Анна Родионова
Драконий промысел

Глава 1

Я зевнула и подперла голову лапой. Крестьяне в ужасе попятились, ощетинились вилами и самодельными копьями. Кто-то очень смелый бросил в меня горящий факел, но тот не долетел пяти аршинов и с шипением ухнулся в разделяющий нас ручей.

Разговор явно не клеился.

А время шло…

Наконец, ряды крестьян разомкнулись, и вперед не столько вышел, сколько был вытолкан тучный краснощекий мужичок.

Староста осенил себя божественным знаком, поклонился и указал на привязанную к повозке девушку.

– В-вот, пы-пы-прими в же-жертву.

Я тихо рыкнула, выпустила из носа две тонкие струйки дыма и ткнула когтем в пустой мешок.

Староста мгновенно побледнел, утер платочком пот со лба.

– Ды-дык бедные м-мы. Н-нетути у н-нас зы-золота. В-вона! – Он снова указал на пленницу. – С-самую приг-гожую ды-девку в-выбрали. З-забирай!

Жертва, до того просто дрожавшая, разразилась горькими рыданиями.

Я вздохнула. Тени упорно тянулись на восток, накрывая собой выгоревшую за лето траву, камни, людей… Так можно и до ночи под этой скалой просидеть. А есть-то страх как хочется. Скоро, и правда, на человечину перейду.

– Н-нет з-золота, говорю! – Староста состроил подобие суровой мины. – Б-бери, что д-дают!

Нет, значит? Я прочистила горло и плюнула в растущий рядом со скалой терновник. Куст вспыхнул, точно хворостина. Крестьяне чудесным образом отдалились еще на две сажени.

– Н-ну так и знай! – Староста осмелился показать мне кулак. – С-само виновато, м-мерзкое страховидло!

Я прищурилась – и толстяк сразу же юркнул за спины односельчан, уже оттуда добавив пару нелестных отзывов обо всём моем семействе. Ответить я и не подумала, было бы с кем препираться.

Среди крестьян снова произошло шевеление, и к ручью приблизились двое мужчин. Один – седой и при мече, второй – совсем молоденький черноволосый курчавый парень с потрепанной книгой под мышкой. Оба умытые, причесанные, без заплат на рукавах, сразу видно, не из сельских.

– Храни тебя Светлый, о, небесный господин, – поклонился юнец.

Старший маг тут же отвесил парню подзатыльник и прошипел:

– Разуй глаза, это же самка.

– Прошу прощения, о, великолепнейшая. – Юнец припал к земле. – Не снизойдешь ли ты до разговора с убогими и недостойными твоего внимания людьми?

Я окатила колдунов облаком дыма. Вот, значит, на что ушли мои денежки. Наверняка, и девку притащить они придумали.

– Обратись, небесная. Поговорим по-хорошему, – предложил седой.

Я фыркнула. Вот еще! Не стану я обращаться. Чтобы они меня тут же и сцапали? Живодеры.

– Не будет она вас слушать! – выкрикнул из толпы староста. – Убивайте уже!

– Или зря мы вам платили? – нахмурился крупный дядька с кочергой в мускулистых ручищах.

Седой вздохнул. Лезть в бой с драконом ему явно не хотелось.

– Вставай, убогий и недостойный, – обратился он к парню. – Давай, покажи, чему я тебя научил.

Юнец поднялся, отряхнул штаны и шагнул прямо в ручей.

– Смелее, – подбодрил седой. – Амулет подарю.

По серому румянцу на щеках парня стало ясно, что он не очень-то вдохновился, но всё равно – раз учитель смотрит – раскрыл книгу на месте одной из цветных закладок и поднял на меня глаза, испуганные, как у девицы в первую брачную ночь.

– Последний раз спрашиваю, о, небесная госпожа. Снизойдешь ли для разговора?

Я промолчала, даже кончиком хвоста не шевельнула.

– Ну тогда получай! – Колдунишка вскинул руку. Наморщил нос. Покряхтел немного, потужился.

Я повторно окатила его дымом. Юнец закашлялся и обернулся, посмотреть на учителя. Совсем еще зеленый, не усвоил, что не все их фокусы на драконах работают.

– Думай, – ответил седой.

Парень нахмурился и стал судорожно листать страницы. Я тем временем старательно вывела когтем на земле «дурак», вверх тормашками, чтобы люди могли прочесть. Ну, кто умеет.

Юный колдун побагровел от злости и чуть не вырвал страницу с искомым заклинанием.

– Вот тебе! Мерзкая тварь!

Громыхнуло. Скала по правое крыло от меня раскололась, вниз посыпались камни.

– Ай! – Один из булыжников угодил мне прямо между глаз. – Совсем сбрендил, придурок?!

Колдунишка икнул от неожиданности, кое-кто из крестьян выронил вилы, со скалы просыпалось еще немного мелкой крошки.

– Кхе-хем… То есть, я хотела сказать: ар-р-р-р-р-р!

Я зарычала и взмахнула крыльями. Мальчишка попятился, гонимый порывом ветра, запнулся и ухнулся прямо в ручей. Старший колдун вынул из ножен меч.

– Н-ну, вы тут р-разбирайтесь, – подал голос староста. – А мы пока пойдем, дел у нас невпроворот. Весь день тут проторчали.

Крестьяне быстренько похватали самодельное оружие и ретировались, не забыв утащить и повозку с жертвой. Скупердяи.

– Ну что, остались мы одни, – подытожил колдун.

– Может, на этом и остановимся, – предложила я. – Пока вы еще живы.

– Не дождешься, кровожадная зверюга! – чуть не плача, закричал мальчишка и растопырил пятерню.

В третий раз сконцентрироваться на заклинании я ему не позволила: вдохнула поглубже и прошлась струей пламени по краю ручья.

– А-а-а-а! Горю! – завизжал колдунишка, прямо на заднице отползая к учителю.

Седой не пожалел для ученика еще одной затрещины и приложил ладонь к крестовине меча.

– Учись, болван.

Я попятилась и развернула крылья, готовясь взлететь в любой момент. Заговоренные мечи мне и раньше попадались. Правда, в кривых руках, иначе бы колдуны уже давно растащили мои зубы на зелья. Но кто поручится, что этот седой не окажется тем самым умельцем, который разделает меня на фарш?

Колдун закончил с активацией заговора, ухмыльнулся и вдруг вспорхнул прямо к моему носу. Это что еще за фокусы?! Когда это они летать научились?

Я зашипела и спрыгнула с камня, уходя от удара.

Что ж, пошутили и хватит.

– Покажи ей! – закричал мальчишка.

Седой атаковал снова. Я увернулась, дохнула огнем. Сухая трава мгновенно вспыхнула, поляну заволокло дымом. Колдун исчез. Хм…

Я взмахнула крыльями, разгоняя дым. Рядом закашлялся мальчишка. Может, начать с него?

Седой появился внезапно, вылетел из-за скалы и бросился в атаку, словно разъяренная пчела, – так и норовил ужалить. Я едва успела прянуть в сторону. Он за мной. Перекатилась по траве. Он тут как тут.

– Лучше сдавайся, – прохрипел колдун, нацелив острие меча мне в глаз.

Ага, вот сейчас взяла и в ножки бросилась. Не дождетесь!

Я резко развернулась, прикрывшись крыльями, и ударила мага хвостом. Смотреть, куда его отбросило, не стала, сразу же прыгнула к юнцу. Тот даже пискнуть не успел, как оказался припечатан к земле.

– А-а-а-а! Отец! Помоги! – заверещал мальчишка, извиваясь у меня между пальцами, словно червяк.

Терновник у скалы зашевелился, и из колючих кустов, опираясь на меч и слегка пошатываясь, выбрался колдун. По измазанному сажей лбу и скуле тонкими ручейками струилась кровь.

– Бросай железяку, – прошипела я, глядя магу прямо в глаза, ярко-зеленые, как болотные огни. – Или я раздавлю твоего сопляка.

