Анна Стриковская
ПРАКТИЧЕСКОЕ ПРИМЕНЕНИЕ БЫТОВОЙ МАГИИ

Пролог

С Норского перевала в долину Дейшары спускался одинокий всадник на прекрасном каризском жеребце.

Одет мужчина был добротно, но просто. Так в империи одевались чиновники средней руки, посланные с поручением, или приказчики торговых домов, едущие домой с очередной ярмарки. Нападать на них ради грабежа смысла никакого, деньги и те и другие держат в именных ассигновках, магически защищенных от подделок и кражи. Белая рубашка, темно-серый жилет под горло и светло-серый теплый камзол без украшений. Штаны из той же материи, что и жилет, заправлены в пропыленные высокие сапоги для верховой езды. К седлу приторочен сверток, в котором угадывался серый же дорожный плащ. Только приглядевшись, можно было заметить, что ткань костюма и кожа сапог – самого высшего качества, а значит, путешественник мог оказаться не совсем тем, кем представлялся глазу.

Особенно если обратить внимание на то, как тот торопил своего вороного, цедя сквозь зубы бранные слова, какими обычно ругаются отнюдь не мирные граждане, а военные.

Внешность путника отличалась большей оригинальностью, нежели одежда, хотя никто не назвал бы его красавцем. Мужчина среднего или чуть выше среднего роста и худощавого сложения не отличался красотой или выдающейся статью. Не мощный, скорее жилистый, хотя такие зачастую оказываются посильнее, чем те, кто поражает бугристыми мышцами. В темных, гладко зачесанных назад и скрученных кожаным ремешком в хвост волосах ни намека на седину, но жесткая складка у рта ясно показывала, что перед вами не юнец желторотый. Узкое костистое лицо наводило на мысль о хищной птице. Не об орле, скорее о ястребе. Что-то птичье проглядывало в остром крючковатом носе и во внимательном, цепком взгляде круглых серых глаз. Пожалуй, именно глаза были самым примечательным во внешности всадника. В них вокруг зрачка слабо мерцала золотая звезда, практически исчезавшая в минуты гнева и заполнявшая собой всю радужку в минуты наслаждения.

Но тех, кто видел его глаза золотыми от удовольствия, можно было пересчитать по пальцам одной руки. Гораздо чаще он смотрел сурово и бесстрастно, как сейчас. По холодному, властному, проницательному взгляду можно было сказать определенно: перед вами не простой торговец, а человек, облеченный немалой властью. Тем удивительнее было то, что он путешествует в одиночестве.

Отдельное внимание привлекал конь: вороной с лиловым отливом черной блестящей шкуры, длинным хвостом и заплетенной косичками роскошной гривой. Ни торговец, ни чиновник не пустились бы в дальний путь на таком красавце, пожалели бы заплаченных за него немалых денег. Изящные копыта звонко цокали по утоптанной до каменного состояния дороги, черно-лиловые огромные глаза в тон шкуре взирали на окружающий пейзаж с нескрываемым недовольством и презрением.

Еще бы, после изумрудной зелени Рамиры Дейшарское герцогство встречало путников мрачными безлюдными просторами, где среди серых камней росли сизые, еще не проснувшиеся после зимы колючки, кое-где расцвеченные яркими огоньками первоцветов.

Седок смотрел на окружающее не менее недовольно чем конь. То, что он видел, ему не нравилось. Если сравнивать с цветущей провинцией Рамирой, куда уже пришла весна, высоко расположенное Дейшарское плоскогорье пока еще спало и не радовало травой и яркими цветами. Они появятся, но позже, через неделю-две, когда пройдут первые дожди. К этому времени он надеялся покинуть негостеприимные земли, а пока коню и всаднику пришлось любоваться мрачным холодным пейзажем.

* * *

Путник выехал из последнего перед перевалом городка Рамиры рано утром и по закону уже должен был доехать до населенного пункта, чтобы пообедать и накормить коня. Но ни городка, ни деревни в пределах видимости не наблюдалось. Когда-то первый император Леританы, объединивший под своей властью семь королевств и пять герцогств, приказал, чтобы вдоль всех трактов поселения располагались на расстоянии, которое конь покрывает за полдня пути. В центре страны, надо сказать, они попадались куда чаще положенного. Ближе к окраинам становились все реже, но правило неукоснительно соблюдалось. Здесь же, в Дейшаре, всадник впервые встретился со столь наглым пренебрежением к одному из главных законов империи. Даже колодца ему на пути не встретилось.

Странно, Дейшара не из самых новых завоеваний, неужели до сих пор никто не проверил исполнение указа? Хорошо, что к седлу приторочена фляжка приличных размеров, от жажды умереть не даст, да и по весеннему времени в предгорьях полно ручьев, есть где напоить коня.

Когда солнце стало клониться к закату, путешественник наконец увидел стены городка, и прибавил ходу. Утомленный жеребец не стал противиться, наоборот, предчувствуя близость стойла, прибавил шагу. В ворота всадник влетел в последнюю минуту перед их закрытием, бросил серебряную монету стражнику и потребовал, чтобы его немедленно проводили к лучшей (а вернее, к единственной) гостинице.

Богатство уважают даже, если не сказать «особенно», в Дейшаре, так что уже через четверть часа путник сидел в зале трактира, перед ним стоял сытный ужин и бутыль неплохого местного вина. Конь удостоился заботы и внимания конюха десятью минутами раньше.

Посетители трактира глаз не сводили с приезжего. Еще бы, не часто в Кербу приезжают из метрополии богатые господа. О богатстве можно было судить по тому, что приезжий не стал торговаться, заплатил за ужин и ночлег вперед, и велел никого не пускать за свой стол. Остальные посетители с интересом его рассматривали, но он не удостоил их даже взгляда, а наворачивал угощение, мрачно вперив взор в тарелку. Быстро закончив ужин, он не остался послушать местных музыкантов, а поднялся к себе в номер и не вышел оттуда до самого утра.

– О чем он тебя спрашивал? – поинтересовался у трактирщика один из присутствующих, секретарь здешнего градоначальника.

Тот скорчил презрительную гримасу.

– Спросил, нет ли в нашем городе хорошего мага.

– А ты?

– Я сказал, что в Дейшаре мало магов, у нас в городе один, очень хороший, старый, проверенный, ото всех болезней лечит и сады на плодородие заговаривает. Но, видать, это ему не подходит. Сказал, что уедет на рассвете.

Чиновник выдохнул с видимым облегчением.

– Хвала богам! Нам тут неприятности не нужны. А от этого типа так ими и разит.

После этого невинного разговора любопытный секретарь сразу засобирался и ушел. А еще через полчаса из здания городской управы вылетел голубь и быстро понесся по направлению к горам.

Глава 1

За закрытыми дверями своего временного убежища начальник отдела расследований министерства внутренних дел Торрен мар Шартелен устало вытянулся на чересчур мягком и низком ложе, покрытом домотканым покрывалом. В этом трактире ему не нравилось все: и слишком перченая еда, и слишком сладкое вино, и слишком мягкая кровать. Вообще, то, что пришлось доехать до самой Дейшары, никак не входило в первоначальный план.

Его привела сюда не собственная прихоть, а дело государственной важности. Две недели назад из загородного охотничьего дворца был похищен наследный принц Леританы Грендерн. Самым обидным, даже унизительным, было то, что его похитили у Торрена прямо из-под носа. Грен назначил ему встречу, обещая пикантное развлечение, но когда Тор наконец добрался до охотничьего дворца, там никого не было.

Кто и зачем увез Грена было неясно. Одно радовало: принц жив и здоров. Насчет здоровья Тор не был совершенно уверен, потому что здоровый Грен не дал бы себя украсть как пучок петрушки с лотка. Скорее всего его для начала стукнули по голове, а потом опоили каким-нибудь зельем. По крайней мере из дворца он не вышел своими ногами, его вынесли. Торрен, прибывший примерно через полчаса после того как исчез Грендерн, успел рассмотреть и сохранить незатоптанными все следы.

Он тогда сильно разозлился, но не слишком испугался. Вызвал специалистов и повел дело по всем правилам, взяв с привлеченных клятву молчать. Очень быстро удалось определить, в какую сторону увезли принца.

