Обгон на дальней дистанции
Кристина Линси

© Кристина Линси, 2017

ISBN 978-5-4483-7443-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Пролог

В дождь спится хорошо, особенно ночью. Но Рэм не мог сомкнуть глаз до тех пор, пока не минует опасность. Ему удалось скрыться от преследователей и покинуть столицу, только расслабляться еще рано. Никакой гарантии нет, что его не станут разыскивать. А если найдут, то убьют обязательно. Вчера ему повезло. Случайный встречный искал попутчика до Ринцовска. Рэм согласился, потому что цена устраивала. В дороге он отдохнул, подремал немного и пообедал вместе с водителем и вторым попутчиком в придорожном кафе. Тогда он мог позволить себе такую роскошь. А по прибытии в Ринцовск у него осталось сто двадцать рублей. Это неплохо, потому что Синедольск находился совсем рядом. Если добираться на электричке, то дорога займет пятнадцать минут, а билет стоит всего двадцать рублей. Синедольск привлекал Рэма лишь по одной причине – там живет Вяз. Не хочется обращаться к нему, а придется, потому что теперь Рэм – бомж. Без документов он не устроится на работу. И еще надо где-то жить и как-то питаться. При мысли о еде желудок напомнил о себе болезненным спазмом. На вокзале буфет отсутствовал. Но даже если бы он и был, ничего бы не изменилось. После покупки билета осталась сотня рублей, половина которой уйдет на проезд. Путешествовать зайцем опасно. В его положении следует избегать любых конфликтных ситуаций и стараться не привлекать внимание. Рэм должен быть предельно осторожен, по крайней мере, до встречи с Вязом. В том, что Вяз поможет ему, Рэм не сомневался.

В утренней электричке ехало много пассажиров, но на скамейках имелись свободные места, и Рэм занял одно из них, дав отдых ногам. Он даже собирался поспать. Пятнадцать минут, конечно, мало, и все же лучше, чем ничего, если очень устал.

И вдруг в вагон вошла девушка с гитарой.

– Надоели эти попрошайки! – проворчала темноволосая женщина, сидящая рядом.

– Я хотела прочитать конспект перед занятиями, а теперь не смогу сосредоточиться под вопли и музыку! – пожаловалась ее соседка.

Рэм играл раньше на гитаре и пел неплохо, но он никогда бы не стал зарабатывать деньги таким способом. Петь в поездах, метро и подземных переходах – унизительно.

– Извините за беспокойство! – прозвенел девичий голос. – Я спою только одну песню, короткую и печальную. О веселом петь не могу, потому что собираю деньги на похороны. Умерла моя мама. Других родственников у меня нет.

В глазах девушки блестели слезы. Она нашла силы сдержать их, и начала выступление. Голос у нее был красивый и нежный, только немного дрожащий, но это естественно в таком состоянии.

Пассажиры притихли, сочувственно глядя на исполнительницу. На вид ей было лет шестнадцать, хотя не исключено, что она выглядела несовершеннолетней из-за невысокого роста, худобы и бледности. Рэму вдруг стало жалко эту девушку. Ей гораздо тяжелее, чем ему. У Рэма есть Вяз. А она одна, бедная и несчастная.

Закончив песню, девушка побрела по проходу, стыдливо опустив голову. Никто не осуждал ее. Совсем наоборот! Пассажиры давали ей деньги – не мелочь, а бумажные купюры. Темноволосая женщина и ее соседка пожертвовали по пятьдесят рублей. Кто-то расщедрился на тысячу. Рэм дал бы больше, если бы имел. Но у него остались всего сто рублей. Последние! Вяз жил далеко. Прямого маршрута туда не было. От вокзала надо добираться с пересадками. Сто рублей хватило бы Рэму на дорогу. Но он отдал их осиротевшей девушке. Ей эти деньги нужнее. А он встретится с Вязом в любом случае. Будет идти весь день и всю ночь, если потребуется.

В подземном переходе Рэм снова увидел ее. Девушка опять пела. Наверное, она надеялась собрать нужную сумму.

– Сколько надо на похороны? – поинтересовался Рэм.

– Пятьдесят тысяч. Ритуальный агент сказал, что это необходимый минимум.

«Врезать бы по физиономии этому наглому, циничному и жадному агенту!» – подумал Рэм. Только от этого ничего не изменится. Жуткий бизнес, основанный на человеческом горе, не исчезнет.

И вдруг Рэма осенило. Он понял, каким образом помочь этой девушке. В Синедольске обосновался не только Вяз, но и Валет. Связываться с Валетом опасно, но ради такого дела стоит рискнуть.

– Можно позвонить с твоего телефона? – Рэму было неловко просить об этом. Она, наверное, подумает, что ему жалко денег.

Но девушка не стала ничего уточнять и спокойно дала ему свой мобильник.

Валет ответил сразу, словно ждал или чувствовал.

– Я на вокзале. Приезжай быстрее и захвати пятьдесят тысяч! – тихо произнес Рэм и заметил, как округлились глаза девушки, услышавшей эту фразу.

Зато Валет не удивился.

– Через полчаса буду возле «Страдуса», – отозвался он.

– Что такое «Страдус»? – спросил Рэм, возвращая телефон.

– Магазин возле перекрестка. Когда выйдете из перехода и увидите салон связи, то идите прямо, «Страдус» через три дома от салона.

– Спасибо! Жди здесь! Я принесу деньги минут через сорок!

– А на какой срок Вы мне их одолжите, и под какие проценты? – во взгляде девушки затаилось недоверие.

– Процент – ноль, срок – неограниченный, – пояснил Рэм.

– Почему? – насторожилась собеседница.

– Я сам был в такой же ситуации. Меня выручили друзья.

– Но Вы ведь чужой, посторонний! Мы даже незнакомы.

– Меня зовут Николай, – Рэм назвал первое имя, пришедшее в голову.

– Ася, – представилась девушка.

– Не бойся, Ася! Все будет нормально, – пробормотал Рэм и направился к выходу.

Валет был, как обычно, пунктуален и безупречно элегантен. Он жестом пригласил Рэма в машину и вопросительно посмотрел на него.

– О себе расскажу позднее. Сейчас надо помочь девушке, у которой умерла мать. Ей не хватает на похороны пятьдесят тысяч.

– А на что она будет жить? У нее есть какие-то средства? – уточнил Валет.

– Не знаю. Я не думал об этом.

– Напрасно! На твоем месте я бы задумался и дал ей сто тысяч, – во взгляде Валета отсутствовала ирония. Но жалость тоже была чужда ему. Такие люди, как он, не занимаются благотворительностью.

– И что же ты предлагаешь мне в обмен на сто тысяч? – хмуро спросил Рэм.

– Ничего. Ты будешь отдыхать, развлекаться, жить в свое удовольствие и получать за это приличные деньги.

– А если серьезно?

– Это не шутка. Я, действительно, предлагаю тебе легкую работу.

– От тяжелой тоже не стану отказываться, при условии, что не придется убивать или калечить.

– Престижная профессия коллектора тебе не понравилась, – понял Валет.

– Я же не знал, что коллекторы – не только бандиты, но и маньяки-садисты! Когда я заступился за женщину, которую…

– Можешь не продолжать! – прервал Валет. – Мне все ясно. То, что я хочу тебе предложить, не связано с бандитизмом.

– Звучит интригующе!

– Окажи девушке материальную помощь и возвращайся быстрее! – ответил Валет с непроницаемым лицом.

Спустя несколько минут Рэм вручил Асе небольшой пакет, в котором лежали купюры с изображением Хабаровска, завернутые в газету. Наивная девушка не стала пересчитывать. Она хотела оставить расписку и свои координаты, но Рэм сказал, что телефонного номера вполне достаточно.

– У меня намечается заграничная командировка, – солгал он. – Вернусь через пять лет, тогда и отдашь долг.

Ася поверила и пообещала не менять телефонный номер. А Рэм подумал, что когда-нибудь позвонит ей. Не из-за денег, а лишь для того, чтобы узнать, как сложилась судьба Аси. Он искренне желал счастья этой бедной несчастной девушке.

***

Фирма «Трамп» сотрудничала с банками на протяжении одиннадцати лет и считалась надежной до тех пор, пока не произошел возмутительный случай. Новый сотрудник заступился за женщину, которую следовало наказать, и повредил руку своему коллеге. Двое других коллекторов хотели проучить наглеца, но он скрылся, покалечив преследователей. Одному из них наглец сломал ребро, второму – челюсть.

При обыске квартиры, которую снимал новичок, были обнаружены документы и банковская карта. Возле квартиры устроили засаду. Руководитель «Трампа», Остап Варфоломеев, был уверен в том, что новичок не покинет столицу без денег и паспорта. Но вскоре выяснилось, что беглецом интересуются некоторые криминальные авторитеты, а также полиция и ФСБ. Им беглец был известен как Рэм. Тогда Остап Варфоломеев понял, что упустил новичка. Документы, оставшиеся в квартире – липовые, а деньги для беглеца не проблема.

Рэм травмировал трех коллекторов, но они отделались легко. Беглец мог убить всех сотрудников «Трампа», включая руководителя. Но обстоятельства сложились благоприятно для обеих сторон: Рэм пощадил их, а они не успели ему отомстить. И хорошо, что не успели, иначе бы стали трупами. Валет не любит, когда обижают или умертвляют его людей.

По пути домой Остап решил навестить Матвея. О старике хорошо заботились наемные люди, и Яков опекал его постоянно, но Матвею была необходима моральная поддержка Остапа.

Приблизившись к кабинету Матвея, Остап услышал знакомый голос. Яков что-то объяснял старику. Он всегда находился рядом, словно верный сторожевой пес. Остап даже не помнил, когда и как этот человек появился в доме Матвея. Яков был врачом, экстрасенсом и телохранителем одновременно. «Наверное, он опять старается заставить старика соблюдать режим и принимать лекарства», – подумал Остап, невольно прислушиваясь к разговору.

– Да, это правда, я нашел ее! – донесся радостно-возбужденный голос Якова. – Она живет в Синедольске!

– Хочу немедленно увидеть ее! – отозвался Матвей взволнованно. – Распорядись, чтобы подготовили самолет!

– Вы же боитесь самолетов, – напомнил Яков.

– Преодолеть страх несложно, особенно по такому поводу, – заявил старик.

– Только не спешите и не общайтесь с ней раньше срока, чтобы не вспугнуть! – предупредил Яков.

– Я буду предельно осторожен, – пообещал Матвей.

«О ком они говорят?» – удивился Остап. Он не знал, где находится Синедольск, но предполагал, что этот город как-то связан с прошлым Матвея, о котором старик предпочитал молчать. В жизни Матвея было много странного и непонятного. Остап уважал и любил старика, но в последнее время у него все чаще появлялось ощущение, будто Матвей что-то скрывает от него. И теперь он подумал, что у старика есть какая-то тайна, известная Якову. Только Остап не желал знать эту тайну. Он предполагал, что Матвей намеренно оберегает его от чего-то ужасного. Возможно, когда-нибудь наступит день, который приоткроет завесу таинственности. Но Остап не хотел, чтобы этот день наступал.

***

Как и следовало ожидать, Валет опять все уладил. Курьер, прибывший из Москвы, привез документы, вещи и банковскую карту Рэма, на которую перечислили не только зарплату, но и моральную компенсацию. Остап Варфоломеев не желал портить отношения с Валетом. Рэму тоже было невыгодно ссориться с влиятельным покровителем.

