# С правом на месть

Юрий Ландарь

Пройдя все испытания и одержав победу над врагами, он вернулся в свой мир, но возвращение это оказалось не радостным. Прошло столько лет, и он не застал в живых многих дорогих ему людей. И если в смерти любимых есть чья-то вина, то у него появляется особенное право, которое не могут оспорить даже боги, – Право на месть!

## I

Сон уходил тяжело, словно боялся отпустить ценного пленника. Гартош с натугой открыл глаза. Он находился в знакомой из сна спальне. Значит, не сон…

«Как ты?» – раздался участливый голос Алазы.

– Нормально, – отозвался носитель.

«Всё вспомнил?»

– А откуда я знаю! – немного раздраженно ответил Гартош – голова немного побаливала и кружилась. – Может, в мою башку втиснули несуществующие воспоминания. А может… – Голова перестала болеть и кружиться, носитель тоже успокоился. – Но, похоже, память восстановилась.

«Не беспокойся, – сказал Тенос, – это действительно твои воспоминания, твоя жизнь».

– Наверное, это действительно так. Сколько длился процесс?

«Три дня», – ответила Алаза.

– Немало.

«Быстрей было опасно, – объяснил атрат разума. – Существовала вероятность повреждения твоего мозга».

– Да я без претензий, просто за это время слишком много всего могло произойти.

Змея его успокоила:

«Я все контролировала. Ничего сверхопасного не произошло».

– А просто опасного?

«Скоро ты обо всем узнаешь, а сейчас тебе лучше выйти к своим друзьям. Они уже извелись совсем, третий день дежурят под твоими дверями».

– Да, надо их успокоить.

Гартош (теперь уже окончательно Гартош) не спеша поднялся, обулся и пошел к дверям. За дверью, благодаря своему обостренному слуху, он услышал негромкий разговор. Недолго думая, император толкнул дверь. Из широкого коридора на него уставились три пары глаз.

Монарх вышел, внимательно на них посмотрел и строго спросил:

– Кто такие?

Аруш зло клацнул зубами:

– Я так и думал, что этим атратам нельзя доверять!

– Похоже, что, вместо того чтобы вернуть ему прежнюю память, они стерли нынешнюю, – догадался Квирт. – Интересно, что они втиснули ему в голову?

– Гартош, – тихо позвала Алеандра. – Ты ведь Гартош? Правда?

Носитель атратов не выдержал и громко рассмеялся:

– Видели бы вы сейчас свои рожи!

Клыки каррлака щелкнули еще громче:

– Еще раз так сделаешь, ногу откушу!

– Не злись, Аруш, небольшая разрядка сейчас никому не помешает.

– Как твои воспоминания? – обеспокоилась еще и герцогиня.

– Насколько я понимаю, то вспомнил всё. И надеюсь, что при этом ничего не забыл. Помню нашу с тобой встречу, каррлак, помню…

И вдруг Оскола буквально скрутила боль в груди и в животе. Он согнулся, и слезы без спросу потекли по исказившемуся от муки лицу.

– Что случилось? – бросился к другу оборотень.

Но Алеандра его остановила и покачала головой:

– Он вспомнил то, что не хотел бы вспоминать никогда.

Оборотень понимающе опустил голову и отступил назад.

А Гартоша буквально корчило от невыносимых воспоминаний. Отец, Лисита, Гнивер, Ольвильда… Больше нет самых дорогих и близких людей. Понимание бесповоротности утраты приносило страшные муки. И в висках стучало только одно. МЕСТЬ. МЕСТЬ. МЕСТЬ. Он медленно выпрямился. Его потемневшее лицо и горящий взгляд говорили сами за себя.

– Я так понимаю, мы незамедлительно отправляемся в ваш мир? – уточнила вампиресса.

– Да. Отправляемся. И как можно быстрей.

* * *

Взглянув на недавно севшего на трон императора, Казимир понял, со своими делами сейчас можно к нему не подходить.

– Когда вы уходите? – только и спросил он.

– Сегодня, – ответил монарх. – Я надеюсь, ты справишься с управлением страной. Теперь можешь надеяться только на себя и на тех, кого ты возьмешь к себе в помощники. Выдержишь?

– А что мне остается делать? Я за эти дни кое-что успел сделать, но думаю, тебе сейчас это не интересно.

– Интересно, Казимир, интересно. Просто времени нет абсолютно. Я и так слишком затягивал с возвращением домой.

– От меня что-нибудь нужно?

– Нет. Мы сами справимся. Только подкрепимся, проведем необходимую разведку, и сразу в путь. Ты где сейчас живешь? Во дворце?

– Конечно. Ездить домой и сюда слишком долго. Я занял одни из опустевших покоев, неподалеку от твоих.

– Можешь теперь занимать и императорские покои, мне они теперь долго не понадобятся. А может, и вообще…

– Нет уж, – возразил наместник, – эти покои будут ждать твоего возвращения, когда бы ты ни прибыл.

– Ну как знаешь.

На этот раз монарх со товарищами не стали дожидаться, пока им накроют в трапезной, а сами направились на кухню. Быстро набили желудки съестным, набрали еды с собой и вернулись в императорскую спальню.

– Алаза, обстановку у меня дома!

«Ты как раз вовремя пришел в себя, – без промедления начала просвещать носителя и его друзей змея. – Обстановка вокруг твоей семьи да и вообще в Виктании накалилась до предела. Твоя страна ведет войну с Гробросом и проигрывает в ней. Власть в Виктании практически захватила одна из верейнских ведьм. Руткер блокирован в своем замке. Твои дети находились на фронте, но сейчас почему-то вернулись в столицу. В общем, все плохо».

– Зондируй замок Риглис. Сможем ли мы туда пробраться?

«Зондирую. Ничего не изменилось. Над ним установлен мощный полог непроницаемости, но для нас он не представит больших проблем. Твой дед в своем кабинете».

* * *

Лорд Руткер склонился над магическим кристаллом, без его помощи пробить установленный ведьмой и её помощниками барьер не представлялось возможным. А необходимо срочно связаться с правнуками, ведь они не до конца понимали, какая смертельная опасность над ними нависла. И вдруг кристалл ожил сам. Бывший Первый маг империи неверяще уставился на проступившее на камне лицо. До боли знакомое лицо. Внук. Гартош. Тот, которого он уже отчаялся дождаться.

«Здравствуй, дед. Не ожидал?»

Руткер молчал, боясь поверить в увиденное и услышанное. Все это могло оказаться происками коварной ведьмы.

«Я сейчас перенесусь к тебе с друзьями, не шарахни по нам чем-нибудь смертоносным», – улыбнулось изображение.

«Входи, – решился маг, слишком уж устал он бороться в одиночку. Все должно было решиться сейчас – либо действительно вернется внук, и тогда все пойдет по-другому, либо прорвется враг, и все закончится быстро. – Сколько вас?»

«Пятеро. Правда, человек среди них только я, так что не удивляйся».

