Американские каникулы
Роман Тлехас

Редактор Елена Петровна Кваша

© Роман Тлехас, 2022

ISBN 978-5-4483-8802-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Посвящаю эту книгу с благодарностью моей Маме, которая всегда была и остается моим близким другом! Спасибо, что верила в меня! Прошу прощения за то, что узнала много нового после прочтения этой рукописи. Еще одна большая благодарность – человеку, без которого не было бы этой книги – Елене Кваше – моему редактору! Спасибо тебе за терпение и энтузиазм!

ЧАСТЬ 1

Глава 1

Моя американизация началась в 1995 году. Мне было 15 лет, я только закончил 9 класс. Экзамены сданы, и я в ожидании первой взрослой вечеринки – выпускного бала.

В этом возрасте так хотелось поскорей стать взрослым и независимым. Я был пацаном, который хорошо учился, но при этом успевал чудить: то шапку училке приклеим к голове, то стырим школьные подарки на Новый год. Всё это с моим близким другом Данилом.

Время тогда было очень непростое, но очень интересное! Наш класс был дружным, и все единогласно приняли решение оторваться по полной программе. Для этого сделали тайник с алкоголем в кабинете химии.

И вот, день Икс! После официальной части со слезными речами учителей началась долгожданная дискотека. В актовом зале потушили свет, и заиграл «Prodigy» – «Smack my bitch up». Потихоньку наше алкогольное хранилище пустело, настроение улучшалось. Было какое-то особенное ощущение, что мы все переступили невидимый барьер во взрослую жизнь. В голове какие-то планы, амбиции и страх не найти себя. Ну, а пока – безудержное веселье и медлячки с пьяненькими одноклассницами.

Ко мне подошел Данил, предложил выпить и пойти по-взрослому покурить в туалете. Тогда было модно курить синий LM. Сделав затяжку, Даня вдруг признался мне, что навсегда улетает в США. Я как-то не сразу осознал то, что он сказал. Когда он закончил, до меня дошло, что я ведь теряю друга, и есть шанс, что мы больше никогда не увидимся. Скажу честно, для меня это было испытанием.

Время шло. Я поступил в колледж, началась полувзрослая жизнь, а от Данила стали приходить первые известия из далекой Америки. Он слал мне фото, иногда звонил. Его рассказы об Америке были такими невероятными и интересными, что я просто заболел этой страной. Появилась мечта поехать в США. Кто помнит Россию 90-х годов, тот меня поймёт: пустые полки в магазинах, грязь, нищета и т. д. На этом фоне Америка казалась мечтой.

Потихоньку я стал собирать информацию о том, как получить визу и про разные способы попасть заграницу. Чем больше я узнавал, тем дальше эта цель от меня отдалялась. С выездами все было очень сложно. Через пару лет и бесчисленное количество попыток открыть визу, я совсем потерял надежду и практически сдался.

Потом случилось поступление в лучший универ Краснодара – КубГУ, и время стало бежать очень быстро и незаметно. Был 2000 год. Мой друг детства Тимофей¹ обмолвился мне о том, что собирается полететь на лето в Америку по студенческой программе.

Все каникулы я прождал его возвращения на Родину. И, наконец, сентябрь!!! Аэропорт!!! Счастливое лицо Тимы!!! Я накинулся на него с расспросами и впитывал всю информацию, как губка. Короче, у Америки не было шансов не встретить меня на своей земле. Решили ехать вчетвером в следующем году. Я, Тимоха и Братья КУЗЬМИНЫ² – наши одногруппники, которые случайно узнали о наших планах!

Я до сих пор не перестаю удивляться судьбе и тому, как четко и, порой, неожиданно она предоставляет нам возможности осуществить свою мечту! Зачастую мы сами не пользуемся шансами из-за страха или неуверенности, или из-за лени! Друзья, мечтайте!!! И не бойтесь изменить свою жизнь, ведь это первый шаг к тому, о чем вы мечтаете!

С братьями мы познакомились еще в колледже, и, так уж вышло, что и в универе нам тоже пришлось их терпеть.

Той же осенью едем мы в Москву на собеседование по программе WORK & TRAVEL. Это была первая поездка Кузьминых за пределы Краснодарского края, и вся их семья, включая бабулю преклонных лет, пришла на вокзал проститься с ними!!! Эта сцена была похожа на то, как провожали солдат на фронт.

Поезд тронулся! Жареная курица, вареные яйца, соленые огурчики и пара бутылок водки ускорили ход времени! Сутки пролетели как мгновение, и вот она – ПЕРВОПРИСТОЛЬНАЯ!!!

Четыре богатыря земли русской стоят на перроне. Нам надо добраться на другой конец города. Спускаемся в метро, и вдруг лица Кузьминых начинают сиять от счастья и осознания того, что наконец-то они покорят столичное подземелье и лестницу, которая «САМА ХОДИТ»!! Но восторг быстро сменился разочарованием и смущением! Как на такой ездить, они не знали! Мы с Тимохой купили на всех проездные и дали братьям пошаговую инструкцию для начинающих юзеров!

1. Подходишь к турникету

2. Подносишь карту к считывающему устрой-ству

3. Ждешь, когда загорится зеленая лампочка и прозвучит сигнал.

4. И после того, как откроются турникеты, проходишь через них на эскалатор!!!