Валет сыграл в судьбе Рэма роковую роль. Благодаря ему, Рэм начал новую жизнь, опасную, авантюрную и незаконную. Он сам так решил восемь лет назад, когда еще был несовершеннолетним. Маруся просила его уехать и даже купила билет. Но Рэм не воспользовался ее советом. Он остался с Валетом. Тогда Рэм считал, что принял правильное решение. Он сочувствовал Валету и уважал его, потому что не знал правду. Маруся ничего не объяснила, и Валет промолчал. Рэм знал, что Маруся опять поссорилась с Валетом, но не придал этому особое значение, потому что они ушли вместе в тот вечер: Валет и Маруся. Рэм думал, что они помирились. Но Валет вернулся один. Он молчал, пил водку и не хотел ничего объяснять. Рэм понял, что случилось нечто плохое, непоправимое. Спустя несколько дней Валет рассказал о том злополучном вечере. Рэм простил его, потому что уже ничего нельзя было исправить. Больше они никогда не затрагивали эту тему. Рэм не воспринимал Валета как родного, хотя мог рассчитывать только на него. Валет всегда помогал Рэму, не бескорыстно, конечно, но это не важно. Главное, что есть человек, к которому можно обратиться в любое время.

И в этот раз Валет тоже помог и потребовал плату за свои услуги. Рэм не возражал. За все надо платить. Хотя это не совсем верно. Платил Валет, а Рэм выполнял его поручения. Работа была несложная, но прибыльная. Только никакого морального удовлетворения она не приносила. Долг Рэм погасил быстро, но покидать Синедольск не спешил. У него осталось еще одно дело, самое важное в его неудачной жизни.

Глава 1

Есть люди, над которыми время будто не властно. Эффектная шатенка, неторопливо идущая по аллее, относилась именно к такой категории. Если бы она знала, что мужчина, наблюдающий за ней, держит ее на прицеле, то не улыбалась бы так весело. А он ощущал себя богом, способным решить ее судьбу.

Выстрел в голову уничтожит это ненавистное, счастливое лицо с точеными чертами. Попасть в сердце труднее, зато труп будет выглядеть более эстетично. А еще можно повредить печень или селезенку, чтобы дольше мучилась.

Прицел задумчиво скользил по стройной фигуре, облаченной в элегантное платье.

– Стрелять будешь? – донесся сзади хрипловатый прокуренный голос.

– Не сегодня, – наблюдатель с сожалением опустил винтовку.

Пусть она поживет еще немного! Никуда не денется. Убить ее он всегда успеет. Прежде надо выяснить кое-что.

***

Бледно-лиловое небо благоговейно взирало глазами-звездами на величественного старца. А он задумчиво смотрел вдаль. Медный обруч с крупным алмазом блестел в бело-голубых волосах, опускающихся ниже плеч и сливающихся с бородой, которая достигала середины груди, но не закрывала амулет Колядник, висящий на золотой цепи. В правой руке старец держал посох, в левой – ярко горящую свечу. На плече старца сидела сова, а за его спиной, радуя глаз нежной зеленью, смыкались пушистые ветви елей. На заднем плане виднелись стройные сосны, и струился по траве розоватой извилистой змейкой полупрозрачный туман.

Этот портрет Велеса нравился Элине гораздо больше, чем другие картины, изображающие бога-оборотня в различных образах. Эллина поклонялась Велесу с раннего детства и носила Ладинец. Так было заведено с древних времен. Мужчинам положено иметь Колядник, а женщинам – Ладинец. Колядник сначала должен быть серебряным, а, после вступления в брак, его можно заменить золотым. У женщин три оберега, меняющиеся в течение жизни. Когда девочке исполняется три года, она получает деревянный амулет – березовый, осиновый или сосновый. Повзрослевшим даруется серебряный Ладинец, а после замужества – золотой. Элина носила золотой амулет Ладинец. Она любила своего супруга, который верил в Иисуса Христа, но не пытался обратить жену в свою веру и даже выделил ей отдельную комнату для молитв и обрядов.

Все потомки Велеса отличались привлекательностью, обаянием и таинственностью. Элина не являлась исключением. Она имела изящные черты лица, загадочные, зеленовато-голубые глаза и длинные волнистые волосы с чередованием золотистых, русых и светло-каштановых прядей. Стройная фигура, плавные движения и коммуникабельность усиливали очарование. Принадлежность к высшей касте Избранников Велеса давала право на ношение особого талисмана: Колядник или Ладинец, вписанный в круг, размещался внутри щита Велеса, имеющего форму шестиконечной звезды. Этот талисман Элина считала самым ценным из всего, что имела, и свято верила в его магическую силу.

Богиню Ладу, как и Велеса, изображали по-разному. Элина предпочитала картину, на которой Лада была веселая, голубоглазая, в венке из ромашек и васильков, с жемчужинами в золотистых волосах. Специалисты, считающие себя компетентными, утверждали, что цветы в венке должны быть розовыми. Возможно, они правы, но ромашки и васильки Элине нравились больше.

Положив на алтарь Лады горсть ягод черешни и букетик полевых цветов, Элина прочла молитву: «Лада Матушка! Обращаюсь к тебе как дочь твоя. Прошу тебя, наполни меня нежностью, осознанием, мудростью! Помоги мне созреть духовно, физически, душевно! Лада Матушка, наведи Лад в роду моем! Призываю тепло твое, мудрость твою женскую, Лад твой и любовь твою. Войди всем твоим теплом, нежностью, любовью в душу мою!»

Помолиться Велесу Элина не успела. Появился супруг.

– А мы потеряли тебя! – воскликнул он.

– Разве я не могу побыть в одиночестве несколько минут? – удивленно отозвалась Элина.

– Если эти минуты длятся более часа, то возникает повод для беспокойства.

– Ревнуешь меня к Велесу? – шутливо осведомилась Элина.

– С ним ты можешь общаться сколько угодно, но если у тебя появится кто-то более молодой и красивый, то я убью его!

– Почему только его?

– Тебе я не смогу причинить вред. А он умрет в жутких муках.

Выражение лица супруга свидетельствовало о том, что он не шутил.

– Мне надоели твои необоснованные подозрения! Сколько раз можно повторять, что я люблю только тебя?!

– Но я же гораздо старше.

– Это еще один плюс в твою пользу. С тобой я чувствую себя спокойно, комфортно.

– Я состарюсь раньше, чем ты.

– И станешь похож на Велеса. Это будет божественно!

Супруг рассмеялся, извинился и поцеловал Элину. А она решила, что побеседует с Велесом позднее.

***

Рожденная под «клубничной луной» была восхитительна. Она выглядела гораздо эффектнее, чем представлял Матвей. Он любовался ею, не смея приблизиться. Пальцы сжимали золотой медальон, который предназначается ей, но будет вручен позднее и другим человеком. Этот другой пока не в курсе. Ему не понравится правда, но он все поймет и выполнит возложенную на него миссию ради того, чтобы выжить и спасти свой род.

– Еще не время, – шепнул Яков.

– Она не простит меня, если узнает, – мрачно произнес Матвей.

– Не узнает, – заверил Яков. – И не вини себя! В тот момент ты не мог ничего предотвратить.

– Не мог, – обреченно согласился Матвей, провожая взглядом рожденную под «клубничной луной».

Скоро наступит роковая дата, и Матвей воспользуется этим. Сам он уже стар и болен, ему ничего не нужно. А его внук достоин лучшего.

***

Женщина, открывшая дверь, не удивилась и не испугалась.

– Вы из полиции? – поинтересовалась она.

– Я журналист, собираю материал для статьи о коллекторах, – солгал Анатолий.

– Вовремя Вы явились! Я хотела привлечь к делу прессу.

Она пригласила его в квартиру и охотно рассказала то, что Анатолию уже было известно.

– А почему тот парень заступился за Вас? – уточнил он.

– Узнал он меня, хотя прошло несколько лет. Мы отдыхали вместе в Сочи. Я его тоже вспомнила. Он подружился с сыном Вязовых.

– А имя этого парня Вам известно?

– Рэм. В Сочи он отдыхал вместе с родственниками. Имена у них простые, но стерлись уже из памяти.

– Маруся и Валентин, – подсказал Анатолий.

– Верно! Маруся была видная девушка, и Валентин, жених ее, тоже симпатичный. Потом я только с Вязовыми общалась, а Марусю, Валентина и Рэма не видела. А в тот день судьба свела меня с Рэмом, будто специально. Наверное, бог услышал мои молитвы. Я ведь не виновата в том, что долго болела и задолжала банку.

– Вам известен телефон Вязовых?

– Они умерли оба, а их сын живет в Синедольске. Его телефонный номер не знаю, но адрес назвать могу.

Записав адрес, Анатолий поблагодарил женщину и попрощался с ней. В тот же день он уехал из Москвы.

Анатолий искал Рэма давно, и уже почти потерял надежду, когда вдруг появилась новая информация. Возможно, он ошибается. Рэм мог отправиться не к Вязову, а в другое место. Но проверка не помешает, хотя посещать Синедольск нет желания. С этим городом у Анатолия связаны мучительные воспоминания.

***

«Умирать страшно в тех случаях, когда смерть приходит внезапно или необоснованно. Быстрая гибель – самая легкая, потому что не успеваешь ничего понять. Именно понять, а не почувствовать. Физическая боль ничтожна по сравнению с душевной. Нелепая, беспричинная смерть вызывает недоумение и обиду. Она может быть мгновенной и яркой, словно вспышка молнии, или нудной и тусклой, как нравоучительная лекция на непонятную, бесполезную тему. Но любой ее вариант кажется возмутительным и порождает массу однотипных вопросов: «За что? Почему? Зачем?».

Смерть бывает разной, но никогда – желанной. Не верьте людям, которые утверждают, что хотят быстрее покинуть этот мир! Они цепляются за жизнь сильнее, чем многие другие, и говорят так потому, что ожидают сочувствия. Даже безнадежные больные не жаждут смерти. Им нужно лишь избавление от мучений. А миф о загробной жизни – сплошное лицемерие, попытка скрыть панический ужас ожидания неизбежного. Само словосочетание «загробная жизнь» звучит абсурдно. Оно вселяет надежду, но не уменьшает страх смерти, потому что это противоестественно. Боязнь умереть – одно из проявлений инстинкта самосохранения».

Тонкие, изящные пальцы замерли в воздухе, повиснув над клавиатурой. Перечитав и проанализировав текст, Лариса сочла его отвратительным. Мысли мрачные, глупые, к тому же изложены коряво. Напоминает неудачное школьное сочинение, хотя в школе на подобные темы не пишут. И, вообще, почему она должна рассуждать о смерти? Какой в этом смысл? Никакого!

Сначала возникли мысли, показавшиеся важными и достойными сохранения. Потом стало ясно, что это бред. Повышение температуры все-таки влияет на психику. Банальное ОРВИ заставило оптимистку думать о смерти. И не только думать, а даже писать на эту тему. Но, если такое уже случилось, то надо попробовать противоположный вариант и пофилософствовать о жизни. Все равно заняться сейчас нечем.

И снова ожила клавиатура. На экране монитора замелькали слова. Нужные фразы возникали мгновенно, как по заказу. Текст будто был составлен заранее кем-то другим, а теперь его просто диктовали Ларисе. Она удивлялась, но продолжала печатать.

«Жизнь – это дистанция. Ее длина индивидуальна. Все зависит от главной цели, которая и является финишем. Если человек быстро достиг предела своих мечтаний, и все его желания осуществились, то ему становится скучно. Тогда он начинает думать о смерти, и она не замедлит явиться».

Опять что-то не то! Ведь хотела писать о жизни! Откуда взялся такой пессимизм? Наверное, болезнь так плохо влияет.

Закрыв Word, Лариса обратилась к надежному источнику информации. В интернете можно найти все. Ларису интересовали осложнения ОРВИ. Интернет услужливо выдал список. Депрессия отсутствовала в перечне. Уже ночь, но спать не хочется. Голова ясная, словно после кофе. Но Лариса пила только воду и теплое молоко.

