Александр Алексеевич Богданов
Мойра

I

Наш общий приятель художник Гриднев, человек много видевший и богатый житейским опытом, обладал двумя редкими качествами: с чисто женским любопытством он соединял удивительную способность быстро и легко подходить к людям, с которыми знакомился. Была в его душе какая-то притягивающая интимность, нравившаяся всем без исключения, и старикам, и молодежи, и в особенности женщинам. С большинством из нашего кружка Гриднев был в близких отношениях: ему поверяли сердечные тайны и нередко его же выбирали в качестве третейского лица при разных недоразумениях и спорах. Гриднев был доволен той ролью, которую играл среди нас, и за это в свою очередь платил нам рассказами, интересными уже тем, что в них мы старались угадать кого-нибудь из наших знакомых.

Как-то в нашем кружке зашла речь о любви.

– В любви, как и в жизни вообще, господствует случай… Слепой бессмысленный случай – и более ничего!.. – сказал старый неудавшийся беллетрист, известный в нашем кружке под кличкой «дяди Миши», – И поэтому – как любовь, так и самая жизнь, есть ничто иное, как сплетение самых причудливых бессмысленностей!..

– То есть?.. – спросили мы, придвигаясь к дяде Мише, так как знали, что он любит огорашивать слушателей парадоксами.

– Все, что говорят и пишут о целесообразности жизни и ее будто бы каком-то высшем смысле, сплошная чепуха!.. – продолжал дядя Миша – За примером ходить недалеко… Возьму хотя бы себя. С детства мне готовили карьеру военного… Но по окончании кадетского корпуса я случайно столкнулся с народниками и отправился в одно из самых глухих медвежьих захолустий, чтобы работать… Скажите, – есть ли в этом хотя капля логики и внутренней связи?.. И далее… Моего юношеского пыла хватило, разумеется, года на два, на три… В деревне я скоро почувствовал себя лишним человеком… Но зато, участвуя в сельских любительских спектаклях, я открыл в себе редкие артистические способности, вообразил, что во мне погибает великий драматический талант… Кстати, – я получил тогда небольшое наследство от тетушки, – примерно так тысяч двадцать… И вот с этими деньгами, не много раздумывая, я отправился в один из южных русских городов, собрал вокруг себя труппу и начал лицедействовать… И на сцене я точно так же провалился… Деньги были скоро прожиты, пришлось даже нарушить несколько контрактов… Но, благодаря сцене, я познакомился с очень даровитой, тогда начинающей, артисткой Зариной, впоследствии моей женой. Бедствовали мы ужасно… Ездили из города в город подчас в товарных вагонах, жили в отвратительнейших комнатах… И тут я понял, что на сцене, кроме таланта, нужно еще то, на что никак не могла решиться ни моя совесть, ни моей жены: нужно уменье подслуживаться к антрепренерам, к критике, к публике, и приспособляться…

Нужда толкнула меня в газеты… Я начал с хроникерских заметок и перешел к рассказам… Так мало-помалу я втянулся окончательно в газетную работу… А мою жену поглотила семья… Пошли дети… И вот мы оба, как белки в колесе, вертимся в неразрывном кругу вечных лишений, вечных забот о куске хлеба… Сегодня, завтра, послезавтра – одно и то же: где бы получить аванс или гонорар… И в будущем ничего… А силы слабеют, и старость не за горами…

Недавно один из моих знакомых предложил мне выгодное место бухгалтера в нефтяном предприятии… Раньше во мне было больше веры в жизнь и в себя, и тогда я от такого предложения, разумеется, отказался бы… Но сейчас начинаю сдавать… И совершенно серьезно подумываю, – не променять ли мне свой Парнас на нефтяную контору?

Скажите по совести: где же во всей этой жизни логика?.. Где связующий смысл?.. Ведь, не будь случайного знакомства с народниками, не было бы ни деревни, ни спектаклей, ни моей нелепой антрепризы, ни, наконец, знакомства с моей будущей женой, ни семьи, – ни всего того, что заставляет меня сейчас взять место бухгалтера!..

Дядя Миша замолчал. Его маленькая, сухая фигурка сжалась и стала невыразимо жалкой. Молчали и мы…

– Позвольте!.. – вдруг неожиданно раздался бархатистый баритон Гриднева. – Во всем, о чем вы нам только что рассказали, я не нахожу ничего случайного…

– Даже и в моем знакомстве с народниками?.. – изумленный, спросил дядя Миша и от неожиданности привстал с кресла…

– Даже и в знакомстве с народниками… – спокойно и уверенно ответил Гриднев. – Ваша жизнь вытекает из особенностей вашей натуры… Господа!.. Все вы знаете дядю Мишу, этого большого ребенка с его бесхарактерностью, неустойчивостью, неуменьем устраиваться… Скажите, могло ли быть иначе?.. Нет!.. И я нисколько не удивился бы, если бы вдруг встретил его за конторкой какого-нибудь Нобеля или Манташева!..