Ну, вроде бы все просто, но… Видимо, процессоры в головах Кузьминых были настолько древними, что от обилия эмоций и новых впечатлений, стали подвисать! Пройти через турникеты удалось только раза с пятого, и, естественно, этот цирк заинтересовал нашу доблестную милицию!

Нас дружно привели в участок и развели по разным кабинетам. Начали прессовать. У нас с Тимохой спрашивают, есть ли валюта, есть ли справка на валюту? А я-то знал, что справку на тот момент уже отменили, и смело признался, что валюта при мне. Больше того, назвал пункт в законе, где это указано. Мент такого никак не ожидал, поэтому пришлось нас с Тимой отпустить.

Выходим. Никого. А где же наши Кузьмины? Прождали полчаса, идут. Лица потухшие, явно что-то пошло не так.

А вот что. Когда братьев всей семьей отправляли в Москву, их бабуля, умудренная опытом жизни в СССР, додумалась, во избежание грабежа, сшить особые трусы вроде семейных, но с потайным карманом. Этот карман набили долларами и отправили покорять мир.

Кто ж мог подумать, что в Москве в отделе милиции братья сразу признаются, что везут валюту? Итог – трусняковая заначка опустела на 200 баксов. Позже Кузьмины рассказали, что сержант потребовал у них справку на приобретенную валюту.

Спрашиваю: – А как он узнал, что у вас есть эта самая валюта?

– Он спросил, мы рассказали.

– А на кой ляд вам бабуля пришила карман в трусы?

В Москве переночевали у моей тетки. Наутро поехали сдавать экзамен на знание английского. Сами понимаете, все знали инглиш «как свой родной», но Кузьмины и тут были впереди планеты всей со своим «ЛОНДОН ИЗ ЗЕ КЭПИТАЛ ОФ ГРЭЙТ БРИТАН». Руководители программы закрыли на это глаза и взяли с братьев слово, что до лета они подучат язык, чтобы если что смогли хотя бы вызвать полицию (кураторы программы уже тогда были уверены, что с ними обязательно должно случиться это «ЕСЛИ ЧТО»). Но самое смешное случилось, когда собеседование подошло к концу, и братьев попросили оплатить путевку. Тут Кузьмины начали меняться в лицах. А как не растеряться, ведь деньги-то в трусишках, и вытащить их не вариант. Мы сидим в большой общей комнате, и везде люди.

Что делать? Попросились в туалет, вышли за дверь, а сами давай доставать бумажки. Когда деньги были отданы, девушка, принявшая их, спросила: «А где вы их везли? Почему они такие мятые?»

После этого мы вернулись в Краснодар. Начались мучительные ожидания открытия визы. В мае я, наконец, получаю радостное известие и собираю чемоданы. А дальше – поезд Краснодар-Москва (сутки пьянства), и вот он трап Боинга 737. Оказалось, что кроме нас летят еще 50 студентов по той же самой программе. Рейсы в те времена были еще курящие, и поэтому русские студенты превратили салон эконом-класса в ямайскую дискотеку.

Дважды в небе нас кормили и давали бесплатно вино. Когда халява закончилась, в ход пошла валюта. Водка полилась рекой. А что еще было делать 9 часов в полете?

Приземлились и начали долго вспоминать текст, который надо было сказать американскому дяде при прохождении таможенного контроля. Дядя спрашивает: «What is the purpose of your visit to the United States of America?» («Какова цель Вашего визита в США?»)

Ответы были разные. Бедные таможенники узнали много новых слов и целей въезда в США. Но когда очередь дошла до Кузьминых, братья наотрез отказались отвечать на незнакомые вопросы. Пришлось вызывать переводчика.

Наши друзья как-то не были готовы к тому, что говорить придется с живыми американцами, а не с репетитором по английскому. Лексикона не хватало, чтобы понимать новые, не заученные до маразма фразы.

Студенты из Волгограда тоже отличились. Они так сильно набрались впечатлений и полиалкогольных коктейлей собственного производства, что на паспортном контроле умудрились довести милую темнокожую даму лет 50 до истерики. Они что-то кричали про Родину, про мать и про вторую мировую. У женщины кончилось терпение, и она вызвала службу безопасности аэропорта.

Итог был печальный – им аннулировали визы и ближайшим рейсом депортировали в Россию. Зато, когда их уводили в специальную комнату, наши соотечественники кричали: «ЗА РОДИНУ, ЗА СТАЛИНА!!!!!!!!!!!!!!»

В этот момент я был очень горд за них.

Все остальные кое-как прошли контроль, и вот она – ЗЕМЛЯ ОБЕТОВАННАЯ. Первое, что поразило в Америке – это размеры. Большие размеры, большие люди, большие дороги, здания, мосты… А еще бешеный ритм Нью-Йорка. Настолько разные и необычные люди всех цветов кожи и разреза глаз.

Местом нашей работы был город Оушен Сити, штат Мэриленд. Но сначала надо было добраться до Колумбийского университета и пройти «курса молодого бойца», то есть прослушать вводную лекцию для новоприбывших.

