Александра Важенина
Перекрестье

Часть первая

Она металась по комнате, ища выход своей энергии, натыкаясь на вещи и с досадой расшвыривая по углам попадавшиеся под руку предметы. Мысли мелькали в голове отдельными фразами, спутываясь в невообразимый клубок, разобрать который могла только она сама. «Господи, как же глупо, глупо всё получилось…». Телефонный звонок резко вернул её к действительности.

– Алло, что? Нет, вы ошиблись.

Пройдя в ванную, она включила воду и, ополоснув лицо, подняла глаза к зеркалу. Снова этот взгляд испуганной девочки или побитой собаки, как она называла его про себя. Когда взгляд возвращался к ней время от времени, Лиля ненавидела своё лицо больше всего на свете. События вчерашнего дня казались сегодня бредом психически нездорового человека.

* * *

Выходные дни они решили провести вместе. В субботу утром Олег заехал за ней на «девятке».

– Привет, Лисёнок! – Улыбнувшись наклонился, поцеловал в губы и вытащил из-за пазухи маленький букет флоксов.

– Господи, какая прелесть! Где ты достал в такое время? – Лиля повисла у него на шее.

– А вот! Специально для тебя старался. Ну что, ты готова? Собралась?

– Готова. Бери сумку, выходи, я сейчас.

Лиля шнуровала новенькие кроссовки, думая о предстоящем пикнике.

Настроение было прекрасное. Сумку с продуктами она приготовила накануне. Ещё неделю назад Олег пригласил её на дачу к их общим знакомым, отмечать майские праздники. Собиралась весёлая компания из молодых пар в общей сложности человек восемь. На самом деле, Лиля хорошо знала только хозяев дачи – супружескую пару Михаила и Дашу, с остальными была знакома поверхностно.

Машина шла ровно, плавно набирая скорость. Олег любил быструю езду, Лиля была спокойна, она доверяла ему полностью, её даже заводила его манера вести машину. Он как будто сливался с ней, повторяя все её покачивания, пружиня вместе с ней на неровностях и вибрируя на поворотах. Олег вообще всё делал с лёгкостью, как бы играючи, так казалось Лиле. И возможно поэтому, рядом с ним ей было легко и спокойно.

– Как настроение? Прекрасно выглядишь.

Она улыбнулась в ответ, никогда не умела принимать комплименты. Огонёк неуверенности обычно зажигался где-то внутри.

– Сейчас устроим пир, поджарим шашлычки, выпьем винца, потанцуем. А вообще, я тебя хочу. Дико хочу. Слышишь? – Его рука скользнула ей на колено.

– Давай свернём с дороги. Ты хочешь?

Лиля взяла его руку и прижалась к ней щекой.

– Не сейчас, Олежка, ожидание разжигает желание. Смотри на дорогу, – засмеялась она. – У нас ещё столько времени, выходные только начались.

Погода обещала прекрасный день. Мангал уже дымился, Миша принимал гостей. У ворот дачи стояла «Хонда» белого цвета – машина Вовки Гольцова. Он приехал с очередной подругой экстравагантного вида – девушкой, истощённой диетой и тренажёрами. Она носила маску лёгкого презрения ко всему миру, а круглый пухлый рот придавал её лицу выражение обиженного ребёнка. Олег припарковал машину в тень кустов черёмухи, растущих вдоль забора и ещё только готовящихся набрать цвет в преддверье майского солнца.

– О, какие люди! Здорово, проходите, хоть одни помощники приехали. – Миша шевелил угли, отмахиваясь от дыма.

– А это чем не помощники? – Олег протянул руку, в направлении удобно расположившихся в гамаке Владимира с подругой.

– Ага, заставь Вовку работать! – Засмеялся Михаил.

– А что? Я помогаю: создаю ощущение праздника, ещё я – распорядитель танцев, в просторечии ди-джей и тамада. Вот сколько дел на одного! А ты иди, поработай, – хлопнул Вовик по мягкому месту свою подругу. Она презрительно фыркнула и, мельком бросив взгляд на новых гостей, направилась в сторону веранды, но внезапно обернулась и пристально посмотрела на Олега.

Непроизвольно брови девушки поползли вверх.

Где-то в мозгу возникла картинка полутора годовой давности: ресторан «Бригантина», симпатичный коротко стриженый парень с холодным взглядом то ли зелёно-серых, то ли стальных глаз. «Неужели это он?» – Мелькнуло в голове Натальи. Ещё какое-то время, она выжидающе смотрела на Олега.

Поймав взгляд девушки, он безучастно отвел глаза.

«Не узнал или сделал вид, что не узнал? – Думала Наталья, возобновив свой маршрут к веранде. Она задумчиво прикурила сигарету и очнулась только когда почувствовала неприятный запах, исходящий от подожжённого фильтра.

– Тьфу, тьфу, – бросив испорченную сигарету, девушка брезгливо отплёвывалась. Она украдкой огляделась по сторонам и убедившись, что никто не обращает на неё внимания двинулась в направлении калитки.

– Привет, – поздоровалась с хозяйкой Лиля, проходя в дом – У тебя уже всё готово, давай помогу. Она стала выставлять на стол привезённые с собой продукты: консервы, банки с салатами, хлеб. Даша – жена Михаила, невысокая брюнетка с тёмными глазами и мягким овалом лица, улыбнулась и кивнула на дверь:

– Наталья не пошла? – Спросила она, имея в виду длинноногую подругу Вовы.

Лиля подняла брови.

– Кто? А, не знаю.

Даша хмыкнула:

– Вовка опять нашёл красотку по себе, они приехали час назад и сразу стали «нагружаться», сейчас уже хорошенькие. Боюсь, что до середины дня не продержатся.

– Не бери в голову, их проблемы – уже в дверях ответила Лиля, вынося тарелки.

