Литературная эклектика
Иван Владимирович Косенков

© Иван Владимирович Косенков, 2017

ISBN 978-5-4483-6289-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Стихи для разминки

Вся русская литература целиком построена на страдании. Страдает либо автор, либо персонажи, либо читатель.

(меткая цитата)

Странная свобода

Конец всему… Прощание с учёбой.
Последнюю ступень преодолев
Мы ставим точку странною свободой,
На прошлое с улыбкой посмотрев.

А в прошлом завершились уже ГОСы,
Защита, пары, лекции и вот
Теперь всплывают новые вопросы:
Куда нас в жизни дальше понесёт?

Четыре года мимо пролетели,
И с ними восемь сессий пронеслись,
Мы всё смогли. Успешно всё успели.
Мы сдали всё… А сами – не сдались.

Мы гордо получаем свои лавры,
И путь готовы дальше продолжать,
Себя зовём теперь мы бакалавры.
(Иначе нас уже и не назвать).

Вопрос, однако, есть иного рода:
Куда нас наши судьбы поведут?
И что подарит странная свобода,
С которой нам дипломы отдадут…

«Мы одни… Как охранник в общаге…»

Мы одни… Как охранник в общаге
Коротаем тяжёлые дни
Кофе пьём, пишем тень на бумаге
От полудня до тёмной зари

Как всегда, нас не трогают стены
Мы под низким сидим потолком
И свои, и чужие проблемы
Оставляем всегда на «потом»

Мы одни, но при этом нас много
И не важно, что это беда
Мы поступки чужих судим строго
Но свои осудить – никогда

И не нужно стремиться к блаженству.
Может в этом есть счастья секрет.
Наша жизнь не идёт к совершенству.
Мы бежим от него много лет.

В мире есть небольшая примета
Она вечна, как сумрачный день
Если нет у тебя интернета
Ты, возможно, забудешь про лень…

Любимый кот

Ты помнишь день, когда вдвоём
Вы вместе встретились впервые?
Ему сказала: «Здравствуй, Том»!
Смотря на глазки голубые.

Ты спать брала его с собой
Обняв, шептала что-то в ушко
И как под полною луной
Он засыпал в твоей подушке.

Он рос, как все коты в округе.
Но он – не все. Он твой навек.
Он близким стал в семейном круге
Как брат. Как друг. Как человек.

Он вырос, стал котом красивым
Как хвостик, бегал за тобой.
Весёлым, гордым и игривым
С широкой пламенной душой

Окраска, как дыхание дыма
Глаза, как яркий свет луны.
Зверёк из сказочного мира
Волшебной маленькой страны.

Запутанных путей искатель
Он мог перевернуть весь дом.
Как важный, маленький мечтатель,
Смотреть на вишню за окном.

Он чуть капризен? Это верно
Все кошки царственны в душе.
Но их привязанность безмерна
Как тьма в бездонной пустоте.

Он рад всегда, когда ты рядом.
Когда уходишь, каждый раз
Тебя он провожает взглядом
Своих больших, красивых глаз.

Он недотрога? Ну, не страшно.
Коты горды своей игрой.
И всё же это так прекрасно
Когда твой кот всегда с тобой.

Забавный он, когда играет
Когда сопит, закрыв глаза.
И время в вихре жизни тает
Когда вы вместе навсегда.

Когда из сил он выбивался,
Заснув на долгие часы.
Как с мухой храбро он сражался
И с тапочек как съел усы.

Всё это в памяти навечно
Останется без лишних слов.
Писать же можно бесконечно
О радости любить котов.

Das Schicksal des einsamen Schiffes

Du hast das Bild so klar gesehen
Dort war Natur… Sie war so stark…
Der Meersturm… die hohen Wellen
Im kalten Wasser schwimmt die Bark.
Es blitzt dort, leider… Ohne Hoffnung
Die Leute brechen das Wirsall
Wir sehen klar die Felsanordnung
Und nahe Ende von Schicksal…
Und wir bemerken keine Strahl,
Das Schiff schwimmt leise zu den Felsen,
Es überquerte Erdenball
Und es will nicht sogar zu bremsen.
Und jetzt wird die Unfall passieren
Das Schiff wird bald in Meer versunken
Es kann so leicht und schnell verlieren
Und werden nur die Blitzen funken.
Sehr Schade, dass das Schiff so starb
Doch die Naturgewalt ist groß
Nur Augenblick… und sie verdarb
Und tötete all absichtslos.

(То же самое, только на русском)

Ты ясно видела картины
Где злился мощный шторм морской
Ударом бури гнал в глубины
Кораблик чёрный, небольшой.
Махнув рукой печально вскоре
Весь экипаж сидел и ждал…
Когда кораблик сгинет в море
Достигнув смертоносных скал.
Потоки волн и бури ярость
Несут кораблик на скалу
Один лишь миг, секунды малость…
И встретит он свою судьбу
Начнёт сквозь шум бурлящей пены
Корабль море поглощать…
Исчезнет он в момент со сцены
Лишь будут молнии сверкать.
Удар о каменные глыбы —
Последний миг в его судьбе.
И встретят молчаливо рыбы
Обломки судна на воде…

