Юрий Иванович
Обладатель-шестидесятник

© Иванович Ю., 2016

© Оформление. ООО «Издательство «Э», 2016

Пролог

Океаны на Земле сохраняли прежнюю температуру. Полярные шапки пока не таяли, вулканы не проснулись, и миллиарды кубометров пыли, дыма и газа в атмосферу еще не попали. Хотя все к этому шло.

А вот сознание землян по причине последних, постоянно меняющихся сенсационных новостей начинало закипать. Сам факт появления «серой беды», Глыбы, называемой чаще всего Тауламп, посеял изрядную панику в сердцах людей. Тем более что ее усиливающиеся удары по суше и по океану однозначно угрожали планете концом света. Но зато хоть движение Глыбы стало предсказуемым, поддающимся вычислению. Вроде бы…

Так нет, вдруг Тауламп стала вилять по своему маршруту. А потом и вообще на ней появилось неведомое существо, вступившее в диалог с десантниками. И ладно бы на английском или китайском заговорило, как весь мир справедливо надеялся, но оно стало вещать на русском. И заявило, что пытается перехватить управление взбесившимся существом (коим является объект). Ну и напоследок двуногий собрат по разуму ошарашил землян заявлением, что он прибыл из созвездия Тау-Кита.

Та еще сенсация! Что творится?! Километровое веретено из неразрушимого сплава – живое существо! Да еще и взбесившееся! А нашу цивилизацию оберегают инопланетяне?! Или, наоборот, пытаются уничтожить?..

Хотя чего-то подобного после появления явно внеземного объекта большинство населения планеты и ожидало. На спасительное вмешательство пришельцев надеялись очень и очень многие.

Только у странника из далекого космоса ничего не получилось. Тауламп взбрыкнула, перевернувшись «с ног на голову», и попыталась при очередном ударе об Австралию уничтожить своего укротителя. После чего, уже не меняя маршрута, «поскакала» дальше, с каждым разом поднимаясь все выше и выше, усиливая тем самым разрушительную силу своих падений.

А вот тело таукитанца так и не отыскали в образовавшемся кратере. То ли его распылило на атомы, то ли он успел в самый последний момент куда-то исчезнуть, сделав это так же таинственно, как появился.

Скорее всего, в иных обстоятельствах военные и правительства постарались бы скрыть подобную информацию. Но сейчас было не до сохранения подобных тайн. Земля могла оказаться перед лицом страшной, всепланетной катастрофы. И встреча с инопланетным разумом транслировалась чуть ли не в прямом эфире.

Поэтому и застыли земляне в шоке перед экранами своих телевизоров. Не все, конечно, многие в это время спешно эвакуировались с предполагаемого пути «серой беды» и с тех участков берега, которые могли оказаться под угрозой цунами. Но в любом случае задумались все: сами ли мы спасемся от страшной напасти или нам помогут пришельцы?

Глава 1
В последний миг

Загралов и в самом деле мог погибнуть. Неведомое чудовище, обитающее в Тауламп (а возможно, и являющееся ею?), удерживало обладателя силовыми жгутами до последнего. Желание похоронить его в обломках сокрушаемой поверхности прослеживалось однозначно. Да и прозвучавшая при ментальном общении угроза изначально казалась нешуточной.

Так что Иван Федорович порадовался, что вовремя начал оперировать со своими Кольцами накопленной энергии. Вначале он просто попробовал их сдвигать, проводя под собой и наблюдая за воздействием на приковавшие его щупальца. При этом не только сам заметил, но и ведьмы, помогающие ему, в один голос воскликнули:

– Что-то, невидимое нам, режет силовые захваты! – И тут же добавили: – Но силовые структуры удержания почти моментально восстанавливаются!

– Чем ты их режешь? – пыталась высшая ведьма хоть что-то посоветовать. – Чаще! Чаще режь!

Хорошо, что верхняя часть туловища обладателя оставалась нескованной. Руки двигались свободно, и Загралов сначала попробовал вращать обоими сложенными кольцами, словно обручем. Так порой девочки прыгают, используя обруч вместо скакалки.

Скорость отсечения возросла, скованность ног начала рассасываться, но этого оказалось мало. Следовало резко увеличить частоту отсечения. Ну а с этим проблем не было. Уже давно Иван упражнялся с вместилищами своей энергии, используя их по-разному при лечении пациентов, пробах омоложения и прочих деяниях. При желании и касаться колец не следовало, достаточно было мысленной команды.

Так что оба хранилища были установлены в виде шара с четырьмя меридианами. После чего конструкции было придано максимально возможное по скорости вращение. Получился мелькающий шар, видимый только самому обладателю и отсекающий своими гранями пространство чуть ниже его подошв. Тут же возросшая стократно скорость, отсекающая пленившие Ивана щупальца, принесла результат. Путь и в последние секунды перед ударом о поверхность, но спасение пришло.

Почувствовав, что он свободен, Загралов сильно оттолкнулся от поверхности Тауламп, добавив себе ускорения в падении, его тут же подхватили ведьмы и «скачком» перенесли на точку возле побледневшего в переживаниях Демидова. О том, насколько специалист перенервничал, свидетельствовали его слова, прозвучавшие как ругань:

– Что ты творишь?! Почему раньше не вырывался?! Я уже думал, что все…!

Загралов пытался унять дрожь по всему телу и преодолеть невесть откуда взявшееся заикание.

– Н-не кипишуй, Се-серега… Я сам чуть н-не осрамился… – Минуты две они оба молчали. Обладатель восстановил дыхание и только потом попытался с фырканьем сыронизировать над собой. – Вот бы опозорился… вверх ногами-то!..

Спасение в самый последний момент настолько нивелировало иные эмоции, что за очередным ударом Тауламп о поверхность и созданным землетрясением наблюдали с полным равнодушием. Даже на обеспокоенные вопросы со стороны союзников последовал вялый ответ:

– Вырвался… Стою вот, думаю…

Немного заставила шевелиться веддана, остающаясятам:

«Слышь, Вань! А ведь если эта гадость тебя так сильно ухватила, то из этого надо делать выводы».

«Однозначные: обладатели ей не нравятся!»

«Я о другом. Похоже, чудовище как-то различает людей, да и задачи, перед ними стоящие. Вполне возможно, что в следующий раз состоится и пленение десантников, которые стремятся на ее поверхность как по святую воду. А если они попытаются установить ядерный заряд, как планируется вояками всех стран? И при этом попадут в плен?..»

Дельные рассуждения. Неведомое и весьма злобное существо (или свихнувшийся искусственный интеллект?) могло не только грамотно определять и классифицировать живых существ вокруг себя, но еще и дословно разбираться в каждом подслушанном разговоре. Вдруг оно и в оружии разбирается? До сих пор оно на взрывы ракет, бомб или снарядов на своей поверхности никак не отреагировало. Даже на бомбежку бидонами с краской не обиделось. Но если оно понимает, что такое ядерный взрыв? Если вполне справедливо испугается особенной, разрушительной силы самого мощного оружия землян?

Тогда оно как-то будет реагировать на попытки себя подорвать. Скорее всего, и людей, его исследующих или минирующих, постарается уничтожить. Так что желательно предупредить военных. Хотя бы. При всем желании иной помощи в данный момент предоставить не получится. Загралову и так поплохело, стоило только представить свою смерть:

«Уже в который раз чуть не погиб! Что ж мне так не везет-то?.. Это еще счастье, что я по примеру Демидова во внутреннюю каверну этой глыбы не полез… А не стало бы меня… Не стало бы и Ольги с нашими будущими детками… Да и все фантомы моей команды растворились бы через пять, максимум шесть дней… Кошмар!»