Запах жареного мяса защекотал ноздри. Миша уже жарил первую партию шашлыков, медленно поворачивая шампуры и обильно опрыскивая аппетитные кусочки водой. Они шипели, покрываясь золотистой корочкой, и источали классический аромат настоящего шашлыка.

– Кто-нибудь поставит стол? – Лиля стояла с двумя тарелками в руках.

– Сейчас, – живо откликнулся Олег, он занимался дровами. – Вовка, хватит филонить, иди реально помоги.

Вовка, нарочито кряхтя, сделал усилие слезть с гамака.

– О-хо-хо, нигде без меня не обойтись. Вы без меня, как без помойного ведра! А, кстати, где Антон? Что-то он опаздывает.

– Это не Антон опаздывает, а кое-кто предвосхищает события в надежде затеряться в массах пролетариата со своими буржуйскими замашками.

– Напрасные слова-А-А… – пропел Вовик, резво скатываясь с гамака.

– Я очень даже в массах.

Стол был водружён под навес и вскоре уже заставлен разнообразной снедью.

Незаметно выскользнув за ограду дачи, Наташа решила прогуляться по округе, а заодно и обдумать как вести себя дальше в сложившейся ситуации.

Определённо она его узнала. Это был он. Девушка двигалась по тропинке, тянувшейся вдоль заборов дачного посёлка, постепенно спускаясь к реке. Она хорошо помнила этот вечер, когда с подругами пошла в ресторан под названием «Бригантина». Ресторан имел репутацию небезопасного заведения. В нём собиралась, как правило, разношёрстная публика от простых любителей поразвлечься и мелких «шестёрок», до серьёзных, спортивного вида молодых людей с неопределённой сферой деятельности. В компанию к последним подружки и были приглашены. Наталья сама не попала бы в этот ресторан, если б не заманчивое предложение подруги. С её слов Наталья имела кое-какое представление о том, чем занимались пригласившие их «джентльмены», по большому счёту ей было всё равно, девушка не вникала в детали мужских разговоров. Для неё было событием уже то, что она сидела в ресторане с представителями некой «городской силы». Подруга предупредила заранее: – «Не задавай лишних вопросов, не будет проблем. Наше дело маленькое – больше улыбаться, меньше спорить». Этот совет девушка быстро взяла на вооружение, поэтому влилась в «братский» коллектив с лёгкостью. Возможно она бы не вспоминала сейчас этот эпизод своей жизни, если бы не поразивший её диссонанс между сегодняшним пикником и тогдашним знакомством. Она не могла связать воедино эти две картинки, поочерёдно возникающие у неё перед глазами. Наталья не могла понять, как человек мог измениться до такой степени за сравнительно небольшой срок. «Не может быть, что он стал таким… У него же совсем другие глаза. Но это сто процентов он. Я не могла ошибиться… Может он просто играет? А тут я, как назло…». Обрывки мыслей то и дело заполняли Наташе голову. Девушка резко остановилась у воды, запнувшись о сухую ветку, лежащую поперёк тропинки. Она глухо чертыхнулась и подняла ногу, оглядывая каблук.

«Нужно идти назад. Чёрт с ним. Не узнаёт и не надо. Одно непонятно, что он здесь делает? Неужели с этой… любовь крутит? Что-то не вериться…». Наталья развернулась и тем же путем пошагала в обратном направлении. Уже подойдя к даче Морозовых, она услышала женский голос:

– Олег, иди сюда. Нам нужна твоя помощь.

Наташа даже остановилась от внезапно пришедшей в голову мысли. «Олег? Интересно… я что-то не припомню, чтоб его так звали». Ещё какое-то время, девушка стояла, сосредоточенно пытаясь что-то вспомнить. Потом легко толкнув калитку, шагнула во двор дачи.

– Где ты была? Небось, уже все окрестности изучила? – Закричал Владимир, не дожидаясь, когда она приблизится.

– Чуть каблук не сломала, – пожаловалась девушка. – Там такая грязь, – неопределённо махнула она головой в сторону.

– Не будешь шляться, где попало, лучше бы девчонкам помогла, – беззлобно сказал Вовка.

– Здесь, по-моему, и без меня неплохо справляются. Налили бы лучше чего-нибудь, уж пора и начинать праздник – заявила Наталья, присаживаясь к столу.

– Кое-кто, по-моему, этим уже давно занимается. Торопись медленно. Даша, ты где? Иди к нам, – Михаил, вытирая руки полотенцем, позвал жену. Со стороны дороги послышался гул приближающегося автомобиля.

– Ну, наконец-то, видимо Винницкие проснулись, – сделал заключения Владимир. И действительно – зелёный «Фольксваген» припарковался у ворот дачи. Хлопнула дверца, и через минуту Антон с Ларисой уже открывали калитку.

– О, явление Христа народу! Штрафную им, штрафную! Договорились на одиннадцать, а уже первый час! Вы бы ещё к вечеру порадовали нас своим долгожданным визитом, – блажил Вовка, кидаясь навстречу новым гостям.

Антон, виновато улыбаясь, пытался оправдываться, на ходу принимая рукопожатия. Его жена, эффектная блондинка с холодными глазами, сдержанно здоровалась, держа в руках цветы, видимо, привезённые хозяйке. Наконец, она увидела Дашу и, улыбнувшись одними губами, протянула ей букет.

– Это хозяйке дома. Мы немного припозднились – в городе пробки даже в выходные. Все куда-то спешат и мне ещё надо было закончить несколько дел.

– Что могут быть за дела в выходной, тем более в праздник? – Вовик бесцеремонно протиснулся между Ларисой и Дашей к столу. – Антон, тебе минус, совсем загнал жену с работой.

– Вовчик, когда ты носишься как ошпаренный со своим товаром и в будни и в праздники – это не в счёт, – ядовито прошипела Лариса. – А потом, тебе бы мои проблемы, – она всегда любила подчеркнуть значимость своей работы и себя в частности.

