Иван Бло
Россия Путина

© Иван Бло, 2016

© Bernard Giovanangeli Editeur, 2016

© Книжный мир, 2016

Предисловие к русскому изданию

Повышенный интерес Запада к Советскому Союзу в годы холодной войны легко объясняется причинами, носящими историко-объективный характер. В то же время, уровень экспертной заинтересованности в России, государстве-продолжателе СССР, начал снижаться сразу после исчезновения последнего с политической карты мира. Существенно упал спрос на услуги специалистов по России в политических элитах западных стран. Эти процессы протекали на фоне популярности иллюзий о возможности эффективного однополярного мира и недальновидного списания России из числа ведущих мировых держав.

Вместе с тем, нарастание конфронтационных трендов в мире предопределило возрождение интереса к России, которое наблюдается, как минимум, последние три-четыре года. Напряженность в современной международной обстановке, существующие глобальные и региональные проблемы во многом являются результатом ухудшения качества экспертизы для принятия внешнеполитических решений.

Необходимо признать, что в обществах Европы и США знания о современной России скудны и порой существенно искажены. Именно поэтому сегодня объяснимо стремление западных элит лучше понять Россию, особенности ее общественно-политического и экономического развития, а также процесса принятия внутри- и внешнеполитических решений.

Книга Ивана Бло «Россия Путина» впервые была издана во Франции в декабре 2015 года. Она появилась в очень нужный момент, когда знания о России столь необходимы западным элитам и экспертам.

Автор книги не первый десяток лет активно познает Россию и ее политику. Сначала он занимался данной работой по линии депутатской и правительственной работы, сегодня он делает это как эксперт-политолог, публицист и философ.

«Россия Путина», опубликованная во Франции совместно издателем Бернаром Джиовананджели и Международным аналитическим центом «Rethinking Russia», вызвала живой интерес аудитории – действующих политиков и общественных деятелей, ученых и экспертов, бизнесменов и журналистов, широкой общественности. Выход книги был отмечен во французской прессе, а первый тираж распродали меньше, чем за один месяц.

По сути, «Россия Путина» – это одна из первых удачных попыток максимально непредвзятого взгляда на современную Россию из-за рубежа. Автор анализирует различные стороны жизни страны, а его выводы и оценки подкреплены фактурой и статистикой.

Этот анализ неразрывно связан с деятельностью Владимира Путина, лидера современной России. Именно через достижения и результаты работы президента автору удалось в наиболее полной мере раскрыть, объяснить суть многих происходящих в стране процессов и явлений.

Ввиду успеха «России Путина» во Франции, мы в «Rethinking Russia» посчитали важным показать книгу и российскому читателю. Она позволит понять, как нас видят из-за рубежа. А взгляд со стороны, как известно, бывает очень полезным для формирования правильной оценки окружающей нас реальности.

От издателей

Россия Путина

Глава 1
Тысячелетняя история России. Народ сильных духом

С методологической точки зрения, интересно посмотреть на новую Россию в свете учения Аристотеля о четырех причинах: причине материальной, причине формальной, причине действующей и причине целевой.[1] Аристотель объясняет его на примере греческого храма. Материальная причина – это камни, материал. Формальная причина – это замысел архитектора. Действующая причина – это люди, работающие над строительством храма. Целевая причина – это религия той эпохи. Без нее не было бы храма. Но для того, чтобы храм возник, нужно сочетание всех четырех причин. Подобную схему можно применить к новой России. Формальная причина – это ее тысячелетняя история. С нее и нужно начать.

История – это измерение, воспринимаемое лишь человеком. Животные ее не замечают. Характерной особенностью человека является бытие в неком временном пространстве и обретение в нем смысла жизни. И тогда, как об этом говорил Хайдеггер, а до него – Кьеркегор, жизнь становится полноценной и осознанной и перестает быть просто биологической жизнью. Мы не просто вброшены в этот мир лишь по факту рождения, на нас возлагают некую миссию бытия, в котором человеческая жизнь обретает смысл. В своем существовании человек живет с опережением времени, и будущее воспринимается в качестве некого ресурса. У нас может быть ощущение того, что время убегает, но если смотреть перед собой, то время не убегает, оно наступает! Рассматриваемое с этой точки зрения, время приобретает новое важное значение! Время – это ресурс, а не потеря, и история в этом контексте становится фундаментальным измерением человеческого существования. Следовательно, проводить политику без опоры на историческую культуру – это значит проводить антигуманную политику. Примером искажения истории и, соответственно, преступлением против человечности можно считать намеренное, ради насильственного присоединения Украины к ЕС и НАТО, игнорирование общих корней, объединяющих Россию и Украину со времен крещения Руси князем Владимиром Великим в 988 году. Историю, равно как экономику или право, нельзя попирать безнаказанно.

