Андрей Мельников
Авантюристка

Пролог

Осенний сезон в столице славного Танского королевства городе Расе выдался в этом году на редкость скучным. Бродячие театры и цирки почему-то обходили его стороной, а спектакли в единственном городском театре были неинтересны. Но главное светская жизнь была какой-то вялой и невыразительной: без громких скандалов, измен, дуэлей, короче, без тех своих проявлений, которые так скрашивают существование скучающих персон высшего света. Поэтому ежегодный осенний бал в королевском дворце явился той отдушиной, которая могла привнести в тусклую жизнь столичного бомонда хоть какое-то разнообразие. К тому же на балу должно было произойти одно весьма любопытное событие.

По традиции на осеннем балу королю, а заодно и верховной знати, представлялись вновь назначенные вице-короли колоний, губернаторы провинций и новые пэры королевства. И одно из этих назначений было весьма экстравагантно.

Указом, подготовленным премьер-министром и утвержденным королем Арианом Вторым, некой Алисе жаловался титул графини Аратской и только что испеченная графиня назначалась губернатором Байской провинции. Это было очень необычно. Не часто графские титулы давались совершенно не известным в свете людям и не принято было в королевстве назначать женщин на столь высокие посты. К тому же эта Алиса, которая сразу стала объектом повышенного внимания, была крайне таинственной личностью. В столице ее никто не видел и о ней никто ничего толком не знал, а если и знал то помалкивал. Но чем меньше было достоверной информации, тем больше сплетен, и слухи про Алису ходили самые разные. Естественно, скучающее общество с нетерпением ждало бала, на котором воочию можно будет лицезреть столь таинственную личность и хоть как-то удовлетворить свое любопытство.

Алонзо появился во дворце слегка запоздав. Приемные залы были уже полны приглашенными, но король и премьер еще не выходили, и собственно бал еще не начался. Вельможи, гвардейские офицеры, благородные дворяне, высшее купечество, придворные красавицы группировались небольшими кучками в различных местах огромных приемных залов, разделенных колоннами. Шустрые, хорошо вышколенные лакеи разносили подносы со всевозможными закусками и легкими винами. В общем все было как обычно. Кивая знакомым, рассыпая любезности и целуя ручки дамам, Алонзо, внешне непринужденно лавируя по залу, пробирался ближе к дверям из-за которых должен был появиться король. И хотя слегка ироничная улыбка привычно сияла на его лице, на душе у него было отнюдь не спокойно.

Из долетавших до его слуха реплик, можно было судить, что общество муссировало в основном тему Алисы Аратской.

– Я вам точно говорю, она внебрачная дочь Ариана Первого и сестра нашего короля, поэтому так быстро и возвысилась.

– А ерунду вы несете, милейший, ну какая дочь! Ариан Первый не страдал манией сокрытия своих детей. Мы все знаем и герцога Пойского и маркизу Балуа. И совершенно непонятно почему столько лет ничего не было слышно об Алисе Аратской.

– Она бывшая рабыня, и во время бунта в позапрошлом году возглавляла отряд смертников, которые не давали пощады никому. Титул и должность – это плата за мир в провинции.

– Но ведь граф Берндот подавил восстание, что же ее не повесили вместе с остальными бунтовщиками?

– Где он теперь этот ваш Берндот? А бунт подавили только на словах, порядка в Байске как не было, так и нет.

– Да, проворонил ваш хваленый граф провинцию. А уж как был крут, чуть ли не в короли метил.

«Как мимолетна мирская слава», – подумал Алонзо, протискиваясь ближе к окну. «Еще совсем недавно, не то что говорить, даже подумать такое про могущественного графа боялись, а теперь любая шавка так и норовит тяпнуть мертвого льва».

– Готов биться на спор, что эта Алиса здоровенная мужеподобная бабища. Мне один клиент из Байска рассказывал, что она предводительствует шайкой разбойников и настолько крута и злобна, что самые отчаянные головорезы ее опасаются и предпочитают не связываться.

– А я вам говорю, она связана с нечистой силой и ее не возвышать надо, а отдать священному трибуналу, что бы разобрались.

– Но мы же не дети, что бы верить в эти сказки.

«А может я ошибаюсь?» – подумал Алонзо – «и Алиса Аратская не та женщина, о которой я думаю, и с которой мечтаю и боюсь встретиться?»

Алонзо чуть-чуть не успел занять облюбованное им у окна место за колонной. Откуда он мог бы хорошо просматривать заветные двери, оставаясь практически незаметным.

– Ба, какая приятная неожиданность! Молодой барон Пара, а мы только что о вас вспоминали. – Перед Алонзо выросла, затянутая в мундир капитана гвардии, внушительная фигура Тресио. Схватив за руку слабо упирающегося Алонзо, он целеустремленно потащил его к небольшой группе молодых дворян собравшейся вокруг кресла в котором восседала маркиза Малье.

– Господа, позвольте представить вам моего лучшего друга – барон Алонзо де Пара.

«Господи, откуда ты только взялся на мою голову, ты же служишь на флоте», – думал Алонзо, «Хотя, вроде ходили слухи, что тебя перевели в гвардию. Но как в это можно было поверить, чтобы такого болвана, да еще служившего на флоте перевели в столичный гарнизон». В настоящий момент Тресио, наверное, был человеком, которого Алонзо больше всего на свете не хотел бы видеть. Последний раз они виделись, когда бежали из охваченного пожарами мятежного Арата, а именно об этом эпизоде своей биографии Алонзо сейчас предпочитал умалчивать. Но не будучи катастрофически грубым, отделаться от Тресио было невозможно. Он не понимал намеков, был туповат, обидчив и прямолинеен, при этом славился вспыльчивостью и наплевательским отношением к нормам поведения в высшем обществе. Мог прилюдно закатить скандал с мордобоем. При этом, не утруждая себя заботой о последствиях своих поступков, просто надавать обидчику по морде, как какому-нибудь мужику, что при его чудовищной физической силе, как правило, не составляло труда. Если же, его все-таки вынуждали драться на дуэли, с оружием в руках, то для вызвавших его «счастливчиков» это кончилось очень трагично, двое были убиты, а один искалечен. В поединках он использовал различные грязные приемы, наплевав на дуэльный кодекс, а так как действительно неплохо владел оружием и был опытен в драках, то достаточно легко выходил победителем. Как ни странно ему все сходило с рук, и дела, за которые другого уже упекли бы в тюрьму или как минимум сослали, кончались для него пшиком, типа высказывания высочайшего неодобрения без каких-либо материальных последствий. И даже его военная карьера из-за подобных скандалов ни разу не пострадала. Он регулярно рос в звании, хотя на поле битвы выказать свою воинскую доблесть и офицерское мастерство ему не довелось. Короче, Тресио был человеком, которого в обществе не любили, но связываться с которым опасались. Правда следует отметить, что обладая звериным чутьем, он в качестве своих жертв всегда выбирал людей не обладающих достаточным влиянием и богатством, чтобы в силу своего положения доставить ему по настоящему серьезные неприятности.

После взаимных приветствий и раскланиваний, Тресио, оправдывая самые худшие предчувствия Алонзо, заговорил об Арате.

– Барон подтвердит мои слова, мы вместе драпали из Арата в позапрошлом году.

– Какие слова мой дорогой Тресио, я совершенно не в курсе о чем речь.

– Представляете, милый барон, – проворковала маркиза, – Мы, как и все, говорили о новом губернаторе и графине, Алисе Аратской. Тресио утверждает, что она была одним из участников бунта рабов. Мы – Малье обвела рукой собравшееся общество, – ну никак не можем поверить в это. Графиня не может быть вместе с чернью, это же нонсенс, но Тресио утверждает, что вы были знакомы с графиней еще до Аратского восстания и можете подтвердить его слова, так рассейте же наше недоумение.

«Вот козел», – подумал Алонзо – «Что же им сказать?»

– Возможно, маркиза, я право не помню, это было так давно.

– Да кто бы сделал ее губернатором, если она бунтовщица. – Встрял в разговор один из дворян.

– Наш благородный лорд Раис приказал бы повесить ее, а не давать ей титул и должность.

– Тем более, что кто-кто, а премьер-министр знает все. – Добавил другой.

– Не уходите от ответа, барон! Тресио еще говорил, что вы даже были ее любовником. Ах, как это романтично, быть любовником самой леди Смерть.

– Что вы такое говорите, маркиза?

– Я только открыто повторяю то, о чем шепчутся все вокруг. А вы шалун, иметь такую экзотическую связь и молчать о ней! И это в то время, когда все мужчины, чуть ли не на груди готовы носить списки своих любовных побед.

– Простите, мой друг, – Тресио в притворном раскаянии склонил голову, – но мне не верили, и в пылу спора я прибег к последнему аргументу, авторитету вашего слова.

Алонзо чувствовал себя как затравленный зверь. Наврать, но Тресио хоть и мельком, но видел Алису вблизи. Правда вопрос, узнают ли они в блестящей графине ту Алису из бунтующего Арата. И захочет ли Алиса узнать их, а если и узнает, то захочет ли возобновить знакомство? Собственно для выяснения этого он и пришел на бал. Значит открещиваться от знакомства нельзя, иначе как он будет выглядеть, если Алиса узнает его?

– Мадам, господа, право не знаю о чем вы тут спорили, но могу вам сказать, что действительно в Арате у меня была знакомая, которую звали Алиса. Во время бунта она была в городе и после этого я ее не видел. Собственно я и забыл уже о ней, если бы не Тресио.

– Ах, не скромничайте, барон. Я мельком видел эту девушку и то не могу забыть, а вы были с ней в одной постели.

У Алонзо уже вертелись на языке едкие слова по поводу того, что может быть у Тресио было слишком мало знакомых девиц, что он вспоминает какую-то мельком виденную, но не успел. Двери распахнулись и распорядитель, звонко щелкнув жезлом о паркет, в мгновенно наступившей тишине громко провозгласил.

– Их королевское высочество Ариан Второй и графиня Аратская.

Часть первая
Лесная фея

Глава 1
Шехонский лес

1

охота

Посреди полянки, на которую они вышли, лежало сваленное ветром дерево. Зелу молча подошел к нему и знаком показал Фалье, что здесь они устроят привал. Оба присели на замшелый ствол и достав из заплечных торб хлеб и сыр принялись неторопливо жевать. Одинаково спокойные, неторопливые движения делали их очень похожими, хотя один был старым охотником всю жизнь проведшим в здешних местах, а другой средних лет барином, лет на тридцать моложе и вышедшим в лес со скуки.

