Людмила Степановна Подымова
Самоутверждение педагогов в инновационной деятельности

© Подымова Л. С., Долинская Л. А. 2016

© Издательство «Прометей», 2016

Введение

Актуальность исследования. Проблема самоутверждения педагогов в процессе инновационной деятельности привлекает все большее внимание исследователей в области педагогической психологии и психолого-педагогической инноватике. В условиях современного общества вопрос о развитии педагога в быстро меняющемся мире актуален и тесно связан с его деятельностью.

Общественное развитие невозможно без инноваций, которые являются формой обновления общества на всех его уровнях, основным фактором не только экономического, но и социального развития, где они все чаще исполняют роль эффективного инструмента решения возникающих проблем.

Удовлетворять высшие потребности людей призвана система образования, гибко и динамично реагируя на необратимые и неоднозначные процессы изменения общественной жизни. Универсальной потребностью человека является потребность в самоутверждении. Выступая необходимой предпосылкой существования человеческой личности, самоутверждение пронизывает всю нашу жизнь.

Сложность и многогранность личностных изменений в профессиональной деятельности педагога, определяющая роль стратегий самоутверждения в инновационной деятельности определяет успешность профессионального развития педагога, этапы его восхождения к вершинам «акме».

Актуальность темы исследования объясняется не только востребованностью оценки инновационного опыта и инновационной педагогической деятельности, но и анализа условий личностного развития воспитателей, учителей, преподавателей колледжей и вузов в процессе инновационной деятельности, в частности, стратегий самоутверждения личности педагога в условиях модернизации современного образования. Потенциальную значимость результатов работы подтверждает сложность и многогранность личностных изменений педагога, происходящих в процессе инновационной деятельности; объективные трудности оформления индивидуальных позиций осуществления инновационной педагогической деятельности; проблемы гармонизации «Образа-Я» педагога в профессиональной деятельности вообще и в инновационной ее составляющей в частности.

Состояние и степень разработанности проблемы исследования

Проблемам создания, развития и распространения педагогических новшеств посвящены работы: К. Ангеловски, М. В. Кларина, А. Я. Найна, Л. C. Подымовой, С. Д. Полякова, М. М. Поташника, А. И. Пригожина, B. А. Сластенина, В. И. Слободчикова, О. Г. Хомерики, Н. Р. Юсуфбековой и др. Ученые рассматривают инновации с позиции основ теории инновационных процессов в воспитании, проблематики и классификации нововведений в образовании, инновационных методов и технологий в зарубежной школе, развития инноваций в современной школе и управлении ими.

Л. B. Илюхина, Л. B. Лосева, Б. И. Кретов, С. Е. Крючкова, Н. И. Лапин, C. Д. Поляков, А. И. Пригожин, Б. В. Сазонов, В. И. Слободчиков, Т. Г. Стефанова, B. C. Толстой, рассматривая в своих исследованиях философско-методологическую и системно-деятельностную концепции инновационных процессов, характеризуют инновационную деятельность как сложную развивающуюся систему, имеющую стабильную организационную структуру и вариативное, противоречивое содержание этой структуры.

Ученые-психологи В. И. Антонюк, В. Г. Войцеховский, В. Ф. Галыгин, Н. А. Ильина, Л. А. Коростылева, М. В. Кроз, Н. А. Подымов, О. С. Советова и др. в рамках общей и социальной инноватики обратились к разработке комплексного обеспечения нововведений, выделяя феномен психологического барьера к инновациям, раскрыли возможности формирования позитивных установок к ним, т. е. инновационных установок.

Проблема самоутверждения личности в отечественной психологии рассматривалась в процессе научного анализа целенаправленного взаимодействия субъекта с непосредственным его окружением (В. Г. Асеев, А. В. Барабанщиков, А. Д. Глоточкин, М. М. Дьяченко, В. Д. Евстратов, В. П. Каширин, Л. Е. Мерзляк, А. В. Мудрик, Е. Ф. Осипенко, А. В. Петровский, В. А. Петровский, Е. П. Никитин, Т. А. Никулина, Н. Е. Харламенкова и др.).

Самоутверждение педагога исследовалось в контексте изучения профессионального самосознания (Е. А. Климов, Н. В. Кузьмина, А. К. Маркова, С. А. Лебедев, Л. М. Митина, А. А. Реан, А. А. Орлов и др.).

В настоящее время создана общеметодологическая база психолого-педагогических исследований инновационных процессов в образовании, однако, учитывая многообразие и многоплановость инноваций и отсутствие четких подходов к их оцениванию, проблемы определения педагогами стратегий самоутверждения в процессе инновационной деятельности требуют теоретического и практического решения.

Объект исследования — самоутверждение педагогов в процессе инновационной деятельности.

Предмет исследования – психологические особенности стратегий самоутверждения педагогов в процессе инновационной деятельности.

