Миша Певзнер
Либидо рулит, или Женская сексуальность и мировой финансовый кризис

© Misha Pevzner, 2016

* * *

В оформлении использованы фотоматериалы из открытых источников, предоставленные автором

Книга издается в авторской редакции и орфографии

Вместо предисловия

Уважаемый читатель!

Как Вы думаете: кто мы такие? куда идем? каково наше предназначение? с какой целью мы существуем на этой бренной Земле?

Не знаете? Ну, что же, не печальтесь: в этом Вы не одиноки. С первых дней своей истории люди пытаются найти решение этих проблем, но пока что без особого успеха. Отчаявшись понять смысл жизни самостоятельно, они пытаются найти его в книгах, написанных такими же «искателями истины». Одни утверждают, что это им помогло, другие – которых намного больше! – продолжают штудировать бесконечные тома и фолианты.

Так вот, в этой книге Вы не найдёте ни слова о том, о чем сказано ранее. Поскольку эта книга о вещах более важных, нежели перечисленные выше. Она описывает влияние либидо и женской эмансипации на сильнейшие кризисы и значительные события 20-го века. Не более, но и не менее.

Поэтому тем, кого тревожат исключительно «вечные вопросы», читать мою книгу совсем не обязательно.

Хотя… Кто знает… Может быть, здесь и найдутся все искомые ответы?…

Глава 1. Знакомство или квадратура круга

«Два года назад у меня не было ни цента. А теперь у меня долгов на два миллиона долларов».

Биржевой спекулянт XIX-го века

Она заметила его во время прогулки по городу. Он стоял возле рекламной тумбы, курил и о чём-то думал. Ничего в нём особенного не было, но её внимание привлекла непонятная пустота вокруг этого мужчины. Прохожие, едва заметив его, стремились обойти его стороной, лишь бы не оказаться рядом с ним.

«Интересно», – подумала она и направилась в его сторону.

– Привет, – весело сказала она, сразу пуская в ход своё оружие: откровенно зовущий взгляд больших красивых, немного затянутых поволокой глаз. Он на секунду опешил от неожиданности.

– Привет, – ласково повторила она. Я Либидо. А ты кто?

– А я – Кризис, – произнёс он неприятным надтреснутым голосом.

– А чего страшный-то такой?

Он опять на несколько секунд растерялся.

– Да каким же мне быть-то, если я – порождение квадратуры круга, – пробурчал он в ответ.

– А что это такое? – искренне удивилась она, продолжая улыбаться.

– Как, ты не знаешь, что такое квадратура экономического круга?

– Нет, – весело сказала она.

– Ну, ладно, тогда, слушай.

Представь себе такой небольшой городок, скажем, Засарайск, Энской области. Все соседи друг друга знают, конфликтов почти не возникает. Живут они не плохо, обеспеченно, торговлю осуществляют в основном друг с другом. В какой-то момент продавец автомобилей по имени… Андрей Хромов звонит приятелю Николаю Литинскому, владельцу магазина «Мужская одежда и предметы мужского туалета»: «Колян, отличные новости! Только что поступила партия новых «Лэндроверов» Я оставил один для тебя, как ты просил». «Извини, Андрюха, я не могу. Бабок совсем нет. Мы с женой разводимся. Дай Бог, чтобы, когда все закончится, хотя бы на велосипед осталось».

Хромов повесил трубку. Через несколько минут его телефон зазвонил. «Это Белкин, маляр, – произнесли на другом конце провода. – Когда начнем красить дом?»

«Я передумал, – не буду я ничего красить!» – «Алё гараж, Хром, ты что, охренел, я уже краску купил» – «Да Литинские разводятся, у Коляна проблемы с финансами, он за тачку не забашлял».

На следующий день Белкин отправился к банкиру Грише Юмину. «Не могу тебе выплатить кредит в этом месяце, я «влетел на бабки». Хром передумал красить дом, потому, что Колян разводится и жена забирает у него всё бабло, извини, старик, потерпи немного».

Юмин расстроился. Когда сосед Рудик Меклер зашел занять денег на новую кухню для своего ресторана, он холодно отказал: «Я не могу одолжить тебе денег, Белкин меня’’ кинул’’!».

Рудик позвонил подрядчику Игнатову и сказал, что не может строить новую кухню. Игнатов уволил восемь человек.

Тем временем фирма «Мицубиси» объявила, что предоставляет скидку на новые модели. Хромов позвонил Литинскому немедленно: «Колян, хорошие новости! Даже если вы и разводитесь, ты сможешь взять себе новую тачку».

«Я не развожусь, фигня всё это было, непонятки, сейчас «устаканилось»» «Вот и отлично! Так пригнать тебе «Лендровер»?» «Ты что, с дуба рухнул? Дела настолько поганые, что не знаю, как я вообще ещё держусь! Уже больше месяца ни Белкин, ни Юмин, ни Рудик, ни Игнатов не показывали носа в моём магазине. Кругом сплошная задница! Вести дела невозможно вообще!»

– Вот так вот, – хохотнула она, – одному мужику баба не дала, а всему городу от этого плохо.

– Да, что-то в этом роде. Ну, есть, конечно, и другое, научное определение:

Я – этодисбаланс спроса и предложения на товары и услуги.[1]

– А попроще не можешь сказать?

– Нет проблем. Допустим, в стране производится 3000 стиральных машин, а населению нужно всего полторы тысячи. Ты же не придёшь к человеку с пистолетом и не заставишь его покупать стиральную машину, которая ему не нужна. Производство «стиралок» сокращается, многие мелкие производители закрываются, а крупные «свертывают» производство. В результате, много людей с этих предприятий оказываются безработными – то-то, я смотрю, от тебя все шарахаются!