Ехали туда не только русские, но и студенты из других стран. Место в автобусе стоило 10 долларов. Только я стал искать нужную купюру, как вижу, Тимоха подъезжает на лимузине и из люка зазывает нас внутрь. А следом еще и всех студентов из нашего универа. Даже не знаю, когда он успел все это провернуть! Народ ломанулся к нему, а он давай собирать со всех по 10 долларов (то есть так же, как и на автобус). Короче, набралось нас человек 12. Как потом выяснилось, Тима вышел первым, подошел к лимузину и договорился с водителем доехать до Колумбийского за 80 баксов, а на 40 долларов по дороге купил всем пива. В общем, ехали мы с кайфом.

Как только добрались до места, я сразу же кинулся искать телефон, чтобы дозвониться моему школьному другу Дэну и обрадовать его после шести лет разлуки!

Звоню! Радость не сходит с лица от предвкушения! Данил берет трубку, и я как бешеный кричу ему, что я прилетел и офигенно рад, что мы скоро увидимся. Рассказываю ему, что я всего в сорока километрах от него и жду его к себе!! А дальше я услышал то, чего совсем не ожидал! «Рома, извини, это так далеко! Может, давай, как будешь в самом Нью-Йорке, заедешь ко мне в гости?»

Далеко!!!!!!!!!!!!!!!! Ему, блин, далеко сорок километров!!!!! Мне десять тысяч не далеко, а ему сорок далеко!!!

Я бросил трубку, был очень зол и разочарован! Как изменился человек за шесть лет! Стало грустно и мерзко от такого! Я столько лет пытался увидеть моего лучшего друга, а тот даже не потрудился сесть в свою машину, чтобы встретиться!!!

Долго злиться было некогда. Нас расселяли в университетском общежитии, и, честно сказать, разница была очевидной! Я вспомнил нашу краснодарскую общагу с обшарпанными стенами и вонючими туалетами. А тут все было не просто красиво, но и продуманно, с комфортом.

В первый день в холле нас встретила взрослая белая американка лет сорока пяти. Миниатюрная женщина с грубым голосом и очаровательной улыбкой – Дженнифер. Для нас на тот момент шли уже вторые сутки без сна и нормальной пищи. Все кафе и столовые были закрыты на время каникул. Обстановка начала накаляться, ведь нет ничего хуже голодного студента в чужой стране. И Дженнифер нашла выход. Через час на территорию общежития въехал фургон с гамбургерами и картошкой фри.

Мы «съели» весь фургон американской еды минут за пятнадцать! Это, конечно, не бабулины котлетки с пюрешкой, но раз другого не было… Желудок студента видал и похуже. Потом нас собрали для вводного курса в американскую действительность. Нам рассказали, куда надо звонить в экстренных случаях, куда не надо ходить и чего не надо говорить. В конце лекции Дженнифер огляделась по сторонам и сказала фразу, которую я никогда не забуду. «Запомните, дети, самый защищенный человек в этой стране – это чернокожая путана, больная СПИДом». Сначала я не придал особого значения этим словам, но позже прочувствовал весь смысл на своей шкуре.

Чтобы вы понимали, университет находится четко на границе цивилизации и полного хаоса: сразу за зданием вуза заканчивается Манхеттен, и начинался Гарлем. Гарлем – это место, куда даже полицейские боялись заезжать. Некоторые американцы, когда нуждались в деньгах, приезжали в этот замечательный район, оставляли на три минуты свою машину с ключами в замке зажигания и благополучно получали страховку за угнанную машину. Так вот, не важно, кто американец и кем работает, хоть ночной бабочкой. Если это темнокожий, у него в стране статус ви-ай-пи.

После этого курса Тимоха, который все еще допивал пиво, взятое из лимузина, заорал, что он собирается наведаться на Уолл-Стрит и пообщаться с биржевыми магнатами на тему первоначального накопления капитала в, мать их, Америке. Ну, поскольку пьяного друга бросать нельзя, пришлось взять Кузьминых под мышку и ехать с этим пьянчугой на Уолл-Стрит.

Там, конечно, было весело: пофоткались рядом с Башнями-близнецами, посмотрели через пролив на Статую Свободы, съели по хот-догу, увидели кучу интересных людей на Бродвее!

На обратном пути нас поджидали неприятности. Мы спустились в метро, Тимофей утвердительно кивнул на очередной останавливающийся состав и залез туда. Мы за ним. Как оказалось, ветка метро была одна, а номера у вагонов разные, и этот состав останавливался не в районе Колумбийского университета, а на 2 остановки дальше – в то самом Гарлеме!

Картина маслом. 10 вечера. Я, пьяный Тимоха и Кузьмины стоим в метро в Гарлеме, а вокруг одни темнокожие пялятся на нас, не понимая, как четверо белых могли вообще позволить себе здесь выйти. Я еле успел заткнуть рот еврею, поскольку он начал орать, «откуда в Москве столько негров и почему такое ушатанное метро, и как отсюда перейти на ТАГАНСКО-Краснопресненскую линию». Тяжелые взгляды провожали нашу компанию, пока мы шли к выходу. Но на улице я пожалел о том, что не остался в метро. Там я мог спокойно сесть на следующий состав и уехать хоть в Куинз к мексиканцам, все ж попроще. На улице нас ожидала зарисовка из фильма «Не грози южному централу». Вдоль дороги перед каждым подъездом на ступеньках сидело по пять-шесть темнокожих. Часть из них уже начали обращать на нас внимание… Но потом у всех на лицах появились улыбки. Просто когда Тимоха увидел этот район, его проперло на песню во все горло «WHO LET THE DOGS OUT», и гавкал он так, как будто увидел самую вкусную косточку!