Изобретенные англосаксами понятия «nation building» и «социальная инженерия» глубоко ошибочны: общество нельзя строить, как машину. Важнейшие институты нашей жизни: семья, собственность, нация, – как это доказал Хайек, не являются выдумкой экспертов или продуктом чистой биологии. Поэтому прогресс должен опираться на традиции, прошедшие строгий исторический отбор, а не «конструироваться» на базе абстрактного анализа, который не учитывает эмоционального измерения человеческих феноменов и исходит лишь из рассудка и инстинктов.[2]

Ошибкой новых правящих классов на Западе стала утрата исторической и гуманистической культуры, которая раньше позволяла проводить политику, исходя из понимания сути реального человека, а не только на основе учета экономических или юридических потребностей. Эта ошибка достаточно серьезна. Она зиждется на понятии Gestell, «постав»[3] которое сегодня вдохновляет Запад. В краткосрочном плане, Запад практикует гедонизм и утилитаризм, что, несмотря на бесспорные материальные успехи (технологические и экономические), приводит к дегуманизации общества. Россия же, напротив, после тоталитарного опыта и выпавших на ее долю невероятных страданий вернулась к своим христианским корням.

История России, как и история любой страны, – это, прежде всего, дитя географии

География соответствует «материальной причине» в терминологии Аристотеля. С географической точки зрения, Россия является самой большой страной в мире. Это имеет определенные последствия: масштаб ее территории помог одолеть Наполеона, а затем Гитлера. С точки зрения культуры, страна является частью Европы – и это не вызывает сомнений. При этом Россия имеет евразийское географическое измерение. Исходя из всего этого в своей книге «Великая шахматная доска» американский эксперт в области геостратегии Збигнев Бжезинский делает вывод, что цель внешней политики США должна состоять не только в том, чтобы изолировать Россию, но и в том, чтобы расчленить ее. Особое значение при этом он придает отделению России (Великой Московской Руси) от Украины, которая ранее именовалась Малороссией и являлась колыбелью православной русской культуры.

Размеры Российской Федерации таковы, что ее можно назвать неким самостоятельным миром. В этом государстве-мире русские составляют 8о%, славяне – 85 %. С ними сосуществуют другие народы, самым крупным из которых, с исторической и демографической точек зрения, являются татары, исповедующие ислам. Русские цари уважали эти меньшинства, которые, кстати сказать, не знали трагической судьбы индейцев США или американских чернокожих рабов.

Россия – это великая Родина, которая проявляет толерантность к культурам национальных меньшинств и благодаря этому сохраняет свою целостность. В этом отношении Россия может служить примером для других стран. Выступая в 2013 году на заседании клуба «Валдай», президент Путин, говоря о необходимости уважать меньшинства, не ставя под сомнение права большинства, сумел, как говорил Паскаль, «держать оба конца цепи».

Армия

Россия – это армия, во главе с царем. Вопреки распространенным мифам, Россия гораздо чаще была объектом нападения, чем нападала сама. Монголы и тевтонские рыцари в XIII, поляки в XVI, Наполеон в XIX, затем Гитлер в XX веке – кто только не стремился завоевать Россию.

Монголы разрушили Киевскую Русь, но так и не смогли завладеть Великим Новгородом, вторым по значимости городом Руси, система управления в котором до XV века основывалась на прямой демократии (как в средневековой Швейцарии). Монгольское иго явилось тяжким бременем для Руси, напомним, что в ту же эпоху в Париже уже шло строительство собора Нотр-Дам, а в Сорбонне развивалось преподавание философии. Справедливости ради следует отметить, что монголы терпимо относились к православной церкви, которая даже не платила дань Золотой Орде. Целых 250 лет длилось монгольское господство. Возникновение идеи «Москва – Третий Рим» связано с появлением в XV–XVI вв. сильного государства, которое, благодаря одержанным военным победам, построили Дмитрий Донской, Иван III, взявший в жены византийскую царевну Софию Палеолог, и первый царь Всея Руси Иван IV.