Изображение снова ободряюще улыбнулось и пропало.

Старший Оскол вцепился пальцами в деревянные боковины кресла, боевые заклинания у него всегда были наготове, но так не хотелось их сейчас применять.

От обилия магии замерцал воздух, и долгожданная фигура материализовалась прямо посредине кабинета.

– Это я, дед, можешь не сомневаться.

Руткер узнал этот голос. Он с грохотом отодвинул кресло, и, опираясь о стол, подошел к гостю. Позади Гартоша, одна за другой возникли еще четыре силуэта, но старый маг не обратил на них внимания, его взгляд был прикован к лицу внука.

А Гартош всматривался в лицо старшего Оскола и сам с трудом его узнавал. Первого мага империи, несмотря на солидный возраст, никто не решился бы назвать стариком, но как он постарел за годы, прошедшие с их расставания. Маг провел сухой ладонью по лицу внука.

– Гартош, внучек. – Непрошеные слезы выступили в уголках глаз мага. – Как же долго тебя не было.

– Это так, – вздохнул носитель, – я отсутствовал слишком долго.

– Кто это с тобой? – спохватился маг. Он смахнул слезы. – О! Да ты никак нашел этого верного каррлака?

Носитель улыбнулся:

– Да, он все-таки дождался меня в красном мире. И у меня появились новые друзья, которые вызвались помочь уладить возникшие здесь проблемы. Эта темноволосая красавица, Алеандра, герцогиня Востарийская, маг с многолетним, я бы даже сказал, многосотлетним опытом.

Вампиресса отвесила легкий реверанс. И, чтобы с самого начала внести ясность, показала свои тонкие острые клыки.

– Угу, – понятливо кивнул в ответ маг.

– Высокого парня зовут Квирт, – продолжил Гартош. – Он дракон. А лошадку зовут Пегас. Он людоед.

– Занятную ты себе нашел компанию, – впервые за все время улыбнулся Руткер.

– Судьба свела нас в одном месте, при очень интересных обстоятельствах. Подробней расскажу потом. А теперь быстро обрисуй мне ситуацию с моей семьей и что творится в Виктании.

Руткер снова опустил плечи и оперся рукой о стол. Затем вернулся в кресло:

– Садись, внучек. Рассказ мой будет непростым.

Гартош рассадил друзей, пристроил в угол Пегаса, в другой они с Квиртом поставили статую Эльфимеры (которую благоразумно прихватили с собой), и присел сам. То, что рассказ будет непростым, он понимал прекрасно.

Пожевав губы, старший Оскол начал свое негромкое повествование:

– Начну с нашего расставания. После того как вы с императором покинули дворец, мятежники замедлили свое продвижение по столице, даже ослабили магическую блокировку. Видимо, часть сил они перенаправили на поиск беглецов. Это позволило мне и всему Черному Легиону без особых проблем перенестись в безопасное, как мы думали, место. Первый Легион остался охранять дворец. Я связался с верными магами и обрисовал ситуацию. Им следовало выяснить, каким частям, каким командирам и каким лордам можно доверять. Не успел я поставить задачи своим подчиненным, как нас атаковали. Силами около трех сотен пеших воинов. Для твоего легиона это не представляло проблемы, но для нападающих главным было связать черных бойцов боем, до подхода более серьезных сил. Но нам довольно быстро удалось отбиться и уйти на новое место. Так продолжалось несколько раз, пока преследователи не прекратили гоняться за Черным Легионом и моими магами. За это время в империи произошло несколько событий. Слух о мятеже разнесся с быстротой молнии. К столице поспешили не только верные короне войска, но и множество желающих помочь окруженному императору. Хотя нашлись и такие, которым идея сменить на троне одного Гратра на другого пришлась по душе. Произошло несколько небольших и малокровных стычек, но до гражданской войны дело, слава богам, не дошло. Тогда многое зависело от того, удалось бы мятежникам убить Витана или нет. После смерти законного императора, конечно, началась бы гражданская и как раз очень кровопролитная война, ведь мало кому захотелось бы видеть на троне братоубийцу.

– Братоубийством грешат чуть ли не половина династий во всех мирах, – заметила Алеандра.

– Вы правы, герцогиня, – согласился Руткер. – Но у нас ситуация сложилась несколько другая. Оба убитых императора были очень популярны в народе, и мятежникам не удалось бы самостоятельно захватить власть в стране. Для этого им требовалась серьезная поддержка извне. Но тогда пролилось бы море крови.

– Я все поняла, – улыбнулась вампиресса. – Продолжайте.

– Я навестил нескольких тур-генералов и командоров, чтобы убедиться в их лояльности Витану и готовности немедленно помочь. Вскоре Черный Легион перебрасывал верные части к Тороне. Я не сомневался, что ты защитишь императора, поэтому занялся поиском Авителя и Жортака. Мне не удалось это сделать быстро, пока они находились на Иктиве, поэтому пришлось на время прекратить поиски и вернуться непосредственно к имперским делам. К этому времени Витан с уцелевшими бойцами вернулся, и стало понятно, что мятеж окончательно провалился. Почти все мятежные войска и лорды сдались без боя, но некоторые попытались скрыться за пределами Виктании. Но далеко не всем удалось это сделать. Как только дела в империи немного утряслись, я отправился на твои поиски. Но в Оритераре я не нашел никаких следов. Я пытался отследить, куда ты перенесся, но след терялся в одном из технологических миров.

– Именно там и я затерялся, – криво усмехнулся Гартош.

– Я об этом не знал. Мне показалось, что ты путаешь следы, и пустился в бегство по мирам. А в этом ты большой мастак – измерения подчиняются тебе гораздо охотней, чем кому бы то ни было из нашей семьи. Поэтому я вернулся домой. Здесь предстояла большая работа – нужно было восстановить спокойствие и порядок в империи. Как только дела в стране немного утряслись, я снова попытался пройтись по твоим следам, но безрезультатно. Тогда я переправил в красный мир Аруша и полностью посвятил себя поискам Жортака.

– Ты его нашел? – нетерпеливо перебил деда Гартош.

– Да, – бесстрастно ответил тот. – Нашел и наказал. Авитель убегать не стал, его схватили и казнили. – Больше распространяться на эту тему старший Оскол не стал, а продолжил рассказ: – Поиском предателя я занимался не так уж долго, всего какие-то три месяца, но за это время в стране произошли ужасные события. Вернувшись, я обнаружил, что Витан женился на родственнице одного из владетельных лордов. Сразу оговорюсь, этот лорд был скрытым приверженцем Жортака, которого мы сразу не смогли распознать. Я не успел ничего предпринять, этой родственницей оказалась ведьма из Верейна, и она владела Тартулом. Именно этот семейный атрат Гратров помог ей наложить любовные чары на Витана, подчинить его, а затем буквально захватить власть в Виктании. С её подачи Витан поставил на ключевые посты в империи нужных ведьме людей. Тут же начались расправы над неугодными. На меня тоже устроили засаду, и мне чудом удалось избежать смерти.

