КЛАД ПОД ПРОЦЕНТЫ

 В этом году февраль выдался снова теплым. Вот – вот запахнет весной. Вы знаете, чем пахнет весна?  Не та, которая уже явно проявила себя дневными ручьями и пением птиц. А та, которая еще за горами. У нее еще нет запаха прелости. У нее вообще еще нет запаха. Но предчувствие весны – это и есть ее запах. Просыпаешься утром от хруста примерзших за ночь талых колдобин, и радуешься: зиме конец! Даже утренняя поступь человека издает неповторимый скрип. А если проехала машина, то уж точно– этот треск напомнит тебе, что весна уже не за горами! Проснувшись окончательно, подбегаешь к окну и радуешься: перезимовали.  Небо чистое. Ни облачка.

А в душе – зима. В ней, родимой и тоскливой, еще воют февральские метели. Надо успокоиться и вытереть ей слезы. Но не там, где она начала плакать. Надо лететь туда, где солнце согреет не только тело, но и душу. Все, лечу на юг! Да и подруга уже заждалась.

«Пора по магазинам», – твердо решила я в одно весеннее утро, и, не задумываясь отправилась в шопинг. Для любой женщины шопинг – самый лучший праздник, если, конечно, есть деньги. Деньги у меня, конечно, были. Две пенсии. Поэтому шопинг мы с невесткой устроили по магазинам «Смешные цены».

 Купив розовый чемодан, под цвет моего красного пальто, майку, тапочки и подарок для подруги, насмеялись до слез. Больше, конечно, смеялась невестка. Она купила краску для волос, тапочки для мужа и надувные шарики для ребенка, которые, как она потом рассказала, полопались, еще не надувшись…

Вот так и пенсия наша заканчивается, еще не начавшись. Отсигналит тебе мобильный банк, что перечислили вам такую-то сумму, а ты через онлайн банк начинаешь ее перечислять за газ, за свет, за телефон и интернет. Глядь, а пенсии уже и нет. Но я же готовилась к поездке, поэтому скопила, питавшись вареной свеклой в разных видах. Все думают, что от нее худеешь. Но в ней же сахар. Поэтому один ободок на голову и полез, правда, сильно жал. «Мозгов прибавилось»,– решила я, и осталась довольна результатом свекольной диеты.

В «Одноклассники» написала дочь: «Мамуль, я тебе взяла билеты до Минеральных Вод на 22 число, обратно на 27. Зайди на свою почту, распечатай их на принтере. Я буду звонить тебе. Удачного тебе полета и отдыха! В августе встретимся в Крыму. Я все оплачу. Люблю. Целую.»

Ну вот, ту часть пенсии, которую мне пришлось вернуть государству в качестве поддержки Газпрома и Мосэнерго, компенсировала дочь. С радости купила батон Брауншвейгской колбасы и баночку красной икры.

Конечно, теперь с интернетом стало все гораздо удобнее. Пенсия отсигналила: Пришла! Налоги заплатила: Ушли… Дочь по интернету подарок сделала: Получила! Не жизнь, а малина! Жаль, что снег убирать самой приходится, и грядки полоть в реале. Хорошая штука этот интернет, если не засидишься в нем. А то, бывает, сядешь только почту проверить, на минутку. А выйдешь к вечеру, когда запах сгоревшей кастрюли оповестит тебя о черных реалиях быта.

Распечатав на принтере билеты, сложив их в файл с молнией, выключила ноутбук. «Иначе могу и на самолет опоздать», – решила я и приступила к самой приятной процедуре: сборам к поездке.

Первым делом, конечно, собрала лекарства. Куда нам, пожилым людям, без них? Потом пошли украшения. И без них –никуда. Собрала косметику. Как без нее?

Так, постепенно, день за днем, чемодан мой раздувался, и стал похож на розового поросенка. Теперь можно и кодовый замок попробовать на деле. Набрав код, который мне всегда служил на протяжении всей жизни, пользуясь в свое время вокзальными автоматическими камерами хранения, закрыла чемодан. Код был простым. Это были три первые цифры моего года рождения и первая буква моего имени. Решив проверить надежность этого кода, набираю его вновь. Чемодан упрямо не хотел открываться. «Ну, все,– думаю, – придется ломать.» Немного успокоившись, выставила все колесики замка по «нулям». Умно устроено! Придумываешь код для замка, набираешь его, а ключ равен нулю! Пришлось ставить защиту. Ей послужила пищевая пленка, в которую я запеленала чемодан. «Ну вот,– думаю, – это надежнее, и чемодан не обдерется на транспортере».