В самом начале XVII века Россия переживает период, который получит название Смутное время, оно отмечено, в частности, появлением самозванцев на троне. В этот исторический момент особенно возрастает могущество Польши, которая еще в 1386 году заключила династический союз с Литвой, а в 1569 году с подписанием Люблинской унии образовала с ней единое государство со столицей в Кракове, простиравшееся от Балтики до Черного моря. Это многонациональное и многоконфессиональное государство вступит в период упадка лишь в 1772 году, когда произойдет первый раздел Польши.

Начиная с 1605 года, при активной поддержке поляков, к власти в России один за другим приходят два Лжедмитрия. Русско-польская война, носившая невероятно сложный характер, продолжается с 1605 по 1618 год. В 1610 году, в условиях польской оккупации, бояре признают русском царем польского королевича Владислава. Его отец против такого решения, так как хочет присоединения Московии, и война возобновляется с новой силой. Патриарх Гермоген восстает против царя-католика, поляки бросают его в темницу, где он и умирает. Швеция, напав на Россию, захватывает Новгород и провозглашает его самостоятельным государством, во главе которого встает один из шведских принцев. В это время Москва занята польским генералом Александром Корвин-Гонсевским. И только в 1612 году русское народное ополчение, возглавляемое гражданином Мининым и князем Пожарским, изгоняет поляков из Москвы. В 1613 году Земский Собор призывает Михаила Фёдоровича Романова на царство. Подписанное в 1618 году Деулинское перемирие завершает войну с Польшей, к которой отходят Смоленск и Чернигов. Стремление России вернуть Смоленск провоцирует новую войну, завершающуюся подписанием в 1634 году Поляновского мира, по которому город остается за Польшей. В соответствии с подписанным договором о «вечном» мире, Россия должна уплатить большую сумму за отказ Владислава IV от претензий на царский престол.

Со временем историческая ситуация кардинально меняется. Польша приходит в упадок. Наступает эпоха трех разделов Польши. В результате первого из них, произошедшего в 1772 году, часть польских земель была поделена между Пруссией, Австрией и Россией.

В период правления Екатерины Великой (1762–1796^.) Россия вновь укрепляется. Она отбрасывает Османскую империю, а в 1783 году присоединяет Крым. Показательно, что при Екатерине II число школ в стране удвоилось. Кроме того, именно она дополнила военную подготовку кадетского корпуса интеллектуальным образованием, создав тем самым условия для формирования будущих политических деятелей, что, несомненно, имело долгосрочные последствия. И появление таких «военных интеллектуалов», как Путин, связано именно с этой традицией.

Еще одна масштабная антирусская агрессия случилась сорок лет спустя. 24 июня 1812 года на Россию нападает Наполеон. Причиной войны против России стал отказ императора Александра I присоединиться к континентальной блокаде Англии. Наполеон включает в состав «Великой Армии» контингенты и даже целые армии 24 стран, благодаря чему численность его войска достигает 691 000 человек (450 000 из которых – французы).

Впрочем, Гитлер будет действовать подобным образом и тоже создаст своего рода европейскую армию: в частности в Ваффен-СС входили контингенты из разных стран. Вместе с тем развязанная Гитлером война по своему характеру мало походила на поход Наполеона, который не ставил перед собой цели уничтожения населения. В начале войны с Наполеоном русская армия по численности в два раза уступала французской, однако постепенно она увеличится втрое. В ходе войны с каждой из сторон погибло около 200 000 человек.

Уже в конце июня французская армия начинает страдать от сильной жары: значительная часть ее кавалерии выведена из строя, так как лошадей нечем кормить. Фельдмаршал Кутузов, прославившийся ранее победами над турками, принимает командование русской армией. В соответствии с православной традицией он вверяет себя покровительству Казанской Божией Матери. После битв под Смоленском и под Бородино, 14 сентября Наполеон вступает в Москву. Но город подожжен русскими, и 19 октября Наполеон вынужден покинуть его. Начинается отступление, а уж 7 ноября температура опускается до -22 градусов. Русская тактика «выжженной земли» приносит свои плоды. Далее Наполеон будет только отступать. Русские войска вместе с союзниками, в частности пруссаками и австрийцами, 30 марта 1814 года входят в Париж. На Венском конгрессе русский император спасет Францию от расчленения, которое готовили ей другие союзники.

