# Забыть всё, кроме друзей

Олег Ткачёв

Один проснулся в уютной квартире, другой – в мрачном лесу. Каждый не знал, как здесь оказался. К тому же замкнутым в чужом теле, да еще и в чужом мире! А у волшебника, который это сотворил, рассыпался магический кристалл. Единственный путь к спасению – искать выход вместе с новыми друзьями. Притвориться своим, чтобы не стать подопытным кроликом в мире, где стали явью самые дерзкие научные мечты, или рискнуть узнать как можно больше в надежде на возвращение…

## Глава 1

Московский студент-художник Василий проснулся от холода. Вместо теплого одеяла рука нащупала холодную мокрую траву и он сразу сел на кровати. Хотя нет. Это была совсем не кровать, а твердая земля. «Где я? Что случилось?» – были его первые мысли.

Он постарался осторожно оглядеться. Светало. Сквозь легкий туман со всех сторон можно было увидеть только темные кусты и стволы деревьев. Как раз под одним из них он и сидел. Рубаха и штаны не очень защищали от утренней прохлады. Какая-то накидка, то ли сшитая, то ли сплетенная из травы, была единственной теплой вещью.

Он с надеждой протянул руку к остаткам костра и почувствовал слабое тепло. К счастью, кто-то подготовил рядом кучку дров и сухой коры. Василий разворошил угли, покрошил на них кору и начал раздувать костер. После долгих усилий огонь появился. У костра сразу стало теплее.

Василий уже спокойнее осмотрелся и вдруг увидел рядом в траве хвост в желтую и оранжевую полоску. «Тигр», – со страхом подумал он, медленно взял из костра по горящей палке в каждую руку и оглянулся. Сзади был только толстый ствол дерева. Он оглянулся в другую сторону – та же картина. Он медленно встал и повернулся. Хвост мягко обвился вокруг ног, но тигра нигде не было.

Не веря в свою догадку, Василий переложил палку из левой руки в правую и осторожно ощупал спину. Затем он медленно опустил руку вниз и в отчаянии сел снова на землю. Никаких сомнений. Это был его хвост. Он бросил палки назад в костер и схватился руками за голову. Он сразу почувствовал, что что-то не так, но из-за шока не сразу понял, что именно: «У меня и уши не там и не такие, как раньше!»

Парень долго сидел неподвижно, не отваживаясь ощупать лицо. Наконец, решился. Медленно провел руками сверху вниз и облегченно вздохнул. С лицом сюрпризов не было.

«Итак, я в странном месте и в странном виде. Это должно быть сном», – решил Василий и ущипнул себя за руку. «Больно, значит, не сон. А что же тогда делать?» Ответ пришел неожиданно быстро. В костре мелкие ветки уже прогорели, остались только небольшие язычки пламени. «Надо срочно собрать дров, пока огонь не потух», – решил он.

Парень принялся шарить вокруг в поисках хоть каких-то веток. Уходить далеко от костра он не то, чтобы очень боялся, а остаться в холоде без огня не хотелось. Он долго возился, пока насобирал охапку хвороста. Пришлось снова раздувать пламя. Стало теплее да и в лесу уже посветлело.

Василий устроился поудобнее и подумал: «Теперь можно спокойно разобраться, в чем тут дело. Точно помню, что вчера лег поздно, но в свою кровать. Может, сестра решила разыграть, прицепив мне уши и хвост из своего костюма?» Он еще раз осторожно пощупал и подергал уши. «Даже если они приклеены, мои собственные она спрятать не смогла бы. Значит, настоящие, – грустно решил он. – А если так, то все остальное – тоже. Надо бы найти еду».

Подул легкий ветерок и быстро развеял туман. Василий еще раз внимательно осмотрелся. Только теперь он заметил на земле у дерева сумку из грубого полотна, лук и стрелы. В сумке было только два камня. По-видимому, именно ими развели костер. Еще небольшой нож с деревянной ручкой был закреплен на поясе. Ни еды, ни воды поблизости видно не было. Вокруг валялось много желудей, но без тумана Василий и так увидел, что сидит под могучим дубом. «Был бы я кабаном, уже наелся бы», – подумал он и усмехнулся, представив эту картину.

Он обошел вокруг дуба. Тропинок нигде не было. Чтобы решить, куда идти, оставалось лишь сбросить теплую травяную накидку и залезть на дерево. Дуб вырос очень высоким. Парню пришлось пару раз отдыхать, пока он добрался почти до вершины. Отсюда открывался чудесный вид на зеленые лесные просторы, которые ранняя осень лишь кое-где разукрасила бурыми и желтыми красками. Солнце только поднялось над горизонтом. По небу плыли редкие облака всевозможных оттенков желтого и сизого.

Художник невольно залюбовался пейзажем, но голод быстро напомнил, зачем он здесь. Ни дорог, ни жилья, ни края этого леса, ни съедобных плодов он не заметил. Он еще раз все осмотрел, пытаясь выбрать, куда же податься. И тут его осенило: «Лес дома за окном уже почти весь пожелтел, некоторые деревья вообще без листьев стоят, а здесь это только начинается. Выходит, я намного южнее Москвы». Это открытие заставило его всматриваться вдаль еще внимательнее.

Наконец, где-то далеко на западе появилась тонкая струйка дыма и тут же развеялась ветром. «Не знаю, смогу ли я найти запад внизу, но я в этом лесу не один», – подумал Василий и начал осторожно спускаться вниз. Это было легче, чем подниматься, но отдыхать все равно пришлось.

Он снова закутался в накидку и сел у костра. Чуть позже он легко нашел восток по блеску Солнца среди листьев. «Это тело не мое, так что я не знаю, принадлежат ли ему эти вещи, но не похоже, чтобы здесь ночевал кто-то еще», – задумался парень на мгновение, а затем решительно разгреб опавшие листья и палкой процарапал на земле большую стрелку на запад. Получившейся землей он засыпал костер. «Если это чужие вещи, хозяин меня по стрелке и следам найдет, если уж он охотник», – подумал Василий. Травяная накидка легко порвалась бы о ветки по дороге, поэтому он аккуратно смотал ее и сложил в сумку, еще раз осмотрел место ночевки, чтобы ничего не забыть, и поспешил на запад.

Кроны были не слишком густыми. Василий по солнечным лучам легко находил, куда надо идти, а вот как туда пройти – это уже посложнее. У него сразу же промокла одежда из-за росы, а идти приходилось напролом. Хотя подлесок был совсем не густой, идти без тропы было неудобно.

Пару раз споткнувшись, путешественник понял, что с палкой идти будет легче. Все, которые валялись под ногами, были кривые, короткие или прелые. Пришлось постараться, чтобы вырезать ножом достаточно толстую и длинную ветку какого-то кустарника. С палкой парень не стал меньше спотыкаться, но ни разу не упал.

По дороге Василий встречал много грибных мест, вот только ни одни из этих грибов не были похожи на те, которые продают в супермаркете. Зато он хорошо знал, что многие ядовитые грибы очень похожи на съедобные. «Жаль, что в деревне у бабушки так и не научился съедобные от ядовитых отличать», – подумал он на очередной грибной поляне. Невольно вспомнилось, как они с бабушкой и сестрой ходили по грибы прошлым летом, как бабушка подшучивала, что найденные им большие красивые грибы можно попробовать только раз в жизни.