В этот момент я вспомнила случай, когда в семидесятых годах я летела с Сахалина. Тот чемодан был очень большим, красивым, с замками, запирающимися на ключик. В Чехословакии купила. Он был полностью заполнен стеклянными банками с красной икрой. Прилетаю в Москву. Как всегда, багаж долго не выдавали. Мимо, по транспортёру, чинно проплывали черные, серые, коричневые чемоданы, рюкзаки, мешки непонятного цвета. И вот показался мой, ярко-бардовый красавец! Приготовившись поднять этот тяжеловес, я легко схватила его и понесла к выходу.

«Или у меня сил прибавилось, или в нем убавилось содержимое», – подумала я.

Открыв его дома, вместо икры, обнаружила в нем пустые банки, и промасленные мазутом тряпки.

«Ворам никакие замки не страшны», – подумала я, и, посмотрев на свой, замотанный в пленку чемодан, решила, что ничего надежней и быть не может. Звоню подруге.

– Аня, привет! К полету готова, вылетаю двадцать второго.

– Жанна, я очень рада, только встретить тебя не смогу. Сама понимаешь, ноги не ходят.

– И не выдумывай, сама доберусь. С Минвод до Пятигорска рукой подать.

– Господи, как я рада! Почти тридцать лет не виделись! Вот уж наговоримся! Есть что вспомнить. Лети, я жду! С аэропорта, как прилетишь, звони.

Да, вспомнить нам было что! Молоды тогда были. Анна, закончив Московский институт пищевой промышленности, работала главным инженером на Пятигорской кондитерской фабрике, а по совместительству экскурсоводом в экскурсионном бюро. Странное, конечно, совместительство. Но у Анны интересы всегда были разносторонними. Она все знала о цветах, которыми я любовалась в ее саду и дома. Ее интересовала история. Ее можно было слушать часами. Она увлечена была архитектурой Пятигорска. С упоением рассказывала про каждый исторически важный дом. Не в ее характере было рассказывать все, что она знает, самой себе. Поэтому она работала экскурсоводом, делясь своими знаниями с приезжими туристами.

Я каждый год отдыхала на турбазе, где она водила туристов по местным маршрутам.

Отзвонившись Анне, решила оповестить своих друзей в «Одноклассниках».

    Вася, мой давний друг, был первым, кому я написала. «Вася, 22 улетаю в Мин Воды. Подруга ждет.»

– А почему не ко мне? Я обижусь. Нашла время, чтобы оторваться от быта, а ко мне не прилетишь? Давай сначала ко мне. А там видно будет, нужно будет тебе к подруге ехать или нет. Наверное, мы вернемся вместе…Ты ведь уже свободна.

– Но сегодня уже 20-е.

– Вот и хорошо! Езжай в аэропорт, бери билет на Анапу. Я встречу.

  Открываю чемодан. Делаю ревизию. Добавляю косметики. Убавляю лекарства. Вместо пижамы в чемодан летит пеньюар. Добавляю духи для Васи. Умещаю подарок для Анны. А вдруг, пригодится?

Вызываю такси. Таксистом оказался знакомый парень: мне часто приходилось с ним куда-нибудь ездить.

– Куда на этот раз?

– В Домодедово.

– Куда летим?

– Пока не знаю. Деньги подскажут.

В аэропорту деньги мне подсказали, что пенсия у меня маловата для внезапного изменения маршрута. То есть, авиакомпания, на рейс которой был куплен билет на Минеральные Воды, не летает в Анапу. Сдать билет не могу, потому, что он куплен не мною и в другом городе.

Убираю билеты в ту же папку и покупаю билет на Анапу. Хорошо на карточке были накопленные деньги.

Звоню сыну:

– Я прошла регистрацию, через полчаса вылетаю.

– Мам, ты ничего не перепутала? Ты вылетаешь двадцать второго. Сегодня двадцатое.

– Нет, я лечу в Анапу. Вася позвал.

– Мам, ты, как девочка. Раз – и полетела. Ну, мы рады! Удачи! Я буду звонить.

Звоню Васе: «Регистрацию прошла. Через тридцать минут вылет. Встретишь?»

– Конечно! Лети! Я жду и встречаю.

