Дэн Гри
Алекс Кросс. Паутина власти

Глава 1

Природное чутьё, отточенное годами тренировок, подсказывало: они приближаются. Их пока ещё не было слышно, но по телу уже пробежала легкая дрожь, заставив мускулы напрячься. Подобное, наверное, испытывают собаки, среди всеобщей безмятежности ощущающие скорый подземный толчок. В этот момент лишь они знают о грядущем бедствии. Они одни знают, что скоро всё изменится.

Секунды ушли на поиск путей к отступлению, но рассчитывать убежать здесь, среди сосен и зарослей можжевельника, мог только глупец. Как далеко он успеет уйти, прежде чем появятся гости? До границы леса, если повезёт? А потом что? До ближайшего городка – не меньше пятидесяти миль, а с собой только то, что сунул в рюкзак, отправляясь рыбачить. Да и зачем бежать? Они его нашли, а раз так, значит, они уже знают. Сколько у него времени? Минута. Может, две. Взгляд из-под поношенной армейской кепки устремился на бегущий с гор ручей. Там, у самой поверхности лениво перебирала плавниками форель, нацеливаясь на яркую приманку в виде мухи. На то, чтобы выманить рыбу из тени, ушел битый час. Может, получится довести дело до конца?

– Давай же, – прошептали губы. Загипнотизированная танцем рукотворной мушки форель подплыла ближе.

Но едва рыба приготовилась схватить наживку, как под аккомпанемент апокалиптического рева вода в ручье закипела, подняв тучу брызг.

Поздно. Они уже здесь.

Высоко в небе гигантская винтокрылая машина заслонила солнце, пронеслась над лесом и зависла над головой рыбака. Нет такого солдата, который, услышав раз шум вертолета смог бы его позабыть. Этот звук сопровождает вас на пути к полю боя. Этот же звук вы услышите после сражения. Если, конечно, останетесь живы. Отыскав ровную площадку возле ручья, пилот посадил машину. Едва полозья коснулись земли, из вертолета выпрыгнул одетый в деловой костюм парень лет двадцати.

– Алекс Кросс? – крикнул он. – Это вы?

Рыболов, бросив на парня презрительный взгляд, сказал:

– Не слыхал про такого.

Растерявшись, молодой человек оглянулся на вертолет. Боковая дверь отъехала в сторону, выпустив мужчину постарше. Тот не спеша подошел к самому ручью, сложил ладони, и прокричал:

– Меня прислал Демин.

– И такого не знаю.

– Он предупредил, что вы так и ответите. Демин просил напомнить о Танжере.

Танжер. Танжер – это значит беда. Прошло много лет, но стоило рыболову услышать о Танжере, как он снова почувствовал, как липнет к щеке холодный линолеум, мокрый от его собственной крови, увидел растерзанные тела, услышал отчаянные крики о помощи. Демин знал, чем его уговорить. Пошатываясь, рыболов подошел к воде, не говоря ни слова, собрал свои пожитки и направился к вертолету. Танжер. Напомнить о нем – всё равно, что сказать: «Ты – мой должник». Значит, пришло время платить по счетам. А ведь это было совсем не просто – исчезнуть. Залечь на дно. Умереть – по крайней мере, для всех знакомых из прежней жизни. Слишком многие пытались эту жизнь отобрать. И вот теперь Демин хочет вернуть его к тому, от чего он с таким трудом пытался уйти. Заняв место в салоне, рыболов бросил прощальный взгляд на ручей, на луг, на голубое небо, после чего сказал:

– Можем отправляться.

– Вы тот самый Алекс Кросс! – Юноша в костюме захлёбывался от восторга. – А все говорят, что вы погибли…

Его старший коллега подал пилоту знак, оттопырив большой палец. Вертолёт начал подниматься.

– Как оно на том свете, Кросс? – спросил старший. – Сколько лет тебя не было в живых?

Почти четыре года. Четыре года одиночества. Погружения в себя. Переоценки пройденной жизни. Никто из ныне живущих не знал Кросса лучше, чем Демин. У него на руках был единственный козырь, который мог бы заставить Кросса вернуться. И сейчас он использовал этот козырь. Алекс Кросс всегда платит по счетам. Даже с того света.

Глава 2

Длиннющий чёрный лимузин встал, не глуша мотор, у лётного поля Объединённой базы морской авиации, ожидая прибытия транспортника – с Алексом Кроссом на борту. Вертолет приземлился, и Кросс – гладко выбритый и с иголочки одетый – в костюме и туфлях, сойдя с трапа, направился прямиком к лимузину. Дверцу пассажирского салона перед ним распахнул офицер полиции. Скользнув на обтянутое черной кожей заднее сиденье, Кросс оказался лицом к лицу с самим Демин, главой секретной службы. Водрузив очки на нос, который ломали так часто, что никакому пластическому хирургу было уже не по силам вернуть ему первоначальную форму, Демин оценивающе взглянул на Алекса. По возрасту директор НСС годился Кроссу в отцы, но годы не мешали ему сохранять хорошую физическую форму. Сложён как Стаффорд, голова до блеска выбрит… Завершал образ скрипучий голос, звучавший грозно, даже если его обладатель делал комплимент. А такое случалось нечасто.