Когда лучший друг Торрена, маг Амдар мар Кири, работавший в его ведомстве, определил, что похитители везут Грена на восток империи, магией и порталами не пользуются и магов среди них нет, казалось, что погоня станет приятной прогулкой. Надо быть полным дураком, чтобы затеять это в центре империи под носом у секретных служб. Они даже подсмеивались над незадачливыми похитителями. Придумывали, кто же мог украсть наследного принца и склонялись к версии, что затеять нечто подобное могла только какая-нибудь из его брошенных любовниц с куриными мозгами.

Выехал он с Амдаром, еще одним магом из дворцового ведомства и лейтенантом полиции, возглавлявшим отряд из двенадцати человек. Казалось, с этими силами они быстро разберутся и вернут принца домой. А потом началось.

Лейтенант на постоялом дворе сломал ногу. Часть отряда потерялась в лесу и заехала в болото. Людей удалось спасти, но не всех, а вот лошади утонули. Два раза на них нападали разбойники, уйти от них без урона не получилось. Придворный маг упал с лошади и сломал себе спину, хотя был отличным наездником. Пришлось его оставить на милость местного целителя.

В трактире трое полицейских отравились, один насмерть. Сам Тор тоже почувствовал себя плохо, но Амдар успел оказать ему помощь. Остатки отряда пришлось оставить на берегах Сафины, мост через которую оказался разрушен. Если бы не его замечательный конь, труп главы отдела расследований тоже остался бы где-нибудь на отмели, а так ему и магу удалось выплыть.

Последним он потерял Амдара. Тот остался бороться с эпидемией вуалафы, разразившейся в благословенной Рамире, где этой гадкой хвори отродясь не было. Местные власти не справлялись, а здешний маг оказался первый жертвой злой инфекции. Больше суток было потрачено на организацию карантина. Торррен пытался настоять на том, чтобы Амдар плюнул на вуалафу и ехал с ним, но тот, связанный долгом, отказался. Без магии эту болезнь не одолеть, все маги обязаны бороться с эпидемией, они об этом клятву давали.

Да, зря парни надеялись на увеселительную прогулку. Вот он уже полстраны до самой восточной границы проехал, растерял весь свой отряд, а от цели далек так же, как был в первый день. Похоже, похищение было хорошо спланировано и подготовлено, причем те, кто это придумал, отлично представляли себе, как будут действовать власти и предусмотрели все, чтобы им эффективно помешать. То, что похитители не пользовались магией, не давало по факту ни малейшего преимущества преследователям, скорее наоборот. Засечь их было трудно, предугадать действия не получалось.

А вот неприятности и несчастные случаи по пути происходили с нудным постоянством, наводившим на мысль о рукотворном характере. Выехав из столицы с отрядом в пятнадцать человек, среди которых были два квалифицированных мага, Тор оказался в Дейшаре совершенно один. Хуже всего было то, что каждое происшествие задерживало продвижение, а поисковые амулеты, которыми Торрена снабдили в столице империи Лертане выдохлись и уже ничего не показывали. Он подумывал о том. чтобы повернуть назад, но не готов был предстать перед императором и его прекрасной супругой Арринитой и сказать, что их сына отыскать не удалось. Он решил продолжить путь и найти себе помощь на месте.

Амдар, когда они расставались, дал ему совет:

– Поезжай один. Сделай вид что возвращаешься, а потом…Чем меньше людей будут знать о твоей миссии, тем лучше. Сегодня ясно одно – Грена везут в Дейшару. Отправляйся туда. Денег у тебя довольно, когда амулеты разрядятся, найми себе в помощь тамошнего мага-бытовика и возьми с него клятву. Для создания новых поисковиков используй кровь императрицы Арриниты, поиск по родственной крови – самый надежный.

Он передал Тору крошечный флакончик.

Тот понял мудрость совета друга. В принципе, если бы ему понадобился для поимки военный отряд, он имел полномочия для того, чтобы привлечь к делу любой местный гарнизон. Но прекрасно понимал, что лучше обойтись без этого. Секретность еще никто не отменял. Привлечение к делу войск грозило тем, что все в империи узнают, что наследника престола похитили, как какую-нибудь левретку графини Гарди. Огласка грозила Торрену потерей места и опалой. Это потом, когда он отыщет и вернет Грена, можно будет обнародовать эту историю как нечто романтико-героическое.

Надо сказать, на этом этапе и маг, и сам Торрен прекрасно понимали, что они имеют дело с разветвленным заговором и корни его тянутся за Дейшарский хребет. А значит, хочешь не хочешь, придется ехать в Дейшару.

От места, где он расстался с Амдаром, до этой дурацкой Кербы Тор скакал трое суток, ни на минуту не ослабляя бдительности. Пару раз еще в Рамире он чудом спасся: унюхал яд в тарелке с овощным рагу и заметил стрелка на крыше конюшни. Хозяина трактира он сдал властям, а убийцу пристрелил собственноручно, но расстановку сил это не изменило.

И вот Торрен в Дейшаре. Вернее, в маленьком вонючем поселке под названием Керба, который тут по ошибке считают городом. Один, без друзей, без поисковых амулетов, без связи и поддержки, безо всего, что делает жизнь хоть сколько-нибудь приемлемой. На карте эта провинция занимает не так уж много места, медвежий угол империи, самый восточный край. Изо всего, что он знает о Дейшаре, на ум приходит только то, что магов в этом забытом Богами месте мало. Знахари и знахарки есть, но настоящих обученных специалистов раз, два и обчелся. Не хотят выпускники академии тащиться в эту дикую провинцию. Народ здесь бедный и не может платить магам за работу как положено, поэтому выпускники Академии едут сюда неохотно, только по распределению, и уезжают сразу, как отработают свои три года.

Но найти специалиста придется. С тех пор как на подступах к Дейшарским горам он потерял след и все амулеты умерли, стало ясно, что без помощи мага не обойтись. За ним лучше всего ехать в столицу герцогства, в Кахне по-любому хоть один, да найдется. Но столица его не устраивала: заговор с целью похищения наследного принца явно направлялся оттуда. Стоит поискать поближе. Судя по карте, из Кербы к столице герцогства есть два пути: через большой торговый город Шанду и маленький поселок Вейт. В Шанде больше шансов найти мага, зато Вейт ближе к горам, в которых, судя по указаниям последнего поискового амулета, исчез Грен.

Мужчина залез в сумку, покопался в ней и достал маленькую, но довольно толстую записную книжку. Посторонний наблюдатель увидел бы в ней списки покупок и хозяйственные расчеты, и ошибся бы. Это был отлично зашифрованный путеводитель по империи, где была информация обо всех значимых населенных пунктах. Полезная информация, а не бла-бла про архитектурные красоты. Таких справочников в его ведомстве было три, не считая исходного, и пополнялись они магически.

Взяв стило, заместитель министра начал быстро водить им по строчкам, беззвучно шевеля губами.

Шанда… Три мага, один погодник-сельхозник, два лекаря, еще три местные знахарки… В Академии учился только один лекарь, выпускник… так… закончил двадцать семь лет назад… Не годится. Хотя, если не найдется ничего другого…

Вейт… Два мага… Один лекарь, другой бытовик. Оба выпускники академии, лекарь пятнадцать лет назад, бытовик – четыре. Странно, в маленьком Вейте ситуация с магами лучше, чем в богатой Шанде. Но одно ясно, маг-бытовик подойдет значительно лучше лекаря. И учился он не так давно. Остается вопрос: что маг с такой специализацией делает в этой дыре? Может, он как раз и связан с похитителями? А может это Торрену наконец улыбнулась судьба.

* * *

Выехав на рассвете, всадник уже через час добрался до развилки: левая широкая наезженная дорога вела в Шанду, а правая узкая – в Вейт. На перепутье он ненадолго остановился, затем тронул поводья и двинулся по широкой дороге., но не проехав и лиги свернул в лощину, заросшую густыми колючими кустами, уже покрытыми первой зеленью. Скрывшись за ними, подождал немного, и, увидев двух всадников, промчавшихся мимо, удовлетворенно хмыкнул. Затем вернулся на развилку и отправился прямиком в Вейт.

Пока ехал, вспоминал все, что могло иметь отношение к делу. Дейшара была присоединена к империи триста лет назад, но до сих пор сохраняла некоторую самостоятельность. В ней действовали далеко не все имперские законы, царил свой, отличный от других провинций уклад жизни, и сильны были сепаратистские настроения. Здесь вечно зрели заговоры. Тор этого не понимал: вхождение в состав империи Леританы давало большие преимущества, с лихвой покрывавшие издержки. В свое время именно из-за активности тех, кто боролся с империей, Дейшару и присоединили, чтобы угомонить неспокойного соседа. Более лояльные соседние государства Аламер и Зайдар свою независимость сохранили.