И ведь зарекался не рисковать. Да и любимой супруге обещал не лезть в опасные авантюры. И все равно чуть не погиб.

Но воспоминание об Ольге Фаншель заставило переговорить не только с ведьмами по личным каналам связи, но и с союзниками, которые до сих пор давали весьма противоречивые советы.

«Просьба ко всем: ни слова моей жене о возникшей здесь для меня опасности. Если спросит, отвечайте, что сложности были, но у меня все под контролем. Договорились?»

«Так никто и не сомневался, что ты справишься!» – заверил Курт Свифт. Но вот Елена Сестри-2 неожиданно стала скандалить, еще и пригрозила:

«Пока промолчу! – и тут же, явно противореча себе, добавила несколько крепких словечек. И только потом продолжила нормальными словами: – Но если ты хоть раз еще своей шкурой рисковать вздумаешь, сразу все Ольге выложу! Иначе ты вообще с нами перестанешь считаться. Зажрался?! Возомнил себя бессмертным?! Совершенно ни о ком не думаешь!.. А ведь я тебя предупреждала!»

Возразить ей было нечем. Тем более что ругань оказалась чрезмерно эмоциональной, непривычно звучащей от всегда сдержанной, рассудительной и даже чуточку холодной Сестри. Никогда раньше она так не позволяла себе кричать на Ивана. Ерничала часто. Язвила, критиковала или посмеивалась тоже нередко. Но чтобы так ругаться? Да еще нехорошими словами?

Загралов даже опешил чуток, в душе радуясь, что их диалог по внутренним каналам мыслесвязи никто иной не слышит:

«Лен, ты чего так?..»

«А что мне остается?! – продолжала ведьма весьма агрессивно. – Если ты к гласу разума и рассудительности не желаешь прислушиваться?! Зато Олечку свою даже словом лишним обидеть боишься! А уж напугать пересказом о своей тупости тем более!..»

Ничего на это не оставалось, как выдвинуть последний довод:

«Но ей же нельзя волноваться. Она же беременна…»

«Ага, как же! Шулемина тоже от тебя ребенка ждет, но ты о ней даже не вспомнил! И к моим словам прислушиваться не стал! И что получается? Раз мы младшие жены, то о нас можно ноги вытирать?!»

Хорошо, что обладатель вовремя сообразил – лучше не спорить. Елена разошлась не на шутку. Впервые за все время их отношений она позволила себе во вспышке эмоций высветить свою ревность. Потому что ничем иным такую ругань объяснить не получалось. Ну, разве что еще и личными переживаниями за целостность Загралова.

Поскольку самой Елене Се́стри ничего не угрожало, здесь находился только ее фантом, для удобства всегда именуемый как Се́стри-2. Если обладатель погибнет, а ее фантом рассеется навсегда, ведьма продолжит жить как ни в чем не бывало.

Но не вдаваться же в такой момент в тонкости личностных отношений? Вот Иван и постарался успокоить младшую жену:

«Извини, дорогая, я был не прав. И очень сожалею, что не прислушался к твоим предупреждениям. Постараюсь вымолить у тебя прощение…»

«Когда постараешься?» – тут же решила уточнить ведьма, уже совсем иным тоном.

«Ну-у-у… Как только появится возможность. И по первому твоему требованию».

«Договорились!» – как-то слишком быстро согласилась Елена. И замолкла.

Иван сразу же и пожалел о вырвавшемся обещании. Ведьма обязательно что-нибудь эдакое придумает или вытворит. И ведь не отвертишься потом, не спрыгнешь. В любой семье отношения бывают весьма сложными, а уж когда у одного мужчины сразу три жены, да все строптивые и себе на уме… У-у-у! Как говорят в таких случаях: гасите свет, сливайте воду! И так чудо, что до сих пор удавалось обходить острые углы и избегать крупных ссор или скандалов.

Но все эти мысли мелькали где-то на периферии сознания Загралова. Дело частично сделано, частично провалено. Тауламп исследовать не удалось, укротить – тем более. Благо, что хоть сами живы остались. Следовало срочно возвращаться в Москву. И уже там ждать результатов ядерной бомбардировки «серой беды».

Но припомнился еще один момент, который следовало проверить. Раз уж оказался так далеко в юго-восточном направлении. Иван вспомнил, что именно где-то здесь его обостренное восприятие улавливало наличие Кулона-регвигатора. Так почему бы опять к себе не прислушаться? Вдруг этот ценнейший артефакт где-то рядом?

Попросил его не беспокоить. Замер. Прислушался. Уловил. Сориентировался. И с удивлением понял, что Кулон-регвигатор находится на востоке. И не просто находится, а довольно быстро смещается в северо-западном направлении. Примерно к Папуа – Новой Гвинее.

Представив себе мысленно карту, Иван провел возможный маршрут артефакта. Получалось: Новая Зеландия – Индонезия.

Естественно, что стали появляться какие-то догадки:

«Неужели это Большой Бонза где-то там путешествует? Да еще и почти параллельно курсу «серой беды»? Она выскочила из озера Таупо, в Новой Зеландии. Оттуда же, похоже, вылетел и наш главный враг. На самолете он явно опережает Тауламп… Но зачем? И куда он так спешит?.. И нет ли тут опасной связи между этими двумя явлениями?..»

Сразу представилось самое страшное: Бонза умеет управлять неведомым объектом! И теперь пытается навести Глыбу на Загралова и его союзников. При этом готов и Москву походя уничтожить. А в том, что коррекция движения подскакивающей Тауламп возможна, отныне не оставалось малейших сомнений.

Тут же поведал о своих наблюдениях и о своих выводах в Москву. И все три опытных наставника полусотника озадачились не на шутку. Более всех досадовал Лучезар Апостол:

– Что гад творит, что творит! И как мы только эту скотину упустили?!

Курт Свифт оказался более деловит:

– Придется тебе, Иван, прыгать дальше вслед за своими ощущениями. Если это и в самом деле самолет, летящий на острова Индонезии, нужно вылавливать там Бубенчика и умерщвлять его любым способом!

– И я тебе в этом помогу! – решил Гон Джу, который официально на постоянной основе проживал в Китае. – Немедленно сворачиваю деятельность всех своих фантомов в Москве и спешу в Индонезию. Все-таки Азия и акватория Тихого океана мне знакома лучше, чем кому бы то ни было из вас. Это зона моей опеки. Так что жди, через полчаса буду в аэропорту Порт-Морсби. Там делает посадку для дозаправки большинство самолетов того региона.

Бесспорно, сам Загралов, при наличии всего лишь шести фантомов, мог и не справиться с непосильной задачей – осмотреть сотни самолетов и просеять прибывающих туда пассажиров. Неизвестно было также, как будет действовать его умение прочувствовать регвигатор на малом расстоянии. Ведь в Москве он не смог с этим определиться.

Да и сам сомневался:

– А если самолет полетит дальше? Или сядет где-нибудь в Индонезии?

– Так ты старайся не упускать Кулон из зоны своих чувств! – посоветовал с некоторым раздражением «китаец». – И будь со мной постоянно на связи!

