Инна Холод
Однажды в Хэмптоне

ГЛАВА 1. Детектив Том

Вот уже три недели, как муж Эммы Холбрук пропал без вести. Женщина была изведена собственными нервами и фантазиями. День свадьбы был лучшим событием, которое надолго осталось в памяти Эммы – приятные гости, атмосфера и музыка. Они славно повеселились. Потом всю ночь провели у берега моря – мило болтали, пили дорогое вино, танцевали, жарили зефир на костре. Едва солнце показалось из-за горизонта, мужчина и женщина поехали домой. А когда утром Эмма проснулась и сладко потянулась в постели, то обнаружила – мужа нет дома. Телефон не отвечал, а записки с объяснением не оставлено. Тогда он пропал. И с тех пор прошло уже более трёх недель. Эмма не понимала, что происходит. У них всё было чудесно, они были счастливы вместе и никогда серьезно не ругались. Женщина пребывала в ужасном недоумении оттого, что он уехал просто так, не оставив никаких объяснений. И это наводило её на мысль, что здесь что-то не так. На душе у нее было дурное предчувствие. Она плакала. Потом у нее наступал период апатии. Потом она снова плакала. А за бесконечными истериками опять же следовало безразличие. На четвертый день после исчезновения мужа ей пришла записка с угрозой. Почерка, которым было написано письмо, она не знала. «Только ты можешь помочь своему мужу выжить. В полицию не суйся – будет хуже» – говорилось в записке. Красивые буквы были с ненавистью вдавлены в лист бумаги, – обидчик писал это в злом настрое.

Только тогда женщина поняла – ее ситуация гораздо серьёзней, чем она могла себе представить. Наверняка с мужем произошло что-то страшное. И это могло произойти с ней тоже. Так страх поселился в её душе навсегда. Она часто видела проезжающую мимо черную машину или же незнакомых ей людей, которые пристально наблюдали за каждым её действием. И что удивительно – она не понимала мотив этой ужасной ситуации. Инстинкт самосохранения подсказывал ей, что нужно бежать в полицию, но угрозы на бумаге предупреждали о обратном. По ночам ей снились кошмары, будто ее мужа жестоко убивают, а днем она принимала успокоительное, и день за днём пыталась понять, как ей жить дальше и как себя защитить. Она чувствовала себя слабой.

В голове и мысли не было пойти развеяться, но друзья предложили Эмме немного развлечься, хотя ей было далеко не до этого. Женщина прекрасно понимала – каждый день сидеть дома в ожидании того, что тебя могут убить – не лучшая идея. А в компании людей она чувствовала себя лучше. И хоть она многократно отказывалась от соблазнительного предложения погулять, в этот раз подруги убедили ее.

Одна из ее лучших подруг – Шейла – устраивала вечеринку в честь десятилетия ее сына – Адама. Поэтому подруги привели себя в должный вид и отправились на вечеринку.

Дом Шейлы находился в конце главной улицы. Шейла просто замечательная женщина и мать. Ей многое пришлось пережить в этой жизни. Женщина не раз теряла близких людей, её не раз жестоко предавали, но она всегда оставалась железным человеком. Шейла была словно воплощением силы и уверенности. Еще она была очень аккуратной и придирчивой. Ее дом всегда блестел, а на одежде никогда не было лишнего волоска. Шейла – просто прекрасная мать… Не раз ее сыну грозила опасность, но она всегда готова была отдать за него свою жизнь. Поэтому Эмма знала, что этот праздник для неё очень важен. Ведь день рождения своего ребёнка – это один из лучших праздников.

После торжества Эмма возвращалась домой. Она рада была времени, проведенному с подругами, и хоть грусть и беспокойство не исчезли, ей было приятно находиться в обществе близких людей. Так она чувствовала себя безопасней.

Было около девяти вечера, когда вдруг резко завизжали тормоза в конце улицы. Вечер был очень мрачным, излучающим что-то страшное и неприятное. Вдали горизонта гремело, и где-то мерцала молния, на миг освещая небо, отягощённое тучами… Ветер то и дело колыхал деревья, которые содрогались от его прикосновений. По радио объявляли надвигающийся шторм. Где-то вдали слышалось уханье совы.

Эмма поёжилась от холода и укуталась в кофту.

