# Факультет уникальной магии

Екатерина Флат

Мне порой кажется, что вместо другого мира я оказалась в сумасшедшем доме.
Я живу в одной комнате с меланхоличной целительницей и взбалмошной некроманткой. За стеной у нас недооборотень, поэт-артефактор и боевой маг, который явно что-то скрывает. По дому бродит занудный дух, а под окнами воет скучающий зомби.
Нас презирает руководство университета, другие студенты считают пустым местом, и будущее не сулит нам ничего хорошего.
Мы – уникальные маги. Изгои.
Но за свое место под солнцем мы еще поборемся.

© Е. Флат, 2017

© ООО «Издательство АСТ», 2017

## Пролог

Вообще, до того момента, как за мной погнался шестилапый рогатый динозавр, все у меня в жизни было замечательно. Я досрочно закрыла сессию, собиралась вечером пойти на свидание и заранее планировала, где и с кем буду встречать Новый год. Наивно не подозревая, что всем моим радужным замыслам вот-вот придет конец.

Спустившись с крыльца академии, я убрала зачетку в сумку и умиротворенно улыбнулась. Хлопьями валил снег, намекая, что завтра будут непролазные сугробы. Но домой я не спешила. По пути направилась в кондитерский магазин в паре кварталов отсюда. Там меня ждала заветная коробка конфет, которая стоила чуть ли не как вся моя стипендия. Я заглядывалась на эту маленькую коробочку еще с начала семестра, периодически забегая в магазин за чем-нибудь к чаю. И все меня мучило любопытство, что же там за конфеты такие, если столько стоят. Даже пообещала себе, что если каким-нибудь чудом сдам первую сессию без проблем, то непременно эту коробку куплю.

И вот свершилось, из магазина я вышла с заветной коробочкой в руках. Среди золотистых узоров на крышке красовалось весьма тривиальное: «Сладкая жизнь». Стоя еще под козырьком крыльца, я осторожно, чтобы снег не попал, коробочку открыла. К глубочайшему моему разочарованию, там оказалось всего четыре конфеты размером с грецкий орех каждая. Все в разных обертках. На бордовой красовалось: «В чудесный день», на серой: «В краткий миг уныния», на золотистой: «На вершине счастья», а на черной: «В самый черный день».

Выбирая между бордовой и золотистой, я все-таки остановилась на «В чудесный день». Конфета оказалась с легкой цитрусовой кислинкой, умопомрачительно вкусной. Убрав коробочку в сумку, я поспешила домой.

Путь мой лежал через небольшой парк. Видимо, снегопад разогнал всех прохожих, навстречу мне никто не попался. Белая пелена скрадывала видимость, и казалось, что я вообще чуть ли не одна в целом городе. Но эта иллюзия продлилась недолго.

Сначала из-за пелены снегопада показалась вытянутая шипастая морда и плотоядно продемонстрировала клыкастую пасть, а потом уже и весь динозавроподобный монстр явился перед моим взором.

Правда, какого-либо испуга это не вызвало.

«Глюк», – подумала я.

«Завтрак», – подумал монстр.

Эта мысль так красноречиво читалась в его выпуклых бурых глазах, что до меня наконец-то дошло происходящее.

Задаваться философским вопросом, откуда этот шестилапый доисторический ужас взялся, было некогда. Заорав так, что даже чудище перепугалось, я рванула прочь.

Конечно, состязание в скорости с монстром, у которого и ног больше, и шаги по два метра, было явно бессмысленным. Так что стала бы я легким перекусом, если бы не вмешалось провидение.

Невесть откуда на тропинке в парке взялся канализационный люк. Я могла поклясться, что раньше его тут не водилось. Крышка на нем отсутствовала, так что он зиял черным провалом посреди припорошенной снегом дорожки. У меня и мысли не возникло к нему приближаться. Даже наоборот, специально свернула в сторону. Но то ли у меня оказалось неважно с ориентированием на местности, то ли люк каким-то волшебным образом переполз. Впрочем, после скачущего за мной с жутким ревом монстра ползающими люками меня уже было сложно удивить. Но факт остается фактом, тропинка подло исчезла прямо из-под ног, и я ухнула вниз. Вдогонку мне раздался громогласный и будто бы даже злорадный рык моего преследователя.

Умирать ни разу не хотелось. Да только особого выбора все равно не было. В любом случае, разбиться в лепешку лучше, чем быть съеденной. Ну теоретически. Но чего-то я все не разбивалась и не разбивалась. Озадачившись этим фактом, я даже орать перестала и глаза открыла. Правда, разглядывать вокруг все равно оказалось нечего. Кромешная тьма тщательно прятала все проявления канализационного пейзажа. Но даже по самым оптимистическим подсчетам падающая я уже должна была достигнуть какого-либо дна.

Странно, но любопытство победило смертельный ужас. Успокоившись, смогла толком обо всем поразмыслить. Если отвергнуть абсурдное предположение, что канализационные люки в нашем городе ведут к земному ядру, то происходило нечто явно невероятное. Может, я просто сплю? Тогда всякие мутантообразные чудища и бесконечные канализационные туннели вполне объяснимы.

Да только на границе сознания все равно маячила мрачная уверенность, что сном тут и не пахнет. Кстати, окружающий воздух вообще ничем не пах. Ни сыростью, ни затхлостью, ни прочими положенными для такого места благоуханиями. Порывшись в сумке, я нащупала мобильник. Выудила и озадачилась: кому звонить-то? Вроде как за падения в открытые канализационные люки ни пожарные, ни полиция не отвечают. «Скорую помощь» вызывать уж точно бессмысленно. Учитывая, сколько времени я уже падаю, выжить при неизбежном приземлении мне явно не грозит. Резко мобилизовавший свои думательные способности мозг выдал идею звонить в службу МЧС. Пусть прилетят на своем вертолете бравые спасатели и вытащат меня отсюда, пока я не разбилась. Не знаю откуда, но меня не покидала уверенность, что падать мне еще долго. Правда, позвонить куда-либо мне не грозило. Дисплей мобильника равнодушно высветил отсутствие какой-либо сети.

Телефон был отправлен обратно в сумку, и заодно я достала заветную коробочку конфет. Взяла «В самый черный день», который, видимо, вот так внезапно и настал. Но даже обертку развернуть не успела. Мое падение закончилось.

Убрав конфету и коробочку обратно в сумку, я на всякий случай себя ущипнула. Но ожидаемого пробуждения не последовало. То ли я спала слишком крепко, то ли, презрев законы классической физики, под землей действительно царила невесомость.

Попыталась переместиться в пространстве наподобие космонавтов, но мое махание конечностями ни на миллиметр не сдвинуло меня. Зато обнаружился крайне пугающий факт: воздух вокруг постепенно густел. Казалось, я могу его смять пальцами, как клок ваты. На дыхании, правда, такие изменения никак не сказались, но все равно происходящее меня совсем не вдохновляло.

Собравшись вокруг меня наподобие кокона, плотный воздух вдруг тихонько завибрировал, и буквально через секунду мою и без того шокированную персону резко потянуло куда-то вправо.

Вот теперь я не падала, а уже летела. Причем ногами вперед. Даже уши закладывало. Правда, не знаю, от скорости или все-таки от собственного перепуганного крика. Складывалось такое впечатление, что меня стремительно несло по какому-то боковому туннелю. И если еще невесомости под землей мое богатое воображение могло придумать оправдание, то с подобной воздушной транспортировкой дело обстояло сложнее. Оставалось лишь наивно уповать на чудесное пробуждение дома, в своей родной кровати.

Скорость полета начала постепенно замедляться, пока вдруг не исчезла совсем. Как и невесомость. Я медленно опустилась на холодную поверхность, нащупала руками стенки наклонной каменной трубы, и тут вдруг меня что-то легонько подтолкнуло в спину, и я съехала вниз.

Распластавшись на чем-то мягком, я, наверное, с полминуты не решалась открыть глаза. Уж очень мне хотелось, чтобы неведомым местом приземления оказалась моя кровать, но что-то я не помнила, чтобы на моем матрасе рос мох. Набравшись смелости, я все-таки вознамерилась оглядеться.

– С ума сойти… – само собой вырвалось у меня, и еще несколько раз проквакало эхо.