Ели молча. Лес не любит праздного слова за которым можно не услышать треска сломавшейся ветки, шелеста листьев, отличного от вызываемого ветром и других звуков, которые о многом говорят опытному уху. Остатки трапезы бросили трем, крутившимся у ног собакам.

– Что-то не везет нам сегодня, Зелу. Пол дня бродим и никакой добычи.

– Да, плохой день, мне кажется кроме нас здесь еще кто-то охотится.

– Он и распугал дичь? Лес пустой как кружка пьяницы.

– Да, и этот кто-то очень опасен, недаром собаки жмутся к ногам. Пойдемте-ка сир домой, а то у меня какое-то нехорошее предчувствие.

Зелу встал и замер. Собаки насторожились подняв уши и нюхая воздух. В наступившей казалось тишине явственно слышался сухой приближающийся треск. Словно кто-то большой ломился напролом через лес. Скинув лук и положив стрелу Зелу перепрыгнул за ствол и натянул тетиву, целясь на приближающийся к поляне звук. Помедлив мгновение Фалье последовал его примеру. И тут же на поляну их кустов орешника вылетел крупный матерый олень. На какое-то мгновение он замер, глядя налитыми кровью глазами на бросившуюся к нему собачью свору и присев на задние ноги приготовился прыгнуть обратно в кусты, но не успел. Выпущенные почти одновременно и с небольшого расстояния две стрелы поразили его в шею и глаз. В тоже мгновение псы навались на него сбоку. Олень вздрогнул, жалобно замычал, его передние ноги подогнулись и он рухнул словно сраженный ударом молота.

– Ну вот! А ты говорил плохой день. – Фалье радостно улыбался. – Смотри какого зверя завалили.

– Да вам везет господин. – Зелу тоже улыбнулся обнажив черные остатки зубов. – А ну к ноге! – Крикнул он собакам и достав нож двинулся к оленю.

– Вот уж никогда не думал, что поговорка: «На ловца и зверь бежит» имеет буквальный смысл. – Фалье отложил лук и достав из мешка кусок холстины хотел разложить ее на траве рядом с тушей, чтобы старому следопыту, занятому ее разделкой, было куда класть отделяемые куски.

Собаки жадно слизывавшие кровь, вдруг заскулили сбиваясь в кучу. Фалье остановился глядя в спину замершего охотника. Темный от загара загривок потемнел еще больше наливаясь кровью. Зелу напоминал сжатую пружину. Окровавленный нож в побелевших от напряжения костяшках пальцев слегка дрожал. Стараясь не делать лишних движений Фалье слегка повернул голову, стараясь проследить за взглядом охотника, и увидел его.

Это был настоящий хозяин Шехонского леса. Яростно хлеща себя по бокам пушистым хвостом, в проплешине кустов перед выходом на полянку стоял огромный лесной кот. Все кроме хвоста в нем было неподвижно. Напружиненное, готовое к прыжку красно-коричневое тело, мощные, зарывшиеся в дерн лапы, низкий кошачий лоб, желтые горящие бешеной яростью глаза, оскаленная, блестящая клыками пасть. Противная холодная струйка пота побежала по спине Фалье. Впервые в жизни он реально столкнулся со смертельной опасностью.

Зверь был на расстоянии прыжка, а они оба были почти безоружны. У Фалье в руках был только кусок материи, а у Зелу один нож. Да даже будь они вооружены всем, что нужно, справиться вдвоем с таким зверем было бы очень сложно, а так их положение было просто безнадежно. Напряженное противостояние, казалось, продолжается целую вечность. От напряжения и неподвижности тело начало затекать. «Чего он ждет?» подумал Фалье, боясь отвести взгляд от готового к прыжку зверя. Что-то неуловимо изменилось. Фалье показалось, что поза кота, хотя он оставался в том же положении стала менее агрессивной. Собаки жалобно поскуливая медленно начали отползать от туши оленя.

– Отходим. – Одними губами прошептал Зелу.

Фалье не услышал, а скорее угадал эту команду. Медленно-медленно они стали пятиться назад. Нащупав ногой ствол дерева, Фалье аккуратно, не спуская глаз с хищника, перевалил через него. Издав победный рык, от которого кровь стынет в жилах, кот неторопливо подошел к туше оленя и стал ее обнюхивать. На людей с их собаками он казалось уже не обращал внимания. Рядом перевел дух Зелу.

– Берем вещи и уходим. – Тихо прошептал он в ухо Фалье.

Схватив свои торбы они по-прежнему пятясь, так как не решались выпустить из вида страшного хищника, не смотря на то, что он, вроде, и утратил к ним интерес, достигли противоположного конца полянки. Там их уже поскуливая ждали собаки. И только когда кусты окончательно скрыли от них лесного кота они развернулись и что есть мочи припустили назад.

Пережитый страх постепенно отпускал.

– Теперь понятно кто охотился здесь вместе с нами. – На обычно молчаливого Зелу напал приступ болтливости. – Поэтому и лес показался нам пустым. Конечно вся живность попряталась, сам хозяин зашел сюда на охоту. Это он гнал оленя, от того он и вылетел, как сумасшедший на нас. Обычно олени очень чутки и по лесу идут тихо, а этот просто ошалел от страха и ломился не разбирая дороги и ничего не чувствуя. А я то, старый дурак, мне бы сразу надо было сообразить, что это не спроста. А мы-то хороши, – охотник нервно засмеялся, – покуситься на добычу лесного кота! Это просто чудо что он нас не тронул.

– Честно говоря я думал, что лесные коты давно вымерли и это просто байки, о том что в Шехонском лесу они еще водятся, как и всякая нечисть, вроде, русалок, гигантских пиявок и тому подобному.

– Я всю жизнь провел в этом лесу. Правда, в самые дебри и мне заходить не доводилось, и вот что я вам скажу, Здесь есть много такого, что вам на ваших виллах и в городах кажется небывальщиной. Кстати, у меня такое ощущение, что кроме нас и кота там был кто-то еще.

– Кто еще там мог быть и не драпать без оглядки?

– Не знаю. Но говорят, что лесные феи любят играть с дикими котами. Мне показалось, что на какое-то мгновение, там среди деревьев, за спиной кота мелькнула женская фигура и именно после этого он отказался от намерения напасть на нас и дал нам уйти.

– Неужели и лесные феи тоже существуют?

– Только господь знает, какие живые твари бродят по созданному им миру.

2

к чему приводят азартные игры (Алонзо)

Череда событий, перевернувших всю мою жизнь, началась как-то обыденно и в тех местах, где по определению ничего не случается. По воле отца, я был вынужден покинуть столицу и вот уже более двух месяцев коротал время в одной из самых отдаленных и унылых провинций нашего великого королевства. Собственно, я сам был виноват в своей ссылке. Как сейчас помню наш последний разговор с отцом, точнее его речь и мое понурое молчание.

– Мне надоели твои выходки, Алонзо! – Усы отца злобно топорщились, судя по всему он действительно разозлился. – Ты просто с ума сходишь от безделья и пьянства.

Что правда то правда, я не просыхал уже вторую неделю с тех самых пор, как мой университетский дружок благородный сир Рино Гунальд заехал к нам в гости. Конечно же мы вспомнили славные годы учебы в университете, наши веселые студенческие попойки и кутежи, и решили тряхнуть стариной. Рино видно здорово закис у себя дома, к тому же он сообщил мне по секрету, что отец собирается его женить на дочери барона де Кура, и сейчас полным ходом идут переговоры с семьей его будущей невесты.

– Она хоть хорошенькая? – интересовался я.

– А я что ее видел? – удивлялся он.

– Главное, за ней должны дать неплохое приданое, а ты сам знаешь с деньгами у моих предков не очень, вот и приходиться жертвовать собой во имя семьи – он тяжело вздыхал и тащил меня в следующий кабак.

Эх и покутили же мы. В преддверии потери свободы, сир Гунальд отрывался по полной программе. Окрестные трактирщики даже набрались наглости пожаловаться отцу на дебоши, которые мы закатывали. Это случилось сразу после того, как я славно отделал одного хама. Он не оценил чести, которую оказали его дочери благородные господа, поинтересовавшись прелестями у нее под юбкой, и бросился на нас с дубиной. Пришлось показать сиволапому мужлану, что значит связываться с Алонзо де Пара. Увернувшись от его размашистого удара, я перехватил и вывернул ему руку так, что он взвыл от боли, выронив свою дурацкую палку. После чего я от души его отметелил, разбив в кровь тупую противную физиономию, от чего она право не стала хуже. И вот, с тяжелой похмельной головой, я был вынужден стоять и выслушивать длиннейшую нотацию, вместо того чтобы поправить здоровье стаканчиком левантинского. Наконец воспитательный порыв отца иссяк, он прекратил читать мне мораль и перешел к озвучанию практических выводов из своей речи.

– Короче, сын, пора тебе заняться делом, а не только тискать дворовых девок. Возьмешь людей, человек десять и съездишь, посмотришь наше имение в Байской провинции, за одно и проветришься. Мы в этом имении не были уже лет десять, а имущество на такие сроки оставлять без хозяйского пригляда нельзя. Управляющий там человек надежный, мне он всегда нравился, но доходы в последние два года упали. Конечно все это как-то объясняется, но проверить надо. Тем более, что провинция сейчас на подъеме и доходы там должны расти. Съездишь, оценишь, что там и как и все мне подробно расскажешь. Возможно там не все чисто, это имение должно давать существенно больше, чем те суммы, которые нам высылают. Если что окажется не так, я найду способ вернуть наши деньги. На сборы тебе день. И что бы завтра утром духу твоего здесь не было. Вернешься не раньше чем через три месяца. Все иди.

Это была форменная ссылка. Тяжело вздохнув, с отцом не поспоришь, я пошел прощаться с сиром Гунальдом. Узнав о моих проблемах, косвенным виновником которых он и являлся, Рино мне посочувствовал, сделал приглашение посетить его свадьбу, которая еще неизвестно когда состоится, и тоже стал собираться домой. Я же, собрав вещи, и распрощавшись с родными и друзьями, отбыл в сопровождении своего оруженосца Края и десятка вооруженных слуг, для придания веса моей миссии, в Байск.