В голове опять крутились мысли о полиции, но Эмма жутко боялась сделать хоть какой-нибудь шаг, чтобы не усугубить и так непростую ситуацию. И хотя друзья уже знали об угрожающих записках, не раз предлагая помощь профессиональных детективов, Эмма всё равно боялась принять помощь со стороны.

И ей так не хватало мужа, который всегда так крепко обнимал её, когда Эмме было трудно. Не хватало его ухмылки, которая смягчала его лицо, если он был зол. Резко наступило такое отчаяние, что она просто захотела опустить руки. Этого нельзя было сделать – в ситуации, когда тебе угрожают, стоило быть начеку. А на душе всё скребли кошки, и подкралось какое-то дурное предчувствие.

Эмма как раз подходила к своему дому. В этот момент снова загремело. Женщина достала из сумки ключи, затем посмотрела на время и с ужасом поняла, что на дворе глубокая ночь. А вокруг ни души.

У порога дома её ожидала странная коробка. Почта? Женщина снова оглянулась вокруг. Что же это? Подписи не было. Внезапно сердце забилось сильнее. Надвигалась беда. Страшная, коварная беда, влекущая за собой целую цепочку событий. Эмма обеспокоенно забрала коробку в дом, даже не подозревая о её содержимом. Открыв дверь внутрь, она вошла в дом, попутно снимая ботинки. Затем она принялась открывать странную посылку.

На улице усиленно задул ветер. Накрапывал дождь, а вдали снова загремело.

За закрытой дверью дома послышался дикий крик женщины, срывающийся на плач.

«О, Боже!» – вскрикнула Эмма за дверью, принимаясь разглядывать содержимое этой страшной коробки. Ночь города была прервана ужасным событием.

Да уж, теперь Эмма Холбрук вряд ли сможет спать по ночам. Это случилось однажды в Хэмптоне.

* * *

– Я не знаю, что сказать, – дрожащим голосом сказала Шейла, подавая Эмме носовик. – Тебе нужно уехать из города.

– Как? – в истерике спросила она у подруги. – Я не сомкнула глаз за эту чертову ночь. За мной кто-то следит. Я даже не могу поехать в полицию. Мне так страшно, Шейла!

Шейла покосилась на коробку и почувствовала, как в груди неприятно заныло.

– Боже, Джон…

– Мне следует выпить лекарство, – Шейла достала желтую коробку с сердечным лекарством.

– Снова аритмия? – всхлипнула Эмма.

– Такое бывает, особенно, когда стресс, – отмахнулась та, запивая желтую таблетку водой.

– Помнишь… Ты говорила мне о каком-то детективе… Кажется, он профессионал в своем деле?

– Детектив Том?

– Не помню имени.

– Я знаю только его. Очень приятный мужчина. Элегантный, остроумный, а главное, – придирчив в своих расследованиях. Но он давно уже не занимался делами, хотя клиентов у него хоть отбавляй.

Эмма посмотрела на неё с недоумением.

– Видишь ли, он не любит несерьезных дел. На его руках сотни дел с откровенно омерзительными убийствами, и все они были раскрыты. Это очень серьезный детектив.

– Это мне и нужно. А откуда ты знаешь про него?

– Мать моей далёкой подруги была очень жестоко убита. И он нашел убийцу и передал в полицию.

– Думаю, я найму его, – собравшись с силой, сказала та.

– Правда? – Шейла наклонилась в сторону подруги. – Ты уверена? Это рискованно и для тебя. Может лучше просто уехать?

– Джон мертв. Я не хочу стать следующей. Если нужно, они найдут меня где угодно. Я это уже осознала, – она достала сигарету из пачки и подожгла.

– Дай мне его визитку.

Шейла стряхнула пепел с сигареты над пепельницей, а затем достала кошелек из сумки. Оттуда она вынула кусочек картонной бумаги:

+1213-564-3339

Детектив Том.

– Держи.

– Хорошо. Что мне еще стоить знать о нем?

– Он будет в «Вениссимо» где-то в конце недели. Он ужинает там каждую пятницу. Перехвати его, но помни – за тобой следят. Будь уверена, Том сделает всё тонко и профессионально, если возьмётся за твое дело. Ты узнаешь его по короткой бороде, в белой рубашке с галстуком, черной шляпе и длинном, почти в пол пальто. Он обязательно закажет итальянскую пасту, а в конце трапезы он положит сотню баксов чаевых. Где-то в середине между этим он пойдет мыть руки, это твой шанс его перехватить. Мужской и женский туалеты находятся в одном отдельном коридоре напротив. И… – Шейла сглотнула, – возьми ту коробочку…

– Спасибо, – облегченно выдохнула подруга. – Вижу, ты много за ним наблюдала.