На протяжении истории Россия фактически трижды спасала Францию. Однако во Франции мало кто об этом знает. Первый раз это произошло как раз на Венском конгрессе. Во второй раз это было во время битвы на Марне в 1914 году, когда начав наступление против Германии, царь заставил врага перебросить войска на Восточный фронт, что обессилило немцев на западном направлении и помогло Франции одержать победу. Об этом позднее сказал маршал Фош: «Если мы смогли удержать фронт от Марны до Арраса и, в конечном итоге, до Изера, то только потому, что Россия отвлекала на себя значительную часть германских сил». И наконец, без СССР, естественно, была бы невозможна победа над Гитлером и, значит, было бы невозможно освобождение Франции от германской оккупации.

Отметим также, что царь Александр I создал Священный Союз с Австрией и Пруссией, который пережил самого императора. Впрочем, неизвестно, действительно ли он умер в 1825 году. Некоторые считают, что он продолжал жить под именем старца Федора Кузьмича.

Сопоставимым по масштабу после Наполеоновской эпопеи было вторжение гитлеровской Германии. Гитлер напал на СССР 22 июня 1941 года, несмотря на подписанный в 1939 году Пакт о ненападении. В этот трагический момент Сталин взывает к извечному чувству патриотизма русского народа и даже обращается к православной церкви. По его распоряжению для защиты Москвы организован облет города самолетом с иконой на борту. По всей видимости, Сталин обеспокоен тем, что на территории, занятой вермахтом, Германия позволяет открывать русские церкви. Факт остается фактом, что после войны антирелигиозные преследования ослабли, хотя при Хрущеве и случился новый виток нетерпимости по отношению к религии.

Что касается Второй мировой войны, то необходимо признать, что Советский Союз внес гораздо более существенный вклад в победу над Гитлером, чем западные союзники. К моменту операции по высадке американцев в Нормандии, из участия в которой генерал де Голль был исключен, Германия имела на Восточном фронте 170 дивизий, в то время как на Западном – 26. Число жертв также говорит о том, чьи усилия были самыми значительными: если Советский Союз потерял более 20 млн. человек, то потери Америки в Европе составили менее 200 000.

Поэтому Россию, которой на протяжении истории пришлось столкнуться с тяжелыми испытаниями, нужно рассматривать как страну сильных духом людей, вынужденных противостоять многочисленным нашествиям, как с востока, так и с запада, не говоря уже об одиннадцати русско-турецких войнах. Это сопротивление всегда в конечном итоге приводило к победе, но победа обходилась чрезвычайно дорого.

Армия всегда была становым хребтом нации[4] и именно из армии сегодня приходит значительная часть политиков, что весьма отличает Россию от Запада. В этом состоит важная специфическая черта России, поскольку армия является носителем особых ценностей (чувство долга, самопожертвование, патриотизм и т. д.), отличных от торгашеского индивидуализма, который подтачивает западное общество. Можно сказать, что Запад болен «синдромом Ракитина» – по имени одного из персонажей Достоевского. Ракитин – либерал, безмерно восторгающийся Западом, думающий только о наживе и начисто лишенный чувства собственного достоинства. Свое нравственное здоровье Россия восстановила в немалой степени благодаря традиционным средствам, прошедшим историческую проверку: военной дисциплине и религиозному воспитанию.

Русская культура

Это «действующая причина» в терминологии Аристотеля (люди и их культура). Несмотря на то, что славянский язык русской нации очень далек от латинского, а русская культура отлична от германской, влияние западной культуры на Россию было весьма и весьма существенным, начиная с эпохи Петра Великого. Русская душа обладает присущими только ей чертами, которые придают ей своеобразие и индивидуальность. XIX век ознаменовался спорами между славянофилами и западниками: как часто бывает, у каждого из течений была своя правда.

Русская культура с ее индоевропейскими, а позднее христианскими корнями – это культура европейская. Россия относится к Европе и является ее неотъемлемой частью. Христианизация Киевской Руси (крещение Руси в 988 году при князе Владимире) и влияние Византии оказали огромное влияние на русскую культуру. Именно с тех давних времен Киев называют «матерью городов русских». В Средние века двумя политическими, религиозными, культурными и экономическими полюсами Руси являлись Киев на юге и Великий Новгород на севере (недалеко от нынешнего Санкт-Петербурга).