Подземный зал был настолько огромен, что я мгновенно почувствовала себя маленькой и ничтожной. Полукруглый свод прятался в темноте, и лишь стены более-менее освещались. И вот тут я вспомнила всевозможные фантастические байки о подземных цивилизациях. Мол, живут под городами всякие мутанты, боятся солнечного света и питаются светящимися грибами. После всего произошедшего я была готова поверить и в такой бред. Так отчетливо себе представила подобных индивидов, что теперь уже с ужасом озиралась по сторонам, ожидая, что вот-вот из какого-нибудь хода выползут эти отклонения от человеческой расы и схрумкают меня безо всяких приветствий.

Вообще выходов из зала наблюдалось четыре. Правда, я догадывалась, что изначально их было больше, судя по расположению. Тот, из которого вывалилась я, и еще два были круглыми, около метра в диаметре. Четвертый же представлял собой высокий арочный проход с витыми колоннами по бокам.

Еще немного посмотрев на творение неизвестного архитектора, я направилась к арочному проходу со слабой надеждой выбраться на поверхность. Но не успела я пересечь зал, как раздались невнятные песнопения с неким оттенком торжественности. Сначала чуть слышные, они набирали обороты – источник завываний приближался. Наверное, я должна была испугаться, но вместо этого меня пробило на истеричное хихиканье.

Буквально через минуту из арочного прохода вырулила небольшая завывающая процессия. Пятеро пожилых мужчин в балахонистых фиолетовых одеждах шли рядком друг за другом. Возглавлял их белобородый старец, на голове которого вдобавок красовалось подобие украшенного лентами колпака. У меня вырвался еще один нервный смешок.

Едва заметив меня, старец резко затормозил, отчего следующие за ним чуть не поврезались друг в друга.

Решив, что молчать вроде как невежливо, я пробормотала:

– Здравствуйте, – и даже попыталась улыбнуться. – Вы случайно не знаете, как отсюда наверх выбраться?

Носитель колпака наконец снова обрел дар речи и ошарашенно выдал:

– Так, а ты откуда тут взялась?

– Упала в канализационный люк. А потом меня по боковому туннелю сюда как-то занесло, – ответила я.

Старец от моих слов оторопел еще больше.

– То есть, – растерянно пробормотал он, – ты вон оттуда, – указал на круглый проход за моей спиной, – появилась?

– Ну да, – кивнула я и повторила: – Подскажите, пожалуйста, как отсюда выбраться.

Но мою просьбу снова проигнорировали. Старец снял с головы колпак, почесал седую шевелюру, переглянулся с не менее растерянной свитой и пробормотал им:

– Уважаемые, сожалею, но наше сегодняшнее собрание, видимо, отменяется, – перевел взгляд на меня и вздохнул: – Пойдем, я отведу тебя, куда надо.

## Глава 1. О бесхозных иномирянках, ископаемых профессионалах и вариантах светлого будущего

Растерянный старец вывел меня наверх минут через десять блужданий. Ладно, то, что в подземных катакомбах было тепло, я еще могла понять. Но почему наверху-то царило лето? Ошарашенно оглядывая сад, в который выходил туннель, я пробормотала:

– А зима… зима куда делась?

– Кончилась. Полгода назад, – как ни в чем не бывало пояснил мой спутник.

Это что же, получается, я полгода падала?! Надеюсь, я все-таки и вправду сплю, а не сошла с ума. Сняв шапку и пуховик, я поспешила за старцем, который вовсю семенил вперед по тропинке к виднеющейся посреди сада небольшой башне.

– А мы где вообще? – растерянно поинтересовалась я.

– Здесь я живу, – пояснил старик и спешно добавил: – Ну и как бы работаю.

– Кем? Садовником?

– Нет. Смотрителем зала Притяжений. Это тот подземный зал, в котором мы были, – пояснил он.

Мы как раз подошли к башне. Старец распахнул двери и с порога громко позвал:

– Дотти! Дотти, иди сюда скорее!

Я прошла вслед за ним. Комната оказалась довольно просторной. Я ожидала увидеть подобие прихожей, но это был скорее кабинет. С массивным столом и пыльными стеллажами увесистых книг. Вверх убегала винтовая лестница, и именно оттуда показалась девушка моих лет. Рыжеволосая, с россыпью веснушек на миловидном лице. В сером платье длиной до колен, белом переднике и с уложенными замысловатыми буклями волосами выглядела она как-то странно. Будто из старого фильма. Хотя в окружающую обстановку девушка очень даже вписывалась. Да и странный старик тоже. Одна я в джинсах, толстовке, шнурованных ботинках и с пуховиком в руках чувствовала себя крайне инородно.

– Дедуль, ну чего кричишь? – недовольно поинтересовалась девушка, спускаясь вниз. – Ваше собрание, что ли, так быстро закончилось?

Заметила меня и замерла.

– Ой, а кто это?

Старик замялся. Складывалось впечатление, что он, как и я, не слишком-то уверен в своем здравомыслии.

– Представляешь, Дотти, заходим мы, а она там. – Он неуверенно развел руками, мол, не виноватый я, она сама пришла. – Говорит, в туннель свалилась.

– Там – это в зале Притяжений? – ахнула девушка.

Она спешно преодолела последние ступеньки и с крайним любопытством обошла вокруг меня, будто вокруг редчайшего музейного экспоната.

– Что вообще тут происходит? – Мое самообладание подходило к концу.

– Ой, а она еще и говорит! – радостно всплеснула руками Дотти. – И, наверное, понимает нас, да?

– Частично, – буркнула я. – Слова понимаю, а что происходит – нет.

– Дедуль, ну ты что, ничего не объяснил ей? – Дотти с укором покачала головой.

– Да я сам немного в растерянности. – Старик опустился в кресло и сокрушенно пробормотал, будто подумал вслух: – Что делать-то… я же ничего не помню… – Вдруг встрепенулся: – Дотти, а ну-ка, давай сбегай за Угардом, он мне срочно нужен.

Девушка поспешно выбежала из башни.

– Ты присаживайся, – чуть виновато пробормотал старик, указав мне на кресло возле одного из стеллажей.

Сев, я первым делом достала из сумки мобильник. Сеть отсутствовала. К тому же индикатор зарядки вовсю намекал, что телефон вот-вот отключится.

– Извините, а где у вас тут розетка? – спросила я.

– Что? – не понял старик.

– Розетка. Ну, электричество. Мне бы телефон зарядить.

Зарядить телефон и, как только появится сеть, позвонить в психбольницу, записаться на прием.

– Никогда про такое не слышал. – Старик покачал головой, присел в кресло напротив моего и со вздохом пробормотал: – Ты, наверное, пока еще не поняла, но ты… как бы сказать… уже не там, где была раньше.

Ну да, раньше я была в своем уме. А сейчас крайне в этом не уверена. Может, это все конфеты виноваты? Не зря же они столько стоят. Вдруг с какими-нибудь галлюциногенами в качестве бонуса. Вот я съела ту, «В чудесный день», меня так и торкнуло. Я уже собралась доставать коробочку и придирчиво читать состав, но отвлеклась на продолжение путаной речи старца.

– Как бы объяснить-то… Меня зовут Алитерасу. Последние лет пятьдесят я служу смотрителем зала Притяжений. И за все годы моей службы сработал он впервые… Я уже вообще считал, что, видимо, нарушилось там что. Вроде как раньше такие… эмм… явления чаще были. По крайней мере, по словам моего наставника. А тут столько лет – и ничего. Мы уже там который год собрания любителей народной песни проводим, звучание там больно хорошее. И сегодня вот собирались, а тут ты. Тебя как зовут-то?

– Кира. Вы можете мне толком пояснить, где я оказалась? – Что-то я от его слов запуталась еще больше.

Старец снова озадаченно почесал седой затылок. Видимо, с формулировкой объяснений у него было туго.

– Тут такое дело, – все с той же растерянностью произнес он, – наш мир не такой, как другие. По самой своей природе не такой. У нас есть магия, а в других мирах нет. Но там ее и не должно быть. И если вдруг кто-то своим присутствием там это непреложное правило бытия нарушает, такого человека притягивает сюда. Грубо говоря, родной мир от него избавляется и отправляет туда, где магии самое место.

У меня невольно вырвался нервный смешок.