Император Лерриан как мог старался укрепить связи этой провинции с центром. Он приближал дейшарцев к себе, давал им льготы по налогам и вкладывал деньги в экономику этого гиблого места.

Дейшарский Великий герцог был женат на сестре имперского министра графа Келера. Несмотря на то, что гаремы в Дейшаре отменить не удалось, эта жена была на особом положении и могла влиять на политику супруга.

По мнению Торрена эти меры ни к чему хорошему привести не могли. Пряник без кнута работал плохо. Дейшарцы воспринимали такую политику как проявление слабости и плодили заговоры. Ясно, что похищение принца – это еще один. Только вот что они собираются с ним сделать? Если торговаться, то уже должны были начать, но пока об этом ничего не слышно. А если нет, то каков их план?

Глава 2

До поселка он добрался неожиданно быстро: не прошло и трех часов как он отъехал от перекрестка, а вдали уже белели стены городка. Стражи на въезде не было, как не было и ворот. Вейт, как большинство Дейшарских поселений, был обнесен глинобитной беленой стеной. Это делалось не специально, просто она складывалась из стен всех домовладений, шедших по периметру. Точно такие стены отделяли дворы домов от улиц и внутри города. Редкие двери и ворота были вечно заперты и на стук открываться не спешили. Где и как здесь прикажете искать мага?

Но в Вейте Торрену первый раз за все время повезло. Прямо у въезда в городок над первыми же воротами висела вывеска, на которой белыми буквами по черному фону шла простая аккуратная надпись ¨Домашняя магия¨. Вознеся благодарность богам, всадник спешился и постучал.

Пару минут казалось что за стеной никого нет, но потом послышался топот ног, проделанная в воротах дверь приоткрылась, и в щель просунулась детская рожица. Девочка лет десяти внимательно оглядела незваного гостя и спросила:

– А вы к кому?

– Маг бытовой магии здесь живет?

– Здесь, здесь, проходите, пожалуйста, – девочка открыла дверь настежь и сделала приглашающий жест.

– Я с конем, – пояснил пришелец.

Через минуту приоткрылись ворота, ровно настолько, чтобы можно было протиснуться лошади. Мужчина вошел сам, завел жеребца и огляделся. Он попал в типичное для дейшарских строений место, узкий коридор между двумя стенами, по которому предстояло идти с конем туда, где вороному отведут стойло, накормят и напоят. Девочка шла впереди, показывая дорогу, затем ткнула пальцем в здание конюшни, в которой, судя по всему, давно не держали лошадей, и оставила, предложив гостю самому позаботиться о животине. Путешественник, тяжко вздохнув, расседлал своего красавца, обтер соломой, повесил ему торбу с овсом и налил из колодца в середине двора воды в поильную колоду. Устроив своего четвероногого друга, он осмотрелся, ища вход в дом. В эту самую минуту девчонка вернулась и пригласила:

– Пойдемте, бан, хозяйка вас ждет.

Хозяйка? То есть не маг, а магисса? В путеводителе об этом ни слова. Боги, как некстати.

Несмотря на то, что в Леритане на государственной службе было довольно много женщин, в свое ведомство Тор старался их не брать. Разве уж на какую-нибудь совсем незначительную должность, вроде кастелянши или уборщицы. Он не любил работать с женщинами, и это еще мягко сказано. Ненавидел.

Женщина – это всегда неопределенность. Говорит одно – делает другое. Каждое твое слово воспринимает как-то по-своему, находя причины для обид в совершенно простых однозначных указаниях. Если сказала, что какой-то предмет красный, это может означать что угодно, от круглого до горячего. Ее надо уметь понимать, а у Торрена с этим проблемы. А еще у них бывают критические дни, когда с ними вообще лучше дела не иметь, хотя, если честно, другие дни ничуть не лучше. А еще они влюбляются, и тогда от них совсем спасу нет. Он это все уже проходил.

Но выбора нет. Если эта… особа… окажется неподходящей, придется терять еще три дня, ехать в столицу герцогства и искать мага там, а за это время столько всего может произойти… Непоправимого. Значит, надо сделать так, чтобы свести минусы от работы с женщиной к минимуму.

Он не был женоненавистником, отнюдь. Бывало, его постель согревали самые красивые дамы империи, правда, в последнее время он предпочитал шлюх. Головной боли меньше, а удовольствие то же. Но постель и работа – разные вещи. Работать он предпочитал с мужчинами, чтобы в самый неподходящий момент не столкнуться с неожиданными и совершенно неконструктивными проявлениями чувств. Нерациональные, мешающие работе и деморализующие остальной персонал смех, слезы, истерики и внезапные признания в любви он в своем ведомстве вывел.

С этой магиссой тоже решил договориться, что называется, на берегу. Поставить ее в рамки и следить, чтобы девица их не нарушала. Да, еще одно. Даже если она очень хороша собой, то спать с ней он будет только по завершении работы.

Размышляя таким образом он шел за провожатой, и тут дверь перед ним распахнулась.

– Уважаемая бана магисса, к вам посетитель, – возгласила девчонка.

Мужчина сделал шаг в комнату, остановился, попав на яркий свет из темной прихожей, и замер, уставившись на женщину, поднявшуюся навстречу к нему с кресла.

Почему, почему он решил, что это будет молодая особа? Откуда он взял эту дурацкую идею? Вспомнил, что она закончила Академию четыре года назад? Ну и дурак. Это еще ни о чем не говорит.

Перед ним стояла женщина средних лет в традиционном местном костюме вдовы. Он вспомнил уроки этнографии в родном ведомстве. Мешковатое бесформенное серое платье в пол, расшитое черными и лиловыми ленточками указывало на то, что овдовела она как минимум год назад и детей у нее нет. Были бы, среди ленточек встречались бы белые или красные: мальчик или девочка. Голова повязана темным платком до бровей тоже по местному обычаю. А вот лицо… Лицо у нее не местное. Землистое, усталое, заморенное – да. Но прямого чуть вздернутого носика с веснушками у дейшарских женщин не бывает. Хорошо бы еще в глаза заглянуть. Можно б заклад биться, что они не карие и не черные. Он внимательно рассматривал стоящую перед ним женщину, она тоже не торопилась. Стояла перед ним, потупив глаза в пол, и молчала. Ну да, это же он к ней пришел, а не она к нему. Придется начать разговор самому.

– Уважаемая бана магисса, я пришел предложить вам работу.

Длинные ресницы вздрогнули, но глаз женщина не подняла. Вздохнула, оправила платье и произнесла глубоким грудным голосом:

– Очень рада, уважаемый бан. Разрешите предложить вам присесть. Вы с дороги. Моя служанка принесет нам горячий шер и колобки, чтобы вам удобнее было изложить мне ваше дело.

Она не подняла глаз, но говорила и действовала с поистине королевским достоинством, что странно сочеталось с опущенными в пол глазами. Указала ему кресло напротив себя, изящным движением руки послала девчонку за угощением и сама села за стол. Стоять далее было бы неучтиво, мужчина опустился на указанное ему место и представился:

– Торрен мар Шартелен к вашим услугам, бана магисса.

– Скорее это я к вашим услугам, бан мар Шартелен. Я Ильмарисса арн Дортин, бытовой маг. Домашние заклинания, охрана, поиск, кулинарная и садовая магия. Какую работу вы намерены мне предложить? Или вы хотели бы приобрести амулет?

Арн Дортин, из незнатных. Или это по мужу? Фамилия знакомая, имперская, а не местная. С другой стороны, если муж был из простых, то вряд ли она из дворян. Магисса с дипломом… Сколько же ей лет? По виду она старше Торрена лет на десять, если не больше. Но академию закончила недавно. Бывает, способности просыпаются поздно, но мало кто станет их развивать в зрелом возрасте. В конце концов, есть прекрасный способ все проверить.

– Уважаемая бана, работа, которую я хочу вам предложить – это работа на государство. Надеюсь, вам понятно, что это значит.

Бледные губы женщины чуть тронула улыбка.

– Секретность, секретность, и еще раз секретность.

Разумная особа, да и с юмором у нее все в порядке.