  Помню, раньше часами томились мы в накопителях перед вылетом. Стоя. Даже прислониться было некуда. Сейчас все пассажиры, с комфортом ожидают, сидя в креслах. Давно не летала. И зал ожидания меня приятно удивил. Устроилась рядом с женщиной лет пятидесяти, приятной внешности. Открыла читалку. Нажала на недочитанные «Веселые похороны» Л. Улицкой.

Рядом сидящая женщина только успевала отвечать на СМС.

– Что беспокоятся? – участливо спросила я, отвлекшись от «Похорон».

– Если бы… Вот прилетала с Анапы на свидание к мужчине.

– Ну, и как?

– Да, сама понять его не могу… Писал одно…, а на деле все по-другому… Сначала скрыл, что у него трое детей, потом оказалось, что еще и инвалид. Но и это не главное. Понимаете, мы с ним даже не встретились. Жила в гостинице и все это время общались по телефону. Он живет в Подмосковье, дети в своих квартирах. В письмах он звал меня к себе. А вчера сказал, что пенсия по инвалидности очень маленькая, прожить трудно. Говорит теперь, чтобы я его взяла. Он по хозяйству будет мне помогать. Но мне не нужны работники. Мне нужен мужчина, которого я смогла бы полюбить.  И меня тоже. Он сказал, что будет рыбу ловить. Но мне не нужна рыба. Мне нужен мужчина. Он говорит, может, курочек разведем и кроликов? Я ему опять, мне не нужны кролики. Мне нужен мужчина. И рыба у меня в своем пруду во дворе плавает. А он мне: Ну, вот, значит, проживем.  Я рыбу в Вашем пруду ловить буду. И коту Вашему достанется. –  Но мой кот не любит рыбу. – Значит корма ему будем подешевле искать. – Не любит мой кот дешевые корма. Мне хватает и на дорогие. А сами то Вы что умеете делать? –Да раньше все умел… А теперь, забыл, как все делается… Умею о женщине заботится… А в квартиру не приглашаю, потому, что у меня грязно, да и я сам, как в песне «Мужичок за пятьдесят».

Вот, как он собирался обо мне заботится, если квартиру в честь нашей встречи привести в порядок не мог? Это мне предстояло бы заботиться о нем.

– А что сейчас пишет?

– Со мной просится.

– А Вы?

– Я же и говорю, мне нормальный мужчина нужен. Я конечно, понимаю, Вы можете подумать, что я стерва, но мне ничего не надо. Просто хочу, чтобы был любящий меня и мною любимый человек. А как такого полюбить? Грязный, неухоженный. Читали Веллера?  Конечно, он помогал. Он одного из грязи вытащил. Но мне то это зачем? Годы уходят. А я кого-то на себе тащить буду? Пусть простит меня Господь! Я в матери Терезы теперь не гожусь. Всю жизнь всем помогала. А теперь настала моя очередь – просто пожить для себя и любимого.   А Вы если не секрет, зачем в Анапу?

По радиосвязи объявили посадку, все начали вставать и потихоньку продвигаться к выходу. Этот выход из зала ожидания был одновременно и входом в салон самолета.  «Вот такой выход… и вот такой вход…» – философски пыталась рассуждать я перед тем, как зайти в салон нашего аэробуса.

   Все уже расселись по своим местам, уложили верхнюю одежду в закрывающиеся полки над головами. Стюард прошел между рядами кресел, закрыл дверцы полок, проверил, пристегнуты ли у пассажиров ремни. В проходе выстроилась бригада стюардов и под запись, предупреждающую пассажиров о безопасности полета, показывали своими жестами, где находится запасной выход, как воспользоваться кислородной подушкой при разгерметизации самолета, и, что именно под сиденьем кресла, находится спасательный жилет. Послушаешь их, и захочется срочно искать выход и выбежать, пока еще самолет не взлетел, или подумаешь, что все настолько безопасно, что и бояться нечего. Вот он запасной выход, вот спасательный жилет. Одевай и иди.

Самым интересным было то, что после того, как пассажиры пристегнулись привязными ремнями, последовало объяснение, что использованную туалетную бумагу в туалете надо непременно класть в корзину с мусором, которая стоит под раковиной туалета.

  Но меня это нисколько не волновало. Я в самолете никогда не ем и не пью, а поэтому и не пользуюсь туалетной бумагой.

Мы удачно взлетели, самолет быстро набирал высоту.

Мои мысли прервала рядом сидящая женщина, попросив меня пропустить ее к выходу.

Не успела я опомниться, как она уже вернулась. А тут и стюарды с кофе и чизбургерами подоспели. За пластиковой чашкой кофе мы с ней и познакомились.