– Наш постоянный клиент, – Шейла слабо улыбнулась.

И тогда Эмма с переполненными слезами глазами улыбнулась и, обняв подругу на прощанье, закрыла двери своего дома… Ей снова стало одиноко и страшно.

* * *

В ресторане «Вениссимо» по пятницам было особенно людно. Это тот день, когда все могли выкроить для себя немного свободного времени и провести вечер в ресторане. Этот ресторан принадлежал мужу Шейлы – Кевину, который был вдвое старше неё. Он был очень богатым человеком, и поэтому благородно завещал всё наследство своей молодой жене и маленькому сыну Адаму. При всём своём богатстве Кевин никогда не был задирчив или же высокомерен. Он всегда оставался самим собой и никогда предвзято не относился к бедности, потому как сам, будучи ребенком, знал, что это такое. Все его владения были результатом его честных трудов, поэтому Кевин был уважаемым человеком в Хэмптоне.

Эмма Холбрук сегодня выглядела просто замечательно. Строгое, но очень элегантное бордовое платье в обтяжку сидело на ней как никогда прекрасно. Черные туфли и сумка, висящая на её плече, чудесно гармонировала с нарядом. Ну а сам наряд дополняло жемчужное ожерелье, которое муж подарил на полгода их знакомства.

Она медленной, изящной походкой вошла в ресторан. За барной стойкой вместе с мужем стояла Шейла. Они сделали вид, что не заметили друг друга. Шейла посмотрела на неё одобряющим взглядом и скрылась за дверью кухни. Столик был заказан прямо у окна. Отсюда открывался дивный вид… Вечерние огни отражались в стекле бокала вина, которое она заказала десять минут назад, а люди просто проходили мимо, и каждый был занят своими делами. Кто-то целовался прямо напротив окна ресторана, кто-то грустно пинал лежащую на асфальте бутылку, кто-то сердился и кричал на кого-то по телефону… И за всем этим Эмма наблюдала из окна. Находясь среди людей, она не чувствовала себя слишком одинокой. Но всё же «послевкусие», как таковое, имелось.

– Спасибо, – ответила она официанту, который принес ей яблочный пирог. Она поправила прическу, заправив одну прядь волос за ухо, и принялась есть блюдо.

Как вдруг её внимание привлек мужчина, только что вошедший в ресторан. На нём было длинное коричневое пальто и черная шляпа. Он сел прямо напротив неё. Легким движением руки он снял с себя верхнюю одежду, оказавшись в белой, как снег, рубашке и с выглаженным галстуком. Мужчина обладал невероятным шармом и красотой. Его борода была подстрижена так ровно и аккуратно, что оттуда не торчало ни единого лишнего волоска. Лицо выражало расслабленность, мягкость, но в то же время уверенность. Его карие глаза будто искали что-то. И Эмма всё сразу поняла. Это был детектив Том. Она немного напряглась, чтобы не упустить его из виду. Из кухни показалась Шейла, якобы просто проходя мимо. По её взгляду было ясно, что это точно он. И вот, их взгляды столкнулись. Было трудно таким двум обаятельным людям не найти друг друга взглядом. Она вдруг перестала ковырять вилкой пирог, а он в свою очередь не заметил подошедшего к нему официанта. Том с интересом наблюдал за Эммой и взглядом зацепился за её прическу, затем за серые глаза, которые смотрели на него с не меньшим интересом, за ожерелье, за красивую длинную шею…

– Сэр, так что же вы будете заказывать? Вы слышите меня или нет?

Том нехотя опустил взгляд в меню, а Эмма сделала вид, что ей очень интересно происходящее за окном ресторана. В помещении заиграла приятная музыка, которая так и призывала к танцу.

Ей принесли кофе. Аромат этого напитка донесся до неё еще с кухни, и она очень любила запах кофе. Муж часто приносил ей чашечку в постель, при этом не забывая добавить тарелку с фруктами и записку с приятными словами.