– Ещё бы, ведь стоит мне к кому-то прийти, и у него сразу возникают проблемы. Если это человек, работающий по найму, у него начинаются неполадки с семейным бюджетом, ну а если это предприятие, то работникам приходится искать новое место, а хозяева – уж как получится. В лучшем случае объявляют себя банкротами и выплачивают какую-то сумму – это уж как кому повезёт – всю жизнь, или удирают из страны, садятся в тюрьму…

– А в худшем?

– А в самом худшем случае, вообще исчезают.

– Ого! И давно ты так работаешь?

– Лично я недавно. А вообще мы существуем столько же, сколько и всё человечество. Вначале мы проявлялись как кризисы недопроизводства сельскохозяйственной продукции, а с середины XIX века – как нарушение равновесия между промышленным производством и спросом.

– До 19-го века, мы ограничивались пределами одной – двух стран, – продолжал он. – Первый мой, глобальный предок пришёл в США, Германию, Англию и Францию в 1857 году. В то время в Северной Америке и Западной Европе происходил бурный экономический рост, вырастали крупные предприятия, появлялись банковские системы, пароходы заменяли парусные суда, строились железные дороги, развивалась металлургия. Короче, благодать и полная «лафа». Учреждение акционерных обществ, при строительстве железных дорог, привело к образованию большого количества ценных бумаг.

– Подожди, а что такое это самое «общество» и та самая «бумага»?

– Ну, смотри. Например, дорога стоит 20 тысяч «баксов», а у человека есть всего 2 тысячи. Для того, чтобы финансировать строительство, объединяются 10 таких людей, каждый из которых вкладывает свои 2 тысячи. И они надеются, что через 3 года от эксплуатации дороги они получат 30 тысяч долларов. То есть, каждый из вложивших свою долю, через 3 года получит 3000$, а это тысяча долларов дохода. А ценная бумага, в данном случае – это, лишь, удостоверение того, что он вложил свою долю.

– А, так это же просто, – промолвила она, и с удовольствием заметила довольное выражение на его угрюмом лице.

– Множество мелких инвесторов, в надежде заработать на ускоренном росте цен, вкладывали в спекуляции, как собственные деньги, так и деньги, взятые у банков в кредит. В США, в Англии и в странах Европы главным объектом массовых инвестиций стали акции железнодорожных компаний. В какой-то момент эти акции стали стоить больше, чем стоили на самом деле. Говоря проще: люди стали жить не по средствам.

– то есть?

– На приведённом выше примере видно, что инвесторы, ну, короче, те, кто вложил свои «бабули», предполагают получить в конце 30 тысяч, а уже вложено 40 тысяч.

– Понятно.

– Те, кто вовремя это понял, поспешили от акций избавиться. Остальным было плохо.

Финансовая паника на Уолл-стрит в 1857 году.

Произошло то, что и должно было: начались массовые банкротства железнодорожных компаний… Потом, конечно, финансовая паника, банки закрывались один за другим. К середине октября 1857 года банковская система США потерпела полный крах, экономическая деятельность остановилась… Скорбная весть об американском крахе, ускорила развитие кризиса в Великобритании, где коммерческие банки тоже массово вложились в необеспеченные ссуды. Кризис охватил всю Францию, Германию, другие европейские страны, затронул, кстати, и Россию. Миллионы рабочих были выброшены на улицу из обанкротившихся предприятий. Кроме того кризис затронул и сельское хозяйство. Разорившиеся крестьяне стали покидать сельские районы и в поисках работы массово потянулись в города, которые из-за резко возросшей скученности населения превращались в огромные свалки под открытым небом. Везде грязь, кучи мусора, отходов… Летом 1858 года английский парламент прервал свои заседания по причине «великого смрада», исходящего от загаженной Темзы. Начались страшные эпидемии по всему «цивилизованному» миру, унося миллионы жизней. Так в Нью-Йорке или Новом Орлеане эпидемии холеры и тифа стали обычным делом…

Глава 2. Люди и дельфины

«Искушение запретным плодом – это и есть ползучая революция…»

Юрий Слободенюк «Из несказанного Евой»

– Но подожди, – он почесал за ухом, – почему всё время я болтаю. Расскажи и ты о себе.

– Как-то тяжеловато разговаривать «всухую», – она поморщилась.

– И то правда, – сказал он. – Зайдём куда-нибудь.

Небольшое бистро они нашли сразу. Сели за столик, официант принес бутылку красного вина и сыр.

– Неплохо, неплохо, – сказала она, сделав небольшой глоток, – приятный букет.

– Это «Хванчкара». У меня дома его много. Я был у московских поставщиков грузинского вина в 2006[2].

– Слушай, вообще-то красное вино полагается к мясу…

– А белое к рыбе. Знаю, все знаю. Я просто хотел, чтобы ты попробовала этот сыр.

– Да, ты прав, оригинальный вкус.

– Это «Клинковый». Я недавно побывал в Минске[3], попробовал сыр, мне понравился его вкус. Но сейчас не об этом. Давай, рассказывай про себя.

– Ну, можно сказать, что мы существуем на земле, намного раньше вас. Ведь вы можете работать лишь с людьми современного вида, а это во вселенском смысле не так уж долго. Мы же были на земле намного раньше. Энциклопедический словарь говорит, что наше имя произошло от латинского libido – страсть. Мы – это бессознательное сексуальное влечение, в более общем плане – влечение к жизни. Мы очень многозначны: можем быть и желанием, и влечением, и стремлением. Можем превратиться в удовольствие, в кровожадность, в жажду наслаждения, в произвол и в каприз. Впервые, наше современное имя появилось в работах Бенедикта «Электротерапия» (1868) и Молля «Исследование сексуального влечения» (1898). Ну, естественно, мы прежде всего – это проявление полового инстинкта, обостренного и неустанного сексуального влечения. Мы вечны и неисчерпаемы. Фрейд сделал нас основными персонажами своих работ. У него мы определяем не только страсть, но и стиль современной жизни, что, в общем-то, абсолютно правильно. Это мы в основе любовных и дружеских чувств, различных привязанностей – к самому себе, к другим родственникам, к сверстникам. И мы же, как выясняется, можем управлять огромной толпой, готовой к бессознательным свершениям, которая, как ты дальше увидишь из моего рассказа, предельно эротизирована.

