Рассказы
Часть 2
Игорь Ассман

© Игорь Ассман, 2017

ISBN 978-5-4483-7224-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Новенькая

Я учился на последнем курсе колледжа, когда к нам в группу привели и представили новенькую девушку. Она была поразительной красоты, и все ребята очарованно смотрели на нее. Нет, она не стеснялась, видимо там, откуда она пришла, она уже привыкла к такому вниманию.

Нам было по девятнадцать, и каждый думал, куда пойти после окончания колледжа. В группе ребят и девушек было поровну. Я был симпатичный парень из благополучной семьи. Вообще, наш колледж был в основном для высшего класса нашего города. Учился я хорошо, преподаватели меня любили, а многим девушкам из класса я нравился. Из всей группы только на двух партах сидело по одному человеку: я и Мэри. В первом ряду, за последней партой сидели два неудачника, двое ребят, которые учились, только из-за того, что их заставляли родители. Учителя делали все, чтобы хоть как-то, но выпихнуть их из колледжа, то есть, вытягивали их зауши.

Новенькую звали Джейн, и она прямиком направилась за парту Мэри. Ни на одной парте не сидел парень с девушкой, значит, я оставался последним, с привилегий занимать одному целую парту. А новенькая и Мэри сидели сзади.

Уже после первого урока возле Джейн скопились, наверное, все наши ребята, кроме с самой задней парты. Она что-то рассказывала о себе, и я видел, как ее поедают глазами. Я туда не пошел, а вернулся в конец класса. Там было много девчонок, и у нас завязался разговор. Шутил я часто, поэтому сзади слышался громкий смех.

Год только начался, и я решил не гнать события. Через неделю, наши ребята уже спорили, кто будет провожать Джейн. Я, как всегда, забавлялся с девчонками сзади. Фактически, никаких пар в классе не было, хотя каждый знал, кто кому нравится. Естественно, все девчонки сразу ополчились на новенькую. Нет, они ничего ей не подстраивали, а просто не принимали в свой круг.

Прошел месяц. От Джейн не отставали, хотя было видно, что ей уже надоело проводить перемены в нашем мужском обществе. Многие ребята приглашали ее на свидания, писали на уроках ей записки, или просто не давали ей прохода. Класс действительно разделился на две части, но Джейн, героиня первой части уже стала уставать. Я же, наоборот, смешил всех девчонок до изнеможения. Задние парты класса взрывались на переменах хохотом.

Мы ни разу не разговаривали с Джейн, хотя вежливо здоровались каждое утро. Я стал замечать, что у нее вдруг стало многое падать с парты, и она вежливо просила меня поднять. Я поднимал, и не глядя на нее, повернувшись в пол оборота, клал ей на парту.

Наконец, ей все надоело. Наверное, кто-то из ребят ей все-таки нравился, но на переменах она уже старалась скрыться или в туалете, или выбегала на улицу. Она училась тоже хорошо. Я внимательно следил за ее оценками и старался не отставать. Вообще, она была прилежной, но немного избалованной вниманием, красивой девушкой. Шли слухи, что ее отец был из самых верхов города, может даже и из мэрии, но мне это было безразлично. Мои родители были тоже прекрасно известны в обществе.

Наконец, Джейн осталась совсем одна, и мне даже стало ее жалко. Она хотела попасть на задние ряды, откуда шел смех на переменках, но гордость не позволяла ей. Ребята ее уже достали. Наконец, она не вытерпела. – Джон, – услышал я ее голос сзади на одном из уроков, – ты мне не поможешь по географии? Скоро экзамены, а я отстаю.

Предложение было заманчивое, у меня даже забилось сердце, но я решил пропустить этот момент.

– Джейн, – шепнул я, – с огромным удовольствием, только я сильно занят. Попроси других ребят, они с радостью тебе помогут. – Мэри, сидя рядом слышала все и кинула записку нс соседнюю парту. В конце уроков все знали, что я прокинул Джейн, и мой авторитет, особенно у девчонок полетел вверх.

На одной из переменок она попыталась сесть поближе к нашей компании. Все сделали вид, что не заметили, и продолжали болтать. Она пересела еще ближе и смеялась вместе со всеми. Девчонки тоже изменились по отношению к ней, видя, что ребятам она не уделяет уже никакого внимания. Хотя те просто ловили возможность с ней постоять или поговорить. Честно говоря, у меня не было ни лучшего друга, но подруги в классе. Я был сам по себе и не примыкал ни к одной группировке. Наверное, поэтому я никогда ни с кем не ссорился, и вообще учился без всяких проблем. Например, у учительницы по литературе я был просто любимчиком, и она этого не скрывала.

На конец этой недели был объявлен бал в танцевальном зале колледжа по случаю годовщины города. Джейн не переставала мне нравиться, и я решил уже что-то начинать делать. В пятницу после конца уроков все разъехались по домам, чтобы собраться опять в колледже к семи вечера.

Я надел свой обычный выходной костюм, и к семи приехал. Зал был огромный, а какие девушки! Наша группа заняла небольшой сектор и все держались кучно. Джейн была просто великолепна в шикарном платье, которое ей очень шло. Но, будучи умной девушкой, она представляла, что ее ждет.

Когда прошла официальная часть, свет в зале потух, а потом зажегся разноцветными огнями. Было красиво. На сцене появилась какая-то группа и танцы начались. Сначала были быстрые, и я чувствовал, как пол в зале вибрировал от количества танцующих. Я никогда не танцевал быстрые танцы, по мне это была пустая трата времени. В медленном, я мог хоть познакомиться и поговорить с девушкой, ощутить ее дыхание и вообще.

Наконец, много огней погасло, оставив очень тусклое освещение, и группа заиграла блюз. К Джейн уже стояла очередь, и она пошла. Я тоже выбрал симпатичную девушку, и старался подвести нашу пару в танце поближе к паре Джейн. Мне это удалось, и когда я поймал ее взгляд, то обнял девушку еще крепче. Наверное, мое лицо излучало в этот момент что-то очень приятное, хотя в душе я хотел обнимать сейчас Джейн, и только ее. Медленные танцы стали повторяться чаще. В один момент, я увидел, что бросив ребят, она направлялась ко мне. Повернувшись, я пригласил девушку, которая стояла рядом, и пошел танцевать. Только потом я увидел, что Джейн танцевала тоже в паре, но ее глаза выражали полное равнодушие. Я повторил свой трюк, и мы все-таки встретились глазами. Как я любил ее в этот момент! Я понял, что между нами проскочила искра, и хоть один танец нам придется станцевать.

Я перетанцевал почти со всеми нашими девчонками, когда объявили последний танец. Мы шли прямо друг к другу, не замечая никого. Выйдя в середину зала, я почувствовал, как бьется у нее сердце. Мое, наверное, просто разрывалось в этот момент. Я прижимал ее сильнее, но она абсолютно не сопротивлялась. Наконец, мы стали двигаться в самый угол, куда освещение почти не доходило. Группа издала последний аккорд, а я повернул голову и поцеловал ее в губы. Сразу включился свет. Джейн стояла завороженная. Я взял ее руку и довел до нашей группы. Сказав простое спасибо, я отошел в сторону.

Все расходились. Я видел, как Джейн высматривала кого-то в толпе, но вместо того, чтобы подойти к ней, я растворился и исчез.

Встретились мы только утром в понедельник. Впервые, она пристально посмотрела мне в глаза, но я спокойно поздоровался и сел за парту. На перемене девчонки обсуждали вечер танцев. Почему-то сегодня мне не хотелось сидеть с ними, и я вышел на улицу. Я и не заметил, как сзади появилась Джейн.

– Джон, – мягко сказала она, – почему бы нам не познакомиться?

Я сделал удивленное лицо.

– Мы же учимся вместе, разве этого не достаточно?

– Тогда что все это значит? Вернее, тот последний танец?

– Просто мне понравилось, как ты танцуешь. Не хуже других.

Мы не успели продолжить разговор, как несколько наших ребят уже спешили к Джейн. Я быстрым шагом пошел ко входу.

На уроке, Джейн привстала и шепнула мне на ухо:

– Ты сегодня спешишь после уроков?

В пол оборота, я сразу прошептал ей в ответ:

– Я всегда занят. Тем более, что ты любишь большую компанию провожающих.

– Может ты меня, все-таки подождешь? Мы ведь недоговорили.

– До конца учебы еще успеем, – шепнул я.

Я чувствовал ее негодование спиной.

После уроков я успел удачно смыться. Но на следующий день меня ждал сюрприз. Неожиданно, Джейн пересела ко мне на парту.

– Я не помешаю, Джон? – просто спросила она.

– Нет, – ответил я и зевнул. По классу пошел шепот. А мы внимательно стали слушать преподавательницу.

– Джон, – почему ты такой? – спросила она, не повернув головы.

– Какого родили, – точно также ответил я.

– Я буду ждать тебя сегодня, – сказала она.

Я промолчал.

После уроков, на выходе, я сразу заметил Джейн на ступеньках. Я вернулся и вышел через вход на автостоянку, а потом на улицу. Дома я думал только о ней. Я чувствовал, что я просто влюбился, первый раз в жизни. Но какое-то другое чувство заставляло меня взять себя в руки.

Наутро Джейн уже сидела за моей партой. Я поздоровался и сел рядом.

– Кстати, настоящие мужчины так не поступают, – услышал я ее голос.

– Я искусственный, привыкай, – ответил я.

– Тогда зачем ты меня поцеловал?

– Просто с тобой я еще не целовался.

– Первый раз вижу таких бабников! – возмутилась она.

– Привыкай, – сказал я. – В жизни всегда есть первый раз.

Она обиделась и смотрела в другую сторону. Но на следующем уроке мы помирились. Она показала мне свою тетрадку по географии, и я отметил ошибки.

– Джон, почему ты никогда на меня не смотришь? – неожиданно прошептала она.

– Я тебя уже видел. В первый день, когда тебя представляли. – Ответил я. – А тебе хочется?

– Иногда.

Я повернулся боком и стал смотреть на нее. В классе опять зашушукались.

– Джон, прекрати, – шепнула она. – На нас весь класс смотрит.

Я продолжал. Я раньше не замечал, как она выглядит в профиль.

– Ладно, – повернулась она и впилась в меня взглядом. – Посмотрим, кто сдастся первым.

Минут пять мы смотрели в глаза друг другу, пока не услышали голос преподавателя:

– Джон и Джейн, – покиньте, пожалуйста, класс. – Можете любоваться друг другом за дверью.

– Доигралась? – спросил я, вставая.

– Ты начал.

Мы вышли за дверь. В коридоре мы были одни.

– Джон, – подошла она, – ты всегда такой?

Неожиданно я притянул ее к себе и поцеловал. Бедная, она не знала, что сказать. Ее лицо стало красным. Меня выручил звонок и я побежал в класс. Перемену я провел на последних партах с девчонками.

Начался следующий урок.

– Еще раз такое сделаешь, – прошептала моя прекрасная соседка, – получишь.

– Хочешь сейчас? – равнодушно спросил я.

Видимо, она уже боялась меня, вернее, не знала, что можно ожидать.

– После уроков можно? – шепнула она.

– Я занят. Тем более, не люблю больших компаний, которые ты сколачиваешь вокруг себя. Модель.

– Никаких компаний я не собираю, – возмутилась она. – И моделью стать не собираюсь.

– Тебя все равно не возьмут. Ты хоть в зеркало смотришься? – Это был обидный ход, я сам пожалел.

– Чего же ты тогда целуешься? – усмехнулась она. – Только не говори, что уже всех перецеловал.

– Я и не говорю, ты и сама это знаешь.

– Дон Жуан.

– Принцесса на горошине.

– Бабник.

– Мэрилин Монро.

Пока преподаватель отвернулся, я встал и пересел к Мэри. Это был жесткий удар. Если все наши парни желали ее внимания, то я, наоборот, от нее ушел, да и еще и при всех.

На перемене я был героем в конце класса. Но на следующем уроке, рядом с ней уже сидел один из наших парней. Я усмехнулся. На мой взгляд эта месть выглядела жалкой. Парень не переставая что-то ей говорил, а она поворачивала к нему голову и искусственно улыбалась. – Ладно, – подумал я.

– Мэри, – сказал я громко. – Можно я тебя сегодня провожу? И, вообще, ты свободна вечером?

– Конечно, Джон, – удивилась та.

Джейн держала голову в пол оборота и все слышала. К концу урока она уже не обращала внимания на разговоры парня.

На перемене, Джейн подошла ко мне.

– Джон, – почему ты меня так ненавидишь? – спросила она, заглядывая мне в глаза.

– Потому, что я тебя люблю. – Просто ответил я.

– Нет, ответь мне честно, что я тебе сделала? И оставь свои шуточки.

– Джейн, что ты от меня хочешь? – наконец, спросил я.

Она опустила голову, и мне стало ее жалко.

– Что бы ты вернулся.

– Но у тебя же уже сидит твой очередной жених, – ухмыльнулся я.

– А у тебя – невеста.

– Опять будем ругаться? – грозно спросил я.

– Твое место будет свободно, – грустно сказала она и отошла.

Действительно, когда я вернулся в класс, парень уже опять сидел на своем месте. Я опустился рядом с Джейн. Мэри мне кинула записку.

– Джон, – прошептала Джейн, – почему у тебя есть время на всех, кроме меня?

– А ты тоже хочешь, что бы я тебя пригласил? Пожалуйста, втроем веселее.

– Дурак, – прошептала она, обидевшись.

Я написал Мэри, что встреча переносится на другой день.

Когда уроки закончились, я немного задержался и вышел из класса последним. Спускаясь по лестнице, я увидел Джейн, сидящую на парапете. Она смотрела просто вниз. Мое сердце сжалось, и я подошел к ней.

– Ты меня ждешь? – спросил я.

– Не знаю, – подняла она голову, – просто сижу.

– А твои кавалеры?

– Джон, оставь их в покое. Я уже разогнала всех.

– Тогда пошли, – сказал я, и протянул ей руку.

Мы спустились по лестнице, и пошли по тротуару.

– Куда ты меня ведешь? – спросила она.

– Куда глаза глядят. А что? Если ты хочешь домой, то иди.

– Давай посидим в кафе?

Я кивнул.

Мы зашли в небольшое, но уютное кафе. Я сел рядом и обнял ее за плечи. Она сразу подняла глаза.

– Джон, ты со мной играешь?

– Почему? – удивился я. – Если тебе не нравится, я уберу руку.

– Я не об этом. Я уже не знаю, что от тебя ожидать. То ты меня целуешь, а потом ставишь перед всеми как дурочку. Иногда мне кажется, что ты меня жутко ненавидишь.

– Джейн, – я нагнулся к ней, – я же тебе сказал, что люблю тебя.

– Я тебе не верю. Так не…

Она не успела закончить, как я впился в ее губы.

– А теперь веришь?

Джейн покраснела и обернулась. Но кроме нас в кафе никого не было.

– Я сегодня не буду спать, – вдруг сказала она. – Ты этого добиваешься?

– Ты же обещала мне ответить, – улыбнулся я, – если я тебя еще раз поцелую. Давай, – я закрыл глаза. Но сразу почувствовал ее губы.

– Джон, ты первый, кого я поцеловала в жизни, – сказала она и отвернулась.

Мне было так хорошо, как никогда. Ее поцелуй горел на моих губах. Я был готов взять ее на руки, и просто вынести на улицу.

– Тебе понравилось? – спросил я.

– Почему тебе так нравится вгонять меня в краску? И вообще. О таком не спрашивают. Кстати, ты завтра идешь к Кэт? У нее вечеринка. Разве она тебя не пригласила?

– Конечно, пригласила. А кто там будет?

– Я. И все остальные. А кто тебе надо? Если ты не придешь, я сразу уйду оттуда.

– Это уже шантаж, – улыбнулся я. – Но ты меня не интересуешь.

– Как это? – растерялась Джейн.

– Я, как честный парень, уже два раза признался тебе в любви. Честные девушки всегда хоть что-то, но отвечают.

– А разве я тебе не ответила? – удивилась она.

– Никогда не слышал. – Я отвернулся.

– Ладно, – согласилась она, – только на ушко. Она пододвинулась и шепнула: – Джон, я тебя люблю.

– И это все?! – я сделал удивленный вид.

– Хватит! – встала она. – Иди со своей Мэри! Впервые в жизни я поцеловала парня, а потом еще и сказала, что я его люблю, и ему этого мало?! – Она развернулась и пошла к выходу.

Я допил кофе, рассчитался и вышел. Джейн не было.

– Переиграл, – обиделся я на себя. – Дурак! – Мне стало очень грустно.

Назавтра Джейн вернулась к Мэри, а я сел один за свою парту. Я очень хотел помириться, но не знал как. На переменке я просто вышел и ходил по коридору.

Так прошел день, но никакого шанса заключить перемирие мне не выпало. На парапете Джейн тоже не было. Я вспомнил про вечеринку у Кэт.

Вечером я уже был там. Собрался почти весь наш класс. Родители Кэт уехали на два дня, и пир стоял горой. Потом пошли танцы. Холл у Кэт был большой. Я сразу пригласил Мэри и пошел танцевать. Джейн сидела на диване и отказывала всем. Было видно, что настроения у нее вообще не было. На следующий танец я опять пригласил Мэри. Джейн из-под бровей наблюдала, как мы танцуем. На третий танец приглашали девушки, но Джейн не подошла, она продолжала сидеть и смотреть, как меня опять пригласила Мэри, и мы танцевали.

Наконец, мне надоело. Настроение упало, и я собрался уходить.

– Джон, – вдруг услышал я сзади, – меня заберешь? – Это был грустный голос Джейн.

– Пошли, – как можно равнодушней сказал я.

Мы вышли на улицу, и я взял ее под руку.

– Ты сегодня совсем не танцевала.

– Нет настроения. Не знаю, зачем я вообще пошла?

– Из-за меня, – сказал я, – как и я из-за тебя. А вообще, эти вечеринки одна скука.

Джейн прижалась ко мне.

– Джон, обними меня. – Как-то грустно попросила она.

Я обнял ее, а дойдя до скамейки, поцеловал, прежде чем сесть. Потом мы просто сидели и целовались, наверное, час.

– Тебе нравится Мэри? – спросила, наконец, она.

– Да, – ответил я.

– А я?

– Нет. Я же тебе уже сказал, что люблю тебя. Причем здесь нравится?

Она посмотрела мне в глаза.

– А мне кажется, что все это твои шуточки. Так не любят.

– Откуда ты знаешь? Значит я не первый?

– Дурак ты, Джон. Я же сказала, что первый.

– А ты целовалась с кем-нибудь?

– Один раз парень из моего бывшего класса поцеловал меня на перемене. Я просто дала ему пощечину.

– А почему не дала мне?

Она вдруг рассмеялась. – А надо было дать. Что бы знал.

Потом я еще долго провожал ее домой. Мы поцеловались в укромном месте, и она побежала.

Назавтра мы опять сидели вместе. Мой рейтинг упал, все видели, как она ждала меня, а потом мы шли вместе.

Так закончился год. Мы с Джейн хорошо сдали экзамены. Оба собирались в Университет.

– Ты в какой? – спросила она.

Я назвал самый престижный. – А ты?

– Еще не знаю. Мне как-то все равно. Можно я пойду с тобой? – Она опять смотрела мне в глаза.

Она действительно чуть-чуть опередила меня. Это мне было все равно, и я хотел бы, чтобы мы вместе пошли в один и тот же.

– Конечно, если ты хочешь. А на какой факультет?

– А ты?

Я задумался.

– Я выбрал Университет, а факультет выбирай ты. – Она сразу улыбнулась.

– Родители меня толкают на юридический. Как ты?

– Неплохо. Будем юристами?

– Нет. Будем вместе.

Я обнял и поцеловал ее.

Потом мы готовились к экзаменам, но вечерами встречались.

– Джейн, – как-то спросил я. – А если кто-нибудь из нас не поступит?

– Поступят оба, – почему-то заверила она.

Действительно, в конце концов, мы увидели себя в списках зачисленных, притом мы попали в одну группу. Наконец я понял.

– Джейн, скажи мне правду. Это ведь все твой папа?

– Какая разница. Разве ты не рад? И вообще, мы оба хорошо сдали экзамены. Кстати, о моем папе. Он очень хотел с тобой познакомиться.

– Мои родители тоже. Только с тобой, а не со мной. А я думаю, что еще рано.

– Почему? – с удивлением посмотрела она.

– Университет, новая группа, новые однокурсники. Может ты влюбишься в другого, а я – в другую.

– Ты в себе не уверен?

– Нет. И в тебе тоже.

Джейн замолчала.

– Пошли, я тебя провожу, – сказал я, обняв ее.

На каникулы мы разъехались. Она поехала с родителями куда-то очень далеко, а я к родителям мамы. Они жили в лесу, и мне нравилось проводить там время. Два месяца прошли незаметно. Я стал забывать уже и о городе, и об Университете, и, немного, о Джейн. Но все хорошее кончается, и я вернулся домой за день до начала занятий. Меня ждали два письма, я сразу узнал почерк. Письма были теплые и, чуть-чуть грустные.

Назавтра я уже шел на первые занятия. Университет был огромный. Пока я нашел нашу группу, мне пришлось пройти несколько этажей. Вдруг я увидел Джейн, она стояла у входа в зал для лекций и кого-то искала глазами. Я замер. Наконец, увидев меня, она подбежала. Как она похорошела! А как повзрослела! Наверное, просто я ее долго не видел.

– Привет Джейн, – улыбнулся я.

– Привет, – сказала она. – И это все?

Я обнял ее.

– А почему ты мне не ответил? – спросила она, – разве ты не получил мои письма?

– Получил, и прочитал их только вчера. Хочешь, я отвечу тебе после занятий, – предложил я.

– Прекрасно! – засмеялась она. – Лучше позже, чем никогда.

Мы вошли в зал. Группа была большая, но мест было очень много. Джейн выбрала парту и ждала, пока я сяду. Обстановка была совсем другая, чем в колледже. Каждый сидел, где хотел, в основном по одиночке. Один спал, другой читал какую-то книгу, одна девушка вязала. Я прикинул, и получалось более тридцати человек. Девчонок было чуть поменьше, чем ребят, но немало.

Джейн взяла под партой мою руку и сразу спросила:

– Соскучился?

Я кивнул. Вошла какая-то пожилая женщина и представилась как руководительница нашей группы мисс Джейн. Она поздоровалась и попросила тишины и внимания.

– Я хотела бы начать со знакомства, – сказала она, – пусть каждый из вас подойдет ко мне, представится и скажет о себе хоть пару слов. – Она начала с первых рядов. Мы с Джейн внимательно смотрели и слушали.

Появился какой-то симпатичный парень, его звали Джек.

– Отец мне говорил про него, – шепнула Джейн. – Он сын его лучшего друга, они даже работают вместе.

– Он тоже случайно попал в нашу группу? – усмехнулся я.

– Не вредничай. Отец узнал об этом в последнюю минуту.

Но, наконец, очередь дошла и до нас. Джейн вышла и представилась. Я услышал несколько аплодисментов, а кто-то даже присвистнул. Потом пошел я, а вернувшись, заметил на нашей парте уже несколько записок.

– Начинается, – сказал я вслух.

– Джон, но ты ведь знаешь, – как бы оправдываясь, сказала Джейн. – Не волнуйся, скоро все кончится. – Она собрала все бумажки и, не читая, бросила их под парту.

Я заметил пару симпатичных девчонок.

Когда представление окончилась, мисс Джейн поздравила нас, пожелал удачи, забрала журнал и вышла. Все поняли ее уход как перемену. Я быстро сбежал в туалет.

Выйдя, я пристроился за одной из колон и наблюдал. Джейн стояла с Джеков и о чем-то разговаривала. Наконец, она отошла, но тут же столкнулась с другим. И так далее. Я сам себе усмехнулся. То же самое, что и в колледже, только с виду немного по-другому. Если там ее сразу обступили, то тут встречи были как бы случайными. Но смысл не менялся. Я смотрел на нее и поражался, какая она все-таки красивая! За каникулы она загорела, и, как-то повзрослела немного. Это была уже настоящая девушка, не девчонка. Перемена кончилась, и я вошел в зал. За нами уже сидел Джек, а перед нами какой-то другой парень.

– Уже обложили? – шепотом спросил я Джейн, не поворачивая головы. – Может, мне пересесть?

– Джон, успокойся. Я не виновата, что они липнут. Кстати, где ты был на перемене?

– Болтал с одной из девчонок, – ответил я. – Их две симпатичных. Вторую я возьму позже.

Нас прервал Джек, он что-то спрашивал у Джейн. И, вообще, мо мужским меркам он вел себя неправильно. Наконец Джейн как-то обрубила его и он отстал. Зато вступил тот, который сидел впереди.

– Джейн, скажи своим кавалерам, что они мешают слушать лекцию, – уже грозно прошептал я.

– Давай на следующей лекции пересядем. На последнюю парту, – Сказала та, – они мне уже оба надоели. А на перемене, не отходи от меня, пожалуйста.

Лекция закончилась, и Джейн прилипла ко мне, не отпуская меня ни на шаг. Но Джек не сдавался. Он пристроился к ней с другой стороны и о чем-то болтал не переставая. Наконец, это мне надоело, и я направился в туалет.

На следующей лекции мы уже сидели на последней парте, но Джек устроился перед нами.

– Такого нахала я еще не видела, – прошептала Джейн с возмущением. – Если бы не мой отец, я бы его просто послала.

– Кстати, – заметил я, – очень даже симпатичный парень. Вы неплохо смотритесь вместе.

– Джон, – она вздохнула, – Брось болтать ерунду.

– Я тебя провожу? – услышал я голос Джека.

– Соглашайся, – прошептал я.

– Меня уже провожают, – ответила Джейн в пол оборота. – Спасибо.

Я понял, что Джек решил ее взять измором. И мне не понравилось, что он был сыном кого-то там, из друзей отца Джейн. Но я решил дать ей выкручиваться самой.

После занятий, Джейн сразу взяла меня под руку. Джек ждал ее на улице и сразу подошел к нам.

– Джон, ты не обидишься, если я составлю вам компанию? – вежливо спросил он.

– Я как Джейн, – равнодушно ответил я. – Та промолчала.

Мы шли втроем, причем инициативу разговора взял на себя Джек.

– Извини, Джек, – наконец сказала Джейн, – нам в другую сторону. До завтра.

Тот растерянно остался стоять, а Джейн потянула меня действительно в другую сторону. Наконец, она свернула в какое-то кафе.

– Джон, помоги мне от него избавиться, – попросила она, когда мы сели за столик.

– Но ведь это твой ухажер, – ответил я. – Да к тому же, друг твоего отца.

– Я уже устала от него. Обними меня, я действительно по тебе очень соскучилась.

Я обнял ее, и мне стало хорошо и уютно. Она приподняла голову, и мы поцеловались. Джейн вернулась в мою голову и осталась там, как и до каникул.

Потом мы еще долго гуляли, и, конечно, целовались, сидя на скамейках.

Назавтра, поднимаясь по ступенькам, я увидел, как ко мне направляется Джек. Мы поздоровались и шли вместе.

– Джон, – нерешительно начал он, – тебе очень нравится Джейн?

