Алексей Ефимов
Контрабандный Демиург

Он не боялся смерти. Он не боялся даже жизни.

1

Крутой Дэн сплюнул и решительно переступил порог каюты.

Плевать в каютах не разрешалось, но ведь он был Крутым. По крайней мере, таким он считал себя сам и так он велел называть себя всем в своем родном шахтном поселке на астероидах Кариды. Учитывая, что все население поселка едва достигало пятисот человек, назвать славу Дэна обширной было трудновато. Да и славой его сомнительные достижения на почве рэкета и терроризирования односельчан можно было назвать с большой натяжкой. А хотелось ему именно славы… Славы на криминальном поприще. То, что специалисты подобного профиля как раз стараются славы избегать, Дэна не смущало – его вообще ничего не смущало.

В его весьма узконаправленном воображении собственный побег от службы безопасности шахты, присланной откликнувшейся, наконец, администрацией, был решительным шагом навстречу лихим приключениям на галактических просторах, и теперь он готовился совершить свой первый шаг на «большую землю» – космодром планеты Карида III.

Собственно, Крутой Дэн к нашей истории имеет более чем посредственное отношение – просто так бывает, что у истории нет конкретного начала. Часы не бьют полночь, императоры не сдвигают решительным жестом флажки на картах, ученые не открывают новый изотоп… Нашу историю можно было начать и полгода раньше, и совсем в другом месте, благо сегодня, в середине четвертого тысячелетия, само понятие расстояния и времени более чем относительно… Но мы отвлеклись, а Крутой Дэн такого бы не потерпел.

Путешествие на «большую землю» предполагает хоть какую-то подготовку. Ну, кроме собственных мечтаний. Но Крутой Дэн, предупрежденный о решении администрации двоюродным братом (который считал, что пусть лучше Дэн влипнет посерьезнее сам, чем вернется через полгода после отсидки в «яме»), был вынужден собираться столь спешно, что составлять планы было ему недосуг. Думаю, если мы еще раз поставим под сомнение способность Дэна к составлению планов, то читатель вконец заклеймит нас занудством, и будет в этом абсолютно прав, так что мы не будем. Скажем только, что представления Дэна о «большой земле» сводились к историям, выслушанным от пьяных шахтеров в кабаке. Нет, он, конечно, знал, что система Карида располагается в четвертом кольце галактики (и даже то, что всего колец семь), считая от «ядра» к краю, и что она является вполне серьезным промышленным узлом сектора, но дальше на уроках галаграфии он обычно засыпал.

Работать в шахте на астероидах сложно. Особенно если ты не высококвалифицированный рабочий-оператор буровой установки, а оператор кирки, лома и лопаты, отгребающий мусор. Довольно распространенная судьба для местных уроженцев, для которых мечта выбиться в люди заменяет собой путеводную звезду. Реализовать мечту пытаются по-разному: кто-то корпит над голо-учебниками круглые сутки, кто-то подлизывается около зданий администрации в надежде получить работу курьером и хоть так попасть в цивилизованное общество, ну а кто-то не рассчитывает ни на что, кроме своей силы.

Крутой Дэн знал и уважал силу. Он быстро понял, что тратить ее в шахтах на камни неразумно (вот и говорите потом, что дурак). Та же сила, потраченная на односельчан, давала куда больший результат, который можно было весело прокутить в кабаке. Там же он узнал о лихих пиратах, презирающих любые законы, кроме своих собственных, там же он громогласно повелел именовать себя не иначе как Крутым Дэном, и там же сформировались его большие планы на дальнейшую жизнь, о чем мы говорили выше. В общем, ордер на свой арест Крутой Дэн воспринял как подарок судьбы, и воспользовался советом двоюродного брата уговорить водилу буксира подкинуть его до орбитальной станции Карида III/2 за ящик «Метеора». Оттуда он уже на обычном челноке спустился в космопорт, с чего, собственно, и началось наше повествование.

Космопорт Кариды III вряд ли произведет на вас впечатление – обычная погрузочно-разгрузочная система, бесконечно приземляющиеся и стартующие челноки, всевозможные станции транспорта и толпы снующих вечно угрюмых и занятых людей. Добавьте к этому панораму расположенного невдалеке промышленного сектора и накройте полученный пейзаж тяжелым серым небом. Но для Крутого Дэна, не избалованного в своей жизни путешествиями, это было сродни откровению – как же велик, оказывается, мир! Ну да, по сравнению с шахтным поселком – и правда, здорово, тут уж не поспоришь. Даже воздух, насыщенный выбросами бесчисленных труб мегаполиса, казался ему удивительно свежим (не комментируется) и пронзительным (а вот тут согласимся) – пробирает до глубины души. Душа протестует.

От космопорта к городу проще всего добраться было по железной дороге. Прямо скажем, без удобств, но зато быстро и недорого. Кое-какая мелочь в кармане у Дэна бренчала – остатки того «дельца», из-за которого ему и пришлось «делать ноги». Но остатков тех было не много – челнок со станции «за спасибо» не перевозит, даже если бы Дэн смог оперативно разучить нужную комбинацию звуков.

Проводив завистливым взглядом отъезжающие от терминала «альфа» изящные «жо…» ммм… пардон, устройства для комфортного перемещения несколько располневших пятых точек, и пообещав скорую встречу их владельцам, Крутой Дэн влез в наполненный вагон. Народу тут было многовато, но Дэн с его внушительной комплекцией быстро расчистил для себя место. На него хмуро покосились, но протестовать не стали – варианты развития событий просчитывались «на раз», и желающих подобного развития не нашлось. Дэн довольно усмехнулся, поправил на коленях сумку со своими пожитками и восторженным взглядом уставился в грязное окно, за которым пейзаж космопорта плавно перерос в пейзаж пригородных складов, а затем и бесконечных промышленных комплексов.

2

На одной из городских станций Крутой Дэн вышел из вагона. Особых планов у него не было, но ему хотелось выпить. Отметить, так сказать, начало новой жизни. Кроме этого, он знал, что именно в кабаках можно выведать много чего интересного, а то и дельце какое, быть может, подвернется. Ну и насчет конуры можно будет справиться. Но это уже после попойки.

Отловив около станции такси, Дэн решительно кинул на сиденье свою сумку и забрался внутрь сам.

– В кабак! – скомандовал он сидящему впереди водиле.

– Какой? – таксист – сморщенный мужичок с желтоватой кожей, одетый в красную рубаху и кепку болотного цвета, повидал на своем веку достаточно петушков, так что газовать не спешил. Вместо этого он перебросил окурок из одного угла рта в другой и нащупал на поясе парализатор.

– Где есть с кем перетереть! – уверенно выдал Дэн после недолгого раздумья.

– Оплата вперед. – В тон ему сказал таксист. Дэн поморщился, но вспомнил, что ему теперь мелочиться не с руки, и царственным жестом кинул на сиденье вперед пару пластиковых кредиток. Таксист сграбастал добычу, нажал на панели кнопку записи происходящего в салоне (Дэн об этом не знал – он уже вовсю пялился по сторонам), и стартанул.

Внутренности Дэна сжались, когда старая колымага оторвалась от земли, но он старался не показывать виду, что ему в новинку летать. В шахте особо не полетаешь. Разве что вниз.

Долго их полет не продлился, хотя запомнился Дэну навечно – водила заложил пару крутых виражей, и разок едва разминулся с мусоровозом, так что коленки у Дэна тряслись, и он не заметил, что шеф его неплохо нагрел.

Это был именно такой кабак, который представлялся Дэну в его мечтах. Разве что располагаться он мог бы немножечко пониже – Дэн внезапно понял, что открывающаяся за ограждениями пропасть его отнюдь не манит и не навевает романтических настроений. Скорее уж наоборот, Дэн постарался убедить себя, что заведение находится на твердой земле, куда можно прийти пешком, а не только прилететь на чокнутом такси. Может, тут хоть лифт есть?