В тон ему добавил и Апостол:

– Здраво рассуждая, нам всем следует броситься на поиски Бубенца и наконец-то додавить эту живучую гадину…

– Никак нельзя! – веско возразил Свифт. – Иначе события в самой Москве вырвутся из-под нашего контроля. Здесь дороги хоть и стали лучше, зато дураков развелось еще больше. И не забывайте, ребята, что некоторые аэропорты вскоре станут закрывать при угрозе накрытия их цунами. Тот же Порт-Морсби находится в низине, на берегу океана. Но, будучи там, заодно проверите, как отреагирует Тауламп на близкое присутствие сразу двух обладателей. Вроде и далеко, да и по Австралии ей еще прыгать и прыгать… Но, проходя вдоль залива Карпентария, «серая беда» окажется максимально близко к вам.

– Не волнуйся, будем следить за последними новостями.

Видимо, к тому моменту Гон Джу уже развеял всех своих фантомов и двинулся в путешествие. Потому что связь с ним прервалась. Иван, на минутку развеяв фантом Сестри-2, попросил у наставников:

– Вы там как-то передайте моим, что со мной все в порядке и что я занялся поиском артефакта. Мол, ничего опасного, банальная рутина.

– Понятно. Сделаем! – последовало утверждение от коллег. – Сейчас посадим своих жен в скайп, и пусть они твою Ольгу забалтывают.

– Спасибо! До скорого! – Загралов попрощался и помчался пятисоткилометровыми скачками в страну кровожадных папуасов.

Глава 2
Ускорение при побеге

Большой Бонза бесшабашно проспал весь полет. Еще и похрапывал порой, вызывая не столько раздражение у попутчиков бизнес-класса, сколько желчную зависть:

– Крепкие у него нервы, раз плевать хотел на последние новости! – услышал он глас какой-то дамы сквозь сон, когда слегка менял положение затекшего тела. Только и успел подумать:

«А чего даром дергаться? Кому суждено сгореть, тот не утонет…»

Давно и прекрасно знал – от пассажира никогда и ничего не зависит, если он в полете. Так зачем попусту нервничать? А новости вполне можно узнать и во время пересадки.

Но когда его разбудила стюардесса, мягко напоминая, что самолет вот-вот сядет, сразу спросил о самом главном:

– Что, милашка, мир еще не рухнул в тартарары?

– Нет, господин, наш мир прочен, как всегда! – с дежурной улыбкой заявила бортпроводница. – А военно-воздушные силы готовятся к бомбардировке Тауламп ядерным зарядом.

– Могли бы и раньше утопить этот булыжник…

– К тому же нам на помощь явились пришельцы из космоса. Они пытаются подчинить своему управлению «серую беду».

– Даже так? – окончательно проснулся пассажир и чуть не ухватил стюардессу за китель фирменного френча. – Из космоса? А откуда конкретно? Уж не с Марса ли?

– По словам их представителя, побывавшего на поверхности Тауламп и имевшего беседу с десантниками, они из созвездия Тау-Кита! – пафосно изрекла девушка и устремилась к своему месту. – Извините! Мне надо сесть и пристегнуться.

Заинтригованный Бонза попытался перекинуться парой слов со своими попутчиками, но их всего-то было три человека в бизнес-классе, и все трое демонстративно отвернулись к окнам. Так что пришлось самому делать предположения и выдвигать версии.

«Это жу-жу неспроста! Тетешку[1] и тряссю[2] на их плечи до конца дней их скорбных! – очень уж любил Большой Бонза употреблять крепкие матерные словечки из древнерусского словаря. – Но надо быть наивным чукчей, чтобы поверить в каких-то пришельцев. Не иначе тут вездесущие обладатели-полусотники постарались. А кто именно? Ричард Кюден слишком осторожен. Любитель перченого Тюрюпов? Да нет, он хоть и обожает приключения, но любит провести тщательную предварительную подготовку. Апостол со Свифтом тоже Москву сейчас не оставят, им не до исследований иноземного объекта. А вот Гон Джу мог, он легок на подъем, и его в столице ничего особо не держит. Загралов?.. Тоже свой нос всюду сует, но… С его силенками вроде ему рано такие дальние путешествия совершать. Ну и новичок, который украденным у покойного Волоха сигвигатором пользуется… хорошо, если полным десятником стал».

Бонза не сомневался, что Загралов не осилил еще и рубеж полногосороковника.

Время было к вечеру, но солнце еще довольно щедро освещало сам город Порт-Морсби и аэропорт в восьми километрах от него. Надев здоровенные солнечные очки и проверив у себя в портмоне паспорт на имя Грина Вупорта, английский подданный первым покинул самолет. Так же первым он приблизился к ленте выдачи багажа уже внутри аэропорта. Потому что времени на пересадку у него было всего полчаса. Хоть для транзитного пассажира рейс могут чуток придержать, но в любом случае опаздывать не стоило.

А в том, что не сдал багаж сразу до точки назначения, виновато подспудное желание при каждой пересадке лично убедиться в целостности и сохранности ценнейшего для любого обладателя артефакта. И сделать это было легко, заявив при регистрации еще в Новой Зеландии, что багаж будет передаваться встречающим родственникам.

Еще ему нравилось в этом аэропорту, что стена между разгрузочным терминалом багажа и залом его выдачи оказалась стеклянной. Новая мода – мол, смотрите, у нас чемоданы не бросают, а кладут на ленту аккуратно.

Так что мистер Вупорт прекрасно видел все пертурбации с багажом. Прибыло всего полторы тележки с чемоданами, и грузчики быстро, но аккуратно стали закидывать багаж на ленту транспортера. И уже тогда Бонза округлившимися глазами понял, что его коробки с Кулоном-регвигатором нет!

Сознание он не потерял, но с минуту был весьма к этому близок. И хорошо, что в любых жизненных перипетиях он привык действовать быстро, долго не рассусоливая и ни в коем случае не причитая. Еще через минуту английский подданный уже потрясал отрывным талоном на свой багаж возле окошка претензий клиентов и орал:

– Где моя коробка?! Шаврикъ[3] вам вместо мозгов! В коробке – семейная реликвия! И у меня горящий транзит на другой рейс!

За короткое время он поднял на ноги весь персонал. Те тут же связались с аэропортом вылета в Новой Зеландии и чуть ли не на коленях бросились заглаживать вину своих коллег:

– Ошибка! Ваш багаж отправился иным рейсом. Он тоже летит сюда и будет через сорок минут! Так что не волнуйтесь, потеря нашлась, и мы ее доставим в любую точку земного шара, какую вы пожелаете!

– Я хочу оставить багаж в том же самолете, на котором полечу! – притворялся Бонза впавшим в истерику, жутко скандальным типом.

– Хорошо, мы вам предлагаем три варианта наших действий, – работники авиакомпании готовы были пойти на любые уступки. – Первый: ваш транзитный рейс задержим на двадцать минут, и ваша семейная реликвия отправится с вами дальше. Второй: мы вам выдаем билеты на иные рейсы, первый из которых отправляется через пятьдесят минут. При этом вы к конечной цели доберетесь без опоздания. Третий вариант: вы просто говорите, в какой аэропорт мира доставить ваш багаж, и мы это выполняем без всяких проволочек.

Пока это все перечислялось, Большой Бонза почувствовал неладное. Точнее, он благодаря своим умениям ощутил приближение к нему особого поля. Того самого поля, которое создает сигвигатор. И того, что создавала затопленная в озере Тауламп. Иначе говоря, либо где-то поблизости находился обладатель, либо «серая беда» вот-вот свалится на голову.

Но паники в аэропорту не было. Небо ясное. Новости на больших экранах крутили совсем иные: показывали последнюю воронку, образовавшуюся в Австралии.