– Хорошо. – Седой разжал пальцы, и клинок скользнул в траву. – Только сына отпусти.

– Э, нет. В воду бросай. – Я чуть сильнее надавила на парня. – Знаю я, как вы умеете взглядом притягивать всякие предметы.

– Ладно! Я понял! – Колдун подобрал меч, размахнулся и швырнул в ручей. – Теперь довольна?

Я подняла лапу.

– Проваливайте.

– Спасибо, – буркнул седой и бросился к сыну.

– Хотя, нет. Постой.

– Что еще?

– Деньги мои отдай. Уверена, ты вперед просил.

– Забирай. – Колдун отвязал кошель от пояса и закинул подальше в кусты. Явно из мести. Ну и рыцарь с ним, не велика беда. Отыщу.

Я оставила мальчишку и пошла за деньгами. Зря… Зря я повернулась к нему спиной.

Правую заднюю лапу пронзила острая боль. Я зарычала и обернулась. Колдунишка всадил мне в стопу нож по самую рукоять. Видно, тоже заговоренный.

– Ах ты, маленький паршивец!

– Нет! Не тронь его! – вскинулся седой.

Я подняла лапу, а вместе с ней и парня.

– От-пус-ти нож. – Сказала по слогам, чтобы наверняка дошло.

– Не могу, – проскулил маг-недоучка, болтая ногами в воздухе.

– Ну тогда пеняй на себя. – Я со всей силы тряхнула лапой. Нож выскользнул, и мальчишка кубарем покатился вниз по склону.

Седой, казалось, вознамерился испепелить меня взглядом. Я в долгу не осталась:

– Мстить не приходи. Умрешь.

– Поживем-увидим, – процедил сквозь зубы колдун.

Я развернула крылья, не удостоив мага ни ответом, ни взглядом, схватила зубами куст, за ветку которого зацепился кошель, оттолкнулась и взмыла в бескрайнее синее небо.

* * *

На самом деле далеко улетать я не собиралась. Просто обогнула скалу, став практически незаметной на ее фоне, и приземлилась на небольшой поляне посреди леса.

С такой серой чешуей, как у меня, удобно прятаться в каменистых горах, но среди деревьев и наполненных людьми городов, стремительно разрастающихся по округе, куда предпочтительней другая маскировка.

Выплюнув злосчастный куст, я присела рядом уже на хрупких девичьих ножках. Хвала всесинему небу, колдун крепко завязал кошель, и мне не пришлось выковыривать деньги из собственной слюны.

Сорок золотых? Всего-то?! За дракона?! Тьфу! Жлобы. Трясти их еще и трясти.

Я забрала то, что по праву принадлежало мне. Ну, или крестьянам… как посмотреть. И пошла к старому дубу, среди корней которого спрятала свои немногочисленные пожитки.

Идти было недалеко даже для человека, но рана в стопе жутко саднила, и чем дальше я продвигалась, тем сильнее хромала.

Колдуны, чтоб их рыцари побрали! Надо было сразу убить и не морочиться. А теперь вот, пожинай плоды своей доброты.

Наконец, я нашла свой мешок, оделась в человеческие тряпки и перевязала ногу.

Хорошо, неподалеку есть город. Вот только доберусь ли дотемна? Ночевать голодной под воротами не хочется, но и возвращаться обратно в сокровищницу нельзя: во-первых, мало ли какой колдун вздумает увязаться (летучие они нынче пошли), а во-вторых, сорок золотых – совсем не тот заработок, на который я рассчитывала. К тому же рана заживет уже завтра и это вовсе не повод бросать «охоту».

Пришлось выломать палку и хромать пешком.

Выбравшись на широкую тропу, по которой крестьяне ходили в город и обратно, я вскоре услышала стук копыт.

– Куда путь держишь, красавица? – Всадник верхом на соловой кобыле нагнал меня и поравнялся.

Я окинула его недружелюбным взглядом. Высокий плечистый мужик, полуторный меч при седле, и в перекидных сумках что-то подозрительно лязгает.

– Не твое дело.

Всадник улыбнулся. Зубы оказались ровные и белые. Точно не крестьянин. Но и на вельможу не похож. Больно просто одет. Золотисто-рыжие волосы стянуты в хвост кожаным ремнем, как у воина. А с левой щеки на шею спускается шрам.

– Садись, подвезу. – Он объехал меня, заградив дорогу, и предложил руку. – Негоже девушке одной по лесу бродить.

– А я не одна. Я с другом. – На бедре у меня болтался чехол с довольно крупным ножом. Толку мне от него было мало: на что дракону нож? Но всяких «доброжелателей» железка порой отпугивала.

Он снова улыбнулся, на этот раз прищурив светло-голубые глаза.

– В Асхат идешь?

Я нехотя кивнула. Какой смысл таиться? Здесь только одна дорога.

– Садись. Иначе ни за что не успеешь до заката.

Его правда. Да и что мне мужика какого-то бояться? Не важно, с мечом он или без, главное, что на колдуна не похож.

Я выбросила палку, он помог мне забраться в седло.

– Откуда ты? – поинтересовался мой новоявленный попутчик.

– Издалека, – проворчала я, обхватывая рыжего за мускулистый торс. – Поехали уже.

Он слегка поддал соловой по бокам, и лошадь неспешно потрусила по тропе.

* * *

– Стой, кто едет?

Рыжий, не спешиваясь, протянул стражнику какую-то грамоту. О чем там говорилось, я не видела, но хранитель городских врат одобряюще хмыкнул и вернул документ хозяину:

– Так ты за нашим страховидлом приехал?

Мой спутник кивнул.

– А это кто с тобой? Помощница?

– Попутчица.

– Менестрель, – уточнила я и достала из сумки лиру. Последняя служила мне пропуском почти всюду. А порой и заработок какой-никакой давала. – Да будут воспеты деяния славных мужей и…

– Проезжайте, – махнул рукой стражник. Слушать о мужах ему явно не хотелось.

Рыжий еще раз кивнул и послал лошадь через ворота, навстречу медленно затихающему, готовящемуся ко сну, городу.

– Ты кто? – прищурилась я.

– Охотник.

– И на кого охотишься?

Он пожал плечами:

– В основном, на крупных животных.

Я ослабила хватку на его поясе и слегка отстранилась. В некотором смысле меня тоже можно было причислить к крупным животным. К тому же грамоты простым охотникам не выдают.

– Дальше-то куда? – поинтересовался рыжий.

– Эм-м-м… «Сытый воин». – Ради предосторожности я назвала не лучшую в Аcхате корчму. Кормили там сносно, как для драконьего желудка, поили, правда, хуже не придумаешь, зато людей было мало, и всегда имелись свободные комнаты. Для меня – то, что надо, а этому если не понравится, так я только обрадуюсь. – На другом конце города.

Он кивнул, словно одобрил мой выбор, и направил лошадь прямиком к названной корчме.

– Бывал здесь? – мелькнула догадка.

– Не раз. – Соловая фыркнула, подгоняемая хозяйской рукой. – Город большой, не бедный. Здесь всегда найдется работа.

– Ну да. – Я провела пальцами по струнам, те брякнули в ответ. Мне тут тоже всегда находилось чем поживиться, правда, к музицированию это никак не относилось.

Остановились мы у большого двухэтажного дома, над дверью которого красовалась яркая свежевыкрашенная вывеска с изображением закованного в латы толстяка. Надо же, сменили. И дверь новая, ни дыры, ни заусеницы. Да… давненько я тут не была.

Рыжий спрыгнул с лошади и помог мне спешиться.

– Ну, бывай, добрый человек. – Я поклонилась в благодарность. – Храни тебя Светлый. – И поспешила к корчме.

– Почему ты хромаешь? – донеслось мне вслед.

Я остановилась, поглядела на него через плечо. Он вопросительно поднял бровь. Пришлось ответить:

– Да это… с лошади упала.

– А лошадь где?

Хороший вопрос. Я попыталась придумать правдоподобный ответ, и единственным, что пришло в голову, было:

– Сдохла.

