Юлия Ускова
Стефания

Незваный гость

Резкий звонок в дверь вырвал меня из столь желанных объятий сна. Я потянулся, перевернулся на другой бок и снова погрузился в сладкую дремоту. Снова звонок. Ну, разве можно быть такими надоедливыми? Кто бы ты ни был, стоящий за дверью, какой бы настырностью ты не обладал, но мою силу воли тебе не преодолеть! Опять звонок. Странная вещь. Когда я несколько лет назад покупал этот маленький аппаратик, его звук казался мне весьма забавным. Теперь же я ненавидел свой звонок, так же как и звонящего сейчас человека. Если это, конечно, человек! По тому, как он беспрерывно нажимает на звонок, я сказал бы, что это скорее исчадие ада. Снова раздражающий звук наполнил мой дом. Да, сколько, вообще, времени!

Я тяжело поднял голову с кровати и посмотрел на часы, висящие на противоположной стене. Восемь утра. Что за несправедливость! Кто может терзать звонок моего дома в такую рань. Да, еще и в законный выходной!

Я мысленно проклял человека, стоящего за дверью, и закрыл уши подушкой. Снова резкий звук полосонул мои и без того чувствительные нервы.

Не выдержав более, я соскочил с кровати и, забыв даже накинуть халат, побежал к двери. И если бы за ней стоял кто-нибудь другой ему бы точно не поздоровилось.

Рывком открыв дверь, я тупо уставился на незваного гостя. А если быть точнее, на гостью. Она немного испуганно оглядела меня и покраснела. Медленно, очень медленно, ко мне возвращалась способность соображать, но одна мысль пришла ко мне быстрее других. И эта мысль была: «нет, халат все-таки стоило накинуть».

Но теперь уже терять было нечего.

– Вы что-то хотели?

Я постарался начать разговор как можно более вежливо. Гостья продолжала недоумевающе смотреть на меня.

– Может быть, вы зайдете?

Я начинал терять свое и без того не ангельское терпение. Еще не много и я захлопну дверь прямо перед ее лицом. И пусть стоит на пороге столько, сколько ей вздумается!

Но не вышло. Как будто догадавшись о моих намерениях, она вдруг затараторила:

– Пожалуйста, поймите меня правильно, я не хотела вам мешать, но это важно, очень важно, простите меня…

– Стоп! – прервал я безумный поток ее слов. Вчера был очень хороший и многоалкогольный вечер, так что сейчас слушать бессмысленные речи мне совсем не хотелось. Она снова посмотрела на меня испуганными глазами. Мне даже показалось, что она сейчас заплачет. Господи, зачем ты создал женские слезы! Что тут поделаешь? Я завел ее в гостиную и посадил на диван. Она молчала, уставившись в пол. Накинув халат и, взяв из холодильника две бутылки пива, я сел рядом с ней. Что может быть лучше холодного пива на утро после шумной гулянки? Я приложил одну бутылку ко лбу – стало не много легче. Вторую протянул ей. Вы бы только видели, как она на меня посмотрела! Ну что же, мне больше достанется. Одним глотком я выпил половину бутылки, и когда счастье растеклось по всему организму, сказал:

– Теперь рассказывай, – и, сразу спохватившись, добавил: – Только сразу по делу.

Она глубоко вдохнула и принялась говорить. Теперь она не тараторила, а, напротив, произносила слова медленно и очень отчетливо.

– Мне очень нужна помощь.

Девушка сделала особое ударение на слово «очень».

– Не, не, не. Кредиты я не выдаю, – тут же прервал я.

Она даже не обратила внимания на мой сарказм.

– Я должна сделать одно дело, но в одиночку не справлюсь.

– И ты, наверное, рассчитываешь, что я тебе стану помогать.

– Уже месяц я за вами наблюдаю и думаю, что вы мне подходите. Но чтобы узнать это наверняка, вы должны пойти со мной к ворожее. Только она сможет точно сказать.

У меня просто челюсть отвисла. Мало того, что она ни свет, ни заря вламывается ко мне домой, а затем сознается, что месяц за мной шпионит, так еще и требует, чтоб я шел с ней к какой-то там ворожее! Я что пустил в дом сумасшедшую? Или… Внезапная догадка поразила меня.

– И не думай, я свою свободу так просто не отдам.

– Что? – удивилась она.