О горах

Большие шатры зеленеющих гор
Закрыли собой бесконечный простор.
Возносятся в небо, подобно орлам,
Которые плавно парят тут и там.
Здесь тёплый свист ветра – таинственный звук
Он тонет в листве, шелестящей вокруг…
И нет ни души в этом мире вершин
Нет шума, людей и потоков машин…
Лишь только цепочка из горных хребтов
Одетых одеждой красивых лесов.
Их солнце пронзает горячей волной
Но горы стоят нерушимой стеной…
Не сдвинет их ветер, в деревьях шуршащий.
Их сломит лишь время – момент проходящий.
Но это наступит не скоро… И к счастью
Они обладают огромною властью,
Обилием леса и сочной травы…
Над ними лишь небо и птицы-орлы.
И духи лесов и призраки гор
Как будто друг с другом ведут разговор
Он слышен в шуршании ветра в листве,
И в лёгкой, незримой, пустой тишине.
Здесь воздух пропитан мистическим сном.
Под синим, огромным небесным окном
Стоят молчаливые горы-шатры
И ветер пронзают над ними орлы…

О репетиторах

Перевалило время за пол-лета,
Жару и жажду отдыха творя…
Кто в горы на ночёвку до рассвета!
А кто-то двинул снова на моря.
Но наши репетиторы и летом,
Преодолев желание поспать,
Любой вопрос детей снабдят ответом,
Который будет в жизни помогать.
Учиться летом – сложная работа
Учить кого-то летом – просто жуть
Но учат репетиторы кого-то.
Вместо того, чтоб просто отдохнуть.
И круглый год потоки новых знаний
Вливают они в головы детей.
Путём нечеловеческих стараний
Отстаивают свет своих идей.
Кого-то подготовить к поступлению
Кому-то нужно просто сдать ЕГЭ.
А кто-то, подружившись как-то с ленью,
Утратил связь со школой в голове.
Кого-то подтянуть в любом предмете
И в знании чужого языка…
Возник же репетитор на планете
И стала наша жизнь теперь легка.
Пускай нас учит жить всё та же школа
Но нужно многим просто уяснить:
Чтоб не было жестокого прокола
Всё ж лучше к репетиторам сходить.
Желаем им успехов бесконечно!
Красивых и счастливых долгих дней!
Пускай они продолжат делать вечно
Наш мир несчастный чуточку умней…

Последний день
(посвящается людям, трудившимся летом)

Последний день сурового труда
Подвёл последний летний миг к финалу.
Прольётся скоро в воздухе вода
И холод осени придёт мало-помалу.

Остались позади часы работ,
Минуты расслабления приходят,
Закончился уже прошедший год
А новый себе места не находит…

И в знойную, палящую жару
Работать уже больше не придётся
Возможно, только в будущем году…
Когда к нам лето жаркое вернётся.

Сейчас же – дни учебной суеты…
Но это будет осенью дождливой,
В период мрачной сырости зимы,
И в дни весны, цветущей и счастливой…

Кейчи Ивасаки

Предисловие
(к прочтению рекомендуется)

«Многие мечтают о путешествиях, но чаще всего эти мечты так и остаются нереализованными. Всегда находится масса разнообразных и, несомненно, уважительных причин. Правда, со временем эти причины не кажутся столь уважительными, но, как правило, шанс уже упущен, и что-либо изменить невозможно. Однако, есть люди, очень упорные в достижении своих целей. Скорее всего, именно мечта подтолкнула молодого японца Кейчи Ивасаки на своеобразный подвиг – на своем велосипеде он объехал почти весь мир…».

Именно такими словами начинается маленькая, но в меру занимательная статья из интернета, которая, собственно, и вдохновила на написание этой поэмки. Реальная история человека, по имени Кейчи Ивасаки, который всего лишь с двумя долларами в кармане объехал на велосипеде 37 стран, зарабатывая на питание и ночлег показом уличных фокусов. Данное мероприятие совершалось в течение восьми лет, с 2001-го по 2009-ый год, и является собой чем-то запредельно беспрецедентным. Иначе говоря, раньше так никто не делал. Статья занимает примерно две страницы А4 стандартного шрифта, но материал, изложенный в ней, очень ёмкий и даёт огромный простор для воображения, заставляя снова и снова понимать, осознавать размышлять, дополнять, развивать (и ещё много разных глаголов) ситуацию в общем и в частности. Работа над поэмой заняла примерно месяц, однако, при желании, могла бы растянуться на всю жизнь, так как тема путешествий, по своей природе, неисчерпаема.

Поэтому, подчёркиваю, данное произведение следует воспринимать не как полноценную биографическую историю Кейчи Ивасаки, а как мою художественную интерпретацию вышеупомянутой статьи, (если есть желание, её саму можно легко найти в интернете по ключевым словам в начале предисловия. Да, Капитан Очевидность передаёт привет), и которая может иметь крайне мало общего с оригинальной историей. В любом случае, большое спасибо службам поиска интернета за экспресс-курс по географии, который пришлось пройти в процессе написания.

Эх… слишком много слов) Пожалуй, это всё, о чём хотелось сказать))) Желаю вам, дорогой читатель, счастья, здоровья, побольше радостей в жизни (настолько «побольше», чтобы они образовывали собой очень крупные радости) и, надеюсь, вам понравится эта небольшая история!!!:) Приятного чтения!)

I

«Свободу жизни в полной мере
Никто, наверное, не поймёт.
Зачем стремиться, в самом деле,
К тому, чего никто не ждёт.
В свободе этой нет границы…
А жизни кончатся страницы
И смысла в этом просто нет:
Искать, бороться, добиваться,
Вершин с низов достичь стараться…
И сожалеть на склоне лет
О сотне старых поражений
В борьбе со злом пустых сомнений».

II

Такие мысли возникали
Во многих, кстати, головах.
Когда мечта из-за печали
Тонула в жизненных волнах.
Мечты у всех однообразны,
Хотя от этого прекрасны:
Здоровья близким (в идеале),
Любви, внимания, друзей
Богатство, радости, детей
И жизнь спокойную в финале…
И не изменит время эры
Эти шаблонные примеры.