– Погодите, вы хотите сказать, что мой мир вроде как выпнул меня сюда из-за невесть откуда взявшейся магии, которая чего-то там в его понятиях правильного бытия нарушает?

– Магия не берется невесть откуда, – назидательно возразил Алитерасу, – она всегда с рождения.

– И что же тогда все девятнадцать лет жизни я благополучно была там, а только сейчас здесь оказалась? – скептически поинтересовалась я.

– Полагаю, магия достигла своего пика. – Старик пожал плечами. – Каюсь, я за ненадобностью такие нюансы плохо помню.

– Ну хорошо, все это чудно, любопытно и весьма познавательно, но мне бы домой надо.

– Так а обратно теперь никак. – Алитерасу развел руками. – Переход односторонний. Но ты не переживай, – спешно продолжил он, – раз ты здесь оказалась, тут тебе самое место. Уже один тот факт, что ты изъясняешься на нашем языке, говорит о наличии магических способностей. А магия в нашем мире определяет все. Чем одареннее маг, тем большего он может в жизни добиться.

– Допустим, все это правда, – я по-прежнему верила в происходящее с трудом, – но дальше-то мне что делать?

– Этого я тоже уже не помню. – Старик виновато улыбнулся.

В комнату вбежала чуть запыхавшаяся Дотти.

– Вот, привела!

Вслед за ней чинно вошел сухопарый пожилой мужчина в черных сюртуке и брюках. Бесстрастное выражение его лица красноречиво демонстрировало абсолютное равнодушие к происходящему.

– Угард, – обрадовался Алитерасу, – хорошо, что так быстро пришел! Тут такое дело, очень твоя помощь нужна. Нам бы с Риагелессом поговорить кое о чем. Дотти, ну-ка, принеси!

Его внучка умчалась и буквально через минуту вернулась с массивной запечатанной вазой и водрузила ее на стол.

– А это что? – опасливо спросила я.

– Урна. С прахом моего наставника, – пояснил Алитерасу. – Угард, ну что?

– Сделаем. – Апатичный мужчина чуть лениво размял пальцы.

– А он кто? – тихо спросила я у присевшей на подлокотник моего кресла Дотти.

– Некромант, – радостно ответила она как само собой разумевшееся.

Никаких особых спецэффектов не последовало. Угард что-то неразборчиво пробормотал себе под нос, одновременно перебирая пальцами в воздухе, словно плел невидимое макраме. Над урной с прахом поплыл голубоватый дымок. Вжавшись в кресло, я с ужасом смотрела, как из разрастающейся бесплотной тени формируется человеческий силуэт. Несколько мгновений – и в комнате появился полупрозрачный дряхлый старик с кривой клюкой в руках.

– Наставник, я так рад вас видеть! – тут же залебезил Алитерасу. – У нас тут, понимаете, гостья из другого мира, а я… как бы сказать… забыл все немного… ну, что делать-то…

Призрак сурово нахмурил кустистые брови.

– Ах ты безответственный мальчишка! Чему я тебя только учил! Так и знал, что в твоей дурной голове ничего не задержится! Все бы тебе за красотками бегать да народные песенки распевать!

Он тут же замахнулся клюкой, чтобы огреть ею по затылку нерадивого ученика. И хотя орудие воспитания из-за своей призрачности просто прошло насквозь, Алитерасу все равно втянул седую голову в плечи. Видимо, по стойко выработанному со времен юности рефлексу.

– Наставник, я исправлюсь, обещаю, – пробормотал старик виновато.

– Обещает он! Как же! – продолжал бушевать призрак. – Знаю я тебя! Уже через пять минут все из головы вылетит! И где только был мой ум, когда я выбрал тебя своим преемником?! Теперь и на том свете достанешь! Что, так и будешь меня теперь каждый раз выдергивать?

– Вообще-то это впервые за все время, что я в должности смотрителя. Потому и забылось, за пятьдесят-то лет. Не знаю, что и делать. – Алитерасу сокрушенно вздохнул.

Призрак наконец перевел взгляд на меня. Оглядел пристально и весьма придирчиво. Деловито произнес:

– Ну что ж, что мы имеем… Девушка. Лет восемнадцать-двадцать. Волосы светло-русые, глаза зеленые. Внешность весьма привлекательная. Выражение лица странное. Либо еще толком в себя не пришла, либо умственное развитие оставляет желать лучшего. Способности к магии ярко не выражены, что говорит о возможном минимальном уровне. Ну что, Алитерасу, напряги свою пустую голову, какие из этого выводы? Куда такую иномирянку девать?

– Домой, – тут же предложила я. Мало ли, вдруг Алитерасу про возвращение напутал. А вообще, конечно, напрягало, что моя дальнейшая судьба зависит от пары явно маразматичных стариков.

– Домой! – фыркнул призрак. – Чего вы все домой да домой проситесь? Вот что ты там забыла? Все, милая, твой мир от тебя избавился! Не нужна ты там сто лет! И нечего сидеть с таким убитым видом! Радоваться должна! – И уже чуть мягче продолжил: – Погоди, магическая природа пересилит. Пройдет немного времени, и ты уже забудешь о возвращении. Ну не место магу в безмагическом мире. Вот, к примеру, предыдущая иномирянка тоже поначалу голосила: «Домой хочу! Домой!» И что же в итоге? И года не прошло, как выскочила замуж! Да не абы за кого, а за самого графа Арландского!

– О! Придумал! – спохватился Алитерасу. – А давайте мы иномирянку замуж выдадим!

– За кого? – перепугалась я.

– Да хоть за кого! – отмахнулся призрак, явно не считая это принципиальным. – Алитерасу!

– Да, наставник? – Старик снова инстинктивно вжал голову в плечи.

– Женись!

– Я?.. – опешил он. – Но мне уже семьдесят шесть лет!

– И что? Я вот в твои годы ого-го был! Да и сейчас, – призрак игриво мне подмигнул, – еще очень даже ничего. Молодежи не сравниться, – с превосходством покосился на Алитерасу.

Семидесятишестилетний представитель «молодежи» между тем вполне резво для своих лет подскочил ко все так же апатично наблюдающему за нами некроманту.

– Угард, выручай! Женишься?

Угард с неизменным равнодушием покосился на меня и выдал:

– Я уже женат.

Но призрак не унимался:

– Нельзя оставлять ее просто так! По закону мы обязаны ее куда-нибудь пристроить! Мужа непременно нужно найти!

– Где ж его взять-то? – Алитерасу развел руками и вдруг скомандовал внучке: – Дотти, а ну-ка, сбегай давай, найди нам кого-нибудь!

– Кого? – опешила девушка.

– Кто попадется! Хватай первого встречного и тащи сюда. – Старому смотрителю явно очень хотелось поскорее проблему решить. – Скажи, что у нас тут одну девушку срочно надо замуж пристроить. Да, и вон Угарда возьми, чтобы будущий жених сбежать не мог. Если уж сильно буйный попадется, огрейте чем-нибудь по голове. Так бессознательного и женим. А потом уж пусть новоиспеченные супруги сами друг с другом разбираются.

– Так, стоп. – Мое терпение наблюдать за этим театром абсурда кончилось. – Замуж я вообще-то не собираюсь. У вас что, других альтернатив для иномирцев нет?

– Есть, конечно, – нехотя ответил призрак, – просто вариант с женитьбой самый простой и быстрый.

– Ты пойми, мы зла тебе не желаем, – добавил Алитерасу, – но нам надо… как бы…

– Избавиться от меня побыстрее? – мрачно подсказала я.

Старики дружно расплылись в чуть виноватых улыбках.

– Ну хорошо, раз замуж не хочешь, то куда тебя девать? – Призрак задумчиво покосился на Алитерасу.

Тот уже традиционно развел руками:

– Так, а какие еще есть варианты, наставник?

– Да я и сам уже плоховато помню…

Шумно вздохнув, Дотти поправила фартук и встала с подлокотника кресла. Похоже, происходящее надоело не только мне одной.

– Я читала архивы смотрителей, – произнесла девушка. – Последние сто лет иномирцев за редкими исключениями отправляли обучаться магии, что явно уж логичнее любых других вариантов. Полагаю, именно так нужно поступить и сейчас. Как раз на днях начинается новый учебный год, и по закону иномирянку обязаны принять на обучение.