Наконец путешественнику повезло. Он вышел на малиновую поляну. Большая часть ягод уже высохла или их съели животные, но для голодного и горсть сушеных ягод – большая радость. Попался даже с десяток запоздалых сочных ягодок, а немного сушеных он положил в карман про запас.

Солнце поднялось довольно высоко, роса осталась только в густых местах, а до цели было еще далеко. Василий пошел дальше и прямо за малинником наткнулся на тропу. Она вела чуть в сторону, примерно на юго-запад, но идти по тропе намного быстрее. Парень почти не сомневаясь пошел по ней, надеясь выйти к людям. Если бы он умел читать следы, то знал бы, что это – звериная тропа. Но он этого не умел, хотя в настоящем лесу был не впервые.

У бабушкиной деревни лес был березовым. Он выглядел совсем по-другому – светлый, весь в тропинках. До лесопарка за Пятницким шоссе от дома было вообще рукой подать, но они с сестрой для пробежки выбрали не его, а просто бегали по удобным дорожкам вокруг собственного квартала. Конечно, Василий не раз ездил рисовать лесные пейзажи, но обычно располагался возле автобусной остановки или хотя бы у дороги.

Тропа свернула на юг на поляну с густым зарослями папоротника. Парень остановился, сомневаясь, идти дальше на запад или по тропе на юг. Из сказок-то он знал, что тропы в лесу не такие ровные, как хотелось бы, но это немного сбивало с толку. Он сделал пару шагов в папоротник и отодвинул палкой листья. Тропа почему-то была еле заметна. «Без тропинки все равно заблужусь. Уж лучше идти на запад, как задумал», – решил он и пошел дальше на запад по бездорожью.

Василий очень устал. «Полдня по лесу на голодный желудок это тебе не три круга по ровным тротуарам вокруг квартала», – подумал он и присел отдохнуть на живописный ковер разноцветных кленовых листьев. Вверху картина тоже была очень красивой. Могучие ветки старого клена только начали терять листья. На фоне ясного голубого неба они выглядели очень здорово. «Вот бы сфотографировать, – подумал художник, – такое и для конкурса можно нарисовать».

И тут неожиданно в его голову пришла мысль, от которой похолодела спина: «Кто сказал, что люди будут дружелюбны ко мне? Даже если каким-то чудом я знаю их язык, меня вполне могут в клетку посадить и в зоопарк отдать или еще куда похуже». Надо было что-то срочно придумать. «Хвост можно под одеждой спрятать, а для ушей надо из чего-то шапку сделать и побыстрее», – решил он.

Из всего, что встречалось в этом лесу, папоротник подходил лучше всего. Василий встал и пошел на запад. Скоро он набрел на небольшие заросли папоротника. Шляпа или нет, а веник, который у него получился, вполне неплохо скрывал уши, только за ветки цеплялся и постоянно падал. Пришлось нести его в руке.

После долгого перехода Василию повезло еще раз. Он увидел впереди на земле небольшие гнилые яблоки, а вверху на ветках краснели хорошие. Вот только яблоня росла в тени и ее тонкий ствол сильно вытянулся вверх, а внизу веток не было. Залезть без сноровки нельзя и палкой сбить вряд ли получится, зато можно потрясти. Голодный путешественник крепко ухватился за ствол и тряхнул дерево изо всех сил. Штук пять яблок сорвались с веток и упали вниз.

За кустом раздалось приглушенное: «Ай», – и шипение. Поднялось облако дыма, а затем раздался грозный бас: «Кто здесь?». Василий не успел обрадоваться тому, что добыл еду и понимает местный язык. Он быстро надел свою шапку и громко ответил:

– Извините, я вас не заметил.

– Иди сюда. Полюбуйся, что натворил, – уже спокойнее, но еще недовольно ответил тот же бас.

Василий на ходу подобрал с земли добытое яблоко и зашел за куст. Сначала он не понял, что именно здесь происходит. Через мгновение из-за облака дыма появилась фигура мужика с котелком. В котелке лежало что-то странное, отдаленно напоминающее птицу.

Богатырская фигура и начавшие седеть волосы, кожаная куртка и добротные сапоги, лук и стрелы намного лучше и красивее, чем у Василия. Шляпа попроще, но тоже не нищая. Это был явно успешный опытный охотник. Он подошел поближе и протянул котелок парню:

– Вот. Твое яблоко о край котелка так ударило, что и утка, и большая часть супа в костер вылилась. О том, которое на ногу упало, я уж промолчу.

– Извините, я же не специально. У меня немного сушеной малины есть и вот яблоко только что подобрал. Больше еды нет. Еще грибы видел неподалеку, но я в них не разбираюсь.

– Спасибо, яблок мне на сегодня хватит, а грибы я не ем после того, как чуть не отравился ими. Ты же вроде бы охотник. Следы какие свежие видел по дороге?

– Птица наверняка съедобная, если подгоревшее обрезать. Животных не видел, а в следах я не разбираюсь, – ответил Василий, не отводя голодного взгляда от котелка.

– Чего же тебя в лес понесло, если ни в чем не разбираешься? – строго спросил охотник.

– Так вышло. Позвольте узнать, где вы воду для супа взяли?

– Как-то ты слишком странно выражаешься для бедного охотника. Ты вообще кто?

– Василий.

– Чем на жизнь зарабатываешь, кроме охоты на яблоки?

– Вот, пытаюсь охотником стать, – решил не говорить лишнего парень, – только за день не то что дичи, даже ручья попить не нашел.

– Сам откуда будешь? – спросил охотник и с сожалением отставил котелок в сторону.

– С востока. Утром с дерева дымок на западе увидел, вот сюда и пришел. Думал, здесь деревня.

– Я утром костра не разводил, но это не важно. Ручей в той стороне, – показал охотник, – тут рядом.

– Спасибо.

Василий поспешил к воде, придерживая шапку рукой. Ручей оказался очень близко, но почти скрыт густой травой и кустарником. Если бы не палка, парень легко мог в него угодить. Вода там текла не очень быстро и была холодной, зато берег совсем невысокий. Достаточно было присесть, чтобы напиться. «Вода, конечно, не кипяченая, но кипятить все равно негде. Не просить же котелок у сердитого охотника», – подумал Василий.

Утолив жажду, парень раздвинул траву и внимательно всмотрелся в ручей, затем достал лук и стрелу. Он прицелился и выстрелил в воду. В рыбу не попал, зато едва не свалился в ручей, пытаясь выловить стрелу, которую чуть не унесло течение. Василий немного подумал, срезал кору у ближайшей ветки прибрежного кустарника и привязал стрелу к своей палке. Получившимся копьем он долго тыкал в воду, пока наконец попал в довольно крупную рыбу.

