Роберт Снегович
Немного король. Мальчик

Глава первая. Дали бы поспать подольше…

Вам когда-нибудь приходилось делать что-нибудь абсолютно бессмысленное? Не обманывайте себя, ответив нет. Тогда вас, безусловно, пришлось бы назвать самым счастливым человеком на этой, полной предрассудков, планете, побери ее Руф.

Спросите, к чему я клоню? К самому обычному, ничем не примечательному прыщавому двенадцатилетнему подростку, которого ждет целая армия во главе со вторым лицом в королевстве – генералом Продумчивым.

Я никогда не был фанатом ранних подъемов, даже ели речь шла о приближающейся войне, особенно, когда судьбу королевства приходилось решать, будучи ребенком, особенно, когда всего 12 часов утра! Да еще генерал, кажется, сегодня не в духе.

– Ваше величество, рад видеть вас в добром здравии, дипломаты семи королевств уже три часа ожидают вас.

– Да, да, мистер Гульнер, я вас понял, что вам как всегда нечем заняться, можете хотя бы день не читать мне нотаций?

– А ваша королевская задница хоть раз может встать вовремя?

– Думаю, ты все дело в обуви, мистер Гульнер, завязывать ботинки так утомительно!

– Ах, это ботинки во всем…

Разговор прервал сигнал о вошедших гостях, который, кажется, слишком громко протрубил смотрящий. Возможно, следует его выпороть?

Шучу, конечно, в конце концов он прервал причитания командира армии…

– Ваше величество, позвольте представить: королева Тронского царства – Елена!

Дальнейший бессмысленный парад из заслуг королей и королев вам выслушивать не придется, в отличии от меня, вот видите, я – великодушный король. Скажу лишь основное: в страну вторглись варвары, и мое королевство, как пограничное, должно возглавить отряд по борьбе с неверными…

Честно говоря, предвидя такой исход событий, я тут же предложил свою кандидатуру, чтобы возглавить армию. Генерал было начал спорить, однако пара комплиментов о его недюжем разуме и огромных способностях к управлению государством сделали свое дело. Какой же он все-таки простофиля, хоть и генерал…

Недовольство моей персоной высказали все без исключения, однако армия была моя, а значит, как говорится, кто я, тварь дрожащая?

В конце концов мне уже двенадцать, я обучен мастерству владения мечом, не то чтобы я был старателен, всегда предпочитая прогулки вдали от дома, но… Разве часто командир лично принимает личное участие в сражении? А вот шесть лет зубрежки различной тактики должны были сделать свое дело.

Теперь к главному, – зачем, собственно, мне все это нужно? Вы не представляете, насколько может быть назойливым генерал… И три покушения на мою жизнь за год, сразу же после смерти моего отца – это через чур, в военном походе будет куда безопаснее, ну и, наконец, мне просто надоели зубрежка и тренировки по 12 часов в день, хочется мир посмотреть. Кроме того, я был знаком с дочкой варварского Конунга, но это, конечно же не имеет значения и никакого отношения к к моей инициативе не имеет…

Если вам интересно, как я выжил после покушений на мою жизнь, то, должен признаться, моей заслуги тут нет. Дог, мой телохранитель – первый воин трех королевств, по сей день оберегал меня, и выразил готовность принять участие в походе. Наивный, как-будто у него был выбор…

Среди темных аллей, под покровом ночи, бесшумно ступает боец легиона, каждый миг в затемненье есть новая жизнь, вы любите, детишки, солдат легиона, вся их вера – то небо, что светло для вас…

Брехня, созданная в оправдание пьяницами патрульными перед строгими женами, и для поучения молодежи, ну, по крайней мере, именно так мне сказал Дог, я-то в первый раз в темных лесах и, честно говоря, чувства мои далеки от поругания патрульных, скорее я бы прибавил зарплату их семьям, сами-то они нечасто доживают до возвращения домой…

Но извините – бюджет! Это уже слова генерала.

Что же такого ужасного я увидел? Начну, пожалуй, с обглоданных костей, которые нет-нет, да и попадались под ногу… Хотя нет, сначала опишу овраги, превращенные варварами – разведчиками в смертельные ловушки, хотя, возможно, кто-то бы предпочел отдать первое место угрожающему пейзажу, представляющему из себя раскидистые колючие ветви нирп, цепкие кусты и непроглядную темень ночи. Я же, по моему королевскому указанию, присваиваю звание самого неприятного в окружающей обстановке… вони, исходящей от моих воинов, если дерутся они так же, как пахнут, мне хватит и сотни солдат на то, чтобы справится с этой абсурдной экспансией. Что, почему абсурдной?