– Чёрт, выглядишь много лучше, чем в нашу последнюю встречу!

– Трудно выглядеть хуже, чем тогда, – ответил Алекс. Лимузин тронулся с места, и направился в город. Кросс хорошо знал этот маршрут.

– Танжер, – буркнул Демин. – всё пошло не так, как мы планировали. Вышла полная жопа. Но, как бы там ни было, рад, что ты возвращаешься.

– Я не возвращаюсь.

– Брось, Кросс. Таким, как ты, нужен постоянный прилив адреналина. Ты же зачахнешь без ощущения опасности. Тебе до чёртиков надоела твоя Монтана, и в глубине души ты знаешь это. И я знаю. Ты ждал сегодняшнего дня всё это время.

– Ошибаешься.

– Чушь собачья. Ты пытаешься обмануть сам себя.

– Послушай, сейчас я здесь. Но когда сделаю то, о чём ты там собрался меня просить, я уйду. Рассчитаюсь с тобой – и всё. С меня хватит.

– Как насчёт Клары? – спросил он. – Она больше ничего для тебя не значит?

Алекс хорошо скрывал эмоции, без этого умения в его ремесле не преуспеть. Он не станет реагировать на этот выпад, не доставит старику такого удовольствия. Ни сейчас, ни когда-нибудь ещё. И всё же Демин сумел задеть его за живое. Кросс и Клара работали вместе. Она была идеальным партнёром. Она же стала одной из причин, по которым Алекс решил исчезнуть. Она оставалась одной из причин, по которым он предпочел бы остаться «призраком».

По иронии судьбы. Кларе тоже однажды пришлось умереть. Имелось даже выписанное свидетельство, подтверждавшее её гибель. Сообщил о трагедии Демин, ему Алекс не мог не поверить. Известие буквально ошеломило и раздавило его. Впервые на своей памяти он испытывал искреннюю скорбь. Смерть Клары стала для него катастрофической потерей. А потом он узнал, что всё это было ложью. Постановкой, спланированной и срежиссированной Демин. Так было нужно Конторе. Так было нужно стране. Но Кросс нуждался совсем в другом. Алекс никак не мог примириться с мыслью, что всё то время, пока он оплакивал гибель Клары, та продолжала дышать, есть, спать. Она и не пыталась дать знать о себе, позволив ему поверить, что мертва. Почему? Да, смерть – фальшивая или настоящая – это профессиональный риск, никто из тех, кто согласился работать на Демин, от неё не застрахован. Но эту смерть Кросс принял слишком близко к сердцу. Интересно, Клара так же отреагировала на известие о его гибели?

– Не беспокойся, – продолжилДемин. – Её нет в стране.

– Сделай одолжение, не сообщай ей, что я жив. Это все усложнит.

Демин оскалился, показав идеально ровные зубы. Интересно, Демин способен испытывать хоть какие-то чувства? Или это расчётливый и хладнокровный, готовый жертвовать всем и всеми в интересах Конторы? Проработав с ним немало лет, Алекс так и не нашёл ответа.

– Как скажешь, Алекс, – ответил Демин.

– Я хочу попросить ещё кое о чём. Пообещай, что после того, как я выполню то, ради чего ты меня вытащил, ты снова дашь мне умереть. На этот раз – окончательно.

Демин подался вперёд, протянув правую ладонь.

– По рукам.

– Мы будем в расчёте?

– Абсолютно. Сделаешь дело – и свободен. В конце концов, ты становишься слишком стар для всего этого.

Алекс улыбнулся.

– Итак, что заставило тебя вспомнить Танжер?

– Похищение.

– Что? – не поверил Алекс. – Всё дело в каком-то похищении?

– Это не просто «какое-то похищение».

С Демин всегда так. Пара слов – и мысль уже лихорадочно работает. Понятно, что Демин не стал бы прерывать устроенный им же самим бессрочный отпуск из-за похищения. Это не имело смысла. Расследованием похищений занимается Федеральное бюро расследований. Демин использовал любую возможность уязвить нынешнего директора Бюро Джексона.

– Кто похищен? – спросил Деррик.

– Пасынок губернатора. Мэттью. Его отчим – губернатор Тёрстон Уиндслоу.