Так я очутился в этой красивой, но скучной глухомани и считал дни, когда моя ссылка кончится и можно будет вернуться к обычной жизни. После перерыва, я думаю, это будет особенно приятно. Не даром же говорят, что верный способ получить удовольствие – как можно дольше воздерживаться от него.

Возложив решение всех текущих вопросов на Края, я встал перед проблемой – а чем мне, в этой глуши заниматься самому? Лучше всего было бы конечно завести интрижку с какой-нибудь местной красоткой, но здесь передо мной возникло сразу несколько проблем. Во-первых: все здешние дамы не признавали легких интрижек, все отношения между мужчинами и женщинами они видели только через замужество. И все здешние матроны имеющие дочек на выданье смотрели на меня как на потенциальный объект охоты. Конечно, я был для здешних телочек очень заманчивой добычей. Красивый, богатый, знатный, образованный, еще не растерявший столичный шик. Беда была в том, что я хотел просто одарить девочек своими ласками, а они хотели затащить меня под венец. Просто переспать здесь было не принято. Буквально на второй день моего пребывания в имении, я был свидетелем, как всей округой ловили какого-то молодца, который посмел соблазнить чью-то дочку. И как я понял, в случае поимки, у несчастного было только один путь – в церковь. Либо в качестве жениха, либо в качестве отпеваемого. Короче, по вопросу взаимоотношения полов, мы в корне расходились во взглядах с местным населением. А во-вторых среди всех представленных мне дам не было ни одной по настоящему красивой, ради которой стоило бы рискнуть. Жены и дочери местных помещиков были как на подбор все какие-то корявые, толстые, неуклюжие, глупые как курицы. Ужас. Единственно, что оставалось, это вино и карты. К счастью недалеко обнаружилось заведение в котором эти радости жизни могли предложить.

Роль светского салона в здешних местах выполняла корчма толстяка Пака. В нее-то я и стал частенько наведываться. Там собирались окрестные сеньоры попить винца, поиграть в карты и поделиться последними новостями. Кухня у Пака была весьма достойная, да и вино не плохое, и это пожалуй было единственное место в округе, где встречались девицы одной весьма древней профессии, с которыми за умеренную плату вполне можно было здесь же и пообщаться, без каких-либо ненужных формальностей. Конечно девицы были так себе, и это было совсем не то, к чему я привык, но, как говориться, приходилось довольствоваться тем что есть.

Так вот, как-то ближе к вечеру я как всегда заехал поиграть в карты у толстяка Пака. Общество было небольшое. Да и откуда здесь в такой глуши могло быть большое общество? Пак был конечно последней сволочью и негодяем, но его заведение было единственным в округе где можно было нормально провести время. Поэтому я предпочитал, как и все остальные закрывать глаза на его противозаконную деятельность и то, что он пощипывает караваны и приторговывает рабами. Да и слухи про душку Пака ходили такие, что связываться с ним совершенно не хотелось. Зачем искать приключений на свою задницу без нужды?

Нашему обществу он выделял «изумрудную» гостиную. Конечно, она была никакая не изумрудная, я вообще не видел что бы здесь украшали помещения драгоценными камнями, просто была выдержана в зеленых тонах, а Пак как все провинциалы любил пышные названия.

Раскинули карты, выпили по бокалу шипучего хмелинского, на душе стало сразу веселее, беседа потекла оживленнее. Обсудили виды на урожай в этом году, посетовали на купцов, дерущих с несчастных сельских помещиков три шкуры. Развлечений в размеренной деревенской жизни было крайне мало, поэтому в очередной раз обсудили бал у сеньора Розина, который он устраивал четыре месяца назад. Я в очередной раз выслушал сентенции по поводу моего отсутствия на оном мероприятии. Честно говоря мне уже надоело говорить, что бал устраивался тогда, когда я еще и понятия не имел о существовании здешнего общества, ибо отец отправил меня сюда две недели назад. И до этого времени я не имел чести быть представленным всем этим людям. Господи! Неужели прошло всего две недели? Временами мне казалось, что уже целая вечность отделяет меня от блестящих дам высшего света и придворных интриг. Нет, хватит довольствоваться обществом недалеких сельских сеньоров, нужно себя чем-нибудь занять, кроме вина и карт, а то еще немного и окончательно отупеешь. Весь мой великосветский лоск сойдет и я превращусь в такого же сельского пентюха. Ужасная перспектива. Эх, если бы не воля отца! Скорей бы Край завершал все нужные дела и можно бы было собраться домой. Ладно кончаю хандрить, завтра будет завтра, а пока будем довольствоваться тем, что имеем. Я налил еще бокал вина и раскрыл свои карты.

Если верить приметам мне должно было очень везти в любви. Карты у меня были отвратительные. Я безбожно проигрывал и выручало только то, что ставки были маленькие. Наконец за столом заговорили как всегда о женщинах. Я уж было, испугался, что снова вынужден буду тешить воображение здешних мужланов рассказами о повадках светских львиц на королевских приемах, но сегодня беседа приняла несколько иной оборот.

– Да, кстати, господа, вы слышали какой любопытный случай произошел со мной на охоте. – Обратился к обществу сир Фалье.

– Рассказывайте, только не отрывайтесь от игры, а мы с удовольствием послушаем. – Выразил общее мнение сир Клио.

– Ну так слушайте. Приспичило мне поохотиться в Шехонском лесу. И не здесь, рядом с опушкой, а в глубине леса, за рекой. Уговорил я старого Зелу, вы его знаете, быть моим проводником. Потому что если кто и знает что-то про тропки Шехонского леса, то именно Зелу.

– Это точно. Старый выпивоха лучший охотник. Не припомню случая, что бы он возвращался без добычи.

– Это как раз тот случай. Мы вернулись без добычи, да еще пришлось бросить часть снаряжения. Я оставил в этом лесу свой лучший лук.

– Неужто на вас кто напал?

– Не напал, только погрозил.

– Нарвались на разбойников?

– Вы бы сказали им, что дружите со стариной Паком, они бы вам сами приплатили. Ха-ха-ха.

– Господа, позвольте мне продолжить.

– Да давайте не отвлекаться, а то мы так и не дойдем до сути.

– Тогда я продолжаю. Целый день мы бродили по лесу и не смогли подстрелить даже жалкой куропатки. Лес словно вымер. Никакой живности. И вдруг, на полянку, где мы остановились перекусить выскочил великолепный матерый олень.

– Неужели вы промазали?

– Что бы Зелу промахнулся в оленя? Такого не может быть.

– Мы завалили оленя.

– Так вас можно поздравить с прекрасной добычей?

– Ничего подобного. Нам пришлось отдать ее другому охотнику.

– Кто же это посмел отобрать у вас добычу?

– Лесной кот. Это он гнал оленя и тот выскочил прямо на нас. Едва мы стали разделывать тушу, как заявился хозяин леса и потребовал назад свою добычу. Пришлось отдать. Зато смогли вернуться домой.

– Не может быть, лесные коты давно вымерли.

– Да нет, говорят, что в глубине леса еще встречаются.

– А про Шехонский лес много чего болтают.

– Хотите, верьте, хотите нет, но мои крестьяне утверждают, что видели следы этого чудовища рядом с нашей деревней.

– Господа, Зелу может подтвердить мои слова. Мы видели этого хищника на расстоянии нескольких шагов. У меня до сих пор мурашки бегут по коже, стоит вспомнить изготовившееся для прыжка мощное тело и громадные оскаленные клыки.

– Как же он вас не тронул?

– Честно скажу, я до сих пор не очень понимаю это. Кот явно хотел расправиться с покусившимися на его добычу людишками, и вдруг передумал. Словно получил команду не трогать нас. Зелу утверждает, что кот был не один. В кустах за ним он разглядел женскую фигуру и слышал, что она что-то крикнула коту. Мы думаем, что это была лесная нимфа и она не дала своему зверю растерзать нас.

– Ну вы и загнули историю сир Фалье, мы даже про игру забыли.

– Лесных котов и нимф не бывает, это сказки для детей. Признайтесь, что вы это выдумали, чтобы повеселить общество.

– Не знаю как вы, а я верю, что в Шехонском лесу не все чисто.

– Кстати, я знаю Зелу уже лет двадцать. Это человек полностью лишенный воображения. Не припомню случая, чтобы он что-нибудь придумал. Это великий охотник, в лесу он слышит и видит как зверь. Если он говорит, что что-то видел, то так оно и есть.

– Да, это хоть и косвенное, но все же подтверждение этого фантастического рассказа.

– А я все равно не верю.

– Так вы, что обвиняете меня во лжи?

Эти слова Фалье произвели эффект окрика грозного воспитателя на стайку расшалившихся сорванцов. Многоголосый гомон висевший над столом смолк и повисла напряженная, словно предгрозовая тишина. Все словно по команде повернули головы в сторону небольшого, круглолицего, пухленького помещика, который хлопая глазами растерянно смотрел на поднявшуюся из-за стола сухопарую фигуру Фалье.

– Нет, что вы, как можно. И в мыслях не было.

– Так какого же черта, вы все твердите: не верю, да не верю? – Фалье, по слухам, не отличавшийся кротким нравом, не на шутку разозлился и грозовой тучей нависал над усомнившимся в его словах человечком.

– Ну все это так необычно, – лепетал помещик, – Мы люди простые, в университетах не учились, привыкли верить только в то, что видели сами.

Всеобщее внимание окончательно смутило толстячка.

– Простите меня господа, мне срочно надо домой. Вот моя ставка, лишнее оставьте на вино для общества. – Положив на стол стопку монет, он попытался бочком, бочком вылезти из-за стола.

– Ну нет! – Взревел Фалье. – Так просто ты от меня не отделаешься. – Он протянул жилистую руку и схватил своего обидчика за воротник камзола.

До этого момента я довольно рассеяно слушал рассказ Фалье и перепалку возникшую в связи с ним, но тут меня словно что-то толкнуло. В последствии я так и не понял, что дернуло меня влезть в этот совершенно не касавшийся меня спор и выйти с предложением перевернувшим в последствии весь привычный уклад моей жизни. Поднявшись из-за стола я громко хлопнул в ладоши, и когда всеобщее внимание переключилось на мою персону, обратился к обществу со следующей речью.