– Вы правы, бана, но сейчас я не об этом. Прежде чем сообщать вам, в чем состоит работа, я хотел бы…

Она снова улыбнулась, на этот раз чуть шире, и закончила фразу за него:

– Чтобы я предъявила мои «верительные грамоты». Держите. Вот аттестат и диплом, вот лицензия гильдии магов, вот разрешение на практику в Дейшаре.

Женщина достала из стола скромную кожаную папку, открыла ее, по одной бумажке продемонстрировала содержимое, затем снова закрыла и протянула Торрену. Он взял и демонстративно положил документы на колени.

– Бана магисса, а могу я посмотреть другие ваши документы? Метрику, свидетельство о смерти вашего мужа…

– Метрику пожалуйста, а свидетельство о смерти мужа… Нету такого. Я не собираюсь вас обманывать, бан мар Шартелен. Должна сказать сразу: я никогда не была замужем, детей у меня нет, и все, что вам нужно, вы можете узнать из тех документов, которые я уже предоставила.

Торрен аж опешил.

– А почему?…

– Почему я ношу вдовий наряд? Это Дейшара, уважаемый. Женщина, даже магисса, имеет здесь право на свободу если она вдова. Одинокую девицу уже давно так или иначе заставили бы выйти замуж. Мне и так нелегко.

– А разве?…

Он собирался спросить, не легче ли ей было бы замужем, она поняла и ответила не дожидаясь:

– Нет, нет и еще раз нет. Не мой случай. Я не могу… замуж. Надеюсь, мое семейное положение к делу отношения не имеет. Да вы посмотрите документы, бан, тогда и поговорим более… квалифицированно.

Боги, она же еще и учит его профессиональному поведению. Нельзя не сознаться, она права. И усадила его грамотно: свет падает у нее из-за спины. Сама в тени, а он, как дурак, освещен лучше некуда. Он сам всегда так поступает, но сегодня это не его кабинет. Ну, что там в документах? Окончила академию четыре года назад? Сколько же ей на самом деле лет? Три года практикует в Вейте. Присвоенная квалификация: маг первой категории. А это уже интересно.

Торрен не учился в магической академии, но прекрасно знал тамошние порядки. Магов выпускали трех категорий, первую присваивали лишь тем, кто выпускался с отличием. Через три года те имели право сдать экзамен и получить высшую категорию или защитить диссертацию и стать магистром… Среди выпускников первой категории никогда не было бытовиков. Никогда. Боевые маги, лекари, пространственники и все. Так, надо смотреть вкладыш, там указана специализация. «Маг широкого профиля». Демоны, таких за все время существования академии было выпущено всего несколько штук, все они преподают в академии или подвизаются при дворе. Что эта женщина делает в Дейшаре? Шпионит на императора? Здесь, в Вейте? Бред какой-то… Но документы настоящие. Может, не ее?

– Уважаемая бана, я изучил ваши, как вы выразились, верительные грамоты. Они более чем удовлетворительны, но меня не покидает чувство…

Он замялся, а женщина сидела, все так же безучастно глядя в пол. Наконец она прервала неловкое молчание:

– Что же вас смущает, бан? Спрашивайте прямо, я отвечу.

– Меня смущает, что то, что я читаю, и то, что вижу перед собой, не совпадает. Совершенно. Вы поняли меня, бана Ильмарисса?

Она не удивилась и не обиделась, ответила спокойно и обстоятельно:

– Чего ж тут непонятного. Меня бы тоже это смутило. Рассказываю и прошу поверить на слово. Я Ильмарисса арн Дортин, двадцати пяти лет от роду. Родилась в селе Каризель недалеко от столицы. Четыре года назад закончила обучение в императорской магической академии и получила первый разряд и квалификацию мага широкого профиля. После обучения из-за болезни потеряла большую часть магической силы. Живу и практикую в Дейшаре, в городе Вейте в качестве мага-бытовика. Если вы сомневаетесь мои ли это документы, проверьте. Методика должна быть вам знакома. А то, что вы видите… Это Дейшара, бан, по-другому здесь нельзя.

Эта особа… Она его не старше на десять лет, а на семь младше! Как так?

– То есть, ваш облик – это иллюзия? Магия?

Женщина сдержанно улыбнулась.

– Зачем расходовать силы на такую ерунду? Это одежда и немного краски. Вы удовлетворены?

– Вполне.

– Тогда сообщите, что требуется от меня. Постараюсь сделать все, что в моих силах.

– Поиск.

Магисса утвердительно кивнула, достала блокнот и стило, начала ставить в нем какие-то закорючки. Потом заговорила ни к кому особенно не обращаясь.

– Высокопоставленный чиновник приезжает в наш забытый богами край. Ему нужен поиск. Интересно, что похитили из столицы? Документы, драгоценности, артефакт?

– Человека. Человека, бана.

Логика у нее железная. Но как ей удалось догадаться, что он – высокопоставленный чиновник? Или она знает его в лицо? Но вот она опять заговорила… Что-то спрашивает.

– Ясно. Этого человека привезли в Дейшару, надо понимать? А похитили его…

– Две недели назад.

Женщина впервые с начала разговора посмотрела на Торрена. Для этого она не стала поднимать глаза, а задрала голову и глянула из-под опущенных век. Боги, ее Величество императрица, считающаяся непревзойденным мастером высокомерных взглядов могла бы взять у этой сельской баны пару уроков.

– Что же вы делали две недели, бан? За это время вашего похищенного могли…

Торрен оборвал магиссу:

– Нет, бана, не могли. Его не транспортировали через портал, его везли сюда без применения магии, на лошадях. Мы гнались за похитителями, отслеживая похищенного с помощью стандартного амулета. Два дня назад он был жив и здоров.

– А два дня назад…

– Два дня назад все поисковики перестали работать. Выдохлись, а мага со мной уже не быо. В это время похищенный находился недалеко от перевала.

– Со стороны Дейшары?

– Со стороны Рамиры.

– А Вы почему-то уверены, что похитители везли его именно сюда?

Тут оба замолчали. Все ее вопросы до сих пор были по делу, а выводы точны. Похоже, с ней можно будет сработаться. Вот только отвечать на вопросы незнакомой и очень сомнительной особы… Торрен уставился на магиссу, а она снова смотрела в пол. Молчание грозило затянуться, но тут женщина снова заговорила:

– Вероятно у вас есть причина не отвечать на этот вопрос тому, кто не дал клятву хранить тайну. Я поняла что вам нужно и готова на вас работать. Я хорошо знаю все методы поиска, надеюсь, мы найдем Вашего похищенного. Возможно, сумеем освободить, не прибегая ни к чьей помощи.

Отлично составленная речь. Как по бумажке. А ведь она выдала это экспромтом. Непростая дамочка.

– Что еще Вы умеете, бана?

– Вы видели мой диплом. Маг широкого профиля. Легче сказать, что я не делаю. Не лечу, не убиваю, порталов не открываю… Все остальное могу.

– Почему не лечите?

Она горько усмехнулась и пожала плечами.

– Не слишком людей люблю, вот и не выходит лечение. Ну, там, рану заговорить или лихорадку успокоить еще могу. А что-то посерьезнее…

– А почему не убиваете?

Голос женщины зазвенел металлом.

– Потому что не хочу, и все.

– А с порталами что?

– Ну, если вы желаете увидеть мой хладный труп, так и быть, открою вам портал. Только потом не жалуйтесь, что остались без магической помощи и поддержки в самый неподходящий момент.

Кажется, этот вопрос ее рассердил, но она держит себя в руках. Торрен добродушно кивнул.

– Понятно. Сил не хватает. Странно для мага широкого профиля, ну да ладно. А рассчитать?

– Рассчитать могу что угодно, вот строить – это не ко мне.

Торрен поинтересовался:

– То есть, квалификация у вас достаточная, а вот силы…

– Уважаемый бан, насчет квалификации вы не ошиблись, но давайте не будем обсуждать мои силы. Да, они невелики. Поэтому и прозябаю тут. Если я вам подхожу такая, какая есть, нанимайте, или попрощаемся вежливо, и я забуду, что вас видела.

Она не сердилась, не обижалась, просто констатировала факт и требовала решения.

– Можно еще вопрос?

– Да хоть десять.

– Почему вы так легко согласились?

В голосе женщины слышалось странное ожесточение.

