Владимир Подскребко
ХОЗЯИН
(повесть)

Со второй половины июля установилась устойчиво жаркая погода. С восхода до заката на бледно-голубом небе не появлялось ни единого облачка. Пожелтевшие луговые травы не радовали сельских тружеников. Казалось, пылающий зной взял в свои огненные клещи не только Приморье, а весь мир, и безжалостно сжигал под корень всё живое.

В полдень на картофельное поле набегал обжигающий ветерок. Он высасывал из стеблей живительную влагу, закручивал лепестки в трубочку и клонил к земле. Повязав лысеющую голову белой тканью, на краю поля стоял человек. Рубаха, побелевшая от солёного пота, обтягивала мощные плечи. По щекам, мелким бисером, меж густой щетины пробирался грязный пот. Мужчина то и дело промокал лицо подолом своей рубахи и с нескрываемой грустью смотрел на поблекший цвет картофеля, а потресканные от жестокого зноя губы чуть слышно шептали: «Дождя надо! Господи! Не дай погибнуть труду крестьян!» – Это был потомственный хлебороб, Заречный Константин Василич. В лихие, голодные 90-е годы он организовал своё крестьянское хозяйство, которое требовало от него трудиться с восхода солнца и до первых звёзд. На отдых оставляло всего несколько часов, которые он старался использовать до последней секунды.

Свои постройки Константин Заречный возвёл своими руками и назвал «времянками». И не знал того, что ему придётся жить до глубокой старости в этих слепленных из глины и травы строениях, пронизываемых холодными зимними ветрами, промерзшими углами, а в летнее время покрываться плесенью от сырости, приносившей муссонными дождями и туманами, набегавшими с моря.

Метрах в двухстах от построек пролегала грунтовая дорога. Это единственная магистраль, которая связывала периферию с городами Дальнего Востока. Два человека, неспешно идущие по обочине, остановились напротив металлического щита, на котором крупными буквами написано: «К. Х. Заречного К.В.» Они с минуту посовещались и направились к человеку, стоявшему у края картофельного поля.

– Здорово живёшь, хозяин?! – хрипловатым басом проговорил подошедший парень. Загорелое широкоскулое лицо выдавала усталость, не только на лице, но и в тёмных зрачках его глубоко посаженных глаз.

– Да пока жив, того и вам желаю! – ответил фермер, не без любопытства смерил придирчивым взглядом подошедших парней. – Далече путь держим, ребятки, если это не военная тайна?

– Да какой тут в чертях тайна, хозяин! Приехали в Приморье из центральной России, мечтали в море на рыболовное судно устроиться, но получился облом – не взяли на работу, ответили, что штат полный… – с грустью ответил парень.

– Как это не взяли?! – вскинув кустистые брови, спросил Заречный, – насколько мне известно, на судах всегда недобор рыбаков. Я смотрю на вас, парни-то крепкие и лицом не испитые – и не взяли?… Странно! По всей видимости, есть другие причины!

– Красота тут у вас – ну просто божественная, – ловко сменил тему разговора рядом стоящий товарищ.

– Мы поэтому и пошли пешком, – подхватил второй, – чтобы вдохновиться поистине чудесной природой.

Заречный понял, что тема об их работоустройстве парням не по душе, и он тут же перевёл на разговор о красоте Приморского края.

– Да, что красиво тут, уж – не поспоришь, – вдохновенно произнёс Заречный, – вот, почитай, уж третий десяток разменял в Приморье, и каждый год природа является в новом обличии. Всегда я нахожу в ней что-то колдовское и завораживающее. – Константин Заречный ласковым взглядом посмотрел на разлапистые ветки дубов, берёз и мечтательно продолжал, – Я люблю, ребятки, осеннее время года. Когда тайга-матушка наденет на себя золотой наряд, когда грибной дух пьянит меня, как медовый запах лип, – вот тогда – это время моё! – Он набрал полные лёгкие воздуха и, с шумом выдохнув, задумчиво произнёс:

– Жаль, что эти чувства невозможно передать простыми словами, тут, брат ты мой, поэзия нужна.

Заречный умолк, но взгляд его ещё долго висел над бескрайным таёжным пространством.

– Хозяин, давай познакомимся, – прервал молчание зеленоглазый, сухощавый парень, протягивая руку. – Меня зовут Пётр, а это – Михаил. Мы служили вместе в Чечне, а теперь горе мыкаем вместе в Приморской тайге.

– Ну, а я, Константин Василич, можно просто Василич, тут в Приморье как-то не принято называть по имени-отчеству, обычно по отцу погоняют.