– Господа, давайте не будем искать ссоры и обвинять друг друга по пустякам. Я думаю, что никто не может усомниться в словах такого благородного господина, каким безусловно является сир Фалье. Поэтому предлагаю организовать экспедицию в Шехонский лес и неопровержимо доказать существование лесных котов добыв голову одного из них. Если сир Фалье готов возглавить это мероприятие, то я сам согласен принять в нем участие. На успех или неуспех можно заключать пари, а часть суммы от выигрышей пустить на финансирование этого дела. Надеюсь свидетельство барона Пара подкрепленное шкурой лесного кота будет для всех достаточным доказательством. Я сам готов внести в фонд экспедиции десять золотых и думаю выразивший сомнения господин обязан раскошелиться на не меньшую сумму. Ну вы согласны с моим предложением?

Видимо я уж очень сильно зачах без развлечений, иначе вряд ли выступил бы с таким предложением, тем более, что никогда не отличался любовью к походам в лесную чащу. Но слово было сказано и отказаться от него, значило уронить свою честь. Прерванный моими словами застольный гомон возобновился с еще большей силой, но общий тон был крайне благоприятен для моей идеи. Более того, можно сказать, что она была принята с восторгом. Развлечений в деревенской жизни не хватало видимо не только мне.

– Пари. Пари. – Голосили подвыпившие сеньоры.

Даже толстяк, которого я немного ввел в расходы и то не очень брыкался, когда утверждали бюджет нашего похода. Как я догадывался, перспектива дуэли с Фалье, прельщала его еще меньше и он был даже рад, выйти из щекотливого положения с некоторыми финансовыми потерями, но сохранив лицо. Общая сумма заключенных пари перевалила за сотню золотых. Деньги, за вычетом изъятых мною двадцати монет на организацию похода, были отданы на хранение Паку. Он поклялся хранить их как зеницу ока и после нашего возвращения отдать победителям их выигрыши. Как ни странно, но кроме меня никто больше не захотел принять участие в экспедиции за лесным котом. Но главное Фалье согласился и пообещал уговорить охотника Зелу. Таким образом состав был утвержден и мы, договорившись с Фалье встретиться завтра и обсудить детали, вернулись к картам. В дальнейшем вечер тек по обычному руслу и ничего заслуживающего внимание уже не происходило.

3

древняя легенда (Алонзо)

Вернувшись домой я огорошил Края известием, что отправляюсь в Шехонский лес, добывать шкуру лесного кота.

– Помилуйте ваша милость! Это же безумие. Только ненормальные ходят в этот проклятый богом лес!

– Молчи дурак. Лучше побыстрее разбирайся с делами да вернемся в столицу. А по мне, так лучше проводить время на охоте, чем гнить в имении.

– Еще вопрос, кто там на кого будет охотиться.

– Ладно не бурчи. Лучше распорядись подготовить все необходимое, завтра к нам заедет сир Фалье. Встретить его со всем почтением. А я пойду в библиотеку, посмотрю, что там есть про лесных котов. Надо же знать, на кого я собираюсь охотиться.

Как ни странно, в нашем захолустном имении оказалась очень неплохая библиотека. Помню я даже удивился, когда первый раз увидел ее, потому что никак не ожидал встретить здесь такое прекрасное собрание различных сочинений. Я видел библиотеку Раского университета, так здешняя мало чем той уступала. По понятным причинам отсутствовали сочинения новых авторов, но старинные теологи и философы были представлены очень неплохо. Я еще подумал, а отец знает какое богатство храниться в здешней глуши? По моим оценкам библиотека стоила гораздо дороже чем все имение.

Ну, да ладно. Еще несколько дней назад я приметил на одной из полок объемистый свиток Аполиониума «Легендарные животные». Тогда я подумал, что если совсем нечего будет делать, то можно почитать про различных экзотических тварей. Сейчас изучение этого труда уже перестало быть для меня просто любопытством, а стало насущней необходимостью. Насколько я помнил, преподаватели в университете считали этого автора одним из самых больших знатоков этого вопроса. Я достал свиток, нашел место где автор пишет о лесных котах и углубился в чтение.

Пару часов спустя я уже начал сомневаться, а тот ли объект лесной кот, встречи с которым я хочу. Аполиониум не жалел красок расписывая коварство и свирепость этих животных. Если ему верить, страшнее хищника на земле нет. Есть крупнее, есть сильнее, но этот самый опасный и для человека просто счастье, что этот зверь живет только в глухих лесах и терпеть не может открытых пространств. Ну ладно, скоро уж и рассвет надо бы и поспать. Авторы часто преувеличивают, поэтому не будем слепо верить даже такому авторитету, как Аполиониум. Зато теперь можно будет говорить и расспрашивать Фалье, а особенно Зелу, уже имея некоторое представление об этом животном.

Позевывая, я небрежно сунул свиток на место, но так неудачно, что уронил другой. Подняв его, я машинально заглянул в него. Это было какое-то предание, видимо древнее, так как текст был на древне имперском языке. В университете, я в свое время, был вынужден выучить этот язык и теперь, проверяя память, просмотрел свиток. Как ни странно, речь в нем тоже шла о лесных котах. Тогда, решив, что это знак свыше, я опять сел в кресло, зажег новую свечу и углубился в чтение.

Древняя легенда

Бесконечно любя и беспокоясь о судьбе детей семейства Чиколито, я пишу это предупреждение и назидание, что бы знали они об опасности и могли по возможности избежать ее.

Это произошло еще во времена императора Деликлиция. Тогда эти места, как и сейчас, были одной из отдаленных провинций нашего огромного государства. И хотя правители и знать погрязли в пороках и разврате, двор императора по-прежнему был самым шикарным местом на земле. Сюда, со всех концов вселенского государства, свозилось все самое-самое, все величайшие достижения человеческого духа, поэтому столица была красивейшим городом мира, обителью ученых, философов, художников. Император не жалел денег на развлечения своих подданных. Столица содрогалась от празднеств, одно пышнее другого, в пирах и зрелищных мероприятиях участвовали десятки и сотни тысяч людей. Многие из них кончались кровавыми дебошами, когда перепившая и отупевшая от безделья чернь пресытившись предлагаемыми ей зрелищами с упоением резала друг другу глотки, выпуская накопившийся пар неистребимой человеческой злобы. Это уже не воспринималось как что-то необычное, и полиция, дав выплеснуться страстям, быстро и привычно наводила порядок. Войска на границах, хотя и с трудом, сдерживали натиск варваров, и не давали бунтовать населению провинций изнывавшим от налогов. Вот в такое время жил в столице мира молодой знатный нобиль Артуро Чиколито, происходивший из одной из самых старых и уважаемых в империи фамилий. Он был красив, богат, удачлив в делах, прелестный росток на славном дереве сильного рода. По жизни он шел легко и непринужденно. Все ему удавалось, все его начинания были успешны, он делал великолепную карьеру, и некоторые убеленные сединами государственные мужи, занимавшие не маленькие посты, смотрели на него как на возможного преемника. Женщины обожали его, он был щедр и на подарки, и на ласки для них. Нравы при дворе были весьма свободные, и он порхал по ложам столичных прелестниц, как бабочка на цветочном лугу, наслаждаясь всеми радостями, которые они могли ему предоставить. Но человек пресыщается всем, особенно тем, что дается легко. Так и Артуро, вдруг впал в тяжелейшую меланхолию. Его перестали радовать друзья и возлюбленные, все ему надоело, блеск и суета столицы стали раздражать его пресытившуюся душу. И вот, бросив все, он отправился в путешествие по империи, надеясь в разнообразных приключениях найти средство, которое избавило бы его от скуки и, если повезет, обнаружить место в котором ему будет хорошо.

Через какое-то время он оказался в здешнем живописном захолустье, и прелесть этих мест так потрясла его, что он решил остаться здесь. Он купил приглянувшийся ему замок Торкай, построенный некогда правителем здешних мест еще до завоевания их империей и приказал отделать его в соответствии с последними достижениями. Богатства и размаха ему было не занимать, денег он не жалел и ровно через год титаническими усилиями тысяч рабов замок Торкай был полностью восстановлен и Артуро переехал в него.

Он любил гулять по берегу реки, вдыхая свежий хвойный воздух и проникаясь единением с природой. Здесь Артуро постигал сущность бытия и тем вносил успокоение в свою душу. В одну из таких прогулок он встретил на берегу реки очаровательную девушку, истинную дочь этих диких мест. Ее необычная красота, так сильно отличавшаяся от томной прелести светских львиц, поразили его, что возможно в первый раз он влюбился по-настоящему, точнее решил, что влюбился. Его изъеденная эгоизмом душа была не способна любить кого-то, отдавая всего себя и растворяясь в любимом человеке. Артуро любил всегда только себя и свои чувства.

Девушку звали Леандрой, что значит «Утренняя звезда». Она была дочерью здешнего лесника и проведя всю сознательную жизнь на природе практически срослась с ней. Зная все о жизни здешних лесов, она была бесхитростна и наивна в вопросах взаимоотношений между людьми. Нет, она не была глупой, скорее даже умна, но не тронутый образованием ее ум обладал только природной изощренностью ласкового зверька. Она тонко чувствовала все нюансы красоты природы и настроения людей и животных, но если побудительные мотивы последних ей были близки и понятны, то поступки людей, часто идущие в разрез с их желаниями, были для нее непостижимы. Зная только своего отца и нескольких его знакомых, крестьян из близлежащих селений, она была далека, и абсолютно не разбиралась в дьявольски сложной социальной структуре имперского общества. Природа наделила ее необыкновенной красотой и грацией, но она, как истинное ее дитя, не осознавала этого. Как дикая кошка не осознает насколько она грациозна и красива. Окружающие ее люди были слишком примитивны, затюканы повседневными проблемами, и поэтому далеки от понимания силы и значения красоты. Для них это была просто молодая девка, здоровая, но недостаточно пышная на их вкус, и без хорошего приданого. Поэтому она не пользовалась успехом у деревенских женихов. Будучи по природе натурой гордой она не искала их общества и держалась подчеркнуто гордо и независимо. Люди не любили ее, она была слишком чужда для них, да и женщины, которые собственно и определяют отношение селян к человеку, чувствуя в ней потенциально очень сильного конкурента и боясь за своих мужей, старались не пускать ее лишний раз к себе в дом и распускали про нее всякие нехорошие слухи.

