# Дети змеиного дома

Галина Нигматулина

Попасть в жестокий плен к нааганитам. Стать ценной собственностью ньера, его со-рин. Без права голоса, без права на жизнь. Инкубатор – вот моя участь, вот моя судьба. Но… не знали змеи, кого впустили в свой дом. Ох, не знали. Мягкой поступью да нежной рукой… и вот меняются многовековые устои и традиции Великой империи, сотрясаются от перемен змеиные дома. А все потому, что я качаю колыбель своих детей… Детей, что будут править этим миром…

© Нигматулина Галина, текст

© ООО «Издательство АСТ»

* * *

С момента отдыха на озере прошло три дня. Таких спокойных и тревожных одновременно. Спокойных, потому что ничего особенного в моей жизни не происходило, тревожных – мы ждали гостей…

В связи с этим все вернулось на круги своя: никаких прогулок в парке – лишь покои ньера, общение с Лаитой только через консоль или нуарр, двойная охрана у дверей, постоянное присутствие в комнате раянок. Еще и лорды редко появлялись. Забегут на полчасика, проверить как дела у их цветочка и детенышей, прикажут Анаишшшу глаз с нас не спускать, дадут раянкам ЦУ и возвращаются к своим обязанностям, занимаясь организацией предстоящего праздника и встречей соправителей. Их размещением. Безопасностью Шиммора и всего сектора. Контролем многочисленных структур… Как я знала, Шэйтассс даже дополнительные силы ниидов подтянул с Адаманарра с высокой степенью боевой мощи и защиты. Да и бронзовый с золотым нам в помощи не отказали, предоставив свой флот.

И первые «ласточки» нааганитской элиты уже прилетели согласно протоколу.

Медные нидды во главе с Ингарром и, к моему приятному удивлению, песчаные кадды и их лорд Анасстан. Почему приятному? А не знаю, но из всей правящей верхушки только он и даэрр не вызывали у меня неприязни, не считая, конечно, ледда. Скарр был дружественен нашему дому. А вот Анасстан… интуиция мне подсказывала, что песчаный нам не враг. Поддержал же Дэйрашшша тогда на Адаманарре? На Совете вел себя более чем пристойно. И я помню его желто-коричневые змеиные глаза, когда мне стало плохо. В них было сочувствие к маленькой самочке. Искреннее… Поделилась своим мнением об этом «тигрике» – как я его прозвала – с Анаишшшем, поинтересовавшись: «Друг нам восьмой лорд или враг? В какую коалицию входит? С кем в союзе? Бояться его или не бояться?..»

После моей последней фразы иссаэр фыркнул. Только вот в раздавшемся мужском голосе, отвечающем на мои вопросы, веселья вовсе не было. Там была задумчивость.

– Не знаю, надин. Анасстан относительно недавно стоит у власти, чуть больше пятидесяти лет, и пока долгих союзнических отношений ни с кем не поддерживал. Его дом очень силен, а границы сектора закрыты. Любая поступающая и исходящая информация жестко фильтруется. Свободная миграция запрещена. Только по лицензии. Всех незаконных «перебежчиков» уничтожают. Торговые пути строго контролируются. К ним даже сорхи редко наведываются – себе дороже. «Тигрик» не такой уж и мягкий, как ты о нем думаешь, малышка. И в чем-то подобен нииду – своя потеря…

– Жаль. – Я разочарованно вздохнула. – А мне показалось, я видела жалость в его глазах, когда мне стало плохо. Значит, еще один охотник на наш дом? Хм-м-м… а что за потеря? – спросила я с любопытством, обратив внимание на последние слова иссаэра.

– Шесть лет назад Анасстан опустил в зал памяти пепел своей со-рин, с которой прожил больше тридцати лет, щадя ее от второго «права ньера», – ответили мне, порывисто прижав к себе в защитном жесте. – Убийство.

– Он?! – Я с ужасом взглянула в сиреневые змеиные глаза. Просто, когда тебя так охраняют…

– Нет, глупая. Кадд с халидки пылинки сдувал. – Меня погладили по голове и поцеловали в губы. – Санарра была его сокровищем. Как ты – наше. Она сама воспитывала своего первенца и даже со старшими наследниками ньера поддерживала хорошие отношения. Теплая… – Более глубокий поцелуй. – Когда ее не стало, песчаный чуть не впал в безумие. Говорю же, он подобен нииду… – В голосе иссаэра прозвучало сочувствие и затаенный страх потери меня… – Ему нанесли хороший удар в спину, малышка, забрав то, что он ценил даже превыше своей жизни. И знаешь, кто?

– Кто? – Я, хриплым голосом, чувствуя неимоверную жалость к восьмому лорду и его со-рин, не представляя, каким способом это могли сделать.

– Ее мать, Лена. Смерть от поцелуя той, кто даровал тебе жизнь… Это случилось, когда Санарре в очередной раз разрешили встречу с родичами. Ньер ей и это позволял. Заговорщики хорошо и тонко поработали над разумом и телом той бедной женщины. Яд, похожий на яд дис-иссаэра в кончике левого клыка. Можно даже сказать – уникальный. Антидот в нуарре со-рин не сработал. Раянки не успели среагировать, для них мать Санарры входила в круг безопасности многие годы. Обычно со-рин с родичами не общается. Сама понимаешь… Так что мягкость Анасстана к желаниям своей ассиэри стоила ей жизни…

Я была в шоке. Нет, в ужасе!

– И кто за этим стоял? Настоящих виновников нашли?

– Нет. Халидка погибла в те же секунды, что и ее дочь. Допросы и казнь всей семьи ничего не дали, следы были хорошо подчищены. Лишь тонкая ниточка вела в сектор радужных. Все знают, что Кайдарр и Таарин не один год делали предложение Анасстану к «сотрудничеству», а он его не принял…

– Не-е-е, этих уродов кто-нибудь грохнет, в конце концов?! Вот… гниды!!! – Я поняла, что кое-кого ненавижу даже больше, чем Эйтассса и Сианна. А еще мне определенно захотелось познакомиться с восьмым лордом поближе: «Враг моего врага – мой друг».