Блин, ну только сессию закрыла и опять идти учиться. Впрочем, все лучше, чем замуж за первого встречного да еще пришибленного по голове.

– А какие у вас тут есть учебные заведения? – поинтересовалась я безо всякого энтузиазма.

– У нас только Университет высшей магии, – ответила Дотти. – Вроде за морем в Зеленополье есть какая-то академия, и в Вустеръехе тоже. Но что туда, что туда добираться пару месяцев, к началу учебного года точно не успеешь. Да и зачем куда-то ехать? Наш университет по праву считается лучшим. Наоборот, все едут к нам.

– А ты тоже там учишься?

– Нет, я даже не пробовала поступать. Но мне и не надо. Я же смотрителем стану, как дедуля. А этому в университете не учат точно. Дедуль, – Дотти перевела взгляд на старика, который уже успел задремать в кресле, – нужно собираться в дорогу.

– Куда? – зевнул он.

– Отвезти иномирянку в Вегард, в Университет высшей магии, – напомнила девушка.

– В Вегард? Это же сколько в экипаже трястись! Может, ты сама ее отвезешь?

– Дедуль, – с безграничным терпением в голосе ответила Дотти, – вообще-то ты пока смотритель, и выполнить твои обязанности я никак не могу.

– Ай, куда деваться, – Алитерасу страдальчески закатил глаза, – ладно, едем в Вегард. Беги тогда, скажи, чтобы экипаж готовили.

Дотти спешно ушла. Зато встрепенулся тоже чуть задремавший призрак.

– Погодите, может, она и учиться не хочет.

– А что, есть другие варианты? – с сомнением спросила я.

– Нету, – дружным хором ответили старики, явно опасаясь, что избавление от меня затянется.

– Но спросить согласия все равно положено, – добавил Алитерасу.

– Ну хорошо, я согласна, – вздохнула я.

Если я не сошла с ума и все это происходит на самом деле, то вариант с обучением самый разумный.

## Глава 2. О местной географии, лучшем университете и не самом лучшем приеме

Представления о возможном транспорте в магическом мире у меня были, конечно, весьма смутные и сказочные: крылатые тележки, многоместные драконы, одноместные пегасы… Но на деле все оказалось весьма прозаично. На дороге за садом нас ждал открытый экипаж с парой совершенно обыкновенных запряженных лошадей. И даже кучер был не какой-нибудь эльфогномовампир, а с виду обычный человек. Хотя я про того же некроманта Угарда могла сказать, что выглядит он обычным. Подумаешь, просто гот солидного возраста. Но с другой стороны, может, и некроманты здесь – просто разновидность магов, а не ходячие мертвецы.

Сначала я хотела расспросить обо всем этом Алитерасу. Но старик явно не рвался общаться. Сменив свой фиолетовый балахон на серый костюм с сюртуком, смотритель походил на крайне престарелого и разорившегося аристократа. Да и кучер был одет примерно так же. Видимо, подобная одежда являлась нормой. От всего этого складывалось впечатление, что я вообще попала в прошлое. Если бы не магия. Впрочем, кроме появления призрака я пока ничего сверхъестественного не видела.

Забравшись в экипаж, я устроилась на сиденье. Зимнюю одежду я оставила у Дотти, все равно в ближайшее время не понадобится, а потом вроде как всегда забрать смогу. Единственное, меня немного насторожила вскользь брошенная девушкой фраза.

– Ой, – вдруг спохватилась Дотти, будто вслух подумала, – нужно ведь непременно сообщить о появлении иномирянки!

Я потом спросила об этом у Алитерасу. На что старик с недоумением ответил:

– Нет, никому докладываться не надо. Несмотря на редкость, событие непримечательное. Для этого лишь смотрители и нужны. Мы обязаны устроить появившегося мага, и все.

– А чего-нибудь вроде начального денежного пособия не полагается? – с надеждой спросила я. – Ну, там, на неотложные нужды? У меня ведь и вещей никаких нет, кроме того, что на мне.

– Нет, ничего не положено. Да и зачем тебе? В университете полное довольствие. Из одежды форму выдадут, питание там тоже бесплатное. Жилье, само собой, предоставляется.

– А стипендия?

– А это еще что? – Старик явно впервые слышал.

– Ну, это когда студенту учебное заведение деньги платит. За хорошую учебу, к примеру.

Но Алитерасу не оправдал моих наивных надежд:

– Ничего такого нет. Да и зачем? Говорю же, всем обеспечивают.

По мощеной дороге экипаж между тем катил по городским улочкам. Старик задремал на сиденье напротив, а я вовсю смотрела по сторонам. Пока зданий выше двух этажей не попадалось. Может, их и вообще не было. Аккуратные домики теснились друг к другу как родные. Тут и там вдоль тротуаров красовались разноцветные клумбы, так что в воздухе вовсю витал запах цветов, а еще пыли, которую поднимали копытами лошади. И моря…

Чуть привстав, когда экипаж сворачивал на другую улицу, я успела заметить краешек синей глади на горизонте за крышами. Видимо, сейчас мы находились на возвышении, но постепенно спускались все ниже.

Решив, что будить Алитерасу нет смысла, я обратилась к кучеру:

– Так у вас портовый город?

– Да, – отозвался он, – один из крупнейших в королевстве.

Ага, значит, еще и королевство. Вот это меня занесло…

Увы, море увидеть больше не удалось. Но и без этого хватало на что смотреть. Люди на улицах походили на персонажей исторического фильма. Мужчины в рубашках с брюками в сочетании с жилетом или сюртуком и женщины поголовно в платьях. По дороге навстречу нам попадались и другие экипажи, и просто всадники. Даже одна роскошная карета мимо проехала. От такой непривычной окружающей обстановки уже голова шла кругом. К тому же немного напрягали чужие взгляды. Наш экипаж ехал не настолько быстро, чтобы нельзя было меня разглядеть. Само собой, по представлению местных, я выглядела престранно. Чувствовала себя из-за этого как бельмо на глазу.

Примерно через полчаса экипаж покинул город и теперь катил через лес. Причем лес выглядел будто бы ухоженным. В просветах между деревьями не виднелось ни бурелома, ни какого-либо мусора. Алитерасу продолжал посапывать, кучер что-то тихонько насвистывал себе под нос, на ясном небе светило солнце, и я уже даже не чувствовала себя так паршиво, как поначалу. Растерянной – да, но не несчастной. Или, может, просто начало сбываться обещание смотрителя, что я очень быстро к новому миру привыкну.

Счет времени я уже потеряла. Но меня это особо не волновало, сам процесс поездки нравился. Пока нам на дороге никого не попадалось, но за очередным поворотом показался сломанный экипаж на обочине. Возле него топтался чуть растерянный мужичок – видимо, кучер. А на сиденье с разнесчастным видом устроился кругленький мужчина неопределенного возраста. Судя по более богатому камзолу, неизвестный принадлежал к сословию повыше, чем тот же кучер или смотритель. Кроме того, у него волосы были длиной примерно до плеч, заплетены в аккуратнейшую косичку с бантиком на конце. А ведь до этого я видела здесь только коротко стриженных мужчин. Может, длинные волосы – признак аристократии?

Кучер так резко остановил наш экипаж, что даже Алитерасу проснулся. Кругленький незнакомец тут же радостно спрыгнул со своего сиденья и поспешил к нам.

– Алитерасу, уважаемый! – приветствовал он на ходу. – Какая удачная встреча!

Старик спросонья пару раз сморгнул, но, видимо, его все-таки узнал:

– Фуджин! Встреча и вправду очень удачная! Что у вас случилось?

– Да вот, – Фуджин с недовольством покосился на своего кучера, – у некоторых руки не из того места растут. Свалились в канаву, ось сломали, эх, – он махнул рукой. – А вы-то куда путь держите?

– А куда тут держать, дорога-то одна. Прямиком в ваш университет. Везу вот, – Алитерасу кивнул на меня.

До этого с любопытством на меня поглядывающий Фуджин теперь уже воззрился в упор.

– Какая милая девушка! И весьма странного вида…

– Еще бы ей не быть странной, она из другого мира. Сегодня только прибыла. К вам в университет и везу. Ты ведь туда же? Забирайся к нам, все равно по пути.