– Потому что мне нужна работа. Любая работа, за которую заплатят. А государство платит с гарантией, и платит хорошо, это я знаю.

Мужчина обрадовался:

– Отлично. Не знал, как перейти к теме вознаграждения, но вы мне помогли. Спасибо.

– Не за что. Так какие условия найма? Сколько вы мне положите за мою работу?

Вопрос был непростым, но Торрен продумал его заранее и сейчас бодро изложил предварительные заготовки, вдвое увеличив расценки. Бана явно нуждалась в деньгах, а он не привык обижать своих служащих, даже временных.

– Я не знаю, сколько дней вам придется работать и что именно делать, поэтому предлагаю по два золотых в день за то, что вы меня сопровождаете. На всем готовом, то есть еда и все остальное за казенный счет. Компенсация за потраченные материалы в двойном размере. То есть если амулет стоит золотой, мое ведомство дает за него два. Ваши магические действия будет оплачены отдельно. Эти деньги ваши вне зависимости от результата. В случае успеха вы получите дополнительную награду от короны. Обычно это от тридцати до ста золотых.

Голос магиссы чуть заметно дрожал, когда она проговорила:

– Благодарю, это более чем щедро.

Из-под полуопущенных век текли слезы. Не ужели? Не может быть чтобы грамотная умелая магисса не могла обеспечить себе безбедное существование. Хотя… Это Дейшара, здесь возможно все. Торрен сделал вид, что не заметил состояния женщины и продолжил:

– Контракт в моем ведомстве принято заключать магический. Вот амулет найма. Сейчас я оглашу условия, а вы дадите мне клятву, что не разгласите тайные сведения, которые я вам доверю, после чего мы обговорим все, что касается дальнейшей работы.

Слезы моментально высохли, магисса жестом остановила Торрена, встала из-за стола и хлопнула в ладоши. Вбежала давешняя девчонка с подносом, на котором стояли чашки, кувшин, исходящий сладким паром, горкой на блюде лежали свежевыпеченные медовые колобки. Женщина приняла у малышки поднос, поставила на стол и указала на дверь.

– Ты свободна на сегодня, Зиби, приема больше не будет. Иди домой и запри за собой дверь. Со всем остальным я справлюсь сама.

Отослала служанку, молодец. Да и реветь не стала, сразу взяла себя в руки. С ней будет не так уж сложно работать. Если ее реальная квалификация соответствует документам, то, можно сказать, с магиссой повезло. Двадцать пять лет… Интересно, как она выглядит без грима?

– Бан, я отослала Зиби. В доме я одна. После того, как она уйдет, подслушать нас будет некому. Давайте выпьем шер, пока он горячий, а потом займемся нашими делами.

Некоторое время оба молча тянули сладкий горячий напиток, благоухавший фруктовыми ароматами, заедая его пышными колобками, затем стукнула дверь, и Торрен промолвил:

– Бана Ильмарисса, ваша служанка ушла. Мы можем заняться делом? И… Я, если честно, съел бы что-то посущественней колобков, хоть они и очень вкусные.

Прежде чем ответить, магисса еще ниже опустила голову. Потом проговорила запинаясь:

– А Вы не могли бы мне выдать немного серебра… авансом, в счет моей работы? В доме нет еды, только заварка для шера. Колобки мне сегодня прислала мать Зиби, а то бы и их не было.

Боги, если это правда, ей действительно очень нужна работа. Прекрасный шер ничего не меняет, заварка и мед могли быть куплены давным давно, а сейчас в ее доме шаром покати. Неужели есть в империи место, где квалифицированный маг не может заработать на кусок хлеба?

– Простите, бана, что не подумал. Конечно, возьмите сколько нужно.

Он сунул руку в карман и щедро сыпанул на стол серебрушек и медяков.

– Берите, не стесняйтесь. Вы не обязаны меня кормить. Кстати, если не возражаете, я не пойду искать постоялый двор. Меня в Вейте кроме вас и вашей служанки никто не видел, так что не стоит и светиться. У вас ведь найдется для меня комната? Дом, как я вижу немаленький. Так что можете взять с меня и за постой.

Она не стала чиниться, сгребла деньги со стола и бросила на него быстрый взгляд искоса.

– Хорошо, бан. Комната для вас найдется. Но мне придется сказать соседям, что вы мой родственник из метрополии, иначе я не смогу сюда вернуться.

– Да пожалуйста. Кто я там? Брат, сват?

Она на минуту задумалась, потом сказала:

– Старший сын моего дяди. Приехали, чтобы забрать меня в гости, ухаживать за моей тетей. Так я смогу объяснить почему уезжаю с вами.

– А это нормально? В смысле, нормальное объяснение?

– Для Дейшары? Да, вполне. Отдыхайте, бан мар Шартелен, я скоро вернусь.

Магисса сунула деньги в карман и быстро вышла. Мягкие туфли прошлепали по плиткам двора, хлопнула дверь. Ушла.

Глава 3

Торрен воспользовался случаем, поднялся и бегло осмотрел дом. Надо сказать, смотреть было особо не на что. Внизу кабинет, в котором они сидели, еще одна маленькая комнатушка с лежанкой и катком для белья и кухня. На втором этаже две спальни, одна явно хозяйская. Низкое ложе и сундук с вещами, на стене небольшое зеркало. Потолок… Торрен легко доставал до него рукой даже не становясь на цыпочки. В гостевой спальне не было даже сундука, просто ложе, около него табурет и все. Да, небогато, но чисто.

Вся приличная мебель, стол и два кресла, собрана в кабинете. Похоже, их она привезла из столицы. И как ее угораздило поселиться в этой дыре? По произношению она похожа на образованную барышню из хорошей семьи. Все объяснил бы муж-дейшарец, но мужа не было. Или все же был?

Торрен спустился в кабинет и снова осмотрелся. Ага, вот закрытые полки. А что на них? Книги. Учебники, пара старинных гримуаров, сочинения современных магов… Круг тем самый широкий. И впрямь маг широкого профиля. Надо сказать, эта литература подороже будет, чем весь ее дом. А она только что не голодает. Почему? Картинка не складывается.

Мужчина оставил книги и прошел на кухню. Убедился, что Ильмарисса не соврала: припасов в доме действительно не было. В ларе горсть муки, мед в горшочке на донышке, мешочек орехов и полупустая банка с заваркой. Торрен вышел во двор. Проведал коня, тот по счастью был сыт и доволен. Около конюшни нашлась калиточка. Сунувшись туда заместитель министра оказался в крохотном но удивительно красивом саду. Сейчас, по весне, здесь цвели синие, белые, лиловые и желтые цветы, создавая необычный весенний узор, чистый и нежный. Он присел на корточки, стараясь разглядеть и запомнить эту прелесть, и тут услышал стук двери и шаги за спиной.

– Вам понравился мой сад, бан?

Он поспешил ответить:

– Очень, уважаемая. Никогда не видел ничего подобного. На маленьком клочке земли вам удалось создать красоту, которая трогает душу.

Она с облегчением вздохнула, или ему показалось?

– Благодарю вас. Я старалась и рада, что вы оценили мой труд. А теперь идемте обедать, я все принесла.

На том же столе в кабинете теперь была расстелена ветхая скатерть, а на ней стояли горшки, от которых вкусно пахло пряной дейшарской едой. Не успел Торрен устроиться поудобнее, как Ильмарисса поставила перед ним блюдо и положила столовый прибор.

– Угощайтесь, бан, вот жареный бараний бок, вот рис с шафраном, здесь тушеные овощи… В кувшине холодный лимонный шер, а в бутыли местное вино. Оно, конечно, не такое, как вы привыкли пить в столице, но все же…

– Не извиняйтесь, бана, все отлично. Вы взяли это в местном трактире?

Она покачала головой.

– Нет, у родителей Зиби. Если я правильно поняла, вы не хотите афишировать свой приезд, поэтому в трактир я не пошла. Это задержит распространение слухов дня на три, ее родные не местные и живут очень замкнуто. А когда мы с вами уедем, пусть себе болтают, большого вреда не будет.

Чиновник был удивлен:

– Вы нанимаете служанку в семье, чей достаток значительно больше Вашего?

– Она не служанка, а ученица. У Зиби хорошие способности, я ее учу всему понемногу, а она за это помогает мне по хозяйству. Пожалуйста, бан, давайте не будем обсуждать мою жизнь. Вы наняли меня не для этого.