Христианизация Руси пошла от Византии, то есть от грекоязычной восточной части Римской империи, существовавшей до 1453 года и почти на тысячу лет пережившей западную. Именно в этой империи, которую на Западе именуют «византийской», состоялись соборы, заложившие основы христианского учения. На семи Вселенских соборах, решения которых признаются и православной, и католической церковью, дано определение понятию Святой Троицы (Первый Никейский и Первый Константинопольский соборы), статусу Марии как Матери Божией, а не только родительницы Христа (Эфесский собор), богочеловеческой природе Христа (Халкидонский, Второй и Третий Константинопольские соборы), восстановлено почитание икон (Второй Никейский собор). При этом все догмы получили определение на основе понятий греческой философии. К слову сказать, сами соборы проходили на греческом языке. Большинство отцов Церкви – греки. Вместе с тем православие, по-видимому, в меньшей степени «интеллектуализированно», чем западный католицизм, так как делает больший акцент на «сердце», а не на рассудок.

Русская письменность пришла от греков Кирилла и Мефодия. В сущности, Россия имеет те же греческие и греко-римские корни, что и европейцы. Это главное. Но у нее есть своя специфика, точно так же как своя специфика есть у Германии и Италии. Хотя, конечно, с XIII века, находясь под монгольским игом, Россия была отделена от Запада, если не считать Новгородской и Псковской республик, поддерживавших связи с Ганзой.

Со времен Петра Великого Россия развивает активные контакты с Западом в области экономики и культуры. Это спровоцировало в стране ряд кризисов. Идеи Просвещения, распространявшиеся среди элит, в определенной степени отдаляли их от народа. Психологический анализ сложившейся ситуации присутствует в произведениях Ф.М. Достоевского: и в «Бесах», где описывается преступная социалистическая ячейка; и в «Братьях Карамазовых», романе, в котором двум братьям, Дмитрию и Алёше, представляющим традиционную Россию, противопоставлены Иван и Смердяков, герои, которым присущи западно-ориентированное мышление, интеллектуализация и, одновременно, деморализация. Характерно, что Иван сходит с ума, а Смердяков убивает отца, а затем совершает самоубийство. Другой персонаж этого романа – старец Зосима – критикует идеологию французской революции с позиций христианства. Свобода без милосердия приводит человека в объятия материализма и, в конечном счете, к изоляции. Равенство без милосердия оборачивается завистью и ненавистью, и Зосима говорит о реках крови. Братство без милосердия он называет иллюзией. В легенде о «Великом инквизиторе» Достоевский вновь критикует Запад за то, что тот понимает христианскую мораль как кару. По мнению писателя, в православии таинство исповеди уподобляется «целительству» (врачеванию души, о котором говорили греки), тогда как на Западе оно часто приобретает черты судилища. Но самым интересным является то, что Великий инквизитор развивает свой «современный» проект совместно с Сатаной, этим «премудрым духом», несущим смерть. Вернувшегося на землю и брошенного им в темницу Христа он упрекает за то, что тот отверг три дьявольские искушения: искушение экономическое (обратить камни в хлебы), искушение техническое (броситься с вершины храма, чтобы быть подхваченным ангелами) и искушение политическое (получить все царства мира в обмен на поклонение дьяволу). Это совсем не означает, что Достоевский отвергает экономику, технику и политику. Писатель не может согласиться с тем, что эти три сферы деятельности способны привести человечество к спасению. Без опоры на мораль милосердия и любви экономика приведет к жестокой эксплуатации человека, техника его убьет, а политика закует его в оковы тоталитаризма. История XX века является бесспорным тому подтверждением.

Что касается России, то на нее со всей мощью обрушилась большевистская революция, которая, несомненно, имела западные корни. В работе «Три источника и три составных части марксизма» Ленин отмечает, что учение Маркса верно, потому что является синтезом трех самых блестящих теорий, созданных человеческим разумом: английской политической экономики, французской политической мысли, в частности социалистической, и немецкой философии (Гегель и Фейербах). Франция, Германия и Англия стоят у истоков марксизма, кстати, сам Маркс – немец, а не русский! Идеология большевистской революции, как и идеология подготовившей ее французской революции – это продукт западного Просвещения. Такова историческая правда, которую пытаются скрыть.

После падения советского режима Россия возвращается к своим культурным корням, тогда как Европа – от своих отдаляется, особенно после краха классической культуры и классической морали, основанных на ценностях греко-римского мира и христианства, который произошел в шестидесятые годы[5].

