# Люди белых снегов

Ирина Тюрина

До XIII века родиной якутов было Приангарье и берега озера Байкал. Но с приходом беглых людей, не желающих служить монгольским ханам, жизнь коренного населения изменилась. Пришлые нападали на якутов, разоряли их улусы, уводили женщин и детей, чтобы продать в рабство. У якутов не было выбора – они с болью в душе покидали свою землю и уходили в края, где царит вечная мерзлота с глубокими белыми снегами. Один из героев этого рассказа ребенком попал в рабство к монгольскому хану. Находясь в плену несколько лет, он влюбился в рабыню-славянку. Чтобы спасти свои чувства, герои решились на отчаянный шаг…

Шаман уже был в состоянии транса. Проводник духов с трудом отличал в какой реальности он находится. Ударяя в бубен шаман кружился в странном танце вокруг костра. Временами он, что- то выкрикивал на понятном только ему языке, очевидно призывая духов войти с ним в контакт, который подвластен только ему одному. Двое учеников зорко следили за своим учителем, чтобы тот нечаянно не поджег у огня свои меховые накидки. Вид у поющего шамана был устрашающий, но присутствующие при этом обряде сидели очень тихо, боясь даже пошевелиться. У Булгута уже давно затекли ноги, но нельзя мешать проводнику к духам. Тем более, что это Булгут обратился с просьбой к шаману, чтобы тот призвал духа Дэлбэ Айыы, который покровительствовал, как считали якуты в деторождении. Молодую жену Булгута уже два дня мучили болезненные родовые схватки. Силы молодой женщины были уже на исходе, а ребенок никак не хотел появляться на белый свет.

Булгут, застыв в одной позе следил за действиями шамана, но мысли его вернули в прошлое.

Булгут родился в семье якутов. Стойбище, где жили родители Булгута находилось в лесах Приангарья. Уже много веков это была родина всех якутов. Уже никто не помнил, как оказались здесь их предки. Но леса Сибири щедро их одаривали своими кормовыми запасами. Полноводная река Ангара не только была поилицей для якутов, но и давало хорошую возможность заниматься рыбной ловлей. До самого Забайкайлья жили отважные якуты. Они были хорошими охотниками и рыболовами. Отменно занимались коневодством и даже протяжении многих веков вывели особую породу лошадей, которая была не прихотлива в еде. Хорошо переносила далекие переезды, а самое главное эта лошадь отлично выживала в жестокие сибирские морозы. Ни один якут с самого раннего детства не представлял себя без лошади. Но рано или поздно находится враг, который начинает тебя выживать с твоих любимых земель. Якуты были одно целое с природой. У них на все растущее и живущее на земле были свои духи, которым они искренне поклонялись и верили, что даже у камней есть духи. Для них не были приемлемы кровопролитные войны между людьми. Их вера запрещала убивать человека, даже если это был их враг. Они были настолько миролюбивы, что предпочли оставить свою любимую Родину, где жили с незапамятных времен и освоить новые земли. Новая земля оказалось суровым и холодным краем, где земля даже не оттаивала летом, но зато она была недоступна для теплолюбивых монгольских захватчиков. Переселение якутов происходило на протяжении нескольких лет. Это было совсем не просто уйти со своих родных земель, но приходилось покидать из-за жестоких кочевников. Те же якуты, которые проживали в густых лесах Сибири, чувствовали себя более безопасно, так как монголы степные люди и они боялись соваться далеко в лес. Да и суровые, холодные зимы Сибири не давали врагу долго задерживаться на просторах Байкала. С наступлением холодов дикие кочевники покидали богатый край, давая тем самым передышку якутам.