Поэтому Грин Вупорт проигнорировал недоумение работников и шагнул к балкону, к краю второго этажа. Тот застекленными перилами в рост человека нависал над первым этажом, где толпились встречающие и провожающие и царило вполне привычное для данного места движение. Но именно там, среди толпы, цепкий взгляд Бонзы сразу выделил одного, довольно плотного телом, подвижного китайца. Тот двигался наискосок через зал, держа путь к ресторану. Без единой вещи в руках, без компании сопровождающих, словно погулять вышел.

Но узнавался он легко: Гон Джу!

Ну и что делает здесь полусотник из вражеского союза обладателей, сомневаться не приходилось. Прибыл по душу бывшего хозяина Москвы! Прибыл убивать! И возможно, что уже в эту секунду духи-убийцы выявили Большого Бонзу в толпе пассажиров… Вероятно, жить ему осталось всего ничего…

Так что мистер Грин Вупорт в очередной раз поразил служащих аэропорта.

– Я передумал! Лечу намеченным рейсом и прошу меня проводить к терминалу немедленно. А мой багаж прошу отправить вот по этому адресу в Токио! Там его получит человек с доверенностью от меня.

И быстро написал адрес в бланке своего заявления. Подписался. После чего без промедления двинулся следом за провожатой. А мысленно при этом уныло констатировал:

«Как все-таки хорошо, что я так сильно похудел. Трясет всего от переживания, а ведь почти не вспотел… М-да! А вот с артефактом уж точно придется распрощаться. Если это, конечно, не случайность… И если Гон Джу здесь не оказался по каким-то иным надобностям… Но это станет ясно только со временем, авось да удастся получить коробку в Токио. Ну а если нет…»

Его проводили в сектор, где очередь для последнего контроля уже сократилась вдвое. Как пассажир бизнес-класса, Вупорт мог пройти без очереди, но так и замер возле очередного экрана. А с него на зрителей неслась новая, неприятная для всего человечества сенсация.

– Тауламп снова меняет свой маршрут! При каждом падении и в наивысшей точке своего подскока Глыба сдвигается вправо примерно на десять градусов! То есть постепенно поворачивает в северо-восточном направлении. Если дуга поворота так и продолжится, «серая беда» уже через одно падение угодит своим корпусом в залив Карпентария! А раз так, то военные спешно готовятся к применению ядерного заряда!

Больше слушать пассажир не стал, устремился к своему самолету. Но, усаживаясь на означенное в билете место, пытался себя утешить философскими размышлениями:

«А может, оно и к лучшему, что я не стал ждать так удачно затерявшийся багаж? Может, это и есть истинный подарок судьбы? Будет время в следующем аэропорту осмотреться и подумать. Да и все это слишком странно. Я вроде успел сбежать, Глыба больше не покушалась на меня. Но тут появляется Гон Джу, и объект делает плавный поворот. Зачем? По какой причине? Как бы в этом разобраться? И лучше раньше, чем позже… Иначе мне и в Красноярске покоя не найти».

Правда, потом мысли рванули в сторону черного пессимизма:

«Фуфлыга[4] елдыге[5] под хвост! Если Гон Джу меня все-таки засек, то для него не составит труда попросту взорвать самолет в воздухе вместе со мной. Тем более если ему удастся прибрать мой Кулон-регвигатор к своим липким желтым ручонкам… Я бы лично так и поступил… И что делать? – самолет уже выруливал на взлетную полосу. – Растопча[6] я натуральный! Надо было уезжать из Порт-Морсби на поезде! Или на автобусе… Мм?.. нет, тогда я не успею реагировать на изменения маршрута Тауламп. Тьфу ты, напасть! Вот же разбудил чудовище на свою голову!..»

Самолет пошел на взлет, и бывшему управителю Москвы только и оставалось во время начавшегося полета уповать на благосклонность судьбы и силенки своего ангела-хранителя.

Глава 3
Беспредел главных папуасов

Гон Джу задействовал всех своих фантомов сразу, как только оказался в аэропорту. Все они отправились проверять выходящих пассажиров на предмет поиска среди них Большого Бонзы. Хотя сложность в этом виделась немалая, ведь наверняка беглец основательно изменил свою внешность. А для себя «китаец» выбрал самое лучшее место в самом лучшем ресторане. Оттуда было удобно рассматривать весь зал и держать связь с Заграловым через симпатичную ведьму из его команды.

Сам же Иван Федорович, сменив одежду на себе и на своем попутчике, уже находился вне аэропорта. И спешно пытался определиться со своими, еще не до конца исследованными умениями. Наличие в залах здания массы людей изрядно мешало, поэтому он вместе с Сергеем Демидовым (а куда было девать специалиста, не в Москву же отправлять своим ходом?) выбрался на свободное пространство, на пустующую почему-то стоянку. Вот только там и удалось толком сосредоточиться.

Каково же было его удивление, когда пришло понимание – Кулон-регвигатор где-то довольно близко на юго-востоке и продолжает быстро приближаться. Тут же связался через физического фантома ведьмы с Гон Джу.

– Такое впечатление, что наша цель до сих пор в воздухе. И приземлится в аэропорту минут через двадцать.

– Отлично! – обрадовался коллега. – Тогда я бросаю всех своих фантомов на проверку садящихся самолетов. Но ты все равно прислушивайся к своим ощущениям.

– Боишься, что Бубенчик выпрыгнет с парашютом?

– Вряд ли он на такое решится. Но нам спокойнее будет, если локализуем его заранее. Ну и не забывай, у него имеется или имелся сигвигатор. Так что он мог за эти недели инициировать нового обладателя и прокачать его умения. Далее десятника тот никак не шагнет, но уж всяко особую защитную зону вокруг себя создаст. И если они летят вдвоем, то… сам понимаешь.

То есть прилетающие враги могли сразу засечь ищущего их фантома. И как поведут они себя в таком случае – неизвестно.

Второй проблемой, которую полусотники принялись интенсивно обсуждать, был изменившийся маршрут Тауламп:

– Все-таки эта Глыба на нас клюнула! – резюмировал «китаец», имевщий возможность просмотра теленовостей в режиме онлайн.

– Увы! А может, она разворачивается? Или сейчас летит все-таки строго в нашу сторону?

– К нам… Показывают, что она шлепнулась в прибрежные воды залива Карпентария. Фееричное зрелище. И весьма печальное… Считай, цунами небольшое уже обеспечено. Наверняка и эту клоаку преступности основательно накроет.

– Ты так пренебрежительно относишься к Порт-Морсби? С виду довольно привлекательная столица.

– Ха! Самый мерзкий и преступный городишко в данном регионе, а то и во всем мире. Уж я-то знаю, что здесь творится, бывал не раз. Здесь собрались самые мерзкие и уголовные элементы нашей цивилизации. Да и вокруг, в джунглях, до сих пор людоеды живут. Местные папуасы жрут друг друга и всех белых туристов, которые по собственной дурости оказываются в досягаемости их копья. Будь моя воля, давно бы выжег эту клоаку напалмом.

– Что-то ты слишком резко на всех здесь ополчился…

– Это не я такой, это жизнь здесь такая. – Чувствовалось по тону, что опытный обладатель сердится и жалеть никого не собирается. – И с одной стороны, даже здорово, что цунами здесь слегка смоет грязь. В идеале, было бы неплохо и по самому городу ударить всем телом объекта, и джунгли как следует проутюжить.