Внутри кабак был весьма обширным, особенно если сравнивать с единственным знакомым Дэну аналогом. Он даже состоял из нескольких секций, отделенных друг от друга сомнительными перегородками. Кабак был почти полон – вечер трудового дня работники бесчисленных заводов предпочитали проводить примерно так же, как и их коллеги на астероидах.

Впрочем, рабочих-то тут практически и не было. Едва зайдя внутрь, Дэн буквально спиной ощутил, что ребята тут собрались самые что ни на есть серьезные, хоть и с вполне мирными целями. Рабочие ближайших заводов и сотрудники космопорта сюда тоже иногда захаживали, но они являли собой явное скромное тихое меньшинство, и надолго старались тут не задерживаться.

Бегло оглядев помещение и посетителей, и сам будучи подвергнут пристальному осмотру пары десятков недоверчивых глаз, Дэн аккуратно (вот дожили-то) стал лавировать к стойке.

Стоящий за стойкой бармен не намного уступал Дэну в телосложении – здоровый, мощный, непонятно как помещавшийся за стойкой детина присматривал тут за порядком отнюдь не номинально – ему не улыбалось платить за сломанную мебель из своего кармана, а к заверениям поставщиков, что стулья из октопласта не сломает даже бешеный слон, он относился скептически. Черный Тин знал – бешеный слон, может, и не сломает, а вот его завсегдатаи вполне даже могут, особенно будучи под градусом и на интерес. Почему бармена звали Черный Тин? Потому что он мог одним только своим видом убедить древнее общество Ку-Клукс-Клан в полном составе в ошибочности своих взглядов, особенно если руки у него в этот момент будут заняты не бутылками и бокалами, а более привычными орудиями членовредительства, которые аккуратно складированы под стойкой и дожидаются своего часа.

Черный Тин без особого интереса осмотрел подрулившего к нему здорового светлого парня в простенькой одежде рабочего класса и со смешанным чувством в глазах. Сразу видно, что деревня впервые в город вырвалась, и вдруг оказалось, что тут тоже люди есть.

– Тока с луны свалился? – беззлобно спросил он у замешкавшегося парня?

– Ну, тип того… – ответил Дэн, прикидывая, что лучше быть вежливым, да и не расходиться сильно – его капиталы стремительно таяли, так что на хорошую попойку лучше не рассчитывать. Ничего, когда-нибудь потом. Успеется еще.

– Ну, тогда приземляйся и промочи горло! – Черный Тин кивнул на один из свободных табуретов у стойки. Дэн приземляться не спешил. Причина его задержки была как раз в табурете – Дэн предпочитал отдыхать с комфортом, а не ютиться на вращающейся кочке, которая была ему явно мала. Дэн еще раз осмотрел помещение – с этой точки были видны все секции бара, а не только та, что просматривалась от входа. «Удобно на случай облавы» – мельком подумал Дэн.

Бар был почти полон, и свободных мест, кроме как у стойки, не было вообще. Обычно Дэн подобные вопросы решал быстро, но тут был явно не тот случай – одиночных посетителей в баре не было, а с компаниями, притом такими, лучше не связываться. Кроме одной.

Крутой Дэн заметил, что за дальним столиком закрытой секции сидит более чем странная парочка – в самом углу на довольно комфортабельном диванчике сидит какой-то старикан франтоватого вида, а напротив, согнувшись в дугу – какой-то коротышка и что-то быстро старику втирает. Старик при этом на коротышку особо не смотрит – все его внимание поглощено портативным голопроектором, переведенным в закрытый режим, когда изображение видно только смотрящему, и не видно тем, кто находится по сторонам.

– Кантуй груз на тот столик. – Бросил Крутой Дэн уже через плечо. Дэн много чего на свете не любил. Но разнообразные пижоны, щеголяющие навороченными штучками, в этом списке занимали достойное место, так что он не очень долго определялся с выбором.

Окружающая температура понизилась настолько быстро, что даже такой толстокожий индивидуум, как Дэн, почувствовал. За соседними столиками прекратились разговоры, и на Дэна посмотрели уже очень внимательно. Можно даже сказать, прицельно.

– Как бы тебя самого сейчас не закантовали. – Тихо сказал в спину Дэну Черный Тин.

Внезапно Дэн понял, что иногда он в состоянии мыслить очень даже быстро. И что лучше бы он проделал это пару минут назад, ибо не может просто так в таком кабаке сидеть пижонистый франт, если он тут не заправила, тем более, если он выслушивает каких-то шестерок.

Дэн быстро развернулся и решительно взгромоздился на табурет, спиной к закрытой от посторонних глаз секции бара.

– Это какой-то местный бугор? – спросил Дэн у Черного Тина, когда атмосфера немножко разрядилась.

– Не совсем. – Сухо сказал бармен. – И раз уж ты ничего не знаешь, то лучше тебе и дальше ничего не знать.

– Я как раз искал работенку… – Дэн внезапно подумал, что его шансы немного возрастут, если он не будет строить из себя бывалого парня. После такого-то прокола.

– Это точно не к нему. Во всяком случае – тебе. Обратись к Мику, – бармен кивнул в направлении одного из плотно оккупированных столиков в открытой части бара. – Ему как раз нужны крепкие ребята. Заодно осмотришься и пару кредитов подзаработаешь. Когда он спросит, что ты хотел от мистера Моннера, то скажи, что искал работу. За это с тебя причитается.

Черный Тин потерял интерес к разом повеселевшему громиле, а мы проводим взглядом напоследок могучую спину Крутого Дэна. Вряд ли мы когда-нибудь еще с ним столкнемся, хотя кто знает? Галактика тесная. Свою роль в нашем повествовании Крутой Дэн отыграл – привел нас в бар «Кариатида», а заодно обратил внимание на главное действующее лицо всей последующей истории. Кстати, про историю – никто из завсегдатаев, разве что за исключением все того же мистера Моннера, не знает, что означает странное название бара и как он его получил. Прохожие зеваки путают его с названием системы, а посетители между собой называют заведение «Кара». Создает нужную атмосферу и намекает нежеланным гостям, что их ждет, зайди они сюда по недоразумению.

Как бы то ни было, Крутой Дэн отбыл в поисках счастья, а его место у стойки занял не менее колоритный тип. Его можно было бы назвать Крутым Стивом, если бы в данный момент это не сошло бы за издевательство. Да и вообще, прозвище «Крутой» подошло бы примерно к восьмидесяти процентам посетителей данного заведения, так что мы не будем в дальнейшем заострять на этом внимания. От своего собрата по жизненным взглядам Стив отличался тем, что уже успел сколотить небольшую банду и даже умудрился не попасться после парочки мелких дел. Одним словом – чуть более высокий этап той же карьеры.

Стив тоже мечтал о вершинах криминального бизнеса. Вот только он уже успел убедиться, что сила далеко не всегда является главным аргументом, и что у некоторых ее явно больше. А так же в том, что сотрудники правопорядка далеко не все сплошь поголовно идиоты, как принято считать на самом дне его общества. А главное – он отчетливо понял, что ему явно не хватает массы специальных знаний, а так же дельного совета о том, куда лучше и выгоднее приложить имеющуюся у него в наличии силу. Именно за этим – знаниями и советом, он и пришел сегодня в «Кару» – место, где можно получить и то, и другое. Не за бесплатно, конечно.

О том, что именно в «Каре» можно получить желаемое, ему поведал… Как бы это так сказать… Еще более опытный коллега, к которому Стив старался лишний раз не обращаться – уж больно накладно всегда выходило с расплатой по счетам. Но последняя «ходка» говорила явно – еще один такой прокол, и ночевать в ближайшие лет пять Стиву со товарищи предстоит на нарах, так что лучше было раскошелиться. Ну а о том, откуда знал о «Каре» тот самый старший коллега, вообще можно не говорить – о ней знали все. Может быть, звучит слишком вычурно и обще, тогда уточним – все более-менее серьезные представители криминального мира не только системы Карида, но и некоторых близлежащих.