Охотник сидел у своего костра, пытаясь пообедать подгоревшей уткой без супа. Треск кустов приблизился и из них появилось сначала довольное лицо парня, а затем он пошел к чужому костру, как к себе домой. Он гордо заявил прямо из кустов, помахивая рыбой на копье:

– Вот моя добыча. Если не возражаете, я за водой схожу и уху можем сварить. Если мало, могу еще поймать, наверное.

– Таких еще штуки две и уха будет знатная, – согласился охотник, смерив орудие придирчивым взглядом.

Ответа не последовало. Парень испуганно замер на месте с широко раскрытыми глазами, как будто волка увидел. Охотник осторожно взял свой лук и оглянулся, но позади никого не было. Все еще не выпуская лук из рук, он тихо спросил:

– Ты чего там увидел?

– Ваши уши, – так же тихо ответил тот.

– Мои? А что с ними не так? – успокоился охотник и отложил лук в сторону.

– Выходит, я не один такой, – и парень снял свою папоротниковую шапку. – А хвост у вас тоже есть, как у меня? – вынул он хвост из-под рубахи.

– Ты серьезно?

– Если бы это было игрой, то или сразу, или после выполнения первого задания вы бы мне рассказали, кто здесь главный злодей, как его победить и где найти волшебника, чтобы вернул меня домой.

– Ты с дуба не падал случайно?

– Нет. Я очень осторожно с него слезал. А что, он волшебный?

– Пойдем к ручью вместе. Я погляжу, как ты рыбу ловишь, а ты все мне расскажешь, – поднялся охотник, подхватил колчан, котелок и пошел к парню.

– Хорошо. Зовут меня Василий. Я живу в большом городе и учусь на художника. Утром проснулся здесь в таком виде, а вчера все было нормально. И хвоста не было, и уши нормальные, человеческие. По большому счету я вообще первый раз в таком густом лесу.

– Ты хочешь сказать, что вчера был бесхвостым человеком? – остановился охотник у ручья, осматривая окрестности в поисках дичи.

– Не только вчера, а всю жизнь. Для развлечения, конечно, можно прицепить хвост и уши, а по-настоящему таких существ, как мы с вами, там вообще не бывает. Я даже не знаю, как вас, то есть нас, правильно называть.

– Меня зовут барс Борис. А ты ни с каким волшебником перед этим не ссорился?

– Их у нас тоже не бывает. Только в играх или сказках, – грустно признался Василий. – Скажите, у меня имя нормальное для этого места?

– Нормальное, но маловат ты для него. В деревне котом Васькой называли бы или Рыжиком, поскольку ты – рыжий кот.

– Мне такое имя не очень нравится. В детстве часто дразнили. Уж лучше Рыжик.

Они подошли к ручью и парень показал, как охотится на рыбу с копьем. Не очень успешно, но еще три рыбы поймать смог, пока барс ему рассказал, что это за место. Василий очень огорчился, когда охотник подтвердил его догадку, что это не розыгрыш, а он не просто южнее Москвы. Это вообще другой мир.

Они сейчас в королевстве зверолюдей Кенрадия, хотя иногда здесь и птицелюди встречаются. Весь мир состоит из множества островов. На севере живут бесхвостые люди, на юге – ящеролюди и змеелюди. У каждого из народов много королевств, которые иногда воюют между собой. Язык у всех один. От бесхвостых людей остальные отличаются только хвостами и ушами. Каждый народ считает себя лучше других, но это не мешает им общаться и торговать, когда войны нет.

Василий не перебивал и не задавал вопросов, пытаясь поверить в услышанное. На обратном пути они молчали. Борис спросил, когда они вернулись на поляну:

– Рыжик, ты уху варить умеешь?

– А что там уметь? Только рыбу почистить и варить, пока мягкой не станет. На столе я справился бы, а здесь как ее чистят? – спросил парень.

– Ладно, ты ловил, а я почищу, пока вода закипит, – согласился Борис.

– Я помогу, только покажите, как, – он взял одну из рыбешек. – Вы ничего не рассказали о волшебниках. Я правильно понял, что они здесь есть?

– Есть, но их мало и с ними лучше не связываться.

– Так ведь другого способа вернуться домой у меня нет. Был бы я из другого королевства – можно и пешком, а в другой мир без волшебника никак не попадешь.

– Слишком много ты о волшебниках знаешь для того, кто слышал о них только из сказок. Ты меня, часом, не разыгрываешь?

– Любой вписанный в окружность треугольник, одна из сторон которого – диаметр, будет прямоугольным.

– Это что за заклинание? – недоверчиво посмотрел на него Борис и как-то напрягся, даже рыбу чистить перестал.

– Это не заклинание, а теорема из геометрии. Я много таких знаю.

– И зачем они тебе? – снова расслабился охотник и вернулся к работе.

– Мне для тренировки ума, а вообще строители, инженеры, программисты и многие другие специалисты их используют, чтобы что-то рассчитать или измерить.

– Тогда, может, ты на строителя учился, а не на охотника?

– Тогда как вам это, – Рыжик продекламировал отрывок стихотворения на английском.

– И это тоже не заклинание? – на этот раз Борис выглядел поспокойнее.

– Нет, это просто язык другой страны. В нашем мире много стран и у большинства языки разные.

– Как же вы торгуете?

– Кто-то сам учит, другие нанимают тех, кто язык знает.

– Ладно. Будем считать, что я тебе поверил. Сейчас поедим и пойдем волшебника искать.

Василий поблагодарил и надолго замолчал, чтобы вдруг не разозлить охотника. Пока уха варилась, он собрал на земле все яблоки, которые были не совсем испорченными. Он сразу принялся обрезать те, что похуже, и складывать на широкий лист лопуха.

– Доставай ложку. Уха готова, – объявил Борис.

– А у меня нет ни ложки, ни тарелки. Положите мне немного рыбы на вот этот лист лопуха. Я и так справлюсь.

– Полагаю, что и воды тебе некуда набрать?

– Вы правы, но до вечера мне и яблок хватит, если другого ручья не найдем.

Барс лишь покачал головой, выложил половину рыбы парню, а себе взял оставшееся вместе с котелком.

После еды они быстро собрались, засыпали костер землей и пошли на запад. Это Василий сразу понял по тому, что полуденное Солнце светило слева. Тропинок здесь вроде бы и не было, а дорогу Борис выбирал намного удобнее, чем та, по которой утром шел Василий. Они шли не по прямой, а все же очень быстро.

Неожиданно Борис объявил привал, но вместо отдыха подошел к липе и с помощью большого ножа легко отрубил сухую нижнюю ветку. Он протянул ее парню:

– Не дело это, без ложки ходить. Отрежь с полметра, пока отдыхаешь.

– Полметра на ложку? – неуверенно переспросил Василий.

– Ты отрезай, а я на следующем привале расскажу, что дальше делать.

Все оказалось очень просто. Это была заготовка сразу на три ложки. Во время следующего отдыха Борис объяснил, как вырезать ложку. По дороге он смог подстрелить дикого голубя, так что для ужина осталось только до воды дойти и ложку доделать. У липы древесина мягкая. Василий справился не идеально, но достаточно хорошо, чтобы лечь спать с полным животом.