Это удивление было такое искреннее, что я чуть было ей не поверил.

– Ой, вот не надо делать невинные лица! Ну, зачем еще девушка может требовать, чтобы молодой не женатый – я сделал ударение на это слово – мужчина пошел с ней к «ворожее»? Кстати, выбрав вполне удачное время, когда этот мужчина еще не проснулся и поэтому туго соображает.

Она засмеялась, и этот смех мне не очень понравился. От него я почувствовал себя слабоумным. Девушка более не выглядела слабой и напуганной.

– Вы слишком печетесь о своей особе, – сказала она. – Я не собираюсь влюблять вас в себя. Я же сказала, что вы мне должны помочь с делом. А любовная ерунда меня не интересует.

Все-таки я впустил сумасшедшую. Ну, какая женщина в здравом уме откажется от всякой любовной ерунды, как изволила выразиться моя незваная гостья? А тем более, когда я рядом. А я, надо сказать, весьма не дурен. Кстати, я ведь не сказал ничего про себя. Во-первых, поблагодарю природу за то, что не обделила. Не жалуюсь ни на отсутствие женского внимания, ни на свои умственные данные. Все в жизни мне как-то доставалось легко, даже играючи. Дом, машина все было, и было в полнейшем порядке. Полно друзей, с которыми можно хорошо посидеть и достаточно выпить. Вот только я, в мои тридцать два года, еще не женился. Но этого делать я и не собираюсь. Мне и так хватает женской ласки. Да и глупо стремиться к однообразию, когда жизнь так многогранна. В общем, тут уж ничего не поделаешь. Я не люблю, чтоб кто-то мной командовал. И, как уже говорил, свободу я так просто не отдам. Кстати, поэтому же я позавчера уволился с работы. А причина? Причина вполне обычная: начальник – придурок, а мои нежнейшие нервы не выдержали. Хотя может мне просто надоело работать. Хочу отдохнуть и отдохнуть так, чтобы помнить об этом очень долго.

Но сейчас не о том. Сейчас меня больше волнует молодая сумасшедшая, сидящая рядом со мной. С виду, правда, и не скажешь, что у нее что-то не в порядке. Она симпатичная. Волосы, вон, какие длинные, черные-черные. А как блестят! Белая нежная кожа. Алые губы слегка поджаты. Стройная фигурка. Платье, какое-то странноватое – длинный до пола серый сарафан, одетый поверх белой свободной рубашки. Но у разных людей разные вкусы. А в целом ей идет, он придает ей особую нежность и трогательность, что ли. И материал ее платья такой легкий и воздушный. Да, она вполне мила.

– Может, хватит уже на меня пялиться! – прервала мои размышления гостья. Она посмотрела на меня таким взглядом, что вся ее нежность и трогательность сразу улетучилась из моей башки.

– Ну, прости, милочка, – я хотел перевести все в шутку, но не вышло.

– Нам некогда рассиживаться, одевайтесь и выходим.

– Я же сказал, что никуда не иду!

Она снова пронзила меня презрительным взглядом. Я подумал, что было бы неплохо узнать о ней и о деле поподробнее, так сказать, познакомиться поближе. Но надолго моя гостья задерживаться не собиралась. Как не собиралась и уходить без добычи. Короче говоря, я даже не понял, как оказался перед раскрытой дверью. Мне, правда, любезно разрешили одеться, но все же оставили без завтрака. Я закрыл дверь своего дома, последний раз взглянул на него и отправился в неизвестность.

Надо сказать, что меня самого подмывало любопытство. И я может быть только ради него дал себя уговорить. Конечно же, я сам дал себя уговорить! А вы, что подумали? Все-таки интересно, кто такая эта девушка. Зачем следила за мной? И, кстати, она до сих пор не представилась.

– Ты не хочешь сказать мне хотя бы свое имя? – спросил я, когда мы вышли за черту города. Она шла очень быстро. Я едва поспевал за ней, хотя обычно все мои знакомые просят меня идти помедленнее. Правда, тут надо отметить, что, не смотря на скорость, походка у девушки была весьма привлекательная. Легкая и воздушная. Она словно грациозно парила, а не шла по земле. Но к разговору девушка оказалась не склонна.

– Стефания, – грубо бросила она, даже не оборачиваясь.

– А я – Олег, – мне хотелось все же завязать беседу. – Куда мы идем?