– Ого! – спешащий к товарищу Загралов уже покидал пустующую стоянку. Решил, что и сам за пять минут пешочком доберется. – Да ты никак расист? Или циничный мизантроп? Идем к тебе…

Но договорить не успел. Навстречу, из-за угла здания выскочили четыре мордоворота в форме охранников никем не используемого паркинга и с руганью, замахиваясь дубинками, бросились на так называемых нарушителей.

– Ах вы, белые свиньи! Как вы сюда попали?! Здесь находиться запрещено! – орали они, чуть ли не в унисон. – Сейчас мы вас проучим! Вырвем яйца и заставим сожрать!..

Ни тебе «здравствуйте, сэр!». Ни тебе «Может, вам помочь?», «Может, вы заблудились?». Сразу и резко – убивать.

«Или это те самые людоеды, о которых упоминал Гон Джу?», – успел подумать Иван, моментально перебрасывая пятерку ведьм в виде духов-таюрти рядом с собой и запуская их в действие. Ну и сам постарался отскочить в сторону, отталкивая туда же и Сергея.

Команду убивать туземцев он не давал. Только «парализовать!».

Ну и коллеге передал сообщение: «А ведь в самом деле местные уголовники на диалог не идут…»

После чего оставалось только наблюдать, как четыре тела по инерции прокатились по бетонному покрытию еще несколько метров и задергались в болезненных конвульсиях.

Ничего не слышавший из переговоров Демидов только вылупил глаза на смуглых аборигенов и воскликнул:

– Что за уроды?! И чем это мы им не угодили?!

– Чем, чем… – бормотал Иван, увлекая специалиста за собой. – Это как в той басне про волка и козленка… Повод всегда найдется. Только тут не волки, а шакалы, и нарвались они на тигров в белых шубках.

– Ты их убил?

– Нет, через четверть часа оклемаются. Но болеть у них внутренности будут еще очень долго. Резвость на год потеряют и не раз пожалеют, что вели себя настолько некультурно.

В здании аэропорта Загралов сначала постоял на входе, прислушиваясь к своим ощущениям. Если не отвлекаться и держать хотя бы частичную концентрацию, то даже толпы людей вокруг не сбивали с направления, по которому приближался нужный самолет. А уж если сесть в удобном месте да расслабиться, то можно и беседы вести попутные, и даже споры затевать.

Так что через пять минут Сергей с Иваном сидели за столиком вместе с Гон Джу и общались напрямую. Напитки и легкая закуска тоже оказались очень кстати. И опытный ветеран делился своими мыслями с молодым коллегой:

– Ты не думай, что я такой кровожадный и у меня нет никакой жалости к будущим жертвам. Но когда девяносто пять процентов населения – кандидаты на смертную казнь, поневоле начнешь ненавидеть всех без исключения. Да и с моральной точки зрения общество с таким количеством криминогенных элементов подлежит тотальному уничтожению.

Загралов хотел возразить резко и категорично. Но вспомнил оставшихся на стоянке охранников и сам засомневался.

– Ну ладно, в самом городе проживают не совсем законопослушные граждане. Но обитатели джунглей, коренные жители этих земель, наверняка имеют право на жизнь?

– Людоеды, что ли?! – фыркнул с желчным презрением «китаец».

– Ну не все же папуасы такие дикари: Я видел массу фотографий, где они, красочно разрисованные, танцуют перед туристами и довольно честно зарабатывают себе на кусок лепешки с акульим плавником.

– Вранье! И преступная наивность! Я лично несколько раз наблюдал за группами таких «танцоров». Одни пляшут, потрясая ракушками и шевеля спицами в носу, а другие похищают зазевавшихся туристов среди тех же зрителей. Тут же рубят их тела, насаживают на вертела и жарят на кострах. Пока обед доходит до готовности, уже и группа подтанцовки к столу успевает. Кошмарные тут традиции!

– Как же так?! – Побледневший Сергей еле сдерживал подступающую тошноту. – А куда смотрит прогрессивная общественность?! Почему никого не наказывает «мировой жандарм»? Неужели этим демократизаторам неизвестно, что здесь творится?

– Еще как известно! Но всему виной двойные стандарты. Они готовы поучать кого угодно, подкармливая ублюдков из оппозиции, вопящих против народно выбранных правительств, лишь бы у них имелся интерес в том регионе. А здесь «мировому жандарму» ничего не надо. Вот люди и жрут друг друга.

Ивану стало неприятно, и он решил сменить тему:

– Ладно, пусть они тут сами разбираются. А вот самолет уже совсем близко, минут пять осталось…

– Меня больше беспокоит нарастающая паника, – признался Гон Джу. – Смотри, как народ забегал. Да и охранников стало вдвое больше. Видимо, новость, что Тауламп летит именно сюда, не на шутку встревожила аборигенов. Не удивлюсь, если в ближайшие часы отправляющиеся отсюда самолеты начнут штурмом брать вооруженные бандиты.

– Опять ты за свое?.. У меня мало фантомов, – напомнил Загралов.

– Не волнуйся! Зато все мои в поиске.

Через наружную стену из стекла также хорошо были видны взлетная и посадочная полосы. И там практически каждые сорок секунд шел на посадку очередной самолет. Столько же самолетов взлетало. Так что на несколько минут оба обладателя застыли, сконцентрировавшись на управлении фантомами.

После чего Иван четко и уверенно указал рукой на очередной самолет:

– Вон тот! Французских авиалиний. Груз там!

– Странно… – тут же отозвался его старший коллега. – Я там уже проверил пассажиров. Неужели не заметил?..

– Сам ведь утверждал, что Бубенчик стал наверняка неузнаваем.

– Но не настолько же!

Пока самолет проходил рулежку к зданию, обладатели уже совместными силами досконально проверили не только каждого пассажира, но и члена экипажа.

– Трах-тибидох! – вспылил Иван. – В самом деле нет лысого гада!.. Проверяем багаж!

И тут им повезло. Не успел еще лайнер приблизиться к выдвижному рукаву перехода, как Гон Джу пробормотал негромко, но с энтузиазмом:

– Есть! Второй отсек по левому борту. Деревянная коробка стального цвета! – а поскольку сам он Кулона-регвигатора никогда прежде не видел, то уже чрез полминуты нетерпеливо стал уточнять: – Он?! Ну чего молчишь?!

– Он! – выдохнул радостно Загралов. – В крайнем случае его точная копия. Идеально точная. Сейчас реквизирую коробку и перенесу ее куда поближе… Да вон хоть в туалет! А вы меня отсюда подстрахуйте.

Встал и, еле сдерживаясь, чтобы не перейти на бег, поспешил в туалетную комнату. Там заперся и тут же проявил возле себя фантом Зариши, держащей вожделенный трофей. Вскрыли. И обладатель тут же использовал вернейшее средство проверки. Надел на шею цепь, а лбом коснулся здоровенной подковы.

В следующий момент не удержался от легкого стона блаженной экзальтации: собранная устройством сила прошла сквозь тело, моментально добавляя энергии венгази в личные хранилища. Тотчас же Кольца заискрились и засияли полным насыщением.

Первой порадовал веддану:

– Повезло! Артефакт у нас!

– Будет ли от него польза? – слишком скептически отозвалась она. – Вот если бы мы отыскали пульт управления этой бесноватой Тауламп…

– В любом случае Кулон пригодится. Думай лучше, где найти Бубенчика? И куда он мог спрятаться?

– Что тут думать? Сам полетел иным рейсом, а багаж отправил по ложному маршруту. Наверняка уже Бонзы давно нет в Порт-Морсби.