В сущности, несмотря на все свои недостатки, Советский Союз сохранял высокий уровень образования в области классической культуры. Во Франции в годы Третьей Республики этой культурной традиции придерживались как в светской, так и в католической школе. Однако позднее она была вытеснена восторжествовавшей после мая 1968 года смесью марксизма и фрейдизма.

Сегодня в культурном отношении правит Хайдеггеров Gestell: нужны не «честные люди» – а именно их формирование было целью образования, прослеживаемой от греков через римлян к христианству, – а винтики в машине производства и потребления. У винтиков не должно быть корней, поскольку это помешает всемогуществу техно-экономического аппарата. Главная задача – изучить английский на уровне «глобиш» и информатику, а также, естественно, технику коммуникаций и маркетинга. Целью образования более не является формирование человека и гражданина, ей на смену приходит стремление штамповать взаимозаменяемых потребителей и производителей без какой-либо индивидуальности, поскольку собственная индивидуальность мешает функционированию аппарата.

Россия пока еще в некоторой степени отстаивает классическую культуру, мораль и эстетику. В Санкт-Петербурге еще готовят скульпторов, работающих в фигуративном стиле, в то время как на Западе эта культурная традиция заметно ослабла, а абстрактное искусство получило статус официального. Очень характерно, что это искусство более не отображает мир, в нем нет ни пейзажа, ни человеческого тела, ни лица человека, подобного изображаемому на иконе Господне в христианской традиции. В декоративном искусстве Запада победило своего рода иконоборчество, и произошло это под влиянием американского протестантизма, на что совершенно справедливо указывал Сальвадор Дали.

В своей книге «Рогоносцы старого современного искусства[6]» Дали рассказывает о своей встрече с Ле Корбюзье, современным архитектором, который хотел заменить старый добрый дом «машиной для жилья». Дали пишет: «Вы знаете Ле Корбюзье, которого высоко ценят в СССР? Этот суровый протестант является основателем искусства самобичевания! Он спрашивает у меня: „Мастер, вы – гений живописи! Что вы думаете об искусстве архитектуры?“ – я ответил ему: „Во-первых, я – не гений живописи, а просто гений. Конечно же, у меня есть свое мнение относительно будущего архитектуры. Знайте, сударь, что архитектура будущего будет мягкой и пушистой, как собор Святого Семейства в Барселоне, воздвигнутый моим учителем Гауди, имя которого означает „получать наслаждение“!“ И тогда Ле Корбюзье скривился так, как будто проглотил стакан желчи!»

Западное искусство является отражением западной антропологии: оно превозносит разум (функциональность) и грубый, брутальный инстинкт (французский архитектор Споэрри, автор Порта Гримо, как раз говорит о бруталистском стиле в архитектуре). Аффективную составляющую мозга воспринимают как реакционную и отодвигают на второй план. Адольф Лоос, поборник строгой, лишенной каких-либо украшений архитектуры, находясь под большим впечатлением от своей поездки в Чикаго, пишет: «Орнамент – это преступление»[7] России не удалось полностью избежать этой тенденции, однако она сумела ее сдержать и не дать ей трансформироваться в тоталитарное официальное искусство, как это произошло на Западе, где традиционное искусство отправлено в запасники.

Духовное измерение и «миссия» России

Духовное измерение соответствует целевой причине в терминологии Аристотеля. Изначально Россия обязана своим духовным измерением (соответственно и культурным тоже) Византии и восточному христианству. Русский народ нередко ощущал, что Господь возложил на него особую миссию, и это ощущение роднит его как с американским народом, так и с Францией. Двуглавый орел, государственный герб России, идет от Византии, второго Рима, разрушенного Османской империей после взятия Константинополя в 1453 году.

Первый Рим потерял политическую власть, когда в 476 году Одоакр сверг последнего в Западной Римской империи императора христианина Ромула Августа. После падения Византии, миссия по защите образа Христа в Мире возлагалась на Третий Рим (теория монаха Филофея).

Следует отметить, что коммунизм советской эпохи, носивший материалистический и атеистический характер, на русской земле обрел черты идеалистического мистицизма. Под влиянием войны и патриотического подъема он подвергся определенным структурным изменениям, но в 1991 году все же рухнул. Отвергнув в конечном итоге марксизм, имеющий западные корни, Россия переживает сегодня религиозное возрождение, соответствующее ее историческому пути. Это единственная европейская страна, к названию которой часто добавляют слово «святая»: «Святая Русь».