– Мы идем к ворожее.

Она говорила со мной, как с непонятливым назойливым ребенком. Меня это слегка задело, но я решил не выдавать своей обиды. Мало ли что. Вдруг она из буйных?

– Это я уже понял. Но куда? В какой город?

– Мы идем в лес.

– Лес? Что за город Лес?

Она бросила на меня уничтожающий взгляд, и до меня вдруг дошло.

– Лес! Ты имеешь в виду «лес»? Настоящий лес? С деревьями и кустами?

На мой все нарастающий поток вопросов ответом был лишь едва заметный кивок головы. Лесов в округе своего города я никогда не видел. Мне приходилось однажды слышать, что к юго-востоку есть небольшой лес. Но туда обычно никто не ходит потому, что путь к нему лежит через болото, которое, надо заметить, куда больше того леса. Неужели мы идем туда? Абсурд! Стефания – точно сумасшедшая. Я уже хотел было развернуться и пойти домой, но любопытство все же пересилило.

Мы шли довольно долго. Сначала двигались по дороге, но вскоре свернули с нее, так как на болото дорога не идет. Да и кому надо ездить в такую глушь? Кроме разве что этой не понятной девушки. Именно поэтому большую часть пути мы проделали по заросшему травой полю. Наверное, лет сто назад здесь кто-нибудь что-нибудь и сеял, но теперь здесь нет даже следов возделываемой местности. Еще бы! Теперь сельское хозяйство дело совсем невыгодное. Никому не хочется возиться в грязи. Синтетические продукты питания – вот на чем стоит наш век!

Все дальше мы удалялись от города, от моего дома. И вот именно сейчас я понял, что ходить по траве – это ну совершенно не мое. Трава постоянно опутывает ноги. Ты беспрестанно спотыкаешься и чуть не падаешь. Да и вообще, я уже устал. Ходить на большие расстояния – тоже не мое! И почему эта незнакомка не разрешила мне поехать на машине. Это и быстрее, и удобнее. А, ну да, мы же идем к болоту! Как же это я забыл!

А вот Стефании, по-моему, трава совсем не мешает. Она как будто рождена была ходить по такой поверхности. Девушка даже не сбавила темп, только походка стала еще более грациозной. Она с невероятной легкостью парила впереди меня метров на десять. А мне оставалось только молча завидовать и стараться догнать ее, не выдав своего сбившегося дыхания.

Солнце уже перешло далеко за полдень, а мы все еще не вышли к болоту. У меня появилась скромная надежда, что мы все же идем не в лес. Ну, или хотя бы не в тот лес. Впрочем, у меня появилось и еще кое-что. Это был голод. Напомню, что я не завтракал, а привык делать это всегда и в довольно крупных масштабах.

– Стефания, – взмолился я, напрягая все мышцы, чтобы хотя бы идти вровень с девушкой. – Может быть, сделаем привал? И перекусить не мешало бы.

– Привал нам делать некогда, а поедите вы в домике ворожеи.

Меня, конечно, такая перспектива не устроила.

– А долго до него? Я скоро совсем выдохнусь и упаду. Тебе придется тащить меня.

На мою шутку она ответила лишь презрительным взглядом. Неужели у нее нет чувства юмора?

– Скоро начнется болото. Сразу за ним, будет домик ворожеи, – ответила она так серьезно, что у меня отпали все еще теплившиеся ранее надежды.

Значит, все-таки болото. Странно, но выходя из дома, я как-то не подумал, что придется идти через болото. Знай я это, надел бы на себя что-то более пригодное для таких походов. Но теперь уже ничего не поделаешь, придется идти по болоту в новых летних туфлях и белых штанах.

– Болото совсем рядом, – Стефания даже в мыслях не дала мне выразить возмущение до конца, – Иди строго по моим следам и ни на что не отвлекайся.

Эта ее фраза чуть было не вывела меня из себя. Я, вообще-то, служил в армии и вполне могу сам провести кого угодно через какое угодно болото! И без помощи всяких самоуверенных выскочек. Я уже хотел возразить ей, но тут понял, что она, наверное, вот отличие от меня, часто ходила здесь и знает дорогу, а, возможно, и само болото, как свои пять пальцев. Благоразумие во мне взяло верх над уязвленною гордостью.