III

Один философ осторожно
Сказал похожие слова:
«Понять толпу людей возможно,
А человека – никогда!»
Он в этом прав был однозначно
Подумать только, как удачно,
Что мозг способен подчиняться
Влиянию большой толпы
Инстинкту стадной пустоты…
И в то же время распинаться
О силе личности в себе,
В эгоистичной голове.

IV

Семья, работа, быт, проблемы…
Знакомый круг последних лет.
Как выйти из привычной схемы
Пока никто не дал совет.
В эпоху знаний интернета
Для многих всё же нет ответа
Как научиться не скучать…
Минуты с пользой заполняя,
Ничем себя не раздражая.
Спокойно жить и не ворчать.
Не погружаться в «идеальный»
Мир интернета виртуальный.

V

Спасёт любое увлечение,
Работа, книга, инструмент.
Большое дарит впечатление
Какой-то радостный момент.
Всё запросто освоить можно…
– «Легко сказать, а сделать сложно!» —
Подумает, конечно, тот,
Кто не попробовал ни разу.
Привыкший к вечному отказу
Своей мечте сказать: «Вперёд!»
И делать!!! А не размышлять…
Над горькой жизнью не страдать.

VI

Как правило, он одинокий…
Озлобленный на целый свет…
Кидает миру взгляд жестокий,
И ловит злобный взгляд в ответ.
А так – во всём баланс есть свой,
Как между солнцем и луной.
Одним работа неприятна.
Зато, что очень вероятно,
В любви везёт… и счастье в браке!
Бывает, что наоборот
Супруги, приходя с работ,
Ругаются, как две собаки.
Но вот с работой повезло
Завистникам любым «назло»!

VII

Бывает так, что всё сложилось:
Как в фильме старый Happy End:
К семье работа приложилась…
На месте каждый элемент.
Но дальше что? Всё как-то пресно
И жить не очень интересно?
Ну, это от людей зависит…
Удача может раз помочь
Но тут же вдруг исчезнуть прочь.
При этом планку вверх завысит.
В итоге – счастье удержать
Куда сложнее, чем поймать.

VIII

К чему всё это? Исключения
Как правило, живут везде…
И сладкий запах приключения
Сломает скуку в голове.
Наш персонаж немного странный
Он здесь единственный и главный
Хотя, возможно, мы потом
Для интереса, в наш сюжет
(Которого пока что нет)
Ещё кого-нибудь введём.
Ну а пока, посмотрим вот,
Кто наш герой и чем живёт.

IX

Он не был связан с кем-то в браке
(По крайней мере, данных нет)
И звался Кейчи Ивасаки
Примерно двадцать восемь лет.
В Японии, стране далёкой,
Герой жил жизнью одинокой.
Ничем не выделялся он,
Казался рядовым японцем.
Топтался, как и все, под солнцем.
Как многие, был окружён
Большой невидимой стеной
Обычной жизни бытовой.

X

Работал на работе скучной
Трудился молча день и ночь.
В цепочке рамочной послушной
Как мелкий муравей точь-в-точь.
Одно и то же целый день
Тоска, печаль, рутины тень.
Кем он работал? Да не важно…
В какой-то фирме рядовой
Настолько в творчестве пустой,
Что даже становилось страшно…
Решала летние проблемы —
Производила сплит системы.

XI

Каким он был? На это честно
Ответить ну никак нельзя.
Об этом факте интересно
Могли б сказать его друзья.
Возможно, мать… Или отец
Сестрёнка с братом, наконец.
Но вам, читатели, отлично
Известно, думаю, о том
Что до Японии пешком
Дойти, увы, проблематично…
На транспорт можно, правда, сесть…
Но выход даже проще есть:

XII

За что люблю литературу?
Что можно вдаль и не ходить
А взять реальную фигуру
И нереальным наделить.
Поэтому наш персонаж
Может иметь любой типаж.
Совсем не нужно у кого-то
Характер точно выяснять.
Ведь можно взять и написать,
Из головы придумав что-то…
Так вот… Каким же будет наш,
Пока не ясный персонаж?

XIII

Пускай он будет позитивный
Весёлый, в общем, оптимист.
Трудолюбивый и активный
Немножко перфекционист.
Общительный и добродушный
Хороший парень, сын послушный,
Пусть будет также и умён.
Своеобразный открыватель.
Мечтательный, но не мечтатель.
Короче, вот такой вот он…
Конечно, целеустремлённый,
И смелостью не обделённый.

XIV

Но как с таким мировоззреньем
Он жил покорно жизнью той,
И думал, молча, с сожалением
О перспективах за стеной?
В обыденности не вариться.
И в жизни многого добиться.
Ну что ж, всё так… Он много лет
Сидел на месте без движения…
Но вдруг итог его решения
Толкнул вперёд и наш сюжет:
Решился Кейчи сделать то
Что он хотел уже давно.

XV

Его мечта была не тайной…
Об этом знали все друзья.
Назвать её оригинальной
Пожалуй, даже и нельзя.
Уверен, многие хотят
Объехать страны все подряд.
Японец так же захотел
Пространство мира осознать,
И, так сказать, суметь понять
Насколько белый свет наш бел.
Увидеть собственной душой
Что происходит за стеной…

XVI

На страны дальние глазами
Без телевизора взглянуть,
И личный мост между мирами
Через границы протянуть.
Но тут есть повод для печали
Как раз вот то, чему в начале
Мы посвятили «пару строк».
Когда работа держит цепко
Заботы затянули крепко,
И пуст несчастный кошелёк.
Болото вечной суеты
Топило многие мечты.