– Может быть, может быть… – бормоча это, Иван досталоттуда черный тряпичный чехол и втиснул в него только артефакт. А не совсем стандартную коробку заполнил каким-то хламом и вновь вручил Зарише. – Но в любом случае и тебя отсылаю на поиски конечной точки доставки этого багажа. Кто-то где-то его ведь должен получить. Так что клади коробку на место, пока не начали разгрузку.

Перебросив веддану в самолет, сам с Кулоном вернулся к столику:

– Сейчас выясним получателя багажа и сматываемся отсюда! – Радости своей он не скрывал. – Дело сделано!

Только вот «китаец» выглядел слишком задумчивым:

– Ну да, сматываться придется, – после чего дернул подбородком в сторону общего зала. – И хорошо, что не на самолете. Смотри, что творится. Быстро сработали. Точно как я предсказывал.

В зал вбегали двумя цепочками одно подразделение военных за другим. Они тут же рассеивались по залу, а вот снаружи аэропорта виднелись войсковые автомобили, которые своими корпусами создавали некое подобие заградительного барьера. Там вояк крутилось больше.

– И что в этом плохого? – удивился Демидов. – Такое везде практикуется – в момент паники поддерживать спокойствие армейскими частями.

– Ха! Эта армия только для иностранцев. На самом деле это военизированные бандформирования местных авторитетов, которые заняли все крупные посты в здешнем самоуправлении. Вот увидишь, сейчас они реквизируют все билеты, отгонят гражданскую публику на открытый паркинг и начнут эвакуацию своих семей и наиближайших приспешников. Разве что Тауламп вновь ляжет на свой прежний курс.

– Так мы можем посодействовать, – напомнил Иван очевидное.

– Зачем? Чтобы другие, невинные, люди в Европе пострадали? Чтобы курорты Крыма превратились в руины?

– Не спеши с мрачными прогнозами. Вот-вот военные приголубят «серую беду» ядерным батоном.

– Вдруг ничего не получится? Вдруг и атомная бомба для объекта что слону дробина? Что тогда?

– Не знаю… Но ведь подсчитано, что при наивысшем своем подскоке Тауламп в конце концов покинет нашу атмосферу и вырвется из притяжения планеты.

– А если не вырвется? – упорствовал Гон Джу. – Точнее, вырвется, но в вакууме вновь развернется, наберет большую скорость да ка-а-ак врежет? И если снова не раз…

– Да уж… Для бешеной собаки семь верст не крюк.

– Похоже, ты ее правильно окрестил бешеной собакой.

Затем поступила информация, что отыскался адрес, по которому некий пассажир по имени Грин Вупорт отправил данный багаж – коробку с какой-то семейной реликвией. Адрес: Токио. Это показалось Гон Джу хорошим знаком.

– У меня там все схвачено! А уж с фантомами я там наведу идеальный порядок. Никуда от меня этот Лысый Бубенчик не денется!

– В крайнем случае и я успею подскочить, помочь, – заверил Иван.

Пока они так рассуждали, военных в залах аэропорта становилось все больше и больше. Предсказания знатока сбывались самым вульгарным образом: сначала на входе началась проверка документов у всех поголовно. Затем перекрыли вход всем, кто не имел билета на ближайшие рейсы. Начались крики и потасовки с провожающими. Да и пассажиров, прибывших раньше чем за два часа, стали толпой оттеснять в сторону стоянок для автомобилей.

Тут же прозвучало каверзное по своей сути объявление:

«В связи с нестабильностью обстановки и угрозой проведения террористических акций все рейсы откладываются на неопределенное время! Существует угроза взрывов. Просим соблюдать спокойствие и при первой же возможности покинуть здание аэропорта! Если вы заметите оставленную без присмотра сумку или чемодан, немедленно обратитесь к ближайшему представителю военной жандармерии!»

– Началось! – скорбно констатировал «китаец». – Эти обезьяны могут устроить стрельбу прямо в зале. Так что давайте, ребятки, дуйте в туалетную комнату и поторопитесь в Москву.

Иван, чуть ли не прижимая к себе чехол с ценнейшим Кулоном-регвигатором, встал и сразу двинулся в нужном направлении. Идущий за ним следом Демидов оглянулся на остающегося полусотника с недоумением.

– А вы что, остаетесь?

– Конечно! Надо проверить, как себя поведет и куда двинется Тауламп, да и присмотреться мне тут надо кое к чему.

– А документы? – Сергей указал глазами на нескольких вояк, которые с проверкой паспортов уже и в это элитное место добрались.

– О-о! Не волнуйся, у меня такие корочки в наличии, что мне честь отдавать будут.

Демидов слегка ускорился и вслед за Иваном скрылся в помещениях для личной гигиены. Там они не стали отвлекаться на разные обстоятельства и сразу отправились домой.

А через минуту к столику подошли двое местных вояк, в довольно развязной форме потребовав у богатого и прилично одетого китайца документы. Пока один с трудом вчитывался в поданный паспорт и еще какие-то бумаги, второй начал расспросы:

– Вы куда-то улетаете?

– Нет. Проводил друга и вот решил слегка перекусить.

– То есть вы сейчас покинете аэропорт?

– Несомненно, буквально через несколько минут, – Гон Джу источал только любезность и добродушие.

– Советую сделать это немедленно!

– Даже не расплатившись?

К тому моменту вооруженный грамотей все-таки осилил поданные ему бумаги и паспорт, толкнул своего напарника грубо в бок и попытался изобразить на своем лице улыбку насытившегося людоеда.

– Приятного аппетита, сэр! – аккуратно вернул документы и, не оглядываясь, поспешил к следующему столику. Еще и повторно ткнув локтем в печень недоумевающего товарища.

– Ты чего?! – возмутился тот излишне громко. Но когда получил объяснения шепотом, и сам оглянулся на китайца с многократно возросшим уважением.

Больше восседающего за столиком господина никто побеспокоить не осмелился. Хотя из всех посетителей ресторана вскоре осталось за столиками лишь несколько человек. В остальных помещениях аэропорта паника тоже постепенно начала спадать, уступив место деловитой сосредоточенности, обычно появляющейся у людей под дулами автоматов. Никто уже ничем не возмущался, люди безропотно переходили куда следует и разве что мысленно роптали на собственное невезение.

Большинство присутствующего здесь народа надеялось на кардинальное решение приближающейся проблемы. Ведь Тауламп далеко, и пока она сумеет сюда добраться, военные не раз огреют ее ядерной дубинкой. Сверхмощное оружие вселяло некую уверенность в завтрашнем, да и сегодняшнем дне.

Все только и старались не упустить ни слова, ни кадра из постоянно ведущихся новостей. А там уже вовсю комментировалось новое изменение маршрута «серой беды», ее второй удар о водную поверхность залива Карпентария и готовящаяся бомбардировка объекта. Было объявлено, что ядерный удар нанесут во время четвертого «подскока», в наивысшей точке подъема. То есть примерно через час с небольшим.

Все это время было потрачено миром на подсчеты и обсуждения. Уже второй удар о поверхность океана озадачил сильно возросшими цунами. Вроде и неспешно, но зато неотвратимо получившиеся волны двинулись к Индонезии. Да и берега залива Карпентария наверняка пострадают. Следовательно, эвакуация населения принимала все более и более эпический характер.