Тем временем мы почувствовали под ногами влажную не устойчивую почву. Смрадный запах, уже давно раздражавший мой нос, теперь значительно усилился. Я огляделся. Да, такого в кино не увидишь! Огромная территория, окутанная легкой дымкой зловония. Километров в шести, а то и больше, впереди чуть виднелся лес.

– Будь осторожен. Болото простирается до самого леса. Здесь есть очень опасные места. Мы пойдем по одной единственной живой тропе. Сойдешь с нее – умрешь.

– Так может, вообще, не пойдем туда. Я знаю один очень хороший ресторанчик.

Моя шутка опять-таки осталась незамеченной. Да уж, со спутницей мне не повезло. Стефания двинулась вперед, а я – за ней. Тропа оказалась вполне сносной. Даже почва была почти твердой. Я немного промочил ноги, но это не страшно. Запах тоже был тошнотворный, но всё же не убивающий мгновенно яд. В общем, мои представления о болоте были куда хуже, чем оказалось на практике.

Так мы прошли почти полдороги, как вдруг я увидел нечто, завладевшее моим вниманием.

– Смотри! – крикнул я, схватив Стефанию за плечо так, что она чуть не упала.

– Что случилось? – испуганно спросила она.

– Вон, видишь? Там на большом холмике. Видишь? Там женщина!

Она напряженно вгляделась в то место, куда я показывал. Это было совсем не далеко от нас. В три больших прыжка можно было достигнуть его. И судя по тому, как побледнело лицо моей спутницы, женщина была настоящей, а не миражом, навеянным ядовитыми испарениями. До нас донесся ее плач.

– Надо ей помочь.

Я уже собрался направиться к ней, но Стефания остановила меня.

– Нет. Нельзя сходить с тропы.

– Но она там погибнет!

– Если так, то погибнет только она одна. А если мы пойдем за ней, то погибнем все трое. И вообще, может быть, это ловушка.

Но я не унимался. Ну какая ловушка? Кому надо на нас охотиться? Неожиданно для меня самого во мне проснулся джентльмен. Я просто не мог оставить эту женщину умирать там. Тем более, что она как будто сама нас увидела и стала звать на помощь. Моя же спутница осталась не преклонной. Она развернулась и целеустремленно пошла к лесу. Несколько секунд я на автомате шел за ней, но потом кто-то дернул что-то внутри меня, и я, не задумываясь о последствиях, бросился в сторону рыдающей женщины. Пересекая границу тропы, я услышал звук, подобный звуку лопающейся струны.

– Нет! – послышался за моей спиной крик Стефании. Ничего, пусть видит, кто тут настоящий мужик! Настоящий мужик ничего не боится! Женщина была уже совсем близко от меня, когда я снова услышал звук рвущейся струны, но оборачиваться не стал. Еще один прыжок, и я оказался на том самом островке, где мгновение назад сидела женщина. Но теперь ее не было.

– Не понял, – удивлено пробормотал я. От быстрого бега я чуть-чуть запыхался и теперь не чаяно сделал глубокий вдох. Да, ядовитые испарения здесь куда сильнее, чем на тропе. Откашлявшись, я огляделся. С одной стороны ко мне приближалась Стефания. Зачем она-то бежит? Она сделала из носового платка повязку, чтобы немного уменьшить доступ ядовитым испарениям. Умно! Но потерявшуюся женщину я пока не увидел. Хотя нет, вон она! Она стояла в метрах шести от меня и протягивала ко мне руки. Я рванулся туда. За спиной послышался крик Стефании. Она приказывала мне остановиться. Еще чего! Чтобы я исполнял бабские приказы? Да ни за что!

Очень быстро я достиг того небольшого бугорка, где стояла женщина. Но ее опять там не оказалось. Она была опять на несколько метров впереди меня. Снова побежал к ней, но женщина вновь от меня ускользнула. Так продолжалось довольно долго. По крайней мере, мне так казалось. В конце концов, от быстрого бега я измотался донельзя. Я бежал, не прикрывая рта и носа от яда, и поэтому внутри меня уже все горело. От истощения и усталости, я стал много оступаться и, конечно же, попал в трясину.