В ручье, у которого они остановились, рыбы водилось тоже немало. Утром Василий поймал четыре штуки и они продолжили путешествие сытыми. На привалах он делал следующую ложку, а Борис рассказывал ему о жизни в стране и особенно в лесу. На обед ни дичи, ни рыбы они не нашли. Пришлось довольствоваться оставшимися яблоками.

Василий загрустил, но охотник продолжал уверенно шагать вперед. Чуть позже они вышли к зарослям голубики, где было очень много ягод и птиц, которые ими лакомились. Жаль, что ягоды слишком нежные, зато их собирать впрок не пришлось. Заросли тянулись очень далеко, а в них Борису удалось подстрелить двух фазанов.

Путешествие длилось пять дней. За это время Василий научился определять стороны света по местным приметам, разводить огонь с помощью тех двух камней, которые были в сумке, и стрелять из лука. Правда, попасть в ствол толстого дерева он мог лишь с десяти шагов, но надо же с чего-то начинать.

Еще парень узнал, что в этом лесу водится много опасных животных, волки в том числе. Только по счастливой случайности Василий до сих пор с ними не повстречался.

На шестой день путники нашли тропу с людскими следами и по ней вышли в деревню. Небольшие поля, окруженные густым лесом, стояли пустыми. В деревне вдоль одной дороги стоял всего десяток избушек с соломенными крышами, зато одна крайняя выделялась размерами. Вряд ли стоит называть ее теремом из-за того, что она в два этажа и стены раза в три длиннее, чем у остальных, но у путешественников не было сомнений, что им надо именно туда.

Борис постучал в дверь. Ему открыл полный седой старик. Гости вежливо поздоровались и остались стоять на крыльце. Похоже, и хозяин, и гость был не рады встрече. Старик смерил обоих долгим взглядом, сухо поздоровался и все же пригласил их в дом.

– Не буду говорить, что рад видеть тебя, Борис. Если уж пришел, видно, дело важное. Рассказывай.

– Твоя правда, Федор. Не по своей воле я тут, да больше обратиться не к кому. Вот этому котенку помощь волшебника нужна, – начал барс. – Если не делом, то хотя бы советом поможешь. Говорит, что бесхвостый человек, а к нам из другого мира попал.

– Зовут тебя как? – обратился старик к парню.

– Здесь Борис Рыжиком зовет, а дома Василий.

– А почему здесь не Васькой?

– Я ведь человек, а полностью Кот Василий Иванович. Вот ребята и дразнятся котом Васькой, – неохотно пояснил он.

– Ладно, пусть будет Рыжик. Рассказывай, что знаешь и умеешь. Не спеша, со всеми подробностями.

– С подробностями слишком долго выйдет. Одиннадцать лет в школе несколько десятков предметов учили, потом первый курс института и вот только перешел на второй. Из наших предметов здесь даже биология с географией не очень пригодятся. Вообще я на художника учусь, чтобы компьютерные игры делать, но у вас такого тоже нет. Геометрию люблю, но у вас избы на глаз строят. Вряд ли такие знания вам нужны.

– Он еще на странном языке говорить может, – добавил Борис.

– Думаю, его здесь вряд ли кто-то знает, – развел руками Василий, но продекламировал тот же отрывок стихотворения на английском.

– Посмотри внимательно в зеркало. У себя дома ты похоже выглядел? – хозяин подвел его к маленькому старому зеркалу из начищенного до блеска куска меди.

– Если отбросить уши и хвост, почти так же. Только здесь мышцы посильнее и руки погрубее.

– Вот как… – задумчиво пробормотал старик и затих на время, а затем спросил: – военные навыки какие-то есть? Может, оружием каким пользоваться умеешь, пробраться куда-то тайком или еще что-то подобное?

– Только в компьютерных играх. Сам я в спорте не очень, только бегаю немного по утрам.

– Что именно ты в этих играх делаешь? Только объясни так, чтобы мы поняли, не зная правил игры, – настаивал хозяин все решительнее.

Парень огляделся в безнадежной попытке найти здесь что-то, похожее на компьютер. Даже в этой богатой избе маленькие окна были закрыты слюдой. Об электричестве и речи нет. И все же глаз художника нашел аналогию. Он положил табурет на стол, взял в руку ложку и объяснил:

– Представьте, что на этом табурете нарисованы маленькие человечки, а движением ложки я могу управлять одним из них. Другие люди управляют другими. Рисунки дерутся, погибают и появляются заново, а для людей это безопасно. Иногда один человек управляет сразу несколькими рисунками, как армиями. Тот, кто точнее и умнее управляет своим рисунком, выигрывает.

– А ты говорил, что у вас волшебства нет, – напомнил Борис.

– Это не волшебство. Это больше похоже на игру света и тени на земле в лесу, только намного сложнее, – попытался найти Василий объяснение, более близкое охотнику.

– Другими словами, это учит не воевать, а командовать воинами? – переспросил хозяин.

– Пожалуй, вы правы. Простите, мне вас тоже Федором называть?

– Да. Я так увлекся, что не представился. Филин Федор, бывший главный придворный волшебник Кенрадии.

– Ого! Очень приятно. Так вы можете отправить меня домой или хотя бы сказать, как туда попасть?

– Отправить не могу, а прежде чем что-то советовать, мне подумать надо. Предположим, мы с Борисом заперлись в этой избе, а ты снаружи и все деревенские – твоя армия. Как будешь побеждать, если можно использовать все остальное, что есть в деревне?

– Зависит от того, что считать победой. В первую очередь, нужно ли захватить вас живыми, должна ли уцелеть изба или достаточно вас прогнать, а избу захватить, – не задумываясь выпалил Рыжик.

– Положим, достаточно нас прогнать, но изба должна остаться почти целой, а мы заперлись изнутри.

– Тогда очень просто. Развести под окнами костры с мокрыми листьями. Дым вас и без сражения выгонит.

– А если надо быстро захватить избу без огня и дыма?

– Здесь много окон, а вас всего двое. Если все деревенские сразу в окна полезут или из луков стрелять будут, защитить все не успеете.

– Сейчас пообедаем и я отведу тебя в пещеру, – задумчиво сказал филин и встал. – Нам с Борисом поговорить надо, пока ты в пещере будешь.

– А если я не соглашусь? – посмотрел на него с вызовом барс.

– Не о прошлом. О будущем и этого парня, и нашей страны, – грустно пояснил хозяин на ходу и что-то приказал слугам за дверью.

Обед прошел мирно, но молча. Гости только поблагодарили за еду. После этого они так же молча пошли по тропе в лес. Прогулка была недолгой. В небольшой горе, тоже поросшей лесом, входом в пещеру служила дыра, в которую можно было пролезть только на четвереньках.

– Заходи в пещеру, – сказал Федор, показывая на дыру. – Мы с Борисом будем у другого входа ждать.

– Я должен что-то принести оттуда или кого-то там победить? – догадался Василий.

– Только дойти до конца. Конечно, если испугаешься, ты можешь вернуться, но тогда я не стану тебе ничего объяснять.

– А факел или что-то подобное дадите?

– С факелом кто угодно пройдет. В том и сложность, что там будет темно и страшно.