Охотник хмыкнул.

– От старости, – пояснила я. – Ты, наверное, спешишь по своим делам. Не буду тебя задерживать.

Он посмотрел на небо: на город уже опустились сумерки, в домах зажигали свечи и лучины, их теплый свет то тут, то там просачивался сквозь прикрытые ставни.

– Не время для дел, подождут до утра. – Рыжий жестом подозвал конюха и передал поводья. – Пойдем. Негоже девушке одной по таким заведениям ходить.

Я мысленно выругалась. Вот уж, защитничек сыскался на мою голову. Знал бы кого обхаживает…

– Пойдем, – повторил охотник. – Там поди и мест уже нет.

Пффф! Когда это там мест не было?

Я натянуто улыбнулась и позволила проводить себя внутрь.

* * *

Корчма полнилась людьми и их разговорами. Тут смеялись, там слушали какого-то музыканта, играли в карты, выпивали…

Вот те на! А когда-то в этой дыре и половины лавок не занимали. Только и не дыра это больше: стены покрашены, столы отполированы, даже занавеси на окна нацепили. Свечи повсюду, и пахнет хорошо: мясом и солодом. Никогда бы не поверила, если бы сама не видела.

– Вон, столик в уголке. – Охотник аккуратно ухватил меня под локоть и повел вглубь корчмы. Что поделать, пришлось идти.

Эх, не люблю я популярные места. И не зря. Стоило нам сесть, как среди занявших большой центральный стол посетителей я разглядела знакомую фиолетовую курточку, а потом и ее хозяина – менестреля. Он тихо наигрывал на гитаре мотив известной баллады, а вокруг него так и вились молоденькие разносчицы.

– У тебя очень необычные глаза, – отвлек меня рыжий. – Откуда ты родом?

Я покосилась на охотника. Для человека цвет моих глаз действительно выглядел странно. Рыжевато-янтарные, почти как золото, они привлекали много внимания. Так же, как и пепельные волосы.

– Это важно? – нахмурилась я.

Он покачал головой.

Музыка стихла, послышались хлопки и вздохи девушек.

– Ветрань!

Я вздрогнула. Давно меня никто не звал по имени.

– Ветрань! Ну точно ты! Какими судьбами? – К нашему столу пробирался высокий стройный юноша с гитарой в руке. Узнал-таки, рыцарь его раздери!

Менестрель без приглашения подсел ко мне и сразу же обвил свободной рукой мою талию. Разносчицы обожгли меня завистливыми взглядами.

– Сколько лет, сколько зим! – На самом деле, он был не так уж и молод, но издалека всё еще казался мальчишкой. И улыбался так же жизнерадостно. – Корчмарь, пива нам! Мы просто обязаны выпить за встречу!

– Здравствуй, Соловир. – Я уставилась в стол. И на кой мне далось выбрать именно эту корчму?

Он одарил меня широченной улыбкой:

– А я уж боялся, что ты насовсем нас покинула, вороны исклевали твое бренное тело, и поросла мхом твоя могила. Я даже эпитафию сочинил. Хочешь послушать?

– Спасибо, не надо.

– А может быть, споем? – подмигнул менестрель. – Как раньше, вместе.

– Кхе-хе… – Я притворно закашлялась. – Что-то я простыла. Боюсь, сегодня не получится.

– Ну как хочешь. – Соловир надулся и даже руку с моей талии убрал. – А кто твой новый друг?

– Идан, – сам представился рыжий. – Охотник.

– Охотник? – Менестрель оживился, сразу же забыв и про меня, и про песни. – Из тех самых, что ли?

Идан кивнул.

– Тех самых? – Я смерила рыжего хмурым взглядом. Неужели не ошиблась? Вот это совпадение, нечего сказать…

– Ой, Ветрань, ты не поверишь! – В светлых глазах Соловира точно свечки вспыхнули. – Тут, в округе, дракон объявился! Представляешь? Прямо, как тогда, когда мы впервые встретились! И, кажется, тот самый!

– С чего ты взял? – Я мельком глянула на дверь. Может быть, сбежать прямо сейчас, пока не поздно…

– А вон, те двое мне по секрету рассказали. – Менестрель кивнул в сторону одного из столов. Сперва я не поняла, кого именно он имеет в виду, но потом разглядела еще двоих знакомцев. Один был седой и при мече (видать, из ручья-таки выудил), второй – совсем еще юный мальчишка в перепачканной коричневой куртке и с заметной ссадиной на подбородке.

– Представляете, – понизил голос Соловир. – Эти двое тоже не совсем обычной профессии.

– Да ну? – Я отвернулась к стене, чтобы колдуны, чего доброго, не разглядели моего лица. После сегодняшней встречи под скалой, кроме пореза на ноге, у меня еще осталась довольно примечательная шишка на лбу.

– Они, – менестрель нагнулся к столу и перешел на таинственный шепот, – самые настоящие чародеи.

– Ты хотел сказать, шарлатаны? – проворчала я.

– Не любишь колдунов? – повел бровью Идан.

– А кто их любит? – Я нахмурилась. – Одни проблемы от этих жи… выродков.

– Нет-нет! – запротестовал Соловир. – Светлый мне свидетель, эти – самые настоящие. Мы давно уже знакомы…

– Тем более, – буркнула я.

– Ты не понимаешь. – Менестрель отложил драгоценную гитару, чтобы не мешала размахивать руками. – Слушай. Оба слушайте, завтра пригодится.

– Завтра? – удивился Идан.

– Именно…

Соловир отвлекся: нам, наконец, принесли пиво и закуску.

– Так вот, мои дорогие. – Менестрель подмигнул разносчице, дождался, когда та отойдет, нарочито сильно виляя пышными бедрами, и продолжил. – Этот дракон или дракониха, лично я разницы не вижу, уже несколько дней терроризирует округу, требуя с крестьян золото. А сегодня эти чародеи предложили людям свои услуги. И знаете, что?

– Нет, – проворчала я.

– Что? – Идан подначил менестреля вопросом, чего тот и ожидал.

– Разразилась схватка. Не на жизнь, а на смерть! – Глаза Соловира неистово засверкали. – Крестьяне испугались и сбежали, но двое храбрых магов сами выступили против чудовищного ящера! Полилась кровь! Всё вокруг охватило пламя!

Я фыркнула. Храбрые маги? Тьфу! Рыцари недоделанные…

– Небеса разверзлись! Земля содрогнулась! – Всё больше распалялся Соловир. – И тогда – молния поразила дракона прямо меж глаз!

Менестрель ткнул себя пальцем в лоб. Идан с интересом уставился на меня:

– Значит, молния?

Я стойко выдержала его взгляд, даже глазом не моргнула. Всем известно, от молний не шишки остаются, а ожоги. Или пепелище, что куда вероятнее.

– Но дракон не погиб, а только больше разозлился! Оскалил здоровенные клыки и ринулся на чародеев! – Соловир скрючил пальцы, имитируя когти, и зарычал.

Вероятно, это должно было произвести на нас впечатление, но всё мое внимание занимал охотник, а его – я.

– Тогда Корин, так зовут старшего мага, – пояснил менестрель, – извлек из ножен волшебный меч – и поразил чудовище! Прямо в…

Соловир замолчал, выдерживая паузу, во время которой, столпившиеся вокруг нашего стола люди в предвкушении задержали дыхание.

Я поискала взглядом колдунов, но не длинных седых волос старшего, ни коричневой куртки мальца нигде не увидела. Наверное, решили улизнуть, когда услышали, что о них говорят. И правильно. Нашли, с кем тайнами делиться. Соловир не шибко умный, еще и языкатый, как уличная торговка.

– В ногу! – выдохнул менестрель. Кое-кто из толпы разочарованно заворчал.

– В ногу? – прищурился Идан. – Неужели?

– То есть, в лапу! – исправился Соловир. – У драконов же лапы!

– В какую из четырёх, если не секрет? – поинтересовался охотник.