Торрен замолчал и налег на обед, оказавшийся довольно вкусным. По крайней мере лучше чем то, что ему довелось вчера отведать в трактире. Родные Зиби не пытались убойным количеством перца замаскировать низкое качество продуктов. Отдавая должное пище, он время от времени поглядывал на сидевшую напротив женщину.

Она опять права. Ему импонировали ее вежливость в сочетании с жестким стилем, он и сам всегда так вел дела, но одно дело, когда ты суешь собеседника в ошибку носом, и совсем другое дело, когда тебя. А эта странная магисса поставила его на место и глазом не моргнула. И все же, что она делает в этом забытом богами месте? Красавицей ее не назовешь, особенно в этом наряде, но если снять с нее жуткие тряпки и смыть краску, она может оказаться очень ничего. Чистый овал лица, очень милый аккуратный носик, длинные ресницы. Интересно все же, она поднимает когда-нибудь глаза?

Он не стал озвучивать свои вопросы, наоборот, молчал до конца трапезы. Дожевал последний кусок мяса с овощной подливой, затем достал из своей сумки стандартный текст клятвы и амулет, на котором обычно клялись привлеченные временные помощники.

– Если вы уже сыты, бана, давайте приступим. Вот клятва и амулет, на которой ее приносят. После того, как вы поклянетесь не разглашать то, что узнаете, я введу вас в курс дела, и мы решим, как действовать дальше. Сначала я.

Он сжал в руке длинный золотистый кристалл и завел стандартный текст, который знал наизусть:

– Я, Торрен мар Шартелен, глава отдела расследований министерства внутренних дел империи Леритана нанимаю тебя, Ильмарисса арн Дортин для поиска пропавшего человека за плату в два золотых в день на всем готовом. Обязуюсь любое магическое действие оплачивать отдельно по расценкам министерства, а также возместить расходы на поиск, буде такие случатся. Контракт будет считаться выполненным, если указанный мной человек будет найден живым или я вслух скажу, что ты, Ильмарисса арн Дортин, свободна от своих обязательств.

Женщина внимательно его выслушала и кивнула в знак того, что ее все устроило.

– Отлично. Давайте сюда, я поклянусь.

Она развернула свиток, ожидая такой же четкости и ясности от слов клятвы и сморщила нос, вчитываясь в бредятину, которую предстояло произнести. Этот текст когда-то разработал прошлый ректор магической академии. В нем было много высокопарных слов, несколько явных глупостей, но клятва работала как надо. Нарушившего ее выбрасывало порталом прямо в камеру предварительного заключения. Тех же, кто пытался сопротивляться действию заклятия, расщепляло, так что к месту назначения они прибывали по частям. Об этом он предупредил свою новую сотрудницу. Она хмыкнула. Ясно, эта дамочка нарушать ничего не собирается. Но следующий ее вопрос озадачил:

– Представьте себе, уважаемый бан, что меня похитили ваши враги и пытаются заставить открыть ваши тайны… Пытают, например. Я окажусь в камере предварительного заключения после того, как их открою, или до?

Да, непростой ход мыслей у этой баны. Оригинальный.

– Интересный вопрос. Вы первая на моей памяти, кто им задался. Забавно, но я знаю ответ. Вас выбросит в камеру как только вы решите выдать тайну и произнесете первые слова.

– Вы меня успокоили.

После чего эта невероятная особа старательно прочитала текст клятвы, сжимая амулет в кулачке. Кристалл полыхнул светом. Контракт заключен.

– А теперь Вы мне скажете, бана магисса, почему мои слова вас успокаивают?

– Потому что в камере предварительного заключения всяко безопаснее, чем в руках врагов, бан. Получается, это еще и спасение от пыток.

– Мрачноватое чувство юмора, вы не находите?

Она пожала плечами.

– Какое есть. Давайте лучше к делу. Что у вас есть для поиска? Вещь похищенного или…?

– Или. У меня есть его вещи, разумеется, но, кроме того, кровь его матери. Насколько я знаю, поиск по родственной крови – самый надежный.

Ильмарисса энергично закивала.

– Все верно. Особенно если поблизости нет других родственников, а то можно случайно найти дядю или дедушку. Самое неприятное когда по крови отца находится какой-нибудь бастард, поэтому хорошо, что у вас с собой кровь матери. Давайте сюда, буду делать амулет. А все же, кто он, этот ваш похищенный?

– Мой близкий друг.

Магисса скептически улыбнулась.

– Чиновник высшего ранга едет через всю страну на поиски своего друга? История для душещипательного романа. Но если этот друг министр, или королевский казначей, или…

Больше морочить ей голову не имело смысла, поэтому Тор уточнил:

– Принц. Наследный принц Грендерн.

Торрен ожидал бурной реакции, но магичка продолжала раскладывать на столе атрибуты своего ремесла: свитки, флаконы, связки сухих трав и мелкие металлические предметы неизвестного назначения. Вытащив откуда-то красивый кулон без цепочки с крупным синим камнем, сказала, задумавшись:

– Принц Грендерн ваш друг? Понятненько. Давайте сюда кровь, буду привязывать поиск к камню вот этой подвески. Когда-то это были мои любимые серьги, но одна потерялась… Так что не жалко, если и вторая пропадет.

– Не беспокойтесь, вспомните: все материалы, затраченные на поиск будут оплачены в двойном размере. На возмещение за одну серьгу вы сможете купить две.

– Спасибо, я все поняла. Тогда и блюдечко возьмем серебряное, кажется, одно осталось. Так где же кровь?

Торрен протянул ей крохотный фиал, полный темной жидкости. Магисса кивнула, осторожно взяла сосуд и капнула оттуда три капли в подставленную фарфоровую чашечку размером чуть больше наперстка. После этого она полностью ушла в свое дело: добавляла ингредиенты, помешивала, что-то грела на спиртовке. Ее работа не походила на то, что Торрен видел в лабораториях своего ведомства, поэтому он не ушел, а сел так, чтобы не мешать процессу и приготовился наблюдать.

Через некоторое время женщина отставила чашечку с кровью, которая к этому времени превратилась в черную липкую субстанцию, достала крошечное серебряное блюдечко, похожее на розетку для варенья, но поменьше, обожгла его на горелке и прилепила в самый центр синий камень из той самой серьги (и когда успела вынуть?) с помощью кусочка воска. Все это время она не переставая что-то бормотала. Спросить, что именно Торрен не решался, подозревая, что это заклинания. Он твердо знал правило: прерывать магический процесс – себе дороже. Хорошо, если придется начинать все сначала, а бывает что ни повторить, ни исправить уже ничего нельзя.

Ильмарисса окунула в чашечку с кровью тоненькую кисточку и начала рисовать на блюдечке что-то вроде круговой шкалы, вдоль которой изобразила странные незнакомые руны. Сделала несколько пассов, что-то крикнула, затем налила на блюдечко прозрачную жидкость, которую до этого кипятила на спиртовке, так, что она заполнила его до краев, утопив приклеенный в центре камень. К удивлению Торрена руны не растворились и не размазались. Магисса произнесла еще одно заклинание, отошла от стола и тяжело рухнула в кресло.

– Через пару часов застынет и будет готово. Я к тому времени приду в себя, инициирую амулет и покажу, как работает. А пока, бан, можете отдыхать. Поднимитесь в комнату, сходите в сад, проведайте своего коня. Можете книжку почитать, у меня найдется несколько романов вон на той полке. Только умоляю вас, не ходите в город, раз уж вы решили не останавливаться в трактире. Секретность, она и есть секретность, особенно в Дейшаре.

Как ни хотелось ему получить объяснения тут же, на месте, но вид женщины ясно свидетельствовал: сейчас ее расспрашивать – неоправданная жестокость. Она и так побледнела как мертвец и дышала с трудом. Жестким Торрен был, а жестоким – нет. Магисса, похоже, отдала все силы, сейчас ей нужно их восстановить. Лучше всего предложить отвести ее в спальню, сон всегда помогает восстанавливать силы, магические и самые простые, физические. Так он и сделал, и, к его удивлению, женщина не отказалась от помощи. Тяжело оперлась на его плечо, вставая, чуть не висела на руке поднимаясь по лестнице, как куль упала на свое цветастое ложе и махнула рукой: мол, уходи и закрой дверь с той стороны.

