Мэрил Ло
Снайперша

Ты можешь иметь все, но быть безумно одиноким лишь потому, что рядом нет того, кто тебе бесконечно дорог, а именно с ним ты можешь быть просто по-человечески счастлив.

Глава 1. На базе отдыха. Наше знакомство

Женщина ищет в мужчине поддержку,

Чтоб надо льдом на ладонях парить.

Ищешь Орла – не бросайся на Решку:

Решки не могут крылато любить!

В. Гетманчук

Рано утром мы проснулись от раскатов грома и ярких вспышек молнии. Утреннее небо было пронизано яркими оранжевыми стрелами молнии и золотистыми разрядами грозы. Над нашим домом так загремел гром, что затряслись стены, и я подумала про себя: «Божий промысел».

Никогда не помнила такого громкого и масштабного шоу природы за всю свою жизнь. Внук сладко спал, набегавшись за целый день, и даже раскаты грома не разбудили его.

«Счастливый, не знает, что такое война и слава Богу», – подумала я и еще раз залюбовалась его милым ангельским личиком. Я наклонилась над ним и, поцеловав нежно в лоб, вернулась к себе в комнату.

К утру дождь закончился, и мы отправились на живописный берег реки. На реке, которая лениво и вальяжно несла свои воды сквозь хвойный лес, извиваясь, как огромный питон, отливая серебром под лучами палящего солнца, резвились крошечные рыбки, выпрыгивая из воды.

Я стояла на берегу по колено в воде и рассматривала дно сквозь прозрачную речную воду. Вода после дождя была теплой и настолько прозрачной, что можно было рассмотреть водоросли, лениво распластавшиеся по дну реки и развивающиеся, как широкие шелковые ленты по течению воды, беспорядочно разбросанные ракушки и песок, похожий на маленькие дюны под водой. Веселые крошечные рыбки подплыли к моим ногам и начали резво кружиться вокруг моих ног. Я наблюдала за их игрой и за своим четырехлетним внуком, который копошился на берегу реки, то и дело набирая воду в пластмассовый зеленый поливальник и выливая ее на стены уже построенного забора из песка.

Недалеко от нас на большом голубом покрывале расположилась женщина в ярких летних брюках и наблюдала за трехлетней девчушкой, которая подпрыгивала в воде, как маленький лягушонок, разбрасывая брызги во все стороны.

Когда мой внук начал строить замок из песка, трехлетняя кроха с русыми кудряшками прекратила прыгать и подошла поближе к песочному замку. Увидев яркий совок на песке, ее большие, голубые как небо, глаза расширились и заблестели, и пухленькая ручка невольно потянулась к нему. Ребенок схватил новую игрушку и радостно помчался к маме.

– Мамочка, посмотри! Какой он яркий! – ребенок был настолько счастлив от того, что смог получить красивую и яркую игрушку, которая, очевидно, малышке безумно понравилась, что я невольно улыбнулась.

Мама немного смущенно наблюдала за этой сценой и затем сказала строгим, но в то же время по-матерински мягким голосом:

– Дашенька, радость моя, верни мальчику совок! У нас есть свой такой же. Нельзя брать без разрешения чужие вещи.

– Мама, у меня зеленый, а я хочу красный совочек! Почему нам нельзя обменяться?

– Обмениваться можно, но ведь ты не спросила у мальчика, хочет ли этого он.

– Мама, мамочка, хочу это!

Ребенок начал плакать и капризничать. Только дети могут быть такими непосредственными и открытыми.

– Дашенька, нужно спросить у него самого. Нельзя быть такой нетерпеливой и требовательной.

Я стала невольным свидетелем разговора маленькой девчушки с волнистыми пшеничного цвета локонами и суровой на вид, но такой женственной и ранимой, молодой мамы.

Она была очень требовательной и в то же время такой любящей. Так могут любить только люди, которые смотрели смерти в глаза не раз и понимают цену жизни.

Я подошла к своему очаровательному шустрому крепышу, который строил свой замок с деловитым видом прямо на берегу реки из золотистого теплого песка и шепнула ему на ушко:

– Стасенька, солнышко, не жадничай. Дай девочке совочек и поиграй с ней вместе. У тебя так много игрушек: ведерко, сачок, много пластиковых формочек. Можно и вдвоем играть. Так еще веселее будет.