– Но сейчас-то вам лафа. Так ведь? Вершите революции, сбрасываете правительства, отовсюду вытесняете мужиков.

– Ты говоришь о сексуальной революции? Это отдельная тема, – она сделала ещё глоток вина, поближе придвинулась к нему, якобы случайно задев его коленками.

– Понимаешь, любому школьнику с самого детства известны три великих революции: Французская, Октябрьская и Сексуальная.

О значении Французской революции пусть лучше спорят историки, но уверенно можно сказать: она очень наглядно показала, что проигрывают те, кто теряет голову[4].

В результате Октябрьской или пролетарской революции «пролетели» абсолютно все[5]. Ну а третья…

Один китайский монах, мудрец и философ написал большой трактат, в котором он разъяснил народным массам причины, по которым во всей живой природе сексом, без цели произведения потомства, занимаются только люди и дельфины. – Ну, насчёт дельфинов не знаю, – усмехнулся он, – трудновато проверить, а у людей именно так. В некоторых поныне живущих диких племенах до сих пор не верят, что секс как-то связан с продолжением рода. У них нет отцов в нашем понимании этого слова! Девятимесячный срок между сексом и рождением ребёнка кажется им настолько огромным, что никакой причинной связи они здесь просто не улавливают. Антропологи, которые пытались открыть дикарям глаза на связь между сексом и деторождением, были осмеяны. Эта гипотеза больших белых братьев, показалась им дикой, а приводимая в ответ аргументация, железной: если бы секс был связан с деторождением, рожали бы только красивые женщины, а у нас рожают даже такие страшные, с которыми ни один нормальный мужчина не ляжет!.. И попробуй оспорь! Скорее усомнишься в связи секса с деторождением.

«Господи, каким бы крутым не хотел казаться, а мужчина есть мужчина», – Подумала она, – не может спокойно посидеть и послушать, главное вставить слово показать свою эрудицию, мужик мужиком. Хотя, может быть, именно поэтому он мне сразу понравился. Хотя есть ещё кое-что, что я для себя не уяснила».

– Так или иначе, именно с этого философского труда, – продолжила она, – сама по себе, тихо – Мирно началась революция, которую потом назвали «сексуальной». Было это примерно три тысячелетия назад, в Китае.

На протяжении веков эта революция развивалась так-Сяк, с переменным успехом и очень медленными темпами. Женская самооценка и индивидуальность тускло поблескивала во мраке рабовладельчества и средневековья, вспыхивая порой огоньком: то в кровавых забавах Клеопатры, то в дифирамбах «служения Прекрасной Даме»; в тяжелую годину появилась первая одинокая провозвестница грядущих битв, стриженая дева Жанна из Орлеана. Сверкание Возрождения и блеск Просвещения вовсе затмили неяркий фонарик в слабых женских руках, но приходит черёд, упомянутой выше, Великой Французской.

– Да, да, я интересовался истоками женского движения, – сказал он, абсолютно не обращая внимания на её недовольную мину. – Симпатичная девушка-Парижанка оголила плечи и грудь, повесив на палку чью-то окровавленную рубашку, прошла по баррикадам[6] и королевская власть пала под натиском толпы, а агитаторы на каждом углу прославляли свободу, равенство и братство. Но, после революции довольно часто вместо перечисленных выше благ приходит террор. Очень скоро парижские палачи начали жаловаться, что не успевают пообедать, а детей своих не видят и вовсе. В результате четверть населения Франции была уничтожена.

Но, насмотревшись на полуголую воительницу, в 1792 г., как по команде, сначала Олимпия де Гуж, затем Мэри Уолстоун Крафт и, наконец, Теодор фон Гипель строчат свои трактаты о кошмарном положение женщин и способах его улучшения. Начитавшись этих работ, приблизительно в середине 19-го века, женщины начинают требовать для себя избирательные права, а оброненное Оуэном слово «феминизм» стало звучать все более грозно и внушительно.

– Слушай, когда ты рассказывал, я же тебя не перебивала, так что, будь добр, дай мне продолжить!

– Да, да, извини!

– Первым политически активным женщинам, попавшим в историю как суфражистки[7] – противостояло хорошо организованное и финансируемое анти-Суфражистское движение. Лидеры анти-суфражистов доказывали, что в действительности женщины не хотят голосовать, что они слишком некомпетентны и необразованны.

В процессе голосования миссис Джонс вдруг вспомнила, что забыла пирог в духовке!

Но и первые активистки не давали себя в обиду и отнюдь не были обделены чувством юмора. Например, Элис Дуэр Миллер писала: «Почему мужчины не должны голосовать:

● Потому что место мужчины в армии.

● Потому что слишком мало мужчин способны решать любые вопросы каким-либо иным способом, кроме применения кулаков.

● Потому что женщины лучше владеют методами мирно улаживать конфликты.

● Потому что мужчины потеряют свою естественную привлекательность, если выйдут за рамки своего природного предназначения и естественных интересов, таких как ходить строем в униформе и стучать в барабаны.