Владимир Путин неоднократно говорил об особой миссии России – отстаивать христианские ценности, в частности там, где над ними нависла самая серьезная, можно сказать, физическая, угроза – на Востоке, где им противостоит радикальный ислам, и на Западе, где они нуждаются в интеллектуальной защите, что связано с дехристианизацией общества. Так, российский президент говорил об этом на заседании дискуссионного клуба «Валдай» 19 сентября 2013 года: «… многие евроатлантические страны фактически пошли по пути отказа от своих корней, в том числе и от христианских ценностей, составляющих основу западной цивилизации. Отрицаются нравственные начала и любая традиционная идентичность: национальная, культурная, религиозная или даже половая. Проводится политика, ставящая на один уровень многодетную семью и однополое партнерство, веру в бога или веру в сатану. Эксцессы политкорректности доходят до того, что всерьез говорится о регистрации партий, ставящих своей целью пропаганду педофилии. Люди во многих европейских странах стыдятся и боятся говорить о своей религиозной принадлежности. Даже праздники отменяют или называют их как-то по-другому, стыдливо пряча саму суть этого праздника – нравственную основу этих праздников. И эту модель пытаются агрессивно навязывать всем, всему миру. Убежден, что это прямой путь к деградации и примитивизации, глубокому демографическому и нравственному кризису.

Что еще может быть более убедительным свидетельством морального кризиса человеческого социума, нежели утрата способности к самовоспроизводству? А сегодня практически все развитые страны уже не могут воспроизводить себя, даже с помощью миграции. Без ценностей, заложенных в христианстве и других мировых религиях, без норм морали и нравственности, формировавшихся тысячелетиями, люди неизбежно утратят человеческое достоинство. И мы считаем естественным и правильным эти ценности отстаивать. Нужно уважать право любого меньшинства на отличие, но и право большинства не должно быть поставлено под сомнение.

Одновременно мы видим попытки тем или иным способом реанимировать однополярную унифицированную модель мира, размыть институт международного права и национального суверенитета. Такому однополярному, унифицированному миру не нужны суверенные государства, ему нужны вассалы. В историческом смысле это отказ от своего лица, от данного Богом, природой многообразия мира.

Россия с теми, кто считает, что ключевые решения должны вырабатываться на коллективной основе, а не по усмотрению и в интересах отдельных государств либо группы стран».

Действительно, после падения Советского Союза, которое теоретически должно было сблизить Россию и Западную Европу, появилась новая проблема. Эта проблема связана с претензией США на доминирующую роль в мире, точно так же, как раньше с подобной идеей мирового господства выступала гитлеровская Германия – хотя, конечно, с точки зрения политического устройства и степени насильственности предпринимаемых действий, речь идет о совершенно разных режимах.

Хайдеггер показал – и ему это ставят в вину, – что Третий рейх, Советский Союз и современная Америка – это три варианта одной и той же философской системы «забвения бытия», системы, которую он называет Gestell. Во всех этих трех случаях наблюдается обожествление техники, маргинализация или преследование христианства, экономический и политический утилитаризм в подходе к предназначению человека господствует над любой моралью, война ведется без тени уважения к гражданскому населению. Человек и Бог уступают свое традиционное место расе, классу, деньгам.

Из трех этих систем пока выжила только американская. И сегодня она пытается подчинить мир своей власти и своим ценностям. А между тем самой опасной угрозой для Америки, как считает Збигнев Бжезинский, явилось бы примирение между Западной Европой и Россией, поскольку это объединение могло бы стать более могущественным, чем США. Поэтому американцы хотят изолировать Россию – раз не получается превратить ее в сателлита с помощью культуры. Вновь – вслед за монгольским нашествием, Наполеоном и даже Гитлером с его чудовищными планами – США, по-видимому, намерены сформировать многонациональную коалицию против России. Будем надеяться, что этим замыслам не суждено сбыться.

Нельзя забывать о взаимных симпатиях, существовавших между Гитлером и англосаксонским миром до начала войны. Во всех странах этого мира признавались расизм и эвтаназия. Настольной книгой Гитлера об евреях было сочинение Генри Форда «Международное еврейство», а в 1938 году в Детройте миллиардер-автопромышленник за антисемитские идеи получил от Третьего рейха из рук германского консула Карла Каппа Большой Крест Ордена Орла. Конечно, с той поры, англосаксонские страны и США в первую очередь официально отреклись от расизма и антисемитизма, но они по-прежнему претендуют на мировое господство (аmerican leadership). В своей книге «Великая шахматная доска» Бжезинский утверждает, что Америка – это новая римская империя, миссия которой – сделать планету цивилизованной.