Я просто кивнул.

– Мне тоже, – сказал он. – Как ты думаешь, что мне делать?

– Спрашивай у нее, я-то тут причем? – пожал я плечами.

– А ты не против, если я с ней серьезно поговорю?

Я опять равнодушно пожал плечами.

– Спасибо, Джон. Ты настоящий друг, – сказал он и побежал вперед.

Войдя в зал, я оторопел. Джек подсел за парту к Джейн. Бедная, она выглядела жалко, ища моей поддержки. Я сел на первую попавшуюся парту к одной из девчонок.

– Не помешаю? – спросил я. Та только улыбнулась.

Зато на перемене Джейн схватила меня за руку и повела аж на другой этаж.

– Джон, – ее глаза горели огнем, – мы знаем друг друга уже второй год. Ты что, не можешь мне быть хотя бы другом?

– А что я такого сделал? – невинно спросил я, – мое место было занято.

– Кстати, сегодня мы идем знакомиться с моими родителями. Надеюсь, ты не откажешь в приглашении моему отцу?

Я задумался.

– А почему он пригласил меня, а не Джека?

– Можешь спросить у него, – взорвалась та, – не доводи меня. Я очень тебя прошу. И мы вместе зайдем, и сядем на одну парту. Правда?

Я кивнул.

– И вечером ты будешь у меня дома. Ведь так?

Я просто промолчал.

Мы зашли и вместе сели за одну парту. Через минуту, Джек уже был сзади. Неожиданно Джейн положила мне голову на плечо. Я ей мысленно аплодировал. Когда же она еще и взяла мою руку, я просто уже любил ее. За всю лекцию Джек не проронил ни слова. Это была ее победа.

– Джон, – шепнула она, – давай не пойдем на перемену.

Я кивнул. – Молодец.

Но Джек тоже не пошел. Так мы просидели в зале втроем.

После уроков мы шли уже втроем, пока Джейн опять не обрубила Джека.

– Джон, он как пиявка, – сказала она мне и прижалась. – Помоги мне ее отлепить, ты ведь можешь.

– Тогда я стану врагом твоего отца, – ухмыльнулся я, – ты ведь не хочешь этого?

Она потянулась вверх и достала до моих губ.

Дома я думал, что мне делать. Идти и знакомиться мне не хотелось, и я спросил отца.

– Кстати, я бы тоже хотел познакомиться с твоей девушкой, – ответил он. – Можешь ее пригласить от нашего имени. А насчет сегодня, конечно, тебе надо идти. В этом нет ничего плохого.

Вечером, я взял такси и подъехал к дому Джейн. Она меня уже ждала и повела вовнутрь. Дом был богатый и красивый. В зале был накрыт стол. Джейн представила меня отцу и своей маме.

– Наконец, – улыбнулся ее отец, – мы можем воочию увидеть друга нашей дочери. Сколько вы уже знакомы?

– Больше года. – Вежливо ответил я.

– Кстати, я знаю вашу семью. Очень порядочные и уважаемые люди.

Я видел, как четыре глаза ее родителей меня осматривают сверху донизу. Но, честно говоря, мне было как-то все равно. Я смотрел на Джейн. Когда светский разговор закончился, все сели за стол. Начался ужин.

– Ну и как вам моя дочь? – Буд-то между делом спросил отец.

– Молодец. – Ответил я, – учится хорошо. – Джейн чуть не подавилась и грозно на меня посмотрела.

– А какие у вас планы? – услышал я вопрос ее мамы.

– Надо окончить Университет, – серьезно сказал я.

– Кстати, вы знакомы с Джеком? Он, по-моему, тоже в вашей группе? – продолжил отец.

– Отличный парень, – похвалил я.

– Я знаю его отца. Поэтому я спросил.

– Мы так переживаем за нашу дочь, – вставила мам, – она у нас единственная.

– Я тоже. – Ответил я. – Единственный в семье.

Вопрос за вопросом продолжались. Я понимал, о чем они хотели узнать, но все переворачивал по-другому, хотя делал это дипломатично и наивно.

Наконец ужин кончился, и Джейн повела меня в свою комнату.

– Тебя убить мало, – прижала она меня к стенке. – Ни одного хорошего слова в мой адрес.

– Разве я что-нибудь сказал о тебе плохого? – удивился я.

– Джон, если бы я тебя не знала. Хотя я и предполагала, что ты, как всегда будешь в своем амплуа.

– Надеюсь, официальная часть окончилась? – спросил я, и закрыл ей рот затяжным поцелуем.

Потом я осматривал ее комнату. Неожиданно, я увидел свою фотографию, и мне стало еще теплее.

– Джейн, – равнодушно сказал я, – мои родители приглашают тебя завтра на ужин.

– Неужели, – она хитро на меня посмотрела. – Тогда я и рассчитаюсь с тобой за сегодняшнее.

Я только засмеялся. – Веди себя, как хочешь, на меня это не повлияет никаким образом.

Наконец я простился со всеми, поблагодарил и пожелал всем спокойной ночи.

Наутро в Университете первым делом Джейн заявила мне, что я понравился ее родителям. Я пожал плечами с равнодушным видом.

– Только мама спросила меня, действительно ли ты меня любишь, – добавила она. – Я ответила, что да.

– Могли бы спросить у меня. Я ответил бы то же самое. А то водили вокруг да около больше часа.

Джейн засмеялась. – Просто они тебя не знают. Ты не такой как все.

Джек так и продолжал сидеть сзади, иногда задавая вопросы Джейн. Та отвечала корректно, но равнодушно.

Вечером отец послал машину за Джейн. Я встречал ее у входа. Естественно, что она, как и я, попала под перекрестный огонь взглядов моих родителей. Ужин проходил спокойно. Никаких вопросов Джейн вообще не задавали. Я был благодарен и отцу, и матери. Велся общий разносторонний разговор. После ужина, как и у нее, я повел показать ей свою комнату.

– Ну что, мстительница? – улыбался я, – отомстила?

– Джон, у тебя чудесные родители. Я даже не ожидала такого. Еще дома я придумывала ответы на разные вопросы, но никто ничего такого не спросил. Теперь я знаю, в кого ты такой. Кстати, я не вижу моей фотографии.

– Она еще в печати, – пошутил я.

– Завтра я принесу тебе целый альбом, выберешь, какие захочешь.

Конечно, мы нацеловались вдоволь. Наконец, я проводил ее до машины.

Вернувшись, я застал моих родителей в холле.

– Джон, прекрасней девушки я еще не видела, – сказала мама.

– Я тоже, – кивнул отец. – Береги ее.

Их мнение мне понравилось. Я полностью разделял его.

Назавтра, Джейн не отставала от меня с мнениями моих родителей. Я только посмеивался. Наконец, я сдался.

– Они сказали, чтобы я тебя берег, – улыбнулся я.

Она облегченно вздохнула. – Вот, видишь? Родителей надо слушать.

– Я и так тебя берегу. – Ответил я.

Так прошли два месяца. Приближались промежуточные экзамены. Мы с Джейн продолжали влюбляться, не замечая Джека. По мне, он стал как мебель, которая всегда стоит рядом. Но однажды, Джейн пришла грустная.

– Рассказывай, – шепнул я.

– Джон, я не виновата. – Грустно ответила та. – На сегодня папа пригласил своего друга в гости. Вместе с сыном.

Мне это, конечно, не понравилось, но я промолчал.

– Что скажешь?

– Будет выбирать одного из двух, – сказал я. – Джек все-таки добился своего, хотя и окружными путями.

– Ничего он и не добился, – возмутилась Джейн. – Решаю я.

Я заметил, что действительно Джек сегодня был активней, чем всегда. После занятий мы расстались раньше, чем обычно.

– Джон, пожелай мне удачи, – попросила она, после последнего поцелуя.

– Удачи, – улыбнулся я и пошел.

На душе у меня скребли кошки. Вечером мне ничего не хотелось делать, и я раньше пошел спать.

Наутро Джейн была такая же грустная. Я старался ничего не спрашивать, хотя догадывался, что Джек тоже понравился ее родителям. Уведя меня на перемене на другой этаж, Джейн впервые расплакалась.

– Я случайно услышала, как папа разговаривал с его отцом обо мне. – Она положила голову мне на грудь.

Я погладил ее.

– Успокойся, – сказал я, – это естественно. Просто ты права в том, что последнее слово всегда будет за тобой.

– Джон, ты же мне веришь? – она подняла лицо, и я смахнул пару слезинок.

– Успокойся, – нежно сказал я, – все будет хорошо.

Зато на следующей перемене я заметил, что лицо Джека изменилось. У него появился взгляд победителя. Он уже не приставал к Джейн, а на меня смотрел свысока.

– Договорились, – понял я, и мне стало грустно. – Поживем – увидим.

Но ничего не менялось, и я забыл про Джека. Тем более что мне хотелось хорошо сдать экзамены. Мы продолжали встречаться с Джейн, каждый вечер, но не долго. Она тоже готовилась.

Наконец, наступили экзамены. Их было четыре. Конечно, они были промежуточными, но я все равно волновался. Первый, мы сдали с Джейн на отлично и отпраздновали в кафе. Зато следующий меня поверг в шок.

Я написал все. Вопросы мне попались не трудные, и я их знал прекрасно. Преподаватель долго меня слушал и читал, что я написал.

– Плохо, Джон, – вдруг сказал он. – Придется пересдавать. Забирай зачетку.

Я не поверил ушам, автоматически забрал зачетку и вышел. Джейн оставалась у него в кабинете. У меня не укладывалось в голове то, что произошло. Это был мой первый за всю жизнь экзамен, который я завалил. Причем, завалил без какого-либо на то основания. Хотя одна мысль вертелась у меня в голове, но я не мог поймать ее. Джейн вышла счастливая. Но увидев меня, сразу взяла за руку и отвела. Я ей все рассказал.

– Джон, – я не верю, чтобы ты завалил экзамен, – сказала она, – я слишком хорошо тебя знаю. В конце концов, я поговорю с отцом.

Только тут я поймал эту мысль.

– Джейн, только не это. – Попросил я. – Ты мне сделаешь еще хуже.

– Ты думаешь…

– Да, оборвал ее я. Просто другое не приходит в голову. Насколько я понимаю, в любом случае после первого курса меня отчислят. Зато вы с Джеком все сдадите на отлично. Ничего, я не пропаду.

– Джон, давай посмотрим, – мрачно сказала Джейн. – Если что, ты просто меня не знаешь.

– Не надо портить отношения с родителями, – сказал я. – Я сам могу за себя постоять.

Дома я рассказал все отцу. Как-то мне надо было объяснить свой первый провал.

Следующий экзамен я опять сдал на отлично. Но последний, прошел абсолютно так же, как и второй. Ничего не объясняя, преподаватель отправил меня на пересдачу.

– Сын, – сказал мне дома отец, – не переживай. Если первая неудача и могла быть случайностью, то теперь я вижу, что ты прав.

После экзаменов нам дали две недели на отдых, хотя я, через десять дней должен был пересдавать два экзамена. Я ничего не учил, зная, что будет то же самое. Мы проводили с Джейн целые дни и вечера, а иногда заходили ко мне домой.

– Знаешь, Джон, – как-то сказала она, – я у тебя чувствую себя очень хорошо и уютно. И родители у тебя просто замечательные.

Наконец, наступил день пересдачи. Джейн пошла со мной.

Я ответил все и получил отлично. То же самое произошло и на второй пересдаче.

Выйдя из кабинета, я спросил у Джейн:

– Скажи мне честно. Ты разговаривала с отцом?

– Пока нет, – сразу ответила она. – Клянусь.

Вечером, придя домой, я сразу пошел к отцу и поблагодарил его. Тот только улыбнулся.

Значит, наступила война. Между действующей властью, и родовой, известной во всем городе семьей. Пока была ничья, но я знал, что война не закончена.

Месяцы пролетели быстро. Наступали полугодовые экзамены, а это было серьезно. Лекции продолжались так же, как и раньше: Джек всегда сидел сзади. Теперь он не провожал нас, но не упускал момента о чем-нибудь поговорить с Джейн. Та была как нельзя холодна с ним, но что-то отвечала.

Как всегда, мы с Джейн начали готовиться, и виделись меньше времени. Я действительно волновался. Разные предчувствия преследовали меня каждый день. Но к экзаменам я подготовился хорошо, как и всегда. Я заметил, что Джейн была спокойна. Наверное, она решила, что все закончено. Наконец, мы пошли на первый экзамен, всего их было шесть.

Получив оба отлично, мы отпраздновали как всегда в кафе, и готовились к следующему. Все было нормально, еще четыре экзамена мы сдали на отлично. Но последний, показал мне, что я не ошибся. Даже не дослушав, преподаватель отправил меня на пересдачу. Это было сделано так нагло, что я действительно расстроился. Дома отец расспросил меня обо всем. Пересдача была, как всегда через десять дней. Хоть у Джейн наступили каникулы, она не отходила от меня. Дома она была у нас почти каждый вечер. Они очень хорошо сошлись с моей мамой, а отец всегда улыбался, когда она приходила.

Но с ее стороны это заметили. Друг отца с сыном стали бывать у нее в гостях каждый день. Наступал день пересдачи. В тот день Джейн, как всегда, пошла со мной. Вышел я очень быстро. Преподаватель сразу же отправил меня на последнюю пересдачу через три месяца. Действующая власть побеждала. Мне стало грустно.

– Джон, – взяла меня под руку Джейн, – не волнуйся. Скоро это закончится.

Я не предал значения ее словам, а думал лишь о том, что будет дальше. В этот вечер мы опять гуляли в парке. Идя провожать ее, я удивился, что она повела меня в другую сторону. Было уже поздно, и я недоумевал.

– Ты куда? – спросил я.

– Я просто переехала к тетке. Она живет недалеко от тебя.

Я остановил ее и посмотрел ей в глаза. – Джейн, что случилось?

Она пыталась не смотреть на меня, но под конец сдалась.

– Со мной разговаривал отец. – Сказала она. – Он говорит, что я много времени провожу у тебя дома и надоедаю твоей семье. К тому же, он отчитал меня, что я поздно прихожу домой, тогда, когда его друг с Джеком уже собираются уходить. Он сказал, что как член семьи, я должна больше уделять внимания Джеку, ведь мы однокурсники.

– А ты?

– Я сегодня же переехала к тетке, у нас же каникулы. Тетя меня очень любит, еще с пеленок. Она – старшая сестра моего отца, и держит его в руках.

Я понял, что в войну вмешалась и Джейн. Я поцеловал ее.

– Если это все из-за меня, ты не должна ссориться с отцом. Хотя я попрошу моего отца, чтобы с завтрашнего дня он выписывал тебе ежедневные официальные приглашения. Это будет карта, которую твоему отцу покрыть будет просто нечем.

– Джон, ты и правда хочешь, чтобы я была у тебя каждый день? – улыбнулась она.

– Ты очень нравишься моей семье.

– Только семье? – она приподняла голову, закрыла глаза и приоткрыла губы.

Мой ответ длился несколько минут.

Вернувшись, я объяснил отцу всю ситуацию, и действительно попросил его о приглашениях.

– Это ты хорошо придумал, – улыбнулся он. – А Джейн пусть приходит даже в обед. Нам она очень нравится.

Прошла неделя. Джейн действительно обедала с нами каждый день. Потом мы шли ко мне в комнату, а вечером уходили гулять. Моя мама была счастлива.

– Слушай, – спросил я, – ты хоть видишь отца с матерью?

– Нет, – засмеялась она, – уже целую неделю. Они звонят, а тетка отвечает, что меня нет. И что каждый день я получаю официальные приглашения от твоего отца.

– Зря смеешься, – сказал я, – что-то скоро будет.

– Ничего не будет, Джон. Нам с тобой уже пошел третий десяток.

– Да. Но все равно мы еще во многом зависим от родителей.

Но, как оказалось, мои слова сбылись, и притом уже на завтрашний день. Под вечер, выйдя на прогулку, возле нас остановилась машина. Из нее вышел отец Джейн.

– Джейн, дорогая, – обнял он ее, – ты еще не забыла, что у тебя есть родители? Здравствуй, Джон, – сказал он мне и протянул руку.

– Здравствуйте, сэр, – вежливо ответил я, пожимая ее.

– Кстати, мама готовит ужин. Вы не хотели бы нас посетить?

Он говорил с улыбкой, но напряжение чувствовалось. Джейн посмотрела на меня.

– Не могу вам отказать, сэр. – Сказал я. – Если ваша дочь не против.

Мы сели с Джейн на заднее сиденье, а ее отец – возле шофера.

– Джон – шепнула мне она, – я знаю, и всегда поражалась твоему хладнокровию. Как сдержаться мне?

– Молчи, – шепнул я, – или сваливай на меня и мою семью. Я постою и за себя, и за тебя тоже.

В ответ она прижалась ко мне. Мы подъехали к ее дому и вышли. Действительно, стол был уже накрыт, значит, это мероприятие было заранее спланировано. Я вел себя, как ни в чем не бывало.

К удивлению, ужин прошел в житейских разговорах. Зато после него, отец попросил меня пройти к себе, а Джейн – посмотреть почту.

Я поднялся на второй этаж и вошел вслед за хозяином. Там уже сидела мама Джейн. Мне предложили сесть.

– Джон, – начал отец, – ты нам понравился с первого дня. Мы никогда не были против. Но как объяснить исчезновение нашей дочери? Не кажется ли тебе, что ситуация немного переходит через верх позволенного?

Я сделал удивленный вид.

– Сэр, – сказал я спокойно, – наверное, я не понял вашего вопроса. Или он относиться не ко мне. Мой отец официально приглашает вашу дочь. Никто ее не заставляет, и не тянет к нам за руку. Вы же прекрасно знаете, где мы живем. Почему бы вам не приехать к нам, и не задать этот вопрос моему отцу?

Наступило молчание.

– Но мы не хотели бы, чтобы наша дочь вообще исчезла из дома, пойми нас, – вступилась мать.

– Я вам могу дать честное слово, что тут я абсолютно не замешан. Я сам был крайне удивлен, что она переехала к своей тете.

– Но ведь большинство времени она проводит с тобой?

– Что делать если мы нравимся друг другу еще с колледжа, – сказал я. – Но если вам нужна моя помощь, я всегда готов ее оказать.

Тут замолчали все.

– А вы бы женились на ней? – неожиданно спросила мать.

Я просто кивнул, но добавил: – Хоть сейчас. Но сначала я предпочел бы окончить Университет.

– Джон, насколько я знаю, у вас были и есть проблема с задолжностями по учебе? – спросил отец.

– Да, сэр. Вы правы. – Сказал я. – Кто-то очень хочет, чтобы я перешел в другой, вместе с вашей дочерью.

– А причем здесь она?

– Потому что мы в этот пошли вместе только друг из-за друга. Разве вы не знали? Я, конечно, ничего не утверждаю. Просто, зная ее, я не удивлюсь этому.

– Джон, а вам не кажется, что вы манипулируете ею? – спросил отец с ноткой недовольства.

– Абсолютно, – ответил я. – Во-первых, мы с ней одногодки. А во-вторых, я отношусь к ней так же, как и она ко мне. На мой взгляд, слово манипуляция в этом случае беспочвенна. В этом я могу вас заверить.

– Джон, – вступилась мать, – не подумай ничего плохого. Как твои родители, так и мы хотим нашей дочери только счастья.

– Я желаю ей того же самого, – просто ответил я. – Может вам стоит поговорить с ней самой?

– Я с ней уже разговаривал, – сказал отец. – А если бы я попросил вас реже с ней встречаться?

– Вы хотите, чтобы я скрывался от нее? – улыбнулся я.

– Брюс, – вступилась мать, – на мой взгляд, ты не прав. Джейн уже взрослая, мы не можем держать ее взаперти. И зачем это?

– Я не предлагал этого, – сразу ответил отец. – Просто я вижу, что наша единственная дочь куда-то исчезает от нас. Конечно, как отца меня это не может не волновать.

Я незаметно вздохнул. Теперь разговор пойдет между ними. Свою роль я сыграл четко, не подкопаешься.

Действительно, они еще минут десять разговаривали между собой, пока не обнаружили, что я сидел и просто слушал.

– Извини, Джон. Это уже наши внутренние вопросы. Спасибо за честный разговор.

– Не за что, – поднялся я. – Как всегда я к вашим услугам. А с моим отцом вы можете поговорить в любой день, он всегда хорошо о вас отзывался.

– Ты нам оставишь Джейн хоть на сегодняшнюю ночь? – спросила меня ее мама.

Я улыбнулся. – Спрашивайте у нее. Хотя я буду сильно без нее скучать.

Мы вышли втроем и спустились вниз. Джейн сидела на диване и смотрела телевизор.

– Дочка, ты же останешься на ночь? – подошла к ней мама. – Мы ведь все по тебе соскучились.

– Меня ждет тетя, – сказала та, – она будет очень волноваться. Джон, ты же меня проводишь?

Отец уперся взглядом в пол, а мама только развела руками. Я тоже пожал плечами, показывая, что я тут ни при чем.

– Но хоть поговорить с тобой можно? – спросил отец.

– Джон, ты ведь подождешь меня? – повернулась она ко мне.

– Как скажешь. Я могу постоять на улице.

– Что ты, Джон, – сказала с укором ее мама. – Извини. Располагайся, где хочешь.

Джейн поднялась, и посмотрела на меня. Я улыбнулся ей. Потом они все втроем пошли наверх. Я чувствовал, что наступает заключение. Решающий момент мы выиграли. Причем, с Джейн вдвоем. Сейчас она просто загонит их в тупик, откуда выхода уже не будет.

Они спустились минут через двадцать. Джейн была порозовевшая, но спокойная.

– Я вызову вам машину, – сказал отец.

Мы попрощались и вышли. Я понял, что у ее родителей будет тяжелая долгая ночь.

– Джон, что ты им сказал? – спросила Джейн, когда мы уже ехали в машине.

– Что я готов на тебе жениться.

– Вечно ты со своими шутками, – возмутилась она. – Просто они даже не давили на меня.

– Разве плохо? – улыбнулся я.

– Мы же завтра увидимся?

– Без тебя мне уже и обедать не хочется. – Я слегка обнял ее, и она вышла. Шофер довез меня до дома и уехал.

Прошло два дня. Но ничего после разговоров не изменилось. Мы с Джейн днями довольствовались друг другом. Я заметил, как незаметно она вписалась в нашу семью, и даже стала ее членом. Обед не начинался, пока не приходила Джейн. А мама иногда забирала ее от меня и долго о чем-то разговаривала.

Но на следующий день меня ждал сюрприз. Мне позвонили из деканата и попросили прийти к обеду с зачетной книжкой. Я долго думал, что мне могли еще подстроить, но в полдень я уже был там, ничего не сказав Джейн. В деканате я встретил преподавателя, который завалил мне последний экзамен, и удивился. Каникулы шли полным ходом, но меня встретил декан.

– Дай мне зачетку, – попросил он и зашел в свой кабинет вместе с тем.

Выйдя через минуту, он вернул ее мне и сказал: – Отдыхай.

В зачетке стояло отлично.

– Джейн! Мы победили, – закричал я в коридоре.

Но это был еще не конец.

Назавтра, отец позвал меня утром и предупредил, что у нас будут гости. Я не удивился. В обед пришла Джейн, а сразу за ней приехали ее родители. Обедали мы по всем правилам высшего света, а после, мои и ее родители уединились в отцовском кабинете.

– Можешь плакать, – сказал я Джейн, – но твоему Джеку пришел конец.

Вместо этого, она повалила меня на диван.

– Я же говорила, что ты все можешь, – радовалась она.

– Мы все можем, – поправил я ее.

Прошло уже два часа, но никто не выходил.

– Смотри, – улыбнулся я, – долго же они приданое делят.

– А действительно, что они там делают так долго?

– Главное, чтобы не подрались.

Наконец они вышли и спустились.

– Джон – подошел ко мне отец Джейн, – тебе надо официальное приглашение, или сойдет и словесное? Наш дом для тебя открыт в любой день.

– Спасибо, сэр, – понял я.

Мы распрощались и они уехали. Я заметил, как мой отец улыбался. Да и мама с Джейн сияли как майский цвет.

– Джейн, – повернулся отец, – ты не хочешь познакомиться с тетей Джона, вернее, моей сестрой?

Та замерла, не зная, что сказать.

– Классная тетка, – шепнул я, – тебе понравится.

– А родители? – наконец спросила она.

– С трудом, но согласились. – Улыбнулся он. – Теперь, нам надо как-то вас делить.

Джейн подпрыгнула, и, забывшись, обняла меня за шею. Потом резко отпрянула, и отвела глаза. Зато мама смеялась от всего сердца, а папа улыбался.

– Джон, – сказал отец, – сегодня на ужин не рассчитывай.

– Пойдем ко мне, – шепнула Джейн.

Это я и так понял. Мы собрались, и пошли гулять.

– Джон, у меня просто нет слов, – обняла меня Джейн, когда мы вошли в парк. – У тебя такие родители! Такие!

– У тебя не хуже, – улыбнулся я. – Просто пришлось тебя отвоевывать. Зато теперь…

– А когда мы поедем? У нас еще есть больше месяца! Вдвоем!

– Разбежалась, – сказал я, – с теткой. Вдвоем нас никто не пустит.

– Но ты же сказал, что она хорошая?

– Отличная. Не хуже твоей.

Не знаю, или они так распределили, но последующую неделю мы всегда обедали у моих, а ужинали у ее родителей. Конечно же, Джейн вернулась домой. Я заметил, что отношение ко мне со стороны ее родителей перешло на окончательно доброжелательное, и был этому рад.

Потом мы поехали к моей тетке. Они сразу понравились друг другу.

– Где ты нашел такую принцессу? – спрашивала у меня тетка при Джейн.

Месяц пролетел быстро и счастливо. Мы гуляли по лесу, ходили на озеро, и даже вместе ловили рыбу. Вечером, перед тем как разойтись по спальням, мы целовались. Хотя, целовались мы везде. Не знаю как Джейн, а я так привык к ней, что вернувшись, мне уже было скучно, когда Джейн уходила к себе домой. Зато ее папиного друга с сыном я у нее уже не встречал никогда.

Наступили занятия.

Джек пересел на другую парту к одной симпатичной девушке, и мы облегченно вздохнули. Да и все остальные уже привыкли, что мы были всегда вместе. Прошло полгода, и мы оба, сдав экзамены на отлично, перешли на второй курс. У родителей, причем, обоих, мы уже были как члены семьи. С нами даже советовались. Но на каникулы нас опять разлучили. Я поехал к тетке. Та очень переживала, что Джейн не со мной. Но, в этот раз, мои родители уже пересылали мне письма, а я даже отвечал. Джейн приехала за месяц до окончания каникул и сразу направилась ко мне. Радости тети не было предела. Не знаю, почему ее все так любили? Оставшееся время мы провели наедине с природой и друг с другом. Так же хорошо мы прошли и второй курс, а вот на третьем случилось непредвиденное.

Однажды, Джейн появилась у нас в доме к обеду вся в слезах. Я быстрее увел ее в свою комнату.

– Отцу предложили должность зама мэра, – всхлипывала она, – но в другом городе.