Я принялась считать шаги до двери. Много ли мне понадобится времени, чтобы дохромать до выхода? Или превратиться прямо здесь и к рыцарям разнести эту корчму?

– Э-э-э… – Менестрель в растерянности обернулся, видно, тоже магов выискивал. – Я не знаю. Не спросил.

– А дальше-то что? – Пышнобедрая разносчица поставила на стол блюдо с жареным поросенком, наклонившись при этом так, что Соловир чуть не угодил носом меж ее грудей.

– А дальше дракон с позором улетел. – Менестрель улыбнулся девушке, потёр руки и взялся за нож. – Угощайтесь, друзья. Я плачу.

Я подавила желание оправдаться – это же надо, так нагло врать! – и приняла у Соловира окорок.

– А деньги откуда?

– Да вот, на днях местному князю пел, Ыгваном зовут. – Менестрель передал охотнику второй окорок. – Он мужик щедрый и в нотах смыслит. Не то, что… эти, – чуть тише добавил музыкант, покосившись на посетителей. – К тому же, я его красавице дочурке приглянулся. Остаться просила. Поди еще заработаю.

– Извини, ты говорил что-то о завтрашнем дне, – напомнил Идан.

– Ах, да! – Соловир хлопнул себя по лбу. – К чему я всё это? А к тому, что ты, мой друг охотник, просто обязан завтра взять меня с собой. Ну, и Ветрань, конечно. Ты же не пропустишь такую потеху? – Он легонько толкнул меня локтем в бок.

– О какой потехе речь? – спросила я.

– Ну дракон же! – Менестрель посмотрел на меня, как на дурочку. – Помнишь, как тогда, он не улетел, пока не обобрал всю округу и местного князя в придачу? Мы с магами всё подсчитали, завтра он точно появится где-то у западных сёл. Я даже догадываюсь где именно. Там есть очень подходящий холмик.

– После того, что с ним случилось? – Я покачала головой. – Вряд ли.

– Вот увидишь, эти твари жадные до золотишка. – Он потер указательный палец большим и обратился к охотнику. – Правду я говорю?

Идан кивнул. Я взяла кружку и отпила немного пива.

Ага. Конечно. Прилетит к ним дракон.

* * *

Всю ночь я глаз не сомкнула: ждала, когда за дверью раздадутся шаги, и он станет ломиться в комнату, чтобы оттяпать мне голову. Не дождалась. Даже утром, когда пришло время собираться, охотника не оказалось в корчме.

– А где Идан? – Я села за стол и взяла из миски пирожок.

– А-а-а, – протянул Соловир, тихо наигрывая на гитаре. – Еще с петухами уехал. Но ты не беспокойся. Твой друг сказал, что встретит нас на месте.

Неужели охотник не догадался? А смотрел так подозрительно…

– Он мне не друг, – проворчала я.

Менестрель в последний раз прошелся пальцами по струнам и спрятал гитару в дорожный мешок.

– В любом случае, мы не можем пропустить всё веселье. – Соловир поднялся, отвесил немногочисленным слушателям поклон и послал воздушный поцелуй разносчицам. – Так и вижу: бесстрашные маги, охотник и менестрель… – он покосился на меня, – … два менестреля сразили ужасное огнедышащее чудовище и спасли славный город Асхат, нет, всё Лесогорье! О нас сложат легенды! А лучше я сам напишу. Баллада о герое Соловире, храбром и красивом, и его друзьях!

Я покачала головой – тоже мне нашелся, храбрый и красивый, – и надкусила пирожок. Менестрель потянул меня из-за стола за рукав:

– Пойдем. Такое впечатление, что тебе совсем не интересно посмотреть на дракона.

Вот ведь прицепился…

– Я же вам сказала, никакого дракона не будет. Вот увидишь. Только зря время потеряем.

Соловир насупился:

– Ставлю десять золотых, что он прилетит.

Ха! Я с куда большим интересом уставилась на музыканта:

– Сорок, что нет.

Менестрель закашлялся, пощупал кошель.

– Пусть будет сорок.

Мы скрепили спор рукопожатием, и Соловир пошагал к выходу.

– Я тебе потом всё расскажу.

– Э, нет уж. – Я затолкала остатки пирожка в рот и поспешила за менестрелем. – Пофалуй, пофмотвю, как вафи гефойские планы с твефком пвофалятся.

* * *

Доспех мне в зубы, что это? Я подошла к странной деревянной штуковине, напоминающей катапульту. Идан еще до нашего приезда установил ее на том холме, где по мнению колдунов и менестреля должен был объявиться дракон, то бишь, я.

– Друг мой охотник, что за тёмную вещицу ты соорудил? – Соловир тоже не обошел вниманием диковинку: ходил вокруг нее, рассматривал с разных сторон и щупал. – Она стреляет?

– Да, – ответил рыжий, покосившись на меня. Я ухмыльнулась: даже не мечтай, живодёр.

– А чем? – не отставал менестрель.

Идан подобрал с земли большой клубок верёвок и установил на «катапульту».

– Как занятно. – Соловир присмотрелся к клубку, ткнул пальцем и нахмурился. – Но что это?

– Сеть, – пояснил охотник. – Она развернется в воздухе.

– Зачем сеть? – удивилась я.

– Да, друг мой, зачем? – повторил менестрель. – Ты разве не собираешься убить дракона?

– Сперва я кое-что у нее выясню.

– Ну и нам есть о чем поговорить, – отозвался Корин. Они с сыном стояли в стороне и изучали что-то в своих колдовских книгах. – А потом наш храбрый драконоборец сможет сделать с ней всё, что пожелает.

Я одарила седого недружелюбным взглядом, который колдун заслужил, но в силу врожденной человеческой глупости не понял.

На сокровищницу мою нацелились? Ну-ну. Разбежались, мародеры. Сначала поймайте, а там посмотрим, с кого спрос будет.

– Соловир, кто это с тобой? – полюбопытствовал маг.

– А, это подруга – менестрель, как и я. Ой, я что-то вижу! – Соловир уставился вдаль, смотрел он куда-то поверх города. – Летит!

– Ты уверен? – нахмурился Идан, тоже вглядываясь в безоблачное небо.

– Да! – Музыкант заскакал по траве, словно маленький ребенок, которому подарили новую игрушку. – Вот он, дракон!

– Что?! – Я оттолкнула менестреля в сторону и приложила ладонь ко лбу, чтобы солнечный свет не слепил глаза. – Не может быть!

Вопреки здравому смыслу, на синем фоне сперва прорисовались очертания перепончатых крыльев и длинного хвоста, а затем я рассмотрела и всего дракона. Какого рыцаря ему тут надо?

– А вдруг это птица? – предположил сын колдуна.

– Нет, присмотрись получше, – нахмурился Корин. – Это дракон.

– Запускай свою штуку! – Соловир бросился к «катапульте». – Быстрее! Быстрее, говорю!

– Рано еще. – Идан оттеснил перевозбудившегося менестреля подальше от механизма. – Он слишком высоко. Давайте отойдем к лесу, чтобы нас не заметили раньше времени.

– Здравая мысль, – кивнул седой.

Как только мы скрылись под сенью деревьев, Соловир протянул мне руку.

– Чего тебе? – Я покосилась на его раскрытую ладонь.

– Деньги давай. Я выиграл.

– Что выиграл?

– Спор, – прошипел менестрель. – Дракон прилетел? Прилетел. Плати.

– А чтоб тебя… – Я отвязала кошель, взвесила на ладони, хотя этого и не требовалось – я точно знала, сколько там денег, и, скрежеща зубами, передала Соловиру. Не заявлять же во всеуслышание, что это вовсе не тот дракон, о котором мы спорили.

Тем временем мой таинственный собрат немного снизился, описал небольшой полукруг, пролетая над холмом, и направился обратно в сторону города.

– Какого… – прищурился Идан.

– …рыцаря? – выдохнула я.

Мы с охотником переглянулись.

– Чего это он? – удивился менестрель. – А как же золото и похищение девиц?