Западная Европа сегодня колонизирована в политическом, экономическом, человеческом и культурном отношении[8]. Для Европы Россия представляет собой надежду на восстановление суверенитета и на сохранение традиционных ценностей, и именно поэтому с Россией борются.

Россия вновь возвращается к своей давней миссии защиты христианских и традиционных ценностей, к той миссии, которую она когда-то выполняла на Балканах, а сегодня – в отношении христиан Востока. Но Россия также чувствительна к дехристианизации и деморализации Запада. Сам Запад проявляет определенную агрессивность, как это было во времена Французской революции (Наполеон) и фашистских революций (Гитлер). На основе прав человека сегодняшний Запад стремится совершить релятивистскую и эгалитаристскую революцию и экспортировать ее по всему миру. Но, как и прежде, это стремление сформировать нового человека представляет опасность для человечества. Как об этом гениально сказал Нобелевский лауреат Фридрих фон Хайек (а до него Эдмунд Бёрк), источники нравственности следует искать не только в биологии или в рациональном расчете человека. Большая часть из основных институтов нашего общества являются продуктом длительной культурной эволюции, которая шла путем проб и ошибок и в ходе которой народы, выбиравшие истинные ценности, ставившие во главу угла жизнь, процветали и росли в численности. Прочие народы и их «ценности смерти»[9] исчезали. Так что в традициях содержится мудрость, основанная на больших объемах информации, чем то, что может знать один человек. Вечными ценностями, проверенными временем, являются такие понятия, как моногамная семья, собственность, мораль, язык, нация. На Западе все они в той или иной мере подвергаются угрозе со стороны архаического редукционистского рационализма. К России плохо относятся не только по причине ее геополитического положения, благодаря которому она сковывает имперские устремления США, но также потому, что она является носителем традиционных ценностей, которые с 1960-х годов подвергаются все более острым нападкам.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Это учение раскрыто Аристотелем в его труде «Метафизика». По мнению Хайдеггера, эта книга является самой важной в европейской философии.

Вернуться

2

Уместно вспомнить в этой связи о разработанной американским ученым Полем Мак Лином теории триединой природы человеческого мозга, который включает мозг инстинктивный, мозг эмоциональный и мозг рациональный. Сегодня существует тенденция либо игнорировать, либо подвергать критике эмоциональный мозг, который лежит в основе таких, например, чувств, как милосердие, гнев. Предпочтение отдается инстинктивному мозгу (высвобождение инстинктов) или рациональному, который сам по себе не порождает энергию, необходимую для действия, но значимость которого возводится в абсолют. Лишь альянс эмоционального мозга и мозга рационального, позволяющий контролировать инстинктивный (рептильный) мозг, дает цивилизации возможность развиваться.

Вернуться

3

Немецкое слово Gestell, переводимое на русский язык неологизмом «постав», введено в философию Мартином Хайдеггером для описания современной западной действительности. По его мнению, утилитаризм захватывает сущность человека, ставшего винтиком в экономико-технологическом механизме. Человек отодвигается на второй план по отношению к утилитарным процессам, происходящим в сфере права и экономики. Как считает Хайдеггер, тремя основными проявлениями Gestell в ХХ веке были нацизм, коммунизм и западная олигархическая система.

Вернуться

4

Такую характеристику армии – «становой хребет нации» – дает де Голль (см. Ален Пейрефит. «Таким был де Голль». – М.: Московская школа политических исследований, 2002, с.250 – прим. пер.)

Вернуться

5

Ivan Blot. «Les Faux Prophetes» («Лжепророки» – прим. пер.), предисловие Жана-Франсуа Маттеи, Apopsix, 2013.

Вернуться

6

Salvador Dali. «Les Cocus du Vieil Art Moderne», Grasset, 2004.

Вернуться

7

Adolf Loos. «Ornement et Crime» («Орнамент и преступление» – прим. пер.), Paris, Payot et Rivages, 2003.

Вернуться

8

Ivan Blot. «L'Europe colonisee» (Иван Бло «Колонизированная Европа» – прим. пер.).

Вернуться

9

Это выражение Св. Иоанна-Павла II.

Вернуться