– Ну и что? – удивился я.

– Он меня тут не оставит. Это его категоричное решение. Здесь даже мама не поможет.

Я задумался.

– Джон, я сбегу оттуда. – Твердо сказала она, вытирая слезы. – Хоть он мне и сказал, что он меня переведет в лучший Университет города.

– Да, но может забрать твое дело из этого, – нахмурился я. – Тут надо думать всем вместе. Пошли к моим, только не плачь.

Мы спустились, и за столом Джейн рассказала всю историю. Отец нахмурился, а мама погрустнела.

– А вы сами-то что думаете? – спросил он.

– Я сбегу оттуда, – опять повторила Джейн.

– А ты? – посмотрел он на меня.

– У нее же здесь есть тетка. Осталось половина учебы. Неужели нельзя как-то это решить?

– А ты не собираешься сбегать за ней?

– Это ничего не решает, – грустно сказал я. Джейн заплакала.

– Если для тебя не решает, то для меня решает, и многое. – Сказала она с явным укором.

– Тихо, не ссорьтесь, – сказал отец. – Надо поговорить нам, родителям.

Вечером мы ехали домой к Джейн вчетвером. Мама сильно переживала. Ее родители знали, и пригласили на ужин всех. Разговор должен был быть трудным.

Нас встретили очень приветливо, мои родители были в этом доме впервые. Но за столом не было произнесено ни слова по теме нашего визита. Зато после, все родители пошли наверх. Джейн прижалась ко мне так, будто ее собирались оторвать и унести. Я успокаивал ее как мог.

Разговор шел долго. Неожиданно позвали нас обоих.

Все стулья в кабинете были заняты, и мы стояли как два нашкодивших ученика перед директором.

– Джон, – начал ее отец, – я все понимаю, и тебя, и мою дочь, но вам еще всего по двадцать два года, скоро будет двадцать три. Ну не могу я оставить ее одну. Моя сестра это моя сестра. Она уже в пожилом возрасте. Мы с женой просто места себе там не будем находить. Дело, конечно, не такое срочное, мне дали месяц на переезд. Но я просто не знаю, что с вами делать.

– Джон, а ведь его можно понять, – вставил мой отец. – Я бы тоже подумал бы на его месте. Ты все-таки парень, а ведь она девушка. Мы согласны, чтобы вы проводили вместе все каникулы, или здесь, или там.

– А мне можно сказать? – обиженно спросила Джейн. – Что вы все напираете на Джона? Я не знаю как он, но я просто сбегу обратно.

– Джейн, милая, – сказал мой отец, – вы же не дети. Ты знаешь, что мы все тебя любим. Чего ты добьешься, сбежав? Может, давайте еще подумаем. Через месяц у вас каникулы. Я думаю, что твой отец согласится, чтобы вы провели их вместе. А там останутся какие-то два года.

– Два года одной?! – воскликнула Джейн. – Джон, почему ты молчишь?

Я действительно не знал что сказать. Два года для нас с Джейн были пропастью, учитывая наш возраст.

– Не спеши, Джейн, – сказал я, – надо подумать. Тебя же не увозят завтра.

Мы еще долго разговаривали, но не продвинулись ни на шаг. Я нежно обнял Джейн, и поехал с родителями домой. По дороге я представлял, как Джейн заходит в новую группу, а там ее облепливают как мухи красивые парни. А вдруг ее отцу придет что-то в голову, как с его другом? Не знаю, была ли это ревность, но настроение у меня испортилось. Я представлял, как там бедная Джейн в постели. Наверное, она также меня ревновала и плакала.

Назавтра в обед Джейн была у нас, а потом мы сразу пошли в парк.

– Джон, неужели ты меня отпустишь? – грустно спросила она. – Вернее, оставишь?

– Это два разных понятия, – сказал я.

– Для меня это – то же самое. Ну, придумай же что-нибудь!

Я опустил голову. Что я мог придумать? Даже моя семья была на стороне ее родителей, хотя они любили ее всем сердцем.

– Джейн, у нас есть месяц до экзаменов, и месяц на каникулы. Давай думать вместе, – сказал я.

Мы ходили по парку и думали, даже целоваться не хотелось. К вечеру, понурые мы пришли к ней на ужин. Было видно, что ее семья тоже переживала, особенно ее мама. За столом повисло молчание, а после ужина мы поднялись к ней в комнату.

Я обнял ее и спросил: – Дай мне повод, почему ты боишься этих двух, вернее полутора лет? Ведь все каникулы мы будем вместе.

– Джон, ты не выдержишь и уйдешь к другой.

Я рассмеялся. Оказывается, ее мысли и мои полностью совпадали.

Наступали экзамены, но никакого компромисса никто достигнуть не смог. Мы с Джейн готовились, но скорее не к экзаменам, а к скорой разлуке.

Я не удивился, что все экзамены мы сдали на отлично, хотя голова была забита совсем другим. Ее семья уже переезжала, но нам дали месяц на прощание, с условием, что Джейн вернется уже в другой город и пойдет в другой Университет. Приказ о переводе уже был подписан. Мы поехали к моей тетке, но Джейн таяла на глазах.

Тетка была в курсе событий и часто разговаривала с Джейн наедине. Наконец, за завтраком, она вдруг спросила ее:

– Дорогая, а почему бы вам перед отъездом не жениться? Можно прямо здесь, если, конечно, Джон не против. А я буду молчать как рыба.

Джейн впилась в меня взглядом. Это была интересная мысль.

– Тебе будет так спокойней? – спросил я ее.

– Джон, неужели ты мне сделаешь предложение? – не верила она.

Я просто кивнул. – Делаю. И в присутствии тети.

Джейн сорвалась из-за стола и повисла на мне.

– Джон, я согласна. Я согласна и перенести эти чертовы два года. Но я буду знать, что у меня есть муж, а у тебя жена.

Мы обнялись и поцеловались на глазах у тетки.

– Я буду свидетельницей, – сказала она, улыбаясь. – И свидетеля приведу. Хотите поехать сегодня?

Через час мы уже были в каком-то маленьком городке. Зайдя в какой-то невзрачный дом, у нас приняли заявления. Но роспись была назначена через неделю. Эта неделя у нас еще была.

– Джон, – спросила Джейн, когда мы вернулись и пошли на озеро, – а правда, что замужние и женатые не могут уже гулять с другими?

– Чистая правда, – улыбнулся я. – Только ты не забывай об этом.

– Ты не забывай. Я-то не забуду. А после Университета мы повенчаемся. Только ни слова родителям. И кольца спрячем у твоей тети.

Неделя прошла быстро, и, наконец, нас торжественно объявили мужем и женой. Тетка была счастлива, а про нас, и говорить нечего. Назавтра, Джейн должна была уже уезжать, а послезавтра – я.

– Джон, – потупив глаза, и шепотом спросила Джейн. – А правда у нас будет сегодня брачная ночь?

Я тоже уже подумал об этом, но было как-то страшно.

– Наверное, – сказал я тоже шепотом. – Мы же поженились?

– А тетя?

– Что-нибудь придумаем, – сказал я.

Ужин был праздничный, хотя за столом нас было всего трое. После мы стали шептаться.

– Да не шепчитесь вы, – улыбнулась тетка, – я уже все постелила. Будете спать у меня, там кровать широкая.

У нас отвисли челюсти. Джейн бросилась ей на шею, а я поцеловал ее в щеку.

Не знаю, как у нас все так быстро получилось, но такой ночи я просто не ожидал. Уже встало солнце, а мы не затихали. Наконец, постучала тетка.

– Джейн, дорогая, – ласково попросил я, – ты только пока не беременей.

Та засмеялась. – Опомнился! Эх ты, если бы вчера не позаботилась твоя тетя, то через девять месяцев у нас бы уже был малыш. – Она кинула на кровать какой-то пузырек с таблетками. – Кстати, я сама не знала про это, это все она купила.

Мы стали быстро собирать ее вещи, и расцеловав тетку, Джейн под руку со мной села в такси. Автобус скрылся из вида, и я вернулся домой.

– Тетя, огромное вам спасибо за все, – сказал я. – Второй, такой как вы, не будет. Если когда-нибудь у нас с Джейн будет девочка, мы назовем ее вашим именем.

Та только рассмеялась.

– Когда-то и я была такой. – Просто сказала она.

Назавтра уехал и я. Кольца я оставил тетке, а свидетельство о браке, забрал с собой.

Шло время. Конечно, я жутко скучал по моей Джейн. Она часто мне звонила, как и я ей. Полгода пролетели быстро, и Джейн опять появилась в нашем доме. Пробыв неделю, мы уехали опять к тетке. Там мы оторвались по полной за все шесть месяцев расставания.

Так прошел еще четвертый курс, а потом и пятый. Все каникулы мы проводили с Джейн немного у меня дома, а потом сразу ехали к тетке.

Сейчас мы оба писали диплом, каждый день перезваниваясь. А уже через месяц, оба с отличием его защитили.

– Джон, – взволнованно позвонила мне Джейн. – Завтра я к тебе выезжаю. Только не одна.

Больше она мне так ничего и не сказала. Я не спал полночи, а следующий день не находил себе места. Под вечер возле дома остановилась знакомая машина. Из нее вышли Джейн с родителями. Я бросился предупредить отца с матерью, а сам вышел навстречу. Мы обнялись с Джейн на глазах у всех. Но по лицу ее родителей было видно, что чем-то они были озабочены, хотя мы встретились, как и раньше.

Пройдя в холл все поздоровались друг с другом. Мать успела накрыть хоть и не шикарный, но праздничный стол. Но ее родители не спешили. Повисла тишина, которую нарушила Джейн.

– Я хочу, чтобы все знали, что у нас с Джоном будет ребенок!

Эффект был потрясающим, но лишь для меня и моих родителей. Ее, сидели молча, глядя на нас.

– Джон, – повернул голову отец, – это правда?

– Все может быть, – сказал я неуверенным голосом, – если она это говорит, то, наверное, знает.

– И как вы себе это представляете? – не удержался ее отец.

– Джон, от тебя я этого не ожидал, – сказал мой. – Порядочные люди сначала женятся. Разве тебя этому не учили? – в его голосе звучало разочарование и вина.

Я бросился в свою комнату и вернулся с бумажкой.

– Учили, – улыбнулся я. – Мы с Джейн уже два года женаты. – Я протянул ему свидетельство.

Он долго изучал его и вдруг рассмеялся.

– Хоть ты и моя старшая сестра, но я до тебя еще доберусь. Старая ты сводница!

В это время, документ изучили и ее родители. Ее мама даже схватилась за сердце. Они хотели что-то сказать, но видимо находили слов. Джейн подошла к моему отцу, приподнялась на цыпочках, и поцеловала его в щеку.

– Папа, вы рады? – Отец не знал что сказать.

– А вы, мама?

– Милая ты моя, – бросилась к ней моя мама. – Доченька. – Они обе зарыдали.

– Мама, папа, – обратился я к ее родителям, – идемте к столу. Надо же отпраздновать.

Сам я схватил за руку Джейн, и мы побежали в мою комнату. Я повалил ее на диван.

– И ты не могла мне сказать? – Я впился в нее губами.

– Милый, – прошептала Джейн, – только не раздави малыша. Он уже иногда шевелится.

Когда мы спустились, разговор уже шел о свадьбе.

– Тогда давайте так, – предложил мой отец, – сыграем тут, а потом у вас. Тогда никому не будет обидно.

– Джон, – привстал отец Джейн, увидев, что мы спускаемся. – Как же так? В полной тайне, даже ни слова не сказали?

– Вы же у меня спрашивали, женюсь ли я на ней? – улыбнулся я. – Что я вам ответил? Хоть сейчас. Чему же вы удивляетесь?

– А ты у меня получишь, – грозно сказал он Джейн. – Не могла сказать раньше, до отъезда?

– Во-первых, мой дорогой папочка, не ругайся на меня. У меня для этого есть муж. А во-вторых, вы бы просто не поехали.

Все рассмеялись.

– А медовый месяц? – спросила мама.

– У тети, – почти хором сказали мы и обнялись. – У нас там и кольца остались.

– Тогда она сама их и привезет. – Усмехнулся мой отец. – А заодно я с ней поговорю, как когда-то.

Свадьбу сделали в субботу. Тетка действительно приехала, и отец сразу повел ее к себе в кабинет. Вышли они в обнимку, улыбаясь. После свадьбы ее родители уехали, назначив нам дату, а на следующий день мы с теткой уже вернулись к ней. Медовый месяц прошел не то что сладко, а просто слаще не бывает. Потом мы поехали к Джейн, и повторили свадьбу у нее.

Я сдержал слово. Когда у нас родилась девочка, мы, не сомневаясь, назвали ее теткиным именем.

Отдел

В двадцать я закончил колледж. В двадцать шесть – Университет с отличием. Я был электронщиком и программистом, ремонтировал все подряд, и мне цены не было, как говорил мой бывший шеф. Четыре года я проработал с ним, пока нашу фирму не закрыли. Я не плакал, меня брала любая другая фирма. У меня были такие отзывы и рекомендации, что не взять меня было просто нельзя.

Отдохнув месяц, я разослал свои данные в двадцать самых престижных фирм, и получил приглашения из двенадцати. К этому времени я уже купил себе однокомнатную квартирку, и сейчас смотрел, какие фирмы ближе всего. Одна находилась совсем рядом, всего три квартала. Я решил начать с нее.

Здание было высокое, целых двенадцать этажей. Отдел кадров был на четвертом. Меня встретила пожилая женщина и пригласила сесть.

– Виктор, – начала она, – у вас столько пройденных курсов, такая трудовая биография, и столько поощрительных отзывов, что не скрою, вы для нас очень ценный кадр.

– Спасибо, – сказал я, – а как насчет зарплаты?

Она назвала цифру. В принципе на последней работе я получал столько же.

– Я могу вас направить в четыре разных отдела, ваши данные подходят ко всем.

– А самый трудный, это какой из них?

– Четвертый. Не то, что он самый трудный, но…

– Тем лучше. Я люблю трудные задачи. Не волнуйтесь, я везде справлюсь.

– Но оттуда уходят по своему желанию больше всего человек. Дело в начальнице, слишком она строгана мой взгляд.

– Еще лучше. Я же вам сказал, что люблю трудности.

– Как хотите. Но если вы захотите уйти, приходите сразу ко мне, я направлю вас в другой.

– Не захочу, – заверил я.

– Тогда завтра в девять у меня. Я проведу вас в отдел и представлю.

День я провалялся дома, а наутро опять сидел у нее. Мы поднялись на лифте на десятый этаж. Это была огромная комната, разделенная переборками, в ней находилось человек двадцать, у каждого был свой стол и компьютер. У стены выделялась еще одна комнатка. Она была из стекла, а вместо штор висели складывающиеся жалюзи. Два было поднято, и там сидела какая-то девушка моего возраста. Мы прошли в ее комнату, и я заметил, что стояла абсолютная тишина.

– Виктор, это мисс Дженни, ваша начальница. Надеюсь, она представит вас остальным. Всего хорошего.

– Здравствуйте, – сказал я, – а вам сколько лет?

Она была очень стройная и симпатичная.

– А какая разница? – ровно спросила она. – Вы же на работу пришли, не так ли?

Я кивнул. Мы вышли, и мисс Дженни повысила голос.

– У нас новый коллега. Его зовут Виктор, и он будет сидеть на месте Джулии.

Все повернулись. Я прочитал в их глазах что-то типа сочувствия или сожаления. Лица у всех были угрюмые. Мисс Дженни показала мне на пустой стол и повернулась уйти.

– А мне что, никого не представят? – спросил я.

– Сами познакомитесь, – хмыкнула она и вошла в свой кабинет.

Я пошел по залу, подходя к каждому и пожимая руки. Рябят было пятеро, остальные четырнадцать были девушки. Все были молодыми, чуть младше или постарше меня. Мне сразу понравилась одна, ее звали Вика. Я остановился у ее стола и спросил, что она делает сегодня вечером.

– Вы еще не на своем месте? – услышал я сзади голос начальницы.

– Пока не дошел, – сказал я.

– Тогда что вы здесь делаете?

– Я спросил ее, свободна ли она вечером.

У начальницы отпала челюсть.

– Просто она мне сразу понравилась, – сказал я. – Но вы тоже очень симпатичны. Кстати, у вас есть хоть аппарат для кофе, а то я утром не успел?

– Виктор, – наконец нашлась начальница, – займитесь работой. Все инструкции уже лежат у вас на столе.

– Ладно. Иду.

Я подошел к своему столу и сел. Открыв инструкции, я проглядел их, и направился к стеклянной комнате.

– Я вам не помешаю? – спросил я войдя. – Так чем мне конкретно заниматься? В инструкции я этого не нашел.

– Между прочим, сначала стучатся, перед тем, как войти.

– А по стеклу хоть стучи, хоть царапай, все равно ничего не слышно. А вы мне так и не ответили, сколько же вам лет.

– Двадцать девять, – сказала она, поднялась и подошла ближе. – Виктор, у нас есть свои правила поведения. Будьте добры их придерживаться.

– Но вы мне их не положили на стол, – сказал я.

– Спросите у своих соседей, – ровным голосом вымолвила она. – А что вы вообще умеете делать?

– Все. – Просто ответил я.

– Даже так? – брови ее поднялись. – Ваш компьютер не работает, мы вызвали мастера. Можете пока заняться им.

– Раз плюнуть, – сказал я и вышел.

– Вика! – крикнул я через весь зал, – ты мне так и не ответила.

Просунув руку в панель компьютера, я потрогал несколько плат, и он включился. Я сразу вернулся в кабинет.

– Что-нибудь еще? – невинно спросил я.

– А что, вы уже его починили?

– Можете проверить.

Она вышла и подошла к моему столу. Компьютер работал. Тем временем я разглядывал ее кабинет.

– Вы тоже окончили мой Университет? – спросил я, разглядывая ее диплом, когда она вернулась. – Что-то я вас не помню.

– Виктор, – грозно сказала та, – вы сегодня будете работать?

– А что, еще что-нибудь починить? – удивился я.

– Ладно, – сказала она, хитро прищурившись. – Вы видите этот принтер? Его уже чинили четыре раза, но не смогли.

– Ну, у вас и мастера! – сказал я, подойдя к принтеру. Открыв его, я проверил все, но ничего не нашел. Зато заметил кусочек бумажки, торчавший возле одного колесика. Просунув пальцы, я с трудом его вытащил и бросил в урну.

– У вас есть листик? – спросил я.

– Она протянула мне несколько.

– Печатайте на здоровье, – сказал я и отошел.

Мисс Дженни что-то смотрела на компьютере, и наконец, принтер зажужжал. Я взял лист, посмотрел на него и положил ей на стол.

– Что-нибудь еще? – спросил я. – Кстати, вы замужем?

Та чуть не поперхнулась.

– Нет, но это не ваше дело.

– А что вы делаете вечером? – продолжал я. – Вика так мне ничего и не ответила.

– Виктор, – та встала, – возьмите стул и сядьте рядом с вашей Викой, пусть она объяснит вам правила поведения в нашем отделе. Потом зайдете.

– Хорошо. Кстати, я тоже холост, – сказал я и вышел. Взяв свой стул, я пошел с ним к Вике.

– Дорогая, сказал я, – эта мигера послала меня к тебе, чтобы ты мне объяснила правила поведения в отделе. Я поставил стул и сел.

– В общем, тут как в тюрьме, – шепотом сказала она, оглядываясь. – Нельзя разговаривать, ходить, пить чай или кофе, выходить курить, вставать,…

– А в туалет можно?

– Если не часто.

– Это что, все из-за нее? – не поверил я. – Как же вы тут работаете?

– Многие увольняются, но присылают других. Поэтому тут такая скука, что хоть вой на Луну.

– Ладно, – сказал я, – и за это спасибо. Так ты свободна?

– Меня всегда жених встречает, – потупилась она.

– Тогда удачи. – Я встал и вернул стул на свое место. Потом пошел к Дженни.

– Вам все объяснили? – спросила она.

– Вы тоже закончили с отличием! – сказал я, опять подойдя к диплому в рамке. – Но почему я вас не помню?

– Виктор, – она повысила голос, – займитесь делом.

– Каким? Опять что-нибудь ремонтировать? Можете принести мне из дома фен или утюг, мне все равно. Программки писать? Только скажите какие.

– Джулия занималась ежедневными сводками за прошлый день. Она ушла в пятницу, не представив за четверг, за пятницу, и еще за вчера, ведь сегодня вторник.

– А что за сводки? – поинтересовался я.

– Отработанных часов по всей фирме.

– И все? – удивился я.

– Вам и недели не хватит, чтобы подогнать все. Кстати, в моем ноутбуке пропал звук.

– Дайте его, – попросил я.

Он долго включался, пока на экране не появилась заставка. Я сделал несколько кликов и нажал на первый музыкальный файл. Послышалась классическая музыка.

– Ладно, – я встал, – пошел работать. Если что, я еще зайду, – сказал я и вышел.

Полчаса я потратил, чтобы разобраться с папками Джулии, где и что сидит. Потом я быстренько написал программку, подключился к серверу фирмы и послал на печать. Принтер заработал. Пять листов за четверг, и столько же за пятницу и понедельник. Собрав все, я опять пошел к Дженни.

– Еще есть работа? – спросил я, пока она просматривала листы.

– Виктор, – откинулась она, – вы откуда сюда упали?! За полчаса сделать все за три дня?

– Дженни, называй меня на ты. Мы же вместе окончили один Университет, и оба на отлично. А при всех, будем как полагается. Кстати, ты не ответила про вечер.

Она покраснела. – Что вы себе тут позволяете? – сказала она, встав из кресла.

– Ладно. Работа есть? А то я пойду в отдел кадров, чтобы меня пристроили на полставки еще в какой-нибудь отдел. Тебе принести кофе?

Не дожидаясь ответа, я вышел и пошел на лестничную клетку. Там стоял кофейный автомат. Кофе было бесплатно. Я набрал две чашки, и зашел к Дженни.

Та, как мне показалось, сидела без сознания.

– Я взял тебе крепкий. – Сказал я и уселся на стул перед ней. – Так что с работой? Про вечер я уже не спрашиваю.

– Виктор, при всех ваших способностях, вы – большой нахал!

– Что делать, если именно такие больше всего нравятся девушкам. – Спокойно ответил я. – Кстати, кто у тебя был классный руководитель в Университете?

– Да оставь ты его в покое! – сказала она. – Иди лучше помоги своей любимой Вике, она отстает.

– Так бы и сказала. – Я встал и вышел. Видимо фраза про отдел кадров на нее подействовала как красная тряпка на быка.

Я опять взял свой стул и подсел к Вике.

– Шефа направила, – сразу сказал я. – У тебя тоже сводки?

– У нас у всех сводки, только разные.

Я посмотрел на экран.

– А где база данных?

– В этой папке.

– И ты все выбираешь вручную?! – Тебе что, заниматься нечем? Подвинься.

Я сел за компьютер и опять написал программку, подключив ее к серверу. Потом нажал на печать.

Вика не верила своим глазам, листы выезжали из принтера один за другим.

– Спасибо Вик, но мне теперь нечего делать, – сказала она, растерянно.

– Посмотри журналы мод, или еще что-нибудь, – сказал я и пересел к следующей.

До обеда я прошел половину. У всех сводки печатались автоматически, не надо было ничего вводить.

– Ты с кем обедаешь? – спросил я, войдя в кабинет Дженни.

– Виктор, ты меня уже достал. Какое тебе дело. Ты помог Вике? Помоги кому-нибудь другому.

– Может, пообедаем вместе? – предложил я.

В ответ я увидел такой взгляд, что поспешил выйти.

После обеда я уже закончил со всеми и пришел к Дженни.

– Работа есть? Уже все, а не только я сидят без работы.

Она выскочила и начала обходить каждого, собирая пачки готовых сводок. Я пока сидел в ее кабинете.

– Слушай, ты что, электронный гений? – спросила она, вернувшись. – Что ты наделал? Мне же надо каждому дать работу! Ты понимаешь, каждому.

– Ты начальник, вот и давай. Я-то тут причем? – удивленно спросил я.

– Ты все завалил, вот и придумывай, – она отвернулась. – Еще час до конца.

– Скажи, чтобы все протерли свои компьютеры, например. Выдай всем спирт и пусть работают. Мне бы тоже не помешало бы все протереть, а то так заляпано.

Она куда-то позвонила, и в скорее принесли упаковку с баночками спирта и пакеты с ватой.

– Всем протереть компьютеры и столы, – громко сказала она, – проверю у каждого.

Я тоже пошел и занялся своим местом. На чистку у меня ушла вся вата, ее кусочки были черными от грязи.

Наконец, все закончили и стали расходиться. Остался я один. По Интернету я играл в покер. Вышла Дженни.

– А ты что здесь делаешь? – удивилась она.

– Тебя жду. Ты же промолчала насчет вечера. А молчание – знак согласия.

– Нахал, – сказала она.

– Пойдем в кафе или бар? – спросил я.

– Ладно, пошли, – неопределенно сказала она.

Мы спустились и пошли по улице. Дойдя до первого кафе, я открыл дверь, пропуская ее вперед. Выбрал столик мы сели и заказали кофе.

– Виктор, – начала она, – до тебя у меня все шло гладко. А что мне делать теперь? И вообще, откуда тебя прислали?

– Гладко? – усмехнулся я. – Когда от тебя постоянно сваливают люди, это гладко?

– Дисциплина, прежде всего, – сказала она.

– Это тюрьма, а не дисциплина, – возразил я. – Люди должны работать с удовольствием. А ты им даже кофе попить не даешь. Не разговаривать, не вставать, не… Вот они и бегут от тебя.

Дженни задумалась.

– А вот что мне делать завтра? За полчаса каждый сделает свою работу, и что дальше?

– Иди к начальнику и проси работу. Тебя же за это погладят по головке.

– Скорее сократят пол отдела, – усмехнулась та.

– Не сократят, а переведут в другие. В отделе кадров много вакансий, если что. Какая тебе разница? Зарплату тебе не уменьшат. Но я думаю, тебе все же подкинут работу, а не сократят.

– Ты так думаешь? – впервые я увидел нормальный человеческий взгляд.

Я кивнул.

– А что делать с тобой? Ты же любую работу все равно сделаешь за час.

– Переведи меня в заместители, будем сидеть вместе. У тебя же должна быть вакансия?

– Еще чего захотел. Какой ты шустрый. После первого дня и сразу в замы.

– Тогда я пойду в отдел кадров. Не могу же я из восьми, семь часов спать за столом.

– А что ты будешь делать в замах?

– Тебе помогать, что же еще, – сказал я.

– Я и без тебя справляюсь.

– Справлялась, – подчеркнул я. – Вот не буду подсказывать, и что ты будешь делать?

– Слушай, ты меня в угол не зажимай, – пригрозила она.

– Тебе же там скучно одной. Вдвоем веселее. И свои зверские законы отмени. И вообще, у тебя нет выхода.

– Этот как? – удивилась она.

– А вот так. Завтра с утра пойдешь в отдел кадров, и попросишь перевести меня на должность своего зама. Послезавтра, позвонишь начальству, и пойдем вдвоем. Не волнуйся, я выкручу как надо, ты меня еще не знаешь. Не хочешь – воюй сама, пока вообще не сядешь на мель.