– А что ты скажешь об Ингарре? – Я стала нервно теребить белоснежные мужские локоны. Скорая встреча с муреной меня напрягала.

– Похотливая тварь!!! – сказал, как выплюнул.

– Хуже, чем ниид? – усмехнулась я, посмотрев на своего ревнивого зверя, вспомнив, что иссаэр так частенько называл Шэйтассса.

– Поверь, надин, хуже… – Анаишшш мою шутку не оценил. Более того, помрачнел и нахмурился: – Дом медных ниддов славится своей любвеобильностью и несдержанностью даже среди нааганитов. Его гарем самый большой в империи, и не все там по добровольному договору. Далеко не все… Но не это важно. Ингарр очень опасен, малышка. Его обоняние почти как у меня – иссаэра. Он чувствителен. Умен. Любит вести допросы… – Я вздрогнула, услышав про допросы. – Нет, Лена, он не пытает. – Меня погладили по спине. – Ингарр ощущает запах страха, лжи, эмоций. Для него это как охота, вызов. Решение поставленной задачи. Представляю, как он предвкушает вашу с ним встречу! Я видел его глаза: он думает – ты легкая, приятная добыча. Только вот… – Меня приподняли за подбородок и начали обнюхивать, слегка прищурив в довольстве сиреневые глаза с ехидным блеском. Злорадный оскал. Шипение, от которого мороз по коже…

– Ты чего? – Я попыталась отстраниться, не понимая, что это на блондина нашло. Мне и так уже жутко от всех его рассказов. Вон, сердце стучит как сумасшедшее. А тут еще и специально пугают…

– Твой аромат так изменчив и непостоянен, надин, и в нем всегда так много страха. Всегда. Вон как сердечко бьется. А ведь ты в безопас-с-сности со мной… – Нааганит поднес мое запястье к своим губам и, слегка лизнув кожу, прихватил ладонь клыками. До крови!

– Ай!!! Псих?! – Мое дыхание сбилось от обиды, боли и… возбуждения. – Сволочь!

– М-м-м, с-с-сладкая, такой коктейль… – проворковала эта зараза низким чарующим голосом, делая глубокий вдох и дергая меня на себя, не обращая внимания на возмущенное сопротивление, – особенно одна его нотка. Она так дурманит голову…

Поняв, о какой нотке говорит иссаэр, вполне серьезно оттолкнула от себя мужчину, недоумевая, что за представление мне тут устроили.

Вовремя. Предупреждающий зум. Разрешение от Анаишшша, и в спальню в сопровождении четверки раянок вошли две девушки, за которыми вплыла силовая платформа-манекен с моим вечерним нарядом и контейнерами с косметическими принадлежностями по уходу за волосами, ногтями, кожей…

По приказу Дэйрашшша, в честь званого ужина, который состоится через несколько часов в большой трапезной зале с восьмым и двенадцатым лордами империи Амморан, мне в помощь прислали наложниц из гарема.

Впервые увидела тех, кто наверняка не раз грел нитха, ниида и, может быть, и иссаэра, зная, что позже «полюбуюсь» и на других: рин будут обслуживать гостей за столом в роли подавальщиц и, если возникнет желание, ночных гетер. Настроение начало портиться: красивые…

Одна – эбонитовая изящная статуэтка с необычными ярко-зелеными глазами и такими же волосами – дагенка. Другая – огневласая демоница с черными коготками и кошачьими рубиновыми глазами – хайдарка. Едва прикрытые гаремным платьем соблазнительные тела с пышными формами. Особенно у рыженькой. Грудь-дынька. Соски-вишенки. Вон как просвечивают через тонкую ткань лифа! Губы – сам соблазн: сочные, мягкие, с призывом… Черты лица, что у одной, что у другой, словно художник нарисовал. Картинка! Так бы и любовался. Н-да…

Вот все понимаю. И знаю, что сама далеко не уродина, и в постели не бревно, и для лордов я желанна и привлекательна, но, если честно, на фоне этих ярких бабочек ощутила себя молью бесцветной. И кажется, со мной согласны… Вон с каким интересом меня изучают в ответ, впервые увидев воочию ту, о которой весь гарем втихаря шепчется. И судя по недоумению на красивых лицах и оценки в женских глазах, сравнение явно было не в мою пользу. «Чем же такая, как она, держит около себя трех здоровенных самцов нааганитов, кроме возможности продолжить их род?» Начала уже и сама сомневаться, и правда, чем?

Мой зрительный контакт с наложницами дома зеленых нитхов прервал Анаишшш:

– Надин, даже не начинай. Вкус гуарра никогда не сравнится с толлой, как бы привлекательно ни выглядела ее сочная мякоть. – Меня обняли любимыми руками и, не обращая внимания на наложниц и раянок, жадно поцеловали. Довольное мурлыканье, потому что я с благодарностью ответила. – К тому же, думаю, мы сегодня кое-кого удивим. – Иссаэр нехорошо усмехнулся. – Аннис, Эрра, приступайте. И помните, если мне что-то не понравится, хоть одно с-с-слово или взгляд… – в мягком, чарующем голосе нага, обращенном ко вздрогнувшим наложницам, прозвучали очень знакомые маньячные нотки ниида, – ваша смерть быс-с-строй не будет, девочки, и вы это знаете… – Убийственный, слегка прищуренный взгляд льдистых сапфиров. – А вот за хорошую работу будет вознаграждение. Думаю, мы друг друга поняли.