Молодой аристократ поразил воображение юной дикарки. Его лоск, холеная красота и кажущаяся чуткость души произвели на нее неизгладимое впечатление. Его утонченные ухаживания так сильно отличались от грубых шуток деревенских ловеласов, как грация слона от грации кошки. Он понимал и ценил красоту во всех ее проявлениях. Мог любоваться предметом без относительно его утилитарной ценности. Его истинное восхищение ее прелестями, не оставило ее равнодушной и было вознаграждено с необыкновенной щедростью. Леандра полюбила Артуро со всей силой своей дикой и неукротимой натуры. Они стали любовниками, он учил ее утонченному разврату света, она его необузданной природной пылкости. И здесь в шикарном замке, и на лоне нетронутой природы, не зная ни в чем отказа, они предавались прекрасному безумству не думая ни о чем. Доставляя взаимную радость, они растворялись друг в друге, и достигали таких высот блаженства, которые ведомы только богам.

Но, к сожалению, ничто не вечно. И чем ярче страсть, и слаще любовный нектар, тем тяжелее похмелье после него. Жизнь в глуши – очаровательна, но только одна любовница, стали слегка тяготить Артуро, привыкшего к кипучей жизни столицы и сомну, жаждущих его любви, шикарных женщин. Как раз в это время к нему в гости заехала прекрасная леди Диана. Светская львица, к ногам которой падал когда-то и Артуро. Она чувствовала, что ее время уходит и поддерживать красоту все труднее. Нужно обеспечить себе дальнейшую жизнь и удачно выйти замуж. Перебрав всех своих бывших и настоящих возлюбленных она решила остановиться на Артуро. Тщательно все продумав она во все оружии явилась в Торкай. Последняя вспышка увядающей красоты, нарядные платья, светский лоск, а главное дыхание дворцовых интриг и столичной жизни, от которых он успел отвыкнуть, ослепили Артуро. Он бросился в широко раскрытые объятия Дианы и уехал с ней в столицу.

Брошенная Леандра была выставлена из замка и предоставлена своей судьбе. Односельчане отнеслись к зигзагу ее судьбы с радостным злорадством. Никто не сочувствовал ей. Даже отец, лелеявший мечты породниться с патрицием и жестоко обманувшийся, отвернулся от нее. Несколько дней затравленной львицей она металась по селению, натыкаясь везде только на злорадные взгляды, а затем исчезла. Последний раз ее видели бегущей в сторону Шехонского леса, больше она нигде и никогда не появлялась. О сгинувшей в глухом лесу красавице наверное быстро бы забыли, но через какое-то время в Шехонском лесу стали происходить странные и страшные вещи.

До сих пор это был обычный лес. Не хуже и не лучше других. Водились в нем разные звери, но на людей не нападали. А тут все переменилось. Уйти в лес и не вернуться стало обычным делом. Все, какие только есть, хищники стали нападать на людей, особенно свирепствовали лесные коты, которых раньше в этих местах и не видели. Люди стали тонуть в реках, считавшихся ранее безопасными, травиться грибами и ягодами, считавшимися съедобными. И тогда стали поговаривать, что Леандра не погибла, а стала лесной нимфой и теперь, вместе с другой лесной нечистью, мстит за то, что жители этих мест плохо с ней обошлись. В доказательство приводили ее странную красоту, необыкновенное знание и любовь к лесу и его обитателям. Многие не верили, но вскоре страшное доказательство убедило всех.

Через год, Артуро и его жена Диана решили посетить свой замок Торкай. Заносчивый нобиль не стал обращать внимание на нехорошие перемены. Несколько дней он вместе с женой и сопровождавшими их друзьями беззаботно веселились в замке. Все было как всегда. Пока однажды не произошло следующее: Артуро со своими друзьями и подругами пировали как обычно до глубокой ночи. Неожиданно пришел начальник стражи и доложил, что в замке видели огромного лесного кота, который забежал в это здание. «А вот и неожиданное развлечение!» воскликнул Артуро. Посмеиваясь, собутыльники вооружились факелами и вместе с солдатами гарнизона отправились осматривать здание. Все были настроены очень весело, под прибаутки и шуточки они осмотрели все помещения замка и ничего не обнаружили. Утомленный поисками, Артуро, посоветовав начальнику стражи меньше пить, поднялся к себе в покои. Вскоре и леди Диана пошла пожелать ему спокойной ночи. Как только она поднялась к мужу дикий, ужасный вопль боли и страха взбудоражил всех. Люди бросились в покои Артуро и в неверном, пляшущем свете факелов увидели там страшную картину. И сам нобиль и его жена лежали на полу. Огромный лесной кот, попирая мощными лапами распростертые тела, смотрел желтыми, горящими лютой злобой, глазами на вошедших, и скалил страшные зубы. Пораженные люди не успели ничего предпринять, как он, одним прыжком преодолел расстояние отделявшее его от окна и растворился в ночи. Пришедшие бросились к хозяевам замка. Голова Артуро была странно деформирована, содранная вместе с волосами и частью лица кожа делали его почти не узнаваемым. Он умер сразу и безболезненно. Леди Диана была еще жива, но помочь ей было уже невозможно. Ее живот был разворочен страшным ударом когтистой лапы, вывалившиеся внутренности слизистой кучкой лежали рядом. Это ее страшный крик поднял всех на ноги. Одна из ее фрейлин склонилась к ней, взор Дианы тускнел: «Леандра…», она силилась еще что-то сказать, но силы оставили ее и душа обрела свободу. Злорадный и звонкий женский смех вдруг раздался под сводами спальни. Женщины с визгом бросились вон из комнаты. Нечеловеческие силы правили здесь и смятение поколебало мужество даже самых смелых. Мужчины, выставив перед собой оружие, тоже попятились к выходу.

Весь остаток ночи в замке царила суета. Все спешно собирались и покидали его, несмотря на опасности ночной дороги. Имя Леандра витало в воздухе. Байки окрестных крестьян, в которые никто не верил, вдруг материализовались самым страшным и убедительным образом. Сейчас уже никто не сомневался, что бывшая возлюбленная Артуро стала злобной фурией леса и никто не хотел оказаться на пути ее мести.

Прошло несколько лет, о загадочной смерти Артуро и его жены поговорили и забыли. К тому же вдалеке от дикого Шехонского леса, в уютных салонах столицы даже самим участникам и свидетелям тех событий все стало казаться каким-то кошмарным сном. Поэтому страсти быстро улеглись. Люди не любят вспоминать плохое. Необитаемый шикарный замок служил очень сильным соблазном. И вот племянник Артуро решил, что негоже пропадать дядиному наследству и приехал в замок. Но не прошло и полгода, как его нашли на дорожках парка со свернутой шеей и рядом были следы большой кошки. Земля была влажная и отчетливые следы вели в недалекий лес. Срочно была организована погоня, несколько охотников с собаками бросились на поиски кота – убийцы. Была одна странность в поведении охотничьих собак, они скулили и не хотели идти по следу, но охотники прикрикнули на свору и бросились за ней в лес. Назад не вернулся никто. И только тогда все наконец поняли, что дух Леандры не успокоился и Шехонский лес будет убивать всех членов семейства Чиколито оказавшихся в пределах досягаемости. Поэтому держитесь подальше от Шехонского леса и проклятого замка Торкай.

Конец

Интересная сказочка и вдохновляющая. Особенно сейчас, когда я собираюсь в гости к милым лесным созданиям. Но в остальном легенда и легенда. Не хуже, но и не лучше многих других. Была правда одна деталь, заставляющая с большим вниманием отнестись к этому тексту. Замок Торкай существовал. Я видел его руины по пути сюда, и находился он совсем недалеко. Надо будет при случае расспросить о нем, а то и посетить, побродить по развалинам, посмотреть фрески, если они там есть.

Первые лучи солнца уже разогнали ночной мрак. Я задул ставшую бесполезной свечу. Ну все пора спать, а то кто его знает этого Фалье, вдруг он ранняя пташка и притащится ко мне еще до обеда. Принимать его с не выспавшейся физиономией и тяжелой головой мне не хотелось.

4

лес (Алонзо)

Отправиться в путешествие по лесам мы смогли только через пару дней, один из которых ушел на уговоры Зелу. Старый следопыт отчего-то заартачился и ни в какую не хотел принимать участие в новой охоте.

– Лес стал плохой. – Бубнил он. – Он чужой.

– Да ты что, старина. Лес как лес. – Фалье терпеливо уговаривал старика, не забывая периодически подливать ему из предусмотрительно захваченной объемистой бутыли. – Неделю назад мы были там. Просто были не готовы к встрече с котом. Теперь мы знаем о нем и подготовимся.

– Кот ерунда. Изменился дух леса. Я давно это чувствовал, но в тот раз это было особенно отчетливо. Лес стал другим, я всегда чувствовал духов леса, они помогали мне.

– Духи леса как были так и остались.

– Нет! Они изменились. Они и те же и какие-то чужие. Настолько чужие, что я не чувствую их души. А я всегда чувствовал душу любого живого существа.

Я хотел вмешаться, поставив вопрос ребром: или старый маразматик помогает нам и получает свои деньги, или мы найдем другого проводника. Но взгляд Фалье удержал меня и их странная беседа продолжалась.

– Раз ты не чувствуешь их души, значит их нет.

– Ни черта вы городские не понимаете. В них живой души нет! Чужие это, истуканы ожившие. Не из этого мира.

Я посмотрел на Фалье и покрутил пальцем у виска. Зелу, хотя и допивал очередную кружку вина, заметил мой жест.

– Думаете я спятил? Это вы, городские идиоты. Ну ладно, раз вам так хочется, пойдем в лес. Мне и самому интересно узнать, что же там творится. Давайте свои деньги. Только учтите, в чаще мое слово закон. А вообще вы ребята дураки, я то уже пожил, а вы молодые богатые. Зачем вам это?

– Честь, старик, дороже всего. – Важно изрек я.

Зелу с усмешкой посмотрел на меня. Несмотря на изрядное количество выпитого вина, его глаза были совершенно трезвые.

– Почему-то мне кажется, юноша, что Шехонский лес, если мы вернемся, заставит пересмотреть все ваши взгляды.