Снова начался озноб. Модное жаропонижающее средство не помогло, хотя прошло уже больше часа. Фармацевт уверяла, что лекарство начнет действовать через двадцать минут, а эффект сохранится в течение восьми часов. Может быть, одной капсулы маловато? Лариса открыла коробку, собираясь принять лекарство, и не поверила глазам. Все капсулы были на месте! Все десять, целые и невредимые! Как такое могло случиться?! Хотела принять, но забыла? Нет! Лариса точно помнила, как открыла коробку, вскрыла упаковку, достала капсулу, проглотила и запила водой.

«Воспоминания субъективны и ненадежны, поэтому надо верить фактам», – возникла в мозгу новая фраза.

«Это уже не депрессия, а шизофрения!» – испугалась Лариса.

«Если ты помнишь то, чего не было, то помочь тебе может только один человек – психиатр», – отозвался внутренний голос.

«Неправда! С психикой у меня все нормально!» – возразила Лариса, хватая телефон. Руки дрожали, но нужный номер все-таки удалось набрать.

Иза, лучшая подруга Ларисы, ответила со второго звонка. Голос у нее был сонный и недовольный.

– У меня высокая температура и галлюцинации! – крикнула Лариса и едва не расплакалась.

– Жди! Приеду через двадцать минут! – в голосе подруги отсутствовала тревога. Это обнадеживало.

Пунктуальная Иза явилась, как и обещала, ровно через двадцать минут. Выслушав Ларису, она сразу все поняла.

– Ты перепутала лекарства, и вместо жаропонижающего приняла ноотропный препарат, который противопоказан при вирусных инфекциях.

Капсулы, действительно, были похожи, и коробки лежали рядом.

– Что же теперь будет?! – запаниковала Лариса. – Я не хочу умирать!

– Это не смертельно, – заверила Иза. – Ноотропный препарат лишь активировал мозг и вызвал бессонницу. Надо принять жаропонижающие и антигистаминные лекарства.

Как хорошо иметь подругу врача! Выполнив рекомендации, Лариса уснула спокойно и счастливо.

А утром ей на глаза попалась тетрадь, которую Лариса нашла в своем почтовом ящике и начала читать еще до болезни. В тетради содержались те самые фразы, выданные мозгом, простимулированным ноотропным препаратом. Кто и с какой целью решил передать Ларисе странные записи? Пока неизвестно. Наверное, все прояснится после прочтения.

«Мое детство не было счастливым, хотя тяжелым его тоже нельзя назвать. О родителях сохранились лишь обрывки воспоминаний.

***

Майское теплое утро. Толпы народа на площади. Громкая музыка. Я гордо шагаю вместе с мамой и папой в новом нарядном платье, с огромным васильковым бантом в волосах, и с воздушным шариком лазурного цвета. Он кажется мне живым. Я хорошо понимаю его. Шарик хочет умчаться ввысь и слиться с небом, а мне жаль расставаться с ним.

И вдруг раздался звук, похожий на выстрел. Шарик исчез. Вместо него – рваный лоскут. Незнакомый мальчик с хохотом убежал прочь. Когда оцепенение спало, я разрыдалась. Праздник испорчен. Мороженое, конфеты и лимонад не смогут поднять настроение. Я возмущенно отказалась от них. Погиб мой друг, лазурный шарик. Он что-то почувствовал и хотел скрыться в небе, а я помешала ему. Теперь шарика нет. Мама сказала, что хулиганы часто развлекаются подобным образом. Они специально приносят иглы. Родители обещали купить мне новый шарик. Они ничего не поняли! Я обижаюсь на них и злюсь на вредного мальчика.

***

Тихая летняя ночь. В темном бархате неба – крупные, пушистые звезды. Я протягиваю к ним руки, но пальцы беспомощно замирают в темной пустоте, а звезды по-прежнему недоступны, хотя кажутся близкими. Папа понимающе улыбается и сажает меня к себе на плечи. Но даже с такой высоты мне не удается достать звезды. Мама объясняет, что они огромные и такие далекие, что до них невозможно долететь даже на ракете. Я не понимаю. Звезда по размеру меньше моей ладони. Я очень хочу звезду! Родители смеются.

***

Хмурая осень, серое небо, порывистый ветер. Мы вошли в здание, напоминающее по форме старую дедушкину шляпу. Это был бесподобный вечер! Я восторженно аплодировала дрессированным животным, жонглерам, фокусникам и клоунам. Мне казалось, будто я попала в сказочную страну. Жаль было ее покидать. Родители обещали, что когда-нибудь мы вернемся в волшебный мир.

***

Солнечный зимний день. Снег искрится повсюду. Я катаюсь с горки на санках. Непередаваемое ощущение! Хочется умчаться далеко-далеко! Но путь быстро заканчивается. Я поднимаюсь наверх, чтобы повторить путешествие и попытаться уехать еще дальше. А когда санки переворачиваются, сбрасывая меня в снег, я смеюсь, и родители хохочут вместе со мной.

***

Снова весна, но уже без родителей. Где они? Никто не хочет разговаривать на эту тему. Бабушка злится. Тетя Лена плачет. Дедушка хмуро молчит. Соня, дочь тети Лены, тоже ничего не понимает.

***

Почему нельзя гулять по ночам? Если просто запретили, без всяких пояснений, то можно. Я осторожно покинула спящий дом и поспешила на улицу, к веселой синеглазой луне и ее подругам, разноцветным звездам. Ночью все выглядит по-другому, и цветы пахнут иначе. А звуки негромкие, таинственные. Шелест листвы, трель соловья, и стрекотание цикад сливаются в дивную мелодию. Я наслаждаюсь чудесной ночью, впитываю ее в себя и растворяюсь в ней, ощущая себя невидимой и бестелесной. Улицы молчаливы, пусты. Никто не мешает мне делать то, что я желаю. Меня не видят, не слышат, не воспринимают. Будто все люди внезапно исчезли, а я осталась одна во всем мире. Необычное ощущение, волнующее, радостное и тревожное одновременно.

Места вокруг уже незнакомые, но мне не страшно, а интересно. Люблю узнавать что-то новое. Фантазирую, будто попала в чужую страну. Осматриваюсь в поисках необычного, и замечаю вдали огромную звезду. Замираю от восторга, не смея верить. Потом бегу, спешу изо всех сил, опасаясь, что звезда погаснет прежде, чем я успею ее рассмотреть. И вдруг понимаю, что это огонь. Приближаюсь к нему и цепенею от ужаса. Горит наш дом!

С тех пор не могу спокойно смотреть на пожар. Он всегда напоминает мне о том пламени, которое погубило бабушку, деда, тетю Лену и Соню».

Жуткий огонь усиливался. Искры летели в небо. Лариса представила это так четко, что даже ощутила запах гари. Сколько лет было той девочке? В каком возрасте она сейчас? Судя по подчерку, уже взрослая. Как ее зовут, и какое отношение она имеет к Ларисе?

Возникло желание обратиться к Изе, но Лариса сразу отвергла эту мысль. Она должна узнать все сама – не поиграть в детектива, а лишь выяснить, кому принадлежат записи и зачем их подкинули именно ей. Лариса опять погрузилась в чтение.

«С шести лет меня воспитывали тетя Рита и дядя Миша. Мне повезло. Я не задержалась в детском доме, потому что на меня сразу обратили внимание приличные люди, мечтающие о дочери, похожей на них. Сходство, действительно, было очевидно. Я угодила обоим приемным родителям. Глаза – светло-карие, с золотистыми искрами, как у дяди Миши. Кудрявые темно-русые волосы очень похожи на локоны тети Риты, и родинка на плече у меня такая же, как у нее. Ямочки, появляющиеся на моих щеках во время улыбки, умиляли дядю Мишу. Он вспоминал себя в детском возрасте.

Тетя Рита и дядя Миша были добрые, внимательные и заботливые. Они относились ко мне, как к родной дочери. Но я не могла называть их мамой и папой».

Лариса мысленно перечислила приметы: карие глаза, русые кудрявые волосы, родинка на плече, ямочки на щеках. Негусто, особенно если учесть, что цвет волос у женщин часто меняется, а ямочки на щеках могут исчезнуть с годами.

Тетрадь, обнаруженная в почтовом ящике, была завернута в плотный полиэтиленовый пакет и рекламную газету. Это случилось вчера. Тогда у Ларисы была высокая температура, поэтому она плохо соображала. А сейчас ей лучше, и она в состоянии начать расследование. Нельзя упускать время! Чтением она займется позднее.

Лариса закрыла квартиру и вышла из дома. Возле подъезда, на светло-синей скамье сидела грустная баба Варя, местная активистка. Она так бурно выражала свои эмоции, что никто не желал общаться с ней. Когда баба Варя появлялась на улице, вокруг нее возникал вакуум. Люди торопливо здоровались с ней и сразу вспоминали о срочных делах. Кошки и собаки обходили бабу Варю стороной. Даже голуби не приближались к ней. Зато насекомые обожали активистку. Мухи и осы дружелюбно кружились над ней. Баба Варя раздраженно отмахивалась от них газетой.

Вежливо поприветствовав одинокую активистку, Лариса поинтересовалась:

– Вы видели, кто вчера разносил рекламные газеты?

– Парень подозрительный, в темных очках, – оживилась баба Варя.

– И что же в нем необычного?

– Прежде девушки бросали газеты в ящики, я с ними часто ругалась по этому поводу. У нас и так достаточно мусора в подъезде. Но к девушкам все давно привыкли. А парень незнакомый, и явился слишком рано, еще семи не было. Вера тогда собаку выгуливала. Она вышла из подъезда, а он проскользнул туда, пока дверь была открыта. Вернулся он быстро, сел в машину и сразу уехал.

– В какую машину? – насторожилась Лариса.

– Не знаю, не разбираюсь я в них. Только заметила, что машина мокрая, как после дождя, и номера залеплены грязью.

– Дождя прошлой ночью не было, – задумалась Лариса.

– В том-то и дело! А если он проник к нам с плохими намерениями? Зачем он приехал в такую рань? – визгливый голос активистки заставил прохожего ускорить шаг.

– Наверное, он студент, подрабатывает перед занятиями, – неуверенно предположила Лариса.

– Нищие студенты не покупают дорогие автомобили, – возразила баба Варя.

– Почему Вы решили, что машина дорогая?

– Она такая же, как у зятя Клавдии Дрокиной, только черного цвета.

Лариса опять ощутила озноб и боль в мышцах, но все же решила не отступать и наметила план дальнейших действий. Прежде всего, необходимо побеседовать с Клавдией Дрокиной, выяснить марку автомобиля, а потом поговорить с Верой. Головная боль нахлынула внезапно и сильно. «Сначала аспирин, все остальное подождет!» – заявил внутренний голос.

Лариса добрела до двери, жалея о том, что недооценила свои возможности и, опасаясь, что упадет в обморок прежде, чем успеет принять таблетку. Замок открылся с первого оборота, хотя прежде Лариса всегда поворачивала ключ трижды. Она делала это автоматически, не задумываясь, поэтому не могла ошибиться. Кто-то посетил квартиру во время ее отсутствия. Страх заглушил головную боль. Хотелось бежать прочь и звать на помощь. Но Лариса справилась с паникой. Зачем ставить себя в нелепое положение? Странный посетитель уже ушел, иначе бы дверь была заперта изнутри. Надо внимательно осмотреть все комнаты. Если что-то пропало, то можно обратиться в полицию. А пока еще рано делать выводы, хотя интуиция подсказывает, что это связано с тетрадью.