– Разве никто вовремя не успел распознать в ней ведьму и предотвратить захват трона? – недоуменно спросил Квирт.

– Распознали и пытались убрать самозванку, но все попытки потерпели неудачу, – хмуро ответил Руткер. – Много буйных голов тогда покатилось. Ты Гремольда и Лапогу помнишь?

– Конечно помню, – сказал Гартош.

– Они совершили покушение на ведьму и погибли одними из первых. Дело в том, что кроме Тартула, у неё имелись и другие помощники.

– С Верейна? – поинтересовался меньший Оскол.

– Нет. Но я четко распознал эльфийскую магию.

– Снова эльфы! Что за этим может стоять? Прежние хозяева Иктива все-таки решили вернуть этот мир себе?

– Вряд ли, – ответил внуку маг. – Скорей всего он, она или они представляют другие интересы, я так и не смог разузнать, чьи, слишком уж скрытно эти помощники себя ведут. А еще у ведьмы есть ручной полуразумный дракон, но он не так опасен, как другие помощники. Первым делом они, конечно, взялись за моих подчиненных, ведь маги видели больше остальных, и сейчас Виктания в магическом плане очень обескровлена, впрочем, как и в военном.

– А что с армией? – задал логичный вопрос Гартош.

– Война, – лаконично ответил маг.

– Снова с Гробросом?

– Да. Вот уже почти год, как мы воюем с Загорской империей.

Носитель вскочил с кресла и нервно прошелся по кабинету:

– Представляю, как ведутся боевые действия, если ведьма везде поставила своих людей. Гробросцы уже, наверное, захватили треть нашей территории.

– Меньше, гораздо меньше. Где-то десятую часть, – поправил внука маг. – Даже не имея мощной магической поддержки, должной поставки оружия, продовольствия и пополнения, наши войска оказывают ожесточенное сопротивление.

– Ты пытался чем-нибудь помочь?

– Пытался, – криво усмехнулся Руткер. – Именно этого ведьма и её помощники и ждали. Как только я появился неподалеку от места одного из сражений, меня тут же атаковали, пришлось немедленно ретироваться. Не трудно догадаться, что одной из основных целей этой войны является вытащить из убежища меня, как последнего Оскола, который представляет серьезную опасность для этой сучки.

– Неужели развязать войну легче, чем выкурить вас отсюда? – засомневалась в услышанном Алеандра.

– Легче, – с легкой улыбкой кивнул Руткер. – Защита вокруг этого замка создавалась десятилетиями. И это только мной. А до меня здесь славно потрудились прежние хозяева. Гора, на которой стоит замок, буквально пронизана защитными заклинаниями. Да и сейчас мне кое-кто оказывает неслабую помощь.

– Драконы? – догадался внук, снова усаживаясь в кресло.

– Они, – подтвердил дед. – Ты же знаешь, в глубине горы находятся пещеры, созданные еще прежними владыками здешних мест. Вот там-то драконы и помогли мне создать небольшой портал, через который я могу попасть прямо в их мир, а они сюда. Именно через него я иногда выхожу за пределы нашего мира. Потом из мира драконов перемещаюсь в Тарт, в княжество Юквар, а затем лорд Шаркор переправлял меня в Виктанию. Так я узнаю, что делается в стране, и немного помогаю на фронте. Но действовать мне приходится крайне осторожно и не в полную силу, так что толку от моей помощи не так уж много.

– А почему лорд Шаркор, – полюбопытствовал носитель, – разве Никор не помогает?

– Никор сейчас птица высокого полета. Вот уже два года как он Верховный князь Тарта.

– Ого! – присвистнул Гартош. – Надо будет его навестить, такой союзник нам сейчас не помешает. Кто командует восточным фронтом?

– Мервон. Ведьме, судя по всему, не очень интересно, чтобы Гроброс разгромил нас слишком быстро, поэтому она дала добро на командование Восточной армией одного из самых талантливых полководцев. Если бы не Мервон, я думаю, что война уже закончилась. Остались бы отдельные очаги сопротивления и всё. А он умеет правильно распределить войска, ополчение и те скудные ресурсы, которые у него имеются.

– Хорошо, общую картину я уяснил, а подробней расскажешь потом, – сказал Гартош и тяжело выдохнул. – А теперь расскажи мне, как погибла Лисита?

Лорд Руткер вздохнул тоже тяжело:

– Моя вина. Я решил, что дома все спокойно, что самое страшное уже позади, и слишком увлекся поиском двух мерзавцев, которые погубили лучших сынов империи. Когда я вернулся и чуть не попал в ловушку, то сразу перенесся в Риглис, а вырваться отсюда уже не смог, блокаду установили оперативно. Я только и успел, что передать сообщение в твой замок, в Камронт. Лисита вместе с детьми находилась там. Туда же приехала погостить и Ольвильда с детьми. Мои невестки вообще последнее время почти не расставались и проводили большую часть времени вместе. Как только они получили мой приказ, то сразу же, вместе с детьми и верными слугами, выдвинулись в Риглис. Сам понимаешь, магическая дорога для них была закрыта, поэтому пришлось сесть на коней и скакать что есть мочи. Я тоже бросился им навстречу. Но не успел… Наши враги обнаружили их быстрей. Понимая, что преследователи вот-вот их нагонят, Лисита с Ольвильдой отослали большую часть слуг с Гвалой и детьми вперед, а сами остались, чтобы хоть на немного задержать погоню. Корул также не захотел уходить и остался на том злополучном перевале.

Вновь переживая тот страшный день, Руткер умолк. Его трясущиеся руки выдавали страдания, которые не отпускали старого мага уже много лет. Затем он переставил местами какие-то письменные принадлежности и продолжил:

– Я встретил Гвалу и детей, отправил их в замок и тут же бросился на место, где наши девочки и Корул держали оборону. – Руткер с трудом проглотил комок, который перехватил горло. – Они все погибли. Их тела были разбросаны по всему перевалу, что показывало, какой ожесточенный был бой. Ведьма с приспешниками даже не убрала трупы своих помощников. Она хотела, чтобы я видел, что там случилось на самом деле, и это было для меня самой страшной мукой. Лучше бы она устроила там еще одну засаду, и это положило бы конец моим мучениям. А так я вижу тот перевал каждый день. Две не боевые магини и совсем еще мальчишка дали такой бой, что скалы вокруг расплавились. Мои люди насчитали не меньше полусотни трупов врагов. Я похоронил их на нашем родовом кладбище, где и остальных. Как же тяжело хоронить детей и внуков, Гартош, как же это тяжело.

Маг не выдержал, и его плечи затряслись, сопровождая беззвучное рыдание. Преодолевая рвущие его на части злость, чувство мести и безвозвратной потери, носитель поднялся, подошел к деду и, вцепившись в плече, произнес:

– У нас, у Осколов, есть такое право на месть, что нас не смогут остановить даже боги.