– Лорик, молчу, молчу, – Вовка сделал извиняющийся жест, подняв руки ладонями вверх.

– Ну, хватит о работе! Всё готово, прошу к столу. Кому что наливать? – Михаил взялся за бутылку «Цинандали».

– Я тоже сегодня пью вино, – Антон протянул бокал Мише.

– С чего это? Тебе вообще штраф полагается!

– Мне ещё в город вечером, – неохотно буркнул Антон.

– Ну, началось! Никто никуда не поедет до послезавтра, – Вовка жестом профессионала открыл коньяк и разлил по рюмкам Наталья, тебе что?

– Как обычно, – девушка поставила коньячную рюмку и взяла ломтик лимона.

Наталья не бравировала перед женщинами, которые держали бокалы с красным вином, кроме Ларисы, та пила только белое. Наталья входила уже в ту стадию лёгкой зависимости от коньяка, которая начинается с «лечения мигрени», а заканчивается тяжёлым алкогольным синдромом с трясущимися руками и больным сознанием. Выпив, все немного расслабились. Наталья исподволь наблюдала за Олегом. Она почти убедилась, что он намеренно не желает её узнавать. Чувство обиды росло в сознании девушки, пропорционально количеству поглощаемого спиртного. Наташа тянула рюмку за рюмкой, с раздражением глядя на окружающих. Час спустя она уже откровенно сверлила глазами Олега. Казалось, никто не замечал настроение девушки.

Вовка побежал ставить музыку, Олег взял Лилю за локоть и отвёл в сторону.

– Лисёнок, ты помнишь наш договор? Я надеюсь, он ещё в силе?

– О чём ты, Олежка? Конечно, помню и даже жду этого момента, – Лиля засмеялась.

– Я тоже жду, я тебя люблю, – шептал Олег в самое ухо Лиле, щекоча шею, от чего она смеялась, одновременно освобождая локоть.

– Как ваша доченька? С родителями? – Благодушно осведомилась Лариса у Даши и Михаила.

– Да, с бабушкой, они тоже поехали на дачу. Дед там уже с пятницы, готовятся к посадкам. Каждый год одно и тоже: грядки, парники. Взяли с нас торжественное обещание, что на 9 мая мы приедем к ним вместе с Машенькой. – Миша разлил по бокалам спиртное. Вовка, наконец, удовлетворился поиском музыки, остановив свой выбор на энергичных «Five». Антон сидел, безучастно глядя в пустой фужер и водя по нему пальцем. Он работал юристом в крупной строительной фирме и имел достаточно средств, что бы позволить себе хороший автомобиль, квартиру в центре города и отдых за границей. С Олегом они были одноклассниками и в пору юности пошли даже учиться вместе в политех. Но через год Антон бросил учёбу и по настоянию родителей поступил на юрфак. Учёба дала свои плоды – Антон стал неплохим юристом. На фирму его порекомендовал друг отца, которому Антон в свою очередь помог вытащить сына из какой-то тёмной истории. Там же он познакомился с Ларисой. Она работала главным бухгалтером на фирме и сразу же обратила свой взор на молодого перспективного юриста. Лариса была старше Антона на пять лет и не обделена мужским вниманием. Она не любила размениваться по мелочам и тем более заводить интрижки на работе. Будучи уже однажды замужем, Лариса считала, что одной неудачи достаточно, чтобы стать мудрой во всех смыслах этого слова. Первый её супруг был человек с высшим образованием, не сумевший, по её словам, адаптироваться в условиях жёсткой конкуренции. Ему хватило пяти лет совместной жизни, чтобы сойти с дистанции непрерывной гонки за успехом на которую толкала его жена. Детей у них не было, Лариса полностью посвятила себя карьере. Бухгалтер она была хороший, поэтому её быстро заметили, и к тридцати двум годам она уже занимала кресло главного бухгалтера фирмы «Жилстройиндустрия». Руководитель получился жёсткий, вверенные ей в подчинение бухгалтера, боялись одного взгляда её холодных голубых глаз. Когда Антон появился на фирме, Лариса сразу же поняла – это её мужчина. Он ни кокетничал, ни флиртовал с женщинами, как обычно ведут себя молодые люди его внешности. А Антон, надо отдать ему должное, был весьма симпатичный мужчина. Лариса сначала симпатизировала ему молча, пока не представился случай пообщаться поближе. Праздник 8 марта, как в принципе и другие праздники в году, отмечался в офисе фирмы с размахом. Обязательная торжественная часть с поздравлением женщин и выступлением директора фирмы Владимира Николаевича Бессонова плавно переходила в банкет, а затем в банальную пьянку со всеми вытекающими оттуда последствиями. В разгар всеобщего веселья Антон вышел на балкон с сигаретой, он не очень любил сборища такого плана и рассматривал их в большей степени со стороны упрочнения деловых отношений с шефом, а совсем не как развлечения.

– Решили уединиться? – Услышал он позади женский голос. Антон обернулся и увидел Ларису. Точнее Ларису Владимировну, как её звали на фирме. Она улыбалась глядя ему прямо в глаза, что даже смутило его, обычно Антон видел её стройную фигуру в костюме со строгим выражением лица, не располагающим к общению. Сейчас она стояла в прозрачной блузке с длинными рукавами, узкой юбке с разрезом, доходящей до щиколотки и чёрных туфлях на шпильках. Белокурые волосы были уложены в бессменный аккуратный валик. Антон на мгновение замешкался, потом ответил, протягивая сигареты: «Хотите присоединиться?».

– Спасибо. Я не курю. Я лучше подышу воздухом, такая духота!

– Тогда я вам помешаю, – Антон хотел выбросить сигарету.