Попробуй тут не понять, после такого-то предупреждения, еще и когда раянки как церберы следят. Девушки даже на мои вопросы с опаской отвечали, косясь на Асту и Тарру, проворно делая свою работу: маникюр, педикюр, прическа, платье, макияж…

А вот украшения на меня уже цеплял сам лорд Анаишшш, одетый в парадную форму дома зеленых нитхов, после того как наложницы отправились в гарем с немаленькой такой премией в нуаррах и потрясением в глазах. Сами не ожидали того результата, что получился. Впрочем, как и я…

– Ан, а тебе не кажется, что это перебор? – прошептала я, любуясь той, что отразилась в зеркале, все еще не веря, что она – это я…

Стройная экзотическая красавица с пышной грудью и узкой талией, затянутая в черное облегающее платье с рисунком изумрудной чешуи, обагренной кровавыми всполохами рубинов по внешней стороне рукавов, краю подола и довольно открытого лифа (который она невольно подтянула, чтобы «богатство» не вывалилось), была кем угодно, но только не мной.

Ее глаза – дымчатый топаз с серебряными искорками в оправе черной подводки и легких мазков сиреневых теней – просто поражали своей глубиной и странным магнетизмом. Смотреть бы и смотреть, забыв обо всем. Омуты, в которых можно утонуть… Губы – розовые лепестки нежных бутонов, словно созданные для поцелуев – так и манили… Не зря же на них так коварно поглядывают и плотоядно облизываются гибкой лентой раздвоенного языка…

Естественный румянец на щечках, потому что по моей груди ласково провели ладонью, шепнув на ушко, какая я у него красивая змейка. Очень красивая… Поцелуй в висок, и на мою изящную шейку опустили широкое колье из черного металла с кровавыми камнями, центральная капля которого как раз упала в ложбинку между высоких холмиков. Довольный мужской прищур на деяния рук своих, и новые украшения для надин. Вернее, со-рин дома ниидов и нитхов: сережки, диадема, браслеты…

А я продолжала себя изучать, завороженно проведя по лицу и наполовину открытым плечам кончиками пальцев. Такая упругая кожа: теплая, шелковистая, с перламутровым сиянием…

– Чудо!

Наблюдающий за мной нааганит незлобно оскалился, чмокнув меня в щеку.

Волосы… Надеюсь, иссаэр говорит правду, и это лишь для сегодняшнего вечера. Пепел с бликами огненной лавы и переливом изумрудных ручейков, переплетенный нитями из черных бриллиантов, забранный от лица в сложные косы и струящийся за спиной свободным водопадом…

Туфельки – «хрустальный малахит».

Я была похожа на принцессу из сказки! У меня даже осанка изменилась. Только вот для какого принца меня так вырядили? Или просто по статусу положено?

– Ан, а…

Сигнал с нуарра Анаишшша прервал меня на полуслове. Дэй интересовался у брата, готовы ли мы к ужину? Узнав, что да, Лена одета согласно договоренности, малыши накормлены и остаются под защитой раянок и альминов, похвалил эна за расторопность и велел нам выдвигаться.

– Группа сопровождения ждет. Встретимся у входа в большую трапезную залу. Лена, не волнуйся, все хорошо, мой цветочек, тебя никто не тронет. Ты знаешь правила. Ни с кем без разрешения ньера не разговариваешь. Руки не подаешь, – в голосе нитха прозвучала насмешка, – и ни у кого…

– …ничего не бери. Я помню.

– Умница. Мы с ши-аром вас ждем. – Связь прервали.

Уходя, я поцеловала своих маленьких котят, возившихся на кровати с игрушками под присмотром Наллы и Инды, попросив воительниц, в том числе и Тарру с Астой, остающихся с товарками для надежности, глаз с моих малышей не спускать и, если что, сразу связаться со мной по нуарру. И плевать мне на ужин с лордами! Получила в ответ заверения, что и волосинки с их воспитанников не упадет:

– Иди уже, детенышам все равно скоро спать. Лена, обижаешь…

Улыбнулась. У меня с раянками сложились не совсем уставные отношения. Можно даже сказать, дружеские…

– Ан, еще минутку! Ах да, девочки, и температуру в комнате потеплее сделайте… И игрушку Аналлин не забудьте в кроватку положить. И Алексу… Что еще? – Стоя над энами, задумалась: – Можно дать им напитка из рожка. Только немного. Вы же знаете, я малышей недавно прикармливать начала. И перед сном смажьте детенышам кожицу маслом аммы. Нааганята быстро растут, она у них чешется. И, Налла, проследи…

– Надин! – Договорить мне не дали, потянув за собой под насмешливое фырканье воительниц. Потому что все прекрасно понимали, что я не указания даю, а просто тяну время, не желая встречаться с двенадцатым лордом империи Амморан. С рыжеволосой муреной…

* * *

– Хм-м-м, неужели это дивное создание и есть ассиэри вашего дома Лена? Честно признаться, приятно удивлен. Анасстан, смотри, какая экзотическая птичка! И под перышками есть на что посмотреть. Теперь понимаю тебя, Шэйтассс, от такого цветочка и я бы не отказался, – медовый бархатный голос, полный соблазна, и холодный, ленивый, оценивающий взгляд, скользящий по моей фигуре, зацепившийся за декольте, от здоровенного рыжеволосого нааганита в коричнево-оранжевой форме с золотыми нашивками, встретившего меня в окружении соправителей на площадке, где остановилась кабинка лифта. Я только из нее вышла в сопровождении альминов и Анаишшша, принимая руку от жадно прижавшего меня к себе Шэйтассса, а тут такой прием. Дэйрашшш стоял в паре шагов с золотым даэрром и чужаком с каштановыми волосами и удивительно знакомыми тигриными глазами, в которых после слов Ингарра блеснуло недовольство, как и в глазах моего истинного ньера. Изумруды начали быстро темнеть.

– Думаю, самое время ее попробовать, – Мурена скользнул к нам навстречу с ниидом. – Позволите? Пока ее аромат еще чист…

– Нет!!! – Сама не поняла, как шарахнулась назад, врезавшись спиной в жесткое тело зашипевшего ниида, мгновенно облапавшего меня своими ручищами. – Вы не имеете права! Чужая со-рин неприкасаема!