Да, судя по всему, с магической силой у нее не густо. А вот то, что она делала, совершенно не похоже на процесс изготовления амулетов поиска, да и выглядит результат иначе. Обычный амулет поиска – это кристалл на цепочке, который раскачивается в плоскости, указывая направление, и светится ярче при приближении искомого объекта. А тут круглое блюдце, испещренное рунами, с камнем в центре. Как оно должно работать?

Ладно, не к спеху, вот отдохнет бана магисса и покажет. Другое интересно. Почему она так сильно устала? Неужели настолько маленький магический резерв? У мага широкого профиля должен быть побольше. С маленьким резервом в Академию просто не берут.

Недодумав эту мысль, Торрен сорвался и ринулся вниз. Надо найти ее папку с документами. Если ему не изменяет память, на испытаниях для выдачи диплома этот самый резерв измеряют и результат заносят в прилагающуюся ведомость. Тор прекрасно был знаком с тем, как этот параметр определялся. Популярный магический артефакт шар Хорна при наложении на него рук мага зажигался крохотными огоньками – светлячками. Количество этих светлячков определяло силу, цвет – направленность дара. Как обстоят дела у этой странной баны?

Папка так и лежала в верхнем ящике стола. Вот лицензия, разрешение на практику… Так, диплом. Диплом с отличием, он еще раньше обратил на это внимание. Оценки по предметам… Поиск… боевая магия… магия превращений… иллюзии… порталы… бытовая магия… Везде высшие оценки, кроме лечебной. Не соврала дамочка, не любит она лечить. Последней строчкой магический резерв – 19 светлячков. Девятнадцать? Ни фига себе! Насколько он помнит, максимальное значение – 25, и то это уровень архимагов. Магистрами становятся те, чей резерв больше пятнадцати. Выпускники с 10–12 считаются достаточно сильными, и отлично строят порталы.

Такую выпускницу с руками бы оторвали и при дворе, и в любом министерстве. В золоте бы купалась.

Что же с тобой приключилось, Ильмарисса арн Дортин, что ты сидишь в этом бедном доме на краю цивилизации со всеми твоими знаниями, но почти без силы?

Торрен сам когда-то держал в руках шар Хорна, но сумел в нем пробудить только трех, ну трех с половиной светлячков. С такой силой магии учиться не брали, только с пятью. А у этой баны было девятнадцать. Куда же они подевались?

В клапане папки нашлись еще документы, Торрен просмотрел их все. Метрика. Ильмарисса Арн Дортин, дочь Абигора и Дильбаррины арн Дортин родилась в селе Каризель. Возраст… двадцать пять недавно исполнилось, все верно. Аттестат школы, находившейся в пригороде столицы. Ильмарисса арн Дортин закончила ее с отличием, прослушав полный курс наук. Характеристика, прилагаемая к аттестату: означенная ученица отличалась прилежанием и талантами, а также проявила значительные способности к магии и прошла начальный курс под руководством мэтра Анзидиса.

Эх, ему бы сейчас в его родной кабинет! Через пять минут он знал бы об этой самой Ильмариссе больше, чем она сама. Понятно, что эта отличница и законопослушная гражданка никогда не попадала в сферу его интересов, но данные на нее, как на выпускника академии, должны быть в архиве. Такая выдающаяся студентка не могла пройти мимо внимательной кадровой службы, задолго до выпуска начинавшей подбирать будущих сотрудников. Если ее не взяли на работу ни в одно ведомство… Разумное объяснение могло быть одно: сразу после выпуска девушка вышла замуж, причем за очень высокопоставленное лицо. Но бана арн Дортин уверяет, что замужем никогда не была. Нестыковочка выходит.

А вот еще один занятный документик. Право собственности на дом. Получила его Ильмарисса арн Дортин Аккарам в качестве наследства после мужа, Нолина Аккарама по его завещанию, которое…угу… прилагается. А вот документов об этом браке нет, и, судя по ее словам, никогда не было.

Нолин Аккарам… Что-то было, связанное с этим именем… Да и само имя, оно не имперское и не дейшарское, скорее зайдарское. А Зайдар так и не вошел в империю, остался независимым государством и был знаменит очень нестандартной магией. Зайдарских магов было мало, они не отличались силой, но зато славились как непревзойденные мастера тонких косметологических чар, способные сделать старую кочережку юной красоткой. Это была не иллюзия, о нет, кожа на самом деле разглаживалась, морщины исчезали, лицо становилось юным и прекрасным. Только вот на истинный возраст изменения не влияли, старуха с личиком и грудью юной девы продолжала страдать букетом старческих болячек, включая маразм и недержание мочи. Похоже, этот Аккарам именно такой специалист.

Интересно, Ильмарисса училась у зайдарца? А если да, то чему, она ведь не лекарь? Или он просто был ее любовником? Для того чтобы в Дейшаре объявить себя мужем, большего не требуется.

Ну вот, потрудился на славу, узнал про магиссу много, только в связную картину разрозненные сведения не складываются.

Торрен сложил документы и убрал их на место. Потом пошарил по полкам и добыл роман «Сыщик Его Величества». Хорошо, что не какие-то розовые слюни, а довольно забавный опус, повествующий об его, Торрена, похождениях. Приятель написал, впечатлённый его рассказами о буднях службы расследований при министерстве внутренних дел. Правда, выведен он там под именем Гилмар. Три года назад этот роман был очень популярен в столице, похоже, тогда и куплен. Верно, вот ценник из лавки Кратиса. Тор и сам там отоваривается.

Глава службы расследований успел прочитать первый рассказ, начал второй, и тут услышал, как скрипнула лестница. Хозяйка проснулась. Недолго она восстанавливалась, хорошо, что он успел все убрать.

Магисса вошла в комнату в том же платье, но платок перевязала, теперь он сидел еще плотнее и спускался на лицо ниже, полностью закрывая брови.

– Простите, что заставила вас ждать, бан. Я готова показать как действует поисковик.

Что-то в ее голосе заставило Торрена вскочить и начать оправдываться, как мальчишку.

– Я тут вот… романчик нашел… забавный.

Ну не говорить же, что он тут по ее бумагам шарил. Но, похоже, она об этом прекрасно знает, только не придает значения. Вот и реагирует дружелюбно:

– Не скучали? Ну и отлично. А теперь смотрите.

Она взяла в руки серебряное блюдце, жидкость в котором застыла, превратившись в подобие стекла. В его толще прекрасно видны были руны и синий камень в центре. Магичка капнула на палец кровь из фиала и натерла ею прозрачную поверхность, произнося какие-то вирши на неизвестном Торрену языке. Кровь, зашипев, впиталась в стекло, и в глубине камня зажегся голубой огонек. Огонек превратился в стрелку, а вся масса стекла засияла бледным нежно-розовым светом.

– И что все это значит?

Магисса почему-то удивилась реакции Торрена.

– Ну как же, вот стрелка, она указывает на искомый объект, а амулет готов давать ответы. Только возьмите там на полке тетрадь и стило, я не умею в уме переводить зайдарские рэмы в наши мили.

Уловив вопрос в выражении лица заказчика, женщина добавила:

– Это зайдарская поисковая магия, много более эффективная, чем наша традиционная. Там же горная страна, люди часто пропадают в горах, и чем скорее их найдешь, тем больше шансов, что живыми. Да, должна предупредить, неодушевленный предмет так искать не получится.

Торрен понятливо кивнул, она продолжила объяснения.

– Объясняю дальше. Видите, стрелка показывает, где ваш принц находится, – она покрутила амулет и так, и сяк, но стрелка действительно указывала все время одно и то же направление, – Еще могу сказать, что он жив, иначе у нас ничего бы не получилось. Труп – тот же предмет… Да, и в относительной безопасности, то есть у него есть еда и вода, он не болен, не ранен и не умирает. На это указывает розовое свечение шкалы.

– А если бы был, например, болен?

– Она светилась бы желтым. Голод – оранжевым, жажда – бирюзовым, ранение – багровым, а при угрозе жизни оно то темнело бы, то светлело. А руны помогут узнать подробности. Во-первых расстояние. Взяли тетрадь и стило? Записывайте.

Шепот магички вызвал у амулета бурную реакцию. Сначала свечение усилилось, потом уменьшилось, и над стрелочкой в толще стекловидной массы возникли зайдарские руны.

– Триста двадцать два, – произнесла женщина, – Далеко, больше отсюда информации не считать. Чтобы узнать подробности, надо ближе подобраться.