– Месть слабое утешение, – возразил дед. – Я бы предпочел никогда никого не терять и ни за кого не мстить. Но последнее время нам только и остается, что искать и наказывать обидчиков.

– Главного нашего врага не придется искать.

– Это правда. Ведьма не собирается скрываться. И самое паскудное, что служит ей твой брат, Катан.

– Как?! – воскликнул Гартош. – Как такое могло случиться?!

– Не знаю. Когда я последний раз его видел, то не обнаружил на нем никаких заклятий. Судя по всему, он пошел ей в услужение добровольно.

– Гаденыш, голову оторву!

– Катану, наверное, надоело находиться в тени своих более удачливых и более известных братьев, вот он и решил доказать, что и сам кое-чего стоит. Другого объяснения у меня нет. А ведьме только это и нужно. Во-первых, нахождение возле трона одного из хранителей трона придает большей легитимности самой ведьме. А во-вторых, это еще один шрам на моем сердце.

– И на моем тоже. Ладно, с Катаном разберемся позже. Что с моими детьми?

– Вот черт, чуть не забыл! – хлопнул себя по лбу Руткер. – Ведьма приказала отобрать у тебя твое княжество и замок, и все трое твоих детей помчались отстаивать твои, а в целом и свои владения. Как только они услышали об этом, а ведьма и не собиралась скрывать эту весть, то сразу сорвались с фронта и перенеслись в столицу, а затем в Камронт.

– Они были на фронте?

– Да, все мои правнуки сразу же после начала боевых действий отправились на войну.

– А ведьма, почему она их не трогала? Ведь их можно было использовать как заложников.

– Не знаю, Гартош. Я и сам этого не понимаю. Если бы она схватила кого-нибудь из твоих детей или детей Гнивера, я бы здесь не остался, и она могла бы покончить со мной наверняка. В чем её замысел, я до конца не понимаю. Возможно, она все еще ждет тебя и оставляет детей на тот случай, если ты появишься. А может быть, имеются и другие причины.

– Скоро мы узнаем все причины, – мрачно пообещал носитель.

– Не забывай, у неё есть боевой атрат, – напомнил внуку Руткер.

– Я тоже не с пустыми руками.

Гартош не спеша продемонстрировал деду свой боевой перстень, затем змею, а затем и остальных членов семьи.

– Полная семья атратов, – с нескрываемой гордостью сказал он.

– А вот это действительно сюрприз, – пробормотал маг. – С таким набором мы ведьму быстро укротим. Не буду тебя задерживать расспросами, где ты их взял, поторопись к детям. Думаю, ты там справишься и без меня. А я тем временем займусь подготовкой к визиту в Торону.

– Алаза, ситуацию вокруг моего замка! – скомандовал носитель.

«Три десятка человек в замке и вокруг него», – не задержалась с ответом змея.

– Скрытые магические ловушки?

«Я их не вижу».

– Странно… – пробормотал Гартош. – Должны быть. Обязательно должны быть! Ищи хорошо!

«Можешь и сам поискать! – огрызнулась Алаза. – Если бы увидела, сказала».

– А она у тебя с норовом, – заметил Руткер.

– Еще с каким! – вставил, наконец, слово и Аруш. – Эти атраты жутко привередливы, самовлюбленны и самоуверенны. Почти как я.

– Хватит трепаться, – осадил всех Гартош. – Сейчас действительно, еще сам проверю ситуацию, и сразу отправляемся.

## II

Обстановка в оружейном зале замка Камронт накалилась до предела.

– Даже не думай, дядя, что мы уйдем отсюда добровольно, – гордо вскинув подбородок, заявила Милена. – Тебе придется увести нас отсюда силой!

– Или убить, – поддержал сестру Зоктер.

Катан скривился, ситуация действительно сложилась препаршивая. Никогда не думал, что ему придется отбирать замок у брата и что на пути ему встанут племянники. Но Армуде понадобились доказательства его преданности, и она поручила своему фавориту изначально очень неприятное для него дело.

– Никто не будет вас отсюда выводить, – сказал он. – И уж тем более убивать. Но приказ императора нужно выполнять.

– Императора или императрицы? – уточнил Мартан.

– Приказ императора мне передал его личный секретарь.

– А у меня свой приказ, – подал, наконец, голос один из сопровождающих Катана, одетый в цвета личных гвардейцев императрицы. – Если господин советник, – он отвесил легкий полупоклон в сторону фаворита, – не решится выставить за дверь тех, кто больше не имеет прав на этот замок и на все княжество, то сделать это самому. В случае сопротивления я волен вас убить.

– Подожди, Тольд, – поднял руку Катан. – Я все улажу, силу прикладывать не понадобится. – Милена, – обратился он к племяннице, – пойми же, княжество давалось Гартошу.

– За его военные заслуги, – перебила дядю племянница.

– За его военные заслуги, – согласился тот. – И которого нет в Иктиве вот уже больше чем полтора десятка лет. А у нас в стране идет война, и отсутствие в такое время приравнивается к предательству.

– И ты в это веришь?! – воскликнул Зоктер.

– Я – нет, – ответил Катан.

– Я тоже нет, – тихо пробормотал стоящий за спиной Катана и переминающийся с ноги на ногу здоровяк, одетый в форму десятника внутреннего легиона. В котором можно было распознать Зигула, боевого товарища Гартоша.

– Но таково мнение двора, – продолжил приближенный советник императрицы, – и нам придется с ним смириться. Это княжество предназначено для других героев новой войны.

– Уж не тебе ли? – уточнил Мартан.

– Нет, у меня уже все есть.

– Лорд Катан, вы слишком затягиваете нашу миссию, – вновь вмешался Тольд.

– Да подожди ты, – отмахнулся от него фаворит императрицы. – Поймите же вы, вам нужно научиться жить по-новому, не озираться назад, Гартош больше не вернется.

– Ты в этом уверен?! – раздался из глубины соседнего зала чей-то грозный и многим до боли знакомый голос. Он заметался по залам и затих где-то в глубине.

Все присутствующие в оружейном зале пораженно и настороженно застыли. Гвардейцы крепче схватились за оружие, Катан потянул ворот камзола, ставшего вдруг тесным, Зигул напряженно и с надеждой всматривался в открытую дверь, но большей части соседнего зала не было видно. Заозирались и дети Гартоша. Гвала, стоящая возле Милены, настороженно подняла уши. Некоторое время ничего не происходило, но затем далеко в глубине замка послышались странные звуки.

* * *

Носитель с друзьями высадился в укромном уголке замка Камронт. Он со своими атратами приложил максимум усилий, чтобы маги, которые, несомненно, имелись среди тех, кто пришел отобрать у него замок, не учуяли мощный всплеск магии подпространственного перехода. И, судя по всему, это ему удалось. Сейчас Гартош наслаждался эффектом, который произвели его слова.

– Любишь же ты эффектное появление, – проворчал Аруш.