Дженни задумалась.

– Как тебя вообще угораздило попасть именно ко мне?

– Я сам выбирал, – усмехнулся я, – мне предлагали четыре разных отдела. Но ты мне сразу понравилась, и я выбрал твой.

– Иди ты, – усмехнулась она. – Ладно, я подумаю ночью. Пошли?

Мы встали и вышли на улицу.

– Тебя проводить? – спросил я.

– Я на такси.

– А мне три квартала до дома.

Назавтра ко мне подошла Дженни и сказала, чтобы я зашел в отдел кадров. Меня встретила та же женщина.

– Не ожидала, – сказала она, – что так быстро. Но приказ подписан, поздравляю.

– С чем? – не понял я.

– Виктор, вы теперь заместитель начальника отдела. На ваше место уже взяли другую девушку. Как вам это удалось? – спросила она. – Чтобы сама мисс Дженни пришла и за вас попросила. Это вообще впервые.

– Наверное, влюбилась, – пошутил я.

Женщина засмеялась.

– Кстати, у вас есть совсем маленькие отделы? – невинно спросил я.

– Один. Там только семь человек.

– А чем они занимаются, если не секрет?

– Финансовыми сводками.

– Но ведь и наш отдел занимается сводками.

– Да, но там …. Вообще, его хотели сократить.

Я ушел.

В комнате Дженни уже стоял второй стол, правда, поскромнее. Она вышла и представила меня как своего заместителя. Никто не был удивлен.

– Про свободу у меня язык не поворачивается, – сказал она мне наедине. – Скажешь сам, а?

Я вышел и объявил, что можно пить кофе, и вообще, чтобы чувствовали себя удобно. Курить – только в разрешенном месте. Сам я тоже сходил и принес два стаканчика, себе и Дженни.

– Спасибо, – сказала она, – даже приятно, когда за тобой ухаживают.

– Это я только начал, – сказал я. – Ты уже звонила начальству?

– Ты же говорил завтра?

– Но приказ подписан уже сегодня, звони.

– Но надо же подумать, что сказать?

– Звони. Придумаем на месте.

– Принеси мне еще кофе, пожалуйста, – попросила Дженни, сняв трубку телефона.

Я вышел, поняв, что она стеснялась звонить при мне.

– Сегодня в обед, – сказала она, когда я вошел. – Вик, мне страшно. Это ты все замутил.

– Вечером вместе? – спросил я.

– Да подожди ты до вечера! Тут такое дело, а он про вечер.

До обеда все уже справились с работой. А около двенадцати мы с Дженни уже спускались на пятый этаж. Подойдя к двери, на которой было написано ЗАМЕСТИТЕЛЬ, Дженни постучала. Нас пригласили, и мы вошли в шикарный кабинет. Вся мебель была мягкая, а стол – из чистого дуба. За столом сидел мужчина где-то за пятьдесят, в хорошем костюме, но со строгим лицом. Дженни представила меня как своего заместителя.

– Рассказывайте, – начал тот.

– Мисс Дженни проделала вчера огромную работу, а сегодня показала мне. – Начал я, опередив Дженни. – Нашли небольшие резервы, и есть предложение.

– Какое? – он откинулся в кресле.

– В фирме есть отдел из семи человек. Наш отдел может забрать их работу, чем-то она похожа на нашу. Сократится один отдел, экономится заработная плата.

– А, вы о том отделе? Мы кстати уже думали о нем.

– Если нашему отделу поднять зарплату хотя бы процентов на десять, мы вытянем.

Дженни еле успела кивнуть.

Мужчина снял трубку. Минут пять он с кем-то разговаривал. Потом позвонил другому. Разговор шел об отделе из семи человек, а сам он выступал как инициатор затеи.

– Ладно, – сказал он. – Согласовано. Сейчас отдел кадров перераспределит тех людей по другим отделам, а вы принимайте дела.

– А зарплата? – спросил я.

– Что-то я вас не помню, – посмотрел он на меня. – Вы у нас давно?

– Не очень, – сказал я.

– Зарплата тоже согласована, но со следующего месяца. Это все?

Мы оба кивнули и поднялись.

– Вик, такого пройдохи как ты я еще не встречала, – сказала мне Дженни по дороге. – Даже зарплату выбил. У меня бы язык не повернулся.

– Что, тебе плохо? Кстати, обедаем вместе?

– Ладно. Сегодня ты заслужил, – улыбнулась Дженни.

Мы спустились и перекусили в том же кафе, где вчера пили кофе.

– Кстати, ты тут только второй день, а знаешь больше меня. Я и не слышала про тот отдел.

Вернувшись, мы поднялись на другой этаж. Отдел располагался в небольшой комнате. Я быстренько скопировал информацию со всех компьютеров на жесткий диск, и мы сели разговаривать с бывшим начальником.

– Все сводки у нас в порядке и вовремя. Сегодняшнюю мы заканчиваем, а завтрашнюю придется делать уже вам. Ничего особо трудного нет. Больше времени занимает ручная выборка по финансам по каждому подразделению. Информация меняется каждый день.

Мы попрощались и ушли.

– Ты в этом понимаешь? – спросила меня Дженни.

– Тут и дурак поймет, – ответил я.

Войдя в отдел, я начал грузить каждому на компьютер разные файлы. Хватило всем. Потом я объяснил каждому, что конкретно надо делать. А в заключение добавил, что со следующего месяца всем поднимают зарплату на десять процентов.

Все весело перешептывались.

– Спасибо, Вик, – вдруг сказала Вика. – Наверное, Бог смилостивился над нами и посла нам тебя.

– Да я тут почти ни при чем, – улыбнулся я и пошел к Дженни.

– Все уже занимаются, – доложился я.

– Ты хоть меня научи, профессор, – опять улыбнулась она. Я редко видел ее улыбку, наверное, только второй или третий раз, но она ее так меняла, что грозная Дженни становилась, чуть ли не Золушкой. Хотя и ненадолго.

Я подсел к ней рядом, загрузил некоторые данные с диска и начал показывать.

– Вик, опусти жалюзи, – попросила она.

Я вернулся, взял ее руку и положил ее на мышку. Потом стал ею водить, показывая на новые файлы.

– Держать мою руку, это обязательно? – повернула она ко мне лицо.

– Без этого ты ничего не поймешь, – серьезным тоном ответил я и продолжил обучение.

– Нахал, – сказала она, но руку оставила.

Наконец, мы закончили. Я убрал руку и заглянул ей в глаза.

– Все поняла? – Несколько секунд я не убирал взгляд.

– Ты что, меня гипнотизировал?

– Нет, рассматривал, что же в тебе симпатичного.

– И что?

– Сам так и не понял, но что-то есть.

– Ты у меня допрыгаешься, заместитель, – сказала она.

– Еще одна угроза, и я всем вставлю программки, которые будут делать новую работу за минуты.

– Но тебе же сказали, что это только ручная работа.

– Хочешь, я вставлю всем прямо сейчас?

– Вик, ты какой-то гений. Только не делай этого, пожалуйста.

Я взял ее руку в свою, и она ее не убрала. Так мы просидели минуту, глядя друг на друга.

– У тебя жених есть? – спросил я.

– Был, да сплыл. А у тебя?

– Я бы тоже от тебя сплыл, уже бы на следующий день. У меня, лично, нет времени заниматься такими пустяками.

– Я что, такая плохая? – спросила она почти шепотом.

– Ты хорошая, просто тебя надо держать в узде, как скаковую лошадь.

– Дурак ты, – обиделась она. Но вечером мы опять сидели в кафе.

– Вик, мне кажется, что я не на своем месте, – вдруг сказала Дженни. – Ты должен быть начальником. С твоими способностями.

– Еще чего. И не думай. Просто вместе у нас все получается. Когда захочешь, загребем еще какой-нибудь отдел.

– Ты что, спятил? Хватит и этого. Ты же мне обещал, что никаких программок.

– Тогда ты мне тоже что-нибудь пообещай.

– Например?

– Что в выходные хотя бы один день мы проведем день вместе.

– Ну, ты и размахнулся!? – удивилась Дженни. – Мой обед и вечерний кофе уже твои. Но тебе мало, подавай еще?

– А что я сказал? – невинно спросил я. – Мы же должны узнать друг друга поближе.

– Мы и так сидим слишком близко.

– Да я не об этом, глупая. Погулять в парке, пообщаться, сходить куда-нибудь.

– А ты тут причем? – спросила она.

– Кто же, если не я? Мы ведь один Университет кончали.

– А Университет причем?

– Короче, договорились или нет? Смотри, а то передумаю.

– Ну, ты и нахал, – ее глаза смеялись. – Подумаю.

Мы расстались.

Неделя пролетела быстро, и, наконец, в субботу мы встретились с Дженни в полдень у входа в центральный парк. Я заметил, что за пределами нашего здания, она сильно меняется, превращаясь из грозной начальницы в обычную нормальную девушку.

Мы прошли по парку, заодно рассказав многое, друг о друге, а потом пошли на выставку последних компьютерных фирм. Чего там только не было! У меня даже слюни потекли. Наши компьютеры, по сравнению с этими, выглядели первобытнообщинными.

Потом мы направились в центр, вернее его коммерческую часть. Я заметил, что на витрины одежды она смотрела без всякого интереса. Посидев в кафе, я пригласил ее зайти в какой-нибудь бар, ненадолго.

– Знаешь, Вик, я никогда не была в барах, – сказала она. – Даже когда была молодой и училась в Университете.

– Тогда зайдем, – удивился я, – всегда должен быть первый раз. Люди были, но мы попали за стойку и сидели рядом. Взяли по коктейлю, потом повторили. Дженни быстро расслабилась и даже положила голову мне на плечо. Мы уже болтали о чем угодно, как будто знали друг друга много лет.

Стемнело, и мы вышли на улицу.

– Ты далеко живешь? – спросил я.

– Не очень, но далековато.

– Одна?

– Нет, с котом.

– А у меня даже попугая нет, – усмехнулся я.

Наконец, она опять взяла такси, а я пошел домой пешком.

– Хорошая девчонка, – подумал я.

Воскресенье я провалялся весь день, читая отдельные книги по программированию.

Но в понедельник меня ждало много сюрпризов.

Войдя в отдел, ко мне сразу подошел Майкл, один из наших, и сказал, что у него все время отключается компьютер. А сразу пошел к нему и понел, что накрылся блок питания.

– А куда вы деваете старые, сломанные компьютеры? – спросил я у него.

– Там, на лестничной площадке, недалеко от туалетов есть дверь, как подсобка. Там все ими завалено.

Дверь не была закрыта, я свинтил блок питания с другого, и переставил его Майклу. Все заработало.

Войдя к Дженни, я поздоровался и увидел, что она сидит какая-то грустная.

– Ты чего? – спросил я.

– Тебя через час вызывает шеф, – сказала она.

– Что-нибудь случилось?

– Там узнаешь. Откуда я могу знать, что у него в голове.

В назначенное время я постучал уже в знакомую дверь, и меня пригласили.

– Садись, Виктор, – сказал он, заканчивая что-то писать. – Ну как, справляетесь?

– Конечно, – уверенно ответил я.

– Тут вот какое дело, – наконец он поднял голову, – ваши соседи, пятый отдел, заваливают работу, отстают уже почти на три месяца. Я звонил мисс Дженни, и она сказала, что ты можешь все. А там глядишь, и поставим тебя начальником.

– А чем они хоть занимаются? – спросил я.

– Планированием. Да их всего там десять человек. Ну что, возьмешься?

Я кивнул.

– Вот и отлично. Можешь приступать хоть сейчас.

Возвращаясь по коридору, я был зол и взбешен. Зайдя сразу к Дженни, я вылил на нее целое ведро негодования.

– Не ожидал от тебя такого, Дженни. Значит, не поверила? Боишься, что я тебя подсиживаю? Решила, таким образом, от меня избавиться? Могла бы сказать и напрямую, сам бы ушел в другой отдел.

– Вик, да я…

– Пошла ты, – я хлопнул дверью и поднялся на этаж выше.

Перекурив и успокоившись, я зашел в пятый отдел. Там были почти одни ребята, и я сразу направился в комнату начальника. Тот уже был в курсе.

– Ты мне можешь рассказать, чем вы тут занимаетесь? – сел я напротив, – как первокласснику.

Он долго мне рассказывал, показывал листочки с какими-то графиками, с кучей цифр и пояснениями. Я просидел у него до обеда, пока, наконец, не понял всю их систему. На обед я не пошел, а сел за первый попавшийся компьютер. Пересмотрев все папки, я начал писать программу. Она была тяжелой, мешали графики. Написав, я пробовал ее и оставался недоволен. Вдруг в комнату вошла Дженни. Подойдя сзади, она положила мне руки на плечи.

– Вик, извини меня, – грустно сказала она, – ты неправильно все понял. Я никогда не хотела от тебя избавиться, наоборот. Сегодня до обеда я просидела, не выходя в своем кабинете. Мне тебя очень не хватает. Просто он позвонил и попросил помощи, а кроме тебя никто с этим не справится.

Я молчал.

– Из-за тебя я на обед не пошла, – сказал она, взяла стул и села рядом. – Хочешь, я пойду к нему и все верну назад.

– Уже поздно, ты уже успела от меня избавиться. Радуйся.

– Вик, я хочу, чтобы ты вернулся, – она взяла мою руку. – Я никогда так никого не просила. Прости меня.

Злость куда-то ушла. Если сама Дженни просила прощения, уже сам этот факт был из ряда вон выходящим.

– Ну и что мне сейчас делать? – спросил я. – Меня хотят оставить здесь начальником.

– Я пойду, и попрошу тебя обратно, просто заберу.

Я рассмеялся.

– Дженни, я могу вернуться обратно, но я тебе не верю. Так не поступают.

Неожиданно, я почувствовал ее губы на моей щеке.

– Теперь веришь? – спросила она шепотом.

– Почти.

Она поцеловала меня в другую щеку.

– Ладно, один раз поверю. Скоро я вернусь. Может тебе надо что-нибудь помочь?

– Нет, просто возвращайся скорее, – сказала та. – А вечером пойдем вместе, ладно?

Я кивнул. Дженни тихонечко ушла, а я продолжил. Программа не удавалась. Все уже вернулись с обеда, а хозяин компьютера прогуливался по комнате.

Я позвал его.

– Покажи мне хоть один отчет, который ты сделал, один из последних, – попросил я.

Он дал мне папку, и я долго рассматривал отпечатанные листы бумаги. Потом я продолжил с программой, но из-за этих графиков шел сбой. Я зашел к начальнику и попросил позвонить. Набрав номер своего бывшего однокурсника, я спросил:

– Джимми, ты там когда-то работал с графиками. Как ты вставлял их в программу?

– Тот мне долго объяснял, но я уже понял.

– Спасибо! Ты – лучший.

Вернувшись, я переделал программу, и действительно распечатка пошла.

– Такая? – спросил я у парня.

Тот посмотрел и кивнул.

Я спрятал эту программку в невидимые файлы, подключил ее к серверу фирмы, и запустил печать. Бумага пошла рекой. Потом за другой месяц, и в конце – за прошлый. Собрав всю кипу, я понес ее начальнику.

– Проверишь? – спросил я.

Тот долго изучал бумаги, а потом откинулся на стуле.

– Это ведь за все три месяца! – но это же невозможно.

– Все правильно? – спросил я.

Тот просто кивнул.

– Послушай, я не хочу тебя подставлять. Этих бумаг ты не видел, ладно?

– Спасибо, – тихо сказал он.

Я вышел, сел за тот же компьютер, и стер программу. Я уже знал ее наизусть. Потом я вернулся к Дженни.

– Ты точно хочешь, чтобы я вернулся? Учти, что я могу это сделать только из-за тебя.

– Вик, я же тебе сказала. – Поднялась она. – Тебе еще нужны доказательства?

– Тогда я переделаю весь твой отдел.

– А меня хоть оставишь?

– Куда же я без тебя. Хочешь, вечером зайдем ко мне, у меня кофе не хуже. Да и всего три квартала отсюда.

– Вик, мы знакомы всего лишь вторую неделю…

– Я же тебя на кофе приглашаю. Что тут такого?

– Ну, как хочешь, настаивать не буду. Звони своему шефу, спроси, когда я к нему можно прийти.

– А что ты ему скажешь?

– Какое тебе дело. Обо мне ты решила без меня, даже не предупредила.

– Я согласна, Вик, только давай забудем это.

– Согласна на что? – не понял я.

– На кофе, – она опустила глаза.

– Звони. Буду возвращаться в твой отдел. Пойдем вместе.

Дженни позвонила. Шеф был свободен и ждал нас. Войдя в его кабинет, мы сели.

– Вы все время ходите парой? – улыбнулся он. – Кстати, вы отлично смотритесь вместе. Что там у вас?

– Мы подумали с мисс Дженни, и можем забрать пятый отдел к нам. То есть, его работу.

Тот рассмеялся.

– Виктор, я послал тебя туда разобраться. Они уже отстают на три месяца. Как их догнать?

Я выложил ему распечатку, которую я сделал с компьютера.

– Вот. За три месяца. Но это только по одной теме.

Он долго листал, а потом положил пачку на стол.

– Это ты сделал сегодня?

– А когда же еще? Вы же меня отправили сегодня утром.

– Так что вы предлагаете?

– Мы заберем их работу, а вы нам поднимите зарплату еще на десять процентов.

– Мисс Дженни, у вас там что, работают все гении? Сначала забрали один отдел, а теперь хотите еще и другой?

– Мисс Дженни очень хороший организатор, – вставил я. – Если все хорошо распределить, то всегда можно найти резервы.

Тот долго думал, глядя на пачку листов. Потом сделал три звонка, представив мою идею как его инициативу.

– На этот раз давайте сначала попробуем, – сказал он. – Сделайте отстающие три месяца, а потом посмотрим.

– А зарплата? – вставил я.

– Поднимем. С завтрашнего дня. Но если не справитесь, надбавку уберем, – строго сказал он.

– Справимся, – твердо сказал я. – Вы еще не знаете мисс Дженни.

Мы вышли.

– Вик, ты что, сумасшедший?! – сразу остановила меня она. – Ты что ему наплел? Теперь нас снимут обоих.

– Но ты же хотела меня рядом? – улыбнулся я.

– Да, но не на улице.

– А разве на улице в парке тебе было со мной плохо?

– Вечно ты не туда заворачиваешь. Будем работать в парке?

– Я думал, ты скажешь, что с милым и рай в шалаше.

– Нахал, – сказала она. – Вот что теперь делать? – Я увидел в ее глазах слезинку.

– Дженни, разве я тебя подводил? Пошли ко мне, рабочий день уже закончен.

– Вик, ты все шутишь, а мне не до шуток. Я просто не представляю, как это все можно сделать.

– Зато я знаю. Дома и расскажу.

Мы оделись и пошли ко мне. Конечно, у меня был холостяцкий бардак, но я быстренько навел небольшой порядок. Дженни копалась на кухне, готовя кофе.

Потом мы сидели за столом и разговаривали.

– Ты же мне обещал рассказать, Вик, – попросила Дженни.

– А что рассказывать? Завтра я всем вставлю программку по последней теме, и они будут ее делать не за полдня, а за полчаса. Остальное время посвятим планированию.

– Но ведь там куча работы! Надо сделать отчеты за три месяца, не за неделю. Ты понимаешь?

– Если надо – сделаем. – Сказал я. – А мы и вправду подходим друг другу?

Дженни замолкла.

– Вик, мне кажется, что я тебя знаю уже годы, а не вторую неделю, – наконец сказала она.

– Так и есть. Мы же учились в одном Университете.

– Причем здесь Университет? – засмеялась она. – Ты меня доконаешь с ним.

Мы продолжали болтать и дальше, пока Дженни не вскочила.

– Вик! Уже первый час ночи!

– Ну и что? Оставайся. Будешь спать в моей спальне, а я не диване в зале.

– Ты что, сдурел? А если узнают?

– А что тут такого? Да и кто узнает, если мы только вдвоем? Пока доедешь, пока встанешь, всего четыре часа на сон. А завтра ты мне будешь нужна свежая, как майская роза.

– Вик, я никогда еще не оставалась ночевать у мужчины, – настаивала она.

– Какой я мужчина? Я твой заместитель. Вот и все. Иди, ложись, раньше ляжем – свежее встанем, – я ее уже почти запихнул в спальню и закрыл дверь.

В семь прозвенел будильник. Появилась Дженни, она старалась не смотреть мне в глаза. Пока она умывалась, я оделся. Потом тоже пошел умыться.

– Дженни, – настойчиво сказал я перед уходом, – посмотри мне в глаза.

Та подняла голову.

– Все в порядке?

Она кивнула и мы вышли.

Первые полдня я вставлял всем простенькую программу и объяснял, как ею пользоваться. Сводки потекли из принтеров почти автоматически. Потом я вставил ту же программу Дженни, и сидя рядом объяснил ей тоже самое. Она была тихая, как никогда.

– Дженни, да забудь ты все, – наконец сказал я ей. – Ты на меня сегодня даже не посмотрела.

– Мне стыдно, Вик, – опустила она голову.

Я опустил жалюзи и сел рядом.

– Мы же с тобой друзья? Чего тут стыдиться?

– Я полночи не могла заснуть.

– Ну и зря. Я уснул сразу. И вообще, если ты не будешь на меня смотреть, я уйду в другой отдел.

– Это – чистый шантаж, – наконец улыбнулась она. – А ты никому не скажешь?

– Ты вкусно готовишь кофе. А теперь посмотри на меня и улыбнись.

Она подняла голову, и я долго смотрел ей в глаза.

Обедали мы вместе, а потом, взяв жесткий диск, я поднялся на этаж выше. Там уже все знали. Я скачал информацию со всех компьютеров и ушел.

Наш отдел сидел без дела. Моя программка делала все сама и очень быстро.

– Не расслабляйтесь, – сказал я всем. Сначала я прочитаю вам лекцию о планировании.

– А мне можно послушать? – услышал я тихий голос Дженни. Она вышла и стояла за спиной.

Два часа я рассказывал и объяснял как первоклассникам, что это такое, и что им надо будет делать. Было много вопросов, а потом я каждому вставил программку, распределив весь объем работы на всех. Потом, каждому объяснил, что надо делать, куда нажимать и так далее. В конце я объявил, что с сегодняшнего дня всем подняли зарплату еще на десять процентов, но если кто-то не будет справляться, их снимут.

Рабочий день окончился. Главную работу я оставил на завтра.

Дженни уже ждала меня.

– Куда пойдем? – спросил я, – в кафе, ко мне или пригласишь к себе?

– Вик, когда-нибудь я получу от тебя инфаркт, – сказала она, но глаз не опустила.

– Значит к тебе, – сказал я и взял ее под руку.

– На улице, – попросила она.

Мы поймали такси и поехали. Через двадцать минут мы уже были в ее квартире. Все было убрано и чисто. Сразу было видно, что здесь жила женщина. У нее тоже была однокомнатная квартира, но чуть поменьше. Зато у нее был кот, и мы быстро нашли с ним общий язык. Тот пристроился у меня на коленях и сразу уснул.

– Вик, почему ты такой нахал? – спросила Дженни, – ты всего добиваешься напором. У меня даже мысли не было пригласить тебя, пока. А вот мы уже сидим у меня и пьем кофе.

– Тебе плохо? – спросил я.

– Нет. Но я не об этом. Какие-то у нас странные отношения. Ты можешь их объяснить?

– Конечно. Мы же учились в одном Университете.

– Опять ты про свое! – грозно сказала Дженни. – Не увиливай.

– А что ты хочешь от меня услышать? – спросил я.

Разговор пошел о другом.

– Вик, скажи честно, ты хочешь остаться? Ведь уже двенадцать. – Спохватилась Дженни.

– А у тебя когда-нибудь спал мужчина?

– Дурак, – обиделась она.

– Тогда я буду первым, если ты так просишь. – Я встал и пошел в зал.

– Нахал, – услышал я насмешливый голос.

Встали мы в шесть. Умылись, оделись, даже попили кофе с булочками.

– Мне у тебя нравится, – заявил я перед уходом. – У себя я даже кофе не успеваю попить.

Приехали мы вдвоем, и я сразу взялся за работу. Два часа я объяснял всем, что такое планирование, и что конкретно надо будет делать. Дженни тоже слушала. Вопросов было много. Я отвечал на все. Так мы добрались до обеда. Вернувшись с Дженни, я начал подсаживаться к каждому, и объяснять, как работает программа, куда нажимать и так далее. Потом мы делали пробную печать, и если не получалось – повторяли до тех пор, пока я не убеждался, что человек все усвоил досконально. Только после этого я пересаживался к следующему.

Меня позвала Дженни.

– Вик, ты только не спеши. Если мы все сделаем за один день, будет очень подозрительно.

– Да у меня и так по часу уходит на каждого. Пока я не даю команду работать, пусть себе тренируются до конца недели. А в понедельник пойдет печать. Во вторник мы можем сдать работу. Как тебе?

– И то, рановато. Но давай так и сделаем.

– Вик, – виновато попросила меня Дженни после работы, – давай в кафе. Пока у меня все не уляжется в голове.

– Нет вопросов, – сказал я. – Если только твой кот не будет по мне сильно скучать.

– А почему не хозяйка? – улыбнулась она.

– Она трусиха, нерешительная и взбалмошная.

– Сам такой – пихнула она.

До конца пятницы я подогнал всех. И только потом заявил, что всем повышена зарплата еще раз. Но если кто-то не будет справляться с планированием, повышение снимут. Все улыбались.

– Куда ты меня приглашаешь на выходные? – хитро спросила Дженни.

– Никуда. Извини, работы много.

Она задумалась.

– А если я тебя приглашу?

– Тогда заскочи за мной, я буду дома.

– Вик, что-то случилось? – спросила она, стараясь заглянуть мне в глаза.

– Нет, Дженни, я просто устал за неделю.

Мы даже не зашли в кафе, а сразу разъехались.

В субботу я провалялся полдня в постели, отсыпаясь за неделю. Остальные полдна я посвятил генеральной уборке в квартире. Почему-то я вспомнил Дженни, и мне стало стыдно.

В воскресенье у меня была надежда, хотя и слабая, что Дженни заедет. Но к вечеру я выбрался и обошел пару старых друзей.

В понедельник я вошел в кабинет. Дженни встретила меня улыбкой и опустила жалюзи.

– Я думала к тебе вчера приехать, Вик. Несколько раз собиралась, но так и не решилась.

– Значит, скучала? – улыбнулся я.

– А ты?

Я просто подошел и легонько ее обнял.

– Знаешь, Вик, – грустно сказала она, – тебя все-таки у меня отнимут. Таких как ты, не оставят в замах.

– А ты не отдавай, – сказал я.

– А меня и спрашивать не будут.

– Не загадывай. Давай закончим это дело с планированием.

– Все в твоих руках, – вздохнула она.

Я вышел и дал команду начинать работать. Зажужжали принтеры, полилась ручьем груда бумаг со всех столов. К обеду все было закончено.

– После обеда, проверьте каждый листик, и сложите все отчеты в коробки. Только как-нибудь разделите по месяцам. Молодцы ребята!