Корин захлопнул книгу, отдал сыну и вышел на открытое место. Мы последовали за ним.

– Это был не наш дракон, – пояснил колдун, провожая взглядом улетающее недоразумение.

– Как? Их что, двое? Может, догоним? – Соловир побежал к своей серой лошадке, на которой мы сюда приехали.

– Ты уверен, что это другой дракон? – спросил у колдуна охотник.

– Да. Тот был серый, а этот – зеленый.

Менестрель отвязал поводья от ветки и взобрался в седло:

– Ветрань, ты едешь?

– Скажи, – продолжил спрашивать Идан, – это правда, что вчера ты ранил дракона?

– Это сделал мой сын, – ответил седой.

Юнец гордо вздернул подбородок. Я попятилась к Соловиру:

– Да, еду.

– Отлично, – заулыбался менестрель. – Хоть кому-то здесь не важно, какого цвета чудовище!

– И куда именно был ранен дракон? – Идан задал тот вопрос, которого я больше всего опасалась.

– Я насквозь проткнул ему стопу! – ухмыляясь, объявил мальчишка и похлопал себя по правой ноге. – Вот эту вот лапу.

– Правую заднюю, неуч, – устало проворчал Корин.

Охотник обернулся, увидел, как я убегаю, и бросился следом.

Менестрель протянул мне руку, я не раздумывая схватилась за нее и что есть силы потянула его вниз, с лошади.

– Эй, ты что?! С ума сошла?! – простонал Соловир, потирая ушибленный бок.

– Извини, но я поеду сама.

Превратиться прямо здесь я не могла: у охотника была наготове его рыцарева «катапульта». Слишком рискованно.

Я забралась в седло и ударила лошадь пятками по бокам. Кобыла неуверенно подалась вперед, затрусила, и, в конце концов, получив очередной тычок, перешла на галоп.

Позади что-то подозрительно затрещало, послышался грохот, а за ним – нечто напоминающее свист. Надо мной нависла тень странной формы. Я глянула вверх. Он что, совсем рехнулся?

Сеть развернулась, словно крылья диковинной птицы, и накрыла меня вместе с лошадью. Кобыла споткнулась, запуталась в веревках, и мы рухнули посреди тропы, чудом не покатившись вниз по склону.

– Что происходит? – донесся далекий возглас Соловира.

– Это она, – ответил ему охотник.

– Кто? – До менестреля явно еще не дошло, что я и есть тот самый дракон. И до магов, по всей видимости, тоже, раз меня еще не удавило поводьями.

Я выбралась из-под лошади, достала нож и принялась резать веревки. Никогда не знаешь, когда, казалось бы, никчемная железяка да пригодится. Ячейки были крупными, рассчитанными на дракона, не на человека, поэтому достаточно было перерезать только в двух местах – и я освободилась.

– По коням! Быстрее! – Идан вскочил на спину соловой.

Бежать смысла не было: рано или поздно всё равно догонят. Поэтому я сняла ножны, выпутала из кучи седельных сумок ту, в которую утром положила свою лиру, и зажала ремни в зубах.

Стук копыт приблизился. Выдох… и одежда рваными клочьями сползла по чешуе.

– Стоять! – закричал охотник. – Назад!

Правильно, бегите убогие людишки. Я ударила хвостом, не попала, но соловая в испуге попятилась, столкнувшись с гнедой клячей колдуна. Эх, жаль, из седла седой не вывалился, зато если и пытался колдовать, то заклинание точно запорол.

Несколько мощных взмахов крыльями, и земля отдалилась.

– Уходит! – Менестрель едва поспевал за всадниками на своих двоих. – Уходит! Сделайте же что-нибудь! Эх… Ну всё, улетела…

Хех, тоже мне, великие охотники. Я пыхнула дымом им на прощание и стала подниматься еще выше, за облака, туда, где меня уже никто не догонит… даже колдун.

Глава 2

– Вон он, вон! Сюда, господа рыцари, быстрее!

А? Что? Я сморгнула остатки сна и подняла голову. По полю, рассекая золотые колосья пшеницы, точно воду, мчался десяток закованных в сверкающие латы всадников. Возглавлял их какой-то босяк, видимо, из местных крестьян.

– Вон он где засел! – Крестьянин указал пальцем в мою сторону и натянул поводья. Подъезжать ближе он не собирался.

Наверное, заночевать под самым городом было не лучшей идеей, но таким образом я одним махом хвоста пристукнула двоих рыцарей: о себе заявила и деньги на ночлеге сэкономила. Впрочем, у меня их и не было.

– Приготовиться! – гулким басом заорал предводитель, направляя на меня копьё. Остальные последовали его примеру.

Я потянулась, зевнула и стала на четыре лапы, возвысившись над людьми подобно горе.

Кони тревожно заржали, сбавляя темп. Я довольно ухмыльнулась. Ну, то есть оскалилась.

– Держать строй!

Облако дыма пронеслось над полированными шлемами, грозный рык заставил колосья прижаться к земле, а лошадей – испуганно попятиться.

Рыцарь поднялся в стременах, метнул копье. Я без труда увернулась и раскрыла пасть, приглашая его заехать на завтрак. Не то место он выбрал для сражения. На открытом пространстве я и двадцать таких умельцев как семечки перещелкаю.

Его белый конь встал на дыбы, забил в воздухе копытами! Рыцарь высвободил меч из ножен и приказал:

– В атаку!

На меня посыпался дождь из копий. Я обиженно захлопнула пасть – не хочет, не надо – и отряхнулась. Железные наконечники лишь слегка оцарапали чешую.

Издав боевой клич, больше походящий на обыкновенные испуганные вопли, рыцари повыдергивали мечи из ножен и бросились вперед. Самоубийцы.

Я припала к земле и огнем прочертила перед собой полукруг. Спелая пшеница моментально загорелась, стеной пламени разделяя меня и рыцарей.

– Не отступать! Всем вперед! – послышался крик предводителя.

Я дождалась, когда эти безумцы перемахнут через огонь, вынырнула из дыма и аккуратно прихватила зубами первого попавшегося рыцаря.

Жертва заорала, затрепыхалась, точно овца в предсмертной агонии. Я фыркнула и, не обращая внимания на тщетные попытки достать меня мечом, расправила крылья и взмыла в небо.

* * *

Я пролетела над городом, выбрала другое поле неподалеку и выплюнула пленника. Бэ-э… Никогда не любила кисловатый привкус железа.

Завидев дракона, работавшие в поле крестьяне мигом побросали серпы и косы и кинулись наутек. Я не возражала.

Рыцарь упал ничком и остался лежать без движения. Ну вот. Еще не хватало, чтобы совсем от страха шпоры откинул. Лень ведь за новым лететь. Я перевернула его на спину, сковырнула когтем шлем и ткнулась кончиком носа в щеку. Вроде бы теплый и дышит. Плюнуть в него, что ли?

Рыцарь зашевелился, спасшись от внепланового купания, и застонал. Я прилегла рядышком, дунула ему в лицо, бледное и такое юное, обрамленное каштановыми кудряшками. И куда ж тебя, дитятко, да на дракона понесло?

Парень закашлялся и приоткрыл глаза.

– Доброе утро. – Я показала ряд острых зубов.

Первые несколько мгновений рыцарь просто ошалело таращился на меня, потом заверещал так, будто я его уже пережевывала, и стал шарить по траве руками в поисках меча.

– Он выпал во время полета, – пояснила я и гаденько ухмыльнулась. – Когда ты потерял сознание.

– Дра… драконы не умеют говорить, – проблеял пленник.

– Еще как умеют. – Я опустила голову пониже, чтобы рыцаренок быстрее проникся. – Просто мы предпочитаем не разводить бесед с едой.

На самом-то деле драконьи связки плохо приспособлены к человеческой речи, и говорить из-за этого довольно тяжело, вот и не говорим. Почти. А между собой, так вообще, мысленно общаемся.

– А-а-а! Изыди, слуга Темного! – Парень нащупал свой шлем, подобрал его и швырнул мне в голову.