XVII

Но Кейчи, долго не гадая,
Отбросил прочь дешёвый страх…
Сказал себе: «Стена любая
Живёт лишь в наших головах!».
Решился, вопреки прогнозам,
Назло лютующим морозам
Отправиться в далёкий путь.
И чтоб затраты оплатить
Решил в дороге применить
Свои таланты как-нибудь.
Имел он хобби лишь одно.
Оно ему и помогло.

XVIII

Он был иллюзии любитель
И каждый день свободный свой
Штудировал самоучитель
По миру фокусов любой.
Учился карты тасовать.
В руках монетки испарять.
Завязывать платки мгновенно
Менять купюры номинал.
И мелкий реквизит скупал
Он в магазинах вдохновенно.
И заполнял любой досуг
Специальной тренировкой рук.

XIX

При этом в цирке, на арене
Он никогда не выступал.
И все кривляния на сцене
Так откровенно презирал.
Успешно заменяя их
На выступления для родных.
Он мог отлично показать
Немного трюков за столом
Когда на праздник гости в дом
Придут поесть и поболтать.
И лёгкой магией своей
Он мог развлечь детей гостей.

XX

Искусство фокусов, известно,
Восходит к древним временам
Тогда иллюзия чудесно
Сыграла на руку врунам.
Сперва жрецы людей дурили,
Что «боги» «чудо» им явили.
И за «магичность» выдавали
Какой-то хитроумный трюк.
(А там всего лишь ловкость рук).
И в страхе весь народ держали.
Всегда религия умела
Лапшу на уши вешать смело.

XXI

Прогресс же, всё вперёд шагая,
Искусство также изменил.
И всё, что было «чудом рая»,
Обычным цирком заменил.
Обман, источник разорения,
Стал средством и для развлечения
Простых, неграмотных людей
Шуты, артисты на базарах,
На площадях и тротуарах…
Короче, радость для детей
Смотреть и думать, как платок
Исчезнуть из-под носа мог.

XXII

Потом, конечно, перемены
С собой эпохи принесли
И на подмостки большой сцены
Взойти и фокусы смогли.
И первым был артист Пинетти.[1]
Он, трюки все держа в секрете,
Впервые выступил… да так,
Что покорил простых людей
И европейских королей,
Ввёл в образ фокусника фрак.
Таким был новым в тот момент
Сейчас известный элемент.

XXIII

Двадцатый век ознаменован
Рукой науки разной был…
И маг уже не околдован —
Он знак «учёного» носил.
Гудини – господин цепей,
Замков волшебник, маг дверей.
Дай Вернон[2] – мастер карт игральных
«Профессор» в фокусных кругах.
Их множество… в своих руках
Они секреты магов тайных
Смогли развить и удержать.
Назвав «искусством удивлять».

XXIV

Как я сказал, их много было…
В любой эпохе – свой герой
История не сохранила
Все данные из жизни той.
Когда одни авантюристы
Манипуляторы-артисты
Варились все в одном котле.
И люди, с силой ментализма,
Противники католицизма…
Как ведьмы ночью на метле.
И лезли кролики из шляп,
Трудясь, не покладая лап.

XXV

Но долго рассуждать об этом
Не стоит в рамках этих строк.
Всё то, что скрыто за секретом
Имеет также свой исток.
И можно кучу этих книг
Из интернета взять за миг.
А сколько есть там семинаров…
И малолетних трюкачей
Из пресловутых соц. сетей.
Безмозглых блогеров без нравов,
Стремящихся разоблачить
И счётчик лайков накрутить.

XXVI

А Ивасаки понял: нужно
По миру ехать и без йен!
Он сможет выступать нескучно
И деньги получать взамен.
Как модно кто-то говорит
В формате шоу «Мэджик-стрит»[3].
И нужен транспорт поприличней:
Фургон, машина, мотоцикл
А может, даже квадроцикл?
Но есть вариант экономичней
Ведь наш японский оптимист —
Заядлый велосипедист.

XXVII

Таков был план: собрать пожитки
На велик крепко прицепить.
И постараться без ошибки
В реальность планы воплотить.
Забыть про лёгкости комфорта
И, как спортсмены в мире спорта,
На тренировках каждый день
Выкладываться до предела
Ради себя и ради дела!
Превозмогая свою лень,
Невзгоды и любую слабость,
Вкушая впечатлений сладость.

XXVIII

Конечно, прежде чем пытаться
Весь мир объехать тут и там
Неплохо потренироваться,
Катаясь по родным местам.
И вот, в апреле, по весне
Он двинул по родной стране.
На стареньком велосипеде
Две сумки к раме привязал
Туда одежды накидал
Затем еды… Ведь об обеде
Подумать лучше наперёд.
Кто знает, что произойдёт…

XXIX

Итак, Япония… Ведь раньше,
Чужая всем мирам страна,
Казалась с каждым годом дальше,
От стран других отдалена.
Сначала время изоляций
Убийственных капитуляций
В последней адовой войне.
И жизнь на сотне островах
Землетрясения и страх.
Событий много в той стране
Сменялись злобной чередой
И не смолкающей бедой…

XXX

Но через годы лучше стало
Свершив вперёд большой прорыв,
Япония всё вверх взлетала,
Пути развития открыв…
К её непревзойдённой чести
Она теперь на третьем месте
В экономической среде.
Вопросы важные решает
Процессом рынка управляет,
Как рыба плавником в воде.
И вдаль неудержимо рвётся…
Где флаг японский гордо вьётся!