На языке у меня вертелась масса всяких колкостей, но вступать в спор со стариком было неразумно и я смолчал. Фалье поблагодарил его за согласие, дал десять золотых, что было очень щедро, получил подтверждение, что завтра утром он будет у него в имении и мы покинули хижину следопыта.

– Что-то не очень мне понравился этот ваш хваленый Зелу. – Не удержался я, когда мы ехали обратно.

– Ты недооцениваешь его. Просто здесь он обычный стареющий выпивоха, а в лесу он бог. Ты удивишься увидев как он преображается на охоте.

– Не буду спорить, тем более, что скоро все разрешится само собой.

Еще целый день ушел у нас на сборы и Зелу, который как самый опытный, фактически взял на себя руководство экспедицией очень дотошно осматривал и проверял снаряжение. Каждую веревку, палку, железку, тряпку он осматривал, ощупывал, иногда и обнюхивал. Наши попытки ускорить дело, он пресек в корне.

– От того выдержит ли сеть и не сломается ли нож в лесу будет зависеть наша жизнь. Лучше идите и хорошенько отдохните, отправимся завтра на рассвете.

С рассветом мы двинулись в путь. Наше путешествие началось с переправы через Лару. В этих местах она еще не достигает всей своей силы, но уже достаточно широка и полноводна. Река является своеобразной границей, отделявшей поля и населенные места от диких неосвоенных пространств. Зелу договорился с рыбаками из ближайшей деревушки. Они перевезут нас на ту сторону и дней через десять заберут обратно, заодно присмотрят и за нашими лошадьми, которых придется оставить здесь. Зелу утверждает, и Фалье с ним согласен, что в лесу, лошади будут для нас только обузой. Пока грузили наше снаряжение в лодки, я разглядывал противоположный берег. В отличие от нашего, низкого и пологого, он был обрывист и крут, и сразу за кромкой обрыва неровной зубчатой стеной темнела громада Шехонского леса.

Переправа прошла без приключений. Носильщики разобрали тюки, и поднявшись по узкой промоине наверх мы вошли в самый большой и дремучий лес королевства. Он тянулся от этих мест до предгорий Цийского хребта, служившего естественной границей между Таном и Мравинским султанатом.

Сначала я был даже разочарован. За последние два дня я наслушался столько баек про страшный Шехонский лес, что по неволе сразу ждал чего-то необычного. Лес пользовался недоброй славой и был полон кошмарных тайн. Местные его избегали, и редкий смельчак решался входить в него. Много всяких страшных легенд и баек рассказывали о нем. Говорили, что покрытые неуязвимой чешуей огромные лесные пиявки набрасываются на неосторожных путников и мгновенно высасывают внутренности, оставляя пустой скелет обтянутый кожей. Прекрасные лесные нимфы очаровывали и уводили несчастных на сатанинские шабаши, с которых уже никто не возвращался. Отвергнутые потусторонним миром полуразложившиеся мертвецы бродили по этому лесу, оглашая его своими стонами и отравляя воздух смрадом. Здесь водились, ядовитые змеи, волки, медведи страшные лесные коты, не встречавшиеся больше нигде в королевстве, и еще куча всякой кусающейся, жалящей, душащей, колющей и прочей живности. Помимо этого в дебрях Шехонского леса можно было встретить и беглых рабов, и бандитов, и дезертиров, и вообще всех, кто был не в ладах с законом и люди эти были беспощадней и опасней любой нечисти. Конечно ко всему этому надо было относиться с изрядной долей скепсиса, люди всегда преувеличивают, но тем не менее внутренне я ждал встречи с неведомым. А тут обычный хвойный лес. Даже как-то обидно.

Бодро шагая по ковру из иголок, я уже не ждал сногсшибательных сюрпризов и начал настраиваться на банальную лесную прогулку. Но по мере удаления от реки деревья становились все больше, среди них стали попадаться странные огромные растения с белесыми стволами, которых я никогда раньше не видел. Очень быстро лес становился глухим, мрачным и угрожающим.

Отойдя на несколько миль от берега, мы остановились у подножья большого каменистого холма на привал. Точнее это был даже не холм, а небольшая гора, скалистая макушка которой на пол сотни шагов возвышалась над кронами самых высоких деревьев. Оставив носильщиков с поклажей внизу, я, Фалье и Зелу вскарабкались на вершину скалы, чтобы определить направление дальнейшего движения. Здесь я смог окинуть бескрайний лес окружавший нас со всех сторон и какие-то нехорошие предчувствия закрались в мою душу. Я почти пожалел о принятом решении, но дороги назад не было, барон не может отказаться от задуманного боясь нелепых слухов и мрачных суеверий.

– Нам надо идти вон в том направлении, – Зелу указал пальцем на север, – там должно быть озеро. Все здешние твари приходят туда на водопой, недалеко от туда, кстати все тогда и случилось. Остановимся рядом с озером и устроим засаду.

Его лицо стало мрачным и каким-то отрешенным.

– Что заставляет вас идти туда снова? – Неожиданно для себя спросил я, но он не удивился.

– А черт его знает, но точно не ваши уговоры. Наверное мне хочется все-таки разобраться в этой истории. Поставить точку. А тут и вы подвернулись, а идти на опасное дело вместе все-таки лучше.

«А что заставляет меня?» подумал я про себя и почему-то не смог дать сам себе ответа.

Мы спустились и двинулись через лес в указанном Зелу направлении. Здесь я по достоинству смог оценить таланты нашего проводника. Зеленый свод полностью скрыл от нас небо. Мы петляем по узким едва заметным звериным тропам, иногда переваливаем через гряды невысоких холмов, переходим через ручьи и небольшие болотца. Видимость не более нескольких шагов, а дальше взгляд тыкается в исполинские серые стволы, обвитые лианами или еще какими-то цепкими растениями. Как он отыскивает путь в этом бесконечном серо-зеленом лабиринте? Сам я давно уже потерял всякую ориентацию и не представляю куда надо двигаться.

Переход через лес длился два дня. Ничего страшного или таинственного с нами за это время не произошло. Мы не встречаем ни крупных животных, ни какой-либо нечисти, а тем более людей. Только змеи, стремительные и опасные, как сама смерть, пару раз беззвучно пересекали наш путь, скользя по мшистому ковру, по которому мы идем. Этот двухдневный переход дался мне нелегко. Заночевали мы под каким-то гигантским деревом, земля под которым была на редкость сухой и мягкой, но на утро, я все равно еле встал. С непривычки, после трудного перехода, ноги ныли и отказывались идти. Я снова пожалел о своей необдуманной инициативе и удивился выносливости носильщиков, я-то шел налегке, а они тащили немаленькие заплечные мешки. Зелу несмотря на возраст был тоже бодр и полон энергии. Фалье был прав, в лесу это был совсем другой человек. Второй день я еле выдержал, изо всех сил стараясь не сбиться с заданного Зелу темпа. Только гордость и боязнь насмешек заставили меня не жаловаться и не просить сделать лишний привал.

Озерцо открылось внезапно. Между стволов вдруг заблестела вода. И мы вышли на берег. Здесь было красиво. Красиво и таинственно. Солнце пробиваясь сквозь кроны деревьев золотило спокойную, чистую воду. Берега, покрытые лесом, стояли темные, загадочные. Место словно было создано для хранения тайны. Ни дуновения ветерка, тишина до звона в ушах.

– Вот сюда вся здешняя живность и должна ходить на водопой. Расположимся вон там – Зелу говорил шепотом, словно боясь вспугнуть или разбудить спящих духов этого леса. – Замаскируем лагерь, там небольшая лощинка и люди будут не заметны. А завтра посмотрим что тут и как и решим где лучше организовать засаду. Возражений нет?

Возражений не было. Мы тихо отступили в лесной сумрак. Носильщики под руководством следопыта начали быстро и умело сооружать шалаши, Фалье распаковывал и раскладывал сети и какие-то хитроумные силки и капканы. Посмотрев несколько мгновений на эту суету и поняв, что я тут явно лишний, я решил вернуться к озеру. Зелу неодобрительно глянул на меня, но ничего не сказал.

5

дева озера (Алонзо)

Я снова вышел на берег лесного озера, но на это раз спустился к воде и потрогал ее. Черт возьми, она была ледяная. Видимо озерцо питалось подземными ключами и несмотря на жару вода в нем не прогревалась, желание искупаться сразу пропало и я ограничился тем, что умылся и намочил волосы. На открытом пространстве солнце пекло нещадно. В сумраке бесконечного леса я уже начал и подзабывать об этом.

Возвращаться в суету лагеря было неохота. Я огляделся и заметил отличное местечко. Небольшой, заросший густыми кустами пригорок, напротив травянистого пляжика. Почти все берега озера, имевшего вытянутую, продолговатую форму, отсюда прекрасно просматривались. В тени кустов можно было устроить отличное лежбище. Скинув камзол я завалился на вкусно пахнущее травой мягкое ложе и начал наблюдать за берегом. Легкий ветерок тихо шелестел листвой над головой, пели птички, от воды веяло прохладой и свежестью в душу вкрадчиво забирались покой и умиротворение. Наслаждаясь неброским очарованием этого места, я расслабился, погрузившись в какое-то полудремотное состояние.

Из оцепенения меня вывело появление странной человеческой фигуры. Чудная, плотно обтягивающая тело одежда, оставляющая открытыми руки и ноги, ясно показывала, что это женщина, точнее юная девушка. Легко отталкивалась от грешной земли она бежала по одной из неприметных звериных тропок ведущих к озеру. Непринужденно и изящно обходя препятствия, словно их и не было, при этом скорость ее была не меньше, чем у пущенного в галоп породистого скакуна. Это было настолько неожиданно, что сначала я решил будто это мне кажется. Я зажмурил глаза, открыл, видение не исчезло. Ущипнув себя за руку, я понял, что не сплю и стремительно приближающаяся фигура реально существует.

Кто она? Заблудившаяся крестьянка? Как она попала в эти дебри? Почему одна? Во что она одета? Целый вихрь вопросов в один миг закрутился в моей голове, но додумать хоть один и попытаться найти ответ, я не успел. Девушка была уже совсем рядом с моим убежищем и я замер, постаравшись полностью слиться с окружающей природой.