– Я старался. Ну, что, пошли?

– Пошли. Я уже отсюда чую запах Гвалы, – сказал каррлак.

Шуршание по полу длинного платья Алеандры почти заглушалось тяжелыми шагами Гартоша и Квирта, а также цоканьем копыт Пегаса и когтей Аруша. К тому же конь и каррлак затеяли возню – кто кому больше наступит на ногу. Такой ватагой они и ввалились в оружейный зал.

Насладившись произведенным эффектом, Гартош протянул вперед руки:

– Ну, что, никто не хочет обнять брата, отца и друга?

Первой пришла в себя Гвала. Она зарычала, бросилась вперед и буквально налетела на своего друга. Схватив оборотня за загривок, она от души начала его трепать, и что удивительно, Аруш совершенно не сопротивлялся. Он терпеливо переносил нешуточную трепку, прекрасно понимая, что свое многолетнее отсутствие он не может оправдать никакими причинами, насколько бы весомыми они ни были.

Затем по залу пронесся рык Зигула:

– Гартош! Дух меня раздери! Гартош вернулся!

И он затопал сапожищами в сторону разношерстной компании.

Друзья крепко обнялись и чуть не задушили друг друга в объятиях. Младшие Осколы недоуменно переглядывались.

– Отец? – спросила Милена.

– Похоже, что он, – неуверенно ответил Мартан. – Все-таки не забывай, сколько мне было лет, когда я его видел в последний раз.

– А мне было еще меньше, – добавил Зоктер.

– Это действительно ваш отец, – негромко сказал Катан, вытирая вспотевшее лицо и шею.

– Папа!!! – завопила что есть мочи Милена и бросилась к отцу.

Гартош отстранил реатца и практически на лету поймал дочь. Спустя несколько секунд его тискали и теребили с разных сторон сыновья. Носитель опустил дочь на пол и обнял всех троих. Он, так же как и дети, не скрывал своих слез. Друзья Гартоша отступили в стороны, давая воссоединившейся семье вдоволь насладиться встречей.

А гвардейцы императрицы перестроились тем временем в боевой порядок. Арбалетчики подняли оружие и нацелились в хозяина замка и его окружение. Вперед вышел Тольд:

– Ну, наконец-то! Блудный сын вернулся. Сложите оружие, и тогда вы все останетесь целы.

Со стены сорвалось копье, привезенное из Реата, со страшной силой пронзило говорившего и, выбив мраморную крошку, пригвоздило его к полу.

– У кого-то еще есть желание меня арестовать? – отстраняя детей, спросил Гартош.

Желающие, конечно, имелись, но они не стали озвучивать свое желание вслух. Маги уже успели связаться с Тороной и получили приказ.

– Уходим! – выкрикнул один из них.

Не опуская оружия, гвардейцы попятились к выходу. Им никто не мешал, и вскоре они скрылись за дверью.

– Ну, а ты что стоишь? – спросил Гартош Катана. – Или беги за своими друзьями, или подойди и обними меня.

Катан сделал шаг вперед и вдруг остановился.

– Я не знаю, захочешь ли ты меня обнять, – сказал он.

– Что так? – удивился меньший брат.

– Много лет назад мне было приказано привести в Торону твоего единорога, который находился здесь.

– И что? – внутренне напрягшись, спросил носитель.

– Агаральд упирался, даже напал на меня.

– Дальше! – поторопил брата Гартош.

– Дядя убил Агаральда, – с нескрываемым презрением внес ясность Зоктер.

Лицо носителя потемнело. В глазах начали зарождаться молнии. Катан в страхе попятился вслед за своими незадачливыми коллегами. Добравшись до двери, он развернулся и бросился бежать. Со стены сорвалась алебарда и полетела ему в спину.

– Папа, не надо! – повисла на руке у отца Милена.

Алебарда застыла в воздухе, а затем со звоном упала на пол. Гартош спохватился и вытер выступивший вдруг на лбу холодный пот – не хватало еще и ему становиться братоубийцей. Он несколько раз глубоко вдохнул и выдохнул – бешено стучащее сердце начало постепенно успокаиваться.

– Даже не верится, что я опять дома, – снова повернулся он к детям.

– Папочка! – прижалась к его плечу дочь. – Нам так тебя не хватало. Где ты был так долго?

– Об этом рассказывать не один час, – ответил носитель. – Времени у нас не так уж много, так что думаю, рассказ перенесем на другое время.

– Мне кажется, уже можно не торопиться, – сказала Алеандра. – Твои враги наверняка уже в курсе о твоем появлении, так что фактор неожиданности потерян. Хотя затягивать встречу с ними тоже не стоит, не нужно давать им лишнее время на подготовку.

– Ты права. Мы сейчас вернемся в Риглис, и вы уже вместе с прадедом услышите мою историю. Но сначала я хотел бы пройтись по замку, слишком долго я здесь не был и слишком много с ним связано.

– Мы с тобой! – вцепилась ему в руку Милена.

– Конечно, – улыбнулся отец. – Теперь я вас долго не отпущу.

* * *

Ноги сами принесли Гартоша к их с Лиситой спальне. Он взялся за ручку двери и остановился. Горло сдавил комок и долго не давал вдохнуть. Наконец он пересилил себя и толкнул дверь. Сразу стало понятно, что в спальню уже много лет никто не входил, пол покрывал толстый слой пыли. Хотя кое-какие следы имелись – следы от лап мелкого животного. Носитель сделал несколько шагов вперед, вслед за ним вошли и остальные. Одеяло на кровати вдруг зашевелилось. Присутствующие пораженно застыли.

– Кто там? – почему-то шепотом спросила Милена.

– Сейчас узнаем, – так же тихо ответил отец и осторожно подошел к широкому ложу.

Из-под одеяла показалась лохматая голова. Гартош не сразу узнал животное. Но наконец он понял.

– Так это же Торита! – воскликнул он.

Ручной зверек Лиситы недолго пялился на вошедших и тоже узнал мужа своей хозяйки. Класт жалобно заскулил и нерешительно вылез на средину кровати, видимо по-прежнему опасаясь грозного хозяина.

– Иди ко мне, верный класт, – протянул к нему руки Гартош. – Можешь не бояться, я больше никогда не повышу на тебя голос.

Торита подобралась поближе, и человек взял ее на руки. Зверек снова протяжно защебетал, словно упрекая хозяина за долгое отсутствие.

– Мама тогда не смогла ее найти, и мы уходили без Ториты, – сверкая повлажневшими глазами, сказал Мартан.

– Дай её мне, – попросила Милена. Она приняла от отца домашнюю любимицу и ласково её погладила. – А разве класты бывают белого цвета?

– Нет, – ответил Гартош. – Она поседела.

Зверек обнял лапками шею девушки и умиротворенно затих.

– Интересно, чем она здесь питалась? – заинтересовался Аруш.

– Окно приоткрыто, – показал Гартош. – Она ночью выходила на охоту, а днем возвращалась. Ладно, пойдем, что-то давит здесь на грудь.