● Потому что мужчины слишком эмоциональны, чтобы голосовать разумно. Их поведение на бейсболе и на собраниях демонстрируют, что мужчины от природы склонны к насилию и непригодны в сфере принятия политических решений…

– Пожалуйста, дай мне перебить тебя ещё разочек, – он улыбнулся так мило и по детски, что она, сама не понимая почему, улыбнулась ему в ответ. – Больше всего мне запомнился «прикол» на Всемирной выставке 1851 года в Лондоне. Там британская публика познакомилась с «блумерами» – особым типом женской одежды, появившейся в США. В основу ее лег брючный костюм, в котором лазала по горам знаменитая американская феминистка Амелия Блумер, издательница женского журнала «Лилия», неутомимо боровшаяся за равноправие своих современниц. Самой оригинальной частью ансамбля была распахнутая спереди юбка длиной до колен, под которую надевали стянутые на лодыжках оборчатые шаровары. «Блумеры» приобрели такую популярность среди свободомыслящих американок, что стали почти символом суфражизма. Их своего рода презентацией должен был стать большой Блумер-бал 6 октября 1851 г. в известном лондонском зале на Ганновер-Сквер. Однако последствия этого мероприятия оказались плачевными. Дело в том, что на бал допускались лишь леди в «блумерах», а ими оказались в основном подхватившие моду проститутки. Ну, а сам бал окончился скандалом; в здание прорвались мужчины, устроившие с «уличными леди» фантастическую оргию, привлекшую внимание столичной полиции.

Как автор добавлю, что бедной Амелии, даже в кошмарных снах, не могла присниться столь печальная судьба её костюма. Естественно, этот скандал не мог не сказаться на репутации заморской одежды. Порядочные дамы сразу же отказались от «блумеров», которые стали ассоциироваться в обществе с «распущенными» и «падшими» женщинами, особенно после того, как на экстравагантную новинку повел атаку сатирический журнал «Панч». Увы, путь в Великобританию был для них заказан. Слишком сильно «блумеры» стали ассоциироваться с плотским грехом.

А феминистское движение набирало силу с головокружительной быстротой. Англия начала 20-го века в буквальном смысле сошла с ума: по всей стране поджигали почтовые ящики. Поджигали даже дома (правда, пустующие).

– Заглянешь к нам на огонек?

– Конечно. Чей дом будем жечь?

Перекусывались телефонные провода. Бились витрины, окна правительственных зданий. Весь этот хаос устраивали не молодежные бандформирования, а добропорядочные и образованные дамы средних лет. Сами они называли себя «милитантки» – воительницы, а британская пресса ехидно обозвала их «суфражетками».

Дамы устраивали марши, на которых не столько полицейские гоняли демонстранток, сколько те лупили «бобби» зонтиками (в те времена довольно массивными). Милитанткам нельзя было отказать в сообразительности. Они начали наносить удары по тому, что мужчины особенно ценят. В результате безжалостно уродовались площадки для гольфа и громились винные погреба. Особую ненависть у «воительниц» вызывал сэр Уинстон Черчилль. Не только потому, что он – тогда министр внутренних дел – разгонял их акции. Как ни странно, основной причиной ненависти милитанток к Уинстону было… его остроумие. А дело было так: одна из лидеров движения подловила его в момент, когда он, по привычке, баловал себя бренди, и начала обзывать его «пьяным и бездушным мужланом». Если бы он в ответ, назвал её «беспардонной суфражистской стервой», «воительницы» быстро бы успокоились. Но на свою беду, Черчиль был остроумным человеком. Улыбнувшись, он сказал: «Так-то так, леди, но я завтра протрезвею, а у вас ноги как были кривыми, так и останутся».

Ведь в споре сильнее всего злит по настоящему, смешная и удачная фраза оппонента! Возмущению феминисток не было предела.

За честь осмеянной дамы отомстил мужчина, сочувствовавший суфражисткам. Он напал на Черчилля с хлыстом. На вокзале в Бристоле Уинстона встретил пикет, и некая Тереза Гарнет, огрела бедолагу древком от флага со словами: «Грязная скотина, английская женщина заслуживает уважения!» Про забрасывание камнями, кусками угля и говорить не стоит. Черчилль отнюдь не был трусливым человеком, но пришлось завести телохранителей. В конце концов, полиция раскрыла заговор: милитантки собирались похитить его ребенка.

Первыми избирательное право получили женщины в Новой Зеландии в 1893 году и в Австралии – в 1902 году. Позже, женщины ряда европейских стран: Финляндии – в 1906, Норвегии – в 1913, Дании и Исландии – в 1915, Великобритании в 1918. В США это произошло в 1920 году.

Глава 3. От рассвета – к закату

«Революция, как женщина, рычала.
Она точно женского лица.
Потому как есть у ней начало,
но нет у революции конца.»

Автор неизвестен

– Извини, пожалуйста, что перебил тебя. И как же события развивались дальше?

– Дальше…, – продолжила она, чуть задумавшись, – Поскольку борьба «воительниц» приносит результаты, их пример вдохновляет многих. «… Нам есть чему поучиться у суфражисток: даже запрет на однополую любовь должен быть снят». Так писал Ленин в начале 20-го века.

– Ты знаешь, меня всегда удивляло, что исследователи истории марксизма мало останавливаются на вопросах секса в пролетарском учении, хотя в «Манифесте Коммунистической партии» целая глава посвящена рассуждениям: «Как будем делить женщин?» Подметив такую черту девушек, как любовь к роскоши и богатству, основоположники, за кружкой баварского пива пришли к трезвому заключению, что, лишив буржуев частной собственности, они тем самым лишат их необходимых свойств, по которым женщины предпочитают спать с богатыми, в ущерб бедным. Была выдвинута, в высшей степени, замечательная идея, что женщин надо делить не по количеству наличного капитала, а по справедливости, или, в крайнем случае, поровну. Надо быть круглым дураком, чтобы не проникнуться такими идеями, когда дело дойдет до баб.

