Весеннее обострение пера
Прозаэзия гортанзии
Сергей Редков

© Сергей Редков, 2016

ISBN 978-5-4483-1843-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

«Что чувствует снег…»

Что чувствует снег,
раздавленный пасмурным небом?
Расстрелянный вьюгой,
раскатанный валиком ветра
по мертвой шершавой земле, называемой «полем»,
но больше похожей на брошенный с облака торт
с испорченным кремом,
засохшим цукатом,
изгрызенным мышью орехом
и птичкой, свалившейся на бок в застывший сироп
из грязи столетней, покрывшейся корочкой льда.

Что чувствует снег,
увязший в морщинах проталин?
Что снится ему в этой белой, забытой пустыне?
Какими хрустальными грезами вечность заполнить?
А после, проснувшись, какое занятье найти?
Молиться морозам? Бояться, как смерти, весны?
И тело терять, растекаясь по черным канавам?

Что чувствует раненный снег
на исходе зимы?

Рассеются серые тучи, и ягода солнца
станцует, себя распаляя, на самом высоком,
на самом засыпанном сахарной пудрой сугробе,
и каждый зародыш зеленою ножкой забьется
в скорлупки семян,
согретых в утробе планеты…

Да так уж ли важно теперь,
что чувствовал тающий снег,
когда напоил он собою цветущую Землю?

Как я нырял в прорубь

Я расскажу вам, что я чувствовал, когда
Пришлось мне прыгнуть в прорубь на Крещенье.
Сподвиг меня к тому «духовный гуру» —
Работник бани с крестиком нательным,
Поющий мантры Васудеве Кришне
И льющий в печь березовый настой —
Языческому божеству подарок.

«Ныряй! Да с головой» – сказал он мне:
«Представь, что погружаешься ты в Бога.
Не важно, как его зовут – имен не счесть! —
Ты просто верь и ничего не бойся»

Не бойся!? Я, простите, не пингвин
И мне в обычной жизни ни к чему
Ожоги тела минус третьей степени!
Пытался я сбежать, но… не успел —
Меня столкнули в ледяную воду…

Дыхание… Вы жили без дыхания?
Оно исчезло. Тело растворилось
В квадрате черном Вечного Малевича.
Взорвалось «Я». Бессмертный наблюдатель —
Моя душа – испуганно взирала
На дивный мир, где быть еще мне рано,
Где нет ни времени, ни радости, ни боли,
И где меня, пока, никто не ждет.
И – слава Богу! Красные насосы
В животное мое всосали воздух.
С дыханием в меня вернулась жизнь,
И я воскрес. Но тело – не вернулось:
Оно знакомилось с промерзшею землею,
Лопаткой пятки разгребая снег
И стеклами зрачков вбирая дали.
А мозг спинной скомандовал: «В парилку!»

И там, калачиком свернувшись поудобней,
Как в материнском теплом животе,
Я грелся, обрастая новой плотью,
Чтоб снова в жизнь войти. И выпить квасу…

А кто сказал, что дважды не рождаются?
– А может быть и трижды?
– Может быть…

Метафора

Бог – это единая душа всего живого. Она похожа на воду, заполняющую собой всю землю, океан и небо…

У воды есть три формы: жидкость, лед и пар.

Весенним дождем капелька-душа падает в каждого родившегося на согретой солнцем земле и, подобно семени, пробивается сквозь небытие зеленым ростком, превращаясь в причудливый цветок новой жизни.

Но в трудные, недобрые времена душа замерзает от остывших, холодных и равнодушных сердец и превращается в лед.

Так и живет человек с острым осколком души, пока горячая пуля, обжигающие языки совести или пламя Страшного Суда не растопят его.

И тогда душа превращается в пар и поднимается к небу, где и становится тем, чем и была всегда – частичкой вечного Бога…

Гайка о душе

Душа – как запах:
Почувствовать лишь можно,
А потрогать – нет.

Йога

Его правая рука

дотяну-у-у-у-улась

до Северного Полюса,

а левая нога —

до Южного.

Когда он замер в Шавасане —

остановилось время.

Ф-ф-ф-дохнуф-ф-ф-ф-ф

ф-ф-ф-себя

ф-ф-ф-фоздух-х-х-х-а-а-а,

он лишил Землю атмосферы.

Все живое застыло от страха.

– Будете ли вы заниматься йогой? – спросил он у всего живого.

– Да! Конечно, будем! – задыхаясь, ответило все живое.

– Вот и хорошо! – обрадовался он и медленно,

смакуя каждое мгновение,

ф-ф-ф-в-выдохну-у-у-л-х-а-а-а… содержимое своих закаленных, натренированных легких прямо в астральный мир…

Атмосфера вернулась на Землю, и жизнь была спасена…

Так что, занимайтесь, граждане, йогой!

Йога – это жизнь!

О любви к жизни

Я так полюбил жизнь,

Что перестал убивать комаров…

З-з-з-звоном раз-з-з-с-с-ско ло т та ти-и-ишина.

Летииииит.

Сел.

Кусай меня, милый.

Пей мою кровушку.

Моя кровь – шампанское для тебя,

А кровяные тельца – беляши,

Сытные,

С мясом.

Пей на здоровье

Да закусывай, брат.

Знаю, не со зла делаешь это —

Ты тоже любишь жизнь.

И жизнь тебя любит.

И меня…

Тоже…

Может быть…

Зачем нужна археология

Археолог!

Не руби мои кости

Ржавой лопатой!

И перестань щекотать

Мой череп

Своей кисточкой —

Это вызывает во мне смех,

От которого

Мне самому

Становится жутко.

Ха-ха-ха-ха-ха

Ха-ха-ха-ха

Ха-ха-ха

Ха-ха

Ха

Зачем ты снял с меня

Мое пуховое одеяло.

Смотри,

Оно рассыпалось

В твоих руках

Горсткой земли.

Ты говоришь,

Я нужен тебе

Для диссертации?

Хорошо тебе

В твоем институте,