– Василич, как из разговора я понял, что вы тоже в эти края залётный? А с каких мест?… Может, земляки?…

– Родом я из Казахстана, а перебрался сюда с Якутии. Слышали? Оймякон?! Край лютых морозов и золотых россыпей. Работал в старательской Артели. Золото добывал. Надоела мне длительная, холодная зима и короткое лето, вот решил посмотреть море, да и ввяз здесь в чистой любви и благодати, – он, улыбаясь, посмотрел на гостей, – тут, брат ты мой, девки-то работящие – морячки. Вот обживётесь, – сами в этом убедитесь… Жена для мужчины – это вдохновитель мужских подвигов, а если ещё умная, да работящая, то для такой жены муж готов на ещё большие подвиги, – он скромно улыбнулся, добавил, – вот, что я сделал тридцать лет назад.

– Мы, Василич, оба женаты, – блеснув глазами, весело сказал Михаил, – жёны нас и вдохновили на морские подвиги, а тут – бах и провал! Возвращаться назад – гордость не позволяет. Придётся работу временно подыскать на берегу. Вакансия на судне появится, вот тогда и махнём в море.

– Да кой тут в чертях провал, скажи на милость?! – взревел Заречный, – что на этом Преображении свет клином сошёлся?! Вы, пожалуй, не в курсе, сколько рабочих рук не хватает по Приморскому краю? Да, дурень тот руководитель, что не увидел в таких парнях надёжный оплот русского рыбацкого флота! Не вешайте носы! Тут в 130 километрах стоит город Находка, по последним данным, флот ещё разворовали не весь, так что работой, я уверен, будете обеспечены. Заречный придирчиво взглянул на Михаила, перевёл взгляд на Петра и спросил:

– А вы какой владеете профессией?

– Мы оба сварщики, – гордо ответил Петруха, – вот Миша – настоящий кудесник в своём деле, – Петро с улыбкой посмотрел на друга, – ну и я, вроде бы, неплохой специалист – дипломированный. Был отмечен производственными наградами, значит, что-то стою?

– О-о-о, – нараспев протянул фермер, – эта профессия, брат ты мой, не только земная, но и космическая. Придёт время, когда мы начнём осваивать «лунную целину», а там, глядишь, и до красной планеты доберёмся. Профессия сварщика на космических объектах будет нужна в первую голову – уверяю вас! Вы, конечно, на лунные работы не попадёте, но в Находке вполне пригодитесь, – с улыбкой заключил Заречный. – Доберётесь до города, и сразу прямым ходом дуйте в Морфлот. Там всегда дефицит специалистов подобного профиля. Там не только вы будете обеспечены работой, но и крышей над головой. В вашем положении это уже потянет – на божий рай.

– Мы с Петрухой по этому поводу не заморачиваемся, – хлопнул друга по плечу Михаил, – работу на берегу найдём без проблем, и крыша над головой будет. Тут у нас возникла другая проблема. Вторые сутки маковой росинки во рту не было. Нам бы перекусить что-нибудь… Василич, не поскупись! Не дай молодым и красивым умереть от голода.

– Фу ты! – Заречный, шлёпнув себя, воскликнул, – этот зной совсем мои мозги высушил, памяти не осталось ни на грош – правильно гласит поговорка: «Сытый человек голодного не разумеет!» – Идёмте в мою хижину! Сегодня хозяйка такой наваристый борщ заварганила!..

– Собаки у вас есть? – принизив голос, спросил Михаил, – страх как боюсь… В детстве ещё покусали, казалось, пора и забыть, а нет, увижу пса – и мандраж тут же в коленях, и не могу с собой ничего поделать.

– Тебе сейчас годков тридцать есть? – Есть. – Вот как стукнет в ребро мой возраст, перестанешь бояться не только собак, но и медведей, – с улыбкой заметил фермер. – Жить в тайге без этих помощников сам Бог нам не велит. Я их считаю хозяевами после себя. Хотите, я вам расскажу один трагический случай? Он в аккурат связан с этими умными животными.

– Это произошло зимой, – начал свой рассказ Заречный, – годов семь назад. Выехал я по делу в район, собак с привязи отпустил. Что нужно было сделать в районе, сделал и уже к вечеру возвращаюсь. Смотрю, в аккурат, вот на этом самом месте, где ты стоишь, Петро, – стоит человек, как раз у щита, где было написано: «Стой, злые собаки!» Подхожу. Смотрю. Знакомый, в руках огромный пакет, доверху набит квашеной капустой. Мороз под двадцать, а он в летних туфлях. Синий! Губы деревянные. Не может слово сказать, глаза слезой подёрнулись, смотрит на меня испуганно. Один пёс лежит вот на этом самом месте, на дороге. Второй пёс – вон там во дворе. Держат его, как дикого зверя. «Что, – говорю, – парнишка, борщица покушать захотелось? Я же, – говорю, – тебя летом приглашал помочь мне, ты что мне ответил: «В земле копаться не моё дело!» А жрать, – говорю, – сволочь, чужое – твоё дело?! Молчит. – Заречный умолк, через минуту добавил, – Я только через месяц узнал, что ему по самые пятки отрезали ступни. А этого могло и не случиться, попроси он у меня этой капусты добром.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.