– Не стоит смеяться, – сказала она, поправляя чёлку, и откинувшись на спинку стульчика так, чтобы её грудь оказалась под наилучшим для него углом обзора. – Первой страной, где была предпринята попытка сексуально раскрепостить мужчин и женщин, стала Россия. На просторах, весьма аскетической, до той поры, Российской империи, разгорелся сексуальный пожар. Сексуальная свобода била ключом. Виднейшей сексуальной революционеркой первых лет революции была Александра Коллонтай, выдвинувшая известную теорию “стакана воды”. По этой теории, сексуальная потребность – это самая обычная физиологическая потребность, удовлетворение которой не должно быть ничем осложнено, и сексуальный контакт не содержит никаких особых специфических факторов по сравнению с актом “выпивания стакана воды” для удовлетворения жажды.

Действительно, многие идеи большевиков в сфере «сексуального законодательства» даже сегодня выглядят сверх либерально. Так, вскоре после знаменитых декретов «О мире» и «О земле» выходят декреты Ленина (19 декабря 1917 года) «Об отмене брака» и «Об отмене наказания за гомосексуализм» (последний – в составе декрета «О гражданском браке, о детях и о внесении в акты гражданского состояния»). В частности, оба декрета предоставляли женщине «полное материальное, а равно и сексуальное самоопределение», вносили «право женщины на свободный выбор имени, места жительства». По этим декретам «сексуальный союз» (второе название – «брачный союз») можно было, как легко заключить, так и легко расторгнуть. Первые годы после победы большевистской революции характеризовались невероятной, даже по сегодняшним меркам, свободой нравов. В ходу были лозунги: «Жены! Дружите с любовницами своих мужей!», «Хорошая жена сама подбирает подходящую любовницу своему мужу, а он рекомендует жене своих товарищей!»

Получили распространение «семейные» коммуны, объединявшие 10–12 человек. В них не было постоянных моногамных пар – это просто запрещалось. Рождение детей, в таких коммунах не приветствовалось, так как их воспитание могло отвлечь молодых коммунаров от строительства светлого будущего. Постепенно, половое коммунарство получило распространение во всех крупных городах страны. Образцовой, в этом смысле, считалась трудовая коммуна ГПУ для беспризорных в Болшево, созданная в 1924 году по личному распоряжению Дзержинского. В ней насчитывалось около 1 тысячи малолетних преступников от 12 до 18 лет, из них примерно 300 – девочки. Воспитателями коммуны приветствовались «совместные сексуальные опыты», девочки и мальчики проживали в общих казармах. В одном из отчетов об этой коммуне писалось: «Половое общение развивается в совершенно новых условиях. Коллектив так усложняет отношения индивида с другими людьми, что оказывается невозможным застраховаться от смены партнера или от начала новых отношений. Вместе с тем совместная жизнь отвлекает воспитанников от противоправных поступков и дурных настроений». Можно сказать, что коммуна в Болшево была (и остается) самой крупной «шведской семьей» в истории. Кстати, подобная практика существовала и в других детских домах.

29 октября 1918 года в Москве прошел Первый съезд союзов рабочей и крестьянской молодежи, на котором было принято решение о создании Российского Коммунистического Союза Молодежи (РКСМ). В первом его уставе имелся пункт: «Каждая комсомолка обязана отдаться любому комсомольцу, по первому требованию, если он регулярно платит членские взносы и занимается общественной работой». В среде комсомольской молодежи приобрели популярность так называемые «вечёрки», на которых молодые люди «пробовали» девушек. Подобные мероприятия обычно проводились в помещении комитета комсомола, – фабричного или заводского – куда молодежь была обязана приходить для заучивания догм о классовой борьбе, гегемонии пролетариата, путем ознакомления с трудами Маркса, Энгельса, Ленина. По окончанию занятий комсомольский лидер предоставлял парням право выбирать партнершу из числа пришедших на собрание комсомолок.

Рисунок взят из пропагандистской брошюрки 1920 года, хранящейся в Музее Кирова в Санкт-Петербурге. На нем изображена сценка из комсомольского спектакля времен Гражданской войны. Речь идет о половом вопросе, в общем, и о свободной любви в частности

Наряду с революционными датами, в СССР с размахом отмечались и другие праздники. Так, в Петрограде 19 декабря 1918 года праздновалась годовщина декрета «Об отмене брака» шествием лесбиянок. Троцкий в своих воспоминаниях утверждает, что на это известие Ленин радостно отреагировал: «Так держать, товарищи!». На этом же шествии несли плакаты «Долой стыд!». Этот призыв окончательно вошел в широкий обиход в июне 1918 года, когда несколько сотен представителей обоего пола прошлись обнажёнными по центру Петрограда.

Естественно, после таких преобразований, широко встает вопрос о контрацепции. Аборты приветствуются, так они «освобождают женщину». Производство презервативов возрастает в несколько раз по сравнению с дореволюционным уровнем. Академик Павлов проводит опыты на собаках по стерилизации, надеясь в будущем перенести их результаты на советских людей. Множество шарлатанов от науки моделируют новые контрацептивные средства, искусственное осеменение женщин, таблетки для повышения потенции.

Лозунги революционно настроенных масс, в те годы, призывали, в первую очередь обобществить землю, во вторую – фабрики, а в третью – женщин. Как правило, обобществление заканчивалось на уровне вождей. Однако, и рядовые бойцы партии стремились не отстать в деле экспроприации особей женского пола… Так в Рязанской губернии, власти в 1918 году издали декрет «О национализации женщин», а в Тамбовской в 1919 – «О распределении женщин». В Вологде же претворяли в жизнь такие положения: «Каждая комсомолка, рабфаковка или другая учащаяся, которой поступило предложение от комсомольца или рабфаковца вступить в половые отношения, должна его выполнить. Иначе она не заслуживает звания пролетарской студентки».

Правительство спускает в регионы директивы о введении в школах уроков сексуального просвещения. Поскольку, это начинание наталкивается на недостаток квалифицированных преподавателей-Сексологов, в Россию потянулись специалисты из-за границы, особенно – из Германии. Например, с 1919 по 1925 год в СССР прибыло около 300 таких специалистов.