Остановившись шагах в десяти от воды, незнакомка скинула свою странную одежду и осталась совершенно обнаженной, чем удивила меня в очередной раз. Я уже привык к тому, что здешние крестьянки не любят обнажать свое тело, они даже моются в каких-то идиотских рубашках, а эта сняла с себя все, разделась догола, правда на ней и так почти ничего не было. Фигурка у нее была прехорошенькая, просто загляденье, жаль только, что я не успел рассмотреть деталей. Разбежавшись, она с силой оттолкнулась от вросшего в дно у самой кромки берега валуна, и кувырнувшись в воздухе, красиво, почти без брызг, вошла в воду. Вынырнула она уже на середине озера и быстро поплыла к противоположному берегу. Нет, она точно не была здешней селянкой. Скорее одна из лесных или речных нимф, в которых я не верил. Селянки не могут так красиво, а главное грациозно двигаться, и с явным удовольствием плескаться в ледяной воде.

Вдоволь наплававшись девушка вышла из воды. Она не стала одеваться, а принялась выделывать различные упражнения, и я имел возможность рассмотреть ее во всех подробностях. Таинственная незнакомка оказалась настоящей красавицей. В ярких лучах полуденного солнца ее мокрая, атласная кожа будто светилась изнутри ровным золотисто-розовым светом. Длинные светлые волосы, собранные сзади в хвост, обрамляли ангельски очаровательное личико с голубыми, чуть раскосыми глазами, прямым античным носиком, ровными арками бровей и безукоризненным ртом. Стройное тело было совершенно в своих формах, как статуэтка вышедшая из рук божественного мастера. Она точно не могла быть здешней дамой, эту версию, глядя на нее, я сразу отбросил. Такая грация в движениях, которую она продемонстрировала не могла быть порождением низкого сословия, а дворянка не могла оказаться в таком виде в самом сердце дремучего леса.

Разминаясь чтобы согреться, незнакомка выделывала такие кульбиты, что ей позавидовала бы профессиональная акробатка. Но в отличие от них, тело ее нельзя было назвать чересчур мускулистым, а вот координация и владение им были просто потрясающими. Она была гибка и изящна. Позы стремительно перетекали одна в другую, казалось, что земля в качестве опоры ей не нужна. Ее небольшая, грудь была настолько упруга, что почти не колыхалась при резких движениях, а волны перекатывавшиеся по тугим ягодицам, просто сводили с ума. Какая-то странность в ее облике подспудно меня смущала, сжимая сердце сладострастной истомой. И вдруг то, что уже поняло подсознание, ясно вспыхнуло в моем разгоряченном открывшимся зрелищем, мозгу. Ее лобок был чисто выбрит, и выглядел трогательно невинно, как у молоденькой девочки. Это сочетание, превосходно развитых форм взрослой женщины с детской невинностью выглядело настолько ошарашивающе, что у меня перехватило дыхание. Знакомый гвардейский офицер как-то хвастал, стремясь поразить воображение молодого, неискушенного, провинциального аристократа, что у великосветских львиц при дворе входит в моду брить лобок, но видеть такое мне еще не приходилось. Да кто же она такая? Неужели все-таки аристократка? Здесь в глуши, одна?

Она вдруг остановилась, приняв позу чем-то напоминающую позы кулачных бойцов. Ее глаза уставились прямо на меня. Она не должна была увидеть меня в густой листве, но что-то она явно почувствовала.

Наблюдая за красавицей, я совсем не следил за тем, что делалось вокруг меня, чего, в Шехонском лесу никак нельзя было делать и оправдать меня может только то, что на моем месте так поступил бы любой нормальный мужчина. За свое невнимание я был наказан.

Внезапно прямо за спиной я услышал тихое взрыкивание. Резко обернувшись, я чуть не вскрикнул от неожиданности. Прямо за мной, на расстоянии вытянутой руки стоял огромный полосатый хищник – лесной кот. Я никогда их не видел, но почему-то сразу понял, что это именно он, зверь существование которого мы хотели доказать. Оскаленная пасть, громадные клыки, рвущийся из горла рык испугали бы кого угодно. Вскрикнув от неожиданности, я сам не понимая как, гигантскими прыжками, из немыслимых положений, вылетел из укрывавших меня кустов, прямо на берег к ногам лесной нимфы. Кот одним ленивым движением очутился рядом и замер не делая попыток броситься на кого-нибудь, но не спуская с нас глаз. Какое-то время мы все молча смотрели друг на друга, боясь пошевелиться и нарушить хрупкое равновесие.

Со стороны это, наверное, выглядело комично. Голая красавица и растерявшийся женский сердцеед под злобным оком дикого хищника. Первый страх, вызванный внезапным появлением кота понемногу отпускал и я уже был почти готов совершать обдуманные поступки. Скосив глаза на красотку, я вдруг понял, что она напряжена но не испугана. Она не закричала, не бросилась бежать, не упала в обморок. Короче не сделала ничего из того, что сделала бы любая другая женщина. Ее синие глаза взирали на меня в каком-то немом изумлении, на кота она вообще не обращала внимания, словно его и не было. При этом чувствовалось, что ее спокойствие не вызвано ступором. Наоборот, от нее исходили почти физически ощущаемые волны уверенности и силы. Пауза затягивалась, я стоял как дурак не зная, что предпринять дальше и как себя вести в этой ситуации. Девица откровенно меня разглядывала и словно прикидывала, что со мной делать. Она не пыталась прикрыться, и была спокойна, как будто полностью одетая находилась у себя дома.

Мой мозг словно раздвоился. Одна часть вопила от ужаса и требовала действия. Другая спокойно анализировала ситуацию и любовалась прекрасным для любого мужчины зрелищем. Что-то, какие-то не осознанные разумом фактики, давали мне уверенность, что лесная красавица – хозяйка кота и он ее слушается. Придя к такому заключению я решился прервать нашу немую сцену и собравшись с мыслями, заговорил.

– Здравствуйте, сеньорита. – Сказал я, отвешивая легкий поклон. – Позвольте представиться, барон Алонзо де Пара.

Первым отреагировал на мое заявление зверь. С угрожающим рыком он бросился на меня. Я не успел даже толком испугаться, рука рефлекторно дернулась к висевшему на поясе ножу, а лесная фея с неуловимой глазом скоростью уже вцепилась в его шкуру. Они вместе рухнули на траву и откатились на пару шагов от моих ног. Прекрасная нимфа что-то выкрикнула повелительным тоном, смысла я не понял, но догадался, что мне приказывают замереть.

Молниеносно вскочивший на лапы кот, обиженно отвернулся от нас и стал чесать себя за ухом, а незнакомка непринужденно поднялась на ноги из не самой удобной для этого позы и заговорила обращаясь ко мне. Ее голос был усладой для слуха, но понять, что она спрашивает я не мог. Язык на котором она говорила, был мне совершенно незнаком.

– Простите, милая леди, но я вас не понимаю. – Тихо, произнес я в ответ на ее речь.

Я стоял неподвижно, стараясь шевелить только губами, чтобы не раздражать кота. Лесное чудище находилось, совсем рядом, и косилось на меня желтым недобрым глазом. Оно плотоядно облизывалось, но сидело спокойно.

Незнакомка произносит еще какую-то фразу, наверное пробует спросить меня на еще каком-то языке. Я пытаюсь ответить на древне имперском, но все бесполезно, мы не понимаем друг друга.

Она задумывается, и я молю бога, чтобы ее задумчивость длилась подольше, так как во время нашей странной беседы и сейчас я могу спокойно пожирать ее глазами. Чем дольше я ее разглядываю, тем больше поражаюсь совершенству ее красоты. Кожа абсолютно гладкая и чистая, нет ни одного изъяна, ни волоска, ни царапинки, ни прыщика. И припудрить она ничего не могла, она же только что из воды. Просто мраморная языческая богиня. И поведение богини. Ее полная нагота и мое откровенное разглядывание ее тела, кажется абсолютно ее не смущают. Она держится естественно не пытаясь ни подчеркнуть достоинства своей фигуры какой-нибудь эффектной позой, что непременно бы сделала решившая соблазнить мужчину куртизанка, ни стыдливо прикрываясь и смущаясь торопливо одеться, что сделала бы любая другая женщина, столкнувшись с мужчиной в таком положении. Эта девушка просто потрясает воображение, и хотя я стою неподвижно, внутри у меня все кипит. Еще миг и плюнув на ее когтистого, клыкастого, усатого стража я заключу ее в свои объятия, и будь, что будет.

Но тут, словно приняв решение она делает шаг в мою сторону, ее совершенное тело касается меня. Сквозь тонкую материю рубашки я чувствую тепло ее тела и твердую плоть соска касающегося моей груди. Точеные руки обнимают меня за шею, медленно, словно во сне, ангельски прекрасное лицо приближается к моему, я чувствую свежесть ее дыхания, непередаваемый запах чистого женского тела. Кажется ее губы коснулись моих и мир померк.

Очнулся я лежа под тем же кустом. День уже клонился к закату. Так же шелестела листва, пели птицы и мрачная стена леса темнела вокруг озера. Ни красавиц, ни чудовищ рядом не было. Пошатываясь я встал на ноги. В голове царил сумбур и тело было словно чужое. Кое-как я добрел до озера, встал на карачки и погрузил лицо в его чистые, холодные воды. Полегчало. Освежившись я оглядел пляжик. Ничего. Было или нет. Что это – сон? Мне напекло голову? Красавица нимфа, лесной кот – плод моего воображения или реально существует? Разум приказывал принять версию сна на лоне природы. Но чувства, чувства упирались. Слишком реально я все это видел и ощущал. Почему это видение не уходит из памяти как другие сны. Стоило прикрыть глаза и образ нагой красавицы тотчас был передо мной во всем своем божественном великолепии. Казалось я до сих пор ощущаю нежное тепло ее губ и чувствую аромат ее тела. Наваждение какое-то!

Погруженный в свои мысли я сидел на берегу ничего не замечая вокруг. Из задумчивости меня вывела крепкая сухая рука опустившаяся на мое плечо. Я поднял глаза, передо мной стоял грозный Зелу.

– Что случилось господин барон? Почему вы пропали так на долго и мы должны вас искать?

– Зелу не сердись и не считай меня сумасшедшим, но мне кажется я видел фею этого леса. – Не в силах остановиться я рассказал ему все.

Он слушал меня внимательно не перебивая, и лицо его было бесстрастно, как у деревянного божка из деревенской часовни. По окончании моего рассказа он медленно прошелся от воды к кустам и обратно.