Следующим утром было распределение по вакансиям. Нас объединили с четырьмя москалями и направили работать в парке развлечений. После этого мы поехали на вокзал, по пути глазея на город. Нью-Йорк завораживал своей энергией и мощью. Этот шум, движение, суета. Казалось, везде был полный хаос, но в то же время все четко и со смыслом.

Нашли вокзал, купили билеты и поехали. Удивило отношение к пассажирам: в нашем автобусе был туалет, ТВ, кондиционер. Ехали долго, часов восемь. Пересекли несколько штатов и, наконец, добрались до Мериленда. Когда вышли из автобуса, был уже поздний вечер. В воздухе чувствовался запах моря. Оушен-Сити – это небольшой город, пролегающий вдоль атлантического побережья километров на тридцать в длину и около километра в ширину.

И весь город – это одно сплошное развлечение, курорт для молодежи. Сезон начинался в мае и заканчивался в октябре.

Долго искали наш адрес, шли пешком от вокзала и спрашивали всех подряд, как добраться до парка развлечений. И вот, мы уже выходим на бордвок (деревянный настил вдоль берега океана). Вдруг, слышу, один молодой американец смотрит в нашу сторону и начинает на ломанном русском кричать «ТИМ СВОЛОЧЬ ДУРАК РЕДИСКА» (нет, кричал он, конечно, кое-что похуже, но это не для печати) и бежит с распростертыми объятьями к Тимохе.

Это был Том. Они вместе работали прошлым летом в детском лагере от церкви методистов³. До сих пор не пойму, как еврей польского происхождения получил эту работу. Там Тимоха учил любопытных коллег амеров русским словечкам. Когда его спрашивали, как по-русски «привет», «пока», «спасибо» и т.д., он ради шутки учил их произносить маты вместо этих слов! Теперь я понял, почему Том с такой радостью матерился при встрече.

Оушен-Сити по вечерам безумно красивый город: все горит и сверкает, везде музыка и дух радости. Набережная утыкана аттракционами, кафешками, парками, пиццериями и прочей ерундой.

Нас встретила управляющая и расселила. Жилье очень достойное – двухкомнатная квартира с кухней и ванной комнатой. На четверых неплохо. Прошлись, погуляли и решили отметить наш приезд.

И только утром я смог оценить всю прелесть сказочно красивого пляжа и вообще места нашего проживания. Океан завораживал своей энергией и необъятностью.

Пора было на работу. Мы прошли курс обучения для персонала парка. В наши обязанности входило включать аттракционы, убирать территорию и т. д.

Мы с Тимохой прогулялись по парку и стали понимать, что можно неплохо заработать, если устроиться кассирами или на аттракционы, которые оплачивались наличными! Но, как оказалось, на такие вакансии брали только тех, кто работал в этом парке уже второй год. Наши планы были жестоко разбиты, и в итоге Тима устроился на аттракцион в виде большого пиратского корабля, который все время качался из стороны в сторону. Ни один человек не мог там находиться больше двух часов, всех начинало мутить. Он расположился на второй палубе возле детской горки, поставил себе стул, надел очки и большую часть дня просто спал, представляя, что он в обыкновенном кресле-качалке.

Нам выдали дурацкую униформу оранжево-желтого цвета, и понеслась.

Поначалу все было ново и интересно, но уже через неделю я понял, что долго здесь не выдержу. Объясню немного, чтобы было понятно. Отработав в этом парке всего месяц, я еще года полтора не мог спокойно проходить мимо любых выключателей, особенно у себя дома. Я тушил свет просто автоматически и реально не замечал этого. Однообразная, тупая работа.

Прошла неделя, мы получили первую зарплату. Сумма меня не впечатлила. Нам начислялось 5.25 $ в час, минус налоги. В месяц при таких раскладах получалось меньше 1000 $, и я обсудил это со своим супервайзером Крисом.

Это темнокожий дядька прошел вьетнамскую войну. Он очень хорошо относился к нам и всегда помогал. Крис предложил дополнительную работу – убирать санузлы и территорию. Я согласился. Первые пару дней было тяжко вставать в 6 утра и ложиться в час ночи, а потом привык. Ну, вернее, нашел способ, как надурить американскую систему. Перед началом работы все сотрудники отмечались возле конторы в специальном аппарате, который ставил время начала и окончания рабочего дня. Я давал утром свою карту англичанкам, которые шли в первую смену, и они отмечали меня на работе! Потом я просыпался, приходил к обеду, забирал у них карту и приступал к своим обязанностям! И вот через неделю дали чек. Теперь все выглядело намного лучше. Конечно, ведь было 40 часов в неделю, а стало 113.

Но радость длилась недолго. Начальству не очень-то понравилась такая прибавка к зарплате, и они технично попросили меня не сильно напрягаться.

А вот кто реально напрягался – это был один пацан, который, как и мы, приехал в Америку заработать. Он устроился на три работы. Экономил на еде, на всем вообще! А потом от одной из девчонок мы узнаем, что спустя три недели пребывания в Штатах, он умер. Блин, реально человек умер от работы!