– Нет-нет, что вы, сама я не курю, но мне нравиться, когда от мужчины пахнет табаком. Хорошим табаком, – уточнила Лариса и без перехода добавила: – Как вам у нас? Я смотрю, вы быстро освоились.

– В общем-то, уже освоился, за исключением небольших нюансов.

– Вот как? Каких же? – Лариса пыталась заглянуть Антону в глаза.

– Бухгалтерии, в частности.

– Так зачем же дело стало? Этот вопрос решаемый.

– Я надеюсь, вы поможете мне в частном порядке. А сейчас праздник, можно отдохнуть, забыть о работе, потанцевать.

Антон бросил вниз сигарету и жестом пригласил Ларису в комнату, пропуская её вперёд. Он не имел в виду приглашать её на танец. Антон намеревался поговорить с шефом, но Лариса посчитала иначе и, взяв его под руку, потянула на середину комнаты. Они танцевали почти вплотную, и Антон чувствовал тонкий аромат духов, который очень подходил ей и казалось, окутывал всю женщину, создавая вокруг неё защитный кокон.

Лариса уже тогда решила увезти Антона, что называется «с корабля на бал». Наступало то время, когда банкет, придя к финалу, стал приобретать очертания легкого разгула.

Ирина, хорошенькая секретарша шефа, пыталась увернуться от порядком захмелевшего Игоря – менеджера по рекламе. Последний старался схватить её за ту часть тела, что чуть по ниже спины.

– Игорь, прекрати, отстань, – она подняла ножку в короткой юбке, пытаясь каблуком попасть ему по ноге. Игорь пьяно смеясь уворачивался, ловя Ирину, теперь уже за ногу. Наконец это ему удалось, и под общий хохот оба упали на ковёр. Лариса, посчитав момент вполне удобным – пошла ва-банк.

– Антон Сергеевич, вы мне не поможете? Я уезжаю, и не хотела бы подниматься сюда повторно. У меня в машине кое-какие документы их надо оставить в офисе. Может, вы проводите меня до машины?

– С удовольствием, – откликнулся Антон.

– Что же вы так рано уезжаете от нас? – Задал он вполне резонный вопрос.

– Что поделать, – развела руками Лариса, – моё время истекло, пора домой, – с улыбкой ответила она.

Идя к машине, Винницкий почувствовал укол сожаления оттого, что эта красивая, ухоженная женщина уезжает. Ему тоже расхотелось оставаться на празднике. Документы были лишь предлогом, чтобы вывести Антона на улицу. Открыв дверцу машины, Лариса Владимировна наклонилась в салон, поставив одно колено на сидение, и открывая тем самым обзор своей красивой ноги в чёрном чулке со швом. Она достала документы с задней панели автомобиля и протянула их Антону:– Спасибо что избавили меня от необходимости возвращения наверх, – она подняла палец с длинным тонким ногтем, окрашенным ярко красным лаком, показывая на окна офиса.

– Я тоже скорей всего последую вашему примеру. Пройдусь перед сном, надоел шум, гам… – Антон внезапно замолчал, не зная, что сказать.

Лариса ободряюще улыбнулась:– Могу вас подвести, я смотрю, вы без машины, – она картинно огляделась по сторонам, словно искала автомобиль Антона. Потом её испытывающий взгляд остановился на собеседнике.

– Тогда вам придётся ждать меня. Мне ведь надо отнести документы. – Антон вопросительно смотрел на Ларису.

– Я подожду, – сказала она, садясь за руль.

Пока Антон ходил наверх, Лариса Владимировна поправляя макияж, улыбалась самой себе, глядя в зеркало заднего вида. В тот вечер Антон поехал к ней, и для обоих было всё решено. Под чутким, но мягким руководством Ларисы, предложение было сделано из уст самого Антона.

* * *

Татьяна проснулась от тянущей боли внизу живота. Она только сегодня поступила в роддом на сохранение, до конца срока было ещё две недели. Молодая врач при осмотре сказала:

– Какие две недели? Ты вот-вот родишь.

Таня и сама считала, что родит раньше. За все девять месяцев своей беременности она переходила от одного врача к другому, и было не мудрено, что кто-то из них перестраховался, оставив неделю на запас. Проще было поставить женщине диагноз «недоношенная беременность», чем допустить перехаживание срока. За такую статистику врачей по головке не гладили. Таня была в палате пятой. У всех женщин были большие сроки и все без исключения обсуждали предстоящие роды. Трое из них были первородками, одна готовилась родить второго ребенка и все слушали ее открыв рот, изредка отпуская замечания типа – «Господи, я наверно с ума сойду». Таня молчала, глядя в окно у неё было ощущение «дежавю» – что всё это с ней уже было когда-то. Она будто смотрела кино в слайдах или отдельными кадрами. Интереса к разговору не было, несмотря на близость срока и неосведомлённость в том, что касалось детей, родов, пелёнок и ползунков.

Таня даже была на редкость спокойна – «будь что будет», – думала она. Ей хотелось остаться одной, чтобы никто ни о чём её не спрашивал, не давал советы и не лез в душу. Не то что её раздражали разговоры в палате, просто Таня хотела оградить себя от ненужного ей в данное время общения. День прошёл в разговорах, а когда все улеглись спать – пришла боль. Таня не сразу сообразила, что это схватки, а когда терпеть уже стало невмоготу, решила пойти к сестре. Стараясь не разбудить соседок, она медленно встала.

– Таня, что случилась, тебе плохо? – Услышала она голос одной из женщин.

– Живот болит, схожу к сестре, – Таня запахнула халат.

– Может воды принести? Лежи, я сбегаю, позову кого-нибудь, – Людмила на угловой кровати приподнялась на локте.

– Не надо, я сама. – Таня уже выходила из палаты.

Она шла по длинному коридору, освещёнными блеклыми лампами дневного света, которые включали на ночь.