– Нет господин, вам не показалось. Я ясно вижу следы того, что вы рассказали. И зверь и человек были здесь. Пойдемте посоветуемся с сиром Фалье, нам надо решить что делать дальше. Мне лично кажется, что в нашем присутствии здесь, смысла уже нет.

Глава 2
Зазеркалье

1

щедрый дар (Алиса)

Старый дом в глухой подмосковной деревушке достался мне в подарок от дяди Алексея. На самом деле он был старший брат моей бабушки, но как правильно называются такие родственники из разряда седьмая вода на киселе, я точно не знаю. Наверное, он был мой двоюродный дедушка, но всю жизнь я звала его дядя Алексей, так что пусть дядей и остается. Тем более что дедом он не выглядел.

Он никогда не говорил сколько ему лет, но бабушке было уже за семьдесят, а он не мог быть моложе. У меня вообще было ощущение, что за все годы, что я его знала, он не изменился. А знала я его почти тридцать лет, столько, сколько помню себя. Все это время он выглядел одинаково, как ушедший на покой борец или штангист. Крупный, мощный, сплошные литые мускулы. Дядя обладал неимоверной силой, но предпочитал ее не демонстрировать без нужды. Он никогда не болел и будь все остальные как он, профессия врача исчезла бы за ненадобностью. Его сильно старил ежик седых волос и шкиперская бородка с проседью. И если в детстве он и мог казаться мне старым, то по мере моего взросления мы как бы сближались, и он становился в моих глазах все моложе и моложе. А так как он любил и баловал меня, да и виделись мы довольно часто, то я как-то не задумывалась о его возрасте. Первый раз я обратила на это внимание когда мне было лет двадцать. Я училась в институте на третьем курсе, и мы с дядей катаясь на лыжах, встретили мою однокурсницу.

– Что это за интересный мужчина был с тобой вчера? – спросила она на другой день.

Я как-то сразу и не сообразила, что речь идет о дядюшке Алексее, потому что не воспринимала его как мужчину.

– Да это мой двоюродный дедушка.

– Ты что, шутишь? Сколько же ему лет?

Я на секунду задумалась, прикидывая, сколько же ему действительно лет?

– Лет шестьдесят, я думаю.

– Алиска, кончай меня разыгрывать. И если боишься знакомить со своим новым кадром, то так и скажи, а не неси всякую чушь.

После этого, встретившись с дядей, я напрямую поинтересовалась его возрастом. Он отшутился и ушел от ответа. Отец, на тот же вопрос, неопределенно пожал плечами.

– Да кто его знает. А тебе зачем?

– Просто интересно.

– А понятно, – и он снова уткнулся в газету.

Тема была исчерпана. Бабушка жила в другом городе и звонить ей по такой ерунде я не стала. А потом жизнь закрутила в своем обычном водовороте и этот не самый актуальный для меня вопрос закрылся сам собой. Тем более, что вскоре я, несколько неожиданно даже для себя самой, выскочила замуж.

Дмитрий учился в аспирантуре в нашем же институте. Мы познакомились в клубе на одной из дискотек. Я неплохо танцевала, а он оказался достойным партнером. Потом он пошел меня провожать и мы пол ночи целовались на скамейке во дворе моего дома.

Не могу сказать, что я была безумно влюблена, но он был из хорошей семьи, и родителям он нравился. Подружки завистливо вздыхали: «Ах! Какой парень. И почему, Алиска, тебе так везет?» Все считали нас идеальной парой. Многие из моих знакомых как-то вдруг оказались уже семейными, и я решила быть как все.

Через два года мы так надоели друг другу, что без скандалов, к обоюдному удовольствию развелись. К счастью, или несчастью, но детей у нас не было и на память о моем браке мне осталась только однокомнатная квартирка в одном из окраинных районов Москвы. К родителям я возвращаться не захотела и жила одна. За время моего неудачного замужества я успела закончить институт и устроиться на работу. Платили не очень, да и работка была так себе, но ничего лучшего пока не подворачивалось, а одной мне на жизнь хватало.

Завалы на работе в конце каждого месяца, интрижки и подсидки, ежегодный отпуск у моря с ожиданием чего-нибудь эдакого и медленно, но неотвратимо суживающийся круг друзей и поклонников. Постоянные сетования матери, на то что мне пора кончать искать принца и устраивать личную жизнь.

– Ты определяйся со своим Ромой. Мне уже пора внуков нянчить, а ты все копаешься. Мужики они все одинаковые. В семье все от женщины зависит. Если Рома не хочет жениться, посылай его. Молодость и красота проходят быстро и ты уже не девочка.

Я согласно кивала головой, думая о своем, и ничего неожиданного от жизни уже не ждала.

Дядя Алексей немного удивил меня, когда неделю назад заявился ко мне на работу. Он человек не бедный, одевается со вкусом, да и габариты у него солидные. Поэтому когда его импозантная фигура возникла в дверях нашей комнаты, то по ней словно распространилась волна, эпицентром которой был дядя. Коллектив в нашем отделе исключительно женский, поэтому не удивительно, что все разномастные головки повернулись в его сторону. К тому же больше половины наших дам не замужем и, естественно, тетки сразу приняли боевую стойку.

– Алиса, выйди, ты мне нужна на часик. С твоей начальницей я договорился. – Дядя был очень деловой и словно не замечал производимого им фурора.

Удивленная, я выключила компьютер и встала из-за стола. Уговорить нашу мымру отпустить кого-нибудь в рабочее время было нереально. Так видимо считала не я одна.

– Такому мужчине я бы тоже не смогла отказать ни в чем. – Громко возвестила экономистка Мила, симпатичная бойкая деваха.

Чувствуя спиной завистливые взгляды, я вышла из комнаты.

Дядя ждал меня в конце коридора.

– Пошли скорей, времени мало.

– Куда мы так торопимся?

– К нотариусу.

– А зачем?

– Узнаешь. У тебя паспорт с собой?

– Да.

– Отлично. Я хочу сделать тебе подарок.

От нотариуса, подписав кучу подготовленных документов, я вышла владелицей загородного дома.

– Теперь, девочка моя, слушай меня внимательно. В этом мире, – дядя голосом выделил последние два слова, – ты самый дорогой для меня человек. Долго объяснять, но складывается так, что мне надо уйти. Мы больше никогда не увидимся. Не перебивай и молчи, ты все узнаешь. Вот запомни эту комбинацию.

Он показал мне бумажку с рядом написанных на ней букв и цифр.

– Запомнила? Повтори.

Я повторила.

– Это очень важно. Не забудешь?

– Не беспокойся, дядя, у меня хорошая память.

– Это код от одной двери на моей дачке, которая теперь твоя. Дверь находится в подвале. Там в углу есть куча всякого хлама. Разгребешь ее. Найдешь на полу нарисованный прямоугольник с буквами и цифрами внутри. На внешний вид не обращай внимания, это для маскировки. Наберешь код, сильно нажимая на нужные знаки. Дверь откроется сама. Вот держи ключи от дома и калитки. Через неделю, раньше не надо, приедешь туда. Я тебе оставил записку, она за той дверью. Повтори еще раз код. Так хорошо. – Он достал зажигалку и сжег бумажку с кодом. – Прочитаешь, что я там тебе написал и решишь, что с этим тебе делать. Ну все, я не люблю долгих прощаний.

Он порывисто обнял меня, крепко поцеловал в губы. Несколько секунд, держа руками за плечи, внимательно вглядывался в мое лицо, словно запоминая его, затем отпустил и резко повернувшись решительно пошел к своей машине.

В глазах у меня щипало, я ему безоговорочно верила и знала, что мы действительно видимся в последний раз, и больше я никогда уже не прижмусь к его надежной груди.

Как не разбирало меня любопытство, но обещанную неделю я выждала и только после этого в ближайшие выходные отправилась знакомиться со своей новой собственностью.

Внешне дядин подарок меня разочаровал. Я ждала чего-то необычного, а тут… Самый что ни на есть обычный деревенский дом, темный, бревенчатый. Запущенный участок. Покосившийся забор.

Подойдя к дому, я открыла дверь и вошла внутрь. Удручающее впечатление только усилилось. Грязные, едва пропускающие дневной свет, окна. Какой-то хлам, старая полуразвалившаяся мебель, пыль. Впечатление такое, что здесь давно никто не жил. И зачем дядя одарил меня таким дурацким подарком? Это не очень на него похоже.

Я спустилась в подвал. Нащупала выключатель. Под потолком зажглась тусклая лампочка. Искомая куча была на месте. Раскидав ее я обнаружила на полу рисунок, о котором говорил дядя. Если бы он меня не предупредил, я бы точно приняла это за каракули учащегося писать ребенка. Чувствуя себя идиоткой я стала набирать код. Давя на значки, я чувствовали под пальцами обычный бетонный пол. Ничего не нажималось. Но вот я надавила последнюю цифру, раздался треск и часть противоположной стены отъехала в сторону. В открывшемся проеме находилась еще одна дверь. Она сильно смахивала на люк в переборке подводной лодки, какими их показывают в фильмах, с такой же большой круглой рукоятью по середине. А перед ней лежал дипломат.

Я подошла и взяла дипломат. Он оказался довольно-таки тяжелым. Поискав глазами где бы мне расположиться, я заметила кресло. Подтащив его прямо под лампочку, что бы было лучше видно, я уселась поудобнее, положила дипломат на колени и раскрыла его.

От увиденного у меня перехватило дыхание. Он был полон денег. Пачки долларов, евро, рублей. Никогда в жизни, я не видела их столько. Ну и дядя, крутилось у меня в голове, вот так подарок. Радостно-сумбурные мысли наполнили голову. Какой-то шум вернул меня на грешную землю. Это встала на место плита закрывавшая люк. Я встала, положила дипломат на кресло и прислушалась. Все было тихо. Я поднялась наверх и проверила входную дверь. Она была заперта. Снова спустившись в подвал, я села в кресло и с некоторым трепетом, а вдруг это была галлюцинация, открыла дипломат. Нет, деньги были на месте. А еще там было несколько листков бумаги исписанных крупным почерком дядюшки Алексея. Уже полностью успокоившись, я достала их, закрыла дипломат и сунула его под кресло. Ну вот, теперь можно и почитать, что за послание он мне оставил.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.