Долги. Кто виноват и что с этим делать?
Марина Сукачева

Иллюстратор Анастасия Кулясова

© Марина Сукачева, 2018

© Анастасия Кулясова, иллюстрации, 2018

ISBN 978-5-4483-4838-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Книга посвящается моим родителям, которые подарили мне счастливое детство.

«Никто тебе не друг, никто тебе не враг, но всякий человек тебе учитель».

Сократ

Глава 1. Где я нахожусь?

Когда вы по уши в долгах и вы узнаете, что кто-то был в подобной ситуации и выбрался, вам становится легче. Надежда, которая умирает последней, выходит из комы, и через некоторое время вы начинаете двигаться.

Нужно понять, что вы сейчас чувствуете? Далее нужно начать думать, что нужно делать, а потом делать. Главное – выполнять все действия согласно этой последовательности. Достоевский был постоянно в долгах, какие страсти его раздирали, и только его последний секретарь, а в последствии жена и мать его детей, помогла ему выбраться из долгов. Николай I вернул Пушкина из ссылки и оплатил его долги в пересчете на наши деньги около 200 млн. рублей. Вам стало легче? Мне в свое время – да.

Так что приступим. Я выросла в обеспеченной семье. Мама была зав. кафедрой ведущего института города, папа – главный энергетик на оборонном заводе. В 80-ые семейный доход в 800 рублей, когда зарплата инженера 120 рублей, был очень хорош. По выходным – безе, а в холодильнике всегда черная икра. С тех пор я не люблю ни то, ни другое. Но мои родители не умели откладывать, а когда намечалась крупная покупка – занимали у бабушки. Моя бабушка Мария Николаевна жила в маленьком городке в Челябинской области и зарабатывала вязанием шалей и «паутинок». Причем она сама пряла, вязала, а потом сама же и продавала. А прабабушка ткала на домашнем ткацком станке из всяких остатков тканей и старых вещей напольные коврики и тоже продавала. Так и жили.

В 90-ые маму «ушли» на пенсию, а папе прекратили платить зарплату. И я впервые увидела свою маму за подсчетом семейного бюджета. А так как я тоже, как мама, хотела быть преподавателем и получила образование химика-преподавателя, перспектива в ближайшие десятилетия была нерадужной. Мой супруг – инженер, я – преподаватель. Двое маленьких детей. В стране началась перестройка, жилья нет. От завода нас поселили в комнату в общежитии 11 кв. м. Общая кухня на 12 семей. Веселые соседи и соседки из разряда «мы университетов не кончали», толпа детей, бегающих по коридору. Я начала обшивать свою семью, себя, вышивать, научилась из «ничего делать чего». Даже брала заказы на пошив одежды. И однажды случилось то, что подтолкнуло меня подумать о смене деятельности. Однокурсница, у которой дела были лучше, чем у нас, заказала мне пошив блузки. И при расчете кинула мне деньги со словами: «Чтоб ты всю жизнь считала одни копейки»! Это была точка икс. Именно в этот момент важно себе задать три контрольных вопроса: что ты чувствуешь? что ты думаешь? что ты делаешь? Если ты чувствуешь себя жертвой, то, соответственно, будешь думать, с позиции жертвы. Не та страна, не то время и т. д. и т. п. А так как жертва ни в чем не виновата – «пусть мир весь прогнется под нас», как поется в известной песне – то и менять ничего не будет. «Вот пусть они все и меняются!» Во всем мире существует только 2% индивидуумов, которые и зарабатывают львиную долю всех денег. Как вы думаете, что бы они почувствовали?

Так, вернемся в мою точку икс. Я обиделась, но обида не конструктивна. Я вернулась в науку, поступила в аспирантуру. Сдала кандидатский минимум. Оставалось защититься. Да, это все приносило мало денег, но я понимала, что я должна заниматься каким-то делом, чтобы дети мною гордились. Когда я была маленькой и меня спрашивали: «Кто твои мама и папа?», я на этот вопрос всегда отвечала с гордостью. Как-то на кухне в общежитии я разговаривала с соседкой, и та рассказывала, что она устроилась на новую работу. А работала она ни больше ни меньше уборщиком мусоропроводов. Она щебетала, как все здорово: в 5:00 утра она все убрала и свободна весь день. «Зимой классно – одни бумажки! Только в августе плохо. Корки арбузов. Мокро». А мое воображение уже рисовало картину, что я чувствовала бы, если бы была ее ребенком и с каким чувством рассказывала, кем работает моя мама. Жуть!!! Я понимаю, что «мамы всякие нужны, мамы всякие важны». Но я так не хочу! И дальше думать, где научиться зарабатывать, чтобы семья ни в чем не нуждалась.

Когда вы к чему-то стремитесь и чего-то очень хотите, вам обязательно дадут шанс. И такой шанс пришел.

Глава 2. Печальная

Хочу пояснить: почему печальная. Когда шанс вам дан, а вы неправильно им воспользовались, потому что сначала делали, потом почувствовали: что-то не то, а затем только начали думать, банкротство неизбежно. Ну обо всем по порядку.