Боль на время притаилась где-то внутри. Таня хотела только одного – успеть дойти до конца коридора до нового приступа. Она двигалась медленно, инстинктивно придерживая низ живота одной рукой, второй опираясь о стену. Кругом не было ни души – все уже спали. Таня прошла половину пути, когда боль снова дала о себе знать, поднимаясь, откуда-то снизу. Ей захотелось сесть и позвать кого-нибудь. Женщина согнулась пережидая боль, когда немного отпустило, она снова пошла. Дежурная сестра спала на кушетке в ординаторской, когда кто-то тронул её за плечо.

– Что такое? – Недовольно разлепив веки и машинально поправляя халат, женщина села и увидела, наконец, Татьяну.

– Мне плохо, живот сильно болит.

– Как болит? Постоянно или через промежутки времени?

В этот момент Таня скорчилась от нового приступа боли.

– Сиди здесь, я сейчас позову врача, – сестра не торопясь, вышла.

Врач высокая, худая, женщина с короткими волосами, обесцвеченными до грязно-жёлтого цвета и презрительным выражением лица, осмотрев Таню, небрежно бросила:

– Поспишь до утра, потом рожать будем. Поставьте ей укольчик.

– Пойдём в палату, поспишь, укол поставим, а утречком родишь спокойно, – сестра проводила Таню в палату и ввела в вену снотворное.

Сознание стало куда-то уходить, Тане хотелось улыбаться. Сразу стало легко и хорошо, она уснула.

Прошло не больше двадцати минут, когда Татьяна проснулась. Боль, пробив заслон искусственного сна, рвало тело, словно собака тряпку.

* * *

– Чего ты сидишь как в воду опущенный? – Олег тронул Антона за плечо, – Что-нибудь случилось?

– Ты о чём – Антон не сразу поднял голову, очнувшись от своих мыслей.

– Всё нормально? Как ты? Уладил свои проблемы с женой?

– Да, если с ней вообще можно что-то уладить до конца, – Олег улыбнулся своей загадочной улыбкой.

Она у него получалась только в особых случаях, когда он не хотел чего-нибудь говорить.

– Тебе ведь не нужно объяснять какой сложный она человек. С квартиры я съехал, но она терроризирует моих стариков, устраивая им сцены по телефону, спекулирует Ленкой. – Олег безнадежно махнул рукой.

– Да, стерва она добрая. Давай лучше выпьем, – Антон налил Олегу коньяк и уже закрыв его пробкой, вдруг передумал и плеснул в свой бокал, нарушая ранее данное обещание пить лишь вино.

– А как с ней? – Антон кивнул головой в сторону Лили, которая увлечённо разговаривала с Дашей, показывающей ей свои огородные угодья.

– Мой человечек, – сказав это, Олег многозначительно замолчал, давая понять, что тема исчерпана.

Антон, поняв его настроение, с лёгкостью поменял тему:

– Помнишь Женьку Майорова? Учился на третьем курсе, когда мы на первый пришли, – Антон закурил сигарету.

– Он тогда прогремел на весь «политех», устроил светопреставление в деканате.

– Конечно, помню. Почти национальный герой, – засмеялся Олег.

– Так вот, он сейчас торговлей недвижимостью занимается. Наша фирма заключает с ними контракт на строительство жилищного комплекса. Бумаги ещё не подписаны, я видел их мельком. Мне надо сегодня вечером забрать их и просмотреть, чтобы дать ответ уже завтра.

– А что за спешка? Я смотрю у вас сплошные авралы. То Лариса целыми днями работает, то ты срываешься в выходные.

– Мы же не на кондитерской фабрике работаем. Хотя иногда думаешь, бросить бы всё к чёртовой матери и в пампасы! – Антон неестественно засмеялся.

– Это не для тебя. Вон он твой красавец стоит, – Олег кивнул в сторону ворот, где стояла шикарная машина Антона. – Да и Лариса – женщина, не терпящая безрассудства. Так что живи, Антоха, и радуйся тому, что есть, а пампасы оставь для нас – альтруистов. Олег хотел ещё что-то добавить, но чьи-то руки легли ему на плечи.

За спиной стояла Наташа.

– А ты хорошо замаскировался. Даже здороваться не желаешь, – её симпатичное личико исказила пьяная ухмылка.

Олег с Антоном непонимающе переглянулись.

– Ай-ай-ай, какие мы умненькие, какие хорошенькие! Как мы всех провели. Захотелось поиграть в пай-мальчика? Да, милый? – Захохотала Наталья и, покачнувшись, ухватилась за стул, на котором сидел Олег.

– Осторожнее, – Олег поторопился встать, спасая себя от неизбежного падения.

– Ты что, меня боишься? – Руки Натальи плавно перешли со спинки стула на плечи Олега. – Не бойся, я тебя не съем, – запах перегара ударил ему в лицо.

Он попытался усадить Наташу на стул, минутой назад небрежно отброшенный ею в сторону. Но это ему не удалось. Девушка буквально повисла у него на шее. Антон, решив что пора спасать ситуацию, пошёл за Вовкой. К тому моменту, когда подошёл Владимир, его подруга разошлась не на шутку. Она несла, что-то невнятное, при этом, называя Олега Стасом. Из её бессвязного бормотания, разобрать удалось всего несколько слов, из которых понять, что-либо вразумительное было невозможно.

– Всё, приплыли? – То ли задал вопрос, то ли констатировал факт Вовка.

Он со знанием дела оторвал Наташу от крайне обескураженного Олега и, чуть встряхнув её за плечи, повёл в дом. На удивление девушка почти не сопротивлялась, лишь продолжала, что-то бормотать.

– Да-а-а, явно перепила, – подытожил Антон, проливая свет на ситуацию только что подошедшим женщинам.