Цель исследования состоит в том, чтобы на основе теоретического и эмпирического исследования выявить особенности стратегий самоутверждения педагогов с разным стажем и профессиональным уровнем в инновационной деятельности.

Гипотеза исследования основана на предположении, что стратегии самоутверждения педагогов в инновационной деятельности характеризуются психологическими особенностями, заключающимися в том, что:

• существуют различия в стратегиях самоутверждения педагога в обыденной жизни и в инновационной деятельности;

• стратегии самоутверждения педагогов в инновационной деятельности зависят от стажа профессиональной деятельности;

• стратегии самоутверждения педагогов в инновационной деятельности определяются профессиональным статусом специалистов;

• существует взаимосвязь между стратегиями самоутверждения педагогов в инновационной деятельности и их самооценкой;

• существует взаимосвязь между стратегиями самоутверждения педагогов в инновационной деятельности и их самоотношением.

В соответствии с целью, предметом и гипотезой сформулированы следующие задачи исследования:

1. Изучить и систематизировать теоретические подходы к феномену самоутверждения в зарубежных и отечественных исследованиях.

2. Исследовать проблематику исследования стратегий самоутверждения педагогов в процессе инновационной деятельности.

3. Выявить психологические условия самоутверждения педагогов в инновационной деятельности.

4. Экспериментально изучить особенности проявления стратегий самоутверждения педагогов с разным стажем и профессиональным статусом в обыденной жизни и в инновационной деятельности.

5. Определить характер взаимосвязи стратегий самоутверждения педагогов с самоотношением и самооценкой.

Теоретико-методологическую основу исследования составили: ведущие теоретические идеи о сущности феномена самоутверждения как объекта научного исследования личности (А. Адлер, У. Джемс, К. Левин, А. Маслоу, А. В. Петровский, К. Роджерс, В. В. Столин, П. Тиллих, К. Хорни, Э. Эриксон); положения о стратегиях самоутверждения личности (Л. Алберти, М. Эммонс, Ф. Дэвис, Е. П. Никитин, Н. Е. Харламенкова); принцип активности личности как субъекта жизнедеятельности (К. А. Абульханова-Славская, С. Л. Рубинштейн).

Особое значение для разработки методологической основы диссертационного исследования имели фундаментальные и экспериментальные исследования, посвященные проблемам инноваций и инновационной деятельности (К. Ангеловски, В. Браун, М. М. Поташник, Э. Роджерс, У. Уолкерс, О. Г. Хомерики и др.); положения об особенностях педагогической деятельности (Ф. Н. Гоноболин, Н. В. Кузьмина, В. А. Крутецкий, А. К. Маркова, В. А. Сластенин); теоретические идеи о сущности инновационной деятельности субъектов образовательного пространства (И. А. Кондратьев, Л. С. Подымова, Т. Н. Разуваева).

Для решения поставленных в исследовании задач и проверки гипотезы нами были использованы следующие методы исследования: авторская анкета на выявление мотивации к инновационной деятельности; опросник «Стратегии самоутверждения личности» (Е. П. Никитин, Н. Е. Харламенкова); методика исследования самоотношения (МИС) С. Р. Пантилеева, В. В. Столина; методика исследования самооценки личности С. А. Будасси; тест Куна «Кто Я?» (М. Кун, Т. Макпартленд; модификация Т. В. Румянцевой).

В качестве основных математических методов статистической обработки использовались: методы оценки значимых различий в выраженности признака (χ2 – критерий Пирсона, Н-критерий Крускала – Уоллиса); корреляционный анализ с использованием рангового коэффициента корреляции (по Спирмену); оценка достоверности сдвига в значениях (G – критерий знаков); коэффициент корреляции φ Пирсона (коэффициент ассоциации); контент-анализ, количественный и качественный анализ полученных данных. Математическая обработка проведена с использованием программы статистической обработки данных SPSS (версия 17.0).

Опытно-экспериментальной базой исследования выступили: дошкольные образовательные учреждения Москвы и Московской области (30 человек); общеобразовательные школы Москвы, Московской области, Тулы, Курска, Санкт-Петербурга (30 человек); колледжи г. Москвы и Московской области (30 человек); вузы г. Москвы и г. Курска (30 человек).

Научная новизна исследования заключается в том, что:

разработаны теоретические основания для определения структуры и содержания стратегий самоутверждения педагогов, работающих в образовательных учреждениях разного типа, уточнены детерминанты и механизмы их развития;

предложена программа развития и коррекции стратегий самоутверждения педагогов в инновационной деятельности, прослежена зависимость ее эффективности от сформированности самоотношения, самооценки, позитивного отношения к инновациям, специфики типов образовательных учреждений и стажа работы;

доказана взаимосвязь стратегий самоутверждения педагогов с самоотношением и самооценкой;

уточнены методы диагностики стратегий самоутверждения педагогов в процессе инновационной деятельности, позволяющие исследовать способы самоутверждения в обыденной жизни и в процессе инновационной деятельности.