Василий полез в пещеру, осторожно ощупывая руками, что впереди. Через несколько метров проход вывел его в просторный зал. Трудно сказать, насколько большой, но до стен и потолка он не смог дотянуться даже стоя.

Тогда парень вернулся на шаг назад и пошел вдоль левой стены. «Этот фокус знают все, кто в играх с лабиринтами сталкивался», – подумал он. Ходить по пещерам и со светом не очень удобно, а в темноте – тем более. Под ногами было разбросано много больших и маленьких камней, а с потолка кое-где свисали сталактиты, которые путешественник нащупывал правой рукой.

Скоро встретился первый боковой проход. Может, там было и много других, но Василий решил идти вдоль левой стены, поэтому повернул туда. Кое-где приходилось карабкаться вверх или, наоборот, спускаться вниз. В одном месте встретился даже небольшой водопад.

Брошенные туда небольшие камни показали, что за ним есть проход. В играх в таких местах часто прятали что-то интересное, поэтому парень снял штаны и рубаху и прошел под холодным водопадом, стараясь их не намочить. По ту сторону воды он обтерся штанами, немного попрыгал, чтобы согреться, и двинулся дальше.

Тем временем снаружи шел не очень приятный разговор. Филин начал первым:

– На юге неспокойно. Дракону оказалось мало подчинить себе соседей. Его ящерицы уже начали захват звериных королевств.

– Если дойдут до нас, придется вернуться в армию. Тут и думать нечего, – решительно ответил Борис.

– Я видел их армию и то, как они воюют. Если на наш остров нападут, то победят почти наверняка.

– У нас храбрые солдаты и добровольцев будет много, – сердито заявил барс. – Или ты думаешь, что без твоего волшебства мы бессильны?

– Не спорю, наша армия сильна, но этого мало. У короля-дракона очень большой волшебный кристалл, благодаря помощи которого он может наблюдать за всем в нашем мире. Поэтому даже королевские волшебники и наш король не знают, что я сделал. Тебе тоже лучше держать это в секрете.

– Мне твои секреты не интересны. Можешь не рассказывать.

– Я использовал очень сложное волшебство. В результате у нас должен был появиться герой, который остановит армию ящериц.

– Хочешь сказать, это ты вызвал сюда Рыжика? – усмехнулся барс. – Тебе стоило выбирать получше.

– Я и сам не уверен. На героя он совсем не похож, хотя мыслит не так, как мы с тобой. К сожалению, мой волшебный кристалл оказался слишком мал. Он рассыпался в песок, а я так и не знаю, удачно ли все прошло и где искать этого героя, если это не Рыжик.

– Думаешь, если пройдет пещеру, то герой? А вдруг у него случайно получится?

– Вот к вечеру и узнаем.

– Ладно, подождем. А что, по-твоему, с ним делать, если пройдет? Он же в лесу, как я в твоем волшебстве. Лук у него вообще для красоты, съедобное от ядовитого почти не отличает, ориентируется с трудом…

– Вот поэтому ты ему и нужен. Если с королем поговорим, то дракон может подслушать. Придется мне тебя просить пойти с ним.

– Вдвоем против армии? – снова усмехнулся Борис.

– Есть у меня пара идей, но еще рано об этом говорить. Подождем парня.

Василий все шел вдоль стены. Хотелось бы думать, что вперед, но даже его тренированное воображение с трудом представляло себе после всех этих поворотов, куда он движется и на какой высоте находится. Примерно через час он увидел впереди свет и очень обрадовался, но через несколько шагов рука нащупала очередной поворот влево. «По правилу надо поворачивать, а по здравому смыслу идти прямо», – задумался он.

Если бы удалось оставить какую-то метку, то можно было бы сходить проверить, а затем вернуться, если это окажется та же дыра, через которую он вошел. «Как же оставить метку в темноте?» – подумал он и машинально полез в карман. Там было несколько сушеных ягод малины.

Василий нащупал у стены большой плоский камень, положил на него две ягоды и пошел к свету, считая на всякий случай другие проходы влево. Их оказалось всего два. Выход из пещеры был узким и высоким. «Значит, это не вход», – с облегчением подумал путешественник, боком прошел через него и чуть не упал вниз, ослепленный ярким наружным светом. Он зажмурился и громко крикнул:

– Борис, Федор, вы здесь?

– Здесь – послышалось издалека.

– Похоже, что я выбрался, но ничего не вижу. Посижу здесь, пока глаза привыкнут, – радостно сообщил парень.

– Говори что-то, чтобы мы тебя нашли, – послышалось в ответ.

Ничего другого в голову не пришло. Василий начал аукать. У выхода из-за ветерка было намного холоднее, чем внутри. Чтобы согреться, он начал делать небольшие приседания и наклоны. Через несколько минут глаза привыкли к свету. Василий стоял не совсем над обрывом, но над довольно крутым склоном высотой метров пять. Когда его увидел Федор, он очень удивился:

– Как ты туда забрался?

– Через пещеру, как вы и сказали.

– А почему весь мокрый?

– Под водопадом прошел.

– Знаешь, в эту пещеру ходили десятки солдат и волшебников, но ты первый вышел здесь, – задумчиво сказал Федор.

– Так я прошел испытание, или мне возвращаться другой выход искать?

– А ты сможешь? – спросил Борис.

– Времени уйдет много, но если потайных ходов искать не нужно, обычные легко найти по правилу одной руки.

– Ты прошел. Спускайся, только осторожно, – довольно сказал Федор.

Соскальзывая от дерева к дереву, Василий благополучно спустился вниз. По дороге домой филин расспросил и о путешествии через пещеру, и о мире, из которого парень пришел, и о войнах, которые там идут. Ответ на последний вопрос удивил обоих: «Я не хочу, чтобы в этом мире узнали об оружии, которое заберет намного больше жизней, чем ваше».

Добравшись до дома, Федор исцелил уже начавшего чихать парня, используя маленький кристаллик, размером с горошину. Затем хозяин рассказал ему об угрозе нападения армии ящериц и о том, что это он вызвал его сюда. Он показал гостям место на втором этаже, где от большого волшебного кристалла осталась лишь горка блестящего песка.

– Народу нужен герой, – прочитал Василий на столе. – Тогда это точно не я. Я ведь совсем не герой.

– Ты что, по-нашему читать умеешь? – удивился Борис.

– А что тут такого? У нас почти всех заставляют этому учиться, а говорим мы с вами на одном языке.

– Выбор у тебя невелик. Не только я, но и никто в нашем королевстве не сможет вернуть тебя назад без большого волшебного кристалла, – признался Федор.

– А где достать такой кристалл?

– Ты ведь спрашивал что-то про главного злодея, – вспомнил Борис. – Сейчас это король-дракон. Вот у него есть самый большой кристалл, о котором мы знаем.

– А дракон настоящий или у него только хвост драконий? – с надеждой спросил Василий.

– Должен быть похожим на нас, а что это меняет? – настороженно спросил Федор.

– Тогда его можно просто попросить, чтобы прекратил войну и отправил меня назад, – объяснил он так, будто это очевидно.

– В твоем мире кто-то согласился бы остановить войну, если его попросят? – удивился Борис.