Ну, во-первых – всем известна военная мощь доблестных воинов империи… Дело, конечно же, не в этом. Варвары иногда торговали с нами, по бросовым ценам продавая (обменивая) меха и украшения, покупали кое-какое оружие, у них не было причин вторгаться в дружественные царства, совершая набеги в течении последних лет! Не говоря уже о том, что наше превосходство в оружии несомненно, даже учитывая то, что тяжелую технику, как я не просил, мне выделить отказались. «Сломаешь, кто делать новую будет?» – Слова генерала, который, кажется возомнил себя его величеством королем (для справки: король все-таки я, просто отношусь великодушно к старику, по крайней мере я сам предпочитаю думать именно так). В чем-то воин был прав, одна единственная баллиста, изготовленная двадцать лет назад неизвестно кем и проданная нам за неизвестно какие деньги (генерал, при упоминании об этой сделке надувался и сжимал кулаки, напоминая лягушку, на которую, как мне кажется, похож не только внешне, но и в глубине своей простой ворчливой души).

– Ваше величество, кони устали, да и не видно ничего за тридцать шагов, разрешите привал? – Обратился ко мне сотник Удалый, назначенный на время этого похода центурионом (да-да, генерал очень верил в мои силы, как видите!) По достоинству оценив богатырское телосложение Удалого и вспомнив историю подвигов не по годам прославленного воина (из разряда – пехотной сотней заставил генеральский кавалерийский отряд драпать), у меня появилось почти неодолимое желание послать сотника к чертям и сказать, что это я тут хозяин. Почти, ибо каждый король, если он хочет жить, должен прислушиваться к тем, кто умнее и старше, чем сам правитель.

– Да, центурион (парень смутился, конечно, всего 25 лет, и уже центурион!), разрешаю, и внесите в наш маршрут какой-нибудь водоем, пока доспехи ваших воинов не стали ржаветь изнутри…

– Каждый солдат моется строго по норме, ваше величество, каждый месяц в первый день первой недели, у нас с этим строго. – Отрапортовал сотник.

(Кажется, есть одно видоизменение закона, которое я внесу тот же час, как вернусь домой!)

– Ныне двадцатое число мая, верно? – спросил я.

– Да ваше высоко…

– Отдайте указ, чтобы, на время похода, солдаты мылись каждый день.

– Ваше величество, будет сделано, однако должен предупредить вас о последствиях, дело может дойти и до бунта!

– Что, настолько все серьезно?

– Не то слово, был у меня как-то центурион, заставивший нас мыться каждый день, так его через две недели боевым псам скормили.

– Кто же?

– Неизвестно, ваше величество, – парень слегка опустил голову.

– Так, понятно, пожалуй ограничимся двумя разами в месяц, возражений нет?

– Будет сделано! – Центурион заметно посветлел. М-да, ну неважно.

Я слез с лошади (кареты – для дам!) и размял ноги, с удовольствием вдохнув свежий воздух леса. Не так уж здесь и плохо, когда нет войн и потрясений, когда люди живут, как люди…

Дог вынул из ножен кинжал, что я подарил ему после первого покушения (тогда он смотрел на меня так, будто это я недавно спас ему жизнь, подарок был истинно королевским, тяжелый кинжал из горной стали гордых гномов. я потратил на него свое месячное содержание!) и сел на камень, чтобы начать любимую работу – заточку оружия (не знаю, что там можно точить по два часа в день, говорят, оружие гномов не истончается, однако Дог явно бросил вызов этому утверждению!).

Я разлегся на постеленное милой служанкой покрывало и спросил:

– Кушать подано? – Использовав на ней улыбку, которую собирался продемонстрировать принцессе варваров, конечно же, после победы.

Девушка непонимающе посмотрела на меня, кажется, испугавшись, быстро кивнула и отправилась, как я надеюсь, за пищей. Надо будет над этим по репетировать.