Да что это за напасть? Железка звякнула, врезавшись мне в лоб, скатилась вниз по морде и упала в траву у ног рыцаря.

Я окатила его облаком дыма и зарычала, намекая, что кидать в дракона чем попало не только бесполезно, но еще и опасно для жизни.

– Ты… ты подавишься! – попытался угрожать пленник.

– Вот еще, – фыркнула я. – Не стану я тебя есть. Несварения мне еще не хватало.

– Тогда че… чего тебе надо?

– Детей. Ты такой симпатичный.

– Что-о-о?

– Ничего. Рот захлопни.

Рыцарь послушно подтянул отвисшую челюсть.

– Мне нужен мешок, – начала объяснять я. – И большой. Понял?

– Да. Н-но зачем?

– Затем, что в него твой господин, или кто у вас здесь главный, положит настолько много золота, насколько желает, чтобы я убралась с его земли. А если вы мне до вечера не заплатите… – Я провела когтем поперек своей шеи. – Ясно?

Он несколько раз кивнул.

– Тогда кыш отсюда.

Рыцарь поднялся, буркнул что-то благодарственное и с такой прытью поскакал по полю, что еще очень долго слышалось, как грохочут его латы.

* * *

Золотой солнечный диск медленно, но уверенно катился к вершине неба. Еще чуть-чуть, и перевалит за полдень. Я положила голову на скрещенные лапы и вздохнула. Похоже, рыцари передумали нести деньги и решили взять меня измором. Сволочи.

Тоскливо заурчал желудок. Полетать, что ли, по округе, овец поискать? Должны же их где-нибудь здесь пасти. Я поднялась, осмотрелась – рыцарями и не пахло. А вон та деревушка вроде бы ничего. Не овца, так коза какая-нибудь сыщется.

Я расправила крылья, готовясь взлететь, но так и осталась стоять на том же месте, посреди поля. Странно… Кости отяжелели – не поднять, точно каменные. Крылья потянуло к земле, перед глазами поплыли цветные круги, запахло чем-то мерзким, похожим на тухлые яйца, и в ушах загудело так, что казалось, голову вот-вот разорвет от переполняющего ее шума.

Что, рыцарь подери, со мной происходит? Я попыталась шагнуть, но лапы подкосились, нос, точно плугом, проредил колосья, и всё утонуло в зловонии…

* * *

Вода катилась вниз по камням, врезалась в озерную гладь, волновала ее и рассыпалась тысячами капель, сверкающих на солнце, как адаманты.

Я ждала, сидя на округлом валуне почти под самым водопадом. Точно так же, как и вчера, как позавчера, вечно… Казалось, мое ожидание не закончится никогда, но я всё равно не переставала верить и ждала.

Он сказал, что встретит меня здесь. Но не пришел. Наверное, что-то случилось. Я точно знала, что случилось что-то страшное, и всё равно ждала. Глупая… одинокая…

– Ветрань…

Сердце пропустило удар. Я медленно обернулась, страшась спугнуть видение.

Он стоял совсем рядом, окутанный ореолом из сияющих капель, и улыбался. Так беззаботно, словно мы расстались всего лишь мгновение назад.

– Тириэл?

– Тшшш… – Он прижал указательный палец к губам. – Прислушайся. Слышишь?

Что-то настойчиво грохотало. Вода? Колесо повозки на каменистой дороге? Сердце в груди? Или кровь в висках?

Нет, всё не то… Звук глухой и далекий.

Я приоткрыла глаза. Пшеница… колышется на ветру и шелестит, словно золотое море. И солнце слепит глаза. Полдень? Нет, немного позже. Когда я успела заснуть?

И что за шум?

Надо было подняться и посмотреть, но я могла только лежать на боку и слушать нестройный грохот, разносящийся по земле.

Горло пересохло, во рту ощущался гнилостный привкус, будто я какой-то падали наелась. Только я вообще не успела поесть. И упала. От голода? Вряд ли… Драконы не падают в голодные обмороки. Драконы – нет, а люди?

Я поднесла руку к лицу. Человеческая… Почему? Когда? Зачем, в конце концов? Ничего не понимаю…

Грохот усилился. Земля задрожала куда отчетливей. Ну точно! Это же стук копыт! А значит, сюда едут… едут рыцари! И везут мое золото!

Я села. Не знаю, как у меня получилось (наверное, в деньгах куда больше силы, чем думают люди), но я сидела и чувствовала, что могу даже встать, а то и полететь.

Правда, лететь никуда не надо было. Надо было просто превратиться и дождаться вожделенного золота.

Вот только…

…превратиться почему-то не получалось.

* * *

Четверо сверкающих латами рыцарей выехали на поляну, остановили таких же бронированных, как и сами хозяева, коней и стали осматриваться. Тяжелые перекидные сумки так и притягивали взгляд. Вот они где, мои денежки. Так близко и так далеко…

– Светлого дня, – поздоровался предводитель.

Я подавила горестный стон и улыбнулась. Пугало, на которое я опиралась спиной, приветственно колыхнуло соломенной башкой. Если бы не оно, сидеть мне голой. Ведь из вещей всего-то и осталось, что лира да нож. Обзавестись новой одеждой еще не успела, да и повода не было.

– Светлого дня, господа рыцари. – Пальцы привычно скользнули по струнам, извлекая чистый мелодичный звук. – Тоже за драконом приехали?

– За ним. – Предводитель снял шлем, демонстрируя загорелое лицо, испещренное глубокими морщинами. Однако старым он вовсе не выглядел: голову обрамляли темные коротко стриженые волосы, квадратный подбородок покрывала не менее темная щетина, а глубоко посаженные карие глаза рассматривали меня внимательно и с живым интересом. Хотя последнее, скорее всего, было заслугой наряда. – Не видала, девица?

– Не девица, а извольте – менестрель.

– Прошу меня извинить, госпожа менестрель, – склонил голову рыцарь. – Так не видели дракона?

– Не видела. – Я поднялась, зажала лиру под мышкой. – Обманули вас, господа рыцари. Нет тут никакого дракона. И даже не пахло. Вот уже полдня сижу, так и не прилетал.

– Может, поле не то? – прогундосил другой рыцарь.

– Нет. Это, – отозвался третий. По звонкому голосу я узнала того самого парня, которого похитила утром. – Я что, по-вашему, совсем дурак? Тут он был. Точнее, она. А там, где колосья примяты, она лежала.

– Ну и где же эта дракониха? – Второй тоже снял шлем, и его светлые волосы рассыпались по плечам. Этот был чуть старше мальчишки и чуть моложе предводителя. Его даже можно было бы назвать привлекательным, если бы не свернутый на бок нос, еще до увечья отличавшийся немаленькими размерами. – Зря мы, что ли, ей дань везли?

Хотелось заметить, что не зря, а слишком долго, но я благоразумно промолчала.

– Наверное, ее кто-то оприходовал, – выдал последний.

– Тела нет, – покачал головой предводитель. – Точно вам говорю, сама улетела. Не понятно только, почему.

– Может, проедемся по округе, крестьян поспрашиваем, вдруг кто что видел, – предложил гундосый.

– А зачем? – Мальчишка поднял забрало. – Нет дракона, и хорошо. Какая разница, почему он улетел. Главное – и золото сберегли, и люди целы.

– Пожалуй, ты прав, – почесал бороду предводитель. – Улетел так улетел. Возвращаемся. – Он водрузил шлем на луку седла и стал разворачивать коня.

– Господа рыцари, погодите. – Я поравнялась с белым жеребцом предводителя. То, что со мной случилось, требовало самое меньшее объяснения. А так как сама я ничего понять не могла, нужно было отыскать того, кто сможет. – Возьмите с собой до города, а я вам спою, чтобы скрасить дорогу.

– А что? – ухмыльнулся белобрысый. – Почему бы и не взять менестреля, да еще такого прехорошенького.

– Добро, – кивнул предводитель и протянул мне руку. – Садись.