XXXI

Ну, пару слов и о культуре:
Почти в любой большой стране
Кому-то близок по натуре
Японский мультик аниме.
Восточные единоборства
Как символ силы и упорства.
И так загадочен поток
Сверхсовременных инструментов
И азиатских элементов,
Которыми живёт Восток.
Эпох древнейших войн эпичных,
И роботов технологичных.

XXXII

Природный храм японской суши
На доброй сотне островов!
Он изнутри (да и снаружи)
Покрыт ковром больших лесов.
С забавными кусками флоры…
Высокие вулканы-горы
Под солнцем нежатся с утра.
И как стареющая дама
Стоит спокойно Фудзияма[4] —
Большая, гордая гора.
Животный мир разнообразный…
Немного дикий… но прекрасный.

XXXIII

И вот, в японской дальней дали
Задумчиво смотря вперёд
К своей мечте, крутя педали,
Наш Кейчи сам себя везёт.
Вечерний сумрачный покой
Который так хорош весной
Спустился вниз, покрыв дороги
В пространстве уличных огней
Среди гуляющих людей…
«Родители всё так же строги» —
Вздохнул задумчиво герой,
Припомнив разговор с семьёй.

XXXIV

Прощание с семьёй родимой!..
Как сильно возмущалась мать
Стремясь душой своей ранимой
«Туриста» дома удержать.
Крича, что это безрассудно,
Смешно, опасно, слишком трудно!
В дороге может всё случиться
Несчастный случай, травмы тела…
Ведь это непростое дело
От сложностей никак не скрыться.
А вдруг болезнь? Или лишения?
К чему такие приключения?

XXXV

Отец, помочь жене стараясь,
Примерно то же говорил.
И речь, всё больше возмущаясь,
Он аргументом подкрепил:
«Ведь, так сказать, за Кейчи вслед
Уедет наш велосипед?!
А этот факт недопустимый!
Ведь этот транспорт много раз
Нас выручал… А что сейчас?!
Уедет велик наш любимый.
И где-то сгинет далеко…
Жить сразу станет нелегко».

XXXVI

Короче, как мы видим сами,
Попытка добрых стариков
«Ребёнка» удержать словами
Разбилась на миллион кусков.
И аргумент непобедимый
(Что велик пропадёт любимый)
Не тронул сердце бунтаря…
Сколько родители не бились,
Просили, плакали и злились.
Увы, всё это было зря…
Ничто так не зовёт бежать,
Как слово мамино: «Стоять!!!»

XXXVII

Но Кейчи ощутил волнение
Взглянув в родимые глаза…
Решительное выражение
Сошло тогда с его лица.
В нём чувства сильные проснулись
И руки сами потянулись,
Родителей своих обнять,
Тепло к любимым прижимаясь
(При этом твёрдо убеждаясь,
Что нужно поскорей бежать)
И, словно в клетке дикий зверь,
Он с жадностью смотрел на дверь.

XXXVIII

Родители смирились всё же?
Покинул Ивасаки дом!
(Не знаю точно, но похоже
Что он сбежал от всех тайком.)
Но так, поступок – не красивый…
А наш герой – миролюбивый!
Послушный сын и всё такое…
Не стоит, после всех стараний
Выбрасывать без оснований
Всё лучшее, что есть в герое
Считаем, что он отпросился))
И в путь далёкий устремился.

XXXIX

И вот сейчас, как помним мы,
Он ехал в сумраке дорожном
Смотрел, как погружались в сны,
Дома в спокойствии надёжном…
И ночь спускалась над страной
Такой великой и большой
В сравнение с тем парнем смелым,
Который среди ночи мчал…
С велосипедом быстро стал
Практически единым целым…
Он ехал ночью, чтобы днём
Успеть забраться на паром.

XL

К полудню он достиг парома
И место для себя нашёл
В последний раз про прелесть дома
Подумал Кейчи и взошёл
На транспорт для морских прогулок
Где каждый влажный закоулок
Пропитан жизнью глубины
Морской, солёной, бесконечной,
Могучей силой безупречной
Всепоглощающей воды.
И Кейчи думал поскорее
Пристать на нём к Южной Корее.

XLI

Ведь согласитесь: авантюра!
Не каждый может так рискнуть,
А только сложная натура,
С простым девизом: «Как-нибудь!..»
В простой, не глаженой рубашке,
И с парой долларов в кармашке…
Со старым фокусным набором,
С пустым (мы знаем) кошельком
Со спальным стареньким мешком
И с кепкой – головным убором.
Вот весь набор: смешно до боли)
А, стоп… Ещё ж есть СИЛА ВОЛИ!

XLII

Теперь он плыл по глади водной,
В каюте завалившись спать…
Во сне он птицей был свободной
И мог спокойно полетать.
А позади страна осталась
Которая теперь казалась
Пятном вдали… осталась мама.
Друзья, счастливая пора…
И даже старая гора
Загадочная Фудзияма
Суровей как-то замерла,
Как будто путника ждала…

XLIII

Как и Япония, Корея
Была беднеющей страной
Но с каждым годом богатея
Потенциал открыла свой
Конечно, там ресурсов мало,
Зато Корея быстро стала
Крупнейшим в мире, безусловно,
Производителем судов,
Автомобилей всех сортов.
И научила поголовно
Всех игроков любой системы:
Что все они – киберспортсмены![5]

XLIV

Что до ландшафта – видно горы.
Равнинной местности чуть-чуть.
Лесные хвойные просторы
В которых можно отдохнуть.
У берегов есть острова
И омывают их моря.
Большая транспортная сеть
Раскинута по всей стране.
АЭС всегда на высоте.
И также есть на что смотреть
В культурном плане… Там и здесь
Искусство древних предков есть.