Фуджин явно только этого и ждал. Быстро забрался в экипаж и сел на сиденье рядом с Алитерасу. Его кучер присоседился к нашему, и экипаж снова тронулся в путь.

– В университет наш, значит? На обучение? – довольно улыбался новый попутчик. – Это вы правильно решили! А с магией у вас как, милая девушка?

– Не имею ни малейшего понятия, – честно призналась я.

– Мы толком не смогли ничего выявить, – пояснил Алитерасу. – Но сам понимаешь, раз она здесь оказалась, то какие-то способности все равно есть.

– Само собой. – Фуджин кивнул. – Сейчас прямиком к ректору и пойдем, а там уж разберутся со способностями.

Остаток дороги они обсуждали каких-то общих знакомых и дела в королевстве. Я хоть и делала вид, что смотрю по сторонам, но слушала очень внимательно, стараясь не упустить никакой ценной для себя информации. Правда, таковой оказалось не очень-то много. Лишь что недавно сменивший старого короля его сын придерживается того же политического курса, что все только одобряют. И вообще в королевстве мир и покой. Просто потому, что штат боевых магов куда больше, чем в соседних державах.

Вскоре за очередным поворотом дороги показалась внушительная каменная арка. Вместо столбов по краям на постаментах высились две скульптуры магов. Вытянув руки, они словно бы вдвоем разматывали свиток, каждый в свою сторону. Надпись на каменном свитке хоть и состояла из незнакомых символов, но я как-то умудрилась сразу прочесть: «Университет высшей магии». Порадовалась, что хоть местную письменность понимаю, явно в обучении пригодится.

Проехав под аркой, мы оказались на территории университета. Сначала справа показался внушительный особняк, в котором впору было бы жить лишь богатейшему аристократу. И, судя по размерам здания, с целой армией слуг. Вокруг был разбит небольшой парк с ровно подстриженными газонами и небольшими клумбами. По дорожкам прогуливались, видимо, студенты. Причем все в одинаковой одежде. Парни в белых рубашках, черных брюках и коротких сюртуках, больше похожих на пиджаки. И девушки в белых блузках, черных в складочку юбках длиной до колен и в приталенных пиджачках.

– Это и есть университет? – спросила я, с любопытством разглядывая особняк.

– Нет, что ты. – Фуджин засмеялся. – Это Дом факультета боевой магии. Самого престижного нашего факультета!

Видимо, что-то вроде местного общежития. Все, я хочу в боевые маги.

– А вы преподаете здесь? – спросила я.

– Нет, я – секретарь господина Вандиса, – горделиво ответил Фуджин.

– Вандис арт Лавед – это ректор университета, – пояснил мне Алитерасу.

– О, это такой замечательный человек! Я бы даже сказал – человечище! – источал восторги в адрес начальства Фуджин. – Это уже при его руководстве наш хоть и ранее выдающийся университет стал так вообще самым лучшим на континенте. Даже, не побоюсь этого слова, во всем мире! Недаром наши выпускники считаются магами наивысшей квалификации! И вам, милая девушка, невероятно повезло, что будете учиться здесь! У нас самые замечательные преподаватели, мудрые деканы и все студенты – как одна большая семья! И все это под руководством чудеснейшего, наизамечательнейшего господина Вандиса!

Экипаж между тем добрался до огромной площади. Посреди ее красовался внушительный причудливый фонтан с бьющими в небо разноцветными струями. Вокруг тоже хватало прогуливающихся студентов, но мое внимание привлекло другое. На одном краю площади высился здоровенный каменный столб. А на нем один под другим разместились разномастные гербы. Всего четыре, каждый из них весьма заметно мерцал в опускающихся сумерках. Подумалось, что этот столб теоретически должен быть виден со всей территории университета. Правда, у самой вершины его чернело пустое место. Будто когда-то там висел еще один герб, но его давным-давно убрали.

А на другом краю площади возвышался настоящий замок. Странно, что я не заметила его раньше.

– Но это уж точно университет, – пробормотала я восхищенно.

– Он самый, – довольно кивнул Фуджин.

Наш экипаж остановился у фонтана. Едва я вышла вслед за Фуджином, Алитерасу тут же спешно сказал:

– Ну вот и все, Кира, мои обязанности на этом заканчиваются. Удачи тебе в этом мире! Да, и заглядывай, если что, на наши выступления народной песни!

Экипаж тут же покатил обратно.

– Ну все, пойдем, – нетерпеливо позвал меня Фуджин, – время уже вечернее, а нам тебя еще устроить надо. Так что давай прямиком к господину Вандису.


Столь восторженно описываемый Фуджином господин Вандис мне с первого же взгляда не понравился. Похожий на высушенную мумию с вечно недовольным видом заостренного лица и колючим взглядом маленьких глаз, он вызывал лишь желание держаться от него подальше. Серый костюм с длинным сюртуком делал его вдобавок похожим на престарелого поседевшего ворона. Казалось, вот-вот закаркает.

– Иномирянка, значит? – Он недовольно поджал губы, оглядев меня, и переключился на своего секретаря. – И что же, Фуджин, мы прямо-таки обязаны ее принять?

– По закону обязаны, – уже без тени прежнего энтузиазма подтвердил тот. Видимо, уловив настрой начальника, тут же сменил добродушное отношение ко мне на негативное.

Я же молча стояла посреди роскошно обставленного кабинета, стараясь не показать никаких эмоций. Хотя так и подмывало сказать: «Вы мне тоже, между прочим, не нравитесь».

– Ну раз обязаны… – протянул ректор, демонстративно закатив глаза. – Вот только иномирцев мне здесь и не хватало… Ну что ж, давайте решим этот вопрос поскорее. Фуджин!

Секретарь тут же указал мне на постамент посреди кабинета.

– Подойди и положи на него ладони. – Сам же приготовил бумагу и перо, явно собираясь что-то записывать.

Я подошла к постаменту. Наверху его красовался зеркальный круг, в котором хоть и отражался потолок кабинета, но вдобавок туда-сюда мелькали разноцветные сполохи. Я осторожно коснулась ладонями зеркала. На ощупь оно оказалось чуть ли не ледяным, я едва не отдернула пальцы.

– Стой смирно, – сердито скомандовал Вандис. – И ладони держи ровно.

Едва подавив новую волну раздражения, я все же стояла не шевелясь. Сполохи в зеркале будто бы пронизывали мои ладони, и через пару мгновений в воздухе над постаментом начал формироваться крайне бледного вида герб. Я такой видела на столбе.

– Боевая магия, – тут же констатировал Фуджин, попутно что-то записывая. – Уровень крайне слабый.

Ректор лишь довольно улыбнулся. Похоже, не видать мне того шикарного особняка.

Рядом с первым гербом один за другим сформировались еще три. И все такие же бледные, едва заметные.

– Та-ак, некромантия, целительство, прикладная, – сам себе диктовал Фуджин. – Все крайне низкого уровня. Господин Вандис, все одинаковы, ни один не преобладает.

– Я и без тебя вижу, – парировал ректор.

Явно хотел добавить что-то еще, но тут между бледными гербами вспыхнул яркий сполох, формируя пятый герб. Вот этот уже был ярким и будто бы даже материальным. В виде оскалившегося дракона, обвивающего витиеватую руну. Казалось, что при желании я даже коснуться его смогу. Вот только на том столбе напротив замка я такой точно не видела.

Фуджин замер с занесенным над бумагой пером, вопросительно смотря на своего начальника.

По губам ректора скользнула ядовитая усмешка.

– Ну что ж, все очевидно, оформляйте.

Вандис вышел из кабинета, что-то довольно насвистывая. Фуджин продолжил спешно записывать. Я убрала руки с потускневшего зеркала и спросила:

– И куда?

– Факультет уникальной магии, – отозвался Фуджин, не поднимая глаз от своих записей.

Ну что ж, звучит очень даже.

Наконец он закончил писать. Щелкнул пальцами, и свившаяся в свиток бумага тут же поплыла к стеллажам на самый верх. Исчезла где-то на полках среди множества таких же. А Фуджин между тем выдвинул ящик стола и принялся рыться в находящихся там маленьких шкатулках.

– Ну где же, где же… я же видел, еще оставался… А, вот! – Он извлек небольшой значок. – Держи.