Обедали мы, как всегда, с Дженни.

– Вик, ты меня вечером пригласишь? – вдруг спросила она.

– Конечно. Но только с ночевкой.

Она засмеялась.

– Видишь, я уже стараюсь быть смелой.

– Такой ты мне нравишься еще больше, – улыбнулся я.

К вечеру, все коробки были уже готовы. А вот бумаги осталось всего несколько пачек. Дженни позвонила и заказала еще.

Вечером мы опять сидели у меня, и пили кофе.

– Пошли, поужинаем, – предложил я. – У меня здесь ресторан за углом.

Не знаю почему, но Дженни светилась какой-то внутренней радостью, иногда я даже ее не узнавал.

Когда мы вернулись, было уже поздно.

– Вик, обними меня перед сном, – вдруг прошептала она.

Я нежно обнял ее, и мы простояли так несколько минут.

– Мне тоже хорошо у тебя, – сказала она и скрылась в спальне.

Наутро, как всегда, мы пришли на работу вместе. Два квартала Дженни шла со мной под ручку, а под конец убрала.

В кабинете она сразу же позвонила шефу. Тот назначил через час. Я попросил ребят помочь, и вскоре все коробки стояли уже возле двери шефа. Наконец мы постучали и нас пригласили войти.

– Как поживает моя любимая пара? – засмеялся он. – С чем пожаловали?

– Все готово, – сказала Дженни, – все документы разложены по коробкам и стоят у вашей двери.

Тот встал и вышел. Потом вернулся и сел в кресло.

– За три месяца? – сомнительно спросил он.

– Как вы и просили.

– Не может быть. За неделю сделать трехмесячную работу? Ладно, идите, я вас потом позову.

– Так нам продолжать?

– Я позвоню, наверное, через час, – сказал он, и мы вышли.

Он действительно позвонил, и сказал, чтобы мы продолжали. Я сообщил всем, что новая работа включена в график и ее надо делать, как и остальные, каждый день.

Вообще, я заметил, как изменился коллектив. Все расслабились, разговаривали, пили кофе и выходили курить.

– Дженни, – сказал я ей, – ты видишь, что без тюрьмы люди работают даже лучше, и притом с удовольствием.

– Вик, не называй это слово. Ты просто всех распустил.

– А результат?

– Ладно, конечно же, ты победил. Ты даже мой характер сломал.

В кабинет постучали, и вошла Вика.

– Извините. Я просто хотела вручить вам обоим приглашение на свадьбу. В эту субботу я выхожу замуж.

Мы сердечно ее поздравили, и заверили, что обязательно придем.

Неделя прошла быстро. Каждый день мы были в гостях у друг друга, и оставались ночевать. Иногда мы болтали до двух часов ночи. Перед сном, мы нежно обнимались и расходились.

В субботу мы встретились у ресторана, где была Викина свадьба. Я не узнал Дженни. Она сделала прическу, и на ней было шикарное платье.

– Дженни, это ты? – спросил я. – Это не ты ли выходишь замуж?

Та рассмеялась.

– Не шути. Это платье у меня еще с выпускного вечера в Университете. Пока ее вмещаюсь.

– Но ты такая красивая!

– Ты тоже. Я никогда не видела тебя в смокинге.

– Кстати, он тоже с такого же выпускного вечера.

Мы поднялись в ресторан, все уже рассаживались.

Свадьба была прекрасна. В конце, невеста даже пригласила меня на танец, предварительно спросив разрешение у Дженни.

– А я тут причем? – покраснела та.

В остальном, мы с Дженни не пропустили ни одного танца.

– А когда ваша? – спросил подошедший жених.

Мы оба промолчали и неловко улыбнулись.

После свадьбы мы разъехались, каждому надо было переодеться. Назавтра мы тоже не договаривались.

Прошли еще две недели. Наш отдел работал как часы.

В один день Дженни предупредила меня, что сегодня квартальное собрание.

– Это еще что? – удивился я.

– Каждый квартал президент собирает все руководство, а также начальников и замов всех отделов. Хоть посмотришь на него.

– А зачем?

– Просто подводит итоги. И называет лучший отдел. Это – восьмой, уже два года только он и получает премии.

– А нам что надо делать?

– Сидеть и внимательно слушать. Главное – не уснуть.

– А нам можно сидеть вместе? – сразу спросил я.

– А ты будешь себя хорошо вести? – улыбнулась Дженни.

В три часа дня мы спускались в актовый зал. Людей было много. Мы сели рядом где-то сзади, и я аккуратно положил руку на руку Дженни.

– Ты же обещал вести себя хорошо, – грозно сказала она, но руку не убрала.

– Все равно никто не видит, – прошептал я.

Появился президент. Это был лысенький толстячок с добрым лицом. На президента он никак похож не был. Подойдя к трибуне, он разложил листы бумаги и начал читать. Прошел час, и меня действительно клонило ко сну. Наконец он закончил речь и убрал бумаги.

– Ну а сейчас, как всегда, мы назовем лучший отдел квартала. Руководство рассмотрело показатели работы, и, в этот раз, звание лучшего отдела получает четвертый. На этот раз, восьмой впервые уступил свое место. Мисс Дженни, пожалуйста, на сцену.

Дженни покраснела, а я ее уже пихал в бок. Она поднялась на сцену, и президент вручил ей какой-то диплом, или грамот, и пожал ей руку. Все аплодировали, кроме, наверное, восьмого отдела.

– Ну и конечно квартальная премия тоже переходит к вам.

Дженни спустилась и села рядом. Она до сих пор не могла прийти в себя.

– Вик, это все твое, – вдруг сказала она, – я этого не заслужила. И даже подумать не могла. – Она попыталась всунуть мне грамоту в руки.

– Дженни, ты все это заслужила. – Я отодвинул ее руку. – И вообще, веди себя прилично.

– Ладно, – сказала она, мы еще встретимся в кабинете.

Президент не уходил.

– К сожалению, нас так и беспокоит первый отдел, который последние месяцы занимает последнее место. Руководство приняло решение, отправить мистера Джека, начальника отдела, на пенсию. На его место перейдет заместитель четвертого отдела, мистер Виктор. Приказ уже подписан.

Для меня это было громом с ясного неба. Меня пихали к выходу, и я поднялся на сцену. Президент пожал мне руку, и послышались жидкие аплодисменты, в зале меня знало всего несколько человек.

Собрание было объявлено закрытым. Я вышел в шоке, а Дженни сразу побежала в туалет. Пока я спускался в отдел, слух уже дошел до всех. Мне аплодировали. Некоторые даже встали на стулья.

– Спасибо, – сказал я. – Но благодарить вы должны мисс Дженни. А вот и она.

Аплодисменты прозвучали снова. У Дженни были мокрые глаза. Она натянуто улыбнулась и скрылась в кабинете, опустив все жалюзи.

Я тоже зашел в кабинет и закрыл дверь. Дженни плакала, но поднявшись, она подошла ко мне и вдруг поцеловала меня прямо в губы.

– Вик, все это заслужил ты. – Всхлипывала она. – Мой поцелуй – ничто, по сравнению с тем, что ты сделал для всех нас.

– А чего ты тогда плачешь? – спросил я.

– Помнишь, я говорила, что тебя от меня заберут. Так оно и вышло, только быстрее, чем я того ожидала.

– Дженни, ты должна радоваться, глупая. Твой отдел – лучший в фирме. Все налажено, работай себе спокойно. Я надеюсь, мы же будем встречаться.

Она опять подошла, обняла меня и положила голову мне на грудь.

– Вик, я тут умру одна в этом кабинете.

– Возьми себе зама.

– Не из кого. Такие как ты встречаются только один раз. Ты же не бросишь меня?

– Конечно, нет. Я даже буду забегать к тебе. И ты ко мне спускайся. Я же буду этажом ниже.

– Ты поедешь, сегодня ко мне? – посмотрела она мне в глаза.

– Как всегда, с ночевкой.

Она вздохнула и отошла.

Весь конец дня она просидела грустная. А вечером мы поехали к ней, купив по пути торт.

Но дома она не изменилась. Улыбки получались вялыми.

– Дженни, кончай хандрить, – сказал я, когда она просто стояла и смотрела в окно. – Тебя вылечить? Это я могу.

Она кивнула.

Я подошел к ней и впился в ее губы, крепко прижимая ее к себе. Она обхватила руками мою шею. Мы простояли так несколько минут, а потом я ее отпустил.

– Вик, – для тебя это что-нибудь значит? – спросила она, заглядывая мне в глаза.

– Очень много.

И мы опять слились в поцелуе. Потом она сидела у меня на коленях, и мы пили кофе, заедая его вкусным тортом.

– Вик, в твоем отделе много девушек, – как бы невзначай сказала Дженни.

– Придется ухаживать за несколькими, – усмехнулся я.

– Бабник!

– Не переживай, ты тоже будешь в их числе.

Она нагнулась и опять впилась в меня губами.

Наконец, мы разошлись по комнатам, и я быстро уснул.

Наутро я поднялся этажом ниже и вошел в первый отдел. Меня сразу встретили девушки, их в отделе было десять и лишь один парень. Кто сидел и красил ногти, кто листал журналы мод, кто просто играл в Интернете. Одна вообще спала, положив голову на стол. Одежда была немного шокирующая. Большинство было в мини-юбках и с шикарными декольте. Мне показалось, что я попал в салон мод.

Я представился и попросил всех подойти поближе.

– Вопросы ко мне есть? – спросил я.

– Какой милый, – улыбнулась одна, – вы женаты?

– Нет. Еще? Кстати, что там за девушка спит?

– Это Кармен, она всегда спит, – все засмеялись.

Я понял, что здесь происходило. Если у Дженни была тюрьма, когда я попал к ней, то тут что-то типа Содома и Гоморры. Я попросил всех представиться и старался запомнить имена. Парня звали Стив. Я подошел к спящей девушки и потрогал ее за плечо.

– Пошел ты, – пробурчала она, и продолжала спать.

– Стив, – позвал я его, и отвел в сторону. – Как зовут эту спящую красавицу?

– Кармэн. Она всегда спит. Только после работы шеф ее оставлял писать какие-то бумаги.

– Спасибо, – сказал я.

Бывшему начальнику оставалось пару лет до пенсии. Работа его уже не интересовала, только эта Кармен.

– Теперь, мои милые и дорогие девушки, слушайте меня внимательно, – начал я. – Кармен с сегодняшнего дня я увольняю. Это раз. Если завтра хоть кто-нибудь из вас придет в мини-юбке или декольте, будет отправлен обратно, с пометкой ПРОГУЛ. Это два. Если хоть кого-то я увижу без работы – рапорт будет в отделе кадров. Это три. И последнее. Никаких разговоров и хождений. Если кто-то хочет уволиться сам – поднимите руку.

Все оцепенели. Никто руку не поднял.

– Теперь быстро за работу! – скомандовал я.

Сам я зашел в кабинет. Он уже был чист и я сел за кресло. Потом позвал Стива.

– Расскажи мне, чем вы тут вообще занимаетесь, коротко.

– Заработной платой, – сказал он.

– А откуда вы получаете данные?

– Из второго отдела. Они занимаются учетом рабочего времени, а потом передают нам.

– Пошли, покажешь на компьютере.

Мы вышли. В зале стояла полная тишина. Все сидели за компьютерами и что-то делали.

Стив показал мне все файлы. Это был явный примитив. Одной программкой я мог свести день работы к двум – трем часам.

– Стив, – сказал я ему, когда мы опять вернулись в кабинет, – это останется между нами. Кто тут лишний? Не волнуйся, никого не уволю.

Он задумался и назвал пять имен. – Остальные работают хорошо, только разболтались.

Я поблагодарил его и поднялся к Дженни. К удивлению, у нее сидел начальник восьмого отдела, они о чем-то разговаривали. Это был неплохой, притом симпатичный парень.

– Извините, – сказал я и вышел.

Поднявшись на лифте выше, я нашел второй отдел. По размеру он был похож на наш. Им руководила тоже женщина, но постарше.

Я представился, и она мне предложила сесть.

– Мы ведь с вами коллеги, – начал я, – работаем в одной связке. Вы нам даете информацию, а мы ее обрабатываем. Не могли бы вы показать мне на компьютере схему вашей работы?

– Пожалуйста, – удивилась она, – но зачем это вам?

– Для общего развития, – пояснил я.

Мы вышли, и она меня подвела к одной девушке.

– Лиза, покажите молодому человеку схему нашей работы, пожалуйста.

Я взял стул и сел рядом. Разобрался я быстро, и сразу увидел, что и здесь такой же примитив, как и в моем новом отделе. Поблагодарив Лизу, я вернулся в комнату.

– Хороший у вас коллектив, – сказал я начальнице.

– Всего хватает, – усмехнулась она.

– А кто самые лучшие?

Она задумалась, и показала мне пять разных девушек. – Эти работают на совесть. Остальные – просто работают. Надеюсь, вы меня понимаете?

Еще немного поговорив, я поблагодарил ее и ушел.

Спустившись, я увидел, что Дженни занята тем же парнем, я даже не стал заходить, но она увидела меня.

Спустившись в отдел, я задумался. Мысли роились как пчелы, но, в конце концов, я решился. Сняв трубку, я позвонил шефу и попросил аудиенции.

– Сегодня могу только в обед.

– Спасибо. Я буду, – сказал я и повесил трубку.

В комнату зашла Дженни.

– Вик, не обижайся, этот Джон спускается ко мне почти каждые два часа. Не пойму, что ему надо. Обычные разговоры, да и все.

– Дженни, – ты можешь делать все, что хочешь, – сказал я, – и не надо передо мной отчитываться.

– Но мы же обедаем вместе?

– Извини, но у меня встреча с шефом.

– Значит, ты все-таки обиделся? Ну и дурак, – выпалила она и вышла.

В обед я уже стучал в знакомую дверь, а потом сидел напротив шефа.

– Непривычно видеть тебя одного, мисс Дженни очень не хватает, – улыбнулся он. – Ну как начало?

– Все нормально. Но я пришел с предложением.

– Давай выкладывай. От тебя можно ожидать чего угодно, – он усмехнулся.

– Я предлагаю полностью забрать работу второго отдела. Но, поменяв пять моих сотрудниц на пять из второго отдела.

Тот откинулся.

– Подожди. Твой отдел самый последний. И ты хочешь еще работу?

– Вы же знаете, что я справлюсь.

– А как ты докажешь?

– Поменяйте мне сначала сотрудниц, а потом я вам все докажу. Вам не надо пока ничего делать, пусть все остается на своих местах. Дайте мне скопировать информацию второго отдела. А потом я вам принесу результаты зразу по двум отделам. Получается большая экономия, – добавил я. – Но, как всегда, я буду просить вас о надбавке.

– Виктор, а тебе не кажется, что все может окончиться провалом? И твоей карьеры тоже?

– Нет. Я за себя уверен.

– Ну, смотри. – Он поднял трубку отдела кадров, что-то сказал и повернулся. – После обеда зайдешь в отдел кадров. Принеси списки для обмена.

Я вышел. В коридоре я поймал ту Лизу, которая мне показывала схему работы второго отдела. Я отвел ее в сторону и начал расспрашивать о девушках.

– Та, что в самом углу, это Хелен Верке. Какая еще?

Я описывал, где сидит девушка, а Лиза называла ее имя. Кстати, в лучшую пятерку входила и сама Лиза, она назвала мне только свою фамилию. Я поблагодарил ее и спустился к себе. Я уже понял, что обеда у меня не будет. Составив два списка, я поднялся в отдел кадров.

– Что вы там такое задумали? – спросила меня начальница.

– Просто небольшая рокировка. Надо же как-то поднимать отдел.

– Ладно, давайте списки. Завтра все уже будут на своих местах.

Я вышел и спустился к Дженни. Но та была опять занята. Тот же парень сидел у нее в кабинете. Извинившись, я сразу ушел к себе.

Я выбрал самую симпатичную девушку из отдела, поставил в своем кабинете еще один стол, и посадил ее за него. Кстати, ее тоже звали Дженни.

– Будете моей помощницей на время, – сказал я ей. – Если я куда-то отлучусь или меня просто не будет.

Та с удивлением посмотрела на меня, и сразу продолжила работать на своем компьютере.

Я поднялся во второй отдел и скинул информацию со всех компьютеров на жесткий диск. Но я не успел уйти, как меня поймала начальница.

– Мистер Виктор, что это за штучки? Только что меня вызвали в отдел кадров. Я вам доверилась, а вы забираете моих самых лучших девушек? Как это называть?

– Я их спасаю, – заговорчески ответил я и пошел дальше.

– К вам заходила мисс Дженни, – сказала моя помощница.

– Спасибо. – Я открыл свой ноутбук и до конца работы написал две программки. Вставлять я решил из завтра.

Появилась Дженни.

– Вик, у тебя новая секретарша? – спросила она.

– Кстати, ее тоже зовут Дженни. Рад, что она и тебе понравилась.

– Пошли к тебе домой, нам надо поговорить, – строго сказала она. Я оделся и мы вышли. Все три квартала мы молчали. Только зайдя домой, Дженни разошлась не на шутку. Не дав мне раздеться, она сразу приперла меня к стенке, в прямом смысле.

– Что это значит, Вик? – грозно спросила она.

– Что-нибудь произошло, Дженни? – невинно спросил я.

– Что это за секретарша? Почему ты меня уже избегаешь?

– Я?! Это ты нашла себе сразу хахаля и сидишь с ним весь день.

– А что мне делать? Он же начальник отдела. Мне его что, выгнать?

– А мое, какое дело? – вспыхнул я. – Хоть замуж за него выходи.

– А ты, конечно, сразу возьмешься за секретаршу, да?

– Она очень симпатичная, кстати. Разве нет?

Мы еще долго ругались, пока не выдохлись. Потом сели пить кофе. Оба уже остыли и о чем-то думали.

– Вик, если этот Джон у меня больше никогда не появится, ты уберешь секретаршу? – спросила Дженни.

Я кивнул.

– Тогда завтра, при нем зайдешь ко мне, и положишь мне на стол лист бумаги. Обещаешь?

– Что ты задумала? – насторожился я.

– Обещай!

Я опять кивнул.

Потом мы еще долго разговаривали, но уже спокойно. Я честно рассказал Дженни про мои планы.

– Каким ты был, таким ты и остался, – сказала она. – Когда ты уже и меня собрался проглотить?

– В прямом смысле? Подойди ко мне.

Она подошла. Наши губы самовольно слились в глубокий затяжной поцелуй, а руки обнимали друг друга.

– Вик, – прошептала она, – глотай меня почаще.

– Тогда пошли на диван.

Мы еще долго целовались. Потом гладили друг другу волосы, чуть не мурча от удовольствия, и так, в обнимку и уснули. В семь прозвенел будильник. Мы лежали с Дженни в обнимку на диване, крепко прижавшись, друг к другу.

Она вскочила.

– Вик, я даже и не заметила, как уснула, – оправдывалась она.

– Да, ладно тебе. Холодно не было? – улыбнулся я.

Та побежала умываться. Я лежал и чувствовал ее запах. Мне было очень хорошо. Я чуть не уснул опять.

На работу мы пришли вместе, но вышли на разных этажах.

В своем отделе я сразу увидел Лизу. Значит, перестановка произошла. Я попросил Стива, чтобы он собрал четыре наших девушки, и вместе с ними объяснили бы новеньким, как мы работаем, и что конкретно делаем.

Сам я, двигаясь от компьютера к другому, вставлял всем две программки. Закончив, я поднялся к Дженни с листком бумаги. Как я и ожидал, Джон сидел уже у нее.

Я зашел, поздоровался, и, приблизившись к столу, положил Дженни лист бумаги. Та вышла из-за стола и неожиданно впилась мне в губы.

– Вик, милый, наконец-то, – горячо сказала она. – Я ждала тебя и всю ночь не спала.

Бедный Джон поднялся, и, извинившись, вышел.

– Дженни, – остановил я ее, – ты что, с ума сошла?

– Убирай секретаршу, – сказала она. – Договор есть договор.

– Ну, ты даешь! – оторопело я смотрел ей в глаза. – Теперь все здание будет знать.

– Все и так уже давно знают, Вик. Я зайду через час и проверю твою секретаршу.

Я спустился вниз и вернул мою помощницу на бывшее место. Дженни не обманула, скоро она уже сидела у меня, и мы смеялись.

– Обедаем вместе? – спросила она, уходя.

– А как же.

После обеда, я начал объяснять каждому, как пользоваться сначала одной, а потом другой программкой. Они были легкие, и к концу дня я закончил. Печать я запланировал назавтра.

Дженни зашла за мной, и мы поехали к ней. У нее всегда что-нибудь было к кофе. Или булочки, или вафли. А еще у нее было варенье.

– Тебе понравилась прошлая ночь? – неожиданно спросил ее я.

– Вик, разве такое спрашивают?

– Тогда пошли к тебе на диван.

Дженни задумалась. – Кстати, он раздвижной.

Мы раздвинули диван, и, обнявшись, легли. Было хорошо и уютно. Мы гладили друг друга, пока просто не уснули.

Утром Дженни уже не прятала глаза, она просто улыбалась. Приехав на работу, я сразу ее предупредил:

– Увижу Джона – верну секретаршу.

– Не увидишь, – помахала она.

Зайдя в свой отдел, я поздоровался.

– Как новенькие? – спросил я.

– Готовы.

– Тогда начинайте. Сначала одну программу, потом другую. Если хоть у кого-то будет сбой – сразу сообщите.

Принтеры зажужжали. Потекли листы бумаги. К обеду все было закончено. Все бумаги были разделены по нашему и по второму отделу. Я позвонил шефу и договорился на три часа. Потом пошел обедать с Дженни.

– Сегодня у меня разговор с шефом. – Сказал я. – Пожелай мне удачи.

– Чтобы ты что-нибудь не пробил? – усмехнулась она. – Так когда ты возьмешься за меня?

– Сегодня вечером. Дождешься?

– Постараюсь.

В три я уже сидел перед шефом с папками бумаг. Он, видимо, затребовал отчет второго отдела и сверял. На все ушло полчаса, и, наконец, он откинулся в кресле.

– Что мне с тобой делать, Виктор? – задумчиво спросил он. – Тебя куда не пошлешь…

– Разве плохо? Нашему отделу – надбавка. Вам – почет. Это же сколько экономится.

– Ты так и дальше собираешься глотать отделы? – усмехнулся он. – Еще год не прошел, а три ты уже съел.

– Пока два, и те с мисс Дженни.

– А почему вы не поженитесь? – вдруг спросил он. – У вас же прекрасная пара. Да и все знают, что вас водой не разольешь. – Он поднял трубку и сделал несколько звонков.

– Ладно, иди, забирай второй отдел. Вернее, ты его уже забрал, судя по бумагам. Знаю, что ты спросишь. Надбавка будет.

Я спустился к Дженни и сразу ее поцеловал.

– Съел-таки, – засмеялась она. – Я и не сомневалась. А к себе в замы возьмешь?

– Надо еще один съесть, чтобы тебя догнать.

Вскоре опять было квартальное собрание. Дженни опять забрала премию, а мой отдел стоял уже на пятом месте, и меня похвалили.

– Подбираешься, – хитро сказала Дженни, когда мы вышли. – Еще пара кварталов, и не видать мне премии. Вечером к тебе?

– Да. Надо поговорить, – сказал я.

Дженни заинтриговалась.

– Что-то случилось?

Я кивнул, не поднимая головы.

– Вик, я не доживу до вечера, – сказала она, – ну, хоть намекни.

– Серьезное дело, – пробурчал я. – Мне нравилось, как она поддавалась на интриги.

– Очень?

– Серьезней не бывает.

– Паразит! – сказала она, и пошла к себе. Я весело спустился.

Отдел работал в нормальном темпе. Мне было спокойно, и я думал только о предстоящем вечере.

Наконец, за мной зашла Дженни. По дороге, я купил торт и бутылку хорошего вина.

– Что мы празднуем? – спросила Дженни.

– Как что? Твою победу.

– А серьезный разговор?

– Это тоже.

Дома Дженни не находила себе места.

– Вик, имей совесть.

– Хочешь сначала разговор? Пошли на диван.

Мы уселись.

– Дженни, – просто сказал я, – Работаем мы вместе, обедаем тоже, спим вместе друг у друга, все время мы вместе. Почему?

Она растерялась. Потом задумалась.

– Вик, не знаю твоего мнения, но мне кажется, что мы любим друг друга. Разве нет?

– Тогда, почему бы нам не жить вместе? Поменяем две квартиры на одну большую. Ты знаешь, сегодня об этом меня спросил наш шеф.

– Не может быть!

– Все вокруг все знают. Давай, а?

Дженни опять задумалась, но обняла меня.

– Вик, скажи честно, – она шептала мне на ушко, – ты что, мне делаешь предложение? Если да, то я согласна. Даже без регистрации, если тебя это смущает.

– Меня ни что не смущает, – так же как она, прошептал я ей на ушко. Я люблю тебя, Дженни.

– Я люблю тебя, Вик.

Последовал долгий поцелуй.

Потом мы ели торт и запивали вином. Когда стрелка перешла за полночь, Дженни встала.

– Вик, – сказала она, – идем ко мне, у тебя диван узкий.

– Я боюсь, – признался я.

– Разве первой ночи боятся?

Действительно, все было не страшно, а жутко приятно. Мы не спали всю ночь, наслаждаясь этим моментом. Утром прозвенел будильник, но я заткнул его.

– Раз в жизни можно и опоздать, – сказал я.

– Придем после обеда. Не выгонят же. – Сказал Дженни.

Мы скинули одеяло на пол и продолжили.

Прошло полгода, или чуть больше. Мой отдел съел еще один и успокоился. На очередном собрании мне впервые вручили грамоту. Предсказание Дженни сбылось. Больше всего радовалась она. Наши два отдела прочно заняли первые два места. Я купил машину, и мы доезжали до дома за пятнадцать минут. До дома – это до просторной большой квартиры, не очень далеко от центра. Обедали мы не в кафе, а дома, как все нормальные люди. Дженни хорошо готовила. На выходные мы уезжали за город, останавливаясь в местных деревушках попробовать национальные блюда. Нам было очень хорошо вдвоем. Хотя мы не регистрировались официально, в фирме ее называли Миссис Дженни, и ей очень нравилось.

– Вик, – сказала она один раз, – а если у нас будет ребенок? Мне же надо будет уходить в декрет?

– Конечно, а что? Тебя же не уволят.

– А ты обещаешь, что не съешь мой отдел?

Я рассмеялся и утвердительно кивнул.

Отель

Мне было двадцать пять, я окончил после колледжа бесплатные государственные курсы бухгалтеров-ревизоров, и по чистой случайности попал в одно Министерство, видимо моя преподавательница кому-то меня посоветовала. Я был *подкидыш*, рос в детском доме, и видимо там повзрослел раньше, чем мои обычные сверстники. Поэтому к учебе, тем более бесплатной, я относился со всей серьезностью. За год учебы я не пропустил ни одного занятия и сдал курсы на отлично. Конечно, приходилось подрабатывать, где чем, чтобы иметь свою конуру с единственной кроватью и стулом, даже без шкафа.