– Но, – продолжала она, с удовольствием затянувшись, – как водится, счастье не бывает безоблачным. В конце 20-х наступило похмелье. Ведь для сексуального просвещения требуется время, а у широких слоев населения отсутствовали самые элементарные знания о половой и санитарной гигиене и опасности заражения венерическими заболеваниями. Так, опрос, проведенный в 1925 г., показал, что почти половина мужчин и более восьмидесяти процентов женщин заметь, в Москве, не понимали вообще, о чём идёт речь. В силу низкой культуры быта и повсеместной антисанитарии, на фоне подобной свободы нравов, повсеместно начались эпидемии сифилиса, гонореи и т. д. О другой проблеме говорилось на совещании советских агитаторов, в 1923 году. В начале 20-х годов, минимум половина младенцев рождалась вне брака. К тому же, понимаешь, если бы на тот момент, там властвовало женское либидо, все процессы происходили бы намного мягче, без такого бессмысленного насилия. Но там, всем управляло либидо мужское, мой прадед, по мужской линии. Он был очень жесток, склонен к насилию, не терпел никаких возражений. Свобода любви стала пониматься, как свобода мужчин пользоваться любым женским телом, а свобода женщин вылилась в необходимость беспрекословного подчинения желаниям мужчины. Отказ мог быть расценен как проявление мелкобуржуазности. Естественно, женщинам такое положение не нравилось. Да и власти быстро поняли, что сексуальное раскрепощение им абсолютно не нужно. Ведь сексуально раскрепощенных людей труднее превратить в винтики государственной машины, они более свободны. Ну, скажи, разве счастливый, свободный человек, регулярно живущий половой жизнью, якобы для пользы революции, пойдет на баррикады стрелять в других счастливых и свободных людей? Весьма сомнительно.

«От рассвета – к закату» – так назвал свою статью немецкий психолог Вильгельм Райх, посвященную свертыванию сексуальной революции в СССР.

Действительно, в конце 20-х годов сексуальная революция сходит на нет. Как обычно, для оправдания этого воспользовались авторитетом Ленина. Все чаще и чаще начинают приводить цитату из беседы Ленина с Кларой Цеткин: «Хотя я меньше всего аскет, но мне так называемая «новая половая жизнь» молодежи – а часто и взрослых – довольно часто кажется разновидностью буржуазного дома терпимости».

В 1929 году, когда была принята вторая редакция устава Российского Коммунистического Союза Молодежи. В этой редакции «крамольный» параграф о соитии был изъят…

В начале 30-х годов большевики повели борьбу с «бытовой распущенностью» под лозунгом: «тот, кто «разложился в быту», легко может попасть под влияние классового врага». Основой социального порядка вновь стала моногамная семья. Это было связано и с требованиями демографии, но в не меньшей степени со стремлением Сталина искоренить всякую свободу, осуществлять тотальный контроль над гражданами. «Распущенность нравов» стала официально порицаемой. Общественное мнение снова стало склоняться к тому, что «семья – ячейка общества», а основа порядка – моногамность.

Семья, через принцип коллективной ответственности и институт заложничества, стала мощным оружием в руках тоталитарного государства. С принятием «сталинской» конституции потерял силу декрет «Об отмене брака». В 1934 году были запрещены аборты, в марте этого же года председатель ВЦИК Калинин, подписывает закон, запрещавший и каравший половые контакты между мужчинами.

Отныне, в советском кинематографе, если вдруг, в поле зрения зрителей попадало супружеское ложе, то использовалось оно, исключительно для дебатов с женой о коллективизации, индустриализации, правом уклоне, и лишь в крайних случаях, для сна. Если молодой большевик предлагал девушке в красной косынке создать семью сегодня на ночь, она с огнем в глазах отвечала: «Еще не время, товарищ. Еще не зажжён пожар мировой революции».

Идеи социалистического аскетизма стали нормой жизни.

Глава 4. Между третьей и второй или куда Остап Ибрагимович послал Михаэля Самуиловича.

«Между третьей и второй промежуток небольшой, а у некоторых дам – „будь здоров“…. скажу я вам.»

Автор неизвестен

– А что в это время было в Европе? Викторианское целомудрие?

– Внешне, да. Не пережившим столь мощных социальных потрясений Европе и США по части сексуальной свободы, конечно, было далеко до революционной России. Там официально господствовала викторианская мораль, в соответствии с которой от девушки требовалась невинность не только физиологическая, но и духовная, понимаемая как неосведомленность. В идеале юная особа не должна была иметь ни малейшего представления о том, чем муж с женой занимаются в постели. Многие молодые женщины, столкнувшись в первую брачную ночь с реальностью, приходили в ужас, убегали к родителям и даже пытались покончить с собой. Всё, что хоть намеком могло иметь отношение к сексуальности, было табуировано. Считалось неприличным даже предложить даме «ножку цыпленка». За гомосексуализм сажали в тюрьму, а мастурбация считалась, чуть ли не психическим отклонением и, уж во всяком случае, занятием чрезвычайно для мозга и нервной системы вредным. Вот отрывок из изданной в 60-х годах 20-го века, книги по домоводству «Советы для мужчин»: «После совершения интимного акта с женой, вы должны позволить ей пойти в ванную, но следовать за ней не нужно, дайте ей побыть одной. Возможно, она захочет поплакать». Но это лишь официально, а жизнь есть жизнь, природа берёт своё и процесс трансформации происходил весьма активно. В первой четверти 20-го века в странах Западной Европы и США получила широкое распространением особая форма сексуального поведения молодежи на свиданиях – петтинг (англ. Petting – «ласкание») что представляет из себя, если верить словарям, «преднамеренное получение оргазма искусственным возбуждением эрогенных зон в условиях двустороннего контакта, исключающего непосредственное соприкосновение гениталий».