О правилах поведения в «Каре» Стива тоже проинструктировали, притом совершенно бесплатно – чтобы в случае возникновения недоразумений цепочка следов не привела, куда не надо. Правила эти были просты – вести себя вежливо, вопросы задавать конкретные, и на встречные вопросы отвечать точно. Собеседник все равно знает больше, чем вопрошающий, а за юление кивком указывается на выход. Ставка за «консультацию» одинакова для всех – десять процентов от намечаемого дела. Разумеется, в случае успеха. В случае, когда мистер Моннер советует в дело не влезать, рекомендуется послушаться, впрочем, тут уже никто не настаивает – если своя шкура не дорога, то это твои проблемы, а уже уверенность в собственных силах – дело десятое. Как правило, мистер Моннер намного лучше знает, сколько у Вас сил. Знает он и о том, выгорело ли дело, и сколько удалось взять. За точностью расчетов и порядком оплаты как бы никто не следит, просто в случае «забывчивости» или «арифметической ошибки» дальнейшие консультации не оказываются, вот, собственно, и все. Впрочем, те годы, когда подобные ошибки имели место быть, давно прошли, а о тех, кто таковые допускал, хоть иногда и вспоминают, но уж явно не за тем, чтобы похвалить за сообразительность.

Стив прокашлялся, и спросил у поднявшего на него взгляд бармена: «Мистер Моннер занят»? – То, что у мистера Моннера посетитель, Стив видел и так – не слепой, в самом деле. Понять, кто из местных является мистером Моннером, тоже было несложно. Скорее, трудно было делать вид, что его не замечаешь, но такова дань вежливости, и ничего с этим не поделаешь.

– Занят. – Сухо сказал бармен. – И после этого к нему есть еще посетитель. Где-то минут на двадцать. Выпьете что-нибудь? – Стив кивнул, и перед ним поставили бокал с пивом. Пить что-то более крепкое перед разговором с мистером Моннером не стоило, а то, что разговор будет, ему только что недвусмысленно сообщили. В противном случае обычно бармен рекомендовал зайти попозже, либо, совсем уже в нежелательных случаях, вежливо осведомлялся, кто такой мистер Моннер. В этом случае считалось за благом быстро унести ноги. Пусть даже и в мешке.

Расположившись за стойкой и взяв в руки бокал, Стив принялся неторопливо потягивать свое пиво – просидеть ему предстояло долго, а вот заказывать добавки не следовало. В промежутке между глотками Стив изучал отражение в бокале. В нем, кроме выпуклой рожи самого Стива, отражался как раз тот сегмент бара, в котором обычно заседал мистер Моннер. Видно было плохо, да и приглядываться особо пристально не рекомендовалось. Просто угол бара. Совершенно пустой и неестественно чистый. Ничего интересного.

3

Тем временем странный посетитель, сидевший за одним столом с мистером Моннером, закончил свой торопливый и сбивчивый рассказ. Выглядел он явно потрепанно, особенно по сравнению со своим собеседником, но это был постоянный эффект, от которого Коротышка Шкон никак не мог отделаться. Ну не дано, хот ты в шмотки «от кутюр» рядись. Все равно, как будто стырил. Мистер Моннер, не глядя на собеседника, засунул руку во внутренний карман и вытащил оттуда пару кредиток. Глаза Коротышки алчно блеснули, он быстро сгреб пущенные по столу пластинки и с поклоном удалился.

Мистер Моннер, все это время не отрывающийся от своего голопроектора, достал из специального гнезда стилус, закрыл открытую до этого общую ленту планетарных новостей и сделал несколько пометок. Когда он закончил, к его столику подошел высокий седеющий мужчина, который тоже не слишком вписывался в общую публику бара, но на него также ровным счетом никто не обращал внимания.

– Вечер добрый, Крун! – вполне дружелюбно, а главное – расслабленно, поздоровался мужчина с мистером Моннером.

– И тебе не болеть, Кастер. – Мистер Моннер убрал свой голопроектор и внимательно посмотрел на своего нового собеседника. Ну а мы воспользуемся случаем и, наконец, опишем мистера Моннера поподробнее, благо ничего теперь нам не мешает.

Это был пожилой худощавый джентльмен, лет семидесяти. Его волосы, как и пышные усы, давно стали абсолютно седыми, а на фоне сморщенной загорелой кожи особенно ярко выделялись голубые глаза, которые не потускнели с возрастом. Общую хищность и напряженность не могли скрыть плавные и неторопливые движения, но особой угрозы от его фигуры не веяло. Одевался Крун Моннер чрезвычайно старомодно – он предпочитал носить полный костюм алюминиевого цвета и такую же шляпу, с которой практически никогда не расставался. В довершении образа мистер Моннер курил старомодную трубку, ну или хотя бы держал ее во рту.

Отставной майор космических сил Визарской империи, он добровольно ушел в отставку по достижении раннего пенсионного возраста (чрезвычайно редкий поступок среди его коллег). Дальнейшая военная карьера его не интересовала, хоть перспективы на получение очередного звания были весьма радужными (с его-то связями). Просто за годы службы общая манера поведения военных сидела у него в печенках, и терпеть ее дальше Крун Моннер не собирался ни за какие коврижки, тем более, что такая ерунда, как жалование, на тот момент его уже давно не интересовала.

Свою службу во флоте юный и неопытный Крун начинал связистом. Он с детства интересовался любой техникой и знал ее отлично, так что поступление во флот для него проблемой не стало. Уже во время службы мистер Моннер сделал главное открытие своей жизни – вселенной правит информация. Главное – это ее достоверность и своевременность. Цена заминки может измеряться стоимостями трансгалактических корпораций… Ну, или человеческими жизнями – тут уж кому какая валюта ценнее. Важно кому, где и когда эта информация может понадобиться.

Еще позже он понял, что источником полезной информации может стать что угодно. Главное – уметь слушать и вылавливать из бесконечного сумбурного потока по-настоящему важные вещи. Пожалуй, это открытие шокировало его даже больше первого. Взглянув новым взглядом на повседневную жизнь, он понял массу того, чего обычные люди стараются в упор не замечать. Как врут политики, как воруют начальники, как закрывают на это глаза те, кто должен следить за порядком, и чтобы все действительно были равны, а не кто-то был равнее. Скажете, новость? Пожалуй, не совсем. Только Крун Моннер сделал на этом третий вывод, изменивший его жизнь – информацией нужно уметь воспользоваться. Без этого – никак.

Правдами и неправдами (неправда – тоже информация, которую надо уметь применять) он добился перевода в снабжение. Что связисту делать в снабжении? Поначалу-то он был экспертом по аппаратуре, благо разбирался в ней действительно превосходно. А потом как-то враз стал заниматься координацией и перемещением. Как? Как-как… Считать хорошо умел… Это значит, что получалось у него то, что надо, а не то, что на калькуляторе.

Ну, а дальше… Вы представляете, какой реальной властью обладает человек, знающий о перемещении армейских грузов по галактике? Ему даже не обязательно знать о том, что именно пошло не так – он узнает это позже, из аудиторских отчетов. Просто, когда в систему, пострадавшую от засухи, направляется груз с усиленным армейским пайком, наверняка найдется кто-то, кого эта информация наверняка заинтересует. Или большой груз высококачественной смазки, движущийся в промышленно развитый сектор… Или запчасти к технике двойного назначения… А если добавить сверху информацию об охране груза, замках, сигнализации и предполагаемом месте размещения, то стоимость такой информации будет существенно выше, чем сведений, полученные от интенданта. Что дальше – уже не важно. Пожар, усушка, утруска, недостача, неправильная посадка, подложные документы… На усмотрение заинтересованных сторон. За дополнительную плату можно порекомендовать то, что наверняка будет наиболее удобным в той или иной ситуации. Но это уже по желанию.