– Нет, но вдруг здесь все по-другому?

– Есть способ остановить войну, не сражаясь с армией, – заявил Федор. – Вы с Борисом и волшебником можете приплыть на их остров и захватить кристалл. Конечно, победить дракона было бы неплохо, но это не обязательно. Если кристалл будет у нас или хотя бы его не будет у них, наша армия сможет победить.

– Я не сомневаюсь в ваших способностях, но полагаю, что тайно удастся добраться только до их острова. Дальше наш вид нас выдаст, не говоря уж о проникновении в замок, который хорошо охраняют, – ответил Рыжик. – В играх для этого нужны особые способности или волшебное оружие, а у меня ничего такого нет.

– Я слишком стар, чтобы путешествовать. С вами пойдет моя ученица Элла, только ее надо сначала уговорить.

– Так я еще должен уговаривать ее сделать то, что и сам считаю невозможным? Вы меня явно переоцениваете, – грустно развел руками Рыжик.

– Характер у нее скверный, но из моих учеников она – лучшая волшебница.

– Получается, придется мне тихо и мирно жить в вашем мире где-нибудь в подобной деревне, – сделал вывод парень и совсем поник.

– Не выйдет, – холодно бросил Борис. – Максимум пару лет, а затем они нашу страну захватят, а жителей заставят работать, не покладая рук. Тебя в том числе.

– Жаль. Может, Элла сможет отправить меня домой?

– Сможет, если ты ей кристалл от дракона принесешь, а я расскажу, что делать, – подтвердил Федор.

– Похоже, что выхода у меня нет. Только предупреждаю, что воин из меня никакой. Борис уже видел, что я даже не охотник.

– Ничего страшного. Борис не зря капитаном королевской гвардии был. Ты ему, главное, всякие свои правила, хитрости и прочее подсказывай, а с остальным он справится, – обнадежил Федор.

– Командовать буду я, – строго добавил Борис. – Твои советы могут пригодиться, но пользоваться ими или нет – решать буду я.

– Хорошо, командуйте вы. Я согласен помочь вам победить дракона и забрать у него кристалл, если он откажется прекратить войну по-хорошему.

От такой формулировки филин с барсом только переглянулись, но промолчали.

## Глава 2

Яркий дневной свет появился неожиданно с каким-то шумом и заставил молодого деревенского охотника Васю проснуться. Глаза еще не привыкли к свету. Он потер их и осмотрелся, пытаясь понять, почему здесь так мягко и тепло. Место было странное и незнакомое, но от окна отходила милая кошечка с белыми ушками. Она повернула голову и строго сказала именно ему:

– Васька, вставай. Тебе ведь скоро самостоятельную работу сдавать. Закончить-то успеешь?

– Ты кто, красавица? – спросил он. Взгляд невольно скользнул вниз на странную одежду и он оторопело добавил: – А хвост твой где?

– А по лбу? – недовольно бросила она и вышла, оставив дверь приоткрытой.

Все вокруг было красивым и почти все – незнакомым. Сама комната была небольшой. Блестящие стол и шкаф, странный стул, покрытый черной тканью, гладкие белые стены со множеством одинаковых рисунков полевых цветов. Несколько картин в рамах на стенах. Под потолком какое-то украшение тоже в виде цветов. На подставке у стены стоял лист ярко-белой бумаги с незаконченным рисунком человеческой девушки. «Неужели меня люди похитили?» – промелькнуло в голове, но знакомый запах яичницы напомнил о голоде.

Вася еще раз огляделся и заметил одежду на стуле. Он одел штаны и с ужасом понял, что исчез его собственный хвост! Он осторожно потрогал уши и замер. Его кошачьи уши тоже превратились в человеческие… «Но ведь та кошечка…», – старался он найти хоть что-то разумное в этом странном месте. Он подбежал к большому окну, завешенному полупрозрачной тканью, и не поверил своим глазам. Вдалеке виднелся лес, но все дома вокруг были каменными и не просто многоэтажными, а огромными.

Из этого окна до земли тоже было очень далеко, но это не главное. Вася с глухим звуком стукнулся лбом о прозрачный камень, которым было заложено окно, но его внимание привлекло другое. Внизу ходило множество людей без хвостов, а по широким дорогам бегало что-то, похожее на больших жуков. «Никаких сомнений. Я не только попал к людям, но еще и сам человеком стал. Надо будет расспросить обо всем ту кошечку», – подумал он, одел рубаху и пошел на приятный запах.

На кухне была странной и мебель, и посуда. Только табуреты и стол похожие на обычные. Здесь его встретила улыбка человеческой женщины средних лет и сердитый взгляд той девушки. Обе были одеты намного красивее, чем его земляки.

– Желаю всем доброго утра, – сказал он и неуверенно остановился в дверях, не зная, что делать дальше.

– И тебе того же – приветливо ответила женщина.

– А где твои уши? – спросил Вася от неожиданности, когда его взгляд упал на девушку.

– Там же, где и твои, – ответила она и отвернулась к тарелке.

– Это вы – волшебница, которая превратила меня в человека? – спросил он женщину.

– Можно и так сказать, – улыбнулась она, – но я все еще не уверена, выйдет ли из тебя человек, или так и останешься ни то, ни се. Мой руки и садись есть. Сегодня хоть и воскресенье, но ты должен много нарисовать.

– Я – кот Вася, хотя вы и так это знаете. А вы кто и где мы?

– Мама, вот видишь, он опять дразнится, – запыхтела сердитая девушка.

– Мы дома, а вот где ты витаешь до сих пор, я не уверена. Попроси прощения у сестры и садись есть.

– Простите, уважаемая сестра. Я совсем не хотел вас обидеть. В утренних лучах вы были так прекрасны, что мне захотелось запечатлеть этот образ на одной из тех картин.

– Ну уж нет. Рисуй что хочешь, но позировать тебе я не буду. Мне роль для мюзикла учить надо.

– И про учебу не забудь, – напомнила мама, повернула какой-то рычаг и из трубы потекла вода.

Она помыла руки и села к столу. Вася последовал ее примеру. Странный рычаг позволил ему легко остановить воду. Все ели тихо, думая о своем. «Сестра назвала ее мамой, значит, я тоже должен называть ее так. Похоже, ко мне здесь хорошо относятся, но они ничего не объясняют. Надо придумать, как все выяснить…» – думал Вася, стараясь есть так же, как сестра. Тишину нарушила мама:

– Я ухожу ненадолго. Пройдусь с подругой по магазинам и к обеду вернусь. Кому-нибудь нужно что-то купить?

– Спасибо, мне всего достаточно, – ответил Вася, заметив, что сестра просто помотала головой, – но я кое-что никак не могу вспомнить.

– Сегодня твоя очередь посуду мыть, – сразу напомнила сестра.

– Хорошо. Могу я после этого попросить вашего совета, уважаемая сестра? Это не займет много времени, – спросил он девушку.

– Ладно, только перестань подлизываться. Знаешь ведь, что я этого не люблю.