Он двинулся к выходу, но его остановил дрожащий голос дочери:

– Пап, она умерла.

Носитель остановился и подошел к Милене. Торита положила голову ей на плечо и словно бы уснула, но с первого взгляда стало понятно – она больше не дышит. Верный зверек дождался прихода своих хозяев и со спокойной душой покинул мир живых.

Гартош взял у дочери бездыханное тельце класта.

– Пойдем, – прошептал он, – я отнесу тебя к хозяйке. Только заглянем по пути еще в одно место.

* * *

Место, где захоронили Агаральда, поросло густым бурьяном. Одним движением руки Гартош расчистил его.

– Прости, друг, – негромко произнес он. – Столько битв мы прошли вместе, а теперь… Твоя смерть не останется неотомщенной. Еще не знаю как, но Катану это не сойдет с рук.

Фатар выпустил сложную комбинацию лучей, и из небольшого холма, под которым покоился единорог, начала расти скульптура Агаральда. Атраты точно уловили желание носителя, и боевой единорог получился словно живой. Гордо вскинутая голова, блестящий рог угрожающе нацелился в небо, черная броня тускло отсвечивала на полуденном солнце.

Рядом удивленно всхрапнул Пегас. Он внимательно всматривался в своего предшественника. И Гартошу показалось, или это действительно произошло – но единорог словно кивнул в знак приветствия, и конь ответил ему тем же.

– В Риглис, – повернулся к друзьям носитель. – Сюда я вернусь позже. Когда найду силы.

* * *

По двору замка сновали вооруженные люди и незнакомцы, в которых носитель безошибочно узнавал магов – дед собирал силы для визита в столицу. Увидев появившегося внука с компанией, он бодрым шагом подошел к ним, и Гартош с радостью отметил, что дед начал оживать и сбрасывать один десяток лет за другим.

– Идем вовнутрь, – решительно сказал хозяин замка, – у меня слишком много к тебе вопросов, и они просто разорвут меня изнутри, если я тебе их не задам. И главное, не услышу ответы.

– Вы идите, а мне нужно посетить еще одно место, – ответил деду внук. – Я недолго.

– Понимаю, – кивнул Руткер.

Гартош взял под уздцы Пегаса и вывел его со двора. До места, где хоронили Осколов, он добрался быстро. У входа в небольшой храм его встретил незнакомый жрец средних лет.

– Лорд Гартош, – поклонился он, – я слышал о вашем возвращении. Похвально, что первым делом вы пришли посетить усопших.

– Вы давно здесь?

– Пять лет, с тех пор, как не стало Фугильена.

– Жаль старого жреца, он на многое открыл мне глаза. Провожать меня не надо, – Оскол остановил жестом жреца, – я помню нужное место.

Жрец еще раз поклонился и отступил в сторону.

В отличие он места захоронения Агаральда, здесь царили чистота и порядок. Гартош без труда отыскал могилу отца. Руткер постарался на славу, и место, где нашел последнее пристанище сын, украшала скульптура в полный рост. Рядом расположились еще несколько надгробных скульптур. Мать. Гнивер. Ольвильда. Дальше шли более дальние предки. К могиле жены Гартош подошел, с трудом переставляя ноги. Лицо Лиситы освещала безмятежная улыбка. Она ласково смотрела на мужа, прощая ему долгое отсутствие и свою собственную смерть. Как всегда, она ему все простила. Носитель бережно положил у ног жены тельце Ториты, упал на колени и завыл. Скорее зарычал от боли. Чувство собственной вины навалилось с новой силой. Тяжело дышать, даже думать. В голове только серая муть. Теплый ветерок ласковой ладонью провел по его макушке, затем еще, и еще. Ласковые поглаживания снимали боль не хуже, чем живые ладошки Лиситы.

– Спасибо, любимая, – прошептал единственный живой здесь Оскол. Он поднялся на ноги. – Ты всегда все понимала, как никто. Понимаешь и то, что сейчас я должен уйти. Но я скоро вернусь, и тогда мы наговоримся. Может быть, даже навсегда встанем рядом.

Глубоко вздохнув, он развернулся и пошел к храму. Усопшие родственники ободряюще смотрели ему в спину, благословляя на святую месть. На полпути к храму Гартош развернулся и низко поклонился покоившимся на родовом кладбище. В скульптуре Лиситы кое-что изменилось. На её плече удобно расположилась Торита, обхватив шею хозяйки пушистым хвостом.

* * *

В кабинете все разместиться не смогли, поэтому расположились в одном из уютных залов. Гартош рассказывал родственникам о своей жизни на Земле и о встрече с Алазой.

– Так говоришь, титаны это одни из древних богов того мира? – задумчиво почесал подбородок Руткер. – Интересно… Значит, интерес к твоей персоне высшие силы проявляют не только в нашем мире.

– Титаны не проявляли ко мне интереса, встреча со мной для них стала такой же неожиданностью, как и для меня, а вот загадочная гадалка – это действительно интересно, – ответил Гартош.

– Так ты, значит, давно пользуешься популярностью у высших сил? – заинтересовалась Алеандра.

– Популярностью не то слово, – опередил внука Руткер. – С некоторыми богинями он даже спал.

– А почему мы об этом ничего не знаем?! – воскликнула Милена.

– Мала еще, – буркнул Гартош и постарался замять тему близости с божествами. – Мне несколько раз помогали некоторые боги и демоны. Хотя от других были только неприятности.

– А подробней? – потребовала вампиресса.

– Мой внук стесняется, поэтому расскажу я, – снова вмешался старый маг.

И он сжато поведал присутствующим историю взаимоотношений внука с высшими силами.

Алеандра точно отмечала ключевые моменты этих взаимоотношений:

– Первый контакт, насколько я понимаю, произошел во время вашей войны с так называемой нечистью? – вампиресса ненавязчиво напомнила своей улыбкой, что и её вполне можно отнести к этому виду жителей Иктива.

– Именно, – живо ответил Руткер. – Насколько я понимаю, наши нынешние боги решили тогда в очередной раз померяться силами со старыми богами, которым поклоняются те, кого у нас называют нечистью. Вы уж извините, герцогиня, но к ним у нас относят и вампиров, правда, не истинных, а обращенных. Истинных в нашем мире нет.

– Мне кажется, что главная причина ваших сложных взаимоотношений не в том, что нефраты отличаются от вас, а в том, что они поклоняются другим богам.

– Скорей всего, так и есть, – согласился с вампирессой Руткер. – Наши нынешние боги снисходительно смотрят на небольшие анклавы, где поклоняются другим богам, например на Зачарованный Лес. Но старые боги представляют для них реальную угрозу. Вот почему и опасно быть свидетелем поражений, которые терпят наши божества.

– Это правда, – кивнула Алеандра, – продолжайте.