Скажете, что легко высчитать? Ну да, легко. Особенно если уметь считать. Поэтому никогда не следует забывать о том, что глаза и уши есть у многих. И вообще – особо лучше не зарываться. Мистер Моннер особо и не зарывался, памятуя о том, что птичка по зернышку клюет, а сыта бывает. Он не стремился перебраться в метрополию или главный штаб. Он не стремился сделать карьеру. Он все больше и больше понимал, что интересные дела найдутся где угодно – надо только уметь искать. Он и учился, все чаще слушая трижды отредактированные новости, сплетни стариков и пьяные байки капитанов. Крутой Дэн наверняка бы удивился, узнав, сколько ценной информации из них можно извлечь. Важно знать, куда эту информацию следует встроить.

Информация никогда не дается целиком. Она всегда разбита на кусочки и осколки, которые разлетаются во все стороны от эпицентра событий. Чем лучше вы умеете искать, чем лучше умеете сравнивать линии излома, пристраивая друг к другу, казалось бы, совсем несовместимые вещи, тем большую картину вы видите в итоге. И тогда вашей осведомленности позавидуют иные спецслужбы, которым как раз и не стоит лишний раз свою осведомленность демонстрировать.

Чем больше Крун Моннер узнавал о жизни, тем больше уходил в тень. Быть может, наверху куши и жирнее, но и среди процессов лавировать потруднее будет. Мистер Моннер осел на планете Карида III по многим причинам. Она была достаточно большой и промышленно развитой, чтобы на ней не перевелись интересные дела. Она располагалась достаточно далеко от центра, чтобы на ней можно было эти дела провернуть и не привлечь внимание серьезных служб. Она была не настолько развитой, чтобы торговля информацией тут была особо опасной, или представляла для кого-то существенную угрозу. Тут еще не все было поделено конкурирующими группировками, да и статус этих группировок был весьма сомнительным. Тут можно было встретить и свободно пообщаться с любым гражданином галактики и не вызвать этим вопросов. Тут в любой момент можно было раствориться и исчезнуть. Ну а то, что окружающий пейзаж был далек от голопроекций известных курортов… Мистер Моннер не так уж часто покидал территорию «Кары», чтобы любоваться на красоту промышленной романтики.

На момент окончания службы мистер Моннер был достаточно состоятелен, чтобы купить не только виллу на берегу лазурного океана, но собственный космический крейсер. Просто ему куда больше удовольствия доставляло купаться в море информации, чем в море с русалками, так что его многочисленные и хорошо запрятанные счета росли, а сам он сидел в уютном и относительно чистом углу сомнительной забегаловки под бдительным присмотром десятков внимательных глаз.

Про присмотр, пожалуй, следует сказать особо. «Кара» не была собственностью мистера Моннера. Толкущиеся в ней головорезы не были его армией. Просто так получалось, что практически каждый из присутствующих тут личностей был очень обязан мистеру Моннеру. Иногда информация об особой сигнализации помогает спасти свою задницу там, где она должна быть неминуемо поджарена. Иногда пара слов, шепнутых на ушко усатым ртом, помогает не попасть в облаву. Иногда – предотвратить серьезную разборку. А иногда и промолчать, что уведет ненужное внимание совсем в другую сторону. Так что Крутому Дэну нужно было сделать еще два шага, чтобы превратиться в дуршлаг. Он еще узнает об этом. Со временем. И выставит бармену, а заодно и тем, кто сидел за соседними столиками, хорошую выпивку. Понимая, что делает это он благодаря успешному рейду, а успешным рейд стал благодаря нескольким замечаниям, брошенным вскользь человеком, которого тут ну в упор не замечали.

Так получилось, что мистер Моннер был выгоден живым абсолютно всем. Он так и выстраивал свои отношения с воротилами криминального мира, чтобы всегда быть полезнее, чем опаснее. Он не предоставлял никакой секретной информации или чьих-то тайн. Мистер Моннер хорошо знал цену подобным вещам. Выдаваемые им сведения можно было получить и массой иных способов… Потратив месяцок-другой на их сборы. Просто мало кто это умел. Вот сотрудники правопорядка имели на мистера Моннера серьезный зуб, но сделать ничего не могли – формально, по местным законам, он был чист. А впридачу прикрыт защитой и связями поистине галактического масштаба, так что ретивым сыщикам оставалось только кусать локти в бессильной злобе и ждать лучших дней, а пока получать от своего менее принципиального руководства рекомендации обходить район «Кары» стороной. Во избежание.

Все, что мы вам тут только что понарассказывали, тоже не является тайной. Тот же таксист, который отвозил сюда Крутого Дэна, например, практически все это знал. Таксисты вообще осведомленный народ…

4

– Как дела, Крун? – высокий джентльмен удобно устроился напротив. Был он почти ровесником мистера Моннера и почти такой же седой. Ростом он был выше на полголовы, но из-за нешироких плеч создавалось ощущение диспропорции, которое усиливал виднеющийся пивной животик. В остальном сей джентльмен был непримечателен, разве что бросался в глаза его плащ – мистер Кастер пришел в плаще. На улице обещали дождь, а мистер Кастер был из тех, кто верит в прогноз погоды даже вопреки собственным глазам.

– Неплохо, неплохо… Тебе не жарко? – мистер Моннер смерил своего собеседника взглядом, впрочем, вполне теплым и не лишенным некоторой насмешливости. Он был рад этому визитеру.

– Обещали дождь! – мистер Кастер обеспокоенно изучил неизменный костюм мистера Меннера.

– Еще два дня назад. Ты неисправим, Кастер! – усмехнулся мистер Моннер.

– Просто не люблю мокнуть. Хорошо, что я тебя тут застал. Интересную вещь хочу рассказать! – Не застать в «Каре» мистера Моннера довольно трудно, хотя именно мистер Кастер относился к тем, кто удивлялся этому всерьез. Он вообще был необычным человеком. – Представляешь, интересный сегодня груз пришел!.. – примерно так начинались все истории, рассказанные мистером Кастером за последние двадцать лет их знакомства. Притом интерес у мистера Кастера мог быть вызван перламутровыми ракушками с Малеарских островов системы Катун или новыми плазменными резаками «Сондойл корпорейшн», но мистер Моннер уже давно научился внимательно слушать своего старого друга. Его любознательность порой играла поистине ключевую роль, даже если доля действительно полезных сведений была равна миллипроценту.

– Так вот, смотри, приходит ко мне накладная, в которой значится партия панелей для гидропонических ферм. Фирменные «Саннитаймз индастриз», все как надо, все дела, печати, комар носа не подточит. Да и перевозит их не кто-нибудь, а «Паралат-транс», представляешь?

– Ну-ну, – усмехнулся мистер Моннер, – и правда, интересный груз. Гарант надежных перевозок доставляет лучшие в галактике комплектующие для гидропонических ферм… На Кариду III, где из-за вечного смога некоторые дети не знают, как выглядит солнце. Просто-таки феноменальный маркетинговый ход! Конкуренты, небось, ногти сгрызли, пытаясь понять, зачем.

– Во-во! Так ты дальше слушай! – распалялся мистер Кастер. Мистер Моннер заботливо налил ему в чашечку кофе. Такое развлечение дорого стоило. – Смотрю я груз, а он опечатан по классу С!

– А вот это уже и впрямь интересно! – мистер Моннер посерьезнел. Класс С означает тщательную защиту от механических повреждений, температурных перепадов и попадания влаги. Под этим классом обычно перевозится техника, а уж никак не пластины, которым температура и влажность изначально должна быть пофиг.

– Вот и я про что! И при этом – все в порядке! Документы перепроверили трижды, контейнер вскрыли и проверили… Все чисто. Я бы даже сказал, предельно чисто.

– Ясно… – Мистер Моннер задумался, постукивая пальцем по столешнице. – А кто получатель груза?

– Внутренняя перевозка. Получатель сами же «Саннитаймз»…

– У которых вдруг нашлось куча лишних денег, чтобы нанимать для внутренней перевозки «Паралат». Чудненько! – мистер Моннер достал свой голопроектор, стилус, и углубился в свои записи. – А ты часом не в курсе, от «Саннитаймз» еще какие-нибудь поставки были в последнее время… Неинтересные?

– Нет. На всякий случай я проверил. Вообще ничего.

– Очень интересно. А куда направился груз?