– Эй, Миржа, – позвал четвертый рыцарь и указал на запад. – Летит что-то. Не дракон ли?

– И правда, – прищурился мальчишка. – На дракона похоже.

– Всем ждать, – приказал старший, отпуская мою руку. – Придется, госпожа менестрель, с отъездом слегка повременить.

– Да ничего… – Я обернулась, вгляделась в затянутое редкими перистыми облаками небо, на фоне которого маячил крылатый силуэт. Рыцаренок оказался прав, к нам действительно приближался дракон. И не какой-нибудь, а тот самый, зеленый, что кружил над Асхатом.

– Что-то больно высоко летит, – заметил гундосый.

Ветер пригладил колосья, взволнованно зафыркали лошади, по полю скользнула большая крылатая тень, на мгновение накрыла нас и унеслась в сторону города. Снова…

Старший приставил ладонь ко лбу, обернулся, провожая зеленого взглядом.

– Всё, улетел наш дракон, – подытожил четвертый.

– Странно всё это. – Предводитель опустил руку. – Ну да ладно. Видно, на то воля Светлого. Поехали, госпожа менестрель?

– А? Да-да, конечно. – Я рассеянно кивнула.

Рыцарь был прав: это странно и даже очень. Два дракона в одном и том же месте в одно и то же время просто не могут встретиться случайно.

И еще это непонятное ощущение, сковавшее меня изнутри и не позволяющее обратиться. Думаю, меня заколдовали, но… разве это возможно?

* * *

Крупный город на юго-западе Лесогорья, куда любезно подвезли меня рыцари, звался Карагом. Гундосый всю дорогу трепался о здешних яблоках, отменном эле и прочей ерунде, которая мало меня интересовала. Думала я совсем о другом.

В первую очередь мне надо было разыскать травника. Само собой, никакие зелья и эликсиры меня не спасут, но после того, как первый и последний в Лесогорье институт магии взлетел в воздух, то бишь, рассеялся на множество частиц в результате какого-то неудачного эксперимента, лавка травника стала единственным местом, где в наше время еще можно было найти человека способного разобраться в моей проблеме. То есть, колдуна.

Конечно, на своем веку я повидала немало магов и могла бы обратиться к любому из них. Но кто поручится, что старые знакомые не захотят воспользоваться подвернувшейся возможностью спустить с меня шкуру?

Нет, мне нужен был совершенно новый маг, незнакомый и, желательно, сговорчивый.

– Кхе-хем, господа рыцари, не подскажете ли, где здесь травника хорошего найти? – Я незаметно отщипнула петельку перекидной сумки. За сговорчивость, как водится, придется чем-то платить. Так почему бы не собственным золотом?

– Травника? – хмыкнул предводитель, ничего не заметив. – Да есть тут, и не один. Но, как по мне, так лучше наведаться к хорошему лекарю. У вас, госпожа менестрель, болит что?

– Болит, да не болит, – туманно ответила я, просовывая руку внутрь сумки. Раз монетка, два монетка, три… – Так как насчет травника?

– М-м-м… Бурин-зельевар, – вспомнил имя гундосый. – Тут недалеко.

– Что? – возмутился четвертый рыцарь: шлем он в конце концов снял, явив неприятное бородавчатое лицо. Лучше бы не снимал. – Бурин? Да у этого шарлатана ни одна мазь желаемого эффекта не дает. То сыпью покроешься, то волдырями… Бррр!

– Еще и вонючие они, – добавил Миржа. – Лучше у Ракена покупать, который рядом с пристанью живет.

– Ракена? – Гундосый широко улыбнулся. – Ну если у госпожи менестреля какая любовная хворь, тогда у Ракена. Кстати, а ты-то его откуда знаешь?

Мальчишка густо покраснел, чем вызвал всеобщий приступ хохота. А я не преминула воспользоваться моментом, чтобы спустить награбленное золото в рукав, и полезла за второй порцией.

– «Волшебные травы и снадобья по старинным эльфийским рецептам», – отсмеявшись, посоветовал старший. – Лучше в городе не найти. Только…

– Что? – не удержалась я от наводящего вопроса и, словив на себе хитрый взгляд гундосого, почесала якобы зачесавшуюся ногу.

– Поговаривают, что хозяин колдун, – продолжил старший. – Магией свои эликсиры приправляет. Но если чародейства всякого не страшитесь, тогда и правда лучше не найти.

Колдун, значит? То, что надо. Я придержала отяжелевший рукав и снова почесалась. Так, на всякий случай.

– А зовут его как?

– Харамуртом.

* * *

Распрощавшись с рыцарями и проводив тоскливым взглядом мешки с золотом, я толкнула дверь под незатейливой вывеской, изображающей пучок травы, и вошла в маленькое затемненное помещение. У заставленного всякими баночками, пузырьками и прочими склянками прилавка стояла миловидная белокурая девушка и методично что-то толкла в ступке.

– Ой! – Девушка застыла с пестиком в руке. Ее большие голубые глаза широко распахнулись, а пухлые губки сложились буквой «о». Если бы я никогда раньше не видела эльфов, подумала бы, что она одна из них. Вот только эльфы сейчас большая редкость: почти вымерли. Но задумано хорошо. Люди, наверное, так и валят за эликсирами «по старинным эльфийским рецептам».

– Прошу прощения. – Девушка отложила ступку и натянуто улыбнулась. – Чем могу помочь?

Похоже, крестьянин, который одевал пугало, знал, что делает. Не шарахались от меня разве что рыцари. Придется в срочном порядке украсть какой-нибудь приличной одежды. Хотя, лучше бы не пришлось…

Я высмотрела пустое место на прилавке и оперлась на него локтем:

– Мне нужен Харамурт. Он здесь?

Девушка мельком покосилась на темную занавесь, явно что-то за собой скрывающую, и снова улыбнулась, на этот раз совсем уж неестественно.

– Хозяин отдыхает. Что ему передать?

– Передай, чтобы шел сюда. – Я взяла один из пузырьков, повертела в пальцах. На этикетке значилось «от бессонницы». – Разговор есть.

– Но он просил его не беспокоить, – заволновалась помощница травника. – Приходите к вечеру. У вас, наверное, есть и другие дела.

– Ничего, подождут. – Я спрятала пузырек в карман и принялась рассматривать мази. От синяков, от чирьев, от геморроя… Фу, это точно не пригодится.

– Пусть зайдет, Иглавира, – послышался бархатистый мужской голос.

– Что? Сейчас, хозяин. – Девушка нехотя пропустила меня за прилавок и приподняла занавесь. – Прошу.

В отличие от таинственного полумрака, царящего в лавке, комнатку травника заливал яркий дневной свет. За столом у большого открытого окна сидел молодой и довольно привлекательный мужчина. Его длинные черные волосы слегка трепал ветер, на бледной коже играли солнечные зайчики.

Он захлопнул книгу, которую читал до моего прихода, и посмотрел на меня желто-зелеными кошачьими глазами. У людей таких не бывает.

– Светлого дня, незваная гостья. Я – Харамурт. По какому вопросу меня искала?

– По личному.

– По личному? – Травник прищурился, вглядываясь в моё лицо, затем посмотрел на живот. – Что-то не припомню, что бы мы…

– Э-э-э, нет-нет. – Я протестующе замахала руками. – Мы не знакомы и прежде никогда не виделись.

– А, прости. – Он едва заметно выдохнул и улыбнулся. – Тогда в чем дело?

Если бы я только знала, как ответить. Вдруг, если сразу скажу правду, он прямо тут меня и прихлопнет? А если не скажу, тогда как он поймет, что надо делать? Р-рыцарь подери…

Я принялась расхаживать взад-вперед по комнате, нервно теребя рукоять ножа и разглядывая стены в поисках верного решения. Тут тоже был проход с темной занавесью, наверное, в спальню, а еще повсюду висели пучки трав, какие-то мешочки на веревочках и камушки на цепочках. Видимо, амулеты.

Один из них привлек мое внимание. Хм… Я сняла с гвоздя черную с рыжими прожилками монетку на золотой нитке.