По данным зарубежных социологов, на тот момент, к 15-летнему возрасту опыт петтинга имели 40 %, а к 18 годам – до 95 % американских девушек. Петтинг стал своего рода компромиссом между возможностью сексуального наслаждения с минимальным риском и необходимостью соблюдать моральные требования общества. По тем же данным, 55 % женщин имели от 2 до 10, а 24 % до 30 добрачных партнеров по петтингу; у 37 % мужчин было от 6 до 20 партнерш, а у 21 % – от 21 до 50. Именно частая смена партнеров “по удовольствиям” стала одним из характерных признаков нарождающегося сексуального либерализма в западном довоенном обществе.

– Петя идет на митинг, а Митя идет на петтинг, а Мила идет на мыло ей петтинга не хватило…[8]

– рассмеялся он собственному афоризму. Она же в этот момент провела кончиком языка по стройному ряду своих красивых зубов, не забывая отметить про себя, что впечатление на него произведено именно то, которого она добивалась. Он слегка нагнулся к ней, накрыв её ладонь, своей лапищей.

– Ничего не поделаешь, люди есть люди, в какие жёсткие рамки их не загоняй, всё равно пытаются получить удовольствие, – добавила она широко улыбнувшись. – В это же время был сделан очень важный шаг в деле сексуального просвещения населения, была организована Всемирная Лига Сексуальных Реформ.

«В углу плакал Паниковский.

– Отдайте мне мои деньги, – шепелявил он, – я совсем бедный! Я год не был в бане. Я старый. Меня девушки не любят.

– Обратитесь во Всемирную лигу сексуальных реформ, – сказал Бендер. – Может быть, там вам помогут».

Этот фрагмент из произведения Ильфа и Петрова заставлял рыдать от хохота не одно поколение читателей «Золотого теленка»…

Но куда же послал Паниковского товарищ Бендер?

Читатель может подумать, что это просто игра слов на тему «идите на…». Но оказалось не так как казалось!

Организация эта таки да, имела место быть.

И основали ее в 1928-М году: Генри Хэвлок, Огюст Форель и Магнус Гиршфельд, которому человечество обязано нынешним терпимым отношением к гомосексуализму и Феликс-Аарон Тейльхабер. Все оказалось организационно – скучновато, бюрократически суховато, но, тем не менее, познавательно!!!

В программу лиги были включены пункты (общим числом 10) по политическому, экономическому и сексуальному равноправию женщины, а так же защита матерей-одиночек и детей, рожденных вне брака.

Но были и достаточно провокационные, на тот момент, как например:

«6. Правильная оценка вариантов интерсексуальных отношений, в особенности гомосексуальности мужчин и женщин.

8. Восприятие нарушений полового влечения не как прежде – в виде преступлений, грехов или пороков, а в качестве более или менее болезненного явления.

9. Сексуально-уголовное право, которое делает наказуемым только действительное вмешательство в половую свободу другого лица, но не вмешивается в сами половые отношения, основывающиеся на совпадающей воле взрослых людей.

10. Планомерное половое воспитание и просвещение».

Как бы там ни было, но дело сексуального просвещения на Западе действительно сдвинулось с мертвой точки, именно благодаря деятельности Всемирной Лиги Сексуальных Реформ.

Ранее считалось, что сексуальное просвещение поощряет молодёжь к занятиям сексом. На мой взгляд, наилучший ответ на это утверждение дала американская актриса Элейн Буслер: «Это всё глупости, будто сексуальное просвещение, побуждает заняться сексом. Я четыре года учила алгебру и ни разу ни с кем не занялась математикой».

В 1935 году в Германии организация из-за преследования по многочисленным обвинениям в пропаганде гомосексуализма была распущена. Отделение в Англии продолжало свою работу ещё некоторое время.

– В 1920-х, – продолжала она, коснувшись его плечом, – сразу после Первой мировой войны, в Европе и Америке разразилась эдакая «мини-сексуальная революция сверху». Среди богатых дам, приобрело огромную популярность движение «женщин – эмансипе», которые решились одним махом покончить с викторианской моралью. Их отличала страсть к сексуальным приключениям, любовь к джазу, причёски «каре», которые ввела в моду звезда немого кино Колин Мур, кричащий макияж, кокаин, бывший тогда легальным, а также дамские сигареты, крепкие алкогольные напитки, которые для викторианских женщин были своего рода табу, и… плоская грудь! Да-да, это был своего рода протест против всего викторианского, в том числе и викторианского идеала – женщин с тонкой талией и пышными бёдрами и грудью. Представь себе, что первые эмансипе старательно бинтовали груди так, чтобы они выглядели как можно более плоскими, для наглядности, она немного отодвинулась и придавила свои груди руками.

– Первой иконой стиля стала актриса Томас Олив, воплотившая образ такой женщины в комедии «Флэппер». Мода быстро прижилась, и другие актрисы стали копировать её стиль, например, Клара Боу, Луиза Брукс, Джоан Кроуфорд и другие. Начинание подхватили писатели вроде Фрэнсиса Скотта Фицжеральда, который со вкусом описывал независимых эмансипе в своих книгах, а в Европе стиль эмансипе олицетворила Коко Шанель. Кстати, именно она ввела в моду загар – опять же, как отрицание викторианской традиции белой кожи.

Тайным языком эмансипе стали их шляпки – клош, в которых они при помощи лент шифровали особые послания. Например, лента в форме стрелы означала, что девушка не замужем, но ее сердце занято; плотный узел – что дама замужем; а яркий бант – что незамужняя девица весьма заинтересована в общении с противоположным полом. Закончилось это движение биржевым крахом 1929 года, когда великая депрессия поставила на первое место вопросы банального выживания. Так что, кто знает, не случись великой депрессии, возможно, сексуальная революция разразилась бы в 30-х, а не в 60-х.

Глава 5. Губы, притрагивающиеся к спирту, не коснутся моих губ!