Это оказался как раз тот герб, который засветился у меня.

– Будешь носить на форме, у нас так положено. А теперь пойдем, я выведу тебя отсюда.

– А форму я где возьму? – Я убрала значок в карман джинсов, выходя вслед за Фуджином.

– Все получишь в Доме факультета. И вообще, на все вопросы тебе там ответят. – Он явно хотел поскорее от меня отделаться.

Я тоже не слишком-то рвалась задерживаться в обществе этого подхалима. Но все же надеялась, что хотя бы до Дома факультета он меня проводит. Ага, как же.

– Ну все, дальше сама найдешь, – отмахнулся Фуджин, выведя меня из замка.

– Я вообще-то тут впервые, – мрачно напомнила я.

– И что? Заодно учись ориентироваться. Пусть ненадолго, но пригодится. У тебя, в конце концов, знак есть. Вот и ищи здание с таким гербом.

Явно опасаясь, что я так просто не отстану, Фуджин спешно скрылся за дверьми входа, а я так и осталась стоять на крыльце. Со вздохом достала значок, поправила сумку на плече. Ну что ж, будем искать.

## Глава 3. О Доме факультета, его обитателях и блужданиях в темноте

Учитывая, что уже опустились сумерки, моя задача малость осложнилась. Пусть хватало и фонарей, но днем все же искать было бы проще. От площади, где расположился замок, расходилось несколько дорог, без каких-либо указателей. Для начала я прибегла к самому логичному: спросила у проходящей мимо девушки, где находится Дом факультета уникальной магии. Но незнакомка в ответ глянула на меня так странно и чуть ли в сторону не шарахнулась, торопясь поскорее уйти. Быть может, так мой нетипичный для местных внешний вид подействовал. Тогда я решила искать самым проверенным и надежным методом тыка – направилась по ближайшей дорожке.

Она привела к высокому зданию, похожему на мрачный готический собор. Красующийся над его дверьми герб с моим не совпадал. Да и судя по угрюмо-апатичным личностям, которые бродили вокруг, это я обнаружила обитель некромантов.

За последовавший час я таким образом нашла «общежития» целителей и студентов прикладной магии. Вернувшись в конце концов на площадь, я озадаченно остановилась у фонтана. Снова попытала удачу – спросила дорогу у проходящего мимо парня. Но он тоже покосился на меня с крайним подозрением и ничего не ответил. Остановившись у фонтана, я в свете его мерцающих брызг внимательно всмотрелась в значок в своих руках. Такого герба на столбе не было. Интересно, почему? Может, факультет уникальной магии вообще не здесь? Может, где-то в другом месте есть филиал университета и вот туда мне и надо?

Я подошла к столбу поближе и только благодаря этому заметила убегающую от него тропинку. До этого были лишь ровные мощеные дороги с аккуратно подстриженными кустарниками по обочинам. А тут – просто лесная тропинка. Но больше идти все равно было некуда, и я пошла по ней.

Сначала мне показалось, что я все больше углубляюсь в лес, но постепенно он стал редеть, и взгляду открылся пустырь. Правда, учитывая опустившуюся ночь, особо разглядеть я тут все равно ничего не смогла. Хорошо хоть, небо пока было ясным и местное ночное светило хоть немного освещало пейзаж. И что-то у меня закралось мрачное предчувствие, что я иду как раз туда, куда надо.

На самой границе пустыря и леса лежала груда камней. Пусть толком разглядеть было нельзя, но по очертаниям угадывалась некая статуя. То ли сама рухнула с постамента, то ли ее свалили. И сам постамент обнаружился в нескольких шагах. По периметру пустыря высились и фонари, но они почему-то не горели. Я прошла дальше и только тогда увидела дом. Небольшой, двухэтажный. Если бы не горящий в арочных окнах свет, я бы решила, что нежилой. Как и само место, он походил лишь на старые развалины. С гулко бьющимся сердцем я подошла ближе. Увы, вблизи картина выглядела еще более удручающе. И что самое главное, над дверьми явственно угадывался герб с оскалившимся драконом, обвивающим витиеватую руну.

Чем больше я смотрела на этот чуть ли не сарай, в котором мне предстоит жить, тем сильнее завидовала остальным магам. В тот миг я еще не подозревала, что буду завидовать им еще сильнее, когда познакомлюсь со своими будущими одногруппниками.

Делать было нечего. Тяжко вздохнув, я поднялась по ступеням крыльца и толкнула покосившуюся дверь. Та открылась с жутким и чуть ли не предсмертным скрипом. Я переступила порог и так и замерла на месте.

Наверное, теоретически это была гостиная. По крайней мере, именно на это намекали пара старых диванов и несколько явно продавленных кресел. Здесь же красовались почерневший камин и покосившаяся лестница на второй этаж, которая, казалось, вот-вот рухнет. Впрочем, по ней вполне бойко, с громким воплем чуть ли не кубарем скатился худощавый светловолосый парень и вслед за ним проскакал внушительный горный баран. Оба скрылись в боковом коридоре. Я проводила их ошарашенным взглядом. Ладно парень, но баран тут откуда взялся? Своеобразное домашнее животное?

Но подобная картина удивляла лишь меня одну. Переругивающиеся у камина две девушки вообще на промчавшихся никак не отреагировали. Первая – невысокого роста, чуть кругленькая, но эта полнота очень ей шла. Ее ярко-рыжие волосы завивались кудряшками, на лице красовалась россыпь веснушек. Да и одета она была в премилое белое платье в цветочек. Ее собеседница – высокая блондинка в розовом платье с поясом в виде череды маленьких блестящих черепов вообще казалась милейшим и чуть ли не ангельским созданием. Наверное, такую иллюзию создавали ее выразительные голубые глаза.

– Я подобного не потерплю! – Рыжеволосая аж раскраснелась от возмущения.

– Ну а что такого-то? – невозмутимо парировала блондинка. – Почему он не может жить с нами? В конце концов, у нас есть свободная кровать.

В это время мимо снова промчались голосящий дурниной светловолосый парень и преследующий его горный баран. А на меня по-прежнему никто не обращал внимания. Впрочем, это только обрадовало. Я уже даже собралась так же тихонечко выйти, посмотреть еще раз на герб над дверьми. Нет, ну не может это быть нужный мне Дом факультета. Наверняка просто впотьмах я что-то спутала.

Но выйти я не успела. Из-под пола в шаге от меня вынырнул призрак. По сравнению с ним тот старый ворчливый наставник, которого вызывал Угард, показался бы чуть ли не юнцом. Сейчас же на меня пытливо смотрел старик настолько дряхлый и древний, словно он еще при создании мира присутствовал и невесть каким образом до сих пор сохранился. И при всем этом голос у него, на удивление, оказался звонким и бодрым.

– Ой, так ты к нам? – радостно воскликнул он, заметив значок в моей руке.

– Даже не знаю, – неуверенно пробормотала я. – Меня зачислили на факультет уникальной магии, но я, кажется, забрела не туда…

– Нет-нет! Ты попала как раз по адресу! – все так же жизнерадостно перебил призрак. – Добро пожаловать! Меня зовут Алем, я – дух Дома! – и громогласно объявил: – Эй, ребята, все сюда!

Спорящие девушки, только сейчас заметив меня, подошли ближе. Пробегающий мимо блондин тормознул. А мчащийся за ним преследователь вдруг на мгновение окутался серебристым мерцанием, и вместо горного барана появился широкоплечий громила. Все четверо с любопытством смотрели на меня, Алем торжественно объявил:

– Приветствуем еще одну студентку факультета уникальной магии! Представься, пожалуйста.

Я, еще под впечатлением метаморфоз горного барана растерянно произнесла:

– Меня зовут Кира. Я из другого мира.

– Что, еще одна любительница рифмовать? – вмиг нахмурился громила.

Блондинистый парень чуть побледнел и спрятался за спинами девушек.

– Да вроде нет. – Я растерялась еще больше.

– Ну что вы на бедняжку насели, – вполне приветливо произнесла рыжеволосая. – Добро пожаловать, Кира! Меня зовут Аниль, это Дарла, – она кивнула на улыбнувшуюся мне блондинку.

– Гран, – следом уже вполне доброжелательно представился громила.