Стойбище, где родился Булгут уже давно углубилось в девственные леса Сибири. И монголы не могли до них добраться. Отец Булгута был отменным охотником. О его зорком глазе и меткой руке знали даже в отдаленных стойбищах. Булгут был первенцем, отец был горд рождением сына. Ведь он должен был продолжить ветвь охотников и быть наследником всего добра, что отец нажил. По тем временам его отец не считался бедным. У него были стада коней, оленей. Его большая юрта была выстлана хорошими и красивыми шкурами диких животных. Многие хотели породниться с его отцом. Многие приезжали из далеких стойбищ к отцу в надежде, что он согласиться сделать маленького сына чьим-то женихом. Но отец гостям говорил, что его сын еще слишком мал для такой сделки, пусть подрастет. В те древние времена у якутов был обычай искать малолетнего жениха для своей новорожденной дочери и пока маленькая невеста еще сосала материнскую грудь, родители уже подыскивали ей подходящего жениха, для замужества, когда она подрастет. За девочек, когда она выходила замуж с жениха брался богатый выкуп и поэтому поиск иногда затягивался на долгие месяцы. Каждый родитель невесты мечтал за свою дочь получить, как можно больше оленей или лошадей.

Когда Булгуту исполнилось пять лет приехали гости с дальнего пастбища. У них на одеждах был вышит орел. Это величественная птица была тотемным животным этого рода. Точно такая же птица была вышита на одежде Булгута и его родителей. Отец очень обрадовался приезду этих гостей. Они были встречены с особым почетом. Гости были приглашены в гостевую юрту. Юрта была отделана и выстлана шкурами с особой тщательностью. В этой юрте собирались только по великим праздникам. В центре юрты стоял низенький столик, сделанный из лиственницы. Когда гости расселись вокруг стола мать подала всем кумыс. Вкусный и сытный напиток, приготовленный из кобыльего молока. Затем на столе появились большие куски отваренной оленины. Отец и гости о чем-то тихонько переговаривались. Затем позвали в гостевую юрту Булгута. Один мужчина из гостей зачем с особой тщательностью ощупал тело мальчика, потрогал руки и ноги, даже заглянул в полость рта, попросив малыша пошире открыть рот. Булгут совершенно не понимал, зачем гости из дальнего стойбища так внимательно разглядывают его и с недоумением смотрел на отца своими черными, как угольки глазами.

Гости остались довольны, осмотрев Булгута, кивая в знак согласия, глядя на притихшего отца. Затем еще посидев какое-то время в теплой юрте, гости засобирались в обратный путь. Вечером, когда вся сидела в юрте у жаркого огня, отец сказал, что Булгут теперь жених и у него есть красавица невеста. Ребенок совершенно не понимал о чем говорит отец, но одно он знал, если отец говорит, что он жених, то значит так и должно быть.

Теперь детские игры для Булгута практически закончились, он все время находился возле отца и пытался помогать и повторять за ним во всем. Потому что он теперь жених и ему надо отвечать всем требованием будущего супруга. Он должен был прежде всего научиться метко и точно стрелять из лука, уметь объезжать молодых жеребцов. Ездить на лошади начал Булгут практически в младенчестве. Он еще не умел ходить, а отец его сажал на самую спокойную маленькую лошадку, привязывал покрепче Булгута к сидению и часами водил лошадь по кругу. К гордости отца сын уже к трем годам сидел самостоятельно в седле и даже скакал галопом, крепко, схватившись за гриву коня. Подрастая Булгут всему учился у своего отца. Он перенимал повадки, поведение, он учился быть хорошим сыном. Когда ему исполнилось десять лет отец стал брать с собой на охоту. Они брали хорошо провяленную на солнце оленину, рыбу и отправлялись в глубь тайги на несколько недель. Отец терпеливо передавал сыну охотничье мастерство. Научил Булгута различать звериные следы. А когда они делали привал, то отец его учил, как можно разжечь огонь из промокших от дождя веток. Булгут любил такие отдыхи у костра. Ему нравилось вдыхать смолистый дым, идущий от горящих веток, слушать треск угольков костра. Наевшись вяленной оленины, предварительно, размочив в воде отец подложив побольше смолистых веток в костер, начинал рассказывать Булгуту легенды и сказки о своих дальних предках, о добрых духах, которых нужно уважать и почитать, и не слушать злых духов, если они завладеют твоей душой. Булгут слушал отца, открыв от изумления рот. Он старался запомнить каждое слово, сказанное отцом, потому что, когда у него тоже будет сын он должен передать ему все-то, чему его научил отец. Такие единство между отцом и сыном происходило от поколения к поколению на протяжении многих веков. Якуты от леса брали ровно столько сколько нужно для выживания. Каждое поколение знало, что им на смену придет другое поколение, которое тоже будет почитать природу, как родную мать.