XLV

И Кейчи на велосипеде
Объехал множество дорог
Язык обогатить в беседе
С корейцами он быстро смог.
Увидел красоту культуры,
Богатый тип архитектуры.
Дворец известный Кённбоккун[6],
Его шикарный тронный зал.
Потом музеи посещал
Послушал звук корейских струн
Оружия потрогал сталь
И ел корейский Самгёпсаль[7],

XLVI

Конкретных целей не имея,
Лишь по Корее колесил.
С восторгом на страну глазея,
Он массу нового открыл!
Приятно просто не спешить
И, новым наслаждаясь, жить.
Толпу зевак, где получалось,
Он собирал вокруг себя,
Искусство фокусов творя.
И представленье начиналось!
Он шоу на улицах давал
И мелочь в кепку собирал.

XLVII

Но этого вполне хватало
И на еду и на ночлег.
В дороге может крайне мало
Себе позволить человек.
Но Кейчи был доволен тем,
Что не испытывал проблем.
И вот однажды он стоял
На улице, толпу собрав,
И, закатив один рукав,
В руках колоду карт держал.
Готовясь фокус показать,
И «чаевых» насобирать.

XLVIII

Для фокуса был нужен зритель
Который стопку карт возьмёт
Одну запомнит, как мыслитель.
А фокусник её найдёт.
И чтобы выбрать личность ту,
Наш Кейчи осмотрел толпу.
Конечно, нужно было взять
Кого-нибудь повеселей
Того, кто выглядит добрей,
И кто участие принять
Захочет в трюке лично сам…
Ведь это видно по глазам!

XLIX

Но Кейчи чем-то был загружен
(А может, просто затупил)
И не того, кто был бы нужен,
К себе «на сцену» пригласил.
Мужик какой-то неопрятный,
Задумчивый и неприятный…
Он был в толпе, но не с толпой…
Не наблюдал за представлением,
Казалось, был под наваждением
Наедине с самим собой.
И говорил как будто взгляд:
«Мне безразлично всё подряд».

L

Когда же Кейчи попросил
Шутливо фокусу помочь
Мужик рванулся что есть сил,
Сбежать от фокусника прочь.
Но зрители ему мешали,
На «сцену» выйти призывали.
Мужик сначала отпирался,
И отводил от всех глаза,
Как от вселенской массы зла.
Потом давлению поддался.
Всё ж вышел к Кейчи, зубы сжав,
И что-то злое прошептав.

LI

На выбор Кейчи ему дал
Одну из карт своей колоды
Мужик со злобой карту взял,
Желая всей душой свободы.
Уйти от шума и толпы
Туда, где кроме тишины
Ничто не сможет зазвучать.
И одному сидеть в квартире
О том, что делается в мире
Забыть специально и не знать.
Увы, с позицией такой,
Не интересен трюк любой.

LII

Мужик решил, назло всему,
Японцу сильно помешать.
И подло, мстительно ему
Всё выступление сорвать.
Не глядя, Кейчи карту взял,
В колоде перетасовал,
И после, громко объявил
Что карта мужика – валет!
(И то был правильный ответ)
Ну а мужик свой рот открыл
И лживо говорит: «Ну нет!
И вовсе карта – не валет».

LIII

Но Кейчи сам свою ошибку[8]
К несчастью, поздно осознал.
Мужик, изобразив улыбку,
Плечами гнусно пожимал.
И отвернувшись, отошёл,
Презрительно покинув шоу.
Толпа смущённо замолчала
Но Кейчи плавно поклонился
Всем улыбнувшись, извинился…
И говорит: «Готов сначала,
Я этот фокус показать…»
И начал карты тасовать.

LIV

Нормально всё прошло в итоге
Без вредных зрительских «подстав»
И не мешали все тревоги
Процессу фокусных забав.
Все зрители довольны были:
И с тёплой грустью уходили.
Смог Ивасаки удивить
Людей во время представления,
И подарить им впечатления
(А также денег накопить).
На ужин вон[9] насобирать.
И где-то переночевать.

LV

Когда последний добрый зритель
Монету Кейчи отдавал,
Мужик, (тот самый злобный мститель),
Смущённо за углом стоял.
Японец кепку нацепив,
И в сумку реквизит сложив,
Хотел поехать напрямик
В любое место для ночлега,
Когда увидел человека,
(Ну, да… и это тот мужик!)
Который просто за углом
Стоял с подавленным лицом.

LVI

Заметив, что его заметил
Японец с сумкой на боку,
Он взглядом взгляд японца встретил,
И быстро подошёл к нему.
Нетвёрдо руку протянул,
Смущённо пару раз моргнул…
– «Прости за то, что получилось
Я показную мишуру
Вообще-то не переношу.
Вот и сорвался… Так случилось
Что я решил, что ты из тех
Кто делает себе успех».

LVII

– «Ну, знаешь, те, кто без внимания
Чужого, ну не могут жить!
Готовые на все кривлянья,
Затем, чтоб славу заслужить.
Мне это как-то непонятно
Ведь одному быть так приятно
И не зависеть от людей…
Но ты, как видно, не такой
В Корее явно ты чужой,
И с сумкой рваною своей
Похож на бедного туриста…
При этом – иллюзиониста».

LVIII

– «Ну да, я так сказать, лишь странник
И езжу просто, где хочу»
– «Ты что, страны своей изгнанник?»
– «Да нет, конечно…» – «Я шучу.
Не стоит разговор про это
Тебе я так скажу, вообще-то,
На улице нам продолжать.
Я тут живу недалеко
И у меня можно легко
С комфортом переночевать.
Ещё, к тому же, и бесплатно.
А ты ведь беден, вероятно?»