– Что это?

– Лавовый камень, – ответил травник.

– И для чего он?

– Оберег от огня.

– Да ну? – Я поднесла амулет к глазам: камень как камень, разве что теплый на ощупь. – И работает?

– У меня всё работает, – улыбнулся Харамурт. – Повесь, пожалуйста, на место. Это очень дорогая вещь.

Я немного поколебалась (дорогие вещи всегда мне нравились), но всё-таки рассудила, что оберег от огня дракону ни к чему. Мою чешую и без него никаким пламенем не прожечь.

– В общем… – Я повесила амулет обратно на гвоздь и пристально всмотрелась в хозяина лавки. – Я знаю, кто ты такой.

Он безразлично пожал плечами:

– Да полгорода знает, кто я такой, а вторая половина – догадывается.

– Ладно, – вздохнула я. Шантажировать не получится. А как насчет подкупа? – Допустим, мне нужна твоя помощь. Во сколько это обойдется?

– Зависит от того, что надо.

Я, наконец, решилась. Отодвинула кресло, стоявшее напротив хозяйского стола, и села.

– В общем, со мной что-то не так. – Как сказать, чтобы и понял, и не понял? – Не думаю, что заболела. Это вообще маловероятно. Похоже, меня заколдовали.

Травник отложил книгу и сцепил пальцы в замок. Взгляд стал куда более внимательным.

– А в чем выражается это самое «не так»?

– Ну… – Я нервно поерзала на сидении. – Допустим, я – это не только я, а еще кто-то. Мы отлично сосуществуем вместе и являемся одним целым. Но теперь этот кто-то словно заперт внутри меня.

Харамурт приподнял бровь:

– Есть одно место, где лечат подобные заболевания.

Я провела ладонью по лицу, силясь стереть усталость и раздражение.

– Я не сумасшедшая.

– Все вы так говорите.

– Послушай, ты, – прошипела я, невольно поднимаясь. – С моей головой всё хорошо, но если ты и дальше будешь умничать, с твоей точно что-нибудь приключится.

Он посмотрел на меня снизу вверх, без страха, скорее даже с вызовом:

– Меня не испугать каким-то ножичком.

– А меня – колдовскими штучками. – На что я всё еще очень надеюсь.

Занавесь у меня за спиной шелохнулась.

– Хозяин? – В комнатку вошла Иглавира. Я ее не видела, но кто еще это мог быть? – У вас всё хорошо? Может, трав заварить?

Травник прекратил буравить меня взглядом и посмотрел на помощницу:

– Всё в порядке, милая. Да, ромашковый отвар будет в самый раз. И покрепче.

– Хорошо. – Девушка послушно вернулась в лавку, не преминув перед уходом – я это затылком почувствовала – одарить меня отнюдь не дружелюбным взглядом.

– Давай начнем с начала, – предложил Харамурт, откидываясь на спинку кресла. – Почему ты думаешь, что тебя заколдовали?

Я выдохнула, отпустила стол и выпрямилась:

– Не могу превратиться. Кто-то или что-то отняло у меня эту возможность.

– В кого превратиться? – нахмурился травник.

– В себя, – устало проворчала я.

Он покосился на мой нож. Наверное, подумал, что я оборотень. В некотором роде так оно и было, но с одним значительным отличием: я родилась драконом, а не человеком. К тому же мне не нужен был особый предмет, чтобы менять форму.

– О-о-о, – протянул Харамурт, удивленно вздёрнув угловатые черные брови. – Это ты прилетела ночью, я прав? – Травник поднялся, обошел стол. Я предусмотрительно попятилась.

С одной стороны, хорошо, что он догадался, будет проще объяснять, с другой – он всё-таки колдун. А колдунам верить нельзя.

– Не беспокойся, мне не нужны твои зубы: я не занимаюсь тёмным колдовством. – Он протянул руку к моему лицу, я увернулась.

– Но если ты хочешь, чтобы я помог, – нахмурился травник, – мне придется посмотреть на тебя поближе.

Рыцарь подери…

– Ладно. – Я прекратила вертеться и позволила ему коснуться моей щеки. Он заглянул мне в глаза, чуть оттянув нижнее веко. Ощупал шею, приложил ладонь ко лбу.

– Выглядишь здоровой.

– Я не болею. И обычно меня не берет никакая магия.

– Хм… – Травник убрал от меня руки и шагнул назад, к столу, позволив мне, наконец, вдохнуть свободно. – Значит, магия была необычная. Ты уверена, что не можешь превратиться?

– Конечно, уверена!

Еще бы! Как мне не быть уверенной? Если бы я могла превратиться, я бы сейчас летела отсюда с кучей золота в лапах.

Харамурт сложил руки на груди и оперся на стол. Выглядел маг озадаченным, что не могло не пугать.

– Я почти уверен, что драконов не берет направленная непосредственно на них магия. Но если дело всё-таки в магии, тогда это может быть только проклятием.

– Проклятие? – моргнула я. – Но разве от проклятий не становятся увечными, больными или просто чудовищами?

– Ну да. Так и есть. Но ты дракон, и, скорее всего, в твоем случае это как если бы обычного человека или оборотня заключили в теле зверя. Только наоборот.

Входная дверь скрипнула, и в лавку кто-то вошел. Я слышала тяжелые шаги. Наверняка, это был мужчина, и не маленький.

– Светлого дня, – поздоровалась Иглавира. – Чем могу помочь?

– Да тут такое дело…

Проклятие? Разве это возможно? Ну, то есть, я же дракон…

– Как? – только и смогла выдохнуть я.

– Дай подумать. – Травник обхватил пальцами подбородок. – Тебя могли опоить чем-то, или ты завладела проклятым предметом. Знаешь, проклятие – такая гадость, которая пролезет где угодно, а ты и не заметишь.

Я села в кресло, подперла кулаком щеку. Опоить меня вряд ли могли. Я со вчерашнего дня ничего не пила и не ела. Да и вещей чужих не трогала. Разве что кошель с деньгами, но не кошельком же меня прокляли.

– А обязательно должен быть какой-то предмет?

Между бровями травника пролегла вертикальная морщинка. Он потер пальцами переносицу:

– Нет. Можно заклинать по образу, на личную вещь, а лучше всего – на крови или волосах. Так как ты дракон, то вероятнее всего использовали один из последних вариантов. Думаешь, почему маги так жаждут получить хоть малую частичку драконьего тела. Такой ингредиент, добавленный в зелье или используемый с заклинанием, усиливает его мощь в сотни раз. Но, если честно, представить не могу, кто мог на подобное решиться. В Лесогорье за темное колдовство карают сме…

– Кровь, говоришь? – перебила я. – И много надо?

– Нет, – покачал головой Харамурт. – Достаточно нескольких капель.

– Рыцарь подери!

– И как это случилось? – деловито поинтересовался травник.

– Малолетний недоносок порезал мне лапу заговоренным ножом! – Я вскочила и принялась с рыком наматывать круги по комнате. – Убью! Точно убью!

– Боюсь, это не лучшее решение. Если тебя действительно прокляли, то снять проклятие может только тот, кто его наложил.

– Чего-о-о? – Я остановилась и уставилась на мага. Тот развел руками в ответ. – Хочешь сказать, что это… этот… о-о-о… Но зачем?!

Харамурт пожал плечами.

– Рыцарь подери… – Я шагнула к шторке, замерла, обернулась. – А ты? Ты можешь снять это проклятие? Я хорошо заплачу. Ты же знаешь.

Он покачал головой.

– Я бы с удовольствием, да не могу. Извини. Лучше отыщи того мага, который это сделал. Он явно хотел привлечь твое внимание.

И у него получилось.

– Что ж, спасибо и на этом.

– Не за что, – кивнул Харамурт. – Только не убивай.

– Помню… – Сначала расколдует, а потом убью.

Я развернулась и чуть не налетела на помощницу травника. Девушка вздрогнула, снова став похожей на эльфийку. На подносе звякнули стаканы.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.