# Будь на моей стороне

Дарья Высоцкая

НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ.«Будь на моей стороне» – это просьба, призыв, возможность. Это о самом сокровенном: о любви, о душе, о прошлом и будущем, о жизни, о смысле, о женщинах и мужчинах. Нашлось место и для юмора, для насмешек и сарказма.«Здесь живет что-то очень женское» Dara.Книга содержит нецензурную брань.

Корректор Иван Чернышов

Иллюстратор Екатерина Панфилова


© Дарья Высоцкая, 2017

© Екатерина Панфилова, иллюстрации, 2017


ISBN 978-5-4483-7755-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

## Между криком и вздохом

Стихи, которые одновременно были бы самобытными, современными, новаторскими, и в то же время оставались настоящей поэзией в плане художественного мастерства и глубины смысла, встречаются редко, по ним испытываешь голод. Поэтому творчество Дарьи Высоцкой привлекает сразу, с первых услышанных стихотворений. И именно благодаря этой главной особенности – в них найден трудноуловимый баланс между экспериментом и традицией, громкостью и красотой мелодии. Это баланс между криком – тем, что цепляет внимание, выбивается из общего ряда, и вздохом – тем, что лежит в глубине души, чему невозможно искренне не переживать. И самое удивительное, что поэту удается не просто находить какую-то математическую середину, а сочетать оба полюса.

При знакомстве с новыми произведениями, с новыми авторами волей-неволей пытаешься придать им некоторые литературные координаты, привязав к стилю, школе, предшественникам, хотя часто это может казаться умалением самостоятельности, самоценности. Но что поделать, все словесное творчество находится в едином литературном пространстве. К тому же в любом случае даже у самого оригинального творца есть учителя, любимые имена. У Дарьи Высоцкой этот круг угадывается достаточно четко – Иосиф Бродский, Вера Павлова, возможно, Маяковский, современная музыкальная поэзия. Но опять-таки все из-за того же грамотно выставленного баланса тем, приемов, стилей (вполне может быть, что делается это на уровне интуиции, а не строгого просчета), автор при этом не становится подражателем и даже последователем. Уже по этой первой книге можно говорить о собственном почерке, звучании поэзии Высоцкой.

Попытка назвать это женской лирикой тоже была бы достаточно условна и неоднозначна. Конечно, отношения мужчины и женщины с их накалом, проблемами, трагедиями стали темами большинства стихотворений. Но все же для чисто женской поэзии в строчках Дарьи многовато философии, размышлений. Как в поставленном в одном из четверостиший вопросе – что страшнее – смерть близкого человека или то, что ты не успел загладить причиненную ему боль?

Так пугала чужая смерть:
неизбежно и непоправимо
так же страшно, как не стереть,
боль, которую я причинила.

А ведь у автора нередок еще и глубокий социальный подтекст, внимание к конфликту человека и общества. И опять ставится вопрос, что страшнее. Только теперь выбор между неприятием и равнодушием:

И среди этих сотен мне не найдется врага
как не найдется того, кому я стану ценна.

В то же время Дарья умело использует приемы эстрадной и современной клубной или интернет-поэзии, до некоторой степени – эпатаж. Это и форма стихотворений, и ритмика строк, намеренно уводимые от классических. Намеренна и «нелюбовь» автора к классическим рифмам, и любовь к ломанию привычной сочетаемости, фразеологии. Из-за этого – «бес в ребре», «ждать ее днем с огнем».

Интересна игра с литературным пространством, с его именами и символами: «каждая стерва… падет, пристыженная цитатами Мураками». Или:

Пятница. Двадцать один ноль-ноль.
Время льет текилу и сыпет соль.
Еще немного, я буду Ассоль,
а пока я хороша словно Флер де лис…

Однако главные и самые ценные приемы – авторские образы: «вакцинация алкоголем», «родной человек растаял в чужих руках», «извечный спор музыки и тишины», «город наш – неуютный кабак», – порой переходящие в афоризмы: «По сравнению со мной стрекоза обязательна и ответственна», «Мы не звери, мы слишком умеем лгать», «Выход из -дома – возможный путь на войну», «Маньяк, который бежит, но ждет хоть малейшего шанса попасться».