Мой внук, как и любой мужчина, хотя еще только мужчинка маленький, поворчал немного, но затем все же решил пойти на уступки. Наверное, просто, как любая особь мужского пола, заметил, что девочка симпатичная (ох уж эти мужики!) и они начали строить нечто похожее на крепость из песка.

Глаза женщины засветились счастьем. Теперь она успокоилась и наблюдала за процессом игры детей спокойно.

– А что вы ему сказали? – поинтересовалась она.

– Да так, ничего. Напомнила, что он мужчина.

– Мужчина… – медленно она произнесла слово еще раз. – Это хорошо, когда с самого детства он понимает, что несет ответственность не только за себя.

– Жизнь такая штука, что никуда от этого не денешься.

Сейчас я обратила внимание на ее глаза, полные печали, и то, как странно она держала свою ногу. Заметив мой взгляд на себе, она быстро переключилась на другую, более радостную тему. Возможно, не хотела услышать неприятные вопросы, обычно задаваемые ей.

– А вы ходите в садик?

– Нет, – ответила я. – У меня есть возможность заниматься внуком дома и я наслаждаюсь этим.

– А дети-то где?

– Сын с невесткой в командировках за границей постоянно. Вот я тут им помощник. Ведь в молодости дети, как живые игрушки, а внуки – самое дорогое в жизни. К ним совсем по-другому относишься: больше заботы, внимания, тревоги за них и трепета.

– Может, вы и правы. Мне, надеюсь, предстоит это испытать тоже.

– Поверьте мне, все будет. Вы же такая молодая.

– Знаете, жизнь такая непредсказуемая штука. Но я оптимистка и верю в то, что шанс жить дается не каждому, и если он тебе был дан, надо меняться самому и становиться лучше.

Так мы познакомились со Светланой, и началось наше общение. Мой внук и ее дочь практически каждый день гуляли на пляже вместе и мы, взрослые, встречались тоже там, любуясь красотой природы и наслаждаясь свежим запахом хвойного леса, расположенного рядом с рекой. Шло время. Каждый раз мы радовались тому, как подружились наши детишки, наблюдая за их игрой вместе, и единственное, чему я удивлялась, так это то, что Света была в брюках даже в жаркую погоду и ходила она, прихрамывая.

Какое-то время мы не смогли с внуком приходить на пляж, потому что приехал сын с невесткой и забрали нас с собой в Грузию. Внук, конечно, не хотел расставаться на долгое время с Дашей, но все же пришлось. Неделя пролетела незаметно. Мы все были рады и довольны незапланированному, но очень интересному путешествию. Но более всего мой внук и я радовались событию, когда папа Станислава Станиславовича торжественно объявил, что у нас скоро снова будет малыш.

– Ну, что, Стас, готов воспитывать сестричку?

– А почему сестричку? Откуда вы знаете это? – удивленно расширив глаза, спросил мой внук.

– Ты не рад?

– Очень рад. Мне хорошо, потому что я не буду один и у меня будет моя родственная душа, – торжественно, как взрослый мудрый мужчина, заявил Стас.

Мы все дружно рассмеялись.

– А почему вы смеетесь? – спросил с серьезным видом мой внук.

– Мы не просто смеемся, мы очень довольны твоим ответом.

– Ну я же мужчина в семье. Главный, пока тебя нет дома. Правда?

– Да. С этим не поспоришь. На тебя можно положиться.

И мой сын похлопал его по плечу, улыбаясь. Мне было очень приятно и радостно наблюдать за ними. Мы улыбнулись с Машей и я спросила ее:

– Машенька, когда ты узнала о малышке?

– Если честно, то только вчера.

– Токсикоз?

– Нет. Душно стало в машине, голова закружилась. Но почему вы все, как сговорились и твердите, что это будет именно девочка?

– Не знаю. А ты-то кого сама хочешь?

– Хочу дочку, ведь проказник уже есть. Но ведь главное, чтобы ребенок был здоровым. Ведь так, мама?