Мама ушла сразу после завтрака. Имея источник воды и шкафчики с прозрачными дверками, мытье посуды не заняло много времени. Вася вернулся в свою комнату, но там было пусто. Чтобы никого больше не разозлить, он стучал и пытался открыть каждую дверь. За одними было что-то странное, другие вообще не открылись, хотя через прозрачный камень он увидел там лестницы, ведущие вверх и вниз. Наконец, за последней дверью он услышал знакомый голос:

– Входи.

– Я не знаю, как начать, чтобы ты не сердилась. Как ты хочешь, чтобы я тебя называл?

– Мы хоть и не друзья, но и не враги. «Ната» вполне достаточно. Чего хотел?

– Ты на самом деле считаешь меня своим братом?

– Я же просила не подлизываться. Говори прямо, чего надо?

– Я – кот Вася из королевства Кенрадия. Простой бедный охотник, хотя хорошо знаю грамоту. Вчера вечером я лег спать в лесу, а проснулся здесь. Я понятия не имею, как здесь оказался и что должен делать. Я могу прочитать почти все, что написано на книгах и разных предметах, но многих слов не понимаю. Даже большинство вещей мне здесь незнакомы, – взволнованно затараторил Вася.

– Хочешь сказать, что потерял память? – недоверчиво переспросила Наташа и пристально на него посмотрела.

– Наоборот! Я прекрасно помню свою жизнь. Не только ушей и хвоста не хватает. Я присмотрелся к этому телу. Оно вообще не мое, хотя и очень похоже. С такими нежными пальцами не очень-то поохотишься.

– Допустим на секунду, что это правда. Чего ты от меня хочешь? – девушка отложила книгу в сторону.

– Похоже, я должен сделать какую-то работу. Я постараюсь, только, пожалуйста, объясни, что именно нужно делать, как здесь живут и вообще все. А главное – как найти волшебника, который сможет вернуть меня назад. Здесь, конечно, намного уютнее, чем в лесу, и мама очень добрая. Я всегда хотел иметь семью, но не хочу вас обманывать. На самом деле, я сегодня увидел вас впервые.

– Может, тебе врача вызвать? Ты головой не ударялся?

– Лекаря? Нет, не ударялся. Тут волшебник замешан, не иначе, только не могу понять, кому я мог помешать, – уверенно заявил он, но вспомнил о более важном деле и сразу сменил тему: – Ту дверь с прозрачным камнем ты умеешь открывать?

– Да, но в таком состоянии тебе туда лучше не ходить.

– Мне бы в лес на минутку, а потом я вернусь. Бежать-то мне все равно некуда.

– Пиши вот здесь: «Василий обещает выполнить все, что скажет Наталья», – она подала ему листок и странную палочку, – и подпись внизу поставь.

Вася покрутил в руках незнакомый предмет, но быстро понял, какой стороной надо писать. Он все послушно написал, а вместо подписи изрисовал палец и оставил отпечаток. Он с надеждой посмотрел на сестру и спросил:

– Так подойдет? У нас кровью подписывают только самые важные бумаги, а свечки, чтобы закоптить палец, здесь нет.

– Скажи еще раз, что ты кот, и мяукни.

– Я – кот Вася. Мяу. А Зачем это? Если что, я мышей ловить не умею. Разве что из лука подстрелить шагов с пяти. Мы ведь тоже люди. От бесхвостых только ушами и хвостом отличаемся.

– Затем, что мой брат на это точно не согласился бы. Пошли на экскурсию. Начнем с туалета и ванной, пока ты в лес не сбежал.

– Спасибо, Ната. Если в дорогу надо что-то брать, я понесу. Или до этой экскурсии идти не очень далеко?

Вася впервые увидел легкую улыбку Наташи. Через несколько минут ему было не до улыбок, когда она рассказала, что, как и для чего надо использовать.

Когда он снова пришел в ее комнату все еще красный от смущения, экскурсия продолжилась. Закончилась она у подставки со странным названием «мольберт», на которой стоял начатый портрет девушки. Наташа показала на него:

– Это – твоя самостоятельная работа. У тебя чуть больше недели, чтобы его закончить.

– И за это хорошо заплатят? – недоверчиво спросил Вася.

– Нет. За это тебе поставят оценку в институте, в котором ты учишься на художника.

– Я, конечно, попробую, но я разве что углем на камне рисовал, когда дождь не давал охотиться. Еще палкой на земле, но это было совсем не так красиво, как здесь. Лучше это отложить в сторону и взять чистую бумагу. Я все еще надеюсь, что твой настоящий брат вернется. Не хочу портить его работу.

– Согласна. Вот здесь бумага, карандаши и краски. Дальше справляйся сам, а мне роль учить надо.

– Спасибо. Ты очень помогла. Может, я тоже могу чем-то помочь?

– Я подумаю, а пока рисуй. Хотя нет. Лучше сначала потренируйся вот здесь, – она взяла со стола незаконченный альбом и протянула парню.

Наташа ушла, а Вася принялся рассматривать альбом. Картинки были довольно красивые. Дойдя до чистого листа, он остановился и вспомнил родную деревню. Теткин дом, в котором он вырос с двоюродными братьями и сестрами, дядьку, который с малолетства брал его с собой на охоту…

Вася взял карандаш и начал рисовать так же, как рисовал бы обгоревшей веточкой. К его удивлению, линии получались ровными, а держать карандаш было очень удобно. «Похоже, это тело привыкло рисовать» – подумал он и сосредоточился на работе.

Набросок получился красивый, но чего-то не хватало. Вася с сомнением посмотрел на другие рисунки в этом альбоме, на коробку с красками и взял кисточку. После нескольких неудачных попыток он постучал в дверь Наташи, за которой слышалась музыка:

– Ната, извини, что отвлекаю.

– Чего тебе? – показалось из-за двери ее раскрасневшееся лицо.

– Вот, – он показал свой рисунок, – карандашом получилось, а краски совсем не рисуют.

– Как это не рисуют? – она быстро пошла в комнату брата.

– Я и эти, и эти пробовал, – показал он. – Эти небольшой след оставляют, но совсем не так, как на других картинах.

– Это уже не смешно. У тебя тут три стакана для воды. Набери в ванной, а потом грязную в раковину выльешь. Кстати, у тебя тема самостоятельной какая?

– Не знаю. Я таких слов вообще никогда не слышал.

– Должна где-то быть, – она посмотрела на мольберт, перелистала бумаги на столе и ткнула пальцем в картинку на стене: – Здесь же на календаре написано: «Портрет акварелью». Крайний срок в следующий понедельник, так что поторопись.

– Здесь написано «акварель», – он неуверенно взял со стола одну из гладких коробочек. – Значит, мне надо взять эти краски, только их тут мало.

– Даже я знаю, что акварель – это мало краски и много воды. Здесь где-то была книга про акварель. Если не можешь прочитать, то хотя бы картинки посмотри, – она взяла с полки книгу, положила на стол и пошла к двери, но остановилась и добавила: – Бумага от воды размокает. Много не лей, художник.

Вася с сожалением посмотрел на свой набросок и принялся листать книгу. Через время хлопнула дверь и раздался голос мамы:

– Я дома.