И это уже признаки настоящей поэзии, зрелости поэта, дополненные таким важным, но не таким частым качеством как искренность. Стихи Дарьи Высоцкой искренни, они полны настоящими, прожитыми, а не придуманными чувствами, мыслями. И поэтому им веришь, несмотря даже на некоторую эпатажность, громкость, о которой говорилось в начале. Даже редкий для лирики прием абсурда – увеличение разницы в возрасте лирической героини и ее первого возлюбленного в одном из лучших Дашиных стихотворений «Мне восемь, тебе двенадцать…» – не вычурность, а отражение надлома, трагедийности таких отношений.

Говорить о поэзии Дарьи Высоцкой можно долго – спектр литературных достоинств и находок, поднятых тем и образов достаточно широк. Отдельно можно обсуждать и поиски, в которых, несомненно, еще находится автор – книга-то все-таки первая. Но все же главное, о чем хочется сказать, это что накопленный поэтический потенциал – а он явно чувствуется в представленных здесь стихотворениях – позволяет надеяться на продолжение, на новые страницы творчества. А пока остается поздравить автора с первой книгой, а читателей – с возможностью познакомится с таким ярким и интересным явлением, как поэзия Дарьи Высоцкой.

> Илья Виноградов,

> член Союза писателей России

## «От боли, причиненной каждым мужчиной…»

От боли, причиненной каждым мужчиной,
у меня по морщине.
От боли, причиненной каждому мужчине,
у меня по морщине.

## «Будь на моей стороне, если я неправа…»

Будь на моей стороне, если я неправа,
хоть на моей стороне штормовые живут облака
и стекленеют глаза – вокруг ледяная тьма,
черная пустошь – это моя сторона.

Будь на моей стороне, если я здесь одна,
ведь будет день, и он сменит ветра,
солнце проглянет, зазеленеет трава,
и на моей стороне окажутся сотни тогда.

И среди этих сотен мне не найдется врага,
как не найдется того, кому я стану ценна,
и потому сейчас, сегодня, всегда,
будь на моей стороне, если я неправа.

## «Мне бы только ночей не спать…»

Мне бы только ночей не спать,
отравиться каким-нибудь ядом,
до утра на столах танцевать,
поражать всех своим нарядом.
По сравнению со мной, стрекоза
обязательна и ответственна,
а я накрасила черным глаза
и общаюсь весьма непосредственно.
Если что-то сверкает в ночи,
знай, что это мои коленки,
на меня хоть кричи, хоть ворчи —
все горохом об стенку.

## «Мне восемь, тебе двенадцать…»

Мне восемь, тебе двенадцать,
на пляже Феодосии ты учишь меня целоваться.
Исполняешь все мои желания: медузу и даже мороженое,
ходишь за мной, приклеенный-привороженный.

Мне восемнадцать, тебе двадцать два,
тебя ждут: второй ребенок и третья жена.
Под шум моря в Краснодаре, под вина Кубани
мы прыгаем с волнореза в наши детские воспоминания.

Мне двадцать семь, тебе тридцать пять,
черт, я сбилась со счета: сколько жен ты успел поменять…
Мы на брудершафт, сорокоградусную, без закуски,
парижский вечер, хорошо, что нас никто не знает и не говорит по-русски.

Мне тридцать, тебе сорок два,
не проси, я же тебя как облупленного, и слишком люблю себя.
Морщины выдают, но двенадцатилетнего ребенка глаза.
Нет завтра – есть ночь, коньяк, гостиница, зима.

Мне тридцать пять, тебе пятьдесят один,
и бес в ребре, и в бороде не сосчитать седин.
Уже в дверях, вздыхаешь: «знаешь, у меня ведь одни сыновья,
я бы многое отдал за дочь, похожую на тебя».

Мне тридцать пять, ты остался без времени,
над гробом рыдает твоя последняя жена —
беременная,
мне отдать ей своего тепла так хочется,
она совсем девочка, почти ровесница нашей дочери.

***

Нет, конечно, мы не знакомы,

и я не помню, какой ты худой и голый.

был бы летчик, так снились аэродромы,

но корабли твои в боли и алкоголе

тонут.

## «От фатальности нет врачей и панацей…»

От фатальности нет врачей и панацей,
только редкая вакцинация алкоголем,
ты опять мне: «много не пей,
нынче здоровье так дорого стоит».

Ты опять мне: «будет дом и семья»,
ты мне снова: «счастье – оно внутри»,
но слова эти – клетка из серебра,