Лунный мальчик
Сказки для детей и взрослых
Дмитрий Коробков

© Дмитрий Коробков, 2019

ISBN 978-5-4483-3309-5

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Волшебный мел

Иванучился в начальной школе города N. На занятия он ходил с неохотой. Как-то незадалась у него в этом году учёба с первых дней. Озорной мальчишка никак не могсосредоточиться на уроках после летних каникул. Был не внимателен, а потому домашниезадания ему давались нелегко, но он их выполнял. Однако вызываемый учителем дляответа он терялся и путался. Пытаясь превратить свою растерянность в шутку, онтолько усугублял своё положение, поскольку учительнице приходилось успокаиватьсмеющийся над ним класс. Совсем перестало нравиться Ивану ходить в школу. Родители ругали его за двойки, не понимая, как он умудряется получать их завыученный урок. Они, как могли, помогали сыну разобраться с домашнимизаданиями, но Иван всё чаще стал уходить в какой-то свой, закрытый для всехмир.

Однажды, возвращаясь после уроков домой, Иван увидел в соседнем дворе девочку, рисующуюмелками на асфальте. Ему захотел подразнить незнакомку, потоптав её«художества“. Озорная улыбка от предвкушения мелкого хулиганства расцвела наего лице. Он подкрался сзади, и уже было занёс ногу на асфальтовое „полотно»девочки, как замер. Красочный рисунок привлёк его внимание, удержав отнамеченной шалости. Она так вдохновенно рисовала на шершавой поверхности, чтоне замечала за спиной замершего зрителя.

– Что это? – наконец спросил Ваня.

– Страна. Моя сказочная страна, – ответила девочка, – нравиться?

– Красиво. А, как ты, это..?

– Это всё волшебные мелки.

– Волшебные… Скажешь тоже, – недоверчиво хмыкнул Ваня.

– Они, как бы сами помогают мне рисовать, то о чём я думаю. И мне остаётся тольководить рукой, – объяснила девочка.

– Ух ты! Мне бы так на уроках!

– Что на уроках?

– Да вот учу, учу, а у доски всё, что знаю, пишу с ошибками. Мне бы такой мелокволшебный, чтобы он не давал мне делать этих дурацких ошибок! Ведь я же знаю, как правильно…

– Вот возьми, – девочка протянула Ивану картонную коробку с мелками.

– Что? – отшатнулся он.

– Мелки мои, возьми!

– А как же ты рисовать будешь?

– Я уже нарисовала. Бери, – помогут!

Иван, растерянный от такого предложения смотрел, то на мелки, то на девочку и на еёрисунок. Соблазн был велик. Ведь он действительно готовит все уроки дома. Родители его проверяют. Но в школе, перед классом, где все хихикают и строятрожицы, он пишет неизвестно что.

– Я только белый возьму, – решился мальчик.

Девочкаулыбнулась, кивая ему головой. Иван взял из коробки белый мелок. С интересомрассмотрел его. Сел на корточки, доставая из портфеля тетрадку. Вынув из неёпромокашку, завернул мел.

Наследующий день учительница вызывала для ответа у доски учеников. Нужно былонаписать решения домашних задачек по математике. Иван был готов, однако самподнимать руку, вызываясь отвечать, он не торопился. Желание опробоватьволшебный мел в действии соперничало с боязнью очередного провала. Волнение вгруди школьника было столь велико, что у мальчика вспотели руки. Его невызвали, а на перемене он успокоился. Урок русского языка так же не дал емувозможности опробовать волшебную силу мела. Он радовался и негодовалодновременно. «Но завтра меня точно вызовут, – подумал он, – надо будетхорошенько подготовиться, ведь мел напишет то, что есть в моей голове».

Мальчикне ошибся, его вызвали на первом же уроке. Ивану предстояло показать решениедомашнего задания. Он подошёл к доске.

– Бери мел. Запиши условие задачи, – сказала учительница, зачитывая задачу изучебника.