От волнения застучало в висках и закололо в кончиках пальцев; этот лорд был именно таким, каким я себе его и представляла. Надменная самовлюбленная сволочь. Еще и похотливая. Не хотела с ним встречаться, и не зря! Да у меня будущий ши-ар Дэйрашшша Шэйтассс при нашей первой встрече столько омерзения не вызвал, как этот медный нидд!

– Я, как никто, знаю наши законы, маленькая со-рин. А вот тебя, смотрю, лорды плохо вос-с-спитали. Еще одно неуважение, и я имею право потребовать у ньера твоего наказания. Так что прикуси свой язычок, птичка. – Полный яда и превосходства голос от остановившегося в шаге от нас рыжеволосого нааганита: – Шэйтассс, согласно договореннос-с-сти.

Хищный трепет ноздрей: глубокий вдох. Слегка прищуренные темно-красные с желтой полоской глаза. Гибкий раздвоенный кончик оранжевого языка между тонких змеиных губ, скривившихся в издевательской насмешке. Нааганит действительно пробовал! Мой запах!!! Вот… тварь! И к тому же еще специально провоцировал меня и ниида, зная, какая я эмоциональная. Чуть сама себя ему в руки не отдала. Хорошо хоть Шэйтассс меня предупреждающе сжал, рыкнув в сторону соправителя:

– Еще раз напугаеш-ш-шь дарующую жизнь и тех, кто внутри ее, Ингарр, и мы с арри потребуем у тебя не только компенсацию ее здоровья, но и твоего отвода как дознавателя. В Совете и без тебя много желающих пообщаться с-с-с нашей со-рин. Анасстан, ты не против? – Довольный такой голос ниида, обращенный в сторону приблизившегося к нам вместе с Дэем и Скарром песчаного кадда. – Твой дом не связан союзом, а значит, и мнение непредвзято. Согласен?

– Да. Хотя не думаю, что разговор дас-с-ст положительный результат: я, как и все, изучил протокол допроса с корабля и ознакомился с информацией с ее андроида. Ничего нового девочка не скажет. К тому же сорхи давно бы уже отыскали ее мир, если бы он был в ближайших пределах. Эти падальщики часто бороздят космос в поисках наживы. Поэтому я считаю, что специально снаряжать экспедиции на поиск маленькой планеты, затерявшейся во вселенной, пустая трата времени и ресурсов, – внимательные, без капли насмешки, желто-коричневые ничего не выражающие змеиные глаза, – гораздо важнее сохранить то, что империя уже имеет – этот нежный цветок с эликсиром жизни. Позволите? – Восьмой лорд обратился к Дэйрашшшу, Шэйтасссу и даже Анаишшшу. – Я хочу почувствовать биение жизни самочек нашей расы. Лена? – Кадд посмотрел прямо на меня. – Ты позволиш-ш-шь, маленькая со-рин?

Когда так вежливо просят…

Под недовольно суженными вишневыми глазами, полными непонятной ревности и зависти, холодно заинтересованными от даэрра и внимательными от моих лордов, ко мне приблизился Анасстан.

– Я тебя не обижу… – Мягкий успокаивающий голос, и чужая мужская рука на моем животе рядом с отодвинувшейся в сторону ладонью напряженного ниида. Осторожное поглаживание. Слегка прикрытые в довольстве тигриные глаза и… теплая волна, пронзившая мне сердце. Такая радостная! Нежная! И… тоскливая. Страх потери, что никогда не почувствую больше этой энергии. Что уйдет и не вернется. Потеряю. Мой!

Нааганит как-то вздрогнул и отстранился. Обжигающий, полный потрясения и непонимания взгляд. Расширенные зрачки и ходящие ходуном ноздри. Его зацепило. Он почувствовал!

– Ой… – завороженно прошептала я, забыв о том, что не имею здесь права голоса, все еще пребывая в каком-то странном наваждении. – А вы понравились одной из моих малышек. Вас выбрали своей парой… Только я не поняла кто, ведь они еще такие маленькие…

Шок на лицах окружающих меня нааганитов – это мягко сказано. Вон как застыли. Особенно восьмой лорд. В его змеиных глазах было столько смятения… Удивление и заинтересованность от Скарра. Темная досада от рыжеволосой мурены. Почти физически ощутила волнение Анаишшша – иссаэр подумал о своем сокровище. Дэй тоже находился в некотором замешательстве, не до конца осознав произошедшее. Впрочем, как и я…

– Лена, ты хочешь сказать, что одна из энов выбрала себе кадда в супруги, только ощутив близкое присутствие чужого самца? Вернее, его энергию? – В глубоком голосе третьего лорда звучало неверие. – Это невозможно!

– Ну-у-у… – я и сама была в растерянности, чувствуя в сердце отголоски непонятного тепла, – сложно что-то утверждать, но… – Договорить мне не дали.

– И тем не менее, Альффин говорит правду! – Низкий рык от ниида с нотками ревности, и его довольно жесткие руки на моей талии: жест собственника. – Искра жизни Шаллисссы сейчас действительно горит ярче обычного. Только не думаю, что это выбор к союзу. Со-рин ошиблась. Скорее всего, Лена приняла защитную реакцию зародыша на чужака как нечто большее, а это лишь инстинкт самосохранения. – Четвертый лорд сделал свои выводы.

– Нет! – Я испуганно запротестовала. – Малышка не защищалась, она…

Меня снова перебили не дослушав.

– А можно и мне почувствовать энов? Заодно и проверим, ошибка это или неизвестная особенность самочек нашего вида. У раханнов из моего сектора есть подобная привязка. Довольно редкое явление. Ес-с-сли я не ошибаюс-с-сь, называется «союз небес». – Не совсем спокойный, полный предвкушения, голос даэрра. Льдистые напряженные глаза. – Беленькая эна на «угрозу» ведь не среагировала… – с надеждой.