В квартире все было так же, как прежде, только присутствовал слабый, едва уловимый запах табака и дешевого дезодоранта. Вряд ли это галлюцинация. Все-таки кто-то побывал здесь. Взгляд упал на компьютерный стол. Тетрадь исчезла! Ужас сковал тело. Запах табака и дезодоранта усилился. Непонятный звук возник за спиной. Лариса успела обернуться. Она увидела парня в темных очках и пожалела о том, что не расспросила бабу Варю о нем подробнее.

***

Телефонный звонок показался тревожным, хотя мелодия предупреждала о том, что это Лариса, лучшая и беспокойная подруга. У Ларисы периодически что-то не ладилось. В таких случаях она нервничала, пугалась и обращалась к Изе. «Какие проблемы на этот раз?» – хотела спросить Иза. Но из телефона донесся незнакомый мужской голос.

– Изольда Сергеевна? – уточнил он.

– Да. Кто Вы?

– Лейтенант Березин. Вам знакома Лариса Флорина?

– Что с ней?! – Иза удивилась и укорила себя за то, что оставила подругу без присмотра. Лариса часто вела себя непредсказуемо, даже неадекватно, но не настолько, чтобы ею заинтересовалась полиция.

– Она мертва, – сочувственно сообщил невидимый собеседник.

– Нет! Не может быть! – Иза ожидала чего угодно, но только не летального исхода при банальном ОРВИ. Может быть, Лариса опять перепутала лекарства? Что она могла выпить? В ее аптечке отсутствовали опасные препараты.

Лейтенант Березин словно угадал мысли Изы.

– Причина смерти – ножевое ранение, – пояснил он.

– Ларису убили?! – ошеломленно переспросила Иза, не желая верить.

Это абсурд! Бред! Лариса – веселая, легкомысленная особа, у нее нет врагов. Убийство с целью ограбления маловероятно. Лариса небогата, деньги всегда заканчиваются у нее накануне зарплаты. Иза поймала себя на мысли о том, что думает о лучшей подруге в настоящем, а не в прошедшем времени. Это естественно. Она еще не осознала кошмар и не хочет смириться с ним.

– Когда Вы видели Флорину в последний раз?

– Ночью. Лариса заболела и просила меня приехать.

– Она была одна?

– Конечно, иначе бы Лариса не стала мне звонить.

Собеседник настаивал на встрече и составлении протокола. Иза назвала адрес. Березин прибыл через двадцать минут. Странное совпадение! Он спешил к Изе так же, как она к Ларисе. Только Ларисы больше нет. А если произошла ошибка? Надо было сразу поехать к подруге, а не ждать лейтенанта. Может быть, Лариса ранена, а не мертва.

– «Скорая» констатировала смерть, – разрушил надежды Березин. – Соседи снизу слышали крик и грохот. Когда они прибежали, дверь была открыта. Флорина лежала на полу, в луже крови. Соседи вызвали «скорую» и полицию. Сейчас мои коллеги опрашивают жильцов подъезда. Не исключено, что кто-то видел преступника. У Вас есть какие-то гипотезы?

Иза отрицательно покачала головой и расплакалась. Березин виновато смотрел на нее и бормотал что-то невнятное. Поняв, что беседовать с Изой бесполезно, он ушел.

Успокоившись, Иза решила позвонить Алевтине Ивановне, единственной родственнице Ларисы, живущей в другом городе.

– Как умерла?! – вскрикнула Алевтина Ивановна, выслушав жуткую новость. – Во время операции или после нее?

– Не было операции. Все закончилось слишком быстро, еще до приезда «скорой», – всхлипнула Иза.

– А мне сообщили, что Лариса в больнице. «Скорая» привезла ее с ножевым ранением.

Иза еще не успела осмыслить услышанное, как снова зазвонил телефон.

– Извините, я ошибся и напрасно огорчил Вас! – заявил Березин. – Первая «скорая», действительно, констатировала смерть, а вторая доставила Флорину в хирургию.

– Она жива?

– Пока да. Будем надеяться на лучшее.

Иза поспешила в больницу. Операция прошла успешно. Ларису поместили в реанимацию, а Изе позволили ухаживать за ней. Лариса была бледная, осунувшаяся, черты лица заострились, пульс слабый и частый, но дыхание нормальное. Очнулась она лишь через три часа и сразу узнала подругу. Лариса сбивчиво рассказала о тетради, подброшенной в почтовый ящик, о попытке расследования и жутком незнакомце. Мужчина бросился на нее с ножом. Лариса громко закричала, не только от страха. Она надеялась, что соседи ринутся на помощь, а злоумышленник испугается и сбежит, не причинив ей вред. Но он все же успел нанести удар. Ему удалось скрыться. К сожалению, Лариса плохо рассмотрела его. Средний рост, темные волосы, большие, солнцезащитные очки. Это все, что удалось заметить за несколько секунд до нападения. Лариса, подумав, добавила, что преступник курит и пользуется дезодорантом.

– Ты уверена в том, что это дезодорант, а не туалетная вода, одеколон или лосьон? – уточнила Иза.

– Противный дешевый дезодорант! Сигареты тоже низкосортные! – уверенно заявила Лариса. Работая в туристическом агентстве, она научилась определять достаток клиентов по запахам, исходящим от них. – Если бы такой тип обратился в нашу фирму, то я не стала бы предлагать ему даже автобусный тур в Анапу, Лазаревское и Геленджик.

Лариса пыталась вспомнить еще что-то важное, но помешал дежурный врач. Он предупредил, что пациентке нельзя много разговаривать и выпроводил Изу из палаты, заверив в том, что жизнь Флориной вне опасности.

***

Варвара Никитична, именуемая в простонародье бабой Варей, сразу заметила чужака. Худощавый мужчина среднего роста, неопределенного возраста, в неприметной одежде и темных очках остановился возле подъезда, но не вошел в него. Осмотревшись по сторонам, он направился к скамейке и сел рядом с Варварой Никитичной, хотя вторая скамейка пустовала.

– Вы живете здесь? – поинтересовался он.

– А Вам какое дело до меня? – встрепенулась Варвара Никитична.

– Мне нужна Лариса Флорина, а у нее телефон не отвечает, – признался незнакомец.

– Как он может отвечать, если Лариса в больнице?

– Вы в этом уверены? – сквозь темные стекла очков выражение его глаз было не видно, но в голосе проскальзывало удивление.

– Кем Вы ей приходитесь? – запоздало спросила Варвара Никитична. Ей бы следовало сразу осведомиться об этом.

– Знакомый. Мы договорились о встрече, но Лариса не пришла. Что с ней случилось?

– Ножевое ранение! – охотно сообщила Варвара Никитична. – Кто-то хотел убить Ларису!

В их доме давно уже не случалось ничего интересного, а тут вдруг такая новость. Страшное преступление, к тому же в родном подъезде! Это событие будут теперь обсуждать целую неделю или еще больше.

– В какой больнице она находится? – уточнил собеседник, заслужив уважительный взгляд Варвары Никитичны.

Повезло Лариске! Порядочный мужчина попался. Любой другой на его месте постарался бы сразу забыть о подруге, потому что больные женщины никому не нужны. А этот волнуется, навестить хочет. Почему бы не помочь хорошему человеку? Она и помогла, сообщила ему то, что удалось узнать от медиков со «скорой».

Поблагодарив Варвару Никитичну, мужчина ушел. А она укорила себя за то, что даже имя его не спросила.

Мухи и осы кружились над головой. Когда рядом сидел приятель Ларисы, они отсутствовали. Местные насекомые опасаются чужаков, зато Варвару Никитичну любят. Лучше бы было наоборот! Боится она этих насекомых! Ведь они не просто летают, а с подлой целью. Им надо ужалить кого-нибудь. Варвара Никитична замахала газетой, отгоняя нахальных, назойливых насекомых. И в этот миг что-то острое жадно впилось в затылок. Оса все-таки успела ужалить. Хотелось громко кричать от боли и возмущения, но язык не повиновался. И рука, сжимающая газету, внезапно онемела, а тело стало непослушным и мягким, будто ватным.

***

Гуран лишь хотел испытать препарат, который действует на мозг, как сыворотка правды, но обладает менее выраженными и более безопасными побочными эффектами. Ничего особенного он не ожидал от этой проверки. Но подопытный экземпляр внезапно выдал интересную информацию: ему поручено незаметно забрать тетрадь у незнакомой девушки. Он не знал, что содержится в тетради. Испытуемый направлялся к этой девушке в тот момент, когда игла с экспериментальным препаратом вонзилась ему в спину. Подопытный экземпляр забыл о разговоре с Гураном, когда очнулся, и отправился на задание. Гуран осторожно проследил за ним.

Побочные эффекты проявились неожиданным образом: подопытный экземпляр ударил девушку ножом и сбежал с места преступления. Гуран тоже скрылся, но позднее вернулся, чтобы узнать, чем закончилась эта история. Старушка, сидевшая возле подъезда, удовлетворила его любопытство. Гуран был уверен в том, что старушка рассказала ему все, что знала, но все же не удержался от соблазна ввести ей экспериментальное вещество. Результат оказался нетипичным: старушка скончалась. Надо будет учесть это при следующих опытах. А пока следует извлечь пользу из ситуации.

Позвонив человеку, на которого работал исполнитель, Гуран сообщил о неудачном покушении.

– Я велел ему только взять тетрадь! – возмущенно отозвался собеседник.

– Но Флорина видела его и осталась жива. Надеюсь, ты понимаешь, насколько это опасно? – вкрадчиво произнес Гуран.

– Понимаю. Спасибо за предупреждение! Деньги перечислю сегодня.

Гуран мысленно выругался. Этот кретин ничего не понял! Он должен был не благодарить Гурана за информацию, а попросить его ликвидировать Ларису Флорину.

***

Разговор получился неприятный, потому что ни один из них не хотел признавать свои ошибки.

– Я сделал все так, как ты велел! – заявил Рэм.

– Надо было уточнить, – хмуро отозвался Валет

– О таких обстоятельствах я и предположить не мог, а ты живешь в Синедольске дольше, чем я и должен быть в курсе!

– Теперь уже в курсе, – буркнул Валет. – А тогда я не знал, что в этом городе так любят Селезнева!

– Может быть, это два разных человека, и обоих решили увековечить, – съязвил Рэм.

– Дело не в этом! Узнав о твоей ошибке…

– Не я ошибся, а ты! – прервал Рэм.

– Неважно! Теперь надо исправить то, что натворил Вяз.

– Как исправить?

– Капитально! – рявкнул Валет. – И не притворяйся, будто не понимаешь!

– Ты обещал, что мне не придется никого убивать или калечить, – напомнил Рэм.

– Ситуация чрезвычайная! Другого выхода нет. Если ты откажешься, я обращусь к Гурану, но тогда и Вязу не поздоровится.

– А если я соглашусь, что будет с Вязом?

– Ничего. Я умею прощать, когда это необходимо.

Рэм разозлился, но промолчал. Ради Вяза он нарушит свои принципы. А потом можно использовать другие рычаги. Марионеткой Рэм не станет, но, возможно, удастся сделать его более послушным. Рэм нужен Валету. Лучшего исполнителя трудно найти. И Рэму было бы тяжело без поддержки Валета. Они сработаются. Валет постарается удержать ценного сотрудника не только финансово. Он не будет уязвлять самолюбие Рэма. Валет и прежде вел себя тактично по отношению к воспитаннику. Рэм сам пришел к нему и доверился Валету. А спровоцировал его на это Анатолий Дробин, лицемерный, жестокий и опасный. Валет принял Рэма как родного, и сделал для него все, что мог. Без ссор, конечно, не обходилось. Валет иногда повышал голос, но никогда не распускал руки. В отличие от Дробина он не мог позволить себе ударить Рэма. Анатолий Дробин, наверное, давно уже считает Рэма погибшим, поэтому не пытается больше навести справки о нем. И хорошо, что не пытается! Если бы Дробин нашел Рэма, то снова выместил бы на нем свою злость, только более бурно и жестоко. А Валет был бы не в состоянии защитить своего воспитанника. Но Анатолий Дробин не станет искать Рэма.