– В накладной были указаны склады на Малой Инвере…

– Замечательно, можешь не продолжать! – мистер Моннер хищно улыбнулся, а мистер Кастер непонимающе захлопал глазами.

– Тебе что-то известно?

– Ну, как тебе сказать… – Мистер Моннер прикидывал, что стоит рассказывать своему хоть и не слишком болтливому, но все же несколько простоватому другу. – Мне известно, что на одном из больших складов на Малой Инвере недавно сменился хозяин. Это-то ладно – хозяева складов меняются часто, а вот новенькие замки, да еще пятого уровня защиты, в этом районе в диковинку.

– Так-так… У нас на складах и то четвертый стоит…

– Вот-вот, а хранятся обычно грузы промежуточного хранения на складах космопорта, а не на частных. Тем более, что гидропонических ферм «Саннитаймз» на Кариде отродясь не было. Ну и прибавим сюда тот факт, что «Паралат» занимается контрабандой ну в очень редких случаях… Что думаешь? – некоторая наивность в бытовых вопросах не мешала мистеру Кастеру в вопросах контрабанды. Как говорится, талант.

– Дай-ка подумать. Если перевалка груза будет тут, то это значит, что груз уходит за границу. Как удачно – Карида как раз тот порт, в который заходят все пять галактических держав. Груз явно запрещенный к вывозу, но не запрещенный в принципе, иначе «Паралат» бы не взялся везти его вообще, не то что до границы. Производства явно «Саннитаймз» – их голопечати у меня вопросов не вызвали, хотя при таком раскладе вариантов много. Маркировка защиты С… Знаешь, когда я смотрел товар, то транспортировочная тара у меня сомнений не вызвала – родная плоть от плоти. Так что речь идет именно о пластинах схожей формы… Ну и плюс цена всей комбинации…

– Подводя итог, лично мне на ум приходит новое поколение солнечных батарей… Они достаточно тонкие, чтобы спрятать их внутри гидропонических панелей… ну и все остальное совпадает.

– Кому нужны солнечные панели? Да еще и по такой схеме? Это же не оружие, в конце концов! – удивился мистер Кастер. Мистер Моннер притворно закатил глаза, усмехнулся и пояснил:

– Много кому. Тем же Гунурам, например. У них вечный дефицит с энергией, а вот аппетиты растут не по дням. У новых солнечных батарей КПД выше на восемь процентов. Ты представляешь, сколько это в пересчете на энергию? Их не зря запретили к вывозу. Учитывая их толщину, в толстую и плотную панель для гидропоники влезет не одна пластина, так что партия идет невообразимо большая.

– И что нам с этим делать? – взволнованно спросил мистер Кастер. – Не зря я к тебе заехал. А ведь мог бы и сам догадаться!

– Не бери в голову. Я с этим разберусь. Ты мне лучше вот что скажи – как твоя племянница? – Мистер Кастер сразу просветлел:

– Ох, спасибо тебе! Этот твой доктор – просто чудо! Я уж думал, придется ее в ядро тащить – у нас таких спецов нет, а ты вот выискал… Не подумай, что я забыл – я как раз хотел тебе спасибо сказать, просто с этим грузом все из головы вылетело…

– Ничего, все в порядке. – Прервал мистер Моннер начавшийся сумбурный поток. Прецеденты были – словоизвержение может длиться часами, а мистеру Моннеру еще следовало успеть провернуть несколько дел. Еще через несколько минут мистер Кастер распрощался со своим старым другом и умчался в больницу навещать любимую племянницу, а мистер Моннер, сделав знак бармену, что пока еще занят, достал из кармана специальный телефон со всеми мысленными защитными наворотами.

– Алло, Мистер Хастриг?… Да, я… Спасибо, вашими молитвами… Ну разумеется, и не только… Да, мне тут вдруг стало интересно – а не заскучала ли там часом ваша особая бригада?… Думаю, что в полном… Да, конечно, вы знаете, где меня найти. До скорого.

5

До встречи с кем-нибудь из представителей одного из боссов криминального мира Кариды оставалось еще достаточно времени. Мистер Моннер вопросительно посмотрел на бармена. Черный Тин кивнул в направлении Стива. Мистер Моннер поморщился, взвесил все «за» и «против», и кивнул. Подумал еще немного, и подал бармену знак принести еще кофе.

Кофе мистер Моннер предпочитал всем остальным напиткам, и на нем не экономил. Иногда Черный Тин всерьез начинал беспокоиться, когда мистер Моннер поглощал двенадцатую порцию за час, но нарушать рецептуру не смел. Для мистера Моннера «Кара» специально закупала особый кофе – настоящий, в зернах, а не ту синтетическую дрянь, которую пили по утрам поколения местных работяг. Этот кофе доставлял специальный курьер со всем возможным уважением. В первый раз Черному Тину пришлось изрядно постараться, чтобы убедить курьера в том, что он не ошибся адресом – «Кара» слабо напоминала роскошные виллы миллиардеров, которые обычно являлись заказчиками подобного деликатеса.

Черный Тин принялся колдовать над специальным аппаратом, а Стив нерешительно зашел в святая святых «Кары» – закрытую секцию для переговоров.

– Добрый вечер, мистер Моннер. – Стив старался быть предельно вежливым. – Я…

– Да знаю я, кто ты! – пробурчал мистер Моннер. – Хуже то, что это знает каждая полицейская ищейка в округе. Вы так наследили в той лавке, что теперь ваши морды с детальным описанием висят на всех таблоидах полиции. Сомнительное достижение, на мой вкус. Совет на будущее – маски не снимайте не только во время дела, но и после выхода. Я понимаю, что было темно, но камеры научились видеть в темноте лучше людей уже давно. Карида хоть и не центр галактики, но и тут городские власти уже понемногу понимают, что лучше потратить часть нераспиленного бюджета на камеры на улицах. Ваше счастье, что с отходом не задержались и ушли грамотно, иначе коптил бы ты уже со своими парнями нары. Ну а с опознанием вы лопухнулись, как я уже сказал.

Стив порядком растерялся. Он был готов к информированности собеседника, но не до такой же степени. Впрочем, его честно предупреждали, что мистер Моннер обычно знает больше, чем сам вопрошающий.

– Ну и что нам делать?… – этот вопрос вырвался сам собой, и Стив сразу же пожалел об этом. Тут ответы стоят дорого. Тем не менее, мистер Моннер вполне сочувственно пожал плечами и сказал:

– Как что? Голомаски на рожи, и затаиться. Придется в них походить какое-то время, так что терпите. Ну и ближе к центру лучше не соваться – там камеры посовременнее стоят, так что на простую голограмму среагируют сразу. А в остальном и сам, небось, сообразишь…

Повисло некое молчание. Стив размышлял над ситуацией, а мистер Моннер его не торопил. С одной стороны, дельный совет Стив уже получил, и лучше бы его было послушать, но ведь можно узнать что-нибудь и на будущее, раз уж все равно пришел.

– Мистер Моннер, мы тут с ребятами дельце одно задумали…

– Конкретнее. – Мистер Моннер взирал на своего собеседника из-под низко надвинутой шляпы вполне благосклонно, а вот время тикало.

– Склад на Индиго 2/13. – Решительно выпалил Стив. Вариантов «дельца» у него в голове было несколько. В том же районе Индиго было еще несколько занимательных точек-складов.

– Ну-ну… И есть у тебя кто-нибудь, кто прилично разбирается в цепях охраны? Объект посерьезнее лавки будет… – мистер Моннер усмехнулся.

– Есть один спец. Он и по цепям, и по замкам…

– Ну-ну… – повторил Мистер Моннер. – Смотри, дело рисковое. Очень рисковое. Если все же решишься, то мой тебе совет – если справитесь с замками… То дальше не суйтесь. – Глаза Стива от удивления вылезли из орбит – такого необычного подхода к ограблению склада он точно не ожидал. Мистер Моннер еще раз усмехнулся и продолжил. – Склады на Индиго – это территория Большого Сэла.

Вот теперь Стив струхнул всерьез. Есть и более приятные способы самоубийства, чем грабануть Большого Сэла.