«Учительница: Дети, кто знает, как выглядит ондатра? Петров: Это такой милый, полезный для человека зверек с мягкой шкуркой и пушистым хвостом.

Учительница: А кто знает, как выглядит крыса? Иванов: Это гадкое животное с жесткой редкой шерстью, жуткими клыками и противным лысым хвостом.

Учительница: Так вот дети, знайте, что ондатра – это та же крыса,… просто у нее лучше пиар».

– Подожди, не гони… Вот черепаха не спешит, потому и живет долго. Значит так, ты очень хорошо рассказала о движении суфражисток, но почему-то ни словом не обмолвилась о Женском Христианском Союзе Трезвости (Women's Christian Temperance Union)? А ведь это одна из наиболее мощных и целеустремлённых суфражистских организаций того времени.

– Да что рассказывать-то? – её рука потянулась за стаканчиком, лицо приобрело сосредоточенное выражение. – В начале 19-го века возникло движение трезвости. Из числа женщин, участниц движения, в 1873 году образовался Женский христианский союз трезвости. Несколько позже они вошли в Национальную американскую женскую ассоциацию суфражизма.

– И это всё? – Весёлая улыбка озарило его жёсткое лицо. – Почему же так скромно-то? Это на самом деле выдающаяся организация, сделавшая, очень много. Их опыт, действительно, достоин изучения, ну а в сфере политтехнологий, для своего времени, эта организация была просто гениальной.

– Какой же их опыт достоин изучения? Крушить топором мебель и бить посуду в салунах?

– И это тоже, потом рассажу почему. Пойми, речь идёт о 19 веке. Женщин тогда делили на две категории: к одним относились чуть лучше, чем к животным, а других – социальное и финансовое положение оберегало от мерзостей жизни. Выглядело это малоприятно.

– Безусловно. Унижение было жестоким, а возвеличивание – фальшивым, чего ещё ждать от мужиков.

– Ну, не надо обобщений, но на тот момент, дело обстояло именно так. В лучшем случае, женщин считали большими детьми, с которыми ни в коем случае нельзя советоваться по серьёзным вопросам. Ну, а в политике, считаться с женским мнением, выглядело бы полным безумием. Поэтому, чтобы доказать мужчинам, что они – реальная политическая сила, женским организациям нужна была какая-то великая цель, которая сможет объединить не только всех или почти всех женщин, но и некоторых мужчин. А что может быть лучше и благороднее борьбы за правильный, т. е., трезвый образ жизни? Ведь в то время, алкоголь казался, действительно, очень серьёзной проблемой.

Дело в том, что, в те годы, страна принимала большую волну иммиграции. Огромное число новоприбывших вечерами устремлялось в салуны, где можно было на время забыть о тяготах эмигрантской жизни. В результате, неконтролируемое и нерегулируемое употребление алкоголя стало носить массовый характер, участились драки в питейных заведениях, часто заканчивавшиеся убийствами. Пьянство было столь массовым, что в газетных статьях того времени встречаются предельно жесткие определения американского общества как, к примеру, «нации забулдыг и алкоголиков».

Во-вторых, людям свойственно бояться нового, а весь мир, и Америка в том числе, в то время, переживали драматическую эволюцию. Индустриализация привела к урбанизации: превратила сельскую одноэтажную Америку в страну мегаполисов. «Новая» иммиграция изменила англо-саксонское лицо США и превратила ранее этнически однородное общество в гремучую смесь различных культур, урбанизация же принесла падение патриархальных нравов. Конечно, старожилов пугали резкие изменения. Многие винили во всем алкоголь, считали его порождением дьявола, а место обитания этой «нечистой силы» признавались, естественно, салуны. Так называли питейные заведения в американских городах.

– Женский союз – «Women’s Christian Temperance Union (WCTU)» – как политическая организация сразу повёл себя очень грамотно. Он поставил себе целью повлиять на результат президентских выборов, с целью продвижения к власти сочувствующих их идеалам кандидатов. В 1893 году по инициативе Женского союза, этот союз вместе с Партией трезвости[9] организовывают Антисалунную лигу (Anti-Saloon League of America – A.S.L A). С точки зрения политического маркетинга деятельность этой организации была просто гениальна!

Во-первых, лига стала первой политической лоббистской группой современного типа, основанной на единственной идее: введении сухого закона. Во-вторых, «Женский христианский союз» стал одной из первых организаций, умело использовавших пиар.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Афанасьева А. Н., Лунин И. А. ЭКОНОМИЧЕСКИЙ КРИЗИС 2008 Г. И ЕГО ПОСЛЕДСТВИЯ.

Вернуться

2

Имеется ввиду «Винный кризис в Грузии». В 2006 Россия запретила импорт грузинских вин под предлогом не соответствия их санитарным нормам.

Вернуться

3

Власти Беларуси искусственно пытались удержать цены на низком уровне, поэтому производители предпочитали вывозить продукты в соседние страны и продавать там по более высоким ценам.

Вернуться

4

Станислав Ежи Лец РЕВОЛЮЦИЯ.

Вернуться

5

Автор высказывания неизвестен. В оригинале: «Все мы пролетели в результате пролетарской революции»

Вернуться

6

Как ни странно, имя той красавицы, которую Де Лакруа увековечил на картине «Свобода на баррикадах» сохранилось в истории. См. «Свобода приходит нагая» (История Терезы Тальен – http://www.narpolit.com/layer/svoboda_prihodit_nagaya_08-45-46.htm0)

Вернуться

7

Англ. suffrage – избирательное право.

Вернуться

8

Из стихотворения Бориса Бомштейна.

Вернуться

9

«Партия трезвости» «Prohibition Party» одна из так называемых «третьих партий», пытающихся разрушить двухпартийную американскую систему. Влиятельная в начале своей деятельности, после отмены сухого закона она превратилась в карликовую организацию.

Вернуться