***

Никто и предположить не мог, каких усилий стоило Родиону Трифонову попасть в эту больницу. Желающих было много, даже с красными дипломами и со связями. Но Родиону повезло. Как и хотел, он оказался в пятом хирургическом отделении, там, где работал гениальный Дмитрий Петрович Борисов, хирург-виртуоз. Из-за него Трифонов и стремился в пятое хирургическое отделение. Он давно мечтал о тех временах, когда станет ассистировать знаменитому Борисову, лучшему во всем городе, а, может быть, и в стране.

Мечты не совпали с действительностью. Хирурги не восприняли интерна всерьез, а Дмитрий Петрович смотрел на Родиона насмешливо-снисходительно, как на глупого дошколенка. Он разрешил Трифонову присутствовать в операционной только в качестве наблюдателя и при условии, что Родион не станет мешать профессионалам. Но Трифонов не унывал. Он возлагал большие надежды на ночное дежурство.

Надежды тоже не оправдались. Когда потребовалась срочная операция больному, доставленному по «скорой», Борисов взял с собой второго хирурга, а интерна оставил дежурить в отделении.

Раздосадованный тем, что снова не смог стать ассистентом Дмитрия Петровича, Родион просматривал истории болезни, жалея о том, что отсутствуют фотографии больных. Во время вечернего обхода, сопровождая дежурного хирурга, Трифонов обратил внимание на некоторых молодых, симпатичных пациенток, но не запомнил фамилии и номера палат.

Услышав противный дребезжащий звук, Родион выглянул в коридор. Двое мускулистых мужчин в синих медицинских костюмах везли каталку. Пациентка была накрыта простыней. Виднелась лишь голова, но определить возраст не представлялось возможным, потому что лицо полностью закрывали бинты.

– Куда вы ее везете? – деловито осведомился интерн Трифонов.

– В седьмую палату.

– Что с ней?

– Нам это фиолетово. Мы санитары. Доктор сказал, что скоро будет здесь, и не велел прикасаться к пациентке до его прихода.

– А мне и не надо, и даже неинтересно! – буркнул Родион и вернулся в ординаторскую. Опять ему не доверяют!

Через несколько минут опять донесся тот же звук. Трифонов предположил, что санитары везут обратно пустую каталку, но снова покинул ординаторскую. Каталка была не пуста. На ней лежала та же самая женщина.

– Ошибочка вышла! – пояснили санитары. – Ее надо отправить в ожоговое отделение. Доктор сейчас позвонил, он ждет нас там.

– Ожоговое отделение в другом корпусе, – отозвался Родион.

– Теперь мы знаем, а когда доктор находился в приемнике, то назвал только этаж и номер палаты, мы и подумали, что здесь, в этом здании.

«Ошибочка!» – повторил интерн и повеселел. Не доверяют не ему, а кому-то другому в ожоговом отделении. С этой приятной мыслью Трифонов уснул на диване в ординаторской.

Пробуждение было внезапным и экстремальным.

– Родион Геннадьевич, Флориной из седьмой палаты плохо! – завопила, вбегая в ординаторскую Ася, дежурная медсестра.

– Кто такая Флорина? – не понял Трифонов. Он сонно потер глаза, но вставать не спешил. Капризные старушки периодически беспокоили дежурных медиков по ночам, жалуясь на несуществующие болезни. Очевидно, Флорина одна из них. Ей требуется внимание молодого доктора, а он, интерн Трифонов, не обязан развлекать пожилую маразматичку.

– Ее перевели сегодня из реанимации, – пояснила медсестра.

– На что жалуется эта бабуля? – раздраженно уточнил Родион.

– Флорина молодая, и она не жалуется, потому что потеряла сознание. Идите быстрее! Мне кажется…

Не дослушав, интерн помчался в седьмую палату. Ася устремилась за ним.

В палате находились две пациентки. Одна храпела, как трактор, вторая, вообще, не дышала. Лицо у нее было синеватое, а кожа – холодная. Пульс не определялся.

– Быстрее зови реаниматора! – испуганно крикнул Трифонов, обращаясь к медсестре.

Ася убежала. Соседка Флориной пробормотала что-то неразборчивое и повернулась на бок.

Реаниматор появился быстро, только не стал ничего делать. Взглянув на пациентку, он выругался и зло посмотрел на Родиона.

– Тебя для чего здесь оставили?!

– Она умерла?! – спросил Трифонов, ощущая слабость в ногах.

– Давно, часа два назад или больше!

– И что мне теперь делать? – пролепетал интерн дрожащим голосом.

– Отправь ее в морг, – посоветовал реаниматор и ушел.

Родион побрел обратно в ординаторскую. Он даже думать не хотел о том, что будет завтра, когда всем станет известно о смерти пациентки, которая по всем законам медицины и логики не должна была умереть.

***

Узнав о том, что Лариса Флорина очнулась после операции, Березин хотел побеседовать с ней, но его не пустили в реанимацию. Разговор пришлось отложить. А утром стало известно о смерти Ларисы. Вечером Флорину перевели из реанимации в пятое хирургическое отделение, и в ту же ночь она скончалась. Подозрительно, особенно если учесть, что состояние Флориной расценивалось как удовлетворительное. Надо узнать об этой истории подробно. В пятом хирургическом отделении работает знакомая Березина, Ася Лескова. Возможно, ей что-то известно. Он обязательно поговорит с Асей, и чем раньше, тем лучше. Внутренний голос подсказывал, что надо спешить, пока не случилась новая беда. Интуиция никогда не обманывала Березина. Сейчас она предупреждала о смертельной опасности, только не уточняла, кому угрожает эта опасность. За себя Березин не волновался. Покушаться на его жизнь никто не посмеет, но Ася вполне может стать жертвой, если в ту ночь она заметила что-то странное.

Больница находилась рядом, а до начала рабочего дня еще оставалось время. Даже если Березин опоздает, никто не упрекнет его за то, что он занимался допросом свидетельницы, которая, возможно, видела преступника.

Приблизившись к пешеходному переходу, Березин обратил внимание на чередование белых и красных полос и вспомнил, что это место особенное. Красно-белая «зебра» находится только здесь. Светофоры на этом перекрестке не задерживаются. В них врезаются солидные грузовые машины или ударяют молнии. А в прошлом году все светофоры на злополучном перекрестке сбил танк. Как он туда попал, не знал никто, даже люди, управлявшие танком. Они не имели никакого отношения к военной службе и уверяли, что спиртное приняли уже после неудачного маневра.

Суеверные горожане называли аномальный перекресток проклятым местом. Березин не верил в мистику. Он считал, что повышенное количество ДТП связано с отсутствием светофоров. Ничего сверхъестественнного в этом нет.

Перекресток был пуст. Машины и пешеходы отсутствовали в пределах видимости. На какой-то миг Березину показалось, будто он остался один во всем городе, а красные и белые полосы пытаются о чем-то предупредить.

До больницы оставалось всего триста метров. Но лейтенант Березин не смог преодолеть этот путь. Его жизнь оборвалась внезапно и жутко. Автомобиль, мчавшийся на предельной скорости, настиг Березина на середине красно-белого пешеходного перехода.

***

Сердце билось так сильно, что казалось, будто все слышат его и смотрят на Асю с укором. Но эта была лишь иллюзия, навеянная страхом. Если бы они догадались, какой мерзкий поступок совершила медсестра Лескова, то вызвали бы полицию. Только никто ни о чем не подозревает.

Интерн Родион Трифонов едва не плачет. Хирург Борисов мрачен, как грозовая туча. Дмитрий Петрович оперировал Ларису и был уверен в благоприятном исходе, потому что все его пациенты выздоравливали. С Флориной тоже не должно было возникнуть проблем. Но они возникли, только не у Борисова, а у Лесковой. Асе хотелось бежать, но она справилась с паникой и ускорила шаг, лишь оказавшись за территорией больницы.

Машина ждала в условленном месте. Молодой эффектный мужчина не произнес ни звука. Его лазурные глаза излучали холодное равнодушие. Этот холод, проникнув в душу, заставил Асю испуганно вжаться в сидение. Она вдруг поняла, что никаких гарантий нет. Он ничего не обещал ей. Но даже если бы и обещал, это бы не имело значения. Его словам нельзя верить. При первой встрече он солгал, а теперь ничего не желает объяснять, и это гораздо хуже, чем ложь.

***

Все началось с мелкой неприятности. Арслан опять поссорился со своей незаконной тайной супругой, Риной. После побега из тюрьмы Рина скрывалась у Арслана, на съемной квартире. У нее не было родственников, кроме гражданского супруга. Рина сбежала из тюремной больницы. Никто не ожидал от нее такого. А Рина все предусмотрела. Она специально проглотила иглу, чтобы попасть в операционную, потому что из больницы легче сбежать, чем с зоны.

Красота Рины немного увяла в тюрьме, но характер остался прежний, скандальный.

Рина и Арслан пили вино. Рина заявила, что ее сожитель похож на орангутанга. Арслан разозлился и ударил Рину. Она упала. Арслан пнул ее несколько раз ногой в живот, и успокоился. Рина тоже затихла.

Когда Арслан протрезвел немного, то заметил, что Рина по-прежнему лежит на полу. Арслан снова ударил ее, со злости, а потом понял, что она никогда не встанет. И тогда ему стало страшно.

Выбежав на улицу, Арслан столкнулся с парнем в темных очках, едва не сбив его с ног, извинился перед незнакомцем и расплакался. Незнакомец спросил, не нужна ли помощь. Арслан честно рассказал обо всем. Незнакомец помог. Он позвонил кому-то. Вскоре приехали мужчины в медицинских костюмах и увезли Рину. Арслан надеялся, что она еще жива. Незнакомец велел не выходить из квартиры неделю и никому не говорить о случившемся.

Арслан притаился только до утра. Потом ему стало скучно. Он попросил у дяди Вахида машину, чтобы покататься. Дядя Вахид добрый и щедрый, он никогда ни в чем не отказывал племяннику. Управлять автомобилем Арслана научил Вахид. Автошколы для тупых, Арслан умный. Документы на машину оформлены на Вахида, но ездят на этом автомобиле все родственники. Полицейские ни о чем не догадываются, для них все азербайджанцы на одно лицо.

Пить вино Арслан больше не стал. Он знал, что за руль надо садиться трезвым, поэтому лишь выкурил сигарету со спайсом. Правила Арслан не учил. Вахид сказал, что главное – двигаться на зеленый свет и тормозить на красный. Так Арслан и делал до тех пор, пока не надоело тормозить.

Он не желал больше уступать дорогу пешеходам и сообщал им об этом громким сигналом. Пешеходы испуганно разбегались. Арслан хохотал. Но один пешеход не умчался. Он был в полицейской форме и думал, что ему все дозволено. Глупец! Дозволено все Арслану. Он хотел напугать полицейского и посмеяться над ним, но затормозил слишком поздно.

Поняв, что натворил, Арслан выбежал из машины. На глупого полицейского, сбитого автомобилем, Арслан не хотел смотреть. Он поспешил скрыться, оставив машину на дороге.

Вернувшись в квартиру, Арслан взглянул на бурые пятна, пропитавшие ковер, и вспомнил о Рине. Он снова выкурил сигарету со спайсом, потом выпил водку, коньяк и вино. Отчего стало плохо, Арслан не понял. Он открыл окно, чтобы вдохнуть свежий воздух, посмотрел вниз, подумал, что надо выйти на улицу, и вышел. Это оказалось несложно. Уже находясь в воздухе, Арслан понял, что с девятого этажа спускаться, таким образом, быстрее и удобнее, чем на лифте.