– Триста двадцать два, это чего и сколько?

– Миль? Разделите на пять целых три сотых. Получите расстояние по прямой.

Торрен кротко произвел требуемое арифметическое действие. Получилось шестьдесят четыре. Примерно. Он прикинул: если столько по прямой, то на деле выйдет около ста. И тут же возник следующий вопрос:

– А что там?

– Где? – не сразу поняла магисса.

– Там, куда показывает стрелка. Там Кахна?

Боги, пусть принц будет в столице герцогства. Найти его там не проблема. Стоит только добраться до Кахны, и к его услугам будут все силы его ведомства. Но Ильмарисса грустно покачала головой.

– Нет. Там горы. Самое сердце дейшарского хребта.

Она подошла к окну, распахнула его и указала на синеющие вдали вершины. Стрелка поисковика указывала именно в этом направлении.

Глава 4

Придется отправляться в горы. Без снаряжения и припасов, зато со слабой, хоть и искусной магиссой. Она между тем провела над поверхностью амулета рукой, и все погасло. Надо надеяться, при необходимости блюдечко снова заработает. Торрен подвел итог:

– Что ж, бана, завтра с утра мы с вами отправляемся.

Она перебила его, произнеся твердо и безапелляционно:

– Послезавтра. В крайнем случае завтра после обеда. Это будет лучше всего. Я никуда не поеду без еды, одежды, да и лошади у меня нет. Что же мне, за вашим стременем бежать? Завтрашний день уйдет на подготовку. Сейчас садитесь и пишите, что, по-вашему, нам понадобится. Завтра я все достану.

Торрен вскочил.

– Да я сейчас же схожу на базар и все куплю. Есть же в Вейте базар?

Она прижала руки к груди, но глаз так и не подняла.

– Умоляю, только не это. Не надо на базар. Вы же хотите сохранить тайну? Да и время уже позднее, торговля заканчивается в два пополудни, а сейчас уже скоро вечер. Не беспокойтесь, бан. Отец Зиби продаст нам все, что нужно. Пусть лучше он на базар сходит. Он мой единственный сосед, с с другой стороны у меня городская стена. А если вас заметят в городке… Вы уедете, а мне здесь жить. Никто, кроме Зиби, не видел, что вы ко мне приехали. Никто не должен видеть как вы уедете. И… Вы уверены, что за вами никто не следил?

– Не уверен, вы правы. А за Зиби вы ручаетесь?

Она махнула рукой, как бы говоря: пусть это вас не тревожит.

– Зиби и ее родным я память подчищу, есть у меня такое средство, а вот подчистить память всему базару…

– Понял, не дурак. Хорошо, бана, сделаем как вы сказали.

– Тогда пишите список, а я пойду приготовлю ужин.

На ужин Ильмарисса снова подала горячий шер, а к нему лепешки, остро пахнущий козий сыр, овощи и плюшки с вареньем. После еды женщина забрала у Тора список, внимательно прочитала, кое-что добавила, кое-что вычеркнула или заменила. Затем пояснила:

– Я вычеркнула только то, что никак не достанешь в наших краях. Кое-что пришлось заменить, но, думаю, замена вас устроит. В принципе, то же самое, но с местным колоритом. Да, ваш конь слишком приметный.

Торрен аж взвился.

– Ну уж от моего Ветра я не откажусь ни за что.

Она пожала плечами.

– Понимаю. Но иллюзию на него наложить придется. Жалко тратить на это силу… А, у меня еще остался амулет подобия, попробуем им обойтись. Нам бы только из города выбраться. Соседям скажу, что вы мой родственник из метрополии, приехали забрать меня погостить, так как ваша супруга только что разродилась и не может управляться с хозяйством, а матушка стара и слаба здоровьем. После нашего отъезда все равно разболтают, так пусть хоть не скажут ничего вредного. Такое объяснение здесь всем понятно, а когда я вернусь, смогу объяснить, где и почему отсутствовала.

– Но вы же собирались им память подправлять.

– Естественно, они будут помнить именно эту историю. Совсем все забыть я не могу их заставить, силенок не хватит.

Она говорила спокойно и убежденно. Тор решил задать вопрос:

– А если вы не вернетесь, Ильмарисса?

– Исключено. Только если по дороге умру. Мне больше некуда податься.

– Почему? Если наша миссия будет успешна, я смогу предложить вам должность в моем ведомстве. Хоть здесь, в Дейшаре, хоть в столице. Прекрасное жалованье, казенная квартира, положение в обществе.

Магисса с сомнением хмыкнула. Торрен тут же принялся объяснять, попутно выясняя:

– Одна ваша поисковая магия дает мне основания для такого предложения. Кстати, а где вы ее изучали? В курс Академии она не входит.

– Вы хорошо осведомлены. У меня был друг и учитель. Маг из Зайдара. Он меня всему и научил. Это замечательная магия, но очень хлопотная и трудоемкая. Она практически не требует магического резерва, только знаний и концентрации.

Так Торрен ей и поверил!

– Но после того, как вы сделали амулет, на вас лица не было!

Магисса усмехнулась.

– Вы полагаете, это я резерв использовала? Нет, уверяю вас, магии там было самая капелька. Просто пришлось очень сильно сконцентрироваться. Так что я расходовала свою нервную и физическую силы, их и пришлось восстанавливать. Если бы я во время колдовства была в комнате одна, было бы намного легче.

– Что же вы не сказали?

– А вы бы мне поверили? Ладно, как вышло, так получилось. Главное, амулет работает, принц жив, остальное приложится. Заканчивайте ужин, а я схожу к соседям, выясню, за сколько они нам продадут все, что вы записали, и договорюсь. Меня не ждите, ложитесь отдыхать. Утро вечера мудренее.

Она ушла, а Торрен принялся размышлять, как ловко эта особа уходит от расспросов. Вроде отвечает, а глядишь, и ты уже разговариваешь с ней на совершенно другую тему. Если бы не крайняя нужда, он не стал бы связываться с такой мутной дамочкой, но выбора нет. Ничего, шестьдесят четыре мили без остановки не проедешь, в пути у костра он сумеет ее разговорить. Зачем ему это? А низачем! Просто интересно. Принца найти нужно, а понять, что это за женщина такая загадочная, хочется. Между «нужно» и «хочется» Торрен никогда не выбирал. И то, и другое!

Магисса вернулась, когда он собрался лечь спать. Коротко сказала, что завтра до обеда все заказанное принесут, назвала сумму, которая показалась Торрену заниженной, и предложила подняться в спальню. Если есть желание помыться, мыльня за конюшней. Горячая вода там найдется, надо только опустить нагреватель в бак. Чистое белье в спальне.

Там было не только чистое белье. Низкое ложе оказалось застеленным, поверх одеяла дожидались халат, новые подштанники и длинная рубаха, рядом стояли мягкие домашние войлочные туфли. Домашняя одежда дейшарцев. Интересно, это у нее от Аккарама осталось? Глава имперских сыщиков сгреб обмундирование и отправился в мыльню. В маленьком строении в низкий глиняный бассейн из стены текла холодная родниковая вода. Рядом огромный керамический бак для воды горячей, на крышке его лежали нагревательные камни. На полке он нашел душистое мыло и мягкие чистые полотенца. Что ж, для Дейшары – отлично. Хозяйка заботливая, надо будет добавить ей за постой.

Он отлично помылся, вымыл голову, о чем мечтал последние три дня, затем вернулся в комнату, лег поверх одеяла, и…

Мытье произвело в сознании мужчины странный переворот. Теперь он думал о хозяйке не как о загадке, которую надо разгадать, а как о женщине, которая спит в соседней комнате. Да, личина зрелой замотанной жизнью тетки не вдохновляла. Но теперь он знает, что она, в сущности, молодая девушка. Очень хотелось увидеть, какая она на самом деле. Что прячется под бесформенным серым платьем?

Некстати всплыло соображение, что у него давно не было женщины. Уже месяца два. Сначала ограбление каравана Лимирских послов, потом убийство наследника графов Парки, керлийский шпион, и теперь последнее дело, похищение принца. Ни одного свободного вечера. Настолько замотался, что забыл о потребностях собственного тела. На романтические бредни времени было жалко, а постоянной любовницы у Тора мар Шартелена последние несколько лет не было. Постоянная требует постоянного же внимания, а откуда его взять при такой работе?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.