А теперь о смешном. Получив первые чеки, мы решили их обналичить. Выяснили, где находится банк, приехали туда, и – КАКОГО ЧЕРТА? ГДЕ ВХОД? Два раза обошли здание, и ничего. Причем мы видели, что внутри были сотрудники. Оказалось, это отделение банка только для автомобилистов, и для удобства им даже не надо было выходить из машины! Клиенты подъезжали к специальному терминалу, доставали оттуда колбу и клали в нее свой чек. Затем возвращали колбу в терминал. Оттуда по трубе капсула попадала в здание банка к кассиру, а тот отправлял колбу обратно уже с наличными!! Да, да, такое бывает.

Недолго думая, мы тоже подошли к микрофону и начали разговор. Объяснили, что хотим обналичить наши чеки. Выслушав нашу болтовню, американка спросила – «WHERE IS YOUR CAR?» («Где Ваша машина?») Сказали, что мы сегодня решили пройтись пешком. На это американка ответила, что не может обслужить нас, потому что их банк работает только с людьми на транспорте. ИДИОТИЗМ. Напротив был супермаркет, и мы, расстроенные, пошли туда прогуляться и что-нибудь перекусить. Когда уже уходили, меня вдруг осенило…

Мы взяли тележку, посадили туда Кузьминых и опять подъехали к банку. Барышня чуть не умерла со смеху, когда снова нас увидела на этой «тачке». Впрочем, отказать теперь не смогла, так как формально мы были на транспорте.

Деньги были получены, надо было их освоить. Купили много еды, водки и решили устроить русскую вечеринку! Пригласили всех коллег (поляки, югославы, англичанки, америкосы).

Набрались по полной программе. И вроде бы все разошлись под утро и легли спать. НО…………

Оказалось, что Тимоха встретил своих польских земляков и решил продолжить с ними вечерину у англичанок. Ну, не знаю, что там было и что там пили, а может и не только пили, но часов в 5 утра мы у себя слышим стук в дверь. Открываю. На пороге четверо иноземных труженика нашего парка держат за руки и ноги чье-то бездыханное тело. Спросили: «IS IT YOURS?» («Ваш?») Я, узнав в силуэте обвисшего тела нашего Тимошу, сказал: «YES». И указал пальцем на ванную комнату, подозревая, что ему пригодится наш фарфоро-фаянсовый друг. Иностранная делегация пронесла нашего дипломата в ванную. На всякий случай я проверил у него наличие признаков жизни. Открыв глаза, Тимоха спросил: «ГДЕ Я?» Я начал импровизировать. Сказал, что вчера во время пати он встретил девушку своей мечты и решил жениться на ней. По русской традиции они всей толпой полетели свататься к ее родителям в Лондон!

Тима сделал грустное лицо и сказал, что мама его убьет.

Шли дни, и каждый из них стал похожим на предыдущий.

И тут, на вторую неделю нашего пребывания в Америке Тимоха сообщает, что на выходные он собирается ехать на свадьбу своего друга Тома, с которым он работал в детском лагере. И, что если у меня есть желание, то я могу поехать с ним, надо только взять выходной. Короче, в пятницу утром мы едем в Довер. Там нас встречает друг жениха по имени Рут. От него мы узнаем, что ни на мальчишнике, ни на свадьбе не будет почти никакого алкоголя, так как у Тома очень религиозная семья.

Вы можете в это поверить??? Вот и мы с Тимохой не смогли. И притащили на мальчишник ящик водки! Так как все гости наотрез отказывались от нашей огненной воды, было принято решение добавить несколько бутылок в чашу с пуншем! И через некоторое время мы увидели результат.

К концу вечеринки все гости повеселели, а отец Тома ругался матом, курил сигару и трогал за булочки стриптизершу.

Когда люди разъехались, с нами остался только Том, его дружки и волынщик (жених по происхождению шотландец), который должен был играть завтра на свадьбе. Тимоха вспоминал, как весело им было в прошлом году в лагере. Я тоже хотел веселья и предложил поехать в этот лагерь!

Долго не думали – сели в машину и помчали!

Через час мы уже стояли перед воротами лагеря и искали, как пролезть на его территорию. Зашли в корпус, где спали дети, и нашли вожатых. Некоторые из них оказались знакомыми по прошлому году, и вечеринка продолжилась с новой силой! Выяснилось, что в лагере некоторые студенты были из России, и в нас проснулся патриотизм. Конечно же, мы с ними встретились, и после третьего тоста за Родину, стали учить волынщика играть русские народные песни на его непонятном инструменте. Скажу вам честно, гимн России на волынке звучит, мягко говоря, необычно.

Уже под утро вспомнили, что скоро же свадьба, и легли спать прямо там!

Я проснулся на двухъярусной кровати от телефонного звонка. Вокруг спали бездыханные тела дружков: Тома, Тимохи и волынщика. Я поднял трубку, это была мама Тома, и она кричала: «ВЫ ГДЕ, ПРИДУРКИ?????? ВСЕ УЖЕ В ЦЕРКВИ!!!!»

Глянул на часы и офигел! До свадьбы оставалось полчаса, а жених со своей свитой был в полной нирване. Голова трещит, я бегаю по спальне, бужу всех! Когда Том проснулся, то предложил перенести свадьбу.

Короче, мы загрузили все тела и волынку и стартанули в Довер! Из выживших остался я, Тима, полволынщика, и один из дружков.