– Ты права, что еще важнее? А что Стас-старший сказал, и что он думает? Рад новости?

– Да. Очень. Мне с ним повезло.

– Вот и хорошо, что у вас все хорошо.

– Кстати, а кто эта девочка Даша? Мне сын все уши прожужжал про нее.

– Машуня, мы с ней и ее мамой на пляже и на детской площадке играем. Очень активная девочка.

– Боевая?

– Да уж. И в кого такая-то?

– В родителей, конечно.

– Ты права. Мама у нее прямо железная леди. Только вот странно ведет себя.

– А что странного?

– Брюки носит постоянно.

– Может, что-то с ногами?

– Может. Она еще хромает.

– Тогда протез или тяжелая травма была. Мы сейчас как раз столкнулись с такой проблемой. Даже не могу описать свою боль словами, как много деток в Афганистане из-за войны пострадали. Многие просто умерли сразу после рождения, другие стали инвалидами на всю жизнь с самого рождения или во время войны. Их крики, стоны и плач у меня до сих пор в ушах звенят. А эти несчастные детские глаза я до самой смерти не смогу забыть.

– А тебя туда как пустили?

– Мы же со Стасом от «Красного креста» ездили. Продукты, оборудование привозили. Насмотрелась до чертиков. Просто ужас какой-то. Живем в 21 веке, а умирают такие крохи и сделать не можем ничего из-за отсутствия элементарной медицинской помощи. Война говорят, а я думаю, что мы люди сами в этом виноваты.

– А как же теперь будешь ездить?

– Вы про беременность?

– Ну да. Тебе же сейчас лучше нервы поберечь и не лезть в горячие точки.

– Не волнуйтесь. Мой начальник еще вчера звонил и сообщил, что я теперь в стране остаюсь. Стас поедет в Абхазию помогать компании с программным обеспечением и гуманитарной помощью для населения.

– Это лучше. Мне спокойнее будет за тебя.

Маша обняла меня и прошептала:

– Мама, спасибо за младшенького и старшего Стаса. Мои родители и то не так переживают.

– Знаешь, Машуня, это ведь я для себя больше стараюсь, – рассмеялась я. – Если честно, то не дай Бог тебе мою свекровь. Даже вспоминать не хочу. Вот поэтому и дала себе клятву быть лучше, чем она.

– У вас очень хорошо получается.

– Спасибо, родная моя. Просто хочу, чтобы у вас все лучше получалось, чем у меня. Нельзя детей заставлять страдать.

– Эх, мама, как же вы правы, – вздохнув, прошептала Машенька. – Так что там с мамой Даши?

– Да вроде бы нормальная и очень внимательная. Но глаза такие грустные.

– Значит, жизнь тяжелая была.

– Может, и так. Но она не жалуется и так дочке радуется. Здоровые родители должны поучиться у нее терпению и безграничной любви к собственному ребенку.

– Одним словом – мамочка.

– Да. Очень хорошая и безумно преданная.

– Пойдемте домой. Нашим мужикам уже надоело на улице находиться.

– И дождь моросит.

Мы пошли, как две подруги домой, а два Стаса резвились, как шаловливые мальчишки, несмотря на разницу в возрасте.

Прошло несколько дней, прежде чем я снова встретилась со Светланой и ее дочкой. Мой внук Стас и ее Даша сразу же взялись за строительство замка из песка, а мы, взрослые, начали наш разговор.

– Давно вас не было, Светочка. Случилось что-то или просто отдыхали в другом месте?

– Все в порядке. Приезжал наш папа после соревнований.

– Папа – спортсмен?

– В каком-то смысле да, – рассмеялась она. – Валера тренер и массажист в команде параолимпийцев.

– Параолимпийцев? Это люди с ограниченными возможностями?

– Именно так нас называют.

– Вас? А вы-то тут причем?

– У меня протез. Вы же, наверное, обратили внимание на то, что я постоянно в брюках?

– Есть такое. Но ведь это не мое дело. Каждый ходит в том, в чем желает и в чем ему удобно.

– Верно. Просто мне еще не очень просто показывать на людях, что у меня нет ноги.

– Да… люди не все могут понять и принять, особенно, когда это дело касается других.