Подсчитали также, что все три цунами обязательно доберутся и до Порт-Морсби. Прикинули и силу ударов по побережью. Волны высотой от четырех до двенадцати метров столицу не снесут и уж тем более до аэропорта не достанут. Но вот все трущобы, стоящие в море на сваях, размолотят в щепки. Портовым постройкам тоже достанется. Но местные телекомментаторы об этом говорили походя. Мол, ничего страшного, подумаешь, искупаются лишний раз те, кто и так налоги не платит.

А вот в самом аэропорту начал твориться беспредел на государственном уровне. Правильнее сказать, пошла аннексия воздушных кораблей. Готовые к полету экипажи, если они отказывались повиноваться или возмущались наличием посторонних лиц на борту, попросту выгоняли из самолетов, заменяя их не внушающими доверия личностями. Да и пассажиров выводили наружу, а потом удаляли за пределы взлетно-посадочных полос пешком или в автобусах.

После чего на городских автобусах и личных авто прямо к трапам самолетов стали подвозить иных пассажиров, окруженных детьми и нагруженных кучами баулов, чемоданов, сумок и прочим домашним скарбом. Чиновники из местного правительства, захватившие самолеты, готовились вывозить своих родных и близких.

Пока еще никто не взлетал, особой спешки не было. Все ждали, чем закончится ядерный удар по Тауламп. Самолетов хватало, их становилось с каждой минутой все больше и больше. Потому что прилетающие авиалайнеры продолжали садиться с прежней интенсивностью.

Другой вопрос, что появилась некоторая паника с неразберихой в воздухе. Арестованные члены экипажей успели по радио передать коллегам неприятные новости о беспределе в Порт-Морсби. В связи с этим многие самолеты, имеющие достаточное количество топлива на борту, предпочли развернуться или сменить маршруты. Лишь бы не делать посадку в Папуа – Новой Гвинее. Попутно стал разгораться международный скандал. Мировая общественность довольно резко обвинила здешние власти в преступной деятельности. Вместо того чтобы спасать население, заниматься эвакуацией, местные бандиты в мундирах спасали лишь самих себя. Землянам такое не понравилось.

Только вот чиновникам от местного криминалитета было плевать на идеи гуманизма и правила взаимопомощи. Своя шкура ближе к телу, особенно если власть построена на грубой силе и попрании прав более слабого. К сожалению, члены правительства Папуа – Новой Гвинеи не подозревали, что и они сами оказались под пристальным наблюдением гораздо более сильного противника. Даже не противника, а своего старого и ярого ненавистника.

Но пока на некоторое время все замерли. Застыли в ожидании результатов ядерной атаки на Тауламп. От предстоящих итогов которой зависело очень, очень многое.

Глава 4
Шестое кольцо

В Москве Загралова встретили как триумфатора. Не все, конечно. Фантомы и их живые прототипы работали в поте лица и даже не слишком отвлекались на прослушивание новостей о Тауламп. А вот полусотники чуть ли не повизгивали от восторга и предвкушения:

– Теперь мы точно сумеем воссоздать копию Кулона-регвигатора!

– Или по крайней мере приблизиться к этому вплотную!

– Только ты, Вань, не жмись…

– Ага! Предоставляй артефакт во всеобщую собственность.

– Точнее, для всеобщих комплексных исследований.

Пришлось призывать коллег к терпению и благоразумию:

– Давайте честно. Вас наличие регвигатора в ближайшие сутки не спасет. Правда ведь? А так несколько часов в день на протяжении какого-то времени можете исследовать устройство на моей территории. Мне же крайне необходимо провести несколько экспериментов как личного характера, так и связанных с хранилищами моего ученика.

В том, что коллегам удастся соорудить инопланетное, сложнейшее по своей сути устройство, Загралов откровенно сомневался. Вроде и неказисто выглядел артефакт, но собирал совершенно неизученную, не пойманную до сих пор энергию венгази. Даже целенаправленные исследования и поиски группы ученых под руководством обладателей не дали каких-либо результатов.

Но высказываться об этом вслух не стал. Зато о его сомнениях частично догадался Курт Свифт.

– Думаешь, если у Бубенчика не получилось создать действующий аналог, то и у нас не получится? Ну и зря! Тем более, не забывай – наш враг обладал только одним сигвигатором, во втором Кулоне он банально не нуждался.

– Тоже не факт. Казненный Гонта при допросах утверждал, что его дядя частенько сам любил приложиться к подкове, получая несомненное удовольствие, физическое усиление, а то и некие омолаживающие воздействия на организм.

– А ведь это идея! – с воодушевлением воскликнул Лучезар Апостол и тут же пустился в объяснения: – Смотрите, раз регвигатор влияет набывшего обладателя, то мы просто обязаны исследовать этот феномен всеми своими уже созданными устройствами. Раньше мы это сделать не догадались, хотя и в тот момент у нас имелись оба условия: как сам артефакт, так и бывший коллега. Имею в виду Адама Фамулевича.

В самом деле, бывший враг, лишенный ранга обладателя, пребывал в довольно комфортном заточении и постоянно твердил о своей готовности к любому, безоговорочному сотрудничеству. А чем больше вариантов по исследованию влияния потоков венгази на воспринимающего их человека, тем больше возможностей засечь эту энергию. Впоследствии – больше шансов создать аккумулятор, крайне необходимый любому создателю фантомов.

Идея понравилась всем. Только и оставалось договориться, где и как будут проводиться исследования. В этом вопросе особенную настойчивость проявил Свифт, в конце концов доказавший, что именно в его лаборатории для этого созданы самые подходящие условия. К тому же именно там были сосредоточены уникальные приборы и устройства, уже давно работающие в нужном направлении. Ну и там же испытывали новые, пока еще не действующие аналоги регвигатора.

Решили, что раз в день (или как там оно получится) Загралов будет наведываться в лабораторию к коллегам вместе с Кулоном. А вот Адама Фамулевича на место исследований ведьмы забросили сразу после утверждения этого вопроса. Пусть специалисты немедленно начинают выяснять разницу междубывшим обладателем и ныне действующим.

Все эти переговоры и обсуждения с союзниками Загралов проводил одним из запасных тел.

Тогда как сам уже весьма интенсивно занимался личными исследованиями. Для этого собрал вокруг себя в подвалах «империи Хоча» ученую группу своей команды и Шереметьева с его несколькими ведьмами. Правда, там всем ходом экспериментов руководил, и вполне уверенно, Михаил Станиславович Романов. Ему даже вечно ворчащий Игнат Ипатьевич не осмеливался возражать.

К слову, следовало напомнить, что Романов на оборудование и благоустройство лаборатории ничего не жалел. Ни собственных сил и нервов, ни денег своего старого друга Хоча. Все, что существовало в мире нового, ценного и нужного, имелось здесь в двух экземплярах. Как минимум. Так что работалось тут легко, эффективно и наверняка не хуже, чем в аналогичном храме науки Курта Свифта.

Ну и самое главное, здесь имелась «пасть». Тоже устройство инопланетного происхождения, которое собирало потоки венгази гораздо больших объемов, чем Кулон-регвигатор. Да и эффект после передачи собранной силы несколько отличался от той силы и благодати, которая передавалась в тело сигвигатором. А Особое кольцо у Загралова давало некие особенные умения как самому обладателю, так и его фантомам.

Нечто подобное создалось и у Шереметьева в его резервуарах. Так его третья шпала по всей длине оказалась стянута резко контрастирующими по цвету стяжками. Они выглядели примерно как обручи на бочке. Именно они тоже позволяли Якову Ивановичу переносить с помощью ведьм живые объекты во время скачка через пространство.