– Я тоже прошу разрешение! – Рыжеволосый нааганит, пожиравший меня жадным взглядом, в нетерпении подался вперед. От его движения и хищного интереса в змеиных бездушных глазах и все еще трепещущих крыльев носа меня невольно передернуло, только вот мотива для отказа не было…

Шалиссса на прикосновения чужаков к моему животу никак не отреагировала. Еще бы, папочка-цербер рядом. А вот малышка иссаэра словно… спряталась, укрывшись за биением жизни сестры. Странно…

Только вот самцам нааганитам это все равно не помешало ее почувствовать.

В светло-голубых глазах золотого даэрра, когда мужчина от меня отстранился, поселилась мечтательная дымка.

Вишневые смотрели так, что самой захотелось спрятаться. Как на собственность. Причем так и не поняла, кто ему больше нужен: я или мои дочери. Такой нехороший задумчивый оскал… И руку убрал только тогда, когда на него ревниво зашипели ниид и сверкающий ледяными сапфирами от еле сдерживаемых собственнических инстинктов Анаишшш.

Бр-р-р…

Даже спустя некоторое время, сидя за столом на коленях у иссаэра и наблюдая за разноцветной стайкой снующих наложниц, с призывными улыбками обслуживающих гостей и своего господина (ко мне приближаться вообще запрещено), я все еще помнила прикосновения жадных пальцев нидда к моему животу. Чувствовала его взгляд… Потому что эта ржаво-чешуйчатая мурена, обсуждая дела с соправителями, позволяла себе удовольствие откровенно на меня пялиться, порочно облизывая губы оранжевым змеиным языком. Более того, когда я приняла пищу из рук блондина, Ингарр зацокал! Чуть не подавилась, прекратив есть. Нервно взглянув на нидда, потянулась к стакану с напитком, который мне предусмотрительно подал раздраженный поведением двенадцатого лорда хмурый Анаишшш. Только вот… каждый мой глоток рыжеволосый принимал за эротику. На любое движение – масляный прищур змеиных рубинов и одобрительные кивки: «продолжай…» Разочарованно напускной вздох, когда я замерла, не желая больше быть предметом чужого развлечения. Насмешливо приподнятая медно-коричневая бровь: «жаль, птичка, мне понравилось…»

Внутри родилась злость. Да что с этим нааганитом?!! И правда озабоченный! Так по-хамски себя вести! Словно… провокация. Только зачем? Хм-м-м… судя по гневно раздувающимся ноздрям и явно недоброму взгляду Дэйрашшша, а особенно с трудом себя уже контролирующего Шэйтассса – чтобы позлить моих ньеров! Да и Анасстан явно не в духе – глаза черные…

Но с какой целью Ингарр так вызывающе себя ведет при соправителях? Озарение пришло внезапно! Вот хитрая тварь!!! Если зверь Шэйтассса сорвется в желании защитить свой хрупкий беременный цветок, которому никто реально не угрожает, будет нарушен закон гостеприимства, а значит, медный дом получит право на компенсацию! Любую! Умно…

А если правила игры слегка изменить…

Томно вздохнув, слегка прикусив губу и опустив «скромно» глазки до полу, чтобы соответствовать роли глупенькой напуганной самочки, тихо попросила белого лорда меня накормить:

– Очень уж эйшши хочется.

Мужская рука с угощением у рта, и ободряющий шепот:

– Правильно, надин, он того не с-с-стоит.

Едва заметно кивнула, соглашаясь. А потом… мягко улыбнувшись, обхватила губами предложенную дольку и, втянув ее в рот, посасывая, собрала с любимых пальцев капельки сладкого нектара, не забыв помочь себе языком и укусить блондина за фалангу в знак предупреждения. Дыхание иссаэра сбилось. Зрачки мурены расширились. Ну-ну.

– Еще, мой ньер.

Со вторым кусочком проделала то же самое, только медленнее и эротичнее, как кое-кто того и «хотел»:

– М-м-м, так вкусно. – «Невинно» облизала себе губы. – А еще…

За третьей долькой уже наблюдали все мужчины, и наложницы в том числе. Пусть…

Попросила напиться.

– Ой! – Моя рука от волнения «дрогнула», и ручейки золотистого сока пролились на молочные холмики, коварно скользнув в ложбинку груди. Взяв со стола салфетку, попыталась аккуратно их промокнуть.

В макушку фыркнули:

– Лучше я сам. Ты такая неловкая, моя со-рин. – Чарующий голос иссаэра, и вот уже мужская рука с чувственными пальцами медленно скользит по моему декольте, делая вид, что без ее помощи я ну никак не справлюсь. Всего капля сока, а Анаишшш так долго и со знанием дела меня вытирал, что я невольно покраснела. Это уже была не игра. Блондин увлекся…

Шумный выдох со стороны рыжеволосого, золотого и даже черноволосого лордов. В жгучих глазах бездны больше не было жажды убийства. Там было…

– Лена, подойди ко мне, с-с-сладкая, – В хриплом голосе четвертого лорда звучал приказ и… насмешка. Несмотря на все «заскоки», Шэйтассс был еще тем интриганом. Зеленые изумруды Дэя вспыхнули в предвкушении…

Потупившись, причем реально, потому что коварная мстя для одной озабоченной личности начала переходить порог моей смелости, покинула безопасные объятья блондина…

Несколько шагов под перекрестным огнем множества чужих глаз, а особенно полыхающих багровой похотью вишневых, и я на коленях у темного лорда.

– У тебя еще здесь осталось… – Властная рука в моих волосах, прищуренный взгляд в сторону нидда, хищные ноздри которого просто ходуном ходили, и мои губы накрыли чувственным глубоким поцелуем, собирая с них последний нектар…

* * *

Глубокая ночь. Гостевые покои двенадцатого лорда империи Амморан.