Чтобы не провоцировать мои вопросы, Светлана решила сама все рассказать.

– Это случилось на войне. Помните военный конфликт на Украине?

– Конечно. Столько людей погибло и все еще погибает в этих ужасных войнах.

– Так вот я была ее участницей.

– Вы?

– Да, я. И кроме того, я была снайпером.

Она посмотрела на мою реакцию и не увидев особого удивления в моих глазах, продолжила:

– Моя семья была многодетная. Вернее сказать, было много детей в моей так называемой семье. Мама работала, чтобы нас прокормить и до нашей учебы ей не было никакого дела. Девочек было трое, ровно сколько и мальчиков. Но многие умерли от цирроза. Знаете, что это такое?

– Да.

– Так вот они умерли именно от водки. Много пили.

– А как же вы здесь оказались?

– Наверное, судьба. Знаете, а я верю в судьбу, особенно после одного случая.

– Я тоже.

Неожиданно мы обе сразу повернулись друг к другу лицом и посмотрели в глаза. Я никогда не смогу забыть взгляд Светланы. В нем было столько боли от пережитого, грусти и печали. У этой 28-летней девочки был взгляд женщины, прошедшей круги ада. Наверное, поэтому она так бережно и преданно с любовью и безграничной радостью относилась к своей семье и дочери особенно, к самой жизни. Такие люди умеют ценить жизнь.

– Почему вы не удивились?

– Знаешь, Светочка, я ведь тоже в жизни звезды с небес не хватала. У тебя глаза очень грустные. Если не против, расскажи, что хочешь о себе. А если не хочешь или тяжело, молчи.

Светлана помолчала немного, но потом медленно и спокойно начала свой рассказ. Ее взгляд был устремлен куда-то вдаль, как будто она перенеслась снова в то время и заново переживала события тех дней и страшных событий, через которые ей пришлось пройти.

Глава 2. Мое безрадостное детство и юность грустная моя

Когда я впервые переступила порог школы, у меня было непреодолимое желание стать отличницей и быть похожей на моего старшего брата Николая. Он всегда получал хорошие оценки и его всегда хвалили. Он был очень добр ко мне.

Мама привела меня за руку в мой первый класс и милая стройная учительница с кудрявыми каштановыми волосами вежливо поздоровалась с нами, представившись Еленой Николаевной и, взяв меня за руку, подвела ко второй парте и усадила за нее рядом со светловолосым мальчишкой, который сразу повернулся ко мне и начал знакомиться. Он первым начал разговор.

– Меня зовут Толик. А тебя как зовут?

– Света.

– Красивое имя, как у моей мамы. А у тебя есть сестра или брат?

– Да.

– А они старше тебя или младше?

– Есть старше и младше.

– Так у тебя их много?

– Нас шестеро.

– Ого.

Мой одноклассник неустанно задавал свои вопросы и пытливо заглядывал мне в глаза. Пока мы щебетали за партой, моя мама и моя новая учительница беседовали и что-то писали на бумаге. Затем мама поднялась и подошла ко мне:

– Ну вот, твой новый класс. Елена Николаевна будет твоим классным учителем. Она записала наш адрес, телефоны, если вдруг что-то не так. Не балуйся и слушай ее.

– Хорошо, мама.

И она ушла домой, закрыв за собой дверь. Ее миссия на этом была завершена.

Я старалась учиться хорошо, но если не могла сделать задание дома сама, обращалась к брату за помощью, потому что родителям было не до меня.

Отец постоянно пил и ругался. Как только получал зарплату, сразу можно было ждать его с бутылкой и пьяным. Когда мама пыталась объяснить ему, что пьянки ни к чему, он сильно ругался и, хлопая дверью, уходил из дома. Потом, конечно, возвращался, и родители мирились, но это ничего не меняло в нашей серой и неприглядной детской жизни. А мать постоянно была на работе, и у нее не было времени на наше воспитание. Она работала с утра до вечера, чтобы хоть как-то нас прокормить. Мой брат помогал мне не только учиться, но и делать домашнюю работу. Трое из нас шестерых после школы пошли учиться в училище и работать, а мы втроем жили с мамой.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.