– Добро пожаловать домой, – вышел ей навстречу Вася.

– Ты сегодня, и правда, странный, – устало посмотрела на него мама. – С сестрой помирился?

– Да, не извольте беспокоиться. Она мне очень помогла.

Обед и ужин прошли без происшествий. Вася и руки перед едой и посуду после помыл без подсказок. Когда стемнело, он сам нашел, как включить свет в своей комнате, а затем снова постучал в дверь сестры. Она бросила взгляд в сторону маминой комнаты и тихо сказала:

– Пошли к тебе.

– Вот. Рисунок еще мокрый, но это все, что я смог, – показал он альбом на столе, когда сестра закрыла за собой дверь.

– Снова эта деревня в лесу…

– Это моя родная деревня, а в книге все равно везде позади портрета что-то нарисовано.

– Я не возражаю. Эта кошачья девушка на меня немного похожа – не беда. Но когда ты добавил краски, рисунок стал хуже, а должен быть лучше.

– Что же делать?

– Я в рисовании мало понимаю, а показывать это учителю брата нельзя – он сразу заметит, что слишком большая разница. Завтра попробуешь еще. Карандаш сделай еле заметным, а то он сквозь краску просвечивает. Цвета у тебя странные. Сначала подбирай их на палитре.

– На чем?

– На вот этой штуке смешивай понемногу разные цвета, пока получишь нужный, – показала она измазанную разными цветами пластинку с ямками.

– Хорошо, я завтра постараюсь.

– Завтра рано утром я разбужу тебя на пробежку, потом провожу до института, а дальше уж сам как-нибудь.

– Я в лесу хорошо ориентируюсь. Дорогу назад и сам найду.

– О, нет! Москва тебе не лес. Будешь ждать меня там, где я тебя оставлю. Давай ноутбук и телефон.

– Извини, я помню, что ты о них говорила утром…

– Вот это – ноутбук. Вот так открываешь и прикладываешь палец сюда.

Наташа в тот вечер много узнала о своем брате. Судя по фотографиям в телефоне, сделанным с неудобного ракурса, девушка, которая ему нравилась, не отвечала взаимностью. Зато там было несколько фотографий здания института, коридоров и аудиторий в разном освещении.

Возможно, они нужны были для рисования, но сейчас очень пригодились. Среди прочего были и фото многих учебных работ Василия. По ним Наташа сообразила, что на практике брат стоял за третьим мольбертом слева от преподавателя.

В интернете тоже нашлось много фото, так что в целом Вася представлял, куда попадет, а Наташа объяснила, чем там занимаются. Они даже расписание нашли и вместе приготовили сумку.

Простое на этом закончилось. В институте предстояло встретить двух приятелей Василия, о которых они не узнали ничего, только несколько фотографий увидели, где трое парней стоят рядом. Сестра заставила Васю запомнить две фразы: «Простите, я не подготовился» и «Не получается нарисовать то, что хочу, поэтому надо домой». Они должны были спасти его от разоблачения, хоть и могли испортить жизнь настоящему брату Наташи.

О родном королевстве и потере памяти она приказала не говорить ни в коем случае. Упоминать о чем-то из другой жизни при маме – тем более. Несмотря на необходимость рисовать, сестра нашла в интернете все, что было задано на понедельник. Она показала, как листать страницы на экране, и предупредила:

– Я понимаю, что с непривычки все запомнить сложно, но это и не требуется. Просто прочитай и постарайся запомнить фамилии, названия городов, важные даты, кто какую картину написал… – она остановилась, когда поняла, что с таким объемом информации и сама не справилась бы.

– Не беспокойся. Здесь много непонятного, но память у меня хорошая. Если один раз дерево увидел, в следующий его обязательно узнаю и не заблужусь.

– Хорошо, только маме такие подробности не стоит рассказывать. Мой брат в лес предпочитает не ходить. По крайней мере, один.

Утром перед бегом Наташа тихонько показала, как отмыкать и замыкать входную дверь, повесила Василию на шею ключ и картонку с адресом. Они осмотрели ориентиры, сестра заставила его запомнить адрес и они побежали.

Рассмотреть то, что она назвала машинами, на бегу не очень получилось. Вася только теперь увидел, что снизу у них колеса, а не ноги. Он чуть не потрогал одну, но сестра тут же дернула его за рукав:

– Если дотронешься, включится сирена и тебя накажут.

– Ты говорила, что у вас волшебников нет, а они без лошадей ездят.

– Это сложно объяснить. Есть вещи поважнее, например, светофор, – она махнула рукой в сторону большой дороги и добавила: – Запомни, что ты можешь идти только тогда, когда тебе свет зеленый, а мимо не едут машины с мигающими огнями.

Наташа предупредила ни о чем не спрашивать, когда рядом другие люди. Это было очень мудро. У Васи возникало много вопросов и большинство из них – совсем детские. Сестра изо всех сил старалась не сердиться, когда он их задавал.

За завтраком Наташа как бы невзначай напомнила:

– На этой неделе моя очередь посуду мыть.

– Ты же мне помогаешь с картиной. Давай, я и на этой неделе помою, – сразу предложил Вася.

– Ладно, только побыстрее. Выйдем из дома вместе.

Мама внимательно посмотрела на детей и улыбнулась:

– Вот теперь я вижу, что вы помирились. Пожелания на счет ужина есть?

– Нет. У Васи много красок уйдет на черновики. Можешь дать денег, чтобы мы сами в магазин зашли? – спросила Наташа.

– Хорошо. Будет обидно, если их не хватит в последний день.

Вышли они вместе, а мама долго смотрела в окно, как дружно беседуют брат с сестрой по дороге. Она и предположить не могла, о чем идет речь.

Они говорили о том, что обычно родители говорят первоклассникам, провожая в школу: «Не говори и не ходи никуда с незнакомыми людьми, никому не давай ключи, деньги и телефон. Переходи дорогу только на зеленый свет светофора…»

Эскалатора Вася совсем не испугался, только удивился, что лестница сама едет. А вот на станции, когда из темного тоннеля послышался громкий шум и показался яркий свет, он не сдержался и тихо спросил:

– Может, хотя бы отойдем подальше?

– Привыкнешь. Просто не подходи близко к рельсам, пока поезд не остановится, – ответила она, но на всякий случай взяла его за руку.

Вокруг все казались спокойными, скорее сонными. Поезд остановился и двери всех вагонов разом открылись. Люди поспешили внутрь, но Вася вошел в вагон с опаской. Он бы еще сомневался, если бы сестра не втащила внутрь за руку. Не успел он ничего спросить, как все двери сразу закрылись и поезд тронулся. Длинные темные тоннели чередовались с яркими станциями. Наконец, они вышли из поезда и поднялись на поверхность. Увидев небо над головой, Вася почувствовал облегчение.

Деревенский человек всегда выделяется в столице, а тут особый случай. Легкий туман и пасмурное небо не мешали ему удивляться всему, что видел вокруг. Двое полицейских вежливо попросили предъявить документы сначала Васю, а затем, с улыбкой, и его сестру. Они так же вежливо вернули документы, а через несколько шагов парень услышал за спиной сдержанный смех.