Александр Асмолов
Страна по имени Оресса (сборник)

Страна по имени Оресса

Метель январскою порою,

Решив похвастаться собою,

Кружила долго во дворе

На огорченье детворе.

Глядя на зимнюю невзгоду,

Унёсшую с собой свободу,

Припав к замёрзшему окну,

Аленка на стекло дышала,

Его ладошкой протирала,

Чтоб сквозь седую пелену

Увидеть старшую сестру.

Она давно ушла из дома,

Чтоб добежать до гастронома,

Продукты на обед купить

И их с котёнком накормить.

Смеркалось. Окна засветились,

Но ненасытная метель

Не прекращала канитель.

Котёнок с пышными усами

И удивленными глазами,

С воздушным именем Пушок,

Алёнки ласковый дружок,

Загадок давешний поклонник,

Запрыгнул к ней на подоконник

И, выгнув спину, заурчал,

Зажмурился от умиленья,

Мол, так давно по ней скучал,

Что в этом не было сомненья.

К хозяйке ласково приник,

Глядя в проталинку в окошке,

И, хоть был плут и озорник,

С Алёнкой поскучал немножко.

Они во двор вдвоём смотрели,

Как вьются снежные метели

Под каждой лампой на столбе

И у рекламы на трубе.

Прохожих редкие фигурки

Скользя, мелькали в переулке,

Кляня метель и гололёд,

Который в январе растет.

Но шубку рыжую сестры

Уже какое время суток!

Не видели до сей поры.

Им стало страшно. Не до шуток.

И вечер становился жуток…

Но друг мяукнул пару раз,

Вложивши в смысл коротких фраз,

Что бесполезно так скучать,

Быть может, лучше поиграть

Или проверить холодильник

Там вкусно пахло в уголке,

Ведь в животе давно будильник

Звенел о вкусном молоке,

Что таяло на языке.

Они отважились вдвоём,

В гостиной свет не зажигая,

Зайти в темнеющий проём,

Где чудилась душа другая.

Прижавшись, чтобы быть смелей,

Глаза раскрыв не от испуга,

А чтобы было всё видней:

Вдруг где-то прячется бандюга

Тогда надейся лишь на друга!

Ступая мягко, чуть дыша,

Во всем подъезде звуки слыша,

Что в пятки спряталась душа

А вьюга мечется по крыше,

Алёнка двинулась вперёд,

Как будто брод ища ступнями.

Как знать, что будет наперёд?

Вдруг там ползучие? С клешнями!

Или – крылатые. С когтями!

Дойдя почти до середины,

Они без видимой причины

Вдвоём взглянули в уголок:

Там, в темноте, был огонёк.

Зелёный, круглый, недвижимый,

Он был прикрыт до половины,

Являясь частью всей картины,

От темноты неотделимый,

На них смотрел и не мигал.

– Ты кто? – Алёнка встрепенулась,

Но тут же сникла и запнулась.

Из темноты холодный глаз

Не отозвался сей же час;

Он был надменный, молчаливый

И подозрительно красивый,

Казалось, даже намекал,

А может, просто – предлагал

Им пообщаться. Вот нахал!

– А ну-ка, быстро отвечай!

Зачем залез ты к нам в квартиру?

Но тот молчал и на задиру

Был абсолютно не похож,

И ей не корчил страшных рож,

Как это делал Пятаков,

Дворовый враль и забияка,

Большой любитель простаков

И стен окрашенных писака.

Зелёный глаз, наоборот,

Не бил копытом у ворот,

Не прыгал белкой по квартире

И не вышагивал в мундире —

Он лишь прищурился слегка

И посмотрел из уголка

Азартным взглядом игрока,

Видавшим виды знатока.

– Давай знакомиться, Алёнка!

– Мне дали имя Из Ум Руд,

Родители, чей скорбный труд

Находкой славной увенчался,

Когда я в рудниках скрывался

На протяженье многих лет,

Храня безмолвия обет.

Я ждал, когда придёт за мной

Искатель истины земной

И для добра секрет откроет.

Он стих, как будто бы уснул,

Потом Алёнке подмигнул,

Мол, поиграть не супротив:

Так долго был красноречив.

Но та от изумрудной речи

И изумленья своего

Не понимая ничего,

В недоуменье приподняла плечи:

– Ты слышал что-нибудь, Пушок?

Признаться, мы не каждый день

С камнями можем объясняться,

И только любопытства тень

Ей не позволила пугаться.

– Так ты живой, зелёный глаз?

– Тебя прощу на первый раз,

Хоть не люблю я пышных фраз.

Я – не алмаз, и не топаз,

И даже не тигровый глаз.

Прошу запомнить: Из Ум Руд.

Так сотни лет меня зовут,

И не сочти за тяжкий труд,

Все твари с именем живут.

– Меня Алёнкой величают

Уже шесть с половиной лет.

Одну в квартире оставляют,

Но не берут в метро билет

И рыбий жир пить заставляют.

Зелёный свет померк немного,

Задумавшись, смотрел он строго,

Потом внезапно оживился

Фонтаном искр преобразился

И море призрачных огней

Разлил от окон до дверей.

А пятачок вокруг друзей,

Как островок земли, оставил,

Как будто в плаванье отправил.

Пушок Алёнке прыгнул в руки

Мяукнул тихо: «Я с тобой».

Вокруг друзей витали звуки,

Чередовались меж собой.

Картины стран иных всплывали

В зеленоватом океане:

Соборы, замки и дворцы,

Зверушки на лесной поляне,

На бригантинах – удальцы.

Верхушки гор в снегах искрились,

Моржи на лежбище лоснились,

Дремал в песочке крокодил,

И тигр из зарослей следил.

Казалось: руку протяни —

И ты коснёшься шёрстки гладкой,

Или в глаза взглянёшь украдкой.

А хочешь – воду зачерпни

В ручье средь просеки, где пни.

К себе котёнка прижимая,

Стоит Алёнка, чуть живая,

Виденьем столь удивлена,

Что не шевелится она.

Да и Пушок прижался к ней,

Большой защитнице своей,

Глазища круглые таращит,

Боится: вдруг его кто стащит.

Средь незнакомых нет друзей!

Река видений проплывает,

Но островок не заливает:

Он недоступен для зверей

И ураганов всех морей.

Алёнка, словно капитан,

Штурмует грозный океан,

То в Амазонке средь лиан,

А то в пустыне на бархан

Ведёт усталый караван.

И сколько это продолжалось,

Отметок вовсе не осталось,

То – плаванье, а то – полёт,

Кто нынче это разберёт.

Возможно, сердце сохранит

Свои взволнованные встречи

С тем, что всю жизнь потом манит

И в стенах давит нам на плечи.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.