– Тавер, – робко из-за спин девушек отозвался блондин.

– Приятно познакомиться. – Я попыталась улыбнуться, но, боюсь, улыбка вышла весьма жалкой.

– А я уж думал, никто больше не появится, – произнес Гран. – Нас и так тут вроде как феноменально много.

– Пятеро – это много? – не поняла я.

– Вообще нас шестеро, – уточнила Аниль. – Просто Рефа опять где-то носит.

– А вы на каких курсах? – Я оглядела собравшихся.

– Так мы все первокурсники. На этом факультете других и не бывает, – как-то странно ответил Тавер.

Хм… Может, тут такое ускоренное обучение, что университет можно за один год закончить?

– Занятия как раз завтра и начинаются, – добавила Дарла.

– Вот-вот, – назидательно вмешался призрак, – завтра на занятия, а время уже позднее. Давайте-ка расходиться по комнатам, свет скоро погашу. Кира, пойдем со мной, выдам тебе учебную форму.

Вслед за ним я направилась на второй этаж. Подниматься по шаткой лестнице было боязно. Алему-то что, он – призрак, а подо мной деревянные ступеньки угрожающе поскрипывали, словно норовя вот-вот обвалиться. Хотя вот скакавшего до этого горного барана ведь выдержали, так что теоретически волноваться было не о чем.

На втором этаже, кроме лесенки на чердак, было четыре двери. По две в разных концах коридора. Призрак юркнул наверх, велев его ждать. Между тем из гостиной поднялись другие обитатели дома. Парни направились налево, девушки направо.

– Кира, мы тебя ждем! – напоследок крикнула Аниль, скрывшись за одной из дверей.

Тут как раз и Алем спустился с чердака. Вслед за ним парил весьма материальный сверток, который спланировал прямо мне в руки.

– Так, справа спальня и ванная для девушек, слева для парней, – просветил призрак. – Все у нас тут просто, заблудиться негде. А на первом этаже гостиная и кухня. Вот и весь дом.

– Надо же, а у других факультетов такие большие.

Хотела добавить «и роскошные», но решила, что лучше промолчать. Мало ли, вдруг местное подобие домового расценит это как оскорбление.

– Так ведь все по потребностям, – уклончиво ответил Алем, – здесь больше и не надо. Вот в прошлом году, к примеру, всего трое на факультете было. А в позапрошлом вообще один. Так что сейчас, можно сказать, целая толпа. – Он засмеялся, но как-то натужно, неестественно даже. – Ну вот, иди, обустраивайся в спальне. Кровать там свободная есть, вместе со всем необходимым. Да, и еще, – спохватился он, – по ночам тут бродить не советую. Опасно это. Верхний свет после полуночи зажигать здесь запрещено, а в полутьме вполне можешь на лестнице оступиться или еще что. Все-таки уж очень дом старый, сама видишь, в каком состоянии. И то хорошо, что пол еще не провалился да потолок не рухнул.

Эти слова явно дались духу с трудом. Словно он уж очень стыдился такого запустения, но поделать с этим все равно ничего не мог. Даже не попрощавшись, Алем втянулся в пол, а я поспешила в женскую спальню.

Мои ожидания такой же невзрачности, как и во всем доме, комната оправдала в полной мере. Спальня была небольшая, с обшарпанными стенами, вероятно, когда-то выкрашенными в зеленый – сейчас цвет угадывался с трудом. На единственном окне занавески, больше похожие на остатки чьего-то савана, добавляли еще больше уныния. Почерневший потолок казался дырой в непроглядную ночь, и гуляющий по комнате сквозняк лишь усиливал это впечатление. Из мебели имелись лишь три кровати, стол с единственным стулом и массивный шкаф без дверок. Наверное, раньше дверки все-таки присутствовали, о чем свидетельствовали ржавые петли. Оглядев все это «великолепие», я в очередной раз вспомнила шикарнейший особняк боевых магов и снова вздохнула. Нет, ну вот где справедливость? Раз уж меня вышвырнуло из родного мира, то в новом непременно должно было быть что-то хорошее. Но нет же, досталось полуразвалившееся жилье с престранными соседями вдобавок.

Дарла и Аниль опять о чем-то спорили, но при моем появлении сразу же замолчали.

– Вот эта кровать свободна, – Дарла указала на пустующую у стены. – Третья полка в шкафу тоже твоя. Можешь укладывать туда свои вещи.

– С вещами у меня не густо, – пробормотала я. – Увы, никто заранее не предупреждал, что я вот так вот вдруг в другом мире окажусь.

– И у тебя здесь никого-никого нет? – будто бы даже с искренним сочувствием спросила Аниль.

– Никого. – Я покачала головой и присела на край своей кровати. – Но давайте не будем об этом, а то и так не слишком-то весело.

– Да все мы тут товарищи по несчастью, – вздохнула Аниль. – Кто ж знал, что уникальными магами окажемся.

– А это плохо? – не поняла я.

– Мягко говоря, уникальные маги немного не в чести, – уклончиво ответила она. – Если бы я знала, что я не такая, как все, то вообще бы в университет не сунулась. Да и все мы. Я вот, к примеру, на факультет целительства поступала, способности у меня всегда были. А при проверке магии неожиданно обнаружился мой редкий дар. И все, сразу в уникальные маги записали.

– И у меня так же, – присоединилась Дарла. – Я вообще на некромантию поступала.

На мой взгляд, эта больше похожая на херувима голубоглазая блондинка ну никак не годилась в некроманты.

– Но у тебя тоже оказался какой-то редкий дар? – спросила я.

– Не совсем. Скорее, мои способности к некромантии сочли неполноценными. Да, я могу поднимать умерших, призывать призраков и все такое прочее. Но у меня это получается только с теми мертвецами, кто мне нравится.

Я хотела изумиться, как мертвецы вообще могут нравиться, но продолжала уже Аниль:

– Гран с Тавером на факультет прикладной магии поступали. Первый – на зельеварение, второй – на артефакторство. Но также при проверке у ректора выяснилось, что Гран – оборотень, а Тавер – хоть и артефактор, но бесконтрольный. Ну то есть не может создавать что-то с заранее нужными свойствами. Вот их тоже сюда и отправили.

– А шестой? – поинтересовалась я. – Вы говорили, еще кто-то есть. Я только имя забыла.

– Реф, – подсказала Дарла. – Он тут раньше всех нас появился. Сам-то он ничего не рассказывал, он какой-то необщительный совсем. Зато Алем все знает, он-то и поведал, как Реф тут оказался. У него так вообще глупо вышло. Сразу же и без проблем поступил на боевую магию, но потом у него случился конфликт с сынком нашего ректора, который на том же факультете учится, только старше курсом. В общем, Реф здорово отделал и ректорского отпрыска, и пару его приятелей. Причем, по словам Алема, эти трое сами на него нарвались и драку спровоцировали. Ну и все трое от него получили. Конечно, ректор не мог это просто так оставить. Отчислить Рефа оснований нет, уж очень много свидетелей, что в той драке не его инициатива была. Вот его сюда и перевели. Якобы потому, что его уровень магии намного превышает средний, так сказать, «нормальный», а значит, Реф – уникальный маг. А у тебя какой дар?

– У меня? Спросите что попроще. – Я невесело усмехнулась. – Гербы остальных факультетов были одинаково бледные. Это, я полагаю, значит, что способностей к тем видам магии нет. Может, именно в этом и есть моя уникальность.

– Внимание! Я выключаю свет! – вдруг раздался голос Алема.

И тут же комната погрузилась в темноту. Лишь слабый отсвет от окна разгонял мрак.

– Неожиданно как, – обомлела я. – Это всегда так будет?

– Ну да, – отозвалась Аниль. – По крайней мере, те несколько дней, что я здесь, так и было. Ладно, давайте, что ли, спать ложиться. Завтра с утра пораньше на занятия идти.

– А никакой лампы или свечей тут не водится? – тоскливо спросила я.

– Вряд ли, – отозвалась Дарла. – Но надо у Алема спрашивать.

Перспектива бродить по темному дому в поисках призрака меня привлекала мало. Но в любом случае дойти до ванной как-то надо. Хотя бы банально умыться перед сном. Впрочем, тут совсем близко, теоретически найду и на ощупь.