Характер у меня был замкнутый, тихий. Я никогда ни с кем не спорил, не грубил, и, в общем, меня считали покладистым и исполнительным парнем. О девушках не могло быть и речи. Во-первых, я их стеснялся. У меня не было даже денег сводить какую-нибудь в кафе или купить цветы. Во-вторых, те, кто начинал со мной заигрывать – просто отпугивали меня. В моем представлении, моя жена, если когда-нибудь таковая у меня будет, мне казалась мягкой, покладистой, работящей, ласковой, нежной и немногословной. Ха-ха, где же такую найти в наше время? Я был обычной внешности, не красавец, и не урод, так что претендовать мне было особенно не на что. Бедность мне отрезала последние надежды.

Приглашение в Министерство круто меняло дело. Это была удача, да еще какая! Настоящая постоянная зарплата и место в Министерстве! Я понял, что, наконец, удача улыбнулась и мне. Я был готов на все, чтобы меня взяли, и чтобы я там удержался, хоть до пенсии. Наконец я добрался до 30-ти этажного здания и мое сердце похолодело. Окна были затемненные, все блестело. Охранник проверил меня по списку и показал на лифт, назвав седьмой этаж. Кстати, на входе в здание висели две таблички: *Министерство Финансов* и * Налоговая Инспекция*. То есть, если меня возьмут, я буду работать в Министерстве всей страны! Хотя страна моя и не была такая уж большая.

После недолгой беседы меня взяли. К моей грусти, зарплата была не больше, чем я до этого подрабатывал, но мне пообещали хорошие командировочные, почти как зарплата. Потом меня завели в очень большую комнату и представили всем кто был: Томас Юрге. Каждый подходил ко мне и здоровался, но ни одного имени я так и не запомнил. Потом мне показали мой стол заваленный кучей бумаг, и меня позвал начальник.

Он был пожилого, лет под пятьдесят возраста, немногословен и абсолютно без эмоций. На его круглом лице нельзя было прочитать ничего. Зато у него был хороший костюм, лысины еще вообще даже не намечалось, а вот седина подъела виски основательно. Его даже можно было назвать симпатичным, если бы не абсолютное безразличие во взгляде. Он предложил мне присесть.

– Том, – сразу начал он, сократив мое имя, – в этом отделе работают двадцать человек, из них только две женщины. Почти все время все находятся в командировках, наверное, ты заметил, что с тобой поздоровались не более половины персонала. И то, тебе повезло. Тебя ждет та же участь, но командировочные позволят тебе удвоить зарплату. А там посмотрим, ты у нас – новенький.

– А что делать? – просто спросил я.

– У нас очень хитрый отдел, – сказал он и посмотрел в сторону. – Ты знаешь, что у нас в стране одни из самых высоких в Мире штрафов за неуплату налогов, или сокрытие доходов.

– Я знаю, сэр, – кивнул я.

– Налоговая инспекция работает в полную силу, но штаты сократили, и они если и успевают, то процентов на тридцать. Наш отдел создали для помощи им же. Короче, добавили такую маленькую структуру из двадцати человек как наша. У нее даже названия как такового нет. Просто ревизионный отдел. – Он взял паузу.

– Я готов работать и здесь и в командировках. Только извините меня, я так и не понял, какие будут мои функции. – Скромно добавил я.

– Ты будешь шпионом, как и все тут, – вдруг спокойно сказал тот. – Кстати, называй меня просто Роб, ну а при людях можешь добавлять СЭР. – Представь себе, что в стране десятки тысяч предприятий, большие и маленькие. Начиная от самых обычных баров кончая клиниками пластической хирургии. Налоговая инспекция просто не в состоянии проверить все. Поэтому и создан наш отдел. Каждый из вас едет в командировку, от месяца до шести. В какой-нибудь город, и по какому-то профилю. У него есть список предприятий. Конечно, государственные отпадают, самые крупные – тоже, их берет на себя Налоговая инспекция. А вот маленькие и средние – это наше дело.

– И что делать? – опять повторил я.

– Ладно. Я посылаю, к примеру, тебя в город или городок и даю тебе бары. Не все, конечно. Самые большие, центральные, известные и так далее я тебе не дам. Бары на окраинах, где иногда и полиция не появляется, в твоем списке тоже не будут, мы заботимся о своих сотрудниках. А вот средние – это как раз и будет твой профиль. Тебе придется ходить в каждый из них каждый день. Недельку в один, другую в другой. Сидеть, за счет нашей фирмы, конечно, и прикидывать доходы. Плюс минус. Мы тебе дадим их предыдущую месячную декларацию, и если ты увидишь, что она очень занижена – это будет твоим выигрышем. Дальше нагрянет налоговая, потом штраф, который иногда не могут заплатить, даже продав заведение. У тебя будут хорошие командировочные, плюс премия, если заведение оштрафуют.

Тут паузу уже взял я. Он правильно назвал это шпионажем. И в такой роли я еще никогда не был. Но сейчас, чтобы мне не дали, я хотя бы попробовал. В принципе, налоги должны платить все. Просто сам способ был необычен. Насколько я понимал, я должен был значительно сократить работу для налоговой инспекции, подав только сведения на заведения, где явно занижают доходы.

– С чего-то надо начинать, – неопределенно сказал я.

– Кстати, будут заведения, где важны не только финансовые дела. Например, антисанитария, нарушение правил торговли, запрет на продажу алкоголя детям, и куча всего. Эти вещи мы отправляем своим коллегам в другие Министерства, и поверь, может и небольшая, но премия от них приходит. Ты им тоже сокращаешь работу.

– Роб, насколько я понял, я хожу неделю в любое заведение под видом клиента и собираю всю негативную информацию, начиная, конечно, с финансовой. Так?

– Так, – безразлично ответил он. – Если не подходит работа, давай расстанемся сразу.

– Я этого не сказал, – забеспокоился я, – просто необычно все как-то. Задание не трудное. Ну а как потом докажешь той же налоговой инспекции или другим инспекциям? Это же надо брать в самый момент…

– У тебя будет свой маленький фотоаппарат, такая же видеокамера и диктофон. Мне понравился твой вопрос. Толковый.

– Маленький, это какой? – поинтересовался я.

– Меньше спичечного коробка. Сейчас эра электроники. Даже очки есть со всем уже встроенным, но это уже для других служб.

Думать мне было нечего, раз я уже решил просто попробовать. Я кивнул. Потом пошли детали, а завтра Роб пообещал мне ввести в курс моего первого дела. Так мы и расстались.

Честно говоря, я вышел из здания немного потерянный. Я ожидал всего, что угодно. Ревизии, бухгалтерию, бумажки, отчеты. Но никак не это. С другой стороны, в кармашке у меня лежало настоящее государственное удостоверение с гербом страны, где я значился инспектором Министерства Финансов. Да и ничего незаконного вроде и не было, хотя так странно…

Весь завтрашний день я провел в инструктаже. Потом мне дали три разноцветных маленьких зажигалки, и началось техническое обучение. Хотя все было просто. Главное – не перепутать цвета, а каждая работала или как фото или как видео, или как диктофон. Все они были дигитальными, с чипами памяти, и ничего перезаряжать надобности не было. На вид – самая обычная пластиковая зажигалка, в киосках такие продаются на каждом шагу. Но тут встал вопрос, ведь я не курил. Мне посоветовали самые легкие сигареты, и чтобы я не вдыхал дым в легкие. Ну а если вдруг начну курить – то это мое дело.

Вечером я опять сидел у Роба.

– Завтра поедешь в небольшой городок. Для начала я дам тебе четыре средних парикмахерских салона. Неделя на каждый. Через месяц жду твоего возвращения.

– Но я же не могу день сидеть в парикмахерской? – удивился я.

– Том, это не мое дело. У тебя есть своя голова и не утруждай мою. Найди кафе напротив, или парк. Сядь на весь день и считай клиентов. Сначала подстрижешься сам и узнаешь расценки. За неделю суммируешь выручку, умножишь на четыре недели и сверишь с прошлым месяцем. Вот тебе их декларации. А там – сделаешь выводы. Извини, но это я объясняю тебе в первый и последний раз.

– Да, конечно, – смутился я.

– И не забывай, смотри не только за финансами, но и за всем. Удачи.

Я попрощался и вышел. Городок был действительно маленький и недалеко от столицы. В моем дипломате лежали листки с данными всех четырех салонов. Зажигалки и командировочные лежали в кармане.

На следующий день я выехал и к обеду был уже в городке. Сняв гостиницу поближе к парикмахерским салонам, я вышел пройтись и внешне познакомиться со всеми. Они были разные, и по оформлению, и по величине зала и по количеству мест. Два салона были напротив городского парка, только с разных сторон. Один – на набережной, и последний – напротив церкви. Значит, мне надо будет две недели просидеть в парке, одну – на набережной, напротив салона, и одну – на ступеньках церкви. По-крайней мере, все четыре были в пределах видимости. А как же мне стричься во всех четырех? Рой бы ответил сразу, что это – не его дело.

Я сразу перешел к делу и начал с парка. Салон назывался *Роберто* и я нерешительно вошел. Меня встретила девушка и усадила в кресло.

– Как вас стричь? – мило спросила она.

– Извините, я не из этого города, – смущенно пробормотал я. – А сколько стоит стрижка?

Она наизусть перечислила мне прейскурант.

– А у вас только мужская? Моя жена хотела бы подойти к вам попозже.

– Только мужская.

– Я попрошу вас снять основную массу волос только сзади, они растут как грибы. И подравнять виски.

Девушка странно на меня посмотрела, но сразу взялась за работу. Через 15 минут я уже рассчитывался и даже оставил ей чаевые.

– Самая лучшая женская парикмахерская *Сюзи*, на набережной. Она чисто женская, но и цены там высокие. Если у нас с *Артуро*, та парикмахерская что напротив, с той стороны парка, расценки одинаковые, то у *Сюзи* цены могут испугать вашу жену.

Мы попрощались и я вздохнул. Эта милая девушка сняла у меня головную боль с другой парикмахерской, с той стороны парка. Общие цены я уже знал для обоих салона.

Дойдя до большой парикмахерской *ОН и ОНА*, напротив церкви, я попросил подстричь меня, вернее достричь, и узнал цены. На мой трюк про мою жену мне тоже выдали расценки, и я старался запомнить их в своей голове. Другая девушка сказала мне, что есть еще один салон, *Сюзи*, но там цены как минимум в два с половиной раза выше чем у них.

Я вышел от нее и первым делом записал цены из двух парковых салонов, потом из этого салона на мужские и женские стрижки. Все таки, я добрался до *Сюзи* и с удивлением увидел что прейскурант цен просто висит на витрине. Они действительно были очень высоки, но и салон был высокого класса, некоторые женщины ждали своей очереди.

Я еще долго бродил по городку, поужинал и вернулся в гостиницу. Раздевшись, я упал на кровать и сразу же уснул.

Не буду описывать все четыре недели, которые я просидел, щелкая фотоаппаратом. Мне повезло только в одном, все салоны имели длинный обеденный перерыв, который я использовал, как и они, а так же, чтобы размять ноги. Месяц пролетел не то что скучно, а просто хоть вой на Луну. В двух парковых салонах движение было вялым, зато в двух других – фотоаппарат работал без передышки. Наконец все кончилось, и я уселся в комнате гостиницы подводить итоги. Я считал, перемножал, суммировал, вычитал, и боялся только, что мне не хватит бумаги.

Потом я сверил все данные с четырьмя декларациями. Два парковых салона были близки к цифрам их деклараций, как не странно, но *Сюзи* почти вообще совпадала. А вот с *ОН и ОНА* был сюрприз. Они декларировали не более сорока процентов доходов, а то и меньше, и я не понимал, как они так могут рисковать. Я долго думал, и только к ночи меня осенило. Это был салон для мужчин и женщин. Женские услуги всегда стоят чуть ли не в три раза дороже, а некоторые вообще дорогие. Значит, большинство женских стрижек они показывали как мужские, с соответствующими очень заниженными ценами. А кто будет считать, сколько было мужчин и женщин? Наверное, я был первым. Роб был прав, я сэкономил проверку трех салонов, а вот мои снимки по *ОН и ОНА* являлись прямым доказательством, и я был уверен, что через неделю их же, городская, или наша налоговая инспекция к ним упадет как снег на голову.

Я вздохнул. Первое задание я выполнил, и даже с результатом.

Я не стал дожидаться, и вечерним автобусом уехал в столицу. Назавтра я уже сидел перед Робом с моими отчетами.

– Нормально, – сказал он, прочитав, и даже не похвалив меня. – Недельку покрутись в отделе, обживись и опять в командировку.

Я получил расчет за месяц, и действительно, командировочные удвоили мою зарплату, а если Роб выполнит слово, то и что-то перепадет он парикмахерской. Дома я сидел и думал. Честно говоря, такая работа мне не очень нравилась, но заработок был неплохой, и где бы, а главное когда бы, я еще нашел работу после окончания каких-то курсов.

На следующий день я открыл счет в банке и даже хоть что-то на него положил! Я работал в Министерстве, имел уже и счет в банке. Может, надо было потерпеть, а будущее покажет?

Через неделю Роб отправил меня в другой городок, по кафе, но их было восемь, и я убил 2 месяца. Зато привез два хороших дела. За это время, получая расчет, мне вручили чек на три моих месячных заработков за парикмахерскую. Роб сдержал слово. А я положил деньги на счет.

Шли месяцы и годы. Мне поручали дела разной сложности и продолжительности. В одном городке я просидел шесть месяцев.

И вот сейчас мне стукнуло двадцать пять, и я опять сидел перед Робом.

– Поедешь в отпуск, то есть, на курорт. Восемь отелей, это на два месяца, по неделе в каждом. Тут задание немного усложняется. Звонили из гостиничного хозяйства, очень у них много жалоб на обслуживание, именно на некоторые из этих отелей. Поможешь им, они финансово помогут тебе. Можешь добавить недельку, если понадобится. ОК?

К этому времени я уже работал в этом отделе четыре года, и опыта поднабрался достаточно. Но и устал чертовски. Никто мне не поднимал зарплату, не продвигал, не забирал в другой отдел. Неужели так и придется мыкаться до старости? Хотя ничего не скажешь, хорошая школа. Я стал пробивным, характер тоже поменялся, голова работала в секунды. Я даже успел познакомиться с двумя девушками, а это уже была не шутка! Хотя ни одна так и не подошла к девушке моей мечты.

Вечером я пошел домой и выспался. Наутро, я уже сел в автобус, и поехал к морю.

Город действительно располагался на море в живописном месте. Сойдя с автобуса, я взял такси и попросил совершить небольшую экскурсию. Я поразился, что отели были почти на каждом квартале. Ближе к морю и в самом центре я заметил громадные отели типа люкс, со швейцарами, своими стоянками и прочими атрибутами. Я был уверен, что Роб мне их не дал. Я продиктовал водителю адреса восьми отелей из моего списка. Все они были подальше от центра и от моря. С виду – обычные отели для командировочных или туристов с худым кошельком. На одном квартале располагались сразу три отеля, два шли один за другим, а третий – на углу. Пять остальных были разбросаны, но не так далеко. Я попросил остановиться недалеко от одного из них. В голове у меня появилась мысль. Это не входило в планы Роба, но и не мешало моему заданию. Я специально приехал в город в самом обычном костюме с саквояжем, и, наверняка, выглядел как самый обычный командировочный. Мысль была такая. Сначала, первые восемь ночей переночевать в каждой гостинице. Командировочный, который появляется поздно вечером и просит номер, чтобы переспать до утра – самая лучшая приманка. Таких одноночек часто не регистрируют, да и риска нет. Взяли деньги, дали ключи, а утром он уже исчез. Никаких записей в журналах или регистраций. Таким образом, я мог бы сразу исключить нормальные отели, где бы меня все-таки зарегистрировали. А начать уже я мог с других, потенциально ненадежных с точки зрения сокрытия доходов. Ведь деньги, полученные с меня за ночь без регистрации, шли прямо в карман владельцу, и он их не декларировал бы. В любом случае, мне пришлось бы опять прожить в каждом отеле 6—7 дней, ведь Роб добавил мне еще одно задание: гостиничного хозяйства. Три отеля на одном квартале я оставил на потом, и начал с дальних.

Отель *Самурай* принял меня спокойно, взял деньги и выложил ключи. Никакой регистрации. Все остальные гостиницы сделали то же самое. Мой фокус не удался. Значит все хоть что-то, но утаивают в своих декларациях. Надо было заселяться на неделю в любой и оттуда начинать. Я выбрал средний отель *Китти*, три из которых, находились на одном квартале. Видимо хозяйка не запомнила меня или ей было все равно. Было три часа дня.

– Я – командировочный, меня оставляют здесь на неделю, – спокойно представился я.

Она ничего не ответила и достала журнал и тетрадку.

– Платить будете сразу, или на ночь вперед? – спросила она.

– На ночь. Меня могут отозвать в любой день.

– Ваше имя, фамилия? – спросила она, открывая журнал.

– Том Джонс, – сказал я, глядя, как она записывает. Странно, но оформила она меня с завтрашнего дня, явно положив сегодняшние деньги себе в карман. Я понял, что попал куда надо. Закрыв журнал и взяв деньги, она положила мне ключи от номера.

– Курить нельзя, – сразу предупредила она, записывая что-то уже в другую тетрадку. Я понял, что это тетрадь учета реальных денежных поступлений, и подумал, что любым образом я должен буду ее достать и сфотографировать все листы.

– А где же можно? – спросил я, – может в коридоре?

– Только здесь в холе, – показала она мне на то, что было за моей спиной.

Диван, несколько кресел, телевизор и два столика, на которых стояли пепельницы.

– Тогда мне придется часто составлять вам компанию. Я – страшный курильщик.

– Составляйте, – безразлично махнула она рукой. – Кстати, тут есть и небольшой бар. Выпили, покурили, посмотрели телевизор.

Я взял ключи и поднялся к себе. Комната была так себе. Я разложил вещи, и сразу взял проспект отеля.

– Не курить,

– Не шуметь,

– Не приводить гостей после 23 часов.

Потом шли платные услуги, по телефону. Да, в номере был телефон, но только с хозяйкой.

– Чай, кофе, печенье, крепкие и газированные напитки – в любое время суток

– Стирка, глажка одежды – 1 сутки

– Чистка обуви – 1 час

– Смена постельного белья и влажная уборка раз в сутки (бесплатно)

– Услуги будильника – по требованию.

– Звонить по горскому телефону – только снизу.

Это было все. Я пошел принять душ, но горячей воды не было. Я взял трубку телефона и поднес зажигалку с диктофоном. Последнее я сделал автоматически.

– Бывают перебои, – услышал я голос хозяйки, и она сразу бросила трубку.

Я опять взял трубку.

– Ну что там у вас еще? – голос был недовольный.

– Пожалуйста, крепкий кофе. Мне надо еще почистить туфли и постирать и погладить рубашку и нижнее белье.

В ответ послышался нахальный смех.

– Откуда ты упал, командировочный? – она злорадно называла меня уже на ты. – Кофеварка сломалась уже больше месяца. А стирка и глажка – это дело моей дочери, а она сегодня не в настроении. Туфли можешь почистить сам, в туалете есть тряпка.

– Но все это записано в ваших услугах… – пробормотал я.

– Мало ли, что там написано. За те деньги, которые я беру, достаточно и комнаты с кроватью. – Она опять бросила трубку.

Мой диктофон не выключался. Для гостиничного хозяйства я уже набрал материала аж девать некуда.

Я спустился вниз.

– Как же так, – сказал я, – воды горячей нет, кофе нет, да и вообще ничего нет.

– Нет, так нет, – равнодушно ответила она. – Не нравится – съезжай. Лучше покури, посмотри телевизор, хочешь пива? У меня есть.

Я уселся на диване, и наискосок мне было видно все, что она делала. Так я просидел два часа. За это время появились три новых постояльца на сутки, и, конечно же, прошли без регистрации. Зато тетрадка доставалась, и в ней делались записи. А вот четвертая была молодая пара, на неделю. Хозяйка вздохнула и достала книгу регистрации. Неожиданно появилась молодая девушка, лет двадцати. Она была хорошенькая и улыбчивая.

– Мама, иди, отдохни, я здесь побуду. Заодно приготовь обед.

– Кэт, чтобы все было как надо.

Мать пошла, пониматься наверх, а я остался сидеть.

– Кэт, – обратился я к ней, – меня зовут Том, и я здесь на неделю.

Она пристально посмотрела на меня, но тут вошел мужчина и попросил номер на ночь. Дочь действовала абсолютно по материнской схеме. Деньги – ключи – потом тетрадка откуда-то снизу и запись.

– Мамашина школа, – понял я.

– А ты откуда, Том?

– Из столицы. А почему тут не приносят кофе, не чистят обувь, не стирают и не гладят одежду? – вдруг спросил я.

– Ай, – махнула она рукой, – это все мои обязанности. Но я их уже никогда не делаю, неохота. Мне нравится место мамы. Я уже научилась управлять отелем не хуже нее. А мыть, стирать, – пусть нанимает кого. Ты думаешь, тебе каждый день будут перестилать постельное белье, и мыть комнату? Смешной ты.

– Но ведь это все не по правилам?

– Кому не нравится – просто переселяются в другой отель. Вон, рядом еще один.

– А клиентов много?

Она задумалась.

– В основном командировочные. В день в среднем по пять человек, иногда гораздо больше. На день или два. Иногда, очень редко попадаются такие как ты, на недельку. Все остальные выбирают отели покруче. Да, они дороже, но там все как надо. А ты – холостой?

– Да. А ты?

– Вот я и хотела бы все время стоять здесь, чтобы встретить жениха. А мыть, стирать, убирать – это не мое дело.

Зазвонил телефон. Кэт что-то сказала и повесила трубку.

– Том, не посмотришь пять минут? Мое платье готово, я только за угол и обратно.

Я кивнул. Когда она выбежала, я бросился за стойку, и сразу нашел внизу ту нужную мне тетрадь. Сев на место, я достал зажигалку-фотоаппарат и успел переснять все листы, до единого. Я еле успел вернуть ее на место, как, запыхавшись, влетела Кэт.

– Никого не было?

Я покачал головой. – А где твой отец?

– Бросил нас. Мать уже была замужем, потом развелась, вышла за другого, и тот ушел, когда мне было десять лет. Но нам и так хорошо. – Она открыла коробку и развернула платья. – Нравится?

– Королевское платье. Должно стоить фортуну! – воскликнул я.

Она назвала цифру, и она была действительно баснословной. С такой гостиницы такое платье не купишь. Я успел сфотографировать и ее и платье.

– А ты где-то еще работаешь? – я включил диктофон.

– Я? Я все время здесь. Аааа, это ты про цену. Моя мама умеет делать деньги, как видишь, нам вдвоем хватает.

– Ты – красивая, – вдруг сказал я.

– Спасибо, – она потупила глаза. – Ты тоже очень симпатичный.

Мы еще долго разговаривали, и я поднялся вверх. В той тетрадке, которую я фотографировал, были только цифры. В каждой строчке стояло число, номер комнаты и сумма. Это был *левый* учет, чего не было в книге регистрации. Я прикинул, сколько получалось за неделю, и ахнул. Этот отель регистрировал не более десяти процентов от реальной выручки. Я поднял декларацию, и он числился почти как убыточный, то есть налоги они почти не платили. Я вспомнил шикарное платье Кэт. Это была уже чистая наглость. Или жадность. Неужели их не проверяли? А может они откупались?

В принципе, здесь мне уже делать было нечего. Хороший подарок Робу, и отличный – гостиничному хозяйству. Такой наглости даже я не ожидал.

Чуть позже я спустился с саквояжем вниз и сказал хозяйке что съезжаю. Она пожала плечами, даже не поинтересовавшись почему.

Выйдя на улицу, я решал куда идти. Темнело, и мне не пришло в голову ничего лучшего, как зайти в соседний отель *Старый Джо*

Что-то меня заинтересовало на улице, и я перешел на другую сторону. Соседний отель был точно такого же стиля, как и тот, который я только что покинул. Создавалось впечатление, что когда-то это был один большой дом, или отель, но потом его разделили пополам. Странно как-то.

Я вернулся и зашел в отель * Старый Джо*. Как ни странно, холл был абсолютно такой же, как и в соседнем отеле, даже мебель была похожая. За стойкой стоял мужчина лет под пятьдесят, угрюмый, с небольшой щетиной. Вид у него был болезненный, а позади стоял высокий стул. На его лице, как у Роба не было никаких эмоций.

– Я командировочный, – представился я, – на неделю.

– Я вас уже видел у нас, – буркнул он и достал толстую книгу регистраций. Записав мои данные, он взял с меня за одну ночь и выдал ключи.

– Курить только в холле, – сказал он мне напоследок.

Я добрался до номера, который мало чем отличался от того, из предыдущей гостиницы. Разделся и сразу включил душ. Горячая вода была, чему я сразу обрадовался.

Потом первым делом я изучил проспект. Он был точно такой же, только немного менялись цены на услуги. Сняв телефон, я услышал голос хозяина и сразу же заказал кофе, почистить ботинки, постирать и погладить рубашку и нижнее белье. Тот просто положил трубку. Я понял, что история повторяется. Но, каково же было мое удивление, когда минут через пятнадцать в дверь постучали.

Появилась прекрасная девушка, где-то моего возраста, в простеньком платьице, чистом и хорошо выглаженном. В руках она держала поднос с кофе и пакетики с сахаром.

– Ваш кофе, сэр, – скромно сказала она и поставила поднос на стол.

– Меня зовут Том. Не называй меня на вы и тем более сэр. – Попросил я. – Ты можешь мне сделать такое одолжение? Нам еще семь дней встречаться.

– Как хотите, сэр. – Она запнулась. – Как хочешь, Том. А меня зовут Луиза, но можешь звать меня просто Лу. Я всегда к твоим услугам. – Она уже собиралась уходить.

– Ты спешишь, Лу? Я просто хотел с тобой немного познакомиться, если ты конечно не против.

– Я – не против, только мне надо еще успеть почистить твои туфли и забрать для стирки одежду.

– Посиди со мной, – мягко попросил я.

Она опустилась на стул и потупила глаза. Я успел разглядеть ее. Чем-то она смахивала на Кэт из другого отеля, но была гораздо красивее. Ее скромность очень ей шла.

– Лу, я только что переселился из соседнего отеля. Он так похож на ваш, но гораздо хуже в обслуживании. А на входе это твой отец?

– Да. Но он болен. Сердце. У него свой упрямый характер, он не подпускает меня к своей стойке. Если что случится – я даже не буду знать, как управлять отелем. Я только занимаюсь хозяйством.

– И тебе нравится?

– Привыкла. Работы много и день пролетает незаметно.

– Лу, а можно мы будем с тобой дружить? Хоть на эти семь дней? – Неожиданно для себя выпалил я.

Она покраснела и заерзала на стуле.

– Это как? – спросила она, не поднимая глаз.

– Просто ты будешь заходить ко мне поболтать. А причину я придумаю, например кофе. Но, конечно, если ты согласна.

– У меня никогда не было друзей, и подруг, всю жизнь я провожу в этом отеле. Сплю и ем.