Тёрстон Уиндслоу. Уиндслоу являлся одним из самых могущественных обитателей этого города. Он возглавлял комиссию сената по разведке – органа, контролирующего работу бюро и непосредственно Демина. Это объясняло интерес к делу. Но по его словам это больше, чем просто похищение. Возможно, дело в личности похитителей?

– И кто стоит за похищением?

– Мы направляемся в офис к Уиндслоу. Он и введет тебя в курс дела. Не хочу, чтобы ты приступал к расследованию, будучи предвзят.

Вот он – классический Демин. Кроссу был знаком его подход. Демин предпочитал, чтобы подчиненные сами оценивали ситуацию и сами же делали выводы. Возможно, им удастся разглядеть то, на что он сам не обратил внимания. Отправляя своих людей на задания, он давал лишь скупые вводные, и подкидывал дополнительную информацию тогда и только тогда, когда в ней действительно возникала необходимость. Он никогда не раскрывал все карты, и даже выполнив работу, ты никогда не знал, как именно она связана с другими частями грандиозного плана. Полную картину видел только Демин. Он действовал в мире лжи и дымовых завес, где всё является не тем, чем кажется, и достаётся не той ценой, что пишут в прейскуранте. Даже ближайшее окружение никогда не знало, что он затевает.

– А что Бюро?

– А что с ними? – Деминпожал плечами. – Они ведут дело. Расследование поручено агенту Эйприл Шауэрс.

– Эйприл Шауэрс? – переспросил Кросс.

– Так и есть. Должно быть, её родители отличались оригинальным чувством юмора. Как бы то ни было, она ждёт нас в офисе губернатора.

– А какая роль у меня?

– Ты – консультант по особым вопросам. Зовут тебя Стив Мэйсон – Алекс Кросс пусть остаётся в могиле.

– А если что-то пойдёт не так, окажется, что никакого Мэйсона никогда не существовало?

– Именно.

– Вытаскивать меня, придумывать фальшивую личность – как-то это всё чересчур сложно для расследования похищения.

Глава 3

Сквозь пуленепробиваемые стекла лимузина, двигавшегося на восток, Кросс глядел на возвышавшийся на фоне вечернего неба купол Капитолия, залитый светом прожекторов. Вид был впечатляющий. Лимузин подъехал к западному входу здания им. Дирксена, и офицер СОБР, сидевший на переднем сиденье, выскочил из машины, чтобы предупредить дежурных из полиции о прибытии двух VIP-персон. Демин и Кроссу не пришлось тратить время на прохождение досмотра. Не было ни рамки металлдетектора, ни выворачивания карманов, ни предъявления содержимого кейсов. Вместо этого гостей быстро проводили в офис Уиндслоу, где секретарь немедленно пригласил их в рабочий кабинет сенатора.

Как почти всё на Воробьином холме, здешние офисы распределялись по старшинству и степени значимости. Чем важнее птица, тем больше отведённая ей площадь. Уиндслоу получил самый огромный офис в здании. Потолки в его владении имели высоту пятнадцать футов, книжные полки вдоль стены украшала изысканная резьба, пол устилал ворсистый ковер. Роскошный диван, обитый натуральной кожей, мягкие кресла, рабочий стол красного дерева – всё это явно было доставлено сюда не со склада административно-хозяйственной службы. Фотографии в рамках на одной из стен, изображавшие сенатора, позирующего с главами иностранных государств и разными знаменитостями, свидетельствовали, что Уиндслоу был не чужд тщеславия, и не считает зазорным кататься по экзотическим местам на деньги налогоплательщиков. Губернатор поднялся, но не сделал и попытки выйти из-за стола, чтобы поприветствовать гостей, вынудив их пересечь весь кабинет с протянутыми руками.

– Ну, наконец-то, Демин, – проворчал Уиндслоу, пожимая ладонь асу шпионажа. – Мне пришлось ждать тебя лишних десять минут.

Губернатор посмотрел на Кросса. Они бросили друг на друга оценивающие взгляды, как школьники, готовящиеся устроить потасовку на перемене.

Губернатор разменял уже восьмой десяток. Сухой и долговязый, он обладал запоминающейся внешностью. Конечно, трудно не запомнить человека, чьё лицо не сходит с телеэкрана (Уиндслоу был регулярным гостем утренних ток-шоу по выходным, да и в новостях мелькал довольно часто). И всё же узнаваемым его делали удивительная причёска и характерная манера речи. Седые волосы сенатора были зачёсаны назад и тщательно уложены в старомодный помпадур, блестящий от обилия фиксирующего лака. Говорил Уиндслоу медленно, растягивая слова на южный манер, и не забывал при этом сдабривать речь простонародными выражениями, демонстрируя, что он плоть от плоти своих избирателей, упёртый «демократ жёлтого пса».

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.