– Кира, ты куда? – окликнула меня Аниль. – Тут по ночам опасно ходить, пол местами прогнил совсем, провалиться можно.

– Да я только до ванной и обратно, – пробормотала я. – Надеюсь, никаких неприятностей не случится.

Я вышла из комнаты. Здесь, в коридоре, оказалось совсем темно. Лишь впереди на лестницу падало немного света от высоких окон первого этажа. Держась рукой за стенку, я аккуратно шла вперед, пока не нащупала деревянный косяк. Следом нашла и ручку. Дверь открылась хоть и легко, но с жутковатым скрипом. К счастью, в ванной тоже имелось окно, так что хоть можно было оглядеться. Совмещенный санузел не порадовал, да и ванна оказалась совсем небольшой. Но, судя по трубам, с водоснабжением тут проблем не было. А то я с перепугу уже представляла, что надо будет ведрами откуда-нибудь воду носить. Правда, вода в подобии крана оказалась едва теплой, но я привередничать не стала. Наскоро умылась и собралась выходить.

И только сейчас я вдруг почувствовала, что жутко голодна. Ну да, ничего ведь не ела, не считая той конфеты. Из-за всех событий сумасшедшего дня я про еду совсем забыла. И вот прямо перед сном голод дал о себе знать.

Конечно, можно было бы вернуться в комнату и съесть оставшиеся три конфеты. Тем более та, которая «В самый черный день», казалась как никогда уместной. Но организм требовал основательной еды. В конце концов, тут же вроде как кормят, да и призрак упоминал о кухне на первом этаже. И уже вовсю предвкушая горячий чай с парой бутербродов, я решила все-таки рискнуть и устроить себе поздний ужин.

До лестницы я шла очень осторожно, держась за перила балюстрады. Отсюда открывался вид на гостиную первого этажа. И света от больших окон там вполне хватало, чтобы прекрасно ориентироваться в пространстве. Но не успела я добраться до ступенек, как послышался уже знакомый жуткий скрип – внизу открылась входная дверь. Я успела заметить мужской силуэт, как тут же буквально в паре шагов от меня что-то зашуршало. Весьма крупная крыса деловито и неспешно куда-то направлялась. Замерев от ужаса, я от неожиданности даже вскрикнула.

– Чего орешь? – мрачно поинтересовалась крыса. – Не узнала, что ли? Это же я, одногруппник твой.

Говорящая крыса – мой одногруппник?! Может, это и есть тот таинственный Реф, который вздул ректорского отпрыска? Хоть бы кто предупредил, что это не человек!

И все бы ничего, но в этот момент вдруг стало совсем темно – видимо, местное ночное светило заволокли тучи. В воцарившейся темноте глаза крысы засветились багровым, и оттого куда более зловеще прозвучало:

– И вообще, тебя не предупреждали разве, что нечего тут по ночам шастать?

– Я уже ухожу, – спешно заверила я, попятившись.

Да только с направлением в этой кромешной тьме не угадала. Вместо запланированного возвращения в комнату попятилась я к лестнице. Но выяснилось это только в тот момент, когда я вдруг резко оступилась.

Если бы не внезапная и весьма сомнительная милость провидения, загремела бы я вниз и, вполне вероятно, свернула себе шею. Милостью провидения оказался некто, кто в этот момент как раз поднимался по лестнице. В непроглядной темноте я просто налетела на него, и мы уже вместе чуть ли не кубарем отсчитали ступени до первого этажа.

Едва оказались внизу, мой собрат по несчастью, на которого я приземлилась, весьма витиевато выругался, поминая каких-то там демонов изнанки. Я точнее не разобрала – от пронзившей левую лодыжку боли даже дыхание перехватило.

– Эй, вы там не поубивались? – послышался голос с верху лестницы.

Дожила. Уже крысы интересуются моим здоровьем.

– А ты сам проборозди эту лестницу кубарем и узнаешь, – весьма невежливо отозвался неизвестный подо мной и уже мрачно обратился ко мне: – Ты вообще вставать собираешься, или как?

– Я пытаюсь, – зло отозвалась я. Малейшее движение отдавалось болью в ноге.

Послышался звук открываемых дверей и следом голос Дарлы:

– Что тут у вас произошло?

Крыс охотно пояснил:

– Кира свалилась с лестницы на Рефа, чем, похоже, вышибла из него последние крохи вежливости.

– Так нужно помочь им! – теперь уже обеспокоенно воскликнула Аниль. Видимо, самая сердобольная в этом дурдоме.

– Ага, в такой темноте? – не согласился крыс. – Ну-ну, давайте. Мало нам двоих пришибленных, так все вместе будем там внизу лестницы валяться.

– О, лестница во тьме ночной сулит нам всем заупокой, – меланхолично присоединился Тавер.

– Ну, началось! – едва ли не зарычал крыс.

– А мне понравилось, – тут же возразила Дарла. – Особенно про заупокой.

Невидимый в темноте Реф приглушенно выругался, снова поминая демонов изнанки. На этот раз в том контексте, почему они до сих пор не смилостивились и не утащили куда-нибудь его одногруппников. Я к тому моменту кое-как все же отодвинулась в сторону, но встать все равно не могла. Нога болела адски, даже слезы навернулись на глаза. Так я и сидела, держась за больную ногу, сжав зубы и молча плача.

– Ой, а я про заупокой еще много могу, – между тем радостно говорил Тавер. – Это такое замечательное слово! Рифмуется со всем подряд!

– Извините, что отвлекаю, – едва ли не рявкнул Реф, – но когда у вас там закончится заседание поэтического кружка, может, все-таки соизволите спуститься и помочь?!

– Ага, как спускаться? – скептически поинтересовался крыс. – На ощупь? Вы сами, что ли, встать не можете?

– Я не могу, – зло ответил Реф, – тут пол треснул, нога застряла.

– Кира! – обеспокоенно позвала Аниль. – Ты-то чего молчишь? Ты там как?

– Может, она уже ушла? – тут же предположила Дарла.

Угу. Ушла. Если бы. Да было бы куда уйти, то меня бы уже давно и след простыл! А сейчас я даже ничего сказать не могла. Чувствовала, что любая попытка заговорить тут же сорвется в рыдания, уж слишком мне сейчас больно было.

– Молчит, – констатировал Тавер. – Точно ушла.

– Да здесь она где-то, – возразил Реф, и тут же чья-то рука тронула меня по больной ноге.

Ахнув от боли, я резко дернулась. Но опять не слишком-то удачно. Ударилась спиной об столик, который, оказывается, стоял рядом. Так же, как и Реф, на которого что-то громоздкое с пошатнувшегося столика упало.

– Ну все. – Похоже, Реф окончательно разозлился.

Раздался едва слышный хлопок, и под потолком тут же вспыхнул яркий сгусток белого огня. Стало светло, как днем, я аж невольно зажмурилась. Но, увы, уже через мгновение снова воцарилась темнота. И прозвучал назидательный голос духа Дома:

– Реф, напоминаю, ночью свет зажигать запрещено.

– Алем, ну пожалуйста, – попросила Аниль, – ты же видишь, какая ситуация.

– Правила нарушать нельзя, – все так же монотонно отозвался призрак. – Ни магический свет, ни свечи, ни факелы – вообще любые источники света ночью в Доме запрещены.

Реф снова тихо выругался одновременно с раздавшимся легким треском дерева.

– Что там? – насторожился Тавер. – Еще что-то сломали?

– Нет, это я наконец высвободился, – отозвался Реф. – От вас же помощи не дождешься. Гран!

– Чего? – отозвался крыс.

Гран? Тот громила? Он же горным бараном бегал! И он же крыса?

– Ты, когда обращаешься, светишься немного, – ответил Реф. – Давай-ка раз пять туда-сюда обернись. Сможешь?

– Постараюсь.

И тут же наверху в темноте полыхнуло легкое мерцание, а потом еще одно. А меня вдруг кто-то поднял на руки. Очевидно, Реф. И, ориентируясь на слабый свет наверху, он спешно поднялся по лестнице. А тут уже снова царила темнота. Но здесь хоть теоретически ориентироваться проще было.

По-прежнему со мной на руках, Реф прошел куда-то вперед. На мгновение остановился и, судя по скрипу петель, чуть ли не пинком открыл дверь в комнату.