Да-да, один глупый неудачный шаг, и я по колено в болоте. Женщины больше нигде не было. Я попробовал вылезти, но с каждым движением уходил все глубже. Теперь болотная жижа доходила мне до пояса. Что же делать? Самому мне не выбраться, а рядом никого. Интересно где сейчас Стефания? Я потерял ее из виду уже давно. Надеюсь, что хоть она не угодила в трясину. Эта мысль, конечно, была эгоистична, но что поделаешь, торчать здесь до скончания века тоже не хочется.

Тут мои размышления прервал легкий толчок в спину. Я повернулся и увидел достаточно крепкую палку, которую протянула мне Стефания. Правда, поворачиваясь, я ушел в трясину по грудь. Но теперь это совсем ничего не значило. Я как можно крепче ухватился за палку. Стефания потянула ее на себя. Я сдвинулся с места. Отлично, скоро буду на суше. Стефания тянула палку снова и снова. Для девушки она оказалась очень сильной. Я уже видел ее совсем рядом. Но тут что-то, а вернее кто-то, схватил меня за ногу и потянул на глубину. Испугавшись, я едва не выпустил конец палки. От сильного напряжения Стефания пошатнулась, но не перестала тянуть меня к себе.

– Меня кто-то держит! – крикнул я ей, высовывая голову повыше, болотная жижа дошла мне до подбородка. Я надеялся, что в моем голосе прозвучит чуть больше мужества. Но в такие моменты очень трудно себя контролировать.

Услышав меня, Стефания чертыхнулась. Но словно вспомнив о чем-то, быстро оглянулась. Она потянула меня к себе с новой силой и при этом – я отчетливо это слышал – она шептала что-то вроде молитвы. Прошло несколько страшно напряженных секунд, и я почувствовал, что захват на ноге ослабел, а спустя минуту я уже сидел на довольно устойчивом бугорке рядом со своей спасительницей.

– Что это было? – спросил я, когда мое дыхание пришло, наконец, в норму.

– Мы во владениях болотного хозяина. Мы его добыча, – ответила мне Стефания, постоянно озабочено озираясь.

– Чья мы добыча?!

– Сейчас не время и не место это рассказывать.

В целом я разделял ее мнение. Лучше бы поскорей выбраться с болота и высушить одежду. Мы встали.

– Куда нам идти?

Я в недоумении огляделся. Со всех сторон было только непроходимое болото. Леса было абсолютно не видно.

– Я не знаю, – ответила Стефания. – Болотный хозяин сделал все, чтобы мы заблудились. Но, на мой взгляд, лучше идти, чем просто сдаться.

– Согласен.

– Я думаю, что нам туда.

Девушка пошла направо. Я поспешил за ней.

– Почему ты решила, что нам сюда?

– Не знаю, но чувствую, что мы должны пойти в эту сторону.

Я не стал спорить. Тем более, что у меня не было ни малейшего предложения по нужному направлению. А Стефания какая-никакая, но все-таки женщина. А у женщин есть что? Правильно, непонятная нам интуиция. В общем, я решил довериться ей.

Шли мы довольно долго, но конца болота все еще не было видно. Как собственно и леса. И куда он делся? Сквозь землю что ль провалился? Тут я внезапно вспомнил женщину, рыдавшую на болотном холмике.

– Стефания?

– Да?

– Та женщина, ну что плакала, она была настоящей?

– Нет. Это была ловушка. Мираж.

Я ничего не ответил. Теперь все встало на свои места. Я действительно был полным болваном. Надышался ядом, увидел галлюцинацию и давай бежать за ней! Ну, и где же были мои хваленые мозги! Еще девушку под опасность подвел. Вот тебе и джентльмен! Теперь иди за ней следом и сгорай от стыда! И, похоже, идти нам предстоит еще вечность. Болоту нет конца.

Тут меня отвлек радостный возглас моей спутницы. Я выглянул из-за ее спины и обомлел. Болотные пары и туман впереди нас расступились, образуя довольно широкую аллею. На одном ее конце стояли мы, а на другом какая-то сгорбленная женщина. Она подняла руки вверх и развела их немного в стороны, будто сама держала стены образовавшегося прохода. За ней темным строем стоял лес. С криком «Бабушка!» Стефания бросилась к старушке, а я, естественно, поспешил вслед за ней.

Ворожея

– Поешьте. Вам сейчас нужно, – сказала старушка.