– Меня Валя зовут. А Вас как?

– Я – Жанна.

– Вы в Анапу отдыхать летите?

– Да как сказать… на свидание скорее всего, а там, как получится…

– А я в санаторий. В кои-то веки от собеса путевку получила. Пять лет, как на пенсии, вот наконец-то очередь моя подошла. Межсезонье, сами понимаете. Летом бы хотелось. Но летом все хотят. А почему именно Вы летите на свидание, а не он к Вам?

– Дождешься их, мужичков… Знаете, я где-то слышала байку: Сидел мужичок у двора на скамейке. Сидел, отдыхал. Пошел дождь. Ему на голову с крыши капать начало. А он все сидел. Всю плешь этими каплями разбило. А он сидел. А знаете почему?

– Почему?

– Мягкое место, на котором он сидел, не мочило…

– Ой, точно! Они все такие! Вот я помню случай из нашей с мужем жизни. Молодые мы тогда были, жили в коммуналке. И вот сосед решил покрасить кружок унитаза. Тогда, помните, деревянные кружки были и без крышек? Покрасил он, значит, его. Бумажку прицепил для всех соседей: «Осторожно покрашено!». Вонь от краски на всю квартиру была. Всем понятно было, кроме моего. Пришел, значит, с работы, поужинал, пошел по нужде. Чувствую, от него краской пахнет. Ну, думаю, везде пахнет. Пошел в ванную. А трусы не снимаются. Зашел в комнату, говорит: у меня трусы не снимаются. А я ему: «Что руки отсохли? Давай помогу». Смотрю, а у него красный круг на трусах, и трусы присохли к заднице. И она под трусами тоже красная, как у макаки. У соседа другой краски не нашлось, вот и покрасил красной. Потом ацетоном, его отмывала.

Рядом сидящие, а это была супружеская пара, сначала прислушивались, но услышав про красную краску и ацетон рассмеялись.

«Что же он читать не умеет, или запах не учуял?», – добавил мужчина, сидящий в нашем ряду.

– Ты сам-то, помнишь, как из пылесоса лаком тумбочку хотел покрасить к Восьмому марта, – добавила его жена, – а шланг не переставил? – и, повернувшись к нам добавила:

– Каким-то образом, по блату, конечно, купил он мне в подарок к Женскому дню пылесос. Решил испробовать его в работе и порадовать меня обновленной тумбочкой. Налил лак в полулитровую стеклянную банку, одел на нее прилагаемую к пылесосу крышку, вставил в нее шланг от пылесоса. Лак естественно засосало в пылесос. Я в это время, поднималась по лестнице, возвращаясь с работы. Услышала сильный взрыв. Но я и предположить не могла, что он у нас прогремел. Захожу, значит, а он в прихожей лежит, белый, как полотно. Кругом вонища, похлеще, чем от Вашей злополучной краски. «Что случилось?» – говорю ему. Он лежит, глазами моргает и говорит: «Меня убило, наверное,». «Чем?» – спрашиваю. «Пылесосом.» – отвечает. «Он что заряженный был?» – я и вправду понять не могла. «Нет, – говорит, – я его сам зарядил лаком, тумбочку хотел обновить». Он очухался, конечно, встал и спрашивает: «А что это ты в коробке принесла?» «Пылесос», – говорю. Вот такой подарок я получила к празднику. Слава богу, тумбочка жива, правда, так и стоит облезлая в прихожей.

Все, кто сидели в других рядах, кто мог слышать это, смеялись вместе с нами.

Стюард предупредил, что пора пристегнуть привязные ремни, и мы идем на посадку.

И опять предупреждение об использованной туалетной бумаге. Зачем? Кто пойдет в туалет при посадке? Тем более пристегнутым…

Мы обменялись с Валентиной телефонами и пообещали друг другу звонить.

  В Анапе весна потерялась. Дул холодный ветер при минусовой температуре. «Лишь бы она у меня не повысилась», – подумала я.

 Багаж долго не выдавали. Пассажиры стояли в небольшом дворе аэропорта, закрывались от ветра капюшонами. Привезли багаж. Покидали на транспортер. Каждый выбирал свой. А если не свой?  Чемоданы у многих одинаковы. Конечно, можно сверить наклеенные на них квитанции и сравнить их номера с номерами отрывного талона. И все? Наверное, летают только честные. Что это я? О чем это я? Мне же не нужен чужой чемодан. И другие мой тоже не возьмут.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.