LIX

Конечно, это необычно
Что странный, хмурый человек
Вдруг пригласил оптимистично
К себе бродягу на ночлег.
Причины и на это есть
Их можно без труда прочесть
В печальном взгляде мужика:
Ему был собеседник нужен…
Вот так всегда, когда нарушен
Теченья ритм, и река
Стремится выплеснуть наружу
Из берегов себя и душу…

LX

Они пришли к нему и сели
Разговорились обо всём.
Чего-то быстренько поели.
И Кейчи осмотрел весь дом.
Вокруг царил лишь беспорядок…
Как повитель[10] с забытых грядок.
Неаккуратность поражала
Своим размахом тут и там.
Везде разбросан старый хлам.
И грязь ужасно раздражала.
Хоть Кейчи много повидал
Такого он ещё не знал.

LXII

– «Немного грязно, но не страшно». —
Мужик японца подбодрил.
И руки потерев бесстрастно
Он свою душу вдруг излил:
– «Я потерял, мой друг, ЕЁ!
Мою родную… моё ВСЁ!
Она была такой хорошей!
И нежной, доброй, как цветок
Но мой бессовестный порок
Ей стал невыносимой ношей
Я мог по-хамски нагрубить…
Ну как с таким возможно жить?

LXIII

Я не ценил её, признаюсь…
Она сбежала от меня
И я её найти стараюсь
Во тьме ночной и в свете дня.
Но вот пока без результата…
Такая в жизни, друг, утрата…
В сознание сложный перелом,
Как будто всё вокруг смутилось
И тусклой горечью закрылось.
Добро внезапно стало злом
И смысл жизни вдруг распался,
Кода я вновь один остался…»

LXIV

«Ну, началось!» – подумал мрачно
Японец, опустив глаза,
«Как это всё же неудачно,
Что я зашёл к нему сюда.
Очередной разлад в семье…
Муж-идиот грубил жене
И вот она ушла, а он
Сидит, и как ребёнок, ноет
Ну разве это того стоит?
Куда ни глянь, со всех сторон
Семья разбита. Ну, пускай,
Сам виноват… так не страдай.

LXV

Жена… Подумаешь, потеря
Ушла и всё… Зачем страдать?
И киснуть, ни во что не веря…
И первых встречных посвящать
В свои проблемы и заботы
Ведь в мире столько есть работы
И неизведанных путей
Ты, значит, лицемерно врал
Когда на улице сказал
Что не зависеть от людей
Весьма полезная цена…
И хнычешь, что ушла жена?!».

LXVI

Конечно, Ивасаки вслух
Об этом прямо не сказал,
А поддержать упавший дух
Решился и пробормотал:
«Да не печалься… Всё нормально
Ничто на свете идеально
Не может, как известно, быть.
Жена к тебе вернётся вскоре
И ты забудешь своё горе
И заново продолжишь жить…».
Банальность Кейчи бормотал,
И с безразличием утешал.

LXVII

Мужик немного удивился:
«Причём тут, извини, жена?
Да я бы в жизни не женился
Зачем мне брачная тюрьма?
Ты парень, воду намутил —
Я про собаку говорил.
Была собака – друг мой верный
Я часто на неё кричал
И вот недавно потерял.
Такой вот случай вышел скверный.
Ты скажешь тоже… Ерунда!
Я не женат был никогда».

LXVIII

Ну что ж… К такому Ивасаки
Был не особенно готов.
И про историю собаки
Был рад послушать пару слов.
Мужик же горько рассмеялся
И повторил: «Зачем мне сдался
Какой-то там ненужный брак?
Смотри, ведь я совсем свободен
И для любого дела годен
И это, друг, хороший знак:
Могу пойти, куда хочу
Хочу – пою, хочу – молчу».

LXIX

А жизнь – она ведь быстротечна
Зачем же тратить её так:
Семья, заботы… Это вечно!
А дальше что? Всего лишь мрак…
Нет, если жить, то для себя!
Вот философия моя.
Ведь есть потребность человека
Родить ребёнка, воспитать…
И ничего не получать.
Потом жалеть до смерти века.
Ведь правда, лучше одному?
И нервы тратить ни к чему».

LXX

Но Кейчи, став серьёзным снова,
С нажимом тихо возразил:
«И это для тебя основа
Всего, что в жизни ты открыл?
Семья – не звук пустых фанфар
И не какой-то высший дар.
Ну так и что? Не значит это
Что ценность жизни на Земле
Возможно только на себе
Сосредоточить без ответа.
Кому-то кажется логично…
Но это так эгоистично!

LXXI

Свободен ты? Я б не сказал…
Ты просто циник бестолковый
Себя в тупик низов загнал,
И каждый день встречаешь новый
В своей тюрьме из одиноких
Решёток комплексов глубоких
И ты поверить так желаешь
Что жизнь всегда впустую вянет.
Но знаю я, тебя ведь тянет
К тому, что ты так презираешь.
К любви семейных тихих дней
К рукам жены, к глазам детей.

LXXII

«Лишь трус ответственность бросает
Ну что ж, и ты один из них.
Кто отношения презирает.
Тот сам непревзойдённый псих.
А кто твой самый лучший друг?
Ведь это тоже пустой звук?
Семья – не груз и не беда
Ты без неё живешь давно
Но так не сделал ничего
Да и не станешь никогда
И до конца будешь лежать,
Себя цинизмом утешать»

LXXIII

Мужик и бровью не повёл,
Застыл холодной, мрачной льдиной.
И, руки опустив на стол,
Лишь фразу выдал с кислой миной:
«Ну да, красиво говоришь
Но как себя ты объяснишь?
Ты не похож на семьянина!
Носителя «святых» идей…
Ведь ты довольно много дней
Туда стремишься, где равнина,
И гор огромных череда,
Туда, где НЕ твоя страна.