Она поставила перед нами тарелки с горячим супом. Пряный аромат его приятно заполнил мои легкие. Желудок томно заурчал. Еще бы! Я не ел два дня. Да-да. Два дня мы со Стефанией без устали бродили по болотам. И если бы лесная ведьма не открыла для нас завесу ядовитого тумана, мы блуждали бы там намного дольше. Я не знаю, как старушке удалось это сделать, но без нее нам бы точно пришлось туго. Тут даже мой критический взгляд не позволяет усомниться в действительных талантах бабульки.

– Как вы нашли нас? – спросил я, одним глотком проглотив весь суп и протягивая старушке тарелку за добавкой.

– Когда вы не пришли ни вечером, ни утром, я поняла, что болотный хозяин опять хулиганит. А найти-то вас не сложно, мне отсюда многое видно. Вот как только нашла вас, стала направлять в свою сторону. Так и вывела к проходу.

– Болотный хозяин? Кто это? Кикимора что ли?

Старушка покачала головой.

– Нет, не Кикимора. У вас, у людей, все в голове перепуталось. Кикимора не живет на болоте. И никогда не жила, – старушка посмотрела на огонь в печи и сказала словно бы самой себе, – да и не выживет, если придется.

– А почему же тогда у говорят…

– Кикимора Болотная? – перебила меня лесная ведьма. – Да, потому что много веков прошло с тех пор, как люди видели последний раз Кикимору, да и Болотника тоже. Вот у них образы-то и смешались.

– Много что у них смешалось, – прибавила старушка немного погодя.

– Так значит, «Болотный хозяин» – это не «Кикимора», – все эти разговоры напомнили мне сказки, которые рассказывают детям, чтобы они не хулиганили и быстрее засыпали. Я, конечно, не верю во всю эту чепуху, но почему бы не посидеть в тепле и не послушать очередную сказку.

– Болотный хозяин, или Болотник, куда пострашнее Кикиморы будет. Кикимора – мелкая пакостница, по сравнению с ним. Болотник сбивает свою жертву с пути. Он гоняет ее по болоту до тех, пока она не выдохнется и не начнет оступаться. Потом же он затягивает ее в трясину и оставляет там на вечные мучения. Ни вздохнуть, ни пошевелиться, ни умереть, пока не станешь частью болота. Его трясиной. Его душой.

Слушая ее, я поглощал уже третью порцию супа. Удивительно, как вкусно готовит эта женщина. Старушка, конечно же, была той самой ворожеей, к которой вела меня Стефания. Ворожея оказалась очень опрятной бабушкой, возраст которой я не взялся бы определить. Ей равносильно могло быть как восемьдесят, так и сто восемьдесят лет. В общем, она уже вошла в тот период, когда возраст абсолютно не меняет внешность человека. Изменяется только взгляд. Он становится все глубже и мудрее. Пока глубина его мудрости постепенно не перейдет в бесконечный омут взгляда младенца. И тогда жизненный цикл закончится. Взгляд старушки был долгим и проникновенным. За ним скрывалась умная и хитрая душа.

Сама по себе ворожея была очень маленькая, а огромный горб на ее спине пригнул старушку еще больше к земле. Маленькие, словно детские, ручки шустро убирали и снова расставляли на столе посуду. Я с любопытством следил за ней. Мне хотелось как можно скорее узнать причину всех моих беспокойств и блужданий.

Похитительница же моего спокойствия сидела, молча опустив взгляд в суп. Она почти не прикоснулась к еде. И только задумчиво ковыряла в ней ложкой. Меня поразил ее грустный, серьезный вид. Что могло ее тревожить на столько, чтобы после всего случившегося она не радовалась теплу и еде?

– Оставь ее. Ей тяжелее, чем нам, – тихонько сказала старушка, словно почитав мои мысли. Стефания не слышала нас. Она слишком глубоко ушла в свои размышления.

Огонь в печи отбрасывал на стены замысловатые тени. Отсветы пламени временами озаряли бледное лицо девушки, отчего оно казалось еще более мертвенным. Тускло поблескивали многочисленные склянки и сосуды. Из окон доносился щебет вечерних птиц. Прохладный ветерок едва шевелил тонкие хлопковые занавески. В комнате было очень тепло, но к счастью не душно. Блаженство мало по малу заполнило меня всего. Чувство умиротворения вытеснило какое-либо остававшееся у меня недоверие. Я повернулся к ворожее.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.