Ванябыстро сунул руку в карман, высвободил свой мел из промокашки. Чуть не выронилего, от чего сделал несколько несуразных движений, приведя весь класс в весёлоесостояние.

– Ты опять за своё? – строго повернулась учительница к школьнику.

– Нет-нет! Я просто…

– Пиши, – прервала она мальчика, – в магазин завезли…

Иванповернулся к доске и стал писать. Записав условие он, не поворачиваясь кклассу, подробно писал решение, объясняя каждое своё действие. Только поставивточку в ответе, он повернулся к классу. Учительница, внимательно слушавшаяИвана, следившая за тем, что он пишет, без дополнительных вопросов отпустилаего.

– Садись, четыре, – в некоторой растерянности сказала она.

Вклассе царила тишина.

– А почему четвёрку? – раздался чей-то голос.

– Тишина в классе! – скомандовала педагог, – переходим к следующей теме…

Ивансунул мел в карман. Испачкав пиджак и вытирая руки, он сел на своё место.

– Молодец! – шепнул ему одноклассник с соседней парты.

Наследующем уроке всё повторилось. Ваня, уже с меньшим волнение вышел к доске. Написал несколько предложений, вставив недостающие слова. Учительница, нескрывая своего удивления, вновь увенчала его ответ оценкой «хорошо». К концуучебных занятий Иван со своим портфелем, учебниками и тетрадками, были перепачканы волшебным мелом.

– Ты что со своим мелом ходишь? – заметила рыжая отличница с первой парты.

– А мне этот в руке держать удобнее, – нерастерялся Ваня, – мне почерк красивый вырабатывать нужно.

– Ну-ну, вырабатывай.

Послеуроков Иван побежал в тот двор, где встретил девочку с мелками. Ему нетерпелось рассказать ей об успехах её волшебного дара. Девочки он не нашёл. Ноеё рисунок оставался на асфальте. Прохожие бережно обходили его стороной. Дажедворник, подметая, старался не задевать своей метлой рисунка.

Прошлонесколько дней. Родители Ивана радовались успехам сына в школе. Особенно былоприятно видеть его возникшее желание учиться. В школе уже не смеялись, когдаВаню вызывали отвечать, а некоторые с облегчением выдыхали из себя напряжение. Его четвёрки сменились пятёрками. Вот только сам мальчик стал тревожиться. Онкаждый день бегал в тот двор, где встретил девочку. Расспрашивал о нейпрохожих, дворника. Оказалось, что она там не живёт, а приезжала с мамой вгости. Иван был почти в отчаянии, ведь его мел весь исписался. У него в карманележал маленький кусочек, которого едва хватит на пару дней.

Придяв школу, Иван волновался. Вызванный к доске, он с трудом выписываларифметические действия крошечным остатком от волшебного мелка. Его «помощник»стёрся до едва удерживаемого двумя пальцами. И вот мел растворился в рукеученика, рассыпавшись крошками на пол. Иван замер.

– Что с тобой, уснул? – вмешалась учительница, – возьми другой кусок мела. Вот жеперед тобой лежит.

Мальчикобречённо посмотрел на педагога. Перевёл взгляд на большой кусок мела. Медленновзял его в руку.

– Ну, что ты стоишь? Пиши! – учительница, видя замешательство Ивана, сталадиктовать ему.

Иванробко начал выводить на доске диктуемые предложения. Ободряемый, он стал писатьувереннее. Робость исчезла, а довольная правильным ответом учительницапоставила Ване очередную пятёрку.

Изшколы Ванька не шёл и даже не бежал. Он летел на крыльях радости. По привычкеон забежал в соседний двор, где встретил рисующую девочку. На площадке, укачелей, сидела его знакомая незнакомка.

– Привет! – радостно крикнул ей Ваня.

– Здравствуй! – ответила девочка.

– Рисуешь?

– Рисую.

– Тебя зовут-то как?

– Аня, а тебя?

– Меня, – Ваня. Мелки, волшебные опять?

– Волшебные. Вот читай.