***

Дробин испытывал противоречивые чувства. Анатолий злился на Рэма и готов был простить его. Оба они любили Алису, но по-разному. Рэм искренне обожал ее и считал самым близким человеком. Анатолий упорно старался внушить себе, что любит Алису, и надеялся, что эта необычайно красивая женщина заполнит мучительную пустоту в его душе. Он ошибся. Пустота уменьшилась, но не исчезла.

Смерть Алисы они тоже восприняли неодинаково. Анатолий, конечно, переживал, но не так, как Рэм. Он знал, что когда-нибудь это случится и отнесся к неизбежному по-философски. А Рэм не верил и искал другую причину. Самое ужасное заключалось в том, что причина, действительно была, только виновник преждевременной кончины Алисы – не Анатолий, а другой человек, нежданный гость, явившийся не вовремя. Хотя гостя, наверное, нельзя обвинять в случившемся, он ведь не специально это сделал. Гость не желал никому зла, и тем более, смерти. Он и сам погиб нелепо, по собственной глупости.

Анатолий тряхнул головой, словно пытаясь освободить мозг от ненужных мыслей.

– Что-то не так? – сочувственно поинтересовался таксист.

– Нет, все нормально, – отозвался Дробин так поспешно, что таксист не поверил, но не стал больше спрашивать.

О какой нормальности может идти речь, если Анатолий боится этого города, как чумы?! Он думал, что никогда больше не вернется в Синедольск. И не вернулся бы, если бы не Рэм! Найти бы его быстрее!

***

Дмитрий Борисов работал в пятом хирургическом отделении одиннадцать лет, и за все это время у него не было ни одного трупа. Это объяснялось не везением, а профессионализмом. Безнадежных пациентов он не оперировал. Борисов спасал только тех больных, у которых имелись шансы. У Ларисы Флориной шансов было более чем достаточно, хотя она потеряла много крови. Борисов сделал для этой девушки все, что мог, и она стала быстро выздоравливать. Борисов был уверен в хорошем прогнозе. Но Флорина вдруг умерла. Интерн Трифонов, дежуривший в отделении, не мог ничего объяснить, потому что спал, как сурок, в то самое время, когда пациентке стало плохо. Его разбудила медсестра, но и она заметила катастрофу слишком поздно.

Ожидая результаты вскрытия, Борисов не мог сосредоточиться. Интерн Трифонов старался не попадаться ему на глаза.

Телефонный звонок не показался неожиданным, но все же заставил вздрогнуть.

– Причина смерти – разрыв селезенки и печени – сообщил патологоанатом.

– Не было там разрывов, – возразил Борисов. – Я проверял, капсулы были целые.

– Тебе не хуже меня известно о подкапсульных кровотечениях. Разрыв может случиться на второй или третий день после травмы.

– Нет! Я не мог пропустить такую патологию! – продолжал спорить Борисов.

– Но ты пропустил, и не только это. У больной была субдуральная гематома, которая тоже могла вызвать летальный исход или ускорить его.

Это, действительно, непростительная ошибка. Дмитрий не учел то, что девушка, получившая ножевое ранение, при падении сильно ударилась головой. Он, вообще, не подумал о вероятности тяжелой черепно-мозговой травмы, потому что никаких признаков не заметил. Флорина очнулась быстро. Сознание у нее было ясное, и головные боли не беспокоили. У нее даже гемоглобин стал нормальный после переливания крови.

– Ты не переживай, я не стану портить тебе карьеру и репутацию по старой дружбе, – заявил патологоанатом. – В заключении будет другой диагноз: тромбоэмболия легочной артерии. Это вполне естественно и не подозрительно.

– Я твой должник, – пробормотал Борисов.

В тот день он попросил отгул, сославшись на головную боль, и напился, впервые в жизни. Дмитрий Борисов больше не считал себя профессионалом. Даже интерн Трифонов не допустил бы такую грубую ошибку.

***

Изольда уже не плакала, хотя не успокоилась и не смирилась с потерей лучшей подруги. Она смотрела на гроб, но не желала поверить. Лицо у Ларисы было жуткое и чужое. Иза не задержала на нем взгляд. «Прости!» – шепнула она, отворачиваясь, чтобы не видеть то, во что превратилась Лариса. «Если бы я знала, что так получится, то не отходила бы от тебя ни на шаг!»

Она всегда помогала Ларисе, а теперь не смогла спасти подругу, и поэтому чувствовала себя виноватой. Иза обрадовалась, когда Ларису перевели в хирургию, и решила, что жизнь подруги уже вне опасности. А интуиция промолчала. Иза не верила заключению патологоанатома, потому что он отводил взгляд, когда говорил о результатах вскрытия, и пальцы у него нервно подрагивали. Это означало, что он лжет. Не было никакого осложнения! Тромбоэмболии возникают иногда после операций, но это был не такой случай. Ларису убили. Преступник проник ночью в палату и ввел Ларисе яд. В этом Иза не сомневалась, хотя не могла понять, кому выгодна смерть Ларисы.

На похоронах присутствовало много людей, но посторонних среди них не было. В фильмах преступники часто приходили на могилы своих жертв. Наверное, в реальной жизни тоже случалось нечто подобное, только здесь иная ситуация. Убийцу надо искать не на кладбище. Он успел скрыться, и примет слишком мало. Но Иза обязательно найдет его и отомстит.

Глава 2

Роман Грандов с детства мечтал стать детективом. Но родители даже слышать не хотели об этом, а Роман был слишком мал, чтобы сопротивляться их воле. Пришлось подчиниться. Жизнь Грандова-младшего долгое время соответствовала плану, составленному заботливым отцом. Окончив элитную школу с красным аттестатом и золотой медалью (отец спонсировал школу и Министерство образования), Роман поступил в престижный ВУЗ (вне конкурса, разумеется). Стажировку проходил за границей – в Мадриде, Нью-Йорке и Токио (награда послушному сыну за примерное поведение и отличную учебу).

Вернувшись в Россию, Роман Грандов стал директором фирмы, принадлежавшей отцу. Тогда он и решил осуществить заветную мечту. Роман открыл детективное агентство, зарегистрировав его на своего давнего приятеля, бывшего одноклассника, Германа Крица. Работали там профессионалы. Герман, имеющий высшее юридическое образование, сам занимался подбором кадров. Агентство приносило приличный доход, но Грандов получал лишь десятую долю прибыли и только потому, что не желал обижать Крица. Главным для него были не деньги, а возможность заниматься тем, что ему по душе, без всяких ограничений, но втайне от отца. Герман надежно хранил секрет друга. Роман работал по вечерам, в свободное время, и под псевдонимом.

В один из таких вечеров к нему обратилась элегантная дама с благородной сединой в волосах. Именно эта седина и поразила Романа. Обычно богатые женщины стараются скрыть свой возраст, пользуясь разными ухищрениями, чтобы выглядеть моложе и привлекательнее. А она не стеснялась выглядеть старой, и поэтому вызывала восхищение. Белые и черные пряди, эффектно сочетаясь в сложной прическе, создавали иллюзию величия, спокойствия и нереальности. Посетительница казалась похожей на королеву.

Какое дело могло привести ее в детективное агентство? Наверное, хочет уличить в измене супруга, хотя этот вариант маловероятен. Ревнивые жены выглядят иначе, и взгляд у них злобный или обиженный, а пальцы нервно подрагивают. С такими клиентками Грандов не любил общаться. Его не интересовали их проблемы. Элегантная дама совсем иная. В ней чувствуется какая-то загадка.

Но фраза, произнесенная посетительницей, совершенно не соответствовала ее облику и тому впечатлению, которое она произвела вначале. Ее слова не шокировали, а вводили в ступор.

– Я хочу найти ребенка, убитого мною тридцать лет назад, – дама произнесла это так, словно речь шла о чем-то обыденном и незначительном.

Роман долго не мог подобрать подходящие слова. Он даже не знал, как следует действовать в подобной ситуации. На сумасшедшую посетительница не похожа, хотя гарантировать стопроцентно нельзя. Грандов никогда не общался с психиатрическими больными, но был уверен в том, что это не бред. Наверное, он неправильно понял. Здесь кроется какая-то тайна, поэтому дама говорит намеками. Роман размышлял, ощущая неловкость от затянувшейся паузы. Посетительница терпеливо ждала.

– Могилу ребенка? – пробормотал, наконец, Грандов, испытывая облегчение оттого, что в голову пришла подходящая мысль.

– Мне пока не ясно, жив он или мертв. Если честно, то пол ребенка тоже неизвестен.

– Ничего не понимаю! – признался Роман.

– Аналогично, – отозвалась дама. – Кому это нужно? Зачем?

– Вас шантажируют? – предположил Грандов.

– Ничего подобного. Я видела сон и слышала детский голос, просивший меня придти.

Она замолчала и нахмурилась.

– Куда придти? – уточнил Роман.

– К нему или к ней. Точно не знаю. Голос называл меня мамой.

– У Вас есть дети?

– Два сына и четверо внуков. Но речь не о них. Был еще один ребенок, внебрачный. Я скрывала беременность от родителей, живущих в другом городе, и лгала им, будто учусь в институте. Родители гордились мною. А я родила одна, в пустой квартире, тайно, ночью, и даже боялась кричать во время схваток, чтобы соседи ничего не заподозрили. Когда начались роды, погас свет. В том районе часто возникали проблемы с электричеством. В темноте я не видела ребенка. Он не кричал, но шевелился. Я завернула его в халат и вышла на улицу. Мне было плохо, голова кружилась, ноги едва передвигались. Больница находилась рядом, но путь показался трудным и долгим. Ребенка я оставила на крыльце и побрела обратно.

Спустя несколько дней я узнала, что на территории медицинского городка обнаружен труп новорожденного. Тогда я была уверена в том, что это мой ребенок. Страх заставил меня покинуть город. Я уехала в Москву, поступила в институт и вышла замуж. Никто не знал о моем преступлении, постепенно и я сама забыла о нем. А теперь этот кошмарный, навязчивый сон не дает мне покоя. Я вижу ангела в небе, и звонкий детский голос кричит: «Мама! Я жду тебя!». Сначала меня это пугало, потому что ассоциировалось со смертью. Прошло полгода после первого странного видения, но я жива. Наверное, это знак свыше. Сейчас я сомневаюсь в том, что умер именно мой ребенок. Город большой, возможно, я не одна тайно рожала в ту ночь и пыталась избавиться от ребенка.

– Логично, но маловероятно, – отозвался Грандов. – Лично я не верю в подобные совпадения.

– Помогите, пожалуйста! Я в долгу не останусь.

– Безнадежное это дело. Много лет прошло, и зацепок нет.

– Ребенка я положила возле терапевтического корпуса, потому что он находился близко к входу. До роддома мне было идти тяжело и опасно.

– Вы помните точную дату?

– Двадцать первого июля тысяча девятьсот восемьдесят шестого года.

– В то время в больницах не было компьютеров. По базе данных ребенка нельзя найти, и обращаться в архив бесполезно, – вслух рассуждал Грандов. – Если ребенок выжил, то ему уже тридцать лет. А нам даже неясно, мужчина он или женщина. Задача с двумя неизвестными.

– Почему с двумя? – не поняла посетительница.

– Это я просто так выразился. Хотя, возможно, их, действительно, было двое. Умер другой подкидыш, не Ваш.

– Неужели так трудно выяснить? Сейчас двадцать первый век. Наверное, есть какие-то методы и технологии.