Заехали к Тому домой, и он попросил нас с Тимохой срочно одеть килты, так как двое из его дружков выбыли из боя.

Все бы ничего, если бы те парни были нашего роста. Учитывая размеры тех ребят, их килты смотрелись на нас, как длинные юбки.

Свадебная церемония проходила в церкви, фоном должна была играть волынка. Когда мы подъехали к церкви и вытащили волынщика, стало понятно – музыки не будет! Я попробовал его заменить, но жалобные звуки в моем исполнении Тома не впечатлили.

И вот наступает самый важный и трогательный момент свадьбы. Невеста идет к жениху, а мы стоим пьяные у алтаря в юбках до пола. Волынщик изо всех сил пытается выдавить из инструмента нужные звуки. Отец Тома сидит веселый (наверно от того, что накануне впервые в жизни напился и лапал стриптизершу). Гости задаются вопросом, что делают два русских коммуниста на американской свадьбе в церкви методистов, да еще в роли дружков жениха! И тут Тимоха кричит: «ГОРЬКО»!

Наверняка присутствующие хотели нас сжечь на костре инквизиции за все проделанное, но Том сказал, что о лучшей свадьбе он и мечтать не мог!!

Довольные и усталые мы вернулись в Мэриленд, и снова начался день сурка.

Исключения были, когда мы брали выходной и шли веселиться. Побывали на всех аттракционах, всех качелях и лабиринтах. Мое мнение – Америка умеет развлекаться и развлекать. Аттракционы такие крутые, что некоторые люди седеют после их посещения. Обожаю.

Иногда выбирались на пляж. В первый раз не обошлось без прокола. Все люди как люди надевали на пляж плавки-шорты. Братья Кузьмины пришли в русских плавках-трусах.

Легли на песок, и мы с Тимой стали замечать, что американцы кидают смешки в сторону братьев и показывают на них пальцем.

Костик не выдержал и спросил: «Пацаны, в чем дело? Че все ржут?»

Тимоха ответил: «Дело в том, милый мой друг, что в таких плавках в Америке на пляж ходят только геи».

Однажды утром мы ушли на работу, но через двадцать минут сработала пожарная сигнализация. Персонал и посетителей сразу же попросили покинуть парковую территорию. Мы обрадовались и двинулись в сторону своего жилья. Мимо проносились пожарные машины, скорая помощь, полиция. Когда подошли к нашему дому, я понял, что в этом карнавале не обошлось без нашего участия.

Мы с Тимохой одновременно посмотрели на Кузьминых и спросили: «Дебилы, вы печку выключили???» Ответ был очевиден. Дым шел как раз из наших окон. И вот мы стоим и думаем, куда бежать? К дымящейся двери или в Россию? В итоге почти все уцелело, но по всей общаге еще две недели воняло сгоревшей сковородкой с едой. Братья ходили виноватые до конца всей поездки.

Финальным штрихом нашей работы в парке стала очередная вечеринка, приуроченная к выходному дню. Ну, как всегда, было шумно, пьяно, весело, но на этот раз с дракой. Сорокалетний американец решил проверить свои силы армрестлингом.

И немного проиграл двоим из нашей комнаты. Тут америкоса понесло, и он решил задеть наши патриотические чувства. Тогда мы с Тимохой отработали на нем технику Брюса Ли, Джеки Чана и Чака Норриса. Как только американский дебошир отключился, мы вынесли его на пляж, чтобы он освежился и остыл!

К обеду следующего дня нас вызвал управляющий и спросил: «WHERЕ IS ROB?» («Где Роб?») Ну, мы как-то сразу смекнули, что Роб – это вчерашний потерпевший. Начали отнекиваться, но стало понятно, что приближалась БЕДА. Роб-то куда-то пропал. Вот и думай, где этого придурка теперь носит? А ведь есть шанс, что он утонул во время прилива! Мы решили особо не ждать, чем закончатся поиски, и быстро собрали вещи.

Ночью сели в автобус и отправились покорять Нью-Йорк.

P.S. Как позже выяснилось, чертов америкашка Роб просто ушел в запой на пару дней, преспокойно сидя у своей подружки.

Глава 2

ПРИВЕТ, NY

Утром следующего дня мы прибыли в Большое Яблоко.

План был прост: позвонить моему однокласснику Данилу, который повел себя как-то не по-русски, и, собственно, благодаря которому я загорелся Америкой, чтобы он нам помог устроиться. Звоню, встречаемся, и понимаю, что план провалился. Оказалось, все истории о хорошей жизни были враньем для отчета русской бабушке.

В реале дела обстояли так: Данил находился в штатах нелегально, не мог вернуться в Россию, потому что отказался от российского гражданства, не мог устроиться на любую легальную работу в США, и всё в таком духе.

Решили найти какую-нибудь самую дешевую общагу. Кое-что подвернулось на Брайтон-Бич. Я даже в России не видел таких убогих интерьеров!

Нас расселили по разным комнатам, и мы приступили к поискам работы. Вернулись только вечером, и на тебе, сюрприз – пол-общаги ходит в наших шмотках и пользуется нашими вещами. Для ясности уточню, что постояльцы – это мужики за сорок, из которых девяносто девять процентов нелегалы, готовые за скромные деньги любому глотку перегрызть.