– Что и следовало ожидать, – добавила Даша, – так пить, ещё не то понесёшь. Пойду, покажу им, где лечь. Проспятся, будут как нормальные люди. Вовке тоже не мешало бы отдохнуть от принятия алкоголя. Олег подошёл к Лиле и, обняв её за талию, повёл в сторону беседки.

Они познакомились случайно. Лиля с подругой гуляли, когда, остановившись на большом перекрестке, пережидая поток машин, и смотря по сторонам, увидели, что кто-то машет им рукой из микроавтобуса, на противоположенной стороне улицы. Девчонки, помахав рукой в ответ, засмеялись и пошли своей дорогой. «Ниссан Валлета» медленно двигался параллельно тротуару, по которому шли девушки.

– Девчонки, садитесь, подвезём, не бойтесь мы не маньяки.

Лиля мельком взглянула на молодого мужчину, сидящего за рулём и, встретившись с ним глазами, отвернулась. Подруга толкала её в бок:

– Давай сядем, мне кажется нормальные ребята.

– Слышишь? – Шептала она Лиле на ухо.

– Мне они нормальными не кажутся. Не знаю как второй, а тот, что за рулём похож на убийцу, – отрезвила Лиля подругу. – Ты как хочешь, я к ним не сяду.

– Девчонки, чего вы боитесь? Мы граждане мирные. Приглашаем вас в кафе, у нас сегодня праздник.

Кафе решило всё. Подруга Лили – Ирина, голубоглазая шатенка, взяла инициативу на себя. Она остановилась. Дверь микроавтобуса отъехала в сторону, а молодой человек уже подавал руку. Лиле ничего не оставалось, как тоже сесть в машину. В этот день у молодых людей действительно был праздник, они отмечали хорошую сделку и ещё что-то, Лиля так и не поняла что именно.

Кафе было откуплено. Обстановка в нём царила творческая: кто-то пел под гитару, кто-то горячо спорил – дым хоть топор вешай; девчонки, что называется, попали в свою среду и веселились от души. Единственное, что не нравилось Лиле, это то, как смотрел на неё Олег, так звали водителя «Ниссана». Лилю пугал его пристальный взгляд. Ирина тоже его заметила, но ей было так хорошо, что она не придала этому значения. Олег как будто наблюдал за обеими девушками со стороны. Его товарища звали Глеб, он был весёлым шутником – любимцем компании. Глеб хорошо играл на гитаре и пел песни собственного сочинения. Пел он, надо отметить, неплохо и обращал внимание только на Ирину. Может быть поэтому, пары по негласному договору распределились сами собой. Глеб с Ириной, а Лиле достался в кавалеры Олег. Он был менее эмоционален в отличие от Глеба, можно было даже сказать, что Олег замкнут. Лили он не нравился, у неё испортилось настроение и она решила уйти.

– Ира, я наверное пойду, а ты оставайся, – шепнула она подруге в самое ухо.

– Куда?! Ты что, бросить меня решила? Не вздумай, я тебе этого не прощу. Давай ещё посидим, мне здесь так нравиться. Ну что тебе стоит? – Ира смотрела умоляюще.

– Ну, хорошо недолго, а потом пойдём. Хотя можешь и остаться, мне не нравиться этот Олег, он такой угрюмый.

– Да ладно, я же не толкаю его тебе, не обращай внимания, наверняка они оба женаты, повеселимся и уйдём по-тихому.

Лиля осталась, вняв мольбам подруги, а потом их довезли до того самого перекрёстка, где они ранее познакомились. Девчонки тогда не дали свои координаты – ни телефона, ни адреса. Но судьбе этого не требовалось. Лиля с Ириной жили в одном подъезде на разных этажах. Лиля жила на первом, в однокомнатной «хрущевке», Ира двумя этажами выше вместе с родителями. Лиля успела забыть о знакомстве спустя неделю после него, когда в очередной раз, сидя с подругой на кухне, она вдруг увидела перед своими окнами ту самую машину. От неожиданности Лиля замерла, смотря прямо на Олега, который в свою очередь, тоже смотрел на неё, опустив стекло автомобиля. Несколько секунд они держали друг друга взглядом, смотря глаза в глаза. Олег очнулся первым, он улыбнулся и посигналил, махнув рукой, словно приглашая выйти. Ирка ахнула и обрадовано стала толкать Лилю к выходу.

– Иди, выйди, поговори с человеком. Представляешь, сам нашёл. Ну, иди же!

– Кого нашёл? Он скорей всего к кому-нибудь приехал, не мы же здесь одни живём. Да и не хочу я с ним говорить, – отнекивалась Лиля, наполовину уже вытолкнутая в коридор Ириной.

– Привет, – Лиля натянуто улыбнулась, идя навстречу к вышедшему из машины Олегу.

– Ну, здравствуй, вот мы вас и нашли, – Олег улыбался своей загадочной улыбкой.

– А вы что, нас искали? – Подняла брови Лиля.

– Кого же ещё здесь искать кроме вас, – он картинно развёл руками, оглядываясь вокруг.

– Ну, мало ли? А где же друг, отсутствует?

– Друг будет позже. Хотелось бы пригласить вас отдохнуть за город, в одно уютное место, – Олег продолжал улыбаться.

– Прямо так сразу? – Лиля в нерешительности оглянулась на окна своей квартиры, Ирины не было видно.

– А что, нужно согласие подруги? Одна не решишь? Прогулка продлится до завтра. Условия прекрасные – комфорт и свежий воздух. – Олег крутил на пальце, ключи, вопросительно глядя на Лилю.

– Прямо рекламный агент по туризму. А куда поедем, если не секрет? – Девушка старалась говорить иронично.

– Лиль, ты что такая серьёзная, улыбнись, я же не на работу тебя нанимаю. Это всего лишь прогулка в загородный санаторий «Елочки».

В этот момент подъездная дверь хлопнула и вышла Ирина с улыбкой на лице.