Девочказакрыла коробку с мелками откидной картонной крышкой, на которой было написано: «Волшебные мелки».

Серебряная ложечка

Поскольку сказка – ложь с намёком,

Пусть будет малышам – уроком!

Машенька, устраиваясь в своей кроватке слюбимой мягкой игрушкой, ворочалась и кряхтела.

– Какую сказку тебе рассказать? – Спросила еёмама, – Зимнюю, про снежную королеву?

– Нет, лучше летнюю, где тепло.

– Хочешь про чёрного дачника или колдуна?

– Страшную не надо. Лучше про лилипутов, но негулливерских!

– Тогда слушай сказку про волшебную ложечку.

Машенька обняла своего плюшевого кота иприготовилась слушать. Её мама задумалась на минуту, вспоминая или придумывая, с чего начать.

– Жил да был непослушный мальчик, – начала она, – который очень не любил кушать кашку так же, как и ты. Главным своим недругоммальчик Саша считал ложечку, которой его кормят. Он отмахивался от неё ипытался выбить из рук, а сам брать её в руки категорически отказывался. Мамасердилась на капризного сынишку, так же как я на тебя или даже ещё сильнее. Онаговорила ему, что нельзя ссориться с ложечкой, потому что она волшебная и еслиочень обидится, то может наказать упрямого Сашеньку. Но тот не слушал её иоднажды, когда мама отвернулась, взял да и выбросил ненавистную ложечку воткрытое окошко. Мама очень рассердилась на такое поведение сына. На даче, гдеони жили, найти маленькую серебряную ложечку в густой высокой траве было совсемне просто. «Теперь ложечка будет плакать, а ты не вырастишь и останешьсямаленьким, а если она захочет, то сделает тебя ещё меньше, – сказала мамаСашке». Днём она уложила его в кроватку и ушла.