Именно на разнице и несоответствиях обоих устройств и были построены все ведущиеся эксперименты. Причем Романов уже на второй день заявил:

– Как это ни парадоксально звучит, но, скорее всего, нам будет проще воссоздать действующее подобие «пасти», чем Кулона-регвигатора.

– Но вы ведь давно доказали, – поспешил напомнить Яков ученому, – что подобных сплавов, из которых состоят несущие контуры этой клетки, на Земле еще добрую сотню лет не получат.

– И готов повторить свои доказательства. Но вся суть замены состоит в постройке качественно иного прибора, который сможет выполнять те же функции. Приведу пример: нынешние приемники, которые умещаются непосредственно в наушнике. Они могут ловить волны в нескольких диапазонах. То есть делать то же самое, что некогда получалось у массивного радиоприемника, стоящего на прочных ножках или на крепкой подставке.

– Имеете в виду допотопные, ламповые конструкции?

– Именно! – энергично размахивал руками Михаил Станиславович. – При умении понять суть волн венгази, обнаружив их и исследовав, мы создадим некий аккумулятор из подручных средств. Пусть громоздкий, пусть несуразный. Пусть он будет занимать при этом по своему объему пространство в тысячу раз большее. Главное, чтобы он действовал.

Мысль ученого была понята. Направление признано верным. Содействие оказывалось всемерное.

И когда Романов потребовал от Ивана очередного участия в эксперименте, тот ни минуты не сомневался в его целесообразности. Разве что не поверил в чисто физические параметры.

– А мы там поместимся?

– Все просчитали до миллиметра! – успокоил его руководитель исследований. – Пусть и с трудом, но, даже будучи внутри, ты сможешь коснуться лбом поверхности подковы.

Загралов покивал, повесил совсем не воздушный артефакт себе на шею и стал забираться во внутренности «пасти». По всем прикидкам, к тому моменту в обоих устройствах как раз подсобралось немного энергии. И по задумке ученых, если пойдет одновременный сброс накоплений в личные хранилища обладателя, то это даст невероятное количество крайне полезных и необходимых данных.

– А может, и ничего не даст, – рассуждал стоящий чуть в сторонке главный целитель. – Если вообще какой иной гадости не произойдет. Ведь вечно Иван то «застрянет», то «прилипнет», то чуть не умрет от истощения. Как бы и тут чего похожего не вышло.

– Под нашим присмотром ничего с ним не случится! – заверил Романов, поправляя на теле усаживающегося обладателя чуть сдвинувшиеся датчики. – Все реакции «пасти» изучены… Началось! Все следим за приборами!

Он отдернул руки из-под медленно опускающейся верхней части клетки и быстро шагнул к одному из ближайших экранов. Уже оттуда продолжил команды:

– Собрался! На счет три: раз… два… три!

Ивану пришлось изрядно скрючиться, чтобы коснуться лбом все-таки далековато расположенной подковы. Но успел, воздействие сразу обоих устройств прошло синхронно. Пусть и не максимальные порции собранной энергии, но они хлынули в личные хранилища единовременно, вызывая совершенно иные, чем обычно, ощущения.

Во-первых, руки и ноги словно резко окунули в довольно горячую воду. Во-вторых, в районе солнечного сплетения появилось ощущение неприятного удара током. Даже не удара, а этакого постоянного воздействия силой в двенадцать-пятнадцать вольт. В-третьих, самое худшее – звуки. От раздавшегося скрипа, несущегося со всех сторон, барабанные перепонки чуть не полопались.

Так что итоговое «в-четвертых» уже и не удивило – Ивана на добрый десяток секунд монументально парализовало. Он ни крикнуть не мог, ни шелохнуться, ни вздохнуть-выдохнуть.

Еще был замечен и зафиксирован невероятно затянувшийся процесс передачи энергии. Раньше что в «пасти», что при касании к Кулону было так: коснулся, две секунды – и ты заряжен. И то при заборе большого количества собранной силы. А здесь все это происходило четырнадцать с половиной секунд. Именно столько зафиксировали бесстрастные приборы.

Только после этого срока скрип стих, жечь и бить током перестало, а отступающий паралич позволил сделать первый, судорожный вздох. Благо еще, что Хоч стоял практически рядом, заметил неважнецкое состояние пациента и моментально, не дожидаясь раскрытия «пасти», наложил ладони на голову страдальца.

Благодаря этому на Ивана опустилось приятное блаженство и такая желаемая расслабленность. Он удержался от криков, стонов, зато учащенно и быстро задышал, восстанавливая дыхание и пытаясь полностью избавиться от неприятных ощущений.

А там и крышка поднялась, после чего обладателя выдернули наружу сильные и сноровистые руки помощников. Сразу же сняли с шеи тяжеленную цепь с Кулоном. Но лишь после минуты полного молчания он шепотом признался обступившим его ученым:

– Чуть не издох… Что-то здесь не так…

Посыпались вопросы со всех сторон, но он поднял ладонь, призывая к молчанию, после чего полностью ушел в себя, рассматривая хранилища личной энергии. А там было чему удивляться: в Цепи из шести колец появилось еще одно, седьмое. Только вот оно мало того что было странным и совершенно не того формата, так еще и ломало всю последовательность, всю стройность образования. Иначе говоря, спутывало Цепь, искривляло ее.

Форма – словно побывавшее в аварии велосипедное колесо: кривое, вогнутое с двух сторон, да еще и вытянутое в длину. Вдобавок плоское, неравномерное по толщине, но все с теми же поперечными полосками, что и на Особом. Вдобавок кольцо оказалось самым большим и охватывало собой третье, четвертое Особое и пятое.

Именно этой своей путаницей новое образование и озадачило не на шутку Ивана. Ведь раньше он мог разъединять Цепь, оставляя первые три кольца на якоре, возле основной группы фантомов, а с оставшимися путешествовать куда угодно. А если теперь не получится разъединение? Если новое, Странное, кольцо как раз и послужит для цементирования всей связки?

«Да и вообще, почему оно получилось именно такое и в таком месте? – недоумевал Загралов, пытаясь управлять Странным, сдвигать его и хоть как-то видоизменять. – Неужели некие силы пытаются устранить «неправильности» моего личного резервуара? На каком основании, спрашивается? И для каких целей? В инструкции сигвигатора о таком ни слова не сказано. И вообще… вдруг это какой-то «паразит» образовался?..»

Последние опасения возникли в связи с тем, что ни единого ручейка силы, ведущего к фантому, не удалось прикрепить к Странному. Новое образование словно жило собственной жизнью, никак не реагируя на команды и действия своего обладателя. Но и не желало при этом выпускать из своего плена захваченные три кольца.

Конечно, сразу нельзя было утверждать, что и дальше не удастся подчинить себе Странное, следовало еще долго и скрупулезно над этим работать. Наверняка от него и польза какая-то есть, но вот так сразу сосредотачивать на нем весь поток сознания Иван не стал. Следовало все случившееся обсудить с учеными.

Первое, что выяснили при начавшемся обсуждении, – жуткого скрипа никто не слышал. И приборы его никак не зафиксировали. Почему? И что это было? Только безосновательные догадки и неуверенные предположения.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Тетешка – гулящая баба.

Вернуться

2

Трясся – сварливая, вздорная баба.

Вернуться

3

Шаврикъ – кусок дерьма.

Вернуться

4

Фуфлыга – прыщ.

Вернуться

5

Елдыга – бранчливый.

Вернуться

6

Растопча – разиня, олух.

Вернуться