– Привет! Как здорово, что вы приехали. А где Глеб?

– Глеб будет чуть позже, а точнее вечером. Вот, приглашаю вас в «Ёлочки», а твоя подруга с ответом тянет. Может, ты на неё повлияешь?

– Конечно, поедем! А когда? Сейчас? – Затараторила Ирина и осеклась, увидев укоризненный взгляд Лили.

Олег, оценив ситуацию, быстро сел в машину и уже на ходу крикнул – Будьте готовы к семи часам. Мы заедем.

Идя к дому, Лиля выговаривала подруге: – Что ты постоянно торопишься? В конце концов, это даже некрасиво, как последние… – Лиля запнулась, не сказав кого имела в виду. А Ира воспользовавшись паузой, снова затараторила.

– Ну, Лиличка, не злись! Мы уже не первый день с ними знакомы, да и нашли они нас сами, значит, мы им понравились. Неужели тебе не хочется развлечься? – Ира говорила что-то ещё, но Лиля уже не слушала подругу. Всё было решено кем-то свыше. Так закрутился роман Лили и Олега, обыкновенной девушки и женатого мужчины. Олег, увы, был женат. Лиля долго привыкала к нему, а ещё больше к статусу любовницы, новому для себя. Она не могла смириться с тем, что Олег всегда как будто оглядывался по сторонам, боясь быть замеченным вместе с ней. Он обычно заходил за Лилей на обед, и они шли куда-нибудь вдвоём. Она работала на почте и всегда ждала его с нетерпением. Как только стрелка на часах приближалась к двум, Лиля начинала беспокойно смотреть в окно, ища глазами машину Олега. Она была из тех людей, которые долго привыкают, но если уже примут человека, то прирастают к нему всем существом. Лиля, как и любая женщина, хотела быть для Олега единственной. Она всегда нервничала, когда незримая тень законной супруги с периодическим постоянством вклинивалась между нею и Олегом.

Москвин Олег Викторович был женат уже вторично и этот брак тоже не удался. Сам он очень переживал из-за этого, хотя и не считал, что испортил кому-то жизнь. С первой женой он прожил ровно год и особых воспоминаний о ней не осталось. Кроме того, что они были студентами, ищущими своё место в жизни и слишком молодыми, чтобы не ошибиться в выборе второй половины.

Его нынешняя супруга была, что называется, дочь хороших родителей. Отец работал в мэрии города, а мать считалась одной из лучших артисток оперетты. Марина получила неплохое образование и с детства привыкла к достатку и комфорту. Олег жил с ней шестой год, когда случай на перекрёстке свёл его с Лилей.

* * *

Татьяна рожала тяжело. В предродовой было холодно и её трясло в перерывах между схватками. Приступы тошноты шли параллельно с болью, Таню рвало чем-то чёрным, похожим на нефть, ей постоянно хотелось сесть. Акушерка заглянув в дверь, предупредила:

– Не садись, ты же на голову ребёночку сядешь. Лучше походи или ляг ноги согни.

Тане было всё равно, ей хотелось одного, чтобы эта дикая боль прекратилась. Мысли катались в голове пудовыми шарами, раздуваясь и лопаясь, не успевая приобрести смысл. Она кричала, вцепившись в кровать с железной тугой сеткой, никто не обращал на неё внимания. Казалось, что это никогда ни кончится. Она потеряла ощущение времени. Осталась только боль, которая захватила всё тело без остатка. Наконец её повели в родовую. Роды принимала акушерка и всё та же худая обесцвеченная врачиха.

– Тужься сильней, сильней, – голос акушерки слышался откуда-то снизу.

– Нет, так дело не пойдет, старайся тужиться на схватку.

Тане показалось что силы оставляют её. Она так вымоталась за все эти часы дикой боли, преследовавшей её всю ночь. Её охватило чувство апатии и какой-то безысходной тоски, непонятно откуда взявшейся и на миг заслонившей даже боль.

– Ну, давай – давай, старайся, – слышала она голос, доходящий до неё, как из под толстого слоя ваты.

– Я не могу, – Таня действительно не чувствовала больше схваток.

– Ну, что с ней делать? Давай укол ставить. – Врачиха мотнула в сторону головой и через минуту Таня ощутила лёгкий укол в живот, вскоре за ним последовала очередная схватка. Она снова окунулась в беспрерывный поток боли и уже не слушала, что ей кричали. В какой-то момент она почувствовала, сила рвёт её на части. Таня приподнялась и вцепилась зубами в рукав халата державшей её врачихи. Она слышала как та орала ей: – «Бестолочь, дура, вот же дура какая! Как рожаешь, таких и детей получишь».

Потом она куда-то провалилась. Всё кончилось, боли больше не стало.

Она лежала, смотря в потолок, не думая ни о чём, лёгкость и беспечность охватили ее, унося ласковым вертящимся потоком в какую-то бездну.

* * *

Лиля смотрела в темноту и слушала звуки дачного посёлка. Майский день быстро закончился, плавно перейдя в тёплую безветренную ночь. Даша развела гостей по комнатам на ночлег. Дом был большой, добротно построенный, места хватало всем и гостям и хозяевам. Олег лежал рядом с Лилей, обняв её одной рукой. Пальцами второй он водил по голой груди девушки.

– Здорово, правда, что мы приехали сюда? Так хорошо, когда не надо никуда спешить и думать, что завтра на работу. – Лиля говорила тихо почти шёпотом.

– Только поэтому? – Олег сделал паузу и продолжил: – А я думал тебе нравиться, что мы вдвоём.

– Ну, конечно это в первую очередь. Олежка, ты же знаешь, что я тебя люблю. – Лиля прижалась к Олегу вплотную, уткнувшись лицом ему в грудь. Он немного отстранил её и начал медленно целовать, спускаясь от шеи к груди и ниже по животу. Она пыталась обнять его за плечи, приподнявшись на локтях.