– Ты согласна?

Она кивнула, впервые подняв свои зеленоватые очень красивые глаза с длинными ресницами.

Когда она ушла, прихватив одежду для стирки, я вдруг понял, что она мне ужасно понравилась. Не только внешне, но и по характеру. Подумав, я заметил, что она полностью подходила под составленное мною когда-то описание будущей жены.

Полдня я провел в холле, наблюдая за оформлением клиентов. К сожалению, история была почти та же, что и в соседнем отеле. Единственным отличием было то, что если прибывал клиент хоть на одну ночь, но появлялся до обеда, старый Джо его регистрировал. Все, кто входил после обеда – попадали в тетрадку, а не в книгу регистраций. Те же, кто оставался на два дня и больше тоже регистрировались, как положено. Но тут была одна трудность: Джо никогда и никуда не выходил из-за стойки, кроме туалета. Лу приносила ему обед, и он ел здесь же. В одиннадцать ночи двери отеля закрывались на ключ, и Джо при помощи Лу поднимался в свою комнату, прихватив и журнал, и тетрадку. Я не знал что делать, ведь за время нахождения Джо в туалете я смог бы только выкрасть тетрадь, но никак не сфотографировать ее. В номере я просмотрел его декларацию и увидел, что доходы, хоть и небольшие, он показывает, и исправно платит налоги.

Вечером Лу принесла мне выглаженное белье и с нетерпением ожидала моей оценки.

– Какая ты молодец! – воскликнул я. Все было сделано безукоризненно. – Посидим?

Она опустилась на стул.

– Лу, – нежно сказал я, – не обижайся, но ты мне очень понравилась. Сразу, как только вошла в мой номер.

Та опять покраснела и заерзала на стуле. Лишь на минуту она подняла глаза, как бы проверяя, шучу я или нет.

– Спасибо. – Просто сказала она.

– Расскажи мне о себе, если это – не секрет? И спрашивай что хочешь.

Она кивнула плечами, мол, что там рассказывать. Но я ждал.

– Наша и соседняя гостиница были одной большой гостиницей. Мать выкормила меня до года и ушла от отца с каким-то банкиром. На суде при разводе она выбила половину здания, и стала владелицей соседней гостиницы. У нее появилась дочь, Кэт, моя сводная сестра. Но через десять лет банкир бросил ее. А я с семи лет только и делаю, что помогаю отцу. Конечно, у него характер не сахар, но что делать. Вот и все…

– А почему ты осталась с отцом, а не с матерью после развода?

– Она сама кинула меня отцу, я мешала ее новой жизни.

– Но она же платила алименты?

– Никогда. Да и отец замкнулся и так никогда их и не потребовал. Он вообще ни с кем не общается, ни с моей матерью, ни с Кэт. Даже не здоровается, как будто их не знает. Да и они тоже. Зато мать выбила алименты у банкира на Кэт. Несправедливо как-то.

Теперь я понял все. Да, я был прав, раньше это было одно здание. Теперь – две соседние гостиницы.

– Расскажи про себя, Том, – неловко попросила она.

– Ничего особенного. Вырос в детском доме, меня подкинули. Родителей нет. Кое-как выучился, и меня случайно взяли на государственную работу. Денег больших нет, жены и детей тоже. Сам по себе. Мотаюсь по командировкам. Ты – первая в моей жизни, кто мне понравился по-настоящему. Но ты не обращай внимания, это я так, к слову.

– А я рада, – вдруг сказала она и встала.

Я понял, что она уходит и спросил, сколько я ей должен.

– У друзей ведь не берут деньги, – с удивлением ответила она. – Да и мне ничего не стоило постирать и погладить.

Не знаю, что мной руководило в этот момент, но я подошел к ней и с благодарностью прикоснулся губами к ее щеке. Нет, она не отпрянула, а покраснела и выскочила за дверь. Я ругал себя последними словами. Почему-то я был уверен, что все испортил, и мое настроение упало. В этот день я даже не заказал кофе.

Но вечером послышался стук в дверь. На пороге стояла Лу с подносом и с кофе.

– Лу, – сказал я, когда она вошла, – извини меня, наверное, ты меня не правильно поняла, я просто хотел отблагодарить тебя. Я тебя обидел поцелуем?

– Просто я их никогда не получала, – она стояла передо мной, потупившись. – Нет, Том, я не обиделась, просто… Ты мне тоже понравился. – Она развернулась уходить, но я поймал ее за руку.

– Ты не посидишь со мной?

– Мне стыдно, – грустно сказала она.

– Но ведь мы друзья? И говорим друг другу правду. Чего стыдится?

– Я сказала это первый раз в жизни, человеку, которого я знаю два дня. Приличные девушки так не делают. Наверное… – добавила она.

– Значит я неприличный? Ведь я первый сказал тебе это? – Я внимательно смотрел на нее. – Лу, почему ты никогда не смотришь в глаза? Они ведь у тебя просто чудесные.

Впервые она поняла голову и смотрела на меня несколько минут.

– Том, пойми меня и не обижайся. Со мной все это впервые, и я не знаю, как надо реагировать.

– Слушай сердце, оно никогда не обманывает. Например, тебе хорошо сидеть здесь и разговаривать со мной?

– Да, – просто ответила она. – Иначе, я бы этого не делала. – А тебе тоже?

– Очень, – рассмеялся я. – Была бы моя воля, я бы тебя вообще не отпускал. У тебя много работы?

– Когда как. Смотря, что и когда просят.

– А что ты делаешь, когда у тебя нет работы? Ну, хоть на пару часов.

– Сижу в своей комнате.

– А ты не можешь сидеть в моей? Или в твоей интереснее?

– Том, ты все время вгоняешь меня в краску. Ты это всем говоришь?

– Я же тебе уже сказал: ты первая из всех, кто мне очень понравилась. И не только внешне. У тебя с отцом разные комнаты?

– Конечно. Он запирает свою на три замка. Я только несколько раз была в ней.

– А ты не хочешь поужинать вместе?

– Что ты! Отец меня выпускает только на пять-десять минут в магазин.

– А ты не хочешь составить мне компанию, когда у тебя есть свободное время?

– А что мы будем делать?

– Будем вместе. Мне было бы очень приятно, но не знаю как тебе.

– Я подумаю, ладно? – Она встала.

– Спасибо тебе, Лу, мне очень приятно быть с тобой, – и я подошел и опять поцеловал ее в щеку. На этот раз она не убежала, а глубоко заглянула в мои глаза. Дверь закрылась.

Я сидел и думал о работе, которую я должен был здесь выполнить. Но все мысли перебивал образ Лу. Она была такая наивная, скромная, нежная и трудолюбивая. И у нее было неиспорченное чудесное сердце. Я почувствовал, что просто влюбляюсь, хотя никогда такого не испытывал. Потом я задумался, как достать тетрадку Джо. Но мысли уводили меня в другую сторону. Мне было стыдно подставлять этот отель, ведь только благодаря ему существовала Лу.

Я знал, что через пять дней должен съезжать и заселяться в следующий отель, и мне становилось грустно. Во-первых, я не знал, как мне поступить с Джо, а во-вторых – с Лу.

На следующее утро Лу принесла мне кофе, но на подносе стояли еще две тарелки.

– Том, ты ведь мне не откажешь? Я сама это сготовила, ведь ты никогда не завтракаешь. – Она внимательно посмотрела на меня.

Такая не прошеная забота всколыхнула меня. Как только она поставила поднос, я подошел и крепко ее обнял. Нет, она не вырывалась, а просто замерла. Я почувствовал ее запах, и он опьянил меня. Мы стояли щека к щеке. Наконец я отпустил ее, и она сразу села на стул.

– Том, ты играешь со мной как с кошкой, – вдруг заплакала она. – Ты мне всю ночь снился сегодня. А сейчас… Что это было?

– Лу, дорогая, не плачь. Просто я не ожидал, что ты мне что-нибудь приготовишь по своей инициативе. Я очень хотел тебя за это отблагодарить. Я не играю с тобой. Вчера я весь вечер думал только о тебе. Когда я обнял тебя, я чувствовал себя как в раю. Ты – прекрасна.

– Не знаю, что со мной происходит. Я просто за себя боюсь. Вот ты наиграешься со мной и бросишь. А я что буду делать со своим сердцем? Я боюсь говорить тебе то, что думаю, реагировать так, как мне бы хотелось… Как мне быть? Подскажи, ведь ты мой друг.

У меня все дрожало внутри. Я не верил, что за три дня мог влюбиться, но чувствовал, что так оно и есть.

– Подойди ко мне, – попросил ее я. – Взяв ее за тонкую талию, я крепко прижал ее к себе. Наши головы соприкасались. – Лу, сделай то, что хочет твое сердце. Отключи голову. Ну?

Она долго смотрела мне в глаза, потом опустила взгляд и неуверенно прикоснулась губами к моей щеке. Но я не выпускал ее, а приподнял ее головку, чтобы видеть ее глаза. Медленно, я прикоснулся губами к ее губам. Это не был поцелуй, скорее просто прикосновение, но в ее глазах я увидел большой вопрос.

– Лу, мы оба сделали то, что хотели наши сердца. Разве нам было плохо?

– Том, но ведь ты меня поцеловал! – воскликнула она.

– А почему ты мне не ответила? Не хотела? – я не отпускал ее талию.

– Ладно, только закрой глаза. – Она повторила точно такое же касание наших губ, и опустила голову.

Я отпустил ее, и она села на стул.

– Том, что происходит? – с волнением спросила она.

– Лу, милая, насколько я понимаю, так начинается любовь. И ее нечего бояться, надо только радоваться. Ведь нам обоим хотелось этого поцелуя? Ответь мне честно.

– А что потом? Ты скоро уедешь и все увезешь. Что останется мне? Воспоминания? Нет, лучше покончить с этим сейчас, раз и навсегда. Она выскочила из комнаты.

Я понял, что в чем-то она была права. Я просто жаждал назвать ее своей невестой, но это не меняло обстоятельств. Действительно, скоро мне надо было уезжать. Даже забрать ее с собой я не смог бы. Отец не смог бы остаться один. А я, с моими командировками, оставлял бы Лу на месяцы. Я даже готов был бросить из-за нее свою работу, но где я найду другую, да еще в маленьком курортном городке. Дело – дрянь, полный тупик. Моя голова гудела как рой пчел, но ни одна не приносила меда.

Весь день Лу не приходила, а я ее не вызывал. Что я мог сказать или предложить ей?

Наконец под вечер я услышал знакомый стук в дверь. Лу пришла без ничего, прошла в комнату и села на стул. Она ничего не говорила, а просто смотрела в пол. Я тоже молчал как пень.

– Том, я не смогла. Я должна была тебя увидеть, – наконец вымолвила она.

– Я очень рад, Лу, ты просто не знаешь, как я по тебе скучал.

– Через несколько дней ты уедешь. Куда?

– Как ни странно, но в другой отель. В этом же городе.

– Из-за меня? – Это была спасительная ниточка, и я сразу этим воспользовался.

– Ты ведь не хочешь быть моей невестой. И у меня просто болит сердце…

– А ты у меня спрашивал?! – возмутилась она. – Ты знаешь, что я поехала бы за тобой на край света? Неужели ты такой черствый?

– А отец? А гостиница? А мои долгие командировки?

– Я бы все равно уехала, – сказала она, но уже совсем тихо. – Я, наверное, надоедливая?

Я поднялся, подошел к ее стулу, нагнулся и уже действительно поцеловал ее, причем это затянулось на несколько минут. Она не сопротивлялась, а наоборот обвила рукой мою шею.

– Том, не уезжай, останься со мной, – попросила она и в ее глазах блеснули слезы. – Я поговорю с отцом, чего бы мне это не стоило.

Я размяк. Я жутко хотел остаться. Но я знал, что разговор с отцом будет очень трудным.

– Лу, если надо, я могу присутствовать при разговоре. Если это поможет.

– Тогда я пошла. Пожелай мне удачи.

Дверь закрылась. Почему-то, мое сердце заколотилось, и я не находил себе места. Прошло более двух часов, пока Лу не появилась. Вид у нее был растерянный.

– Первый раз я видела, чтобы мой отец плакал, – грустно сказала она. – Но он просто пожелал мне счастья.

– А отель?

– Пока мы будем жить тут. Ты – бесплатно. И он хотел поговорить с тобой, – тут Лу напряженно на меня посмотрела. – Хоть сейчас.

– Тогда я пошел.

Я спустился вниз и заметил, что глаза у Джо уже высохли.

– У тебя есть деньги? – хмуро спросил он.

– Небольшие сбережения. Совсем небольшие.

– Ясно. А работу ты готов бросить? То есть остаться здесь?

– Ради вашей дочери я готов на все. – Это была чистая правда.

– И как вы собираетесь жить, без денег? Чем я смогу вам помочь? Хоть с чего-то надо начинать?

– У меня нет денег, то есть совсем немного. Но вы, это конечно ваше личное дело, могли бы вернуть то, что вам полагается по закону. Не для нас, а просто для себя.

Он вопросительно посмотрел на меня.

– Вы можете подать в суд на алименты, которые ваша бывшая жена никогда вам не платила.

– У Лу длинный язык, – недовольно сказал он. – И эти алименты мне не нужны. Но если у вас все так серьезно – я могу это сделать ради вас. Только у меня больное сердце.

– Я могу все устроить за вас. Было бы только ваше добро.

– Сильно ты шустрый, – спокойно сказал он. – Я знаю Лу, но не знаю тебя. Чем ты докажешь, что сможешь за нее постоять? А?

– Вы хотели, чтобы я спрыгнул с пятого этажа, чтобы вы поверили? – недовольно ответил я. – Я вам только что предложил, что ради Лу я готов принести вам, не мне, а вам, кучу денег, которые вам положены по закону. И мне не надо ни цента с этой суммы.

Джо задумался. Видимо ему не хотелось ворошить прошлое, а может он просто боялся за свое больное сердце. А тут суд, и прочая нервотрепка.

– Валяй, – наконец пробурчал он. – Дай Бог, выдержу. Документы на развод, раздел, все свидетельства я тебе дам завтра утром, они у меня в комнате. Посмотрим, на что ты горазд.

Я поднялся в комнату, где меня ждала Лу.

– Получил задание. Если выполню, – получу и добро.

Первый раз она бросилась мне на шею, просто крепко меня обнимая.

– Том, ты же не съедешь?

– Пока нет. А ты меня любишь? – Я застал ее врасплох.

– Такие слова первым должен сказать мужчина, – неуверенно прошептала она.

– Я тебя очень люблю.

– Я тоже.

Последовал продолжительный поцелуй.

Вечер я посвятил прогулкам по городу, узнавая, где есть солидные адвокатские конторы. Я зашел в две и спросил, сколько будет стоить консультация. Они были бесплатны до того, как начнется само дело.

Наутро Джо действительно выложил мне пачку пожелтевших бумаг. Он был хмур как никогда. Я положил бумаги в саквояж и направился в первую адвокатскую контору. Вышел я оттуда часа через два, просто ошеломленный. Мало того, что они насчитали невыплаченные алименты за все 18 лет, сюда же пошел интерес за каждый месяц просрочки, и компенсация за моральны ущерб. Короче, насчитано было на всю катушку. Сумма была очень крутая.

На всякий случай я зашел и в другую, где сумма даже немного возросла. Потом я зашел в центральное агентство по недвижимости и спросил, сколько бы стоил отель типа *Китти* или *Старый Джо*. Получалось, что отель такого типа можно было купить за сумму вдвое больше, чем от накрученных по полной катушке алиментов. Пол отеля алименты уже съедали. Я выбрал адвокатскую контору, чей интерес был меньше. Мне дали опытного адвоката и рассказал ему все что знал. К тому же, я показал ему результаты проверки этого отеля *Китти*. Он знал, что штраф за сокрытие налогов заберет пол отеля, а штраф гостиничного хозяйства, – еще приличный кусок, если не оставшуюся половину. И отель, конечно, закроют.

– Что вы хотите, Том? – спросил меня напрямую адвокат.

– Отель * Китти* полностью, и оплата ваших издержек за их счет.

– Но, ведь это без суда? Только по договоренности.

– А вы никогда не договаривались?

– Я понял, – засмеялся он. – Кстати, большинство дел и решаются по договоренности. Тогда мне нужны все бумаги по алиментам, и отчеты, или копии по проверкам как налоговой, так и гостиничной.

Я оставил ему все, что он просил.

– Поеду сегодня же к ним. Придется разговаривать с их адвокатом. Зайдите вечерком. На мой взгляд, дело выигранное.

Я поблагодарил его и ушел. В гостинице Джо проводил меня хмурым взглядом, но ничего не сказал. Зато Лу ходила взад-вперед по коридору.

– Том, расскажи, – умоляла она. – Ну, хоть есть шансы?

Я просто обнял ее, ведь я так соскучился.

Вечером я опять забежал к адвокату.

– Разговаривал. Хозяйка в шоке. Копии бумаг оставил ее адвокату и дал день на размышление. Если нет, то по суду, да еще с помощью налоговой инспекции, они просто останутся на улице. Мне нужна будет только бумага, что отец и дочь не претендуют, и никогда не будут претендовать на алименты. И оригиналы твоих фотографий и записей. Он подал мне заполненный бланк, не хватало только подписей Джо и Лу.

В гостинице *Старый Джо* я застал скандал в полном разгаре. Бедный Джо стоял, держась за сердце. Его бывшая супруга размазывала его как грязь, не стесняясь слов. Лу путалась вставить слово, но ее затыкала Кэт.

Я подошел к стойке Джо и взял трубку городского телефона, не спрашивая разрешения.

– Если через минуту вы не исчезните отсюда, – сказал я спокойным тоном, обращаясь к гостьям из соседнего отеля, – я вызываю Полицию. Неприятности я вам гарантирую обоим, я выступлю свидетелем.

– Чтоб ты здох побыстрее! – выкрикнула женщина, и, схватив Кэт за руку вышла, так хлопнув дверью, что стекло еле выдержало.

Лу давала отцу какие-то таблетки. Тот сидел на стуле с бледным лицом. Я опустился на диван в холле.

– Может вызвать скорую помощь? – предложил я.

– Вызывали и не раз. Без толку. – Вздохнула Лу. – Только таблетки и спасают.

Наконец, в одиннадцать, мы закрыли отель, и вдвоем помогли Джо подняться в его комнату. Лу осталась, а Джо не протестовал. На всякий случай, я попросил обоих поставить свои подписи на бумаге. Рука Джо тряслась, но он постарался.

Я еле уснул. На полдень была назначена встреча с адвокатом. Я волновался. Если те откажутся и дело пойдет через суд, я сомневался, что Джо выдержит. Хоть бы он отошел от вчерашнего скандала.

Лу спустилась и попросила меня постоять за стойкой. Отцу все еще было плохо, а она не разбиралась в оформлениях, квитанциях и так далее. Мне, конечно, это все было просто. Единственное, что я сделал, это забрал тетрадь неучтенных доходов и спрятал ее в своем номере. К полудню, в сопровождении Лу, Джо все-таки спустился и занял свое место. Вид у него был не важный. Я попросил Лу бросить все дела и не отлучаться от отца. А сам пошел на встречу.

Сборка всех заинтересованных лиц была организована в небольшом холле адвокатской конторы. Длинный стол и кресла. Два адвоката от каждой из сторон, мать с дочкой и я. Кроме адвокатов, настроение было подавленное у всех.

– Мы провели переговоры с заинтересованными по этому делу персонами. – Начал мой адвокат. – Если пускать это дело через суд и налоговую инспекцию, владельцы отеля потеряют не только сам отель, но и серьезную сумму денег как штрафы, а так же должны будут возместить все адвокатские и судебные издержки. – Он выдохнул. – Слово вам, коллега, – обратился он к другому адвокату.

– Я обсуждал вопрос с моими клиентками. Они согласны при условии, если весь этот вопрос навсегда останется в этой комнате. А так же, при подписи от отказа от алиментов, и уничтожении всех документов, связанных с налоговой декларацией. У вас есть эти документы?

– Вот подписи отца и дочери, – выложил я бумагу на стол. – Вот оригиналы компромата на отель. Вы забыли упомянуть, что не я оплачиваю услуги моего адвоката, а они.

– Да, об этом было договорено. – Адвокат достал документ переоформления отеля и прилегающей территории на другое лицо, не хватало только имени. Он передал его моему адвокату, и тот, прочитав все до единой строчки, одобрительно кивнул.

Я забрал договор на собственность отеля *Китти* под ненавистными взглядами двух бывших хозяек. Здесь же, в камине, были сожжены все компрометирующие материалы, а бывшая хозяйка забрала только договор об аннуляции любых претензий к ней по алиментам. Свои веще из отеля они уже успели забрать.

Я пожал адвокатам руки, оставив женскую половину рассчитываться за услуги обоих, и вышел. Первым делом я зашел в *Китти*. Оставались три клиента, которые должны были съехать сегодня. Один уже спускался. Я зашел к двум другим и попросил освободить номера как можно раньше, в связи с карантином. Действительно, где-то через час вышли и они. Я написал от руки объявление *Закрыто на ремонт*, сбегал за угол и купил два навесных замка. Закрыв отель, я вошел в свой. Джо выглядел немного получше, рядом стояла Лу.

– Джо, – начал я, – я не принес денег.

– Я это знал, сынок, и это не та женщина, которая вернет тебе хотя бы одну монету. – Он опустил голову.

– Но я принес это, – я положил бумаги на собственность *Китти*. – Впишите имя владельца сами. Кстати, Лу, ты не сделаешь мне чашечку кофе, пожалуйста? – попросил я, поднимаясь в номер.

Оба с интересом читали документ, а я поднялся к себе.

Через полчаса влетела Лу, без кофе, и бросилась мне на шею.

– Тебя зовет отец.

Я спустился. Первый раз я увидел, что Джо смотрел на меня с интересом, но спокойно.

– Алименты за Лу не стоят целого отеля, – сказал он. – Рассказывай.

Я показал ему удостоверения Министерства Финансов, отдел налогообложения. Он быстро понял все.

– Значит это ты забрал тетрадку?

– Вы тоже хотите потерять пол отеля? – спросил я.

Джо уже держал ручку и вписывал в документ на собственность отеля *Китти* мое имя, прямо с удостоверения.

– Отели воссоединились опять, – довольно сказал он. – А вот их хозяева? Мое завещание давно составлено на Лу.

Мы бросились с Лу друг к другу и слились в поцелуе прямо перед Джо.

– А что дальше? – спросил Джо, глядя на меня.

– Сегодня пишу и отправляю заявление на увольнение. А как нам быть с двумя отелями?

– Знаешь, сынок, я пойду в тот и наведу там порядок. Лу я тоже заберу, и научу ее всему. А тут ты сам справишься. Дай бог еще пару месяцев жизни, чтобы только успел. Найми какую-нибудь уборщицу…

– Отец, я справлюсь и с тем, и тут, и твои курсы не пропущу ни одного. Вы меня плохо знаете. А потом видно будет.

– Джо, найдите там тетрадку, если еще осталась, и сожгите. А я уничтожу вашу.

Тот кивнул.

– Но как же без тетрадок?

– Я вас научу, поверьте моему опыту, – улыбнулся я.

– И меня хоть немного учи, – стеснительно попросила Лу. – Я ведь никогда не была невестой.

Через три месяца умер Джо. На похоронах были только мы вдвоем. Лу плакала, а я утешал ее как мог. Сердце Джо все-таки не выдержало. Он смог доучить дочь, и навел порядок в отеле *Китти*. Когда мы открыли его комнату, там было много старого барахла, которое он держал, наверное, как память. К удивлению, абсолютно случайно, мы нашли под половицей тайник. Денег было много, на пол отеля как минимум, я отдал все Лу. Это было ее наследство, но каким-то образом она умудрилась положить половину на мой счет. В первый раз мы чуть не поругались.

Не хватало персонала для уборки, стирки и глажки. Несмотря на безработицу, все приходившие по объявлениям, были ленивы, и работали спустя рукава. После месячного испытательного срока мы их отправляли и брали других.

Шесть месяцев мы не могли никого найти на постоянную работу. Лу выбивалась из сил, и я это видел.

В один дождливый день ко мне в отель завалило какое-то чудо. В драном плаще, стоптанных ботинках, я еле узнал Кэт, сводную сестру Лу. С порога она бросилась на колени и расплакалась. Недолго думая, я срочно позвал Лу.

– Том, Лу, простите меня, – рыдала Кэт. – Мне просто некуда идти. Мать через месяц сбежала с каким-то инженером, забрав все до копейки. Я осталась на улице, жила, где могла, искала работу, но все попусту. Я знаю, что вы думаете обо мне. Но поверьте, я так изменилась. Я умею делать все, но мать избаловала меня. Поверьте, я готова на все.

Я посмотрел на Лу.

– Как-никак, но это твоя, хоть и сводная, но сестра. Решай. – Я знал, что у Лу было очень доброе сердце.

– Встань, Кэт, – подала она ей руку. – Идем, я тебя переодену, а потом поговорим.

Через час мы уже разговаривали.

– Кэт, у нас есть только место уборщицы. Надо также носить кофе, стирать, гладить, ну и все такое. То, что ты никогда не хотела делать. Помнишь, ведь мы с тобой разговаривали?

– Том, я была тогда маменькой дочкой. Я действительно умею все делать. И если вы меня возьмете, даже на испытательный срок, то не пожалеете. Я знаю и прием клиентов, выписки, в общем, все, что делала моя мать или Джо. Я могу помогать и в этом.

– Но ты ведь не справишься с двумя отелями.

– Справлюсь. Если только стирку и глажку сдавать в прачечную. Как вы сдаете постельное белье. Просто повысить цены. Останется только влажная уборка. Ну и там кофе принести, или разбудить кого.

– И я ей помогу, – вступилась Лу. – Только я знаю, как это все делать на совесть, и если Кэт это усвоит – я не против. Я даже согласна дать ей двойной оклад, за два отеля. Но если не сможет, – извини, Кэт, мы распрощаемся.

– Смогу, вот увидите! – Кэт била себя в грудь. – Я ведь больше ничего не умею кроме этого, и все это делала, пока мать не остыла и не стала делать мне поблажки.

Мы с Лу переглянулись. Я понял, что дело решено.

– Я забираю ее к себе, – шепнула мне Лу. – Чтобы ты не влюбился.

– Лучше тебя все равно нет, хотя она и симпатичная.

Прошел год. Кэт осталась и действительно работала на совесть. В один день мы с Лу задумались и решились на большие перемены. Мы объединили два отеля, прорубив широкий проход, как оно было и раньше. Название мы оставили *Джо*, в честь ее отца. Теперь внизу на приеме нужен был только один человек. Любой из нас троих с этим справлялся. Лу и Кэт незаметно сдружились. Они подменяли друг друга, если было надо. В конце концов, мы закрыли отель на месяц. Всю мебель и утварь мы неплохо продали с аукциона. Зато вложив деньги покойного Джо, мы купили новую мебель, телевизоры, кондиционеры, постелили ковровые покрытия, и даже в некоторые номера купили не большие холодильники. Затраты были большие, но зато было на что поглядеть. Нам подняли категорию, а соответственно повысились расценки. Будучи бухгалтером, да еще с таким опытом, я показывал доходы на тридцать процентов меньше, но ни одна инспекция не нашла бы способ как я это делаю.