Здоровенный нааганит, покрытый оранжево-золотой чешуей, сверкающей в свете сатрановых ламп как расплавленная лава, лежал в мраморной чаше бассейна, погруженный по пояс в воду и, откинув голову на бортик, прикрыв в задумчивости рубиновые глаза, наполненные мрачными тенями, вспоминал со-рин дома зеленых нитхов Лену. Маленькую землянку, от которой его не смогла отвлечь даже многочасовая забава с эоркой, а ведь Фамирра выполнила все пожелания раздраженного, явившегося не в духе господина. Теперь несколько дней с постели не встанет. Жаль, увлекся. Придется утром вызвать ей врача и получить разрешение на посещение чужого гарема…

Лена…

Гигант раздраженно ударил хвостом по воде и, зашипев, тряхнул головой, пытаясь избавить рецепторы обоняния от навязчивого женского аромата, преследовавшего его даже после того, как он удовлетворил свою похоть с наложницей. Почти удовлетворил, потому что, вопреки логике, законам… разуму… он желал чужую со-рин! Змеиные губы нааганита растянулись в задумчивой улыбке: а хорошее представление эта «невинная» малышка сегодня ему устроила! Не ожидал. Так тонко сыграть на его мужских инстинктах. Пусть не совсем умело, но от этого еще более волнующе и возбуждающе.

– Ты была великолепна, птичка! Признаю, смогла зацепить… – Одобрительный клекот.

Но больше всего нааганита потрясло прикосновение к ее теплому мягкому телу. Пальцы до сих пор жгло от энергии жизни самочек его расы. А инстинкты с ума сходили от желания вновь и вновь это чувствовать. Нет, этим владеть!

На лице двенадцатого лорда появилась мечтательная задумчивость. Лена единственная, кто может дать ему то, что он хочет: или дочь, или ши-ара-нааганитку. Ингарр предвкушающе облизнулся. Беленькая малышка… нежная, теплая, робкая, как и ее мать. Красивая, как отец иссаэр, да еще и с его способностями… Уникальная самочка! Сокровище! Его сокровище! Так что пус-с-сть Шалиссса достается кадду, Анасстан все равно теперь от нее не отступится, а беленькую Ингарр потребует себе уже сегодня, когда встретится с со-рин дома зеленых нитхов и ее истинным ньером Дэйрашшшем. Да! Он, двенадцатый лорд империи Амморан, сделает нитху о-о-очень выгодное предложение – ему и его эну! Выгодное! – Нидд усмехнулся. И пусть только попробуют отказать: дорогая охота – соответствующая оплата! Шэйтассс сам тогда на всю империю озвучил цену. Только вот расплачиваться будет не он, а его супруг. Во время ранения Дэйрашшша ниид заменял собой арри по праву ши-ара, а значит, взял на себя и все обязательства его дома.

– Так что я очень хорошо знаю наши законы, маленькая со-рин. И всегда получаю то, что хочу… – прошептал нааганит, вновь расслабленно откинувшись на бортик бассейна, свесив длинные огненные пряди в теплую воду. – А ес-с-сли не получаю… то просто беру. Но пока я попробую взять это миром…

* * *

Лена

Ох, как тяжело мне было сегодня просыпаться. Уже почти обед, а лень такая, что даже шевелиться не хочется. Детей и то сквозь сон кормила: спасибо раянкам и моей «чудо-няньке» Анаишшшу, хотя… сам виноват. Полночи спать не давал, «наказывая» меня за мое маленькое представление. А вот Дэй и Шэйтассс ночевать так и не пришли. Я их вообще с ужина не видела. Потому что прямо за столом Анасстан предложил нииду брачный договор на Шалисссу. Вот и остались мои ньеры обсуждать этот вопрос при «закрытых дверях». И я очень надеялась, что четвертый лорд переборет свои отцовские инстинкты и согласится принять Анасстана как супруга для нашей девочки. Да у меня и самой сердце кровью обливается, стоит только подумать, что не успели мои малышки еще и родиться, а на них уже контракты заключают. Но… в этом жестоком мире, мире нааганитов, лучше заранее решать такие вопросы. Пока не поздно…

Уверена, Лейшшшар и Анасстан будут прекрасными супругами моим девочкам. Одного сама воспитаю, другой мне сразу понравился: теплый, плюс дополнительная защита от его дома нашему. А вот Саффира… за нее, моего белого ангела, которому мы ночью с иссаэром после долгого обсуждения дали имя, мне было очень тревожно. Самочка с возможностями дис-иссаэра. Что ждет такую, как она, в будущем? Сможем ли мы ее уберечь – наше маленькое чудо?

Посмотрела на ее отца Анаишшша и… невольно улыбнулась. Сможем…

Полуобнаженный, прекрасный как бог белокурый мужчина с сиреневыми змеиными глазами лежал на кровати с двумя малышами и, стараясь сильно не шуметь, чтобы не разбудить свою беременную надин, что-то тихо ворковал нааганятам, которые, радостно попискивая, цепляли дядю за белоснежные локоны. А он, склонившись над анни, в блаженстве прикрыв глаза, принюхивался к маленьким тельцам и поглаживал их рукой. Усмехаясь, «дразнил» детенышей игрушками и даже понарошку пугал мою малышку любимым зайчиком, издавая угрожающее рычание, приближая и удаляя «звереныша» от ребенка, чем вызывал у моей дочки детское заливистое агуканье, перемеживающееся с щелканьем и бульканьем, которые у нааганят являлись смехом и к которым я давно уже привыкла. Целовал… А вот Александр на такую забаву почти и не реагировал. Серьезный зеленоглазый малыш, похожий на своего отца. Копия Дэйрашшш! И такой же умненький. Вон как осознанно, с любопытством наблюдает за сестричкой и ее развлечением с дядей. Улыбается, потому что его эну хорошо…

Я даже дыхание затаила, любуясь этой живописной картиной. Ну и как я смогу расстаться со своими детьми, когда настанет время отдавать их в чужие дома? Хорошо хоть первенцы будут рядом, и мне пообещали двадцать лет брачного возраста для Шалисссы и Саффиры, это меня хоть немного успокоило. Но время так быстротечно. И кому, как не мне, знать, насколько непредсказуема жизнь. Страшно… страшно снова испытать боль потери…