– To есть… Но как же это так?.. – смущенно забормотал дядя Миша, не находя – что бы сказать в свое оправдание…

Мы молчали, мысленно выражая согласие с Гридневым.

Подбадриваемый нашими взглядами, Гриднев живописно протянул руку и продолжал:

– Господа!.. Случая в жизни нет!.. К этой мысли я пришел путем многолетнего опыта. Когда мы говорим «случай помешал», или «случай вывез», – мы тешим себя самообманом… В жизни господствует нравственный закон, такой же непреложный – как закон тяготения, света, электричества и т. д. В древности – силу, властвующую над людьми, называли «Роком», «Мойрой»… Безразлично, как мы назвали бы эту силу… Но она есть… Она – факт, с которым мы должны считаться!.. Что такое так называемые удачники?.. Люди, у которых в высшей степени развита способность выходить из затруднений, преодолевать препятствия, у которых много жизненной энергии, может быть, приспособляемости, во всяком случае настойчивости в достижении задуманного!.. А неудачники?.. Тряпки, хныксы, бесхарактерные рефлектики, пасующие после нескольких ударов жизни и неминуемо терпящие поражения!..

– Вот с этим я совершенно не согласен!.. – оправившись от смущения и задетый за живое, горячо возразил дядя Миша. – Разве мы не видим на каждом шагу совершенно обратного?.. В литературе, например, сплошь да рядом таланты гибнут, а ничтожества пользуются успехом…

– Временным успехом!.. – заметил Гриднев.

– Все равно, – временным или постоянным… Где же здесь нравственная справедливость?..

– О, далеко не все равно!.. – спокойно отразил нападение Гриднев. – Всякая временная мишура быстро сгорает… А настоящий талант рано или поздно найдет себе оценку… Пусть даже после смерти!.. Это не важно!.. И ваш пример как раз подтверждает то, что я говорю: не случай, а закон внутренней неизбежности определяет жизнь людей.

Гриднев сделал небольшую паузу, чтоб собраться с мыслями:

– Положение, которое я развиваю, не ново… Наши великие писатели, Достоевский и Лев Толстой, постоянно возвращались к этому вопросу, считая его основным в жизни. У Толстого в Анне Карениной даже эпиграфом взято: «Мне отмщение, и Аз воздам»… Взявший меч от меча и погибнет!.. Так вот… В жизни царит не случай, а логическая нравственная необходимость, И каждый получает то, чего он достоин, чего заслуживает…

– Всегда ли?..

– Всегда… Не смейтесь, господа… В этом высший и лучший смысл жизни… Каждый получает по своим нравственным заслугам… Лично, или после смерти, в памяти потомства безразлично!.. «Рок», «Мойра», непреложный нравственный закон – неумолимы!..

И когда я вижу пресыщенного, разочарованного гурмана, или тоскующего себялюбца, или одинокого озлобленного эгоиста, или расслабленного прожигателя жизни, я думаю: вы заслужили свое!.. «Мне отмщение, и Аз воздам»!..

Господа!.. Если вы только расположены слушать, не хотите ли, я расскажу вам одну поучительную историю?..

– Пожалуйста!.. – охотно согласились мы.

II

Гриднев закурил сигару и, кокетливо пуская синие колечки дыма, начал:

Я знал этого человека, буду называть его Борисом, еще в юности… Он имел некрасивое бледное аристократическое лицо, но женщинам нравился тем притягивающим сладострастным блеском в глазах, который возбуждает похоть… Ведь, в каждой женщине, даже самой добродетельной, всегда найдется частичка Мессалины. И еще одна маленькая черточка. В лице его было слишком много живой нервной игры… Оно быстро отражало малейшие душевные перемены… И было чуть-чуть асимметрично… Строго говоря, вообще правильных лиц нет, или почти нет… Нам, художникам, это хорошо известно… На первый взгляд лицо – как лицо, а присмотришься внимательней да изучишь, – чего-нибудь и не хватает… То глаза неодинаковой величины, то окраска их зрачков различна, то правая половина лица не соответствует левой… Словом, всегда что-нибудь да не так… И, как говорят, каждая такая неправильность указывает на какое-нибудь нестроение души: склонность к истерии, повышенную чувственность или еще что-нибудь… Черт ее знает, – может быть, все это и так, а может быть, просто психологическое вранье, – не знаю!.. Предоставляю судить об этом специалистам… Упоминаю же об этом между прочим, – для сведения…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.