– Вместо «уборки» просто оставь в замке записочку – чья работа. У Большого Сэла специфические взгляды на подбор сотрудников. Если провернете работу чисто, и если у него будет хорошее настроение, то вам вполне могут предложить присоединиться к делу. Ну, а если напортачите… Сам понимаешь. Выбор за тобой…

Совершенно сбитый с толку Стив поблагодарил мистера Моннера за консультацию, и, размышляя о том, что же ему теперь делать, направился к выходу. Черный Тин поставил на столик перед мистером Моннером емкость с кофе и скользнул обратно к себе за стойку. Мистер Моннер потянулся, раскурил трубку, достал голопроектор и включил его на странице биржевых сводок за сегодня. Еще немного времени до прибытия связного от мистера Хастрига у него оставалось.

6

Вот так, или примерно так проходили дни его нескучной жизни. Иногда, в своей квартире в пентхаузе того же дома, Крун Моннер стоял у большого окна и смотрел на закат. Вообще-то, риэлторы, продававшие в свое время эту квартиру, обещали роскошный вид из окна, забывая упомянуть, что вид этот чаще всего закрыт бесконечным смогом промышленного центра. Но иногда бывали и закаты. Тогда мистер Моннер брал в руку чашечку с кофе и подолгу смотрел вдаль, за горизонт. И тогда ему казалось, что он не гражданин Визарской империи, не человек четвертого тысячелетия, а скромный житель маленького тропического острова посреди Карибского моря, в ту легендарную романтическую эпоху, когда все люди жили еще на одной планете, а тот регион был центром пиратской культуры. Быть может, сведения о тех временах остались весьма расплывчатые, да и то по большей части в сомнительной художественной обработке, да и мистер Моннер был далек от романтики, и на деле знал, что такое пиратский промысел, но ведь иногда так хочется помечтать… Были у него и другие мечты, но в них не находилось места его странному занятию…

Быть может, в ту эпоху ему пришлось бы больше двигаться, чтобы всегда оставаться в курсе всего, что происходит на его маленьком острове. Сегодня важнее не захлебнуться в том потоке информации, который обрушивается на вас всякий раз, когда вы выходите хотя бы в планетарную сеть, не говоря уже о межпланетной. Разумеется, не все используемые им методы легальны… Хотя, по здравому размышлению, что легального осталось во Вселенной? Пожалуй, только право платить и быть обманутым, которое столь бережно охраняет любое государство. Все остальное незаконно, ибо идет во вред великим мира сего.

Иногда Круну Моннеру хотелось клонировать себя, чтобы успевать одновременно следить за закрытыми каналами полицейских переговоров, биржевыми сводками и сведениями, продублированными с центрального компьютера космопорта. Но он как-то справлялся и так – сказывался многолетний опыт и врожденное чутье. Сложнее было следить за постоянно меняющимся миром криминала – уж больно велика была тут естественная текучка кадров.

Человечество уже пару сотен лет твердило о том, что полностью освоило галактику. К сожалению, эти заявления были все так же далеки от истины, хоть на них и появилось чуть больше оснований. Быть может, центральное ядро и «исторический» сектор и вправду были освоены неплохо, но и там хватало белых пятен. Что уж тогда говорить о противоположной части галактики? Взять ту же Кариду, например. Развитая планета, промышленный центр, транспортный узел. Звучит гордо. А на деле это просто космопорт и город заводов на двадцать миллионов человек. Мелкие шахтерские поселки можно в расчет вообще не брать – все вместе на миллион не потянут. Вот вам и промышленный центр. Социальные программы роста и развития так и остаются теорией, потому что каждого очередного мэра после выборов одолевает странная амнезия, которую так и не смогли описать врачи. Amnesia Politikum, шутят острословы.

Пограничный статус Кариды позволял оставаться в курсе новостей не только Визарской империи, но и остальных галактических держав. Всего в галактике их было пять.

Визарская империя, самая большая и напыщенная (хотя тут с ней могли поспорить) занимала ядро и исторический сектор – тот самый, откуда когда-то началась бурная колонизация. Визарские граждане всех мастей часто забывали, что в галактике попадаются представители и других держав. Визарская империя имела больше, чем могла освоить, потому расширение границ ее не интересовало, а расшириться остальным за ее счет не светило из-за действительно мощного флота и наземных частей. Хотя алчные взгляды в сторону слабозаселенных приграничных территорий бросались многократно, но так, чтобы никто не видел.

Четыре другие державы галактики – Гунурский Доминион, Империя Андо, Мазарийский Союз и Савастия были чем-то похожи между собой… Хотя, пожалуй все пять держав были похожи между собой – их ведь основали люди, а люди везде одинаковы. Можно, конечно, вдоволь порассуждать о культурных, религиозных и традиционных отличиях, но Крун Моннер подобных рассуждений старался избегать – это не те темы, которые можно расписать за пять минут за кружкой пива в баре, среди таких же «эрудитов». Различия были достаточны, чтобы о них не следовало забывать. Ну а люди – люди и вправду везде одинаковы.

Схематично галактическую карту рисовали в виде «облаков». Именно тут, в этом секторе галактики не слишком старательные художники сталкивались с основной проблемой – территории Гунурского Доминиона и Империи Андо опасно наслаивались друг на друга. Последняя война между этими двумя державами была лет двадцать назад. Визарская империя ее гордо проигнорировала, хотя о помощи слезно умоляли обе стороны, потрясая в воздухе пактами о вечной дружбе, декларациями о взаимном уважении и общечеловеческих правах. Долго война не продлилась – учитывая не слишком теплые отношения враждующих с оставшимися в тылу соседями, бросать все силы в бой не отважилась ни одна сторона, ни другая, так что мирный договор не заставил себя долго ждать. В честь павших героев назвали новые строящиеся крейсера, пролили скупую слезу над могилами без тел, и на том успокоились. Спокойная и размеренная жизнь галактики продолжалась своим чередом, благо всем было чем заняться. Теми же пиратами, например, которые использовали любую напряженность на международной арене, чтобы активизировать свою деятельность.

Что за космос без пиратов? Пожалуй, эту картину представить себе труднее, чем любую другую. Да разлейся по Вселенной всеобщая благодать, все равно найдутся те, которые решат, что отнимать проще, чем зарабатывать. Бесконечная свобода космоса буквально притягивает тех, кто не терпит над собой никакой власти.

Космосоциологи любили порассуждать, что пиратству неминуемо придет конец в самом скором времени – человечество развивается, и скоро в галактике не останется ни одного свободного пятачка, на котором могли бы укрыться пираты. Только получалось почему-то наоборот. Ну, про белые пятна на карте галактики мы уже и так рассуждали, а вот пираты при этом еще ухитрялись развиваться быстрее человечества, с удовольствием перенимая технические новинки всех пяти держав и используя их себе во благо.

Появилось космическое пиратство примерно тогда, когда перестало хватать пальцев на руках, чтобы пересчитать все космические колонии человечества. С тех пор пираты проделали большой путь, и теперь некоторые пиратские сообщества сами напоминали государства. По силе так уж точно. Штурмовать основные базы нужно было силами не менее чем объединенных флотов, да поди еще к этим базам подберись. Давно осталась позади и эра, когда пираты летали на списанных колымагах или переделанных транспортниках, хотя встречалось всякое. Надо же с чего-то начинать… Единственное, чему радовались некоторые скептики, так это тому, что пиратам по-прежнему невыгодно использовать большие и тяжелые корабли, так что хоть какая-то управа на них имелась. Ну, теоретически.