LXXIV

Я сомневаюсь, что семейный
Ты от природы человек.
Бродячий фокусник бездельный,
Зачем тебе наш новый век?
Стремишься ты к большой победе
И хочешь на велосипеде
Объехать как-то целый свет
И где живёт твоя семья?
Всё ждёт тебя день ото дня?
А может, её просто нет?
Объедешь мир… И что потом
Каким построишь себе дом?

LXXV

Все авантюры, приключения
Из головы твоей пройдут.
И под конец все злоключения
К моей позиции сведут.
Когда-то я был тоже молод
И мне знаком познаний голод
Когда желаешь всё узнать
Увидеть мир и восхищаться
И чем-то новым удивляться,

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Пинетти (1750–1803)

Вообще-то, по некоторым данным, его звали Джузеппе Пинетти, но большинство предпочитают называть его просто Пинетти. (да простят меня фокусники, которые знают, как правильно и считают, что позорно не знать этого). Родился сыном трактирщика, стал иллюзионистом-легендой, работающим в разных направлениях магического жанра. Можно сказать, что он выдвинул искусство фокусов на новый уровень, когда впервые в истории адаптировал выступления иллюзионистов для большой сцены, тем самым сделав его развлечением для высших кругов общества. Выступал даже для королевских семей, что по тем временам было очень даже новой новинкой. (Именно со времён Пинетти сформировался классический, интеллигентный образ иллюзиониста, известный до сих пор). До этого, насколько можно судить, фокусы были исключительно ярмарочным, уличным искусством для простых людей.

Вернуться

2

Дай Вернон (1894–1992)

Канадский фокусник, пожалуй, один из самых выдающихся мастеров иллюзии XX века. Был настолько же выдающимся гением карточных техник, насколько был плохим семьянином. (Всё свободное время проводил за тренировкой карточных техник, не уделяя при этом внимания семье. Таким образом, одно логически вытекает из другого). Впрочем, может быть, это всего лишь преувеличенные байки. А неоспоримым фактом было то, что его потрясающая ловкость рук и огромные познания в искусстве магии заработали ему замечательную репутацию и широкое признание среди фокусников того времени, которые дали Вернону прозвище «Профессор». Его первой прочитанной книгой о фокусах стал известный бестселлер Эрднайза «Expert at the Card Table». К 13 годам Дай выучил все трюки из пособия наизусть. Известен так же тем, что смог обмануть самого Гарри Гудини, который позиционировал себя как король карточных трюков и хвастался, что может повторить любой фокус, посмотрев его всего лишь три раза. Дай Вернон показал Гудини карточный фокус семь раз, но «король цепей» Гудини так и не понял, как его выполнить. Позже на афишах Вернона гордо красовалась надпись: «Человек, обманувший Гудини». Это была действительно прекрасная реклама.

Вернуться

3

Мэджикстрит.

Имею в виду, Street Magic, уличный формат выступления фокусников, проходящий под открытым небом на улицах, в свободном стиле. Как правило, в конце выступления желающие кидают фокуснику мелочь. Количество «желающих» в толпе зависит от многих факторов. Например, в странах Европы в порядке вещей и фокусники на улице, и неплохие «чаевые» для фокусников на улице. Насчёт Азии трудно сказать. В России эта штука относительно новая и мало кем обкатанная. Ну, если только, может быть, в Москве или в Питере.

Вернуться

4

Фудзияма

Наверное, правильнее было бы назвать её вулканом. (Потому что это вулкан) Не знаю, насколько принципиально с географической точки зрения именовать вулкан горой, но, надеюсь, ничего страшного в этом нет.

Вернуться

5

Киберспорт

Вид спорта представляющий собой соревнования в виртуальном пространстве, которое моделируется компьтерными технологиями, в частности видеоиграми. По некоторым данным, Южная Корея считается родоначальницей киберспорта. Однако в других источниках об этом вообще не упоминается.

Вернуться

6

Кённбокун

Дворцовый комплекс, расположенный на севере Сеула, Южная Корея. Был главным и крупнейшим дворцом династии Чосон, в котором жила королевская семья, и одним из пяти больших дворцов, возведённых в период Чосон. Выглядит эпично и соответствует духу Азии. (Надеюсь, ударение здесь ставится там, где я думаю. Корейские названия такие корейские…).

Вернуться

7

Самгёпсаль

Популярное блюдо корейской кухни, и, наверное, даже вкусное. Представляет собой кусочки жирной свиной брюшины, не прошедшей маринования, не посыпанной специями, которые участники трапезы поджаривают на стоящем на столе гриле. Обычно самгёпсаль подаётся на ужин.

Вернуться

8

Ошибка фокусника.

Тут нужно сделать просто небольшое уточнение. Ошибка в том, что карту нужно было показать не только зрителю-добровольцу, но и толпе вокруг. Это настолько элементарно и логично, что редко кто может допустить такой глупый промах, тем более, достаточно опытный Кейчи Ивасаки. Но момент был довольно важный, и не хотелось его удалять. Можно назвать это сюжетным ляпом.

Вернуться

9

Вона

Денежная единица Республики Корея. 1 вона равняется примерно 0,05 рублей. Очень даже не много…

Вернуться

10

Повитель

Народное название различных вьющихся растений. В основном, сорняки. Ужасно противная, практически не удаляемая с огорода штуковина, абсолютно бесполезная в быту и в мире. Наверное…

Вернуться