86 градусов поэзии
Миша Волк

© Миша Волк, 2019

ISBN 978-5-4483-2078-1

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

На излёте

Русое неровное поле
Стоптано в твердь шагами,
Корчит гримасу от боли —
Вырвали клок, как клещами.

Осень свои сапожища
Грязью, листвой облепила.
Гаснут  в лужах без днища
Солнца шальные шила.

Тучи скребут над домами,
Шьют монотонные ливни.
Древо истлело. Ветвями
Похоже на чёрные бивни.

Жаль мне росинку лета.
Иней коростой белой.
Утро лазурного цвета
Треском льда хрупкого пело.

Всё-таки греют карманы —
Драпа рукопожатие.
Чрез выхлопные туманы,
Дня начинается сжатие.

Дневное вдохновенье

Ночь моя нежная спит…
Дня беспокойного сны
В пыль истирают графит
Брызгами черной весны.
Нервной штриховкой эскиз —
Снов заколдованный круг.
Звезд дневных скучную жизнь
Выдумал черный дух.

Фея осень

Мы шли по багровой аллее.
Воздух цеплял паутиной
Волосы осенней феи,
Красные наполовину.

Локоны мялись ногами,
Будто взлетали на ветки,
Огненными листками —
Прочь из дорожной клетки.

В небе они собирались
Ветреным ярким закатом.
Как высоко вы забрались —
Солнце сияет дукатом.

Постельное…

Бешенство сердца от ласки,
Дикий в истоме взгляд,
В палитре любви наши краски
Смешались, как кровь и яд.
И мы умираем на ложе —
Любовь нам дороже, чем жизнь.
Продли нам агонию, Боже —
Мы жить только в страсти хотим.

Мокрое…

Струйкой молнии бел
Тучный стяг над землёй
Мечет вспышками стрел
Обвив город петлёй.
Тучи возгласом птицы,
Рыком грома с небес,
Наводнив дно столицы
Ослабляют свой пресс.
Кровь асфальта рекою
Каучуковых вин
Ртутной пьяной водою
Льётся с каменных спин.
И намазанный ваксой
Отсыревший башмак
Чёрной кожаной кляксой
Продолжает свой шаг.

Признание

Моя любви головоломка,
Я весь горю в любовной пытке.
Там-там сердечный лопнет звонко
От нежной прелести твоей улыбки.
Люблю я глаз мерцание заветных
В них шарм без алгоритма и законов.
Ты даже голая, будто в шелка одета,
А я в одежде при твоем взгляде – голый

«Прощай»

Пепел снежинками падал,
Пальцы жгла сигарета,
Дымное серое стадо
В кольцах дневного света.

Время назад крутилось —
Вспомнились сердца отмычки,
Как разошлись – не сложилось,
Ставлю «ПРОЩАЙ» в кавычки.

Было весной, припомню:
Холод черёмух соцветий,
Солнце небесную кровлю
Златом червонным чертит.

Веточкой рыжей мимозы
Носик себе опылила,
А на глазах стыли слёзы

Тихое слово «ПРОЩАЙ»
Нашу любовь распилило.

Без сна

Кости смяты в кулак
За окном зреет ночь
И бессонницы мак
Согревал во всю мощь

Как в огрызки из снов
Съели яблоко сна
Эхо путанных слов
Через щели окна

Лампа млечно горит
Зеркала – полымя
Огнём газовых плит
Жёлтый свет фонаря

Все живёт не молчит
И с разрядом утра
Ожил тот кто не спит
В жизнь земную пора

День судьбы

Алые стекла кровавит рассвет,
Плетью луча иссекая,
Сколько денёк зажжёт огнём бед
Красной десницей мая?

Может быть, снова иной человек
Станет по жизни спешить.
Ах, ты, протяжный тянущийся век,
Суток былинная нить.

Вот и сгорел в горизонте день.
Марево льет бордо.
Ночи сумбурной дождливая сень
Чертит стежками окно.

Нерв на ладони линией лет —
Так набросала судьба —
Будто концом ржавый стилет
Смерти моей сказал – ДА…

Равноденствие

Снежинки клеятся к небу,
Ветер сгоняет их в тучи.
Скажите, брось ты, небыль,
Вон за окном лежат кучи.

Словно дымок пугливый,
Снег покидает твердь,
Вьётся щенком шаловливым,
Дорого-мило смотреть.

Мне бы бабочки крылья,
Выпорхнул прочь из объятий,
Усыпав наждачной пылью
Бархатный саван платья.

Долго летел бы к солнцу,
Снег и тепло вперемешку,
И в облачении бронзы
Чёрную резал усмешку.

Сутки на равные части,
День породнился с ночью.
Лаем разверзло пасти,
Свет фонарей обесточив.

Ходики

Да, мне не двадцать уже.
Кануло время скитаний,
Словно рассыпав драже
Болью воспоминаний.