– Пока не могу сказать ничего конкретного. Мне нужно время, чтобы подумать.

Дама вежливо улыбнулась, заплатила за консультацию выше тарифа, невзирая на возражения Романа, и оставила визитную карточку. «Ядвига Владимировна Красновская», – прочел вслух Грандов и улыбнулся. Кто бы сомневался! У такой дамы имя и фамилия должны быть соответствующие.

И все же что-то не так. На вид ей как минимум шестьдесят пять. А родила она первенца тридцать лет назад. Поздний ребенок? Дама упоминала про институт. Она поступила туда на четвертом десятке лет?! Может быть, женщина выглядит старше? Не похоже. Лицо ухоженное, но пожилое. Надо немедленно разобраться с этой подозрительной дамочкой.

Грандов вел данные в строку поиска. Визитка оказалась настоящая. Фотография соответствовала оригиналу. Ядвига Владимировна – актриса. Она упорно не желала покидать театр, хотя давно уже получала только эпизодические роли. В апреле ей исполнилось семьдесят два года.

«Актриса!» – повторил Роман и расхохотался. Кто-то решил его разыграть. Следовало забыть о глупой шутке. Но Грандов позвонил Красновской.

– Ядвига Владимировна, я даже не знаю, каким образом выразить восхищение! Вы – чудо, загадка природы, уникальное создание! У многих женщин в сорок два года наступает климакс, а Вы родили первого ребенка, успешно сдали вступительные экзамены в институт, и вышли замуж.

– Напрасно иронизируете! Именно так все и было.

– Только не с Вами. Это чужая история или плод воображения?

– Вам удалось выяснить что-нибудь о ребенке?

– Чтобы сделать это, мне нужна правда.

– Ждите в офисе через два часа!

– К сожалению, я уже закончил работу и не собираюсь задерживаться.

– А завтра я буду занята.

– Замечательно! Вы не поверите, но у меня нет ни малейшего желания лицезреть Вас повторно.

Она не ответила. Разговор прервался. Дама обиделась. Так ей и надо!

Роман уже собирался уходить, когда появилась новая клиентка, тоже пенсионерка, только не такая, как Ядвига Владимировна, а обычная заурядная старушка в бесформенном платье с запахом нафталина. Грандова бесил этот запах.

– Закрыто! – объявил он.

– Сынок, помоги! Мне не к кому обратиться, а от полиции никакого толку!

– Кражами я не занимаюсь, – сердито предупредил Роман.

– Господи! Если бы кража, я и не пришла бы сюда! А ее ведь убили! Убили!!!

– Кого?! – Грандов еще испытывал раздражение. Расследование смерти асоциальной личности – не его профиль. Не о таких делах он мечтал.

– Племянницу мою! Ларису Флорину! Она работала в туристическом агентстве.

Пенсионерка показала фотографию. Молодая симпатичная блондинка весело улыбалась на фоне пальм и тропических цветов.

Роман задумался. Может быть, это и есть то, что нужно? Согласиться или вежливо отказать?

Пока он размышлял, вошла еще одна посетительница – очаровательная, изящная, с копной рыжих волос, огромными голубыми глазами и сногсшибательной фигурой.

– Алевтина Ивановна! Почему Вы уехали без меня? – укоризненно воскликнула она, перевела взгляд на Грандова, покраснела, смущенно улыбнулась и вежливо поздоровалась.

Роман не жаловался на внешность. Красавцем его вряд ли можно было назвать, но шармом он обладал. Женщинам нравились его крепкие мышцы, высокий рост, густые темные волнистые волосы, правильные, хотя и резковатые черты лица, насмешливый взгляд серых глаз, стильная одежда и отсутствие материальных проблем. У Грандова были интимные отношения с некоторыми представительницами местной элиты, но ни одна из партнерш не действовала на него так возбуждающе, как эта рыжеволосая особа. Ее появление вызвало бурный выброс гормонов. Только увидел, даже еще не успел рассмотреть внимательнее, как уже ощутил всплеск активности в том органе, который не всегда подчиняется голосу разума. Оставалось надеяться на то, что девушка не обратит внимания. Она, действительно, не заметила, потому что смотрела только на лицо. То, что находится ниже пояса, ее не интересовало. Обычно так ведут себя девственницы. Дамы, имеющие сексуальный опыт, скользят взглядом по фигуре, задерживаясь в том месте, где заканчивается живот. Наверное, пытаются представить кое-что и угадать размер. А когда мужчина смотрит на женщину, то все гораздо проще. Не надо угадывать, все на виду. Главные части тела у женщин – грудь и ягодицы. Их размеры и формы нельзя скрыть одеждой. Талия тоже влияет на сексапильность, а правильная одежда подчеркивает привлекательность. Рыженькая была одета правильно. Все закрыто, но облегает тело, словно вторая кожа. Прилично, целомудренно, и в то же время дерзко, вызывающе.

– Что-то не так? – спросила она.

– Нет, все нормально, – пробормотал Роман.

– Вы согласны?

– Да, – улыбнулся Роман, представив ее без одежды и в своей постели.

Но вскоре он осознал, что речь идет не о бурной ночи, а о расследовании. Отступать было поздно и стыдно. Пришлось выяснять обстоятельства смерти Ларисы Флориной. Сначала Грандов лишь изображал интерес, а потом, действительно, увлекся.

– Почему Вы считаете, что преступник ликвидировал всех свидетелей? – поинтересовался он.

– Это же очевидно! Медсестра, дежурившая в ту ночь, уволилась без отработки и исчезла. Лейтенант Березин погиб по пути на работу. Его сбила машина. Баба Варя умерла будто бы от инсульта, хотя на здоровье никогда не жаловалась, она даже в поликлинику не обращалась.

– Значит, Вам тоже угрожает опасность? – насторожился Роман.

– Об этом я не подумала, – испуганно отозвалась девушка.

«Преступник может убить ее прежде, чем я успею с ней переспать!» – возмущенно подумал Грандов и вспомнил, что они даже не познакомились.

– Сергей Лунин, частный детектив, – представился он, протягивая визитку.

Девушка удивленно приподняла тонкие брови, потом рассмеялась, но наткнувшись на укоризненный взгляд Алевтины Ивановны, сразу помрачнела.

– Изольда Руднева, – произнесла она тихо. – А визитки у меня нет.

«Зато имеется роскошная грудь третьего размера и еще кое-что шикарное», – мысленно добавил Роман. Все-таки не напрасно он грезил о профессии детектива! Есть в ней положительные и приятные моменты.

– Может быть, все же остались какие-то свидетели? – произнес Грандов, желая отвлечься от неприличных мыслей.

– Вера заметила, как неизвестный молодой мужчина проскользнул в подъезд, но не запомнила его, так как следила за своей собакой. На машину она, вообще, не обратила внимания. А Клавдия Дрокина сообщила, что, у ее зятя «Mazda».

– Причем здесь зять Клавдии Дрокиной? – не понял Роман.

– Баба Варя говорила Ларисе, что тот парень приехал на такой же машине, как у зятя Клавдии, только цвет черный, а номер залеплен грязью, – пояснила Изольда.

Грандов подумал, что имя у нее красивое, хотя неподходящее. Изольда – изо льда. А в ней ничего холодного нет. Эта девушка похожа на пламя.

– Пока не могу ничего обещать, но попытаюсь помочь, – Роман старался не смотреть на Изольду.

– Сколько я Вам должна? – вмешалась в разговор старушка.

– Для пенсионеров у нас скидки, а первая консультация – бесплатная.

– Спасибо, сынок! – обрадовалась Алевтина Ивановна. – Наверное, тебя нам послал бог!

«Меньше всего на свете я хотел бы быть Вашим сыном! А бог послал не меня вам, а Изольду мне!» – мысленно возразил Грандов и вежливо попрощался с посетителями. Они вышли из кабинета и тут же стали обсуждать частного детектива Сергея Лунина.

– Очень приятный молодой человек! – донесся из коридора старушечий голос.

– Мне он тоже понравился, – призналась Изольда. – Симпатичный, интеллигентный, застенчивый.

«Хорошо, что наша симпатия взаимна!» – усмехнулся Роман. «Только насчет застенчивости ты ошибаешься!»

Снова позвонила Ядвига Владимировна Красновская.

– Я еду к Вам!

– Мы же договорились, что повторной встречи не будет! – буркнул Грандов.

Она опять прервала разговор. Надо бежать быстрее! Слушать бредни старой актрисы – не самое подходящее занятие для молодого энергичного мужчины в чудесный летний день.

Но Роман опоздал. Он столкнулся с Красновской в дверях. Ядвига Владимировна настаивала на разговоре. Пришлось вернуться в офис.

– Вы правы, я солгала! – призналась актриса. – Ребенок, которого надо найти – не мой. Людмила Синявина рассказала мне эту историю накануне своей смерти. Я обещала выполнить ее последнюю просьбу.

– Людмила Синявина – тоже актриса? – уточнил Роман.

– Она гример. Мы познакомились в театре и подружились.

– Я бы на Вашем месте не рискнул пользоваться услугами гримера с такой фамилией, – съязвил Грандов.

– Вам надо не гримироваться, а срочно заняться поиском ребенка Людмилы! – заявила Красновская.

Избавиться от нее можно было только одним способом – дав согласие. Роман сделал это без угрызений совести. Он не станет искать ребенка гримера Синявиной, и через несколько дней скажет, что ничего не получилось. А заниматься он будет расследованием убийства Ларисы Флориной. И не только потому, что намерен познакомиться поближе с подругой Ларисы. Это дело, действительно, зацепило его.

Прежде всего, нужно разобраться со свидетелями. Баба Варя умерла. Но инсульт у пожилой женщины – обычное явление. Гибель Березина тоже не удивляет. Каждый человек может попасть в ДТП. А исчезновение медсестры очень подозрительно. Следовательно, надо начать с больницы.

Грандов рассчитывал добраться за полчаса с учетом пробок. Но он не учел коварство светофоров, которые каждый раз, когда Роман подъезжал к перекрестку, злорадно косились на него красным глазом. И еще раздражали пешеходные переходы. Люди брели по ним неторопливо, вразвалочку, словно издеваясь над нетерпеливыми водителями.

Помимо воли мысли Грандова снова вернулись к Изольде. Завтра он обязательно придумает повод для встречи наедине, без свидетелей. Воображение рисовало не вполне приличные, но очень соблазнительные картины.

До больницы оставалось совсем немного. Впереди еще один пешеходный переход, пустой. Какая удача! Стоило только подумать об Изольде, как неприятности вдруг испарились. Перед глазами опять возникла Афродита по имени Изольда. Хотя сравнение неудачное. Изольда лучше Афродиты во всех отношениях.

И вдруг Роман увидел ее! Не Изольду, а какую-то незнакомую, невзрачную особу, внезапно возникшую на его пути, прямо перед машиной. Грандов, увлекшись фантазиями, не заметил ее, а она, как и все тупые, нахальные пешеходы, была уверена в том, что водитель успеет затормозить. Наверное, эта идиотка предполагала, что автомобиль, как по волшебству, замрет в тот же миг, как только водитель нажмет на тормоз. А передние колеса уже приближались к бело-красной «зебре». До катастрофы оставались секунды. Она могла бы спастись, если бы рванулась вперед, прочь от машины. Если бы только такая мысль пришла ей в голову! «Беги!» – крикнул Роман, надеясь, что девушка услышит его. Наверное, она услышала, потому что остановилась и посмотрела на него. Глаза у нее были огромные, синевато-серые, удивленно-испуганные. Грандов утонул в них, как в омуте. Он и сам не мог понять, что испытал в тот момент. Вероятно, это судьба. Но разве можно встретить свою судьбу так неожиданно, среди дороги, и в тот момент, когда мечтаешь о другой девушке?! Встретить для того, чтобы убить! Она не выживет после столкновения с автомобилем! Все эти мысли проносились со скоростью света. За несколько секунд он словно прожил целую жизнь.