– Потом произошло несколько встреч с демонами. Демонами, которые служат разным богам, поэтому и результат от этих встреч получался разный. Особо хочу отметить помощь Малиарта – одного из главных морских демонов, Килесы – богини мести, и Эгрены – богини лесов и полей. В то же самое время у Гартоша с самого детства происходят стычки с представителями воздушных стихий, в частности с высшими духами. И мне почему-то кажется, что мой внук сообщил не обо всех своих контактах с высшими силами.

– Это правда? – поинтересовалась вампирша.

– Правда, – буркнул носитель. Присутствие, пусть и повзрослевших, но все-таки детей заставило его слегка смутиться.

Алеандра это поняла и не стала акцентировать внимание на взаимоотношениях друга с божествами.

– Можно смело добавить в общую копилку и встречу вашего внука с удивительной статуей – Эльфимерой, которая стоит в вашем кабинете, – сказала она. – Вы ведь уже проверили, какие силы её охраняют?

– Конечно! – ответил хозяин замка. – Очень интересный артефакт принесли вы в мой дом. Только не знаю, к добру ли это? Вокруг неё буквально струится божественная сила. Я думаю, что те, кто её создал, намеренно не стали скрывать значимость Эльфимеры, чтобы к ней не лез кто попало.

– Именно поэтому я и не захотела с ней связываться, – улыбнулась вампиресса. – Но думаю, что у вас она будет надежно спрятана.

– Она уже в моем самом надежном хранилище, – заверил её Руткер.

– Ни одно твое хранилище не сравнится с тем, где эта статуя находилась до сих пор, в Луистане, – заметил Гартош.

– Ты имеешь в виду ристолит? – уточнила Алеандра.

– Да. Как только разгребем здесь, нужно будет доставить минерал и металл из Луистана.

– Кстати, вы до сих пор не объяснили мне, как Эльфимера к вам попала, – напомнил старший Оскол.

Пришлось Гартошу продолжить свой рассказ об охоте за атратами, которая привела его к Эльфимере и встрече с новыми друзьями. Его рассказ вызвал всеобщий интерес и восторг. Редко кому за столь короткое время выпадет такое количество приключений и испытаний.

После всеобщих восторгов лорд Руткер решительно встал:

– Все, достаточно! Я свое любопытство удовлетворил. Надеюсь, все остальные тоже. Пора браться за эту ведьму и её прихлебателей! Всякое промедление дает ей лишнее время для подготовки встречи с нами.

– Согласен, – поднялся и носитель. – Сейчас же уходим в Торону.

## III

Гартош хотел было появиться прямо в императорском дворце, но передумал, мало ли каких ловушек могла наставить там ведьма. Поэтому он с дедом, друзьями и большинством тех магов, которых Руткер успел собрать, высадился возле входа во дворец. На широких ступенях стояло два десятка бойцов Первого Легиона и десяток личных гвардейцев императрицы. Увидев пришельцев, охрана дворца тут же наставила на них заряженное мощной магией оружие.

Носитель примирительно поднял руку:

– Хвалю за бдительность, бойцы! А теперь доложите императору, что его хочет видеть его друг, лорд Гартош.

Бойцы Первого Легиона неуверенно переглянулись – кто такой Гартош из рода Осколов, знали все, а некоторые даже его видели. Но его в Иктиве не было так долго, что становилось непонятно, как себя с ним вести. Некоторые даже опустили оружие. Но только не гвардейцы императрицы.

– Стоять, где стоишь, Оскол! – закричал один из них. – Ты сейчас вне закона! Сложить оружие, и мы оставим вас живыми!

– До чего же грозных себе служивых набрала эта гадина, – улыбнулся Гартош. – От одного крика обмочиться можно.

Гвардеец не успел ответить, как на входе появился лорд Магранг.

– Глазам своим не верю, – удивленно протянул он, – никак сам Гартош Оскол вернулся.

– Можешь доверять своим глазам, Магранг, – еще шире улыбнулся бывший командор Черного Легиона. – Я действительно вернулся, хотя и с большим опозданием. И я рад тебя видеть. Удивлен, что ты до сих пор занимаешь свой пост. Думал, что твои косточки гниют где-нибудь в окрестностях Тороны.

– Я и сам этому удивляюсь, – улыбнулся в ответ Магранг. – А вот рад ли я тебя видеть, еще не знаю. С чем пожаловал?

– Хочу повидаться с императором. И еще больше с той, что называет себя императрицей.

– Ты ведь знаешь, Гартош, я охраняю императора, и пока жив, не позволю причинить ему вред.

– Можешь не сомневаться, я не меньше твоего жажду, чтобы с нашим императором ничего не случилось. Он не пострадает никоим образом.

– Это все что я хотел услышать. Проходи.

– Лорд Магранг! Это пахнет предательством! – воскликнул старший из гвардейцев императрицы.

– Кто руководит охраной дворца? – поинтересовался Гартош. – Ты или эти ряженые?

– Пока еще я.

– Я не позволю… – гвардеец ведьмы попытался заступить дорогу гостям.

– Убрать эту шваль! – рявкнул командор.

И его подчиненные с готовностью навалились на конкурентов. Видимо, отношения между двумя гвардейскими подразделениями давно пребывали на грани конфликта. И стоило отдать короткую команду, чтобы охрану ведьмы тут же повалили и скрутили.

– Пойдем, – махнул рукой Магранг. – Вас здесь уже ждут. Я постараюсь провести вас мимо большинства их ловушек.

Быстрым шагом группа под предводительством Осколов двинулась длинными коридорами дворца. Командор Первого Легиона указывал на те ловушки, о которых знал, и атраты без труда их нейтрализовали.

– Почему ты до сих пор на своем посту? – поинтересовался по дороге Гартош.

– У нас с Армудой произошел задушевный разговор. Она дала понять, что если я хоть пальцем пошевелю в её сторону, она тут же убьет Витана. Она сократила мой легион вдвое, но сохранила его, ведь нужно сохранять видимость стабильности, к тому же мои люди очень хорошо знают дворец и окрестности, было бы глупо полностью ликвидировать такое подразделение. Мои бойцы представляют собой первую линию обороны этого дворца и других мест, где время от времени пребывает император. А ближнюю линию обороны занимают её выкормыши. Я постараюсь провести тебя мимо большинства их постов, но все нам обойти не удастся. Придется немного подраться. Мои люди уже давно ненавидят крысоловов, поэтому боевая поддержка у тебя будет.

– Крысоловов? – улыбнулся Гартош. – Почему крысоловов?

Магранг с готовностью пояснил:

– Как только Армуда появилась во дворце, здесь почему-то завелось жуткое количество крыс. А она их ненавидит. Поэтому приказала уничтожить их. Поскольку мои бойцы просто-напросто не желали этого делать и по возможности отлынивали от этого задания, то основная нагрузка легла на её гвардейцев. Отсюда и крысоловы.