– Олежка, подожди, иди сюда, – Лиля тянула его вверх, но он, невзирая на её просьбы, не останавливался. Девушка откинулась назад и, выгнувшись всем телом, полностью отдалась рукам, нежно ласкающим её тело. Потом он почти сразу уснул, повернувшись на бок. Лиля встала, подошла к окну, всматриваясь во тьму за стеклом. В комнате стоял терпкий запах любви. Лиля распахнула окно, ей не нравился этот аромат плоти смешанный с запахом пота и мускуса. Она решила выйти на воздух и пройтись. Ночь манила чем-то таинственным и волнующим. Лиля бесшумно натянула спортивный костюм и выскользнула за дверь. На неё пахнула свежестью, которая бывает только в мае, когда природа ещё только готовиться окунуть мир в яркие краски. Лиля шла по тропинке к калитке, она хотела взглянуть на машину Олега, а заодно и прогуляться. «Девятка» стояла на том же месте под кустом черёмухи, Вовкина «Хонда» была небрежно припаркована у забора. Проходя мимо, Лиля улыбнулась своим мыслям, отметив про себя, что по машине можно судить о её владельце.

Вовка Гольцов занимался мелким бизнесом, возя в своей «японке» ящики с товаром и зачастую, не заботясь о её внешнем виде. Машина выглядела, прямо сказать, неблестяще: бампер замят, кое-где краска облупилась, проглядывая мелкими чёрными ссадинами, нуждающимися в покраске. Олег не был педантом, но к машине относился аккуратно, хоть и не вылизывал её до блеска. Зелёного «Фольксвагена» Винницких не было. Антон с Ларисой уехали вечером, пообещав завтра вернуться. Лиля прошла вдоль забора, погладив рукой «девятку». Олег купил её спустя год после знакомства с Лилей.

«Ниссан», на котором он ездил, принадлежал фирме, где работал Олег. Лиля шла, наслаждаясь прохладным ночным воздухом. Она уже хотела повернуть назад, когда из-под ног, что-то выскочило и метнулось в сторону, одновременно шипя и фыркая. На какое-то мгновенье девушка замерла, сердце ушло в пятки, но здравый смысл вернул сознание на место. Маленький чёрный клубочек был всего лишь котенком. Лиля пошла назад, ругая себя, на чём свет стоит: «Господи, какая трусиха! Всего боюсь, прогуляться и то спокойно не могу. Везде мне что-то мерещиться, кому расскажи, засмеют». С этими мыслями она прошла по тропинке к дому и вдруг услышала какие-то звуки похожие на шлепки. Она невольно остановилась. С задней стороны дома были слышны женские всхлипы и приглушённые ругательства:

«Сука, гадина, ты что, совсем сдурела? Нажралась как свинья. А ну, вставай! – Послышался звук падающего тела и женский крик.

– Не ори, тварь, не дай бог кто-нибудь проснётся. Я тебя точно убью!

Лиля на цыпочках подошла к углу дома и осторожно выглянула. Видно ничего не было, прямо за углом рос куст облепихи. Лиля поняла, что за ним окно комнаты, где спали Вовка с Наташей. Она встала к стене дома, так чтобы из-за дерева её не было видно. Окно было открыто, но свет не зажигали.

– Ты что, такое несёшь? Бред какой-то? Может ты, «белочку» словила?

– «Тётя Белла», чаще, по-моему, тебя посещает. Ты думаешь, я вру? Я его сразу узнала. Этот козёл сделал вид, что в глаза меня не видел. Что ты так смотришь на меня? Да, я спала с ним, спала! И прекрасно его помню, хотя бы поэтому! И имя своё он вам наврал. Никакой он ни Олег, Стасом его зовут. Читай по губам – СТА-СОМ! Ясно?

– Так, мне это надоело, – быстро произнёс Вовка таким тоном, будто принял какое-то решение.

Лиля увидела, как он схватил Наталью, и стал выталкивать её в окно. Девушка свесилась через подоконник, пытаясь схватить его за руку.

– Пошла отсюда, шалава подзаборная! Я её ещё к приличным людям привёз… – с этими словами, он рывком вырвал свою руку у Натальи, и, схватив её за ноги, перебросил через окно. Она упала прямо на куст крыжовника, росший внизу.

– Козёл! Ублюдок! Все колготки порвал, урод! – Наталья поднялась на ноги, отряхиваясь и обламывая ветки.

– Ещё поговори мне, дрянь. Тебе что, пинка для ускорения дать? – Вовка с грохотом захлопнул окно. Было видно, как он зажёг свет и стал рыться по карманам, видимо ища сигареты.

– Сумку отдай, – крикнула девушка, оглядывая безнадёжно испорченные колготки. Она пыталась подтянуть их, чтобы хоть спереди спрятать порывы, но это ей не удалось. Дырки почти равномерно распределились по обеим ногам и сверкали теперь белыми круглыми горошинами. Вовка открыл одну створку окна и выкинул сумочку на землю.

– Идиот, – глухо сказала Наталья, взяв сумку, она поковыляла в сторону калитки, спотыкаясь и шатаясь на каблуках.

Лиля замерла у стены дома. Ей было неприятно, что она стала свидетелем ссоры. Она знала, что Гольцов, мягко говоря, не отличался джентльменством в обращении с женщинами, особенно со своими. Он часто менял подруг, непосредственно из-за своей грубости. Имея двоих детей и жену, он ушёл от них в силу своего характера, не блещущего постоянством. Лиля двинулась с места, дождавшись, когда Наташа скроется за калиткой. На душе остался неприятный осадок от увиденного, который напрочь смазал прелесть ночной прогулки. Лиля не считала себя вправе вмешиваться в чужую жизнь. Она рассуждала как большинство людей, по принципу – «сами разберутся».

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.