– Том, милый, – как-то вкрадчиво сказала мне однажды Лу, – я беременна. – И она пристально вглядывалась мне в лицо. – Только не подумай, я не буду сидеть, просто покормлю и опять за работу.

Я обнял и расцеловал ее. Кэт была несказанно рада от этой новости. – Будем нянчить вместе!

Прошло еще шесть месяцев, и Лу родила мальчика. Дела в отеле шли полным ходом, в сезон он был забит полностью, а в обычные месяцы более чем наполовину.

В один день к нам пришла налоговая инспекция. Я знал, откуда дует ветер. Мы отбивали клиентов у нескольких шикарных отелей, прежде всего ценами. Инспекция кое-то нашла, я всегда оставлял хоть что-то чем они могли бы заполнить справку. Штраф был мизерный, а инспекция ушла довольная, хоть что-то, да раскопали.

Дальше все шло как нельзя лучше, до одного дня, пока в отель не зашла мать Лу и Кэт. Она постарела, морщины умножились, и вряд ли с кем-нибудь она смогла бы уже куда-то сбежать. Она попросила позвать Кэт, и с нашего разрешения осмотрела отель. В конце у нее потекли слезы.

– Кэт, – извиняясь, сказала она, – я принесла тебе оставшиеся деньги. Извини меня, но я была последней дурой, бросив тебя в последний раз.

– Мне ничего от тебя не надо, – недовольно ответила Кэт. – Я нашла свою семью. И мне здесь очень нравится.

– А для меня здесь нет местечка?

– Спрашивай у хозяев.

– Лу, – шепнул я, – если Кэт еще можно было переделать, то в эту я не верю ни на каплю.

– К сожалению, у нас нет вакансий, – спокойно сказала Лу.

– Ну да ладно, – огорчилась та. – Я все-таки мать вас обеих. И вот, такое отношение.

Странно, но и Лу, и Кэт спокойно промолчали. Женщина ушла.

– Кэт, – сказал я, – ты что, решила остаться старой девой?

– Том, я хочу найти такого как ты. Простого, и чтобы он меня действительно любил, как ты – Лу.

– И тогда ты уйдешь?

– А вот уж и нет. Пусть он остается со мной здесь. Извините, но я чувствую себя как в родной семье. Ты же ведь остался с Лу?

– Он особенный, – улыбнулась та. – Я его никому не отдам.

– Мне тоже когда-то встретится хороший парень. – Мечтательно произнесла Кэт.

Кэт сдержала обещание. Однажды она привела к нам и представила простого худенького паренька. А главное, он вырос в детском доме, как и я. Он был безработный и бездомный, и по просьбе Кэт мы взяли его на испытательный срок. Выдержал он его с честью, брался за любую работу и доводил ее до конца, но самое главное, по его взглядам было видно, что он без ума от Кэт. Теперь нас было четверо, и больше нам никого не было нужно.

– Почему ты на мне не женишься? – спросила осторожно один раз Лу.

– Потому, что не хочу иметь такие приключения, как твой отец. В один день ты уйдешь, оставив мне ребенка…

Я получил хорошую затрещину и замолк.

Однажды я поехал по делам в столицу. Стоя перед своим бывшим Министерством, я все-таки решился зайти, благо, что удостоверение у меня было. Я даже застал Роба.

– Где ты, Том? Твоя телеграмма об увольнении очень меня удивила.

– Остался в том городе. А в отделе кто-нибудь остался из старых?

– Несколько. Такая уж у нас работа. Не всем подходит. Может, вернешься?

– Да нет, Роб. У меня работа и жена. Я счастлив.

– Ну и ладно. Рад был тебя видеть. Там, кстати забери расчет.

Я получил деньги и просто выбежал из здания. Первым автобусом я уехал домой, где меня ждали как никого на свете.

Разве это не счастье?

Пари

В двадцать пять лет я закончил один из престижных Университетов, экономический факультет. Парень я был видный и из обеспеченной семьи. С девушками я иногда погуливал, но так, ничего серьезного. Чистая наука меня особенно не привлекала. Во мне, наверное, с детских лет была какая-то жилка или предпринимательства, или жизненной гибкости. Именно на этой базе я и планировал свое будущее. Родители меня любили и ни в чем не отказывали. У меня была своя небольшая однокомнатная квартира, и неплохой Форд.

Учился я хорошо, но на отлично меня просто не тянуло. Я знал, что у меня есть голова, и именно на нее я и надеялся. Хоть отец и предлагал мне взять небольшой отпуск, я первым делом отправил свою анкету в разные престижные фирмы. Потом, я все-таки съездил на неделю на море, а вернувшись, нашел три предположения.

За один день я обошел все три фирмы. Зарплата была стартовая и небольшая. Но из всех трех, меня больше всего заинтересовала одна фирма. Она формировала новый отдел Экономического Планирования и Прогнозирования, и только из выпускников. Это пыл типа эксперимента, и мне понравилась идея начать со всеми на равных, тем более новый отдел в известной фирме.

Я рассказал родителям, и они одобрили мой выбор. Конечно, отец, используя его связи, мог устроить меня куда-нибудь получше, но мне хотелось начать самому, ну, а уж если что, тогда обратиться к нему.

Сбор был назначен на понедельник в девять утра. Я надел брюки, рубашку и галстук, и теплый свитер. Встреча была в небольшом зале, мест на двадцать. Ровно в девять нас сидело двенадцать человек: шестеро ребят, и шесть девушек, и мы исподтишка разглядывали друг друга.

Вошла пожилая женщина, со строгим лицом, но, как оказалось, очень добродушная. Она напоминала мне маму.

– Здравствуйте мои дорогие, – улыбаясь, поприветствовала она нас. – Давайте знакомиться, меня зовут миссис Элин, я начальник отдела кадров фирмы. Сначала я объясню вам суть эксперимента, а позже подойдет заместитель директора по экономике. Мы просмотрели много анкет, но остановились на вас. Все вы в этом году закончили Университеты, и все – экономический факультет. Может у каждого немного разная специфика, но в целом все вы дипломированные экономисты. Как мы отбирали – это уже неважно, главное, что сегодня явились все. Вот штатное расписание вашего отдела, – она взяла в руки небольшой листок. Начальник отдела, его заместитель и двенадцать инженеров-экономистов. И уборщица. Ваш отдел будет находиться на втором этаже, он будет занимать правую часть здания, когда левая принадлежит нашему архиву. Так что, считайте, что весь этаж ваш. Для начала, наверное, на полгода, мы назначили исполняющую обязанности начальника отдела мисс Кэтрин. Почему ее? Она единственная окончила Университет с отличием и на год старше всех остальных. Извините, что я буду обращаться к вам на Ты. Кэт, встань, пожалуйста, – попросила она.

Поднялась симпатичная молодая девушка. Вид у нее был растерянный, видимо это решение было сделано в последний момент, и являлся для нее новостью. У нее были каштановые немного вьющиеся волосы, широкие глаза, и губы бантиком. Стройная, можно даже сказать, красивая девушка, – подумал я.

– Садись, – попросила миссис Элин. Она продолжила. – Заместителя, естественно, мы пока не ставили, раз нет начальника. Вакансии двух инженеров мы оставили на потом, а все остальные, кто присутствуют, инженеры-экономисты. Как видите, у каждого есть шанс стать как начальником, так и его заместителем. Начинаете вы в том составе, который сейчас присутствует. Я буду называть имена, а вы вставайте. Дайте возможность на вас посмотреть и запомнить. Кстати, все – холостяки и незамужние. Она стала произносить сначала женские имена: Агата, Бренда, Ванда, Виктория и Джейн.

Я поразился: ил их выбирали по фотографиям, или это было чистое совпадение. Все девушки, без исключения, были стройными и симпатичными. Я не мог выбрать лучшую.

Потом пошли ребята: Алан, Джек, Билл, Боб, Брюс, и я, Джон. Ребята, если честно сказать, попались не хуже. Это был отдел какой-то элиты, если судить по внешности.

Распорядок дня, – продолжала мисс Элин, – таков: с девяти утра до двух, и с трех до шести. В одиннадцать часов перерыв на чай или кофе, минут пятнадцать-двадцать. По сравнению с остальными, у вас немного сдвинут обед. Выходные как у всех. У каждого будет новый компьютер, а у начальника и его зама, отдельный кабинет. Пока там будет сидеть Кэт. Есть вопросы?

В комнату зашел пожилой седой мужчина. Он представился, как мистер Артур. Вкратце, он объяснил наши обязанности, вернее, каждого из нас. Они мало чем отличались.

– Только я прошу вас, – добавил он, – не бойтесь слова эксперимент. Если даже он и не удастся, никто не собирается вас увольнять, вы будете распределены по другим отделам.

К нему вопросов тоже не было. Мисс Элин повела нас на второй этаж. Зал был большой и удобный, перегородки новые, компьютеры и принтеры тоже. В комнату Кэт мы не заглядывали. На лестничной площадке стоял автомат для бесплатного кофе или чая. Другое крыло было закрыто, на единственной двери висела надпись АРХИВ. Лично мне понравилось все. Хотя слово ЭКСПЕРИМЕНТ давало немного другой оттенок моему рабочему будущему.

– Там посмотрим, – решил я.

Мы дали девушкам выбрать себе места, а сами уселись на оставшиеся. Два места пустовало. Миссис Элин попрощалась с нами, и мы остались наедине. Каждый сказал пару слов о себе, и мы пошли сначала попить кофе.

За неделю мы перезнакомились достаточно близко. А в конце, Алан, заговорческим тоном, попросил ребят остаться.

– Слушайте, – начал он, – а ведь все девчонки одна другой лучше, разве нет? Да и мы хоть куда. У меня есть такое предложение. А не устроить ли нам пари? – он обвел всех взглядом. – Проигравший оплачивает банкет для всего отдела.

– А что именно? – заинтересовался Джек.

– Ты что, в Университете не учился? – улыбнулся Алан. – Пари на пары. Я предложил бы на полгода, есть время. То есть, до тех пор, пока не поставят начальника. В этот день вечером мы и подведем итоги.

– А конкретно? – спросил я.

– Еще один, – удивился Алан. – Мы ведь за полгода будем с ними встречаться. Кто с кем, не имеет значение. Я имею в виду встречи вне работы. Кто не закадрит никакую девчонку – тот и проиграл. – Он еще раз оглядел всех.

– А как ты докажешь, что ты закадрил какую-нибудь? – хитро спросил Боб.

– Поцелуй при всех. – Развел руками Алан. – Да хоть в щечку.

– А если двое будут претендовать на одну? – спросил Билл.

– Тут ребята, должны быть просто мужские правила. Никто никому не принадлежит. Если двое – пусть выбирает девушка. Только не доводить дело до ссор между нами, и так далее.

– Я – за, – сказал Брюс. Значит, если например один, или двое – трое не закадрили никого – они скидываются и устраивают банкет для всех. Так?

– Абсолютно верно, – вздохнул Алан. – И нам жить будет интересней, мы ведь молодые.

– То есть, жениться, или делать предложение не обязательно? – уточнил Джек.

– Ну, если ты дойдешь уже до этого, то я лично тебя поздравлю. Чем черт не шутит. Главное, чтобы девушка была из нашего отдела.

Все согласились. Мне, лично было все равно, я мог попросить денег у родителей и сделать всем банкет, без всякого пари. Мы пожали друг другу руки и разбежались.

С понедельника активность мужской половины резко возросла. Кто-то с кем-то шептался, кто разговаривал на лестничной площадке. Я еще рассмотрел каждую из девушек и не смог выбрать.

– Ладно, – подумал я, – за полгода кто-то из них клюнет, вот тогда я и займусь.

В этот день я задержался. Пришла Линда, уборщица, делать генеральную уборку. Она была нашего возраста, может на год младше, и всегда появлялась в обед, когда никого не было, и после работы. Ее никто не замечал. Она была тихой серенькой мышкой. Синий прямой халат, обычные туфли и косынка на голове делали ее никем. Если и с кем-то сталкивалась, говорила *здравствуйте* так тихо, что можно было понять только по губам.

Она удивилась, увидев меня за столом, но принеся ведро, начала протирать пыль. Я почувствовал запах хлорки. В одном отчете у меня не сходились цифры. Как я не крутил, была небольшая разница, а все должно было совпасть один в один. Я вздохнул.

– Линда, – позвал я, – ты не принесешь кофе? – попросил я. – И себе заодно. – Мне стало стыдно, что я использую ее как прислугу.

Та бросила швабру и ушла. Потом, поставила на мой стол чашку и собиралась уходить.

– Присядь, – сказала я, – попьем вдвоем. Все-таки веселее.

Она стянула свои резиновые перчатки и осторожно опустилась на соседний стул. Я думал о своем, глядя на нее. Эта форма уборщицы старила ее, а запах хлорки, бил в нос. А вообще, даже так, ее можно было назвать симпатичной и немного забавной. Из-под платка проглядывала темная челка, а нос был немного вздернут.

– Ты давно тут? – спросил я.

– Как и вы, – ответила она тихим голосом и взяла чашку.

Мы, молча, допили кофе, и я продолжил. Линду я уже не замечал. Когда я закончил, то есть все же нашел ошибку, она уже прятала ведро и тряпки в специальный шкафчик и переоделась. По лестнице мы спускались вместе. Странно, но в джинсах, аккуратной кофточке и хороших туфельках она сразу изменилась. Я удивился, какие у нее были пышные тугие волосы. Встретив ее на улице, я бы никогда не подумал что она простая уборщица.

– Давай я тебя подвезу, – чистосердечно предложил я. – Ты далеко живешь?

– Нет. Спасибо, я сама. – Она ответила, как бы извиняясь.

– Как хочешь, – улыбнулся я. – Кстати, меня зовут Джон. Наверное, больше всего я боялся в этот момент, что кто-нибудь может меня увидеть с уборщицей. Хорошо, что она отказалась.

Неделя продолжалась, и пари тоже. Я заметил, что Алан часто разговаривает с Брендой, и что та весело ему отвечает. Остальные пока еще определялись. Кстати, за все неделю Кэт вызывала чаще всего меня, как бы советуясь. Конечно, это могло быть и совпадением, но ребята уже начали меня подкалывать.

В пятницу я опять задержался. Одна моя программка не работала, а остальные уже ушли. Изучая программирование в Университете, я пытался сам ее исправить. Конечно, это было глупо, ведь в понедельник я бы скопировал ее у любого. Но меня взяла злость, и я менял в ней символы и значения.

– Здравствуйте Джон, – еле услышал я за спиной. – Это была Линда, и она протирала столы.

– Привет, – повернулся я к ней. – Попьем кофейку? – непринужденно спросил я. – И почему на ВЫ?

Она ушла и, вернувшись, поставила мне чашку. Я показал ей на стул.

– Линда, а почему ты так тихо всегда разговариваешь? – улыбнулся я.

– Чтобы никому не мешать, – опустила она глаза.

– А дома?

– Тоже. Не люблю мешать.

– Но со мной ты можешь говорить громче?

Она попыталась. Наконец, я услышал настоящий человеческий голос, а не шепот. Я еще раз попытался ее разглядеть. Уборщица как уборщица, только, оказывается, симпатичная и забавная.

– А ты домой на автобусе ездишь? – спросил я.

– Пешком. Тут недалеко, пятнадцать кварталов. – Было видно, что она меня стеснялась.

– Ого! – удивился я. – Вечером, это не близко. Не боишься?

Она покачала головой.

Потом мы продолжили каждый свою работу. Я совсем залез в чистое программирование, но ошибку нашел. На душе стало легко, и я себя оценил. Но я даже и не заметил, что уже шел десятый час! Линда спокойно сидела на стульчике у выхода и ждала.

– Линда, – почему ты мне не сказала, что уже так поздно? – спросил я. – А почему ты не ушла?

– Я должна закрыть дверь и сдать ключи вахтеру, – спокойно сказала она. – Да вы, вернее, ты Джон не волнуйся, я уже никуда не спешу.

– Глупая, – сказал я, – надо было сказать, когда ты закончила уборку. Сегодня я в любом случае отвезу тебя домой. По моей вине ты просидела час-два.

– Нет, – как бы испугалась она, – не надо, я сама.

– Линда, – я сделал грозный тон, – я отвезу тебя домой. Или буду ехать рядом, пока ты не дойдешь.

Она задумалась. – Спасибо, – просто сказала она.

Мы сели в машину и поехали. Мне было стыдно, что из-за моих глупостей человек потерял столько времени. Вдруг я увидел маленькое кафе и остановился.

– Пойдем, выпьем кофе, – тоном, не терпящем возражения, сказал я и вышел из машины. Она тоже вышла, но нерешительно, оглядываясь по сторонам.

Мы сели за столик друг против друга, и заказали два кофе.

– А почему ты не ездишь на автобусе? – спросил я.

Она склонила голову и не отвечала.

– Линда!

– У меня нет денег. – Грустно сказала она и отвернулась.

Мне стало неудобно. – Извини, – тихо сказал я. – А ты – симпатичная, – я старался перевести тему.

Она посмотрела на меня и покраснела.

Выпив кофе, мы продолжили путь.

– Джон, останови тут, пожалуйста, – вдруг попросила она меня и я затормозил. – Большое спасибо. И за кофе. – Она попыталась улыбнуться и вышла.

Я поехал домой.

– Странная, – с какой-то улыбкой сказал я себе.

На следующей неделе Кэт вызывала меня несколько раз на день.

– Джон, – она улыбалась мягко, но осторожно, – ты меня извини, что я всегда с тобой советуюсь. Честно говоря, я не ожидала такого места и еще не вошла в роль.

– Что ты, Кэт, – улыбнулся я, – вызывай, сколько тебе захочется. Хочешь, пойдем на обед вместе, – закончил я.

Она задумалась. – А что скажут другие?

– Забудь, Кэт, – пошел я на попятную, – это у меня просто сорвалось. Ты права. – Я вышел. Джек с Биллом сразу меня подкололи. – Ну, Джон, ты даешь. На начальницу глаз положил. Видно рвешься в единоличные победители.

Я промолчал. На обед я решил вообще не идти.

– Привет Джон, – вдруг услышал я знакомый голос, он был просто громче обычного.

Я обернулся и увидел Линду.

– Попьем кофе? – сразу спросил я.

Впервые она улыбнулась. И ушла. На этот раз мы проглотили кофе и продолжили.

– Можно я подвезу тебя сегодня? – спросил я.

Она удивилась. – Ты будешь работать допоздна?

– Нет. Только чуть-чуть задержусь, пока ты не уберешь. – Я лукавил. Просто мне вдруг стало нравиться ставить ее в такие ситуации.

– Спасибо Джон, только если из-за меня…

– Да или нет? – спросил я.

– Наверное, нет. Извини и спасибо тебе. – Она опять покраснела. Вскоре она исчезла так же тихо, как и появилась.

Зато после обеда меня опять позвала Кэт.

– Извини Джон, – она опустила глаза, – завтра я приму твое предложение, если оно еще останется в силе.

– Конечно, Кэт. Спасибо за доверие, – улыбнулся я.

Я понял, куда идет дело. Из всех девчонок первой, а может и единственной, на меня клюнула Кэт. Я был в этом абсолютно не виноват, но это мне льстило.

Уходя вечером, я столкнулся с Линдой, она старалась не смотреть мне в глаза. – Привет Джон. И извини меня.

– Нет проблем, Линда, – улыбнулся я и пошел.

Едя в машине, я думал о Кэт и о Линде. Поведение Кэт было нормальным и логичным. Линды – загадочным и странным.

Назавтра мы с Кэт обедали вместе. Зато сколько толков было после обеда! Многие меня уже поздравляли. Зато мой пример оказал какое-то влияние на отдел, и со следующего дня уже три паты обедали вместе. Но вечером я решил специально задержаться. Делая вид, что работаю, я дождался Линду.

– Джон, а почему только ты задерживаешься? – спросила она, когда мы пили кофе.

– Я же отвезу тебя? – мягко спросил я.

Она вдруг кивнула.

Я дождался ее и поехал привычным маршрутом, не забыв кафе.

– Линда, расскажи мне про себя, – попросил я.

– Ничего интересного, Джон, правда. – Она, как всегда опустила глаза. – А почему ты меня возишь?

– А может мне нравиться, – улыбнулся я. – Это плохо?

– Нет, просто странно.

– Ты живешь одна?

– Нет. С папой и братом. Мама умерла, когда меня рожала, – грустно сказала она.

– Извини, Линда. – Мне стало ее жалко. – А что ты делаешь в выходные?

– Джон, – она как-то странно на меня посмотрела, – это к чему?

– Просто. Мне скучно в выходные. Мы могли бы попить вместе кофе.

– Это что, приглашение? – ее голос был удивлен.

– Просто вопрос. Но если это тебе не нравится, давай забудем.

Она промолчала опять. Я высадил ее и поехал домой. Почему-то я улыбался по пути.

Всю неделю мы обедали с Кэт, и она меня уже вызывала по любому пустяку, что не осталось незамеченным в отделе. Подколки сыпались со всех сторон. Три пары явно шли по намеченному пути, и уже проглядывались победители. Трое остальных тоже старались, но не так быстро это у них получалось.

В пятницу я опять задержался, ожидая Линду.

На этот раз с приветом она мне как-то широко улыбнулась. Может уже стала привыкать.

– Поедем вместе? – Сразу спросил я.

– У тебя работа или просто? – она пыталась заглянуть мне в глаза.

– Просто, – честно сказал я и не отвел взгляд.

Она задумалась.

– Джон, а что ты вообще обо мне знаешь? – поинтересовалась она.

– То, что ты мне рассказала. Правда, это почти ничего. А что?

– Я постараюсь побыстрее убраться, – сказала она и вышла.

– А кофе? – крикнул я вдогонку.

– По пути, – еле расслышал я ее слова.

Пока я играл в разные игры, Линда справилась за час и переоделась. Вернее, перевоплотилась. С такой девушкой, в какую она превращалась, можно было ехать хоть в ресторан, хоть куда.

– Линда, ты такая… красивая, – вылетело у меня, когда я осмотрел ее.

– Джон, – улыбнулась она, – не рассматривай меня так пронзительно. Но за комплимент – спасибо. А ты не боишься, что тебя увидят с уборщицей? Только честно?

– С такой, какая ты сейчас – нет.

Мы сели в машину и поехали в кафе.

– Я могу в воскресенье, – вдруг сказала она. – Вечером, часов в восемь.

– Что в воскресенье? – не понял я.

– Встретиться, – тут она опять потупила глаза.

– Прекрасно. И куда мы поедем?

– Ты же предлагал в кафе, – настороженно сказала она.

– Да, конечно, – улыбнулся я. Мне стало интересно. – Ты всегда отвечаешь через несколько дней?

Она просто улыбнулась. – А я и, правда, тебе нравлюсь? Или ты шутишь?

– Шучу, – засмеялся я. – Уже столько раз.

В воскресенье к восьми вечера я уже был в кафе. Линда пришла быстро. Мы поздоровались и улыбнулись друг другу.

– Джон, не обижайся. Это свидание? – спросила она и убрала глаза.

– А как тебе хочется? – решил испытать ее я.

– Ты мне не ответил.

– Я буду думать несколько дней, как ты, – рассмеялся я.

– Тогда, можно и я пошучу? – спросила она. – Ты мне тоже нравишься. – Она не только покраснела, но и отвернулась.

– Значит, свидание, – сказал я. – Даже не буду ждать, что б ответить.

– Спасибо, – тихо сказала она.

Когда кофе было допито, мы сели в машину.

– Куда? – спросил я.

– Домой, Джон, – грустно ответила она и отвернулась.

Высадив ее, где и всегда, я поехал домой.

А в понедельник у меня не завелась машина. Я позвонил Кэт и предупредил ее. Найдя ближайшую мастерскую, я объяснил положение. Со мной отправили механика, благо, что идти было всего три квартала. Он копался долго, но потом заявил: мотор. Вернувшись, он взял другую машину и оттянул мою в мастерскую.

– Недели две, не меньше, – сказал хозяин.

Я позвонил отцу.

– Джон, у тебя есть моя кредитка. Купи лучше новую, а эту отремонтируешь и продашь. Если это мотор, дело плохо.

– Папа, – удивился я, – но новая стоит…

– Зато она новая. Конечно, разница будет ощутимая, но как же ты будешь без машины. Покупай и не думай.

– Спасибо, – сказал я, – я постараюсь выбрать недорогую.

– Ездить тебе.

Да, о таких родителей как у меня, можно было только мечтать. Я опять позвонил Кэт и объяснил ситуацию.

– Джон, уже двенадцать. Если собрался покупать машину, у тебя есть полдня. Надеюсь, завтра ты появишься? Мне скучно будет обедать одной, – пошутила она.

Я задумался. В городе было много магазинов по продаже машин. Но монополию держал местный миллиардер Келлер. Он даже один раз баллотировался на должность мэра города, но не хватило голосов. Зато, почти все магазины принадлежали ему. Эта была целая сеть, может около пятидесяти магазинов, с новыми и подержанными машинами. Конечно, другие тоже пытались открыть такие магазины, но уже через месяц закрывали их, тягаться с ценами и сервисом Келлера было невозможно. Он продавал за наличные, безналичные, в кредит и вообще.

Взяв такси, я направился в ближайший магазин. Но ничего выбрать не смог. Зато мне дали карту со всеми филиалами Келлера. В другом, были только дорогие машины. В третьем – только подержанные. Наконец, часа в три или чуть позже, я был в его огромном магазине-салоне, почти в центре города. Как вдруг у входа я столкнулся с Линдой, она тоже заходила в этот же магазин.

– Джон, – покраснела она, – что ты тут делаешь?

– Хочу купить машину, – сказал я, – моя сегодня получила инфаркт, потом я продам ее. А ты?

– Я здесь тоже убираю, – как-то опустив глаза, сказала она. – Давай, я подожду тебя на улице?

– Как хочешь, – удивился я. Войдя в магазин, я стал осматривать машины. Наконец, я остановился на таком же Форде, который был у меня, только новом. Эту машину я знал, и она мне нравилась. Мне даже сделали небольшую скидку за то, что я покупал не в кредит. Заплатив кредитной карточкой, я забрал документы. Мне сказали подъехать часов в семь, и забрать машину уже с номером и зарегистрированную во всех инстанциях. Довольный, я вышел и увидел, что Линда меня ждала за углом.

– Купил? – спросила она. – Вижу по улыбке, что да. А когда будешь забирать?

– Сказали в семь. А ты что, не спешишь на работу?

– Тут у меня свободный график, – сказала она. – Ты поедешь на работу? Если нет, можем попить кофе, тут недалеко есть кафе.

Я согласился, но что-то мне показалось странным. Она убирала в такой известной фирме как наша, и самом большом филиале фирмы Келлер. Как будто, она была элитной уборщицей. А почему она покраснела, когда мы столкнулись у входа?

Мы сидели и пили кофе.

– Линда, – посмотрел я на часы, – у тебя же остался час с половиной до уборки в нашей фирме? А ты так свободно пьешь со мной кофе и не торопишься.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.