Вольготнее всего пираты как раз чувствовали себя в приграничных территориях. Всех без исключения государств. Даже Визарская империя признавала, что пиратство в приграничных зонах остается достаточно актуальной проблемой. Те же скептики тут же начинали рассуждать, что «приграничная зона» начинается сразу за пределами ядра, но подобные рассуждения не поощрялись. Еще шутили, что во время последней войны между Гунурами и Андо пираты нанесли обеим сторонам больше урона, чем взаимные боевые действия. Так это или не так, сказать сложно, но то, что у пиратов появилась парочка штурмовых крейсеров, сквозь зубы признавали все. Штурмовой крейсер – это такая штука, которую не заметить очень трудно. Даже если очень хочется. Можно, конечно, какое-то время валить на ошибки в опознавательных знаках – каперство тоже никто не отменял. Но это до той поры, пока такой крейсер не участвует в набеге на собственные конвои или орбитальные заводы – к проблеме сбора сырья и ресурсов для собственного производства пираты всегда относились специфически.

В общем, скучно в галактике не было, как бы ни пытались в этом убедить всех дикторы галановостей.

7

Подобное положение вещей могло тянуться долго. Возможно даже до самого конца, каким бы этот самый конец ни был. Никто не вечен, и пусть средняя продолжительность жизни в Визарской империи равнялась ста двадцати годам, ранний пенсионный возраст способствует некоторым размышлениям о смысле жизни. Но однажды, как говорится, в один прекрасный день привычный распорядок дня мистера Моннера был нарушен.

Обычно мистер Моннер спускался в «Кару» часам к девяти утра, неспешно выпивал чашечку кофе и выкуривал трубку, параллельно просматривая новости о произошедших ночью событиях. Лишь затем, когда он убеждался в том, что ничего не требует немедленного вмешательства, Крун Моннер кивал бармену и Черный Тин начинал пропуск посетителей. Сначала осведомителей, потом просителей, редких и особых клиентов вне очереди.

В этот раз его ждали. На случай разного рода облав и засад у Черного Тина на руке был браслет со специальной кнопочкой. Активировалась она за долю секунды о любую поверхность, и мистер Моннер тут же получал уведомление. В этот раз никакого уведомления не поступало, посему мистер Моннер недовольно сдвинул брови, увидев, что за его личным столиком уже кто-то сидит. С самым, так сказать, ожидающим видом. Вход в закрытую секцию бара охраняла парочка мордоворотов чрезмерно серьезной наружности. Еще парочка была в зале. Еще парочка вежливо улыбнулась мистеру Моннеру от входа в зал. Ну и еще один сидел напротив Черного Тина и поигрывал в воздухе браслетом. Сам Тин сидел на табурете в более чем мрачном настроении, но поделать ничего не мог. В остальном бар был пуст. Особую пикантность ситуации придавало то, что все мордовороты в открытую носили боевое оружие (а не парализаторы) и гибкую боевую броню (а не форму).

Всю эту чудесную картину мистер Моннер увидел еще в кабине специального лифта, соединяющего его апартаменты с баром. Эта картина явно отличалась от той, что показывал установленный у него в квартире монитор безопасности, что впрочем, сильно уже не удивляло. Вопреки ожиданиям, лифт никак не отреагировал на кнопку экстренной эвакуации, а послушно распахнул свои створки прямо перед встречающим эскортом.

Внимательный читатель вправе упрекнуть скромного рассказчика, который вначале повествования заявлял, что четкого начала у истории нет… Так ведь его и вправду нет, ибо не проживи мистер Моннер такую необычную жизнь, не случилось бы в тот день такой необычной встречи.

Картина была скорее гротескной, чем угрожающей. В ней было столько явных несоответствий, что мистер Моннер и не подумал впадать в панику. На него пытались произвести впечатление, но достигли скорее обратного эффекта – уж кто-кто, а мистер Моннер знал, что не бывает абсолютно надежной защиты, и что любая охрана преодолевается благодаря специальной подготовке. Собственно, он мог совершенно точно назвать ту сумму, которая понадобится для преодоления его защиты, и сумма эта была не такая уж большая. Относительно, разумеется. Полиции или частным лицам из числа сыщиков такая была не по карману. Убийцы так точно не делают, ну а со всеми остальными мистер Моннер предпочитал разговаривать без прелюдий.

– Ну и что вы тут за цирк развели? – проворчал он, садясь на свое место и принимаясь набивать трубку.

– Добрый день, мистер Моннер! – вежливым, хорошо поставленным голосом поздоровался с ним сидящий напротив человек. Был он среднего возраста и непримечательной внешности, одет в дорогой официальный костюм. Подчеркнуто дорогой и подчеркнуто официальный. Само собой, по последней моде. Пфф. Мимика и вкрадчивые интонации голоса выдавали в нем опытного переговорщика… Но… как бы это сказать… Переговорщика официальной школы, которых готовят на специальных курсах. Что означает наличие больших денег, но отнюдь не означает наличие таланта.

– Ну почему же сразу цирк? – в притворном изумлении вопросил собеседник. Именно вопросил – не подумайте, что нас на высокую лирику потянуло.

– Ну а где еще можно увидеть столько ряженых клоунов? – ряженые клоуны промолчали. – Надеюсь, вы не забыли по улицам слона провести? Чтоб еще веселее было? Хотя куда уж веселее. Ну и к чему весь этот балаган?

– Почему сразу балаган? Почему ряженые клоуны? – попытался пойти на попятный переговорщик.

– Ну а кто вы еще? Боевое оружие и броня хороши в серьезном деле, а вот посреди города днем это все равно что маскарадные костюмы супергероев комиксов. Они нужны только для того, чтобы в вас пальцами все тыкали, и чтобы массовку зрителей побольше собрать. Вам больше первое или второе хочется? Ну и плюс пушки. Вы бы еще зенитную установку с собой приволокли – она посолиднее выглядит! А уж орбитальная пушка-то как круто выглядит – не передать просто! Жалко, она сюда не влезет! – иногда язвительность Круна Моннера брала верх над его сдержанностью. Тогда окружающим приходилось несладко. – А если вы рассчитывали, что поспарывая с брони опознавательные знаки, создадите вокруг себя ореол таинственности, то тут я, пожалуй, вас даже обрадую – таких таинственных идиотов еще поискать надо. Вы этим сказали мне больше, чем если бы нацепили на себя ритуальные костюмы из исторического музея или парадные мундиры придворной гвардии. Опознавательные знаки, между прочим, отлично подделываются, и об этом знает любой школьник. А до такого выпендрежа не опускается даже полиция, не говоря уже о более серьезных людях. Так что можете проглотить вступительную часть речи о том, как вы рады меня видеть и переходить непосредственно к делу – откуда приперлись и зачем?

– Вы так расписали нашу убогость, что я уж подумал, что вы сейчас сами назовете, откуда мы и зачем. Раз уж никто другой до такого выпендрежа не опускается… – поморщился переговорщик.

– Да пожалуйста! – фыркнул Крун Мэннер. Видеть обидчивых переговорщиков ему уже давненько не приходилось. – Вы наняты некоей более чем финансово состоятельной организацией из-за рубежа, чтобы передать мне некое послание, о содержании которого вы не в курсе. Ну а что касается того, откуда именно эта организация, и чем именно она зарабатывает свои баснословные капиталы, мне, признаться, пофиг. Если уж вам так хочется услышать мое мнение, то это Андо. А что касается рода деятельности, то на ум приходят в первую очередь их помешанные на дурацких боевиках миллионеры.

Переговорщик еще раз поморщился, на этот раз сильнее.

– Вы правы. Меня наняли представители холдинга Танака – теперь уже настал черед морщиться мистера Моннера. Танака – крупнейший финансовый дом империи Андо. Реально им принадлежит чуть ли не четверть этой проклятой империи, и за какими демонами им мог понадобиться Крун Моннер, оставалось только догадываться. Становился также ясен более чем странный способ делать предложения – у этих косоглазых свои представления о чести, порядке и культуре. В любом случае, ему, похоже, пытались оказать честь. То, что не все разделяют их странные взгляды и методы, до Андо не доходит и в более серьезных ситуациях.

Тем временем переговорщик достал из внутреннего кармана своего пиджака три конверта и голодиск. Все это он положил на стол перед мистером Моннером.

– Вот предложение. Разумеется, я не в курсе, о чем оно. Вот три конверта. В них – банковские карточки. Первая только за то, что вы ознакомитесь с предложением и воспримите его всерьез. Вторая – аванс, если вы согласитесь. Третья – сумма на первоначальные расходы.