Внезапно Том встал и направился в сторону туалета. Она поняла, что нужно действовать. Женщина встала, поправила немного поднявшееся платье, положила салфетку на стол и пошла вслед за Томом. Уходя, она заметила, как за окном остановилась та самая черная машина. И снова на душе стало дурно. Войдя в коридор, она взглядом нашла дверь с буквой «Ж» и направилась в дамскую комнату. Оглянув себя в зеркало, она вымыла руки и вышла из комнаты. Именно в этот момент из мужской комнаты вышел Том. Он снова столкнулся с ней взглядом и на миг замер в ожидании.

– Здравствуйте. Я – Эмма.

– Добрый вечер. Меня зовут Том, – он протянул руку, и они обменялись рукопожатием.

– Я рада знакомству с Вами. У меня к Вам есть дело.

Том посмотрел на нее с неким интересом.

– Слушаю.

Она подошла ближе, стараясь говорить тише.

– Моего мужа убили. Мне угрожают и следят. Возможно, эти люди в ресторане. И я не хочу, чтобы они думали, что я вас наняла.

Том хмыкнул. В его глазах читалась растерянность. Он удивленно осмотрел женщину, затем оглянулся вокруг и тихо, но очень расслаблено сказал:

– Сидите и ждите моих действий. Я приглашу вас на танец, и там, непринужденно танцуя и улыбаясь, будто мы хорошие друзья, Вы расскажете мне обо всем. А сейчас я ухожу. А вы только после того, как песня, играющая сейчас, перестанет вконец играть, – спокойным голосом сказал мужчина и, поправив галстук, непринужденной походкой вышел из коридора.

Весьма странная встреча. Мужчина заинтересованно выслушал ее и даже внушил доверие. Как только песня закончилась, Эмма набрала в легких воздуха и прошла за свой столик. Она делала вид, что пила кофе, поминутно смотря на Тома, который ей игриво улыбался. Она тоже делала вид, что они знакомы давно. Ее взгляд выражал радость, а движения были расслабленными. Том встал из-за стола и джентльменской походкой направился прямо к ее столу. Она снова могла видеть его в рост. Начищенные до блеска туфли, ровно заправленная рубашка, дорогие часы, – всё это говорило о том, что человек любил заботиться о своём внешнем виде.

Том элегантно подал ей руку, приглашая к танцу, снова вежливо улыбнувшись. Женщина сняла с ног салфетку, оставила сумку на стуле, и их ладони наконец соприкоснулись. В то время играла нежная романтичная мелодия девяностых годов, и много пар также встали к танцу. Том вывел Эмму в центр зала, и они стали танцевать. Его рука ненавязчиво легла чуть ниже лопаток, она же обвила своими руками его длинную шею.

– Так, значит, Вы говорите, вашего мужа убили? – широко улыбаясь, говорил мужчина.

– Да. Но почему Вы улыбаетесь? – возмутилась Эмма.

– Разве вы не видите, что за нами наблюдает парочка мужчин? – и Эмма вмиг заметно обернулась. – Не оборачивайтесь! – рыкнул мужчина, крепко сжав свою руку у нее на талии.

– Значит, и мне улыбаться?

– Постарайтесь.

– Мой муж исчез после свадьбы. Мы провели ночь на берегу, а утром, когда я проснулась, его уже не было. Так прошло три недели. Потом мне слали записки с угрозами.

– В каком контексте?

– «Его жизнь зависит от тебя» – что-то в таком роде.

– Понял. – Том наклонил женщину, словно так предполагалось в танце.

– Так вот, – продолжила она, попутно думая о том, что неловко говорить о смерти мужа и игриво улыбаться другому мужчине. – Вот уже спустя три недели угроз, когда я возвращалась с вечеринки, на пороге стояла коробка.

– И что же было в той коробке?

Взгляд Эммы резко помрачнел. Она сжала свою ладонь на плечах у Тома.

– Пальцы. И кровь.

Улыбка исчезла с его лица.

– Вы принесли это?

– Да.

– Где они?

– В сумочке.

– Коробочка маленькая?

– В ладони поместится.

– Отлично. – Том снова лучезарно улыбнулся, поворачивая её в танце.

– Сейчас я буду Вас провожать до дома. Мы будем мило болтать о жизни. Затем Вы сделаете вид, будто бы Вам холодно… – медленно говорил Том, качаясь под медленную музыку, проводя своей рукой по плечам партнерши.