Увидев, как мимо меня прошли мои спортивные штаны, я решил завести диалог с тем, кто был в них, и поинтересовался, не мои ли они? Наглая рожа ответила, что коли мы живем в общаге, то и все имущество тоже общаковое. Естественно, нам все это не понравилось. Немного погодя, я взял на общаковой кухне общаковый нож, и направился в душ, где в тот момент находился новый хозяин моего гардероба. Без лишних церемоний общаковый нож уперся в бок наглеца, и я сделал предложение, от которого он не смог отказаться. Наши вещи вернулись на свои места, а нас самих поселили вместе в одной комнате размером два на три метра с двухъярусной кроватью и окном, выходящим на линию метро.

Две ночи не получалось заснуть, потому что до трех утра под нашим окном мотались составы метро. На третий день нашли выход – ВОДКА. Шло время, с работой голяк, деньги подходят к концу. Наступил момент, когда меня начали одолевать сомнения – а стоит ли продолжать пребывание в Америке? Через две недели в Нью-Йорке наши ресурсы полностью истощились. Причем так совпало, что именно в тот день одного из наших великовозрастных общажных джентльменов удачи насмерть забили перед входом в общагу какие-то мексиканцы.

Как позже выяснилось, он задолжал им 200$. Из-за этого общагу закрыли, и мы оказались на улице. Братья сразу вышли на сеанс связи со штабом МЧС (папой), и тот нашел какую-то комнату, куда они благополучно заселились.

А мы с Тимохой решили заночевать на пляже. Если нет дождя, там даже неплохо.

На пляже мы расположились под бордвоком.

Спать там круто. Оказалось даже, что мы не одни такие умные. Мексиканцы жили там целыми семьями. Вообще они классные, с ними весело пить текилу.

Итак, денег – ноль. Работы – ноль. Настроение – … ну вы поняли. Иногда кое-как получалось ночевать у братьев.

Мы много бродили в поисках работы. Как-то раз забрели на, так называемую, биржу труда. Это место находилось где-то возле кладбища. С самого раннего утра там собирались люди и ждали, когда подъедет машина, и кто-нибудь предложит черную работу: на стройку, уборку или еще что-нибудь.

Публика была разношерстная, но в основном взрослые мужики-нелегалы. Мы немного пообщались с одним из таких, и поняли, что половина всей предлагаемой работы это чистой воды кидалово. А иногда работяги вообще не возвращались или приезжали покалеченными.

В общем, мы поняли, что искать здесь – не лучший вариант. Решили вернуться на Брайтон. Пошли на станцию метро, а так как денег было совсем мало, решили сэкономить и перепрыгнуть через турникет, который принимает оплату за проезд. Надо сказать, что станции метро в Нью-Йорке были ужасные. Там ошивались бродяги, валялось много мусора, где-то постоянно было перегорожено из-за ремонта.

Подошли к турникету, смотрим по сторонам. Кроме какого-то бомжеватого мужика, никого не обнаружили.

Перемахнули через преграду и стали ждать поезд. Подходит к нам тот самый бомж, распахивает свой плащ, а там висит полицейский значок. Говорит: «Теперь сделайте все то же самое в другую сторону и заплатите за проезд».

Мы с Тимохой были в замешательстве, но все-таки вышли и заплатили. До сих пор не могу понять, это был реальный коп или нет.

Добрались до Брайтона и пошли подряд по всем заведениям. Нам очень нужна была хоть какая-то работа. Хотелось есть, ни о каких миллионах речь уже не шла.

Везде нам отказывали. Казалось, что мы вообще лишние в этом городе. Зашли в ресторан Гамбринус (хозяин был грузин). Поговорили с управляющей, и она предложила поработать басбоями. Это, говоря по-русски, помощники официанта (принеси, подай, иди отсюда, не мешай). Мы так обрадовались! На следующий день пришли на обучение. В обязанности входило приносить блюда, уносить грязную посуду, менять пепельницы, выносить мусор, мыть полы. Обещали нормальную зарплату, плюс официанты должны были нам доплачивать из своих чаевых. На следующий день начались трудовые будни. По 12—16 часов на ногах. Обедом нас кормили. Было тяжело, но мы очень старались и хотели работать.

На кухне трудились мексы. С ними никто не мог тягаться, потому что они пахали, как рабы, за копеечную зарплату. Один из поваров был молодой парень Хосе, очень обаятельный, общительный и позитивный. Иногда он нас учил испанскому (в основном материться и кое-что из простых фраз). Когда он спросил наши имена, ему так понравилось мое имя – Роман. Хосе сразу сказал: «Я буду называть тебя РОМАНТИКО».

Мы работали, но обещанной зарплаты так и не видели. Давали по 20—30 долларов в день, и всё. Это очень мало за такой труд, но деваться-то было некуда.

Зато однажды в разгар нашей смены в ресторан зашла компания из двенадцати человек. С ними был огромный парень, больше двух метров ростом, с лицом «русского медведя». Оказалось, что это был никому тогда не известный Николай Валуев со своими тренерами и менеджерами. Они отмечали его первую победу в профессиональном боксе (конечно, победил Валуев, никто просто не мог допрыгнуть до его головы, рост 2 м 13 см и 150 кг веса). Нам с Тимохой выпала честь убирать за Коленькой посуду. Когда он сидел на стуле, а я проходил мимо, наши головы были на одном уровне. Он очень большой. Настолько большой, что в ресторанном туалете пришлось закрывать общую дверь, потому что в кабинке Великан не помещался и справлял нужду нараспашку. В конце ужина мы упросили управляющую, чтобы она предложила ему сделать фото с коллективом, и Николай согласился. До сих пор храню это фото и горжусь, что я тогда встретился с будущей звездой.