Проснулся Саша на огромной поляне, застеленнойгрубой цветной материей. Он поднял голову и стал смотреть по сторонам. Это былане поляна. Всё в округ вдруг изменилось в размерах. Сашка был на своей кровати, только она почему-то стала огромных размеров, до края которой теперь ему нужнобыло идти. Страшно огромная комната испугала его, и он вспомнил про ложечку.«Неужели она действительно волшебная и, разозлившись, заколдовала его? Неужелион превратился в лилипутика?» Это испугало Сашу. Он даже чуть не заплакал, нопотом подумал, что: «Нужно скорее найти свою волшебную серебряную ложечку. Воттолько как? За окном на улице высокая трава, а он стал теперь таким маленьким. Ему бы сейчас хоть с кровати спуститься! Вместе с ним уменьшились только егопижама и носочки, что были на нём, а всё остальное стало выглядетьпо-игрушечному, – не настоящим, только наоборот. Игрушки должны быть маленькими. Здесьже маленький был только он. Вокруг же всё было огромных размеров». Сашкаподошёл к краю кровати и боязливо посмотрел вниз. На полу лежал коврик, а нанём его тапочки. Прыгать вниз было страшновато. Он вспомнил о носовом платке, который мама всегда кладёт ему под подушку, и как с папой они запускалипарашютистов на носовых платках вместо парашютов. Сашка побежал к своейподушке. С трудом вытащил из-под неё платочек. Нитки—верёвки он раздобыл отплохо пришитых к наволочке пуговиц. Расправив на кровати свой парашют, онразбежался, наполняя его воздухом, и прыгнул с кровати в направлении стоявшихвнизу тапочек. Полёт прошёл быстро с удачным завершением. Он не успел нииспугаться, ни удариться. Скатившись по тапочку на ковер, Сашка почувствовал всебе силы и воодушевлённый первым успехом побежал к двери. «Хорошо, что мамавсегда оставляет её приоткрытой, – подумал он, – не зря я прошу её об этом». Без особого труда он преодолел дверной порожек. Входной проём и вовсеприкрывала только полупрозрачная занавеска от мух. Путь на улицу был свободен. Сашка поспешил к выходу. За занавеской на крыльце лежал их кот Гоша. Осторожно, на цыпочках, Сашка прошёл мимо. Он так боялся, что Гоша примет его за мышь илиигрушку, но тот дрых на солнышке пушистой подушкой. Ступеньки оказалисьвысокие. «Туда бы кота подложить, – подумал Сашка, —да прыгнуть на мягкое…». Длясвоей безопасности при прыжках со ступенек он решил найти, что можно подложитьвнизу. Ему опять пришлось проходить мимо Гоши, словно дразня его и проверяя, проснётся тот или нет. Сашка нашёл свой носок, торчащий из ботинка около двери. Он бросил его вниз на ступеньку и прыгнул следом. Потом ещё и ещё, пока неоказался на земле. Не все прыжки были одинаково мягкими, четвёртая ступенькаособенно ему не понравилась. «Куда же теперь бежать? В окошко всегда видны моикачели, значит туда, к качелям». Он припустился по тропинке. Добежав докачелей, Сашка обнаружил, что между ними и открытым окном нет больше нидорожек, ни тропинок и ему придётся зайти в дремучие заросли травы, а можетдаже и крапивы. Собравшись духом он, шагнул в зелёные заросли неизвестности. Продираясь сквозь высокую траву, Сашка пугался, настораживался новымнеизвестным звукам. Здесь совсем не было ветра, но шорохов, тресков и прочегохватало с избытком. Звуки были совсем не такие, к каким он привык. Вдругоглушительный, разрывающий голову металлический скрежет и лязг одновременно. Сашка от страха шарахнулся в сторону и сел на землю. Он увидел огромногокузнечика, стрекотавшего рядом. Тот стих, заметив человечка. Потом, щёлкнувмогучими задними лапами, выстрелил собою над травой. Из него выскочили длинныепрозрачные крылья, унося за пределы видимости. Обомлевший Сашка успокаивал самсебя: «Это не они гигантские, это я просто временно маленький. Вот найдуложечку…» Он встал и осторожно пошёл в сторону окна, в которое её выбросил. Над головой к нему стал приближаться звук нового чудовища. Толстый огромныйшмель медленно зависал над травой, разглядывая что-то, но не найдя ничего интересующегоего, снова удалялся. Сашку он, кажется, не заметил в отличие от муравья, обнюхивающего его сейчас сзади. «Как бесшумно и незаметно подкрался к нему этотлюбопытный разведчик, подумал Сашка, косясь на муравьище через плечо и стараясьне двигаться, – ну что понюхал? Беги к своим сородичам, – уже в голос произнёсон удаляющемуся муравью, – а мне нужно вооружить»! Он поднял с земли подходящуюветочку. Обломив её для удобства стал пробираться дальше. Перебираясь череззасохшие стебли травы, спотыкаясь и падая, он вышел на маленькую тропинку. «Чтоэто за тропинка такая? Интересно, кто мог вытоптать маленькую дорожку средитравы»? Он, воспользовавшись ею, зашагал более уверенно и быстро, как вдругувидел, что тропинка эта ведёт в круглую дыру в земле. «Да эта чья-то нора, —догадался Сашка, – какой-то невиданный зверёк здесь живёт. Мыши! – вдруг понялон, вспомнив, как однажды смеялся над Гошей играющем с пойманной мышкой». Онбросился бежать в травяные заросли почти без разбора, лишь бы мышь не сталаиграть с ним, как Гоша с ней. Сашка бежал, в ужасе проговаривая про себя: «Скорей бы найти свою ложечку! Скорей бы попросить у неё прощения, чтобы сновастать большим». Он бежал, обещая ей: «Слушаться маму и всегда съедать всю кашу, даже самую манную». Как вдруг увидел среди травы огромную, сверкающую насолнце, свою дорогую серебряную ложку. От радости он бросился к ней и всёговорил, говорил, как её любит и как он исправится. Успокоившись, Сашкапочувствовал усталость. Он обнял свою ложечку, заснув прямо на ней. Ему уже нехотел потерять свою волшебную находку.