался удачный выходной… С утра он присобачил на лобовое стекло «Перевозка грузов»…вследствие чего в разные пункты назначения доставил: спальный гарнитур, бетономешалку, длиннющие гардины, и даже двух живых свиней..заработав за день те самые 8000, которые предлагал шеф, в качестве ежемесячной надбавки. Потом ещё две поездки: сбагрить списанную, чуточку бракованную раковину… и к любовнице.

Поздно вечером, по пути от любовницы к дому, Лёша решил пополнить бак горючим, чтобы утром не париться в очереди. Он припарковался на обочине, в двух кварталах от АЗС… вплотную не позволял подъехать железнодорожный переезд с высокой насыпью.

Промозгло. Ни души. Лёха оставил машину с включёнными габаритами, взял 10-литровую канистру, и быстрым шагом направился в сторону заправочной станции… Подошёл к зарешеченному окошку, и нагнувшись, заглянул внутрь помещения… За столом, головой на скрещённых руках, дремал заправщик. В этой же комнате, на кушетке, крепко спал другой, храпя как простуженный носорог в скандинавском зоопарке… Первым душевным порывом Алексея было заорать благим матом, и порадоваться глупым физиономиям резко разбуженных людей. Лёша уже открыл рот, и набрал побольше воздуха… как вдруг узрел нечто значительное: ящик кассового аппарата, стоявшего на столе, был выдвинут… мало того, пластмассовое устройство, предназначенное для прижима купюр, было поднято… Лёхин цепкий ум моментально оценил положение. Тарзановский вопль захлебнулся в гортани за секунду до воспроизведения. Лёшик остолбенел, и перестал дышать. Сквозь решётку он просунул руку, насколько возможно… и дотянулся пальцами до краешка кассового аппарата. До отсека с купюрами не хватало каких-то тридцати сантиметров… Машинально схватив со стола почти полную пачку Winston и дорогую зажигалку, Алексей стал лихорадочно соображать… а соображал он в таких ситуациях быстро, как ЭВМ.