Жаль, что Дэй сейчас отсутствует: столько упущенных моментов…

Интересно, а нитх в эти дни вообще отдыхает? Спит? А Шэйтассс? На моих лордов сейчас столько забот навалилось с этим балом в честь рождения Аналлин и Александра… Вон, половина гостей уже прибыла, а к вечеру и новые ожидаются: нарры, линхи, верры. Завтра – радужные, водные и земные. И нужно всех разместить. Все организовать. Позаботиться о безопасности. Не допустить конфликтов. Да еще и контроль в подвластных нашему дому мирах. Даже Анаишшш без работы не сидел. Пока я целыми днями возилась с детьми под присмотром раянок, иссаэр, как наследник правящей ветви, чтобы хоть как-то разгрузить брата, занимался делами сектора через визор консоли: принимал отчеты, проверяя их, посылая самые важные на согласование эну, отправляя приказы обратно, контролируя их исполнение. И не дай бог, кто осмелится ослушаться или не выполнить указание белого лорда! Сначала предупреждение, а потом… пара показательных казней по обвинению в неподчинении наследнику правящей ветви, с одобрения главы дома Дэйрашшша, и иссаэра признали. Сейчас на всем Шимморе такая обстановка, что действовать приходилось жестко; тотальный контроль – это гарант безопасности. Ведь все силы империи в наш сектор стянулись. Столица и дворец как осиное гнездо. Вернее, змеиное… Причем в буквальном смысле этого слова!

А после обеда меня еще и допрос от мурены ждал. Хотя… судя по хронометру, на который я кинула косой взгляд, уже через несколько часов. А я все еще в постели. Мне дали время выспаться и отдохнуть, чтобы меньше волновалась.

Потихонечку выбравшись из-под одеяла, я как была обнаженной, так и обняла нааганита со спины, давно уже заметившего, что его надин не спит. Чмокнула мужчину в щеку.

– Ну, и как у нас дела? – протянув руку, погладила сына по головке. – Империя стоит? Есть «ценные» указания от Дэя?

– Есть. – Иссаэр усмехнулся. – И первое – обед. Иди сначала поешь, а потом об империи думать будешь. – И уже серьезно: – Инструкции получишь позже от брата лично.

– Я быстро!

Поцеловала блондина в губы… оторвавшись от него через несколько минут… пять… вернее, десять… Короче, оттолкнув от себя «соскучившегося» нага, я поздоровалась со своими детьми, радостно потянувшими ко мне ручонки… Прошло еще минут пятнадцать… Теперь меня уже подгонял Анаишшш, напоминая о времени и забирая энов… Пообещав скоро вернуться, я убежала приводить себя в порядок.

Туалет. Душевая кабинка. Первый попавшийся легкий халатик. Заплела влажные, едва просушенные полотенцем волосы в косу. Хм-м, а разноцветные прядки так и остались… Ну и ладно! Задумалась… Звонить Дэю или Шэйтасссу, чтобы узнать, что решили с каддом, или не стоит, а то вдруг лорды важные встречи проводят, а тут я. Ан наверняка уже в курсе всех событий. Лучше с Лаиттой поговорю: у меня столько новостей накопилось!

Долго аинни вызывать не пришлось. Мне всегда были рады. Еще и вопросами засыпали… Быстренько рассказала подруге про ужин и то как Шалиссса выбрала себе супруга. Какое имя мы дали с Анаишшшем нашей беленькой малышке. Что я думаю о двенадцатом лорде. Жаль, что наридка не присутствовала на моем шоу, после которого меня еще долго нервно потряхивало. Спросила сестру о ее здоровье. Выслушала заверение, что у нее и малыша все хорошо. Несколько ехидных насмешек в сторону рыжеволосой мурены; сожаление, что такое зрелище прошло мимо ее глаз. Парочка советов: «Будь осторожнее, Ингарр очень опасен, любит хорошую охоту и игру, а на тебя, Лена, с малышками и так все дома стойку сделали. Ну, кроме нашего… Я за вас волнуюсь… А какое у тебя было платье?.. А как твои отреагировали?.. А чужие?.. Мои раянки говорят, что в гареме теперь только твой «выход» и обсуждается. А еще наложницы «жалуются», что их опять всю ночь черные нииды донимали и нитхи, особенно из твоего окружения. Да и золотой даэрр со своей свитой хорошо развлекся… Нет, Лена, третьего лорда и его ши-ара не было, как и Анасстана… Да, у рин сейчас почти нет времени на отдых. Много новеньких. Пригласили из других домов по договору, чтобы обслуживать гостей…»

Так что быстро у меня не получилось: я, как и многие земные женщины, банально «зависла на проводе». Еще бы, моим раянкам запрещено распространяться при мне на тему гарема, а тут столько «закрытой» информации…

– Значит, мои сегодня не были, а вчера? Не знаешь… А позавчера… Зачем мне это надо? Да я их уже четвертый день не вижу! Скучаю… Ладно, ревную! Лаита, ну не смейся! А как ты сама относишься к рин Манарра? Что?.. – Шум за спиной не дал мне услышать ответ. Вернее, чье-то «хм-м-м»… Испуганно вырубив нуарр, я обернулась… В дверях стоял Дэй! И судя по насыщенным глубоким изумрудам, меня подслушивали!

– Ой! Ну-у-у… я тут… это… – запнулась, не зная, что и сказать.

– Действительно соскучилась? – Мужские губы расплылись в усмешке. Заинтересованно приподнятая бровь.

С облегчением выдохнула: значит, ругать за излишнее любопытство не будут.

– Да, – слегка зарделась.

– И как сильно? – В усталом, но довольном голосе ньера звучало приглашение.