Девушка еще продолжала стоять, глядя на автомобиль, когда Роман резко повернул руль вправо. Он знал, что его ожидает, хотя не был готов к этому. Умирать не страшно, особенно если спасаешь свою судьбу.

Глава 3

Солнечные лучи ласковые и нежные только весной. Летом они становятся злыми, жгучими. Осень охлаждает их пыл, а зима – гасит. Сейчас лето, но погода не радует. Жаркий, сухой воздух не способствует хорошему самочувствию и негативно отражается на внешнем виде. Пигментные пятна не украшают, и загар не всем к лицу. К Полине это не относилось. Легкий загар усиливал ее привлекательность. Взгляды прохожих задерживались на стройной кареглазой шатенке, облаченной в легкое летнее платье. Полина умела выглядеть элегантно в любой одежде.

– Девушка, извините за беспокойство! Подскажите, пожалуйста, где находится ближайший продуктовый магазин! – мужчина лет сорока явно искал повод для знакомства.

– Здесь! Перед Вами! – Полина указала на супермаркет.

– Спасибо! А можно узнать Ваше имя?

Полина отрицательно покачала головой и поспешила к стеклянной двери. Мужчина шел следом. У него есть повод. Он, наверное, рад, что догадался спросить о магазине. Полина сделала вид, будто не замечает незнакомца. Торопливо заполнив корзину согласно списку, она направилась к кассе. Назойливый мужчина последовал за ней. На что он надеется?!

За кассой сидела полная, полуседая женщина с усталым, сердитым лицом, покрытым сетью морщин. Взглянув на Полину, она спросила:

– Пенсионное удостоверение есть?

– Это Вы мне?! – опешила Полина.

– А кому же еще! – буркнула кассир.

– Разве я похожа на пенсионерку? – растерянно пробормотала Полина.

– В зеркало надо смотреться иногда и одеваться прилично, согласно возрасту! – прошипела кассир, пронзая покупательницу злобным взглядом.

– Почему Вы хамите девушке?! – возмутился мужчина, стоящий позади Полины.

– Я же просто спросила! – испуганно отозвалась кассир. – Пенсионеры бывают разные, даже молодые.

Расплатившись банковской картой, Полина устремилась к выходу. Мужчина догнал ее на улице.

– Не обращайте внимания! – посоветовал он. – Эта хамка завидует Вам и старается специально испортить настроение.

– Благодарю за моральную поддержку, хотя не нуждаюсь в Вашем утешении! – холодно отозвалась Полина, ускоряя шаг. Навязчивость незнакомца раздражала и пугала ее.

– Меня зовут Анатолий, – представился он.

– Я замужем, – предупредила Полина.

– Жаль, конечно, но это не повод для отказа от знакомства.

– У меня нет желания знакомиться с Вами! – отозвалась Полина, предположив, что он считает себя неотразимым.

И все же она не могла не признать, что надоедливый мужчина вполне привлекателен внешне: высокий, мускулистый, загорелый, с насмешливыми серыми глазами.

– Готов поспорить на что угодно, что есть! – улыбнулся он. – Мне даже известно, как заставить Вас относиться ко мне с симпатией.

Ей бы следовало, молча, уйти, но Полину заинтриговали его слова.

– И как же Вы собираетесь это сделать?

– Передать привет от Дробина.

Сумка с продуктами едва не вылетела из рук.

– Где он?! Что с ним?! Он жив?!

– А по какой причине Дробину полагается быть мертвым?

– Кем Вы ему приходитесь?

– Трудный вопрос. Кем можно приходиться самому себе?

До Полины не сразу дошел смысл его слов. Некоторое время она оторопело смотрела на собеседника, пытаясь осознать и поверить.

– Толя? Дробин?

– Да, это я, – признался он виновато и смущенно.

– Как ты узнал меня?!

– Это несложно. Ты почти не изменилась.

Лесть, конечно, но все же приятно.

– Ты тоже выглядишь моложе своего возраста, – одарила его Полина ответным комплиментом.

– Я мог бы стать дедом, но мои дети не спешат обзаводиться семьями, – отозвался Анатолий.

– А у меня есть внук, – призналась Полина.

– Которого принимают за твоего сына, когда ты гуляешь с ним, – это был не вопрос. Дробин не сомневался в том, что говорил.

– Так и есть, – подтвердила Полина. – А как ты нашел меня?

– По интернету, через одноклассников.

Когда они виделись в последний раз, интернет был недоступен простым школьникам. Сотовые телефоны тоже отсутствовали. Толя мог бы узнать ее адрес и отправить письмо, но он не пожелал или постеснялся это сделать. А она помнила о нем все эти годы, пыталась навести справки через общих знакомых, но о Дробине никто ничего не знал. Постепенно все забыли о нем. Все, кроме Полины. И теперь он вдруг появился.

Полина хотела пригласить Анатолия в гости, но Дробин отказался. Они расстались, обменявшись номерами телефонов. Только Анатолий вряд ли позвонит ей. Он приехал в Синедольск не ради нее. Если бы Дробину нужна была Полина, то он бы давно разыскал ее. У Анатолия есть какое-то важное дело в Синедольске.

***

Элегантная шатенка неторопливо удалялась, не подозревая о том, что опять находится под прицелом. Он мог бы выстрелить ей в затылок, пока еще не поздно, но не воспользовался очередным шансом. У него было много возможностей умертвить ее, но каждый раз что-то мешало. Сегодня ей тоже повезло. Ее спас Анатолий Дробин.

***

Вернувшись домой, Полина разгрузила сумку с продуктами, и хотела немного отдохнуть перед телевизором, но услышала звук открываемой двери. Пришла младшая дочь, Лера. Выражение ее лица насторожило Полину.

Лера, молча, метнулась в зал, легла на диван и разрыдалась.

– Что случилось?! – встревожилась Полина.

– Я убила человека! – ужас в глазах дочери подтверждал ее слова.

– Как убила?! Почему?! Не может быть!!! – пробормотала Полина, ощущая слабость в ногах. Комната качнулась и поплыла перед глазами. Опасаясь упасть, Полина села на диван, рядом с Лерой. Это какая-то ошибка! Ее дочка, тихая, скромная, нерешительная, не способна лишить жизни кого-либо!

– Никогда не прощу себе это! Я думала, что успею, надеялась успеть! – Лера всхлипнула и закрыла лицо руками.

Полина напоила ее валерианой и дождалась, пока дочка немного успокоится.

Из сумбурного рассказа дочери Полина поняла следующее. Когда Лера приблизилась к пешеходному переходу, автомобиль находился в нескольких метрах от нее. Она надеялась, что успеет перебежать дорогу прежде, чем машина окажется на переходе. В крайнем случае, водитель затормозит, пропуская пешехода. Лера не успела, а водитель не затормозил. Он резко повернул вправо и врезался в столб на тротуаре. Мужчина ехал один. Никто не пострадал, кроме него.

– Этот человек погиб, спасая меня! – заявила Лера. – Я видела его лицо и думала, что он разозлится. Но у него были добрые глаза. Он даже улыбнулся мне.

– А ты уверена в том, что он мертв? – уточнила Полина.

– Прохожие, вызвавшие полицию, говорили, что водитель умер мгновенно.

– Ты дождалась «скорую» и полицию?

– Нет. Я не хотела видеть, как труп будут извлекать из машины, и боялась, что меня арестуют за убийство!

Лера снова расплакалась.

– Это не убийство, а несчастный случай, – возразила Полина, прижимая к себе дочку. Лере недавно исполнилось двадцать лет, но для матери она оставалась маленькой девочкой, нуждающейся в опеке. – Пешеход, идущий по переходу, на котором отсутствует светофор, не может быть виновен в гибели водителя.

– Но я виновата! Виновата! Я погубила его!

– Он был молодой? – сочувственно поинтересовалась Полина.

– Совсем молодой и безумно красивый!

«Моя девочка влюбилась!» – поняла Полина и проанализировала рассказ дочери в другом ракурсе, попытавшись представить, как развивались события. Увидев привлекательного парня, Лера замерла посреди дороги и уставилась на него, выпав из реальности. Он, наверное, сигналил и что-то кричал. А Лере показалось, будто на его лице сияет улыбка. Не исключено, что она расценила это как ответное чувство. Бедная наивная девочка! Водитель был удивлен и напуган, увидев ее перед машиной. Улыбаться в такой ситуации мог только полный идиот.

– Не паникуй! Ничего еще неизвестно! – сердито произнесла Полина и позвонила в приемный покой.

Лера притихла, с надеждой глядя на маму. Она очень хотела верить в чудо.

Дежурная медсестра Мила сообщила, что в ДТП пострадал молодой мужчина. Он находится в реанимации, без сознания. Состояние тяжелое, но шансы есть.

– Как его зовут? – взволнованно поинтересовалась Полина.

– Роман или Сергей. По паспорту он Роман Грандов, а по удостоверению – Сергей Лунин, частный детектив.

– Мошенник с фальшивыми документами? – предположила Полина.

Не повезло Лере! Благородный красавец оказался аферистом!

– Не знаю. Все его документы забрал следователь, – отозвалась Мила. – А тебе он зачем понадобился?

– Моя дочь видела, как он врезался в столб.

– Зрелище не для слабонервных! – прокомментировала Мила. – Хорошо, что это случилось рядом с больницей, и «скорая» быстро прибыла!

– Рядом с больницей? – переспросила Полина встревоженно.

– На проклятом месте, – подтвердила Мила.

Полина испуганно взглянула на дочь. Но Лера если и слышала последние слова Милы, то не придала им значения. Она радостно улыбалась.

Вскоре выяснилось, что пострадавшего зовут Роман. Он – единственный сын и наследник богатого влиятельного бизнесмена. А Сергей Лунин не существует. Это псевдоним Романа Грандова, который развлекался в свободное время, изображая частного детектива. Лера ликовала, хотя Роман еще находился в реанимации, и прогноз был неясен.

– Я чувствую, что все будет нормально! – заявила она.

– Если Роман выживет, то тебе придется забыть о нем. Золушки нужны принцам только в сказках.

– Но я и не претендую ни на что! Главное, что он жив, а я – не преступница.

«А если отец Романа решит отомстить Лере?» – испуганно подумала Полина и поделилась сомнениями с сыном, Вадимом.

– Грандов-старший, наверное, даже не знает о существовании Леры. А если бы он и счел ее виновной, то не стал бы портить свою репутацию, – успокоил маму Вадим.

Спустя сутки Роман Грандов пришел в сознание. Реаниматологи уже не опасались за его жизнь.

***

Каждый человек должен во что-то верить, иначе в душе образуется тоскливая пустота. Скорпион скептически относился ко всем религиям. Он верил не в богов, а в удачу и правильные расчеты.

О своих родителях Скорпион не знал, и детский дом не помнил, потому что провел там мало времени. Его усыновила богатая семья. В детстве Скорпион ни в чем не нуждался, а в подростковом возрасте знал о том, что он – единственный наследник Андрияновых. Но когда Скорпион стал совершеннолетним, его жизнь резко изменилась. Андрияновы обанкротились и покончили жизнь самоубийством. Скорпиона забрали в армию. Выполнив воинский долг, Скорпион вернулся в родной город и устроился охранником к богатому бизнесмену, Кириллу Антоновичу Грандову. Кирилл Антонович был христианин, а его молодая супруга, Элина, – язычница. Скорпион верил в Иисуса Христа во время беседы с хозяином, а когда общался с Элиной, то поклонялся Велесу.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.