Не говоря ни слова, мистер Моннер достал первую карточку и вставил в свой голопроектор. Ознакомиться с суммой можно было и так. В качестве пароля карточка затребовала сущую ерунду – дату его выхода на пенсию. Детский лепет. А вот сумма детской не была.

– Теперь вы удовлетворены? – на губах переговорщика заиграла легкая улыбка. Крун Меннер взглянул на него поверх голопроектора так, что эта улыбочка осталась примороженной навеки.

– Более чем. Этого хватит выше крыши, чтобы стереть с лица галактики саму память о вас, и ваших клоунах. Между прочим, кодекс чести Андо на это смотрит более чем благосклонно и одобрительно. Совет на будущее – разговаривайте с клиентом на языке клиента, а не заказчика. Заказчику по большей части все равно, а вот клиенты разные бывают, в том числе и неискушенные в переводе. Я понимаю, что вам было пофиг – пошумите вы тут, засветите точку, притащите на хвосте шпиков со всей галактики… Но такое обычно не прощают. Особенно – на этом уровне. А теперь проваливайте.

Все это было сказано тихим и безжизненным голосом, который бывает намного страшнее громких угроз и проклятий. Переговорщик судорожно сглотнул и резко поднялся со своего места. Не прощаясь с мистером Моннером, он кивнул своим ребятам, и через минуту помещение было очищено. Крун Моннер молча сидел на своем месте, уставившись в одну точку. В нерешительности подошел Черный Тин, застегивая на запястье свой сомнительный браслет.

– Мистер Моннер, что теперь делать? – похоже, Черный Тин и вправду терялся. Будь это наезд братвы или полицейская облава, он знал, что делать, а вот такая ситуация у него в голове не укладывалась.

– Что-что, открывай заведение. Завсегдатаи, небось, заждались уже. Ну и свари мне кофе – пробурчал, не поднимая глаз, мистер Моннер.

– А… а с этими что делать?… Ну, что сказать?…

– Скажи, что косоглазые снимали фильм о похождениях очередного мстителя.

– Они не были похоже на косоглазых…

– Ты тоже, тем не менее, на главную роль они приглашали тебя.

– А что… – Черный Тин успел подумать, что как-то пропустил этот момент.

– А нефиг такие гонорары заламывать! Тоже мне, суперзвезда нашлась. Черный Тин, гроза вселенной… Давай, топай, не забудь только автограф оставить. Посетителей, сам понимаешь, у меня сегодня не будет.

Черный Тин вжал голову в плечи, развернулся на сто восемьдесят градусов и отправился выполнять поручения. Про то, что посетителей сегодня не будет, он и сам уже понял, а вот то, что мистер Моннер так и остался сидеть в своем углу, его озадачило. Черный Тин думал, что мистер Моннер сразу же поднимется к себе в пентхауз, где и ознакомится с таинственным посланием.

По большому счету Черный Тин думал правильно, просто он совершенно не мог представить себя в шкуре мистер Моннера. Именно тут, в немного затертом углу второразрядного кабака, Крун Моннер чувствовал себя на месте. На своем месте. Рабочем, домашнем, каком угодно. Тут он был максимально собран и сосредоточен, а расслабленным он не был никогда и нигде. Ну и главное – какая разница, где выслушивать такие известия?

Голодиск с записью был самый обычный. Ни маркировки, ни защиты – обычная заводская штамповка с кустарной записью. Переговорщику до такого еще учиться и учиться – даже если на диске предложение по свержению действующей власти Визарской империи (что не исключено), то доказать ее подлинность или хотя бы происхождение не сможет ни одна экспертиза в галактике.

Вставив голодиск в гнездо, Крун проверил, чтобы запись была видна и слышна только ему, и активизировал устройство.

На экране возник раскосый тип с совершенно нечитабельным лицом. Одет тип был в стилизованное под древность кимоно, а на заднем плане были видны стилизованные под древность же ширмы. Ну, точно, как будто заезженная сцена из какого-нибудь боевика, до которых так падки эти ценители чести. Общее качество записи было такое, будто этот голодиск использовали как подставку для реактора. Вот и говорите потом, что Андо помешаны на технике. Умеют же, когда хотят, прикидываться косоглазыми.

После церемонного полупоклона тип начал зачитывать наизусть текст. В тексте была какая-то белиберда. Нет, слова распознавались отлично, и в фразы складывались без проблем. А вот понять смысл текста не получалось, хоть убейте. Предложений об организации госпереворота там не было. Ни в Визарской империи, ни в Андо, ни в любезном их сердцу Гунурском Доминионе. Зато было совершенно нейтральное предложение наладить канал поставки некоторых товаров в отдаленные точки галактики. И все.

8

Крун Моннер достаточно редко бывал сбит с толку. Он еще раз проверил ту сумму, которая причиталась ему только за ознакомление с предложением. Галлюцинаций не было. Заодно он убедился, что искомая сумма уже перешла на его счет. Совершенно безо всяких задержек и без оглядки на трансгалактические расписания банков. Холдинг Танака умеет передвигать деньги быстро. То, что холдинг Танака за этими суммами не раскопает ни одна аудиторская комиссия, Крун Моннер был уверен – Андо умеют быть скрытными, когда хотят.

Мистер Моннер аккуратно взял второй конверт. Медленно извлек оттуда карточку и покрутил ее в руке. Вздохнул и вставил в голопроектор.

На экране высветилась сумма. И надпись, что, принимая платеж, Крун Моннер берется за предложенную работу. Детали работы будут предоставлены мистеру Моннеру после принятия платежа. Крун Моннер нажал кнопку отмены и откинулся на спинку дивана.

Такими деньгами не шутят. О таких суммах мечтают только жадные подростки, которые даже не представляют, что с ними делать. Такие суммы проходят в детском саду, когда учат детей считать. Иногда их упоминают в младших классах на уроках астрономии. Но не в отношении денег.

Крун Моннер был более чем состоятелен, но ему предлагали продаться с потрохами. Крун Моннер знал – деньги надо отрабатывать.

Что такое задумала баснословно богатая корпорация? При чем тут он – торговец информацией средней руки в соседнем государстве? Почему именно он? Улыбающийся тип на голодиске ответов на эти вопросы не давал. Каналы поставки некоторых товаров…

Ну, хорошо – к каналам поставки Крун Моннер в свое время имел самое прямое отношение. К официальным и неофициальным. Внутри Визарской империи и за ее пределами. Но нанимать его затем, чтобы организовать новый канал контрабанды, смысла не было, даже если предполагается возить через него наркотики танкерами. Есть специалисты и получше. Да в холдинг Танака входит несколько десятков крупных транспортных компаний… Нет… тут дело явно в чем-то другом…

Крун Моннер еще раз посмотрел на сумму предполагаемого аванса. Себе на сытую старость он заработал, еще будучи интендантом. Сейчас он имел на сытую старость своим правнукам, даже если ему взбредет вдруг в голову усыновить целый детский дом. Тратить деньги сам он не умел, да особо и не любил. Жизнь показала, что потребностей у него немного, и Крун Моннер был достаточно мудр, чтобы не приниматься за поиски новых. Информацию о самом себе и своей душе ни у кого не купишь.

Он вспомнил о своей любимой трубке, неспешно набил ее дорогим контрабандным табаком и закурил. Курил он долго и вдумчиво, пуская в потолок сизые кольца дыма. Его жизнь была спокойной и размеренной. Такой, он думал, его жизнь будет до самого конца. Но когда-то, давным-давно, еще до того как он юнцом поступил в космофлот, у него была мечта. Немного необычная мечта. Когда его сверстники мечтали быть кинозвездами, адмиралами, супергероями, Крун Моннер мечтал… Нееет. Это все бред. Хотя тогда он не считал, что это бред. Просто сложно. Хорошо звучит. И очень дорого. Так понятнее. Он даже делал кое-какие расчеты… И все равно это бред!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.