Проработав недели две в Гамбринусе, мы поняли, что нас обманывают, и ничего не изменится. На экстренном совещании решили: «ДА ПОШЕЛ ЭТОТ РЕСТОРАН НА ТРИ БУКВЫ». Кстати, через пару лет я увидел Гамбринус в фильме «Брат 2».

В конце рабочего дня, получив свою жалкую зарплату и прихватив заодно бутылку Хеннесси, мы решили, что уволились. Сели на набережной, дождались братьев и выглушили коньяк до дна. Стало хорошо и весело. В тот вечер ночевали в теплой квартире Кузьминых на теплом полу.

Нужда рождала в голове чумовые идеи. Одну из них решили воплотить. План был такой: найти на парковке какую-нибудь машину подороже, и, когда водитель будет сдавать назад, сделать вид, что он нас сбил. По такому волшебному плану хозяин авто должен был предложить нам компенсацию за наши мучения в размере от 100$ и выше.

Все так и сделали. Нашли мерседес, дождались заднего хода и прыгнули под машину, стукнув по багажнику кулаками. Все было идеально, но, блин, это же Брайтон-бич! Хозяин авто оказался одесситом. С ним была его жена Сима. Эта дама вышла из машины, увидела нас, лежащих под ней, и говорит мужу: «Фима, таки що эти молодые люди ищут под нашим автомобилем? Может они воры?» Стало понятно, что надо вставать и менять район.

Было и кое-что веселое. Однажды, проснувшись на пляже после пьянки с мексами, я спросил у Тимохи, хочет ли он кушать? Это был чисто риторический вопрос, потому что ели мы редко и только то, что удавалось украсть в магазинах. Ответ, конечно, был утвердительный, и я стартанул в ближайшую овощную лавку. Спер там немного винограда и персиков. Возвращаюсь, а Тимы нигде нет. Вот лежит рюкзак, на котором он спал, а его самого нет. Стою, оглядываю пляж и вижу уборочную машину, которая каждое утро просеивает песок на пляже. И тут до меня доходит, что Тимоха никуда не делся, его просто засыпало песком. Подхожу ближе к рюкзаку и вижу, лежит мой польский барин под приличным слоем песка и сладко спит. Я решил не упускать возможности приколоться над любимым другом. Быстро сбегал за мексиканцами, мы встали вокруг Тимы и начали причитать, как на похоронах – делать вид, что мы реально стоим у могилы. Я где-то нашел цветок, чтобы все выглядело правдоподобно. Секунд через десять Тимоха начал просыпаться. Я не знаю, что он почувствовал, но в его глазах был жуткий страх. Он лежал молча и совсем не двигался. А я так вошел в образ, что начал просить прощение за то, что не смог уберечь его от такой нелепой смерти, и что мне так жаль, что он ушел от нас таким молодым. После этих слов Тима медленно закрыл глаза и через секунду, как ужаленный, вскочил из песка и заорал. Потом он рассказывал: «Я думал, мне снится сон: я вижу снизу тебя, мексов, все мрачные. И ты говоришь какую-то ерунду про мою смерть, про то, каким я был. И когда я понял, что во сне я умер, я резко подорвался, и тогда только понял, что это развод».

Знаю, это было немного жестко, но как жили – так и шутили.

Все ржали, как кони.

Еще нас порадовал один старый одессит.

Братья Кузьмины иногда любезно предоставляли на временное убежище за скромную плату, и нам подолгу приходилось их ждать вечером после работы. Как-то раз, время было уже далеко за полночь, мы – грязные, вонючие и голодные, сидим на лавке и пытаемся как-то отвлечься и не уснуть. Тут выходит какой-то бомж с телегой, полной пивных банок. Подходит к нам и говорит: «Таки вам здрасти. И шо такие красивые и не вульгарно одетые хлопцы делают в такое темное время на лавке?»

Сказали – ждем друзей.

Дед, недолго думая, говорит: «Ну, так и быть, я помогу вам украсить ваши ожидания за пару долларов».

А я ему: «Ты чё, дед?????????? Да в нашем положении мы за пару долларов воробья в поле загоняем».

Удивительные люди эти одесситы.

Дед: «Тогда расскажу вам анекдот в кредит. Разбогатеете – отдадите».

Ну и ладно, давай.

«Сидят в песочнице два пацана года по 4. Один другому говорит: – Слушай, Петька, а меня родителям аист принес.

– Ух ты, – отвечает Петька. – А меня, Сашка, родители нашли в капусте.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Тимофей – польский еврейка со звучной фамилией Стошневский. Это человек, которого я до сих пор люблю и уважаю за ум, смекалку, изобретательность и доброту.

Вернуться

2

КУЗЬМИНЫ – разновидность человекоподобных землян, выросших на книгах «БАНДИТСКИЙ ПЕТЕРБУРГ», но мало похожих на их героев.

Вернуться

3

Протестантская церковь. Методисты проповедуют религиозное смирение, терпение.

Вернуться