Так про шанс. Он пришел в лице соседки по общежитию, которая уже начала заниматься бизнесом. Но появилась некая проблема. Деньги-то мы зарабатывали, но считать – не считали. На начало бизнеса заняли 4000 долларов под 20% в месяц. В 1996 году это было нормально. Бизнес развивался. Об'емы росли, сеть росла. Бизнес велся в режиме go-go, когда все думают о росте, но не думают о людях. На тренингах нас учили как увеличить об'емы, как работать с клиентами, рисовали картины красивой жизни – яхты, Америка, Европа. Мы жили в мире иллюзий. Мечтами уносились в прекрасное будущее, которое еще не случилось. А нужно всегда думать о дне настоящем! Но так как мы не считали доходы-расходы, долги начали расти. Через полгода такого бизнеса долги выросли до 10000 долларов. Но мы все еще жили в иллюзиях. Сняли квартиру, были погружены в работу, раздавали листовки, клеили об'явления. Назанимали еще денег, так как в бизнес нужно было вкладывать: реклама, имидж, тренинги. Но вот пришла осень, а «цыплят по осени считают». Пришло чувство, что что-то не так. Начали считать и пришли в ужас. То есть другими словами, вернулись из мира иллюзий в настоящее.

В офисе человек с проблемами никому не нужен. За спиной стали шушукаться. Все шарахались от меня, как от прокаженной. Я не понимала, почему вдруг так поменялось ко мне отношение. Вдруг я стала какой-то грязной и источающий мерзкий запах, что все от меня бежали. То есть если задать в этот момент три контрольных вопроса, я была в растерянности -«Чувствую себя не пойми кем, думаю так же и не знаю что с этим всем делать». И началась Великая депрессия. Я перестала вставать с постели, ела-спала-плакала. Позвонила маме (мы же всегда когда плохо вдруг вспоминаем о маме, хочется спрятаться за ее юбкой), но она не могла мне помочь. Кредиторы звонили, нужно было с ними разговаривать, но страшно. И я опять хотела убежать, но уже в безденежное, но такое стабильное и без долгов прошлое. Так как страшно смотреть в будущее, а в настоящем еще страшнее, хочется заснуть и не просыпаться. Супругу тоже страшно, но он не трогает, дабы не было еще хуже. Молча берет детей и везет в детсад, а назад идет пешком несколько километров, так как в кармане последние 100 рублей. Это было в канун нового 1997 года. В новый год Дед Мороз вылез из-под одеяла, занял еще денег, пошел за маленькими подарками, купил каждому по куриному окорочку и мандарину. И это был вторая точка икс.

Глава 3. Решение

Когда наступает точка икс, главное иметь правильное отношение к ситуации. Для всех «правильно» разное. Один считает: «Раз наступил крах – это знак. Нечего соваться в мир денег и бизнеса!» А другой думает: «Да, не получилось с первого раза, первый блин комом. Ничего страшного!»

Не все, садясь впервые на велосипед, сразу едут. Сначала мы падаем, набиваем шишки, сдираем коленки, но снова садимся и через некоторое время едем, не держась за руль, выводя различные пируэты. А кто-то решает сделать езду на велосипеде своей профессией, становится велогонщиком или артистом цирка. Вот и мы с супругом поняли, что да, тяжело, но мы живы-здоровы, у нас маленькие дети, они на нас смотрят, и мы должны подняться и идти дальше. Мы поднялись и пошли вперед, но уже более сильные, так как уже стали владеть знаниями.

Когда вы просто слушаете лекции, тренинги, советы, вы получаете информацию. А когда вы начинаете применять полученную информацию на практике, она превращается в знание.

Если вы своему ребенку будете говорить, что нельзя трогать чайник – он горячий – это информация. Но он все равно будет пытаться потрогать. А когда он дотронется и чуть обожжется, он не будет больше этого делать. Он уже приобрел знания.

Мы уже поняли, что другого выхода, кроме как зарабатывать больше и тратить меньше, нет. И мы решили сократить свои расходы. Переехали к родителям в другой город, но социальный уровень жителей был слишком низок для нашего бизнеса. На то, чтобы выбраться из финансовой ямы, у нас ушли бы десятилетия. Поэтому мы опять подумали и решили, так как был разгар учебного года, не забирать детей из школы и детсада, я одна возвращаюсь назад. Я договорилась с коллегой и сняла у нее кровать в комнате с ее сыном-школьником. Договорились, что расплачиваться буду натурпродуктом, который будет взят в деревне у свекрови Антонины Ивановны. Я уходила утром вместе со всеми и возвращалась, когда все уже вернулись. Шла вечером по безлюдной улице, было очень себя жалко, до слез. Но я понимала, что это временно. Нужно поработать, тогда я смогу снять квартиру и забрать детей обратно.

Здесь я должна пояснить этот момент. Дело в том, что я была очень домашним ребенком. Когда я была совсем маленькой, а мои родители защищали диссертацию и диплом, за мной приехал дедушка Атажан из Семипалатинска, так я с ним не разговаривала на протяжении всего времени, а общалась только с бабушкой. Он увез меня от родителей – значит, он враг. Я три раза рвалась в пионерский лагерь, но на следующий день мне нестерпимо хотелось домой. Два раза меня забирали родители после моих уговоров и слез. А третий я просто сбежала. Даже будучи студенткой, первый семестр вдали от дома был для меня испытанием. А так как человек думает обо всех через себя, образ несчастных детей, брошенных родителями, был невыносим.

Таким образом напрашивается вывод: нужно найти больную точку, которая будет зудеть, и не давать расслабиться.

Дальше была комната в общежитии с мышами. Все наши обеды и ужины состояли из картошки, а по выходным готовились сосиски.

Наша задача была за год вылезти. Экономили на всем. Сократили расходы до минимума. И ровно через год такой работы мы сделали детям за их лишения подарок – поездка в Москву, в зоопарк, Кремль. Это было летом 1998 года. А в августе случился дефолт. А так как наш бизнес сильно завязан на платежеспособности клиентов, доходы с 1000 долларов в месяц опять упали до 100. И опять все заново! Но мы уже не впадали в отчаяние, дети были с нами. И это было важнее всего. Они подросли, многое уже понимали. И все решения мы уже принимали на семейном совете.