– Дог, садись рядом, хочешь послушать историю? – Спросил я у телохранителя. Это был определенный ритуал. Я наслушался много баек при жизни под боком у генерала, а тот не всегда был таким мрачным, иногда он рассказывал мне истории, от которых дух захватывало, когда мне хотелось поговорить, я рассказывал о старых временах Догу, хотя, конечно, он не мог быть моим другом. Ну, у короля не так уж много друзей, если вы понимаете, что я имею ввиду…

Когда-то, в давние времена великих волшебников, еще до завесы тишины, превратившей величайших магов в обыкновенных фокусников, Могучий синий маг Соломон собрал цивилизованных представителей всех рас: людей, эльфов, гномов, хоть это было нелегко, но никто не мог отказать Победителю Демонов. Соломон сказал императорам: «Вот, я стар, и члены мои дряхлы, а силы магии света станут бесполезны, ибо я умру не позднее, как через три месяца…

Все были поражены откровением Великого мага, но лишь королю гномов, в своей прямолинейности, хватило духу спросить: «Что мы сможем сделать для тебя, мудрейший? Ибо каждый из нас перед тобой в долгу. Остальные цари, императоры, короли светлых царств закивали, подтверждая слова Храброго Мурома.

– Благодарю, мой дорогой Мур, я всегда знал, что на тебя можно положиться, впрочем, как и на каждого, кто присутствует в зале сим. (Записи самого Соломона говорят, что тут он слукавил, ибо всегда чтил гномов больше остальных, хотя и был от роду человеком.) – Но я здесь не для того, чтобы просить, а для того, чтобы даровать.

Повисла мертвая тишина: гномы перестали разговаривать об алхимиках и чудотворном зелье, что продлевает жизнь, эльфы – обсуждать невежественность гномов, люди – распределять своих детей в мужья и жены друг другу.

– Каждому народу я создам одно великое чудо, три же таких чуда отнимут мои силы, которые еще держат меня на ногах. Мой вопрос таков, что же мне дать каждому народу?

Долго совещались гномы, еще дольше – люди, но последними решили эльфы.

– О, мудрейший, мы скорбим о тебе, наша просьба будет о чуде воина, что живет вечно и веками будет защищать нас от темных сил. – Так глаголил Эленмал, Старший царь эльфов.

– О, мудрейший, мы скорбим о тебе, наша просьба о плодородной земле, что без устали будет плодоносить, – такова была просьба людей.

– О, мудрейший, мы скорбим о тебе, наша просьба о том, чтобы ты оставшийся тебе месяц пожил у гномов и поделился твоей мудростью. – Произнес Мур.

– Быть посему, каждый из вас получит, чего желает, а ты, мой дорогой Мур, сегодня сравнился в хитрости с самим Руфом!

– Каждый получил то, что хотел, ну а что же было самым ценным, как ты думаешь, Дог? – Спросил я, состроив хмурую мину.

– Думаю, ваше величество, что вам пора подниматься, потому что я слышу топот копыт. – Сказал мой телохранитель-полуэльф, чутким слухом уловив то, что недоступно нам, людям.

– Эй, подъем! Круговая оборона, подготовить копья, враг с севера, защищаем короля!

Я с сожалением отложил в сторону так и не начатый куриный окорочок…

Глава вторая. Доверяй жизнь, но не еду!

Представьте себе картину: восемь сотен воинов, построившихся вокруг лагеря в оборонной стойке, готовые встретить вражескую конницу и умереть за меня (Собственно, против данного факта моей королевской персоне протестовать не имеет смысла)… И тут Дог, мой верный телохранитель, засовывает топор за пояс, кинжал в ножны и, схватив окорочок (мой окорочок!!!), с набитым ртом произносит.

– Расслабьтесь, их не больше десятка.

– Может, послы, ваше величество? – спрашивает Удалой.

Я был настолько возмущен дважды упущенным окороком, что ничего внятного ответить не смог. На счастье нашей миссии (именно так я тогда думал), над богато одетым отрядом развивался флаг переговоров, старший из представителей варваров, и по совместительству самый огромный (что было непривычно для меня, привыкшего к тому, что толщина кошелька всегда соответствует размерам живота, однако это чужеземец продолжал разрывать мои жалкие представления о нормальности сережками в ушах (догадываетесь, из чьего царства он их спер??) и поясом на кожаном доспехе, увешанным черепами (чувствую, их этот буйвол добыл там же, где и сережки). Возможно, я не слишком давно в крупной политике, однако, по моему скромному мнению, на переговоры следует посылать кого-нибудь, выглядящего менее экспрессивно. Ну что ж, последним человеком (после горячо любимого мною генерала, конечно) был этот чужак, а потому я скорчил нечто, похожее на улыбку, и велел солдатам впустить «переговорщика».

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.