– Вы обнимите себя руками, поежитесь, а я джентельменски подам Вам свое пальто с глубокими карманами. Затем вы незаметно достанете из сумки коробочку и кинете в мой карман. Когда мы дойдем к вашему дому, вы отдадите мне пальто, и я дам вам листочек, на котором вы напишите мне свой номер. Мы мило обнимемся и разойдемся по домам. Вы поняли? – Эмма улыбнулась.

– Конечно, Том.

– Чудно, – хмыкнул он, – И не забывайте, – он наклонился к ее уху, – за Вами очень пристально следят.

– Конечно, Том. – Она натянуто улыбнулась, и мужчина мило подвёл её к столу, присев рядом.

– Официант, счет, пожалуйста.

* * *

– Так, значит, Вы переехали в Хэмптон совсем недавно? – спросил у женщины Том.

– Да, незадолго до свадьбы.

– Угу, – только и ответил тот, с подозрением наблюдая, как черная машина «незаметно» проезжала мимо.

– Скажите, а у Вас есть кто-то, кто может Вас охранять?

– Друзья предлагают ночевать у меня. Но я не хочу подвергать их опасности. Я не знаю, как так всё вышло в моей жизни… Всё слишком быстро перевернулось. Еще недавно я держала моего мужа за руку, а теперь мне по почте приходят его пальцы, – расстроено улыбнулась Эмма.

– Да уж, отвратительно.

– А давайте на «ты».

– А, черт с ним. Давай. – Том ухмыльнулся. – Мы вроде как одного возраста.

– Кстати, сколько тебе лет?

Эмма рассмеялась.

– Тридцать.

– Говорю же, – вздохнул мужчина. – Эмма, я уверяю тебя, как профессионал в своем деле я обязан найти тех, кто убил твоего мужа. И чем скорее это произойдет, тем скорее возобновится твоя безопасность.

– Каковы твои последующие действия, когда я отдам тебе ту…

– Коробку? – закончил за нее Том.

– Да. – Эмма опустила голову.

– У меня есть кое-какие планы. О них позже.

– Ладно, – промолвила женщина, заметив, что они уже подходили к дому. Том посмотрел на нее взглядом, призывающим к действию. Машина снова появилась в поле зрения.

– Ой, что-то мне холодно, – поежилась Эмма, обняв себя руками.

– Что ты? Я дам тебе свое пальто, – наигранно сказал Том.

Она улыбнулась.

Том подошел к ней, снимая пальто. Он тихо сказал:

– Сейчас мы попрощаемся. Не называй меня Томом. Придумай имя.

– Конечно.

Они прошлись по длинной дорожке парка, и она незаметно вытащила из сумки ту самую коробку, положив ее в карман Тома.

Том в это время отвлекал ее разговорами о погоде и разных историях из жизни. Только вот она не знала, придуманные они или же настоящие. Совсем скоро они подошли к дому Эммы. Она любезно сняла с себя его пальто, уловив запах дорогих духов. Затем, как и договаривались, написала на листке бумаги свой номер и улыбнувшись обняла его.

– Прощай, Лукас.

– Просто отвратительное имя, – ухмыльнулся Том.

– Будь аккуратней, – на прощание сказал он и исчез в темноте, которая к тому времени накрыла город.

ГЛАВА 2. Центральный банк Хэмптона

Том был очень придирчивым человеком. Перфекционизм порой выводил из себя даже его самого. Поэтому-то у него всегда всё лежало на своем месте. Упаси Господь, если папка с каким-то делом лежит не на той полке – всё должно быть идеально сложено. Таким и казался сам мужчина: снаружи – идеальным, внутри – слишком самокритичен. У него не было лишнего волоска на свитере или рубашке. Его волосы (которые, кстати, были длинные, но просто всегда завязаны) были идеально зачесаны. Иногда он позволял маленькому локону челки спадать к подбородку (что делало его еще более привлекательным), но это случалось крайне редко. Том любил носить рубашки – синяя, белая, красная – его любимые, а удачно подобранные галстуки дополняли эту одежду.

У него всё было идеально и в работе, и в еде. На кухне всегда было чисто. Блюда, которые он готовил сам, были наполнены самыми изысканными вкусами.

Том сам по себе – человек отнюдь не бедный, но он никогда не позволял заботиться о чистоте дома кому-то другому, например, горничной. «Я могу со всем справится сам» – так думал Том, поэтому ненавидел просить помощи у других.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.