Пройдя большую часть пути, Магранг остановил небольшой отряд:

– Император с Армудой находятся в малом тронном зале. Центральный коридор блокирован крысоловами, поэтому я проведу вас потайным ходом. Надеюсь, что враги его до сих пор не обнаружили. Мои люди нападут на крысоловов с двух сторон и отвлекут их, это поможет вам прорваться в тронный зал. А там уже все будет зависеть от вас.

– Дай только добраться до горла этой ведьмы, и Виктании сразу станет легче дышать, – пообещал Гартош. – Возьми в помощь магов, у крысоловов наверняка будет серьезная магическая поддержка.

– Да, нам тоже такая поддержка не помешает, – согласился Магранг.

Отдав приказы своим помощникам, командор открыл потайную дверь и повел отряд узким запыленным проходом. Через несколько минут мстители подошли к нужному выходу.

– Подождем немного, – прошептал гвардеец императора.

Еще через несколько минут раздались приглушенные толстыми стенами крики и звуки боя.

– А теперь наш выход! – И Магранг распахнул дверь.

Выход из потайного прохода находился немного наискосок от входа в тронный зал, так что цель оказалась очень близка. Вход в зал охраняли два десятка рослых гвардейцев императрицы, остальные отбивали атаки бойцов Первого Легиона. Первым делом Гартош уничтожил мага, стоящего за спинами гвардейцев, а затем вытащил меч и с удовольствием бросился в рубку. С самого момента, когда он осознал себя как Гартош Оскол, он мечтал о моменте, когда будет с боем прорываться к ненавистной ведьме, и эта сучка будет знать об этом и дрожать от страха.

Справа рубились Магранг с Квиртом, слева Аруш уже отрывал кому-то конечности. Детей Гартош хотел было поместить за спину, но Зоктер легко раздвинул плечом отца и Магранга, и Гартош с гордостью подвинулся, давая место детям и Гвале. Лорд Руткер владел мечом вполне прилично для своего возраста, хотя и не лез вперед, а прикрывал фланг. С другого края Алеандра скупыми отточенными движениями лишала противников жизни. Не прошло и минуты, как последний рубеж обороны ведьмы перестал существовать. Носитель на секунду замер перед дверью, а затем решительно её толкнул.

На входе его остановил предостерегающий голос Теноса:

«Так, внимание! Мы находимся внутри магической пентаграммы-ловушки. Работаем!»

С Фатара сорвались два коротких, но мощных луча, и два кристалла по обе стороны дверей разрушились. Магическая звезда смерти потеряла две своих вершины и разрушилась. Но остались еще три вершины, и на этих вершинах стояли люди. Эти трое не стали медлить и сразу после падения ловушки атаковали пришедших. Носитель закрыл всех щитом и выдержал первый удар. Хотя, нужно признать, не без труда, слишком уж сильны оказались нападавшие.

Мстители также не остались в долгу и нанесли ответный удар. Руткер послал запасенное мощное таранное заклинание в стоящего справа от дверей, Алеандра проверила на прочность находившегося слева, ну а Гартош атаковал центральную фигуру – ведьму. Атаки Алеандры и Гартоша не увенчались успехом, а вот противник Руткера отлетел на несколько метров назад. Старый маг не стал выжидать, пока его соперник придет в себя, и следующим заклинанием добил его. Вампиресса и носитель хотели повторить успех товарища. Хлестнули ветвистые молнии, но растеклись по защите обороняющихся – противник выдержал удары. Хотя атаки мстителей и не были бесполезными, противник не смог нанести ответные удары.

– Я вижу, ты тоже обзавелся полезной игрушкой, – переведя дух и обворожительно улыбнувшись, отозвалась Армуда.

Гартош только сейчас сумел её рассмотреть, до этого красная пелена перед глазами скрывала подробности. Ослепительная блондинка, которой в другой ситуации нельзя было не восторгаться. Но не сейчас. Сейчас перед Осколом стоял ненавистный и непримиримый враг, который заслуживал только смерти. Разговаривать с ведьмой не хотелось, хотелось только добить гадину, но Оскол ответил:

– Больше тебе не помогут никакие игрушки.

Армуда рассмеялась:

– Ты такой большой, но такой глупый и самонадеянный мальчик. Неужели ты думаешь, что я надеюсь только на атрат? Я давно и с нетерпением ждала этой встречи и тщательно готовилась к ней. Почему ты думаешь, я до сих пор не трогала твоих детей? Я жаждала убить их на твоих глазах. А потом тебя. И твою смерть должен видеть Руткер, а это будет для него похуже смерти. И вот наконец-то вы все здесь, я счастлива, что сумею достойно отомстить за смерть своих сестер. Но сначала я избавлюсь от этого слизняка, который по недоумению сидит на троне.

– Посмотрим, чья месть сильнее, – процедил носитель и, не давая ведьме повернуться к Витану, который в полной прострации сидел на троне, нанес сильнейший удар.

Светло-голубое магическое копье, под завязку напитанное разрушительной магией, раскололо защиту ведьмы надвое, и это ошарашило её, но ненадолго. Армуда не стала создавать новую защиту, а тут же атаковала. Руткер хотел помочь внуку и нанес по ведьме удар с другой стороны.

– Дед, не лезь! – воскликнул Гартош. – Я лично хочу её прикончить! Лучше помоги Алеандре!

Руткер нехотя отступил, но увидев, как герцогиня сцепилась в нешуточной схватке с неизвестным магом, поспешил ей на помощь. А магический бой разгорелся с невиданной силой. Несмотря на всю мощь атратов, носителю не удавалось справиться с ведьмой. Новое копье чистой энергии отлетело в сторону, и носителю самому пришлось отбиваться от налетевшей красной пелены. Таранное заклинание скользнуло в сторону и раскололо одну из колонн в зале.

«Почему вы четверо не можете справиться с одним атратом?!» – возмутился Гартош.

«У неё очень мощный атрат, – торопливо принялась объяснять Алаза. – И у неё гораздо больший опыт взаимодействия с ним».

«А еще мы не можем на полную применить всю свою силу, – добавил Тенос. – Есть ограничения в количестве энергии. Если мы заработаем на всю мощь, это разрушит весь дворец, вместе со всеми, кто здесь находится. Нам необходимо еще немного времени, чтобы разобраться с возможностями противника. Не беспокойся, мы её достанем. Лучше выпроводи из зала всех лишних, они нам только мешают».

Носитель выкрикнул за спину:

– Все из зала, вы нам мешаете!

И, отразив очередной удар, нанес свой.

Аруш понял друга быстрей других и чуть ли не силой вытолкал детей Гартоша и Гвалу за дверь.

А на другом конце зала Алеандра и Руткер кружили вокруг своего противника. Незнакомый маг в капюшоне также не давал себя поразить. Он очень грамотно оборонялся и старался не попасть под перекрестный огонь двух соперников. Его ответные удары представляли такую опасность, что герцогине и князю приходилось надолго уходить в оборону. Но наконец, они приспособились к манере незнакомца вести бой и выработали свою, общую тактику, и это стало приносить свои плоды.