Грешен, конечно. Боюсь:
Скоро исчезнет и это.
Памяти мерзкий гнус,
Как помертвевшее лето.

Ходики жизни из слов,
Скоро кукушкин отсчёт.
Сердце кровавит шов,
А на губах иглой лёд.

Будто воруя друзей,
Плахою множится крест.
Чёрной любовью своей
Ворон кружит окрест.

Льётся дымок сигарет
В белом тумане снов.
Ночь рассекает свет
В тесном загоне углов.

Рак сердца

Холод чувств, как наждак,
Сердце шлифует фразами.
Отчужденностью боли рак
Прорастает метастазами.

Я заразен грустно тобой.
Между нами столбами даль.
Ты паяльник, я канифоль —
Плавится жизни янтарь.

Позвони. Напиши. Пару слов.
Разве это тебе неважно?
Среди ритма старых часов
Я стою тишины твоей стражник.

Иссыхает минутами страх,
И насилуют сны кошмаром.
Отчужденностью боли рак,
Вдруг звонок молотка ударом.

Камертон

Рикошетом от стен слова
По ушам, разрывая слух.
Я же все произнес вчера,
Размыкая суточный круг.

Ругань, стоны, мольба или крик —
Спозаранку обрывками речь.
Я ловить свое эхо привык,
Словари антонимов жечь.

Как напалм, раскаленный рассвет,
Я бензиновым солнцем облит.
Так и хочется выдохнуть: Нет!
И стены расколоть монолит.

Беспристрастен глухой кирпич,
А стекло режет каждый звук.
С хрипотой и до боли мой клич
Монолог одиночества мук.

В бреду

Как тесен бренный мир.
В гробу дышать мне ближе.
Мерещится эфир
Бесплотной липкой жижей.

Блик звезд на потолке.
В лохмотьях небеса.
И кислотой в толпе
Сознаний голоса.

А птичий певчий хор
До простоты тревожен.
Луне наперекор
Рассвета тянет вожжи.

Исчез. Осталась тень
Во мне мирского тлена.
Был выпит мною день.
Винцом излилась вена.

Паранойя

Я сдуваю с ладоней реснички
И колдую грядущую ночь —
Будто стая лимонных синичек,
Улетают желания прочь.

Тяжело жить сердцу утратой,
И желаний рушится мир.
Исчезает птицей крылатой
Сновидений ночной вампир.

Без тебя бездонная пропасть.
Без тебя кувырком по траве.
Без тебя свинцовая легкость —
Девять граммов в моей голове.

Звезда Христова

Поцелуй, как комплекс Иуды.
Плащаница хранит его лик.
Без любимой прошел через муки,
Так, как будто к мученьям привык.

Исковерканный бытом гнет,
Что ты стонешь болью лет?
Он воскреснет и мир спасет,
Изольется бессмертно свет.

Бесконечен огонь с небес.
Гвоздь пробил худое запястье.
Сиротел на Голгофе крест —
Вифлеемской звезды распятье.

Эротичное…

Трепещи девичье жало —
Жадно взахлеб лобызаю.
Чуткой истомой взвывала
Сладким во рту моем тая.

Плоть моя у тебя за щекою.
И пьянящий кагор любви
Выпей весь, зарази собою
Моей страсти дикой вампир.

В почивальне негою похоть,
Млеет тела стон экстаз.
Наслажденья зеркальный деготь
В полнолунье бездонных глаз.

Цветы…

Целомудрен изящный бутон,
И улиткой сползают росы.
Цвета крови венозной он.
Как сердца мясистые розы.

Шепчут алый обет цветы
Инопланетному принцу.
Как гарем цветочной любви,
В гжели вазы букет томится.

И морщинами губы цветка.
И засохли податливо розы.
И гербарий любви на века —
Разрыв сердца метаморфозы.

Часы

Ножик шмыгнул под ребра
60 ножевых.
Как пронзенная кобра
Извивается миг.

Нож кромсает минуту
И секундный озноб
Кровью брызжет по кругу
Боем старых часов.

Гусарское…

Ломая палец о курок,
По кругу шел на бис.
Напишут скверный некролог —
Скончался фаталист.

И мизер брал, ловил зеро,
Поймал, шутя, джекпот.
Фортуне было всё равно
Засунув дуло в рот…

Мидасова осень

Листки календаря с деревьев облетели,
И лето захлебнулось в листопаде.
Лоснятся ярко-желтые метели,
Припрятав волчье солнце в рыжем стаде.

Грибные будни рыщут по пролескам,
Уже намокло небо от дождя.
Венком кленовым, сотканным из детства,
Венчальною короной древа голова.

А лужи черные – размытые глазища,
Как колдовские девы зеркала.
Касаньем осени мирская пища
В Мидасов пир земли превращена.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.