– Сейчас покажу… – проговорила я с улыбкой. А потом… глядя прямо в лицо здоровенного нааганита со светло-зелеными волосами в коротком хвосте, одетого в синий с серебром сюртук, черные брюки и тяжелые армейские ботинки начала медленно развязывать поясок на своем халатике… Желтые щелевидные зрачки темно-зеленых змеиных глаз предвкушающе расширились. Не разрывая зрительного контакта, позволила одежде упасть на пол… Плавно через нее переступила и, продолжая смотреть на нитха, в призывной ласке провела ладонями по изгибам своего тела. Дошла до груди… приподняла тяжелые полушария и, слегка их сжав, перекатила между пальцами чувствительные горошины сосков. Погладила себя по шее… Завела руки за голову. Распустила волосы и, тряхнув влажными волнистыми локонами, змейками обвившими мое обнаженное тело, медленно приблизилась к застывшему, с раздувающимися ноздрями и почти уже черными глазами мужчине… Мне так нравилось, как Дэйрашшш на меня смотрел! Жадно, с легким удивлением, желанием и голодом. И это… меня завело: между ног все увлажнилось, живот заныл, а вишенки сосков превратились в болезненные комочки нервов.

Чуткие ноздри нааганита мгновенно затрепетали, отреагировав на аромат моего желания, но нитх даже не шелохнулся, замерев, как хищник во время охоты, лишь кончик синего языка мелькнул между плотно сжатых змеиных губ. Он ждал…

Я сама прижалась к напряженному мужскому телу. Сама расстегнула магнитные застежки на форме третьего лорда, отбросив в сторону камзол, а за ним и темно-зеленую рубаху. Сама без стеснения заскользила ладонями по рельефной мускулистой груди, словно заново с ней знакомясь: потерлась об нее щекой, провела языком по упругой оливково-золотистой коже… Вобрала в рот горошину плоского соска и, немного пососав, довольно ощутимо ее прикусила. Шэйтасссу обычно это нравилось. Понравилось и Дэйрашшшу: мой слух усладил участившийся стук змеиного сердца, бившегося сейчас только для меня; возбужденное тяжелое мужское дыхание и рокот низкого шипящего голоса:

– Не ос-с-останавливайся, с-с-сладкая. С-с-смелее, цветочек… – Сильные ладони одобрительно погладили меня по спине и сжали ягодицы, а затем, чуть задержавшись, словно с неохотой, отпустили, давая свободу к дальнейшим действиям.

– А как же встреча с Ингарром? – Чувствуя, как и саму потряхивает от такой игры, я облизала пересохшие губы.

– Подождет! – Нетерпеливый рык.

– Как скажешь, любовь моя…

Трясущимися руками расстегнула пояс мужских брюк, выпуская на волю давно заждавшегося зверя. Он был… великолепен! Большой, толстый, с капелькой смазки на вздувшейся головке, шелковистый и не совсем гладкий… Провела подушечками пальцев по упругому стволу, специально задевая физиологические выпуклости, зная, что у нааганитов это дополнительная эрогенная зона…

Шумный выдох над головой стал мне ответом, а плоть, которую я продолжала изучать ладонью, довольно ощутимо прибавила в объеме.

– Лленна, ты с-с-сладкая пытка, – прошипел нааганит, запуская свою сильную руку мне в волосы.

Поняв, что ньер хочет, я опустилась перед ним на колени. М-м-м, Дэйрашшш был так великолепен в своей мужской красе… Я ласкала его языком, обхватывала губами, помогала себе пальчиками, потому что физически не могла полностью вобрать этого «монстра» в себя, облизывала и посасывала… Скользила и снова посасывала, стараясь насадиться ртом как можно глубже. Мне так хотелось подарить своему лорду наслаждение. А еще мне нравилось чувствовать дрожь его сильного тела, слышать звериное порыкивание от удовольствия и ощущать под губами чувственный отклик напряженного мужского органа… До кульминации оставались считаные мгновения, но Дэйрашшш меня остановил…

– Не так!

Не успев понять, что не понравилось нааганиту, оказалась сидящей на прохладной полочке, освобожденной от туалетных принадлежностей.

– Я хочу видеть твои глаза, Лена… – прошептал зеленоволосый лорд, быстро избавивший себя от остатков одежды. Раздвинув коленом мне ноги и убедившись пальцами, что я давно готова его принять, Дэй одним плавным движением заполнил мою пустоту.

Змеиное шипение и мой вскрик от острой волны наслаждения с легкой капелькой боли, усилившей чувственность, слились воедино… Выгнувшись, я вцепилась ногтями в напряженные мужские плечи, подавшись бедрами вперед…

– Дэй… Дэй… – простонала я, чувствуя жадные мужские губы и влажный, слегка шершавый змеиный язык с раздвоенным кончиком на своей груди, а еще сильные руки, ласкающие мое вздрагивающее тело; размашистые мощные движения, заставляющие стонать и кусать губы. Слишком уж… это было сладко… Напряженное мужское лицо с теплыми змеиными изумрудами, ловящие каждый мой вздох, каждый всхлип… первую волну оргазма… его имя… вторую…

– Дэ-э-эй!!!

– Ты так крас-с-сива, цветочек… – услышала я сквозь замутненное сознание полный довольства голос, – так ярко гориш-ш-шь. Моя удивительная со-рин. – Погладили по щеке. – Моя девочка… – Накрыли губы поцелуем… – Моя…

* * *

Вот уже час, как двенадцатый лорд империи Амморан ожидал встречи с главой дома зеленых нитхов, его эном и их маленькой со-рин Леной, но на встречу пока так никто и не явился. Это было проявлением неуважения. Прошипев пару нелицеприятных слов в сторону соправителя и встав с кресла, на подлокотниках которого остались глубокие царапины от его гневных когтей, медный нидд решил сам связаться с Дэйрашшшем, чтобы лично затребовать у нитха объяснений, но вызов с нуарра от третьего лорда его опередил. Ингарру официально принесли извинения за опоздание и… пригласили на обед в свои личные покои…