Теоретическая значимость исследования обоснована тем, что в нем:

расширено представление о стратегиях самоутверждения педагогов как стремления к получению подтверждения собственной ценности посредством установления эквивалентных отношений между оценкой Я и ценностями инновационной деятельности;

применительно к проблематике диссертации результативно использован комплекс существующих базовых методов исследования, в том числе методов количественного и качественного анализа данных, комплекс диагностических методик, позволяющих эффективно выявлять стратегии самоутверждения педагогов;

изложены и обоснованы сущность, специфика, механизмы и условия эффективности стратегий самоутверждения педагогов в инновационной деятельности, позволяющие выявлять значимые компоненты профессионального самосознания;

раскрыты психологические особенности стратегий самоутверждения педагогов, работающих в образовательных учреждениях разного типа и внедряющих инновационные программы;

изучены виды стратегий самоутверждения педагогов, позволяющие осуществлять обоснованный выбор диагностики и технологий психологического сопровождения инновационной деятельности педагогов с учетом особенностей сферы деятельности и опыта работы.

Практическая значимость исследования заключается в том, что:

разработана и внедрена в процесс профессиональной подготовки и переквалификации педагогических кадров программа коррекции стратегий самоутверждения педагогов в инновационной деятельности; составлены методические рекомендации для педагогов по построению стратегий самоутверждения в инновационной деятельности;

представлен психодиагностический инструментарий для преподавателей вузов, колледжей, воспитателей и учителей, позволяющий исследовать виды стратегий самоутверждения педагогов в инновационной деятельности;

разработана авторская анкета, позволяющая диагностировать выраженность мотивации к инновационной деятельности педагогов, отношение к новшествам и субъектам инновационного образовательного процесса.

Основные научные результаты

1. Самоутверждение педагогов в инновационной деятельности представляет собой стремление к получению подтверждения собственной ценности посредством установления гармоничных отношений между оценкой Я и ценностью внедренного образовательного новшества.

2. Выраженность стратегий самоутверждения педагогов имеет специфические особенности в обыденной жизни и в процессе инновационной деятельности. В обыденной жизни у педагогов в большей степени выражены агрессивные стратегии самоутверждения. В инновационной деятельности у педагогов более выражены конструктивные стратегии самоутверждения.

3. В зависимости от профессионального статуса конструктивная стратегия самоутверждения в инновационной деятельности более выражена у учителей общеобразовательных школ, агрессивная и стратегия подавления – у воспитателей дошкольных образовательных учреждений.

4. Ведущая стратегия самоутверждения оказывает существенное влияние на особенности профессионального самосознания и удовлетворенность инновационной деятельностью. Конструктивное самоутверждение основано на позитивном образе Я, уверенности в своей компетентности и стремлении к развитию собственной личности и личности обучающегося, предполагает высокую открытость опыту. Неконструктивное самоутверждение основано на подавлении личности других людей либо самоподавлении и предполагает неудовлетворенность деятельностью, завышенным уровнем самооценки и низким уровнем самоуважения.

5. Психологическими условиями развития конструктивного самоутверждения в инновационной деятельности являются: позитивное отношение к инновациям, понимание сущности самоутверждения, особенностей ее проявления в инновационной деятельности; умение оценивать инновационную ситуацию и конструктивно разрешать противоречия, возникшие при ее реализации; позитивное самоотношение, позволяющее продуктивно взаимодействовать с участниками инновационного процесса, ориентация педагогов на саморазвитие, вариативность форм профессионального саморазвития педагогов в системе постдипломного образования: семинары, практикумы, круглые столы, мастер-классы, вебинары, скайп-конференции и др.

Глава I. Теоретические основы изучения самоутверждения педагогов в инновационной деятельности

1.1. Феномен самоутверждения в зарубежных и отечественных исследованиях

В современной науке исследование феномена самоутверждения является одной из актуальных проблем, имеющих большую практическую значимость в зарубежной и отечественной психологии. В то же время эта проблема является недостаточно разработанной в педагогической психологии. Это вызвано тем, что изучение феномена самоутверждения представлено всего лишь несколькими крупными работами, которые относятся к разным парадигмам – психоанализу, гештальтпсихологии, гуманистической психологии и бихевиоризму. В результате в настоящее время в психологии не существует единой трактовки данного феномена. Исследование самоутверждения выделилось как отдельная теоретическая проблема в зарубежных и отечественных исследованиях лишь в ХIХ – ХХ столетиях, в частности, в связи с развитием немецкой философии и дифференциацией проблем человека внутри нее. Отражение данной проблемы выразилось во взглядах Г. Гегеля, И. Канта, К. Маркса, Л. Фейербаха. Особую значимость проблема самоутверждения приобретает в первое десятилетие ХХI века, в период социально-экономических изменений и преобразований в России. На сегодняшний день кризис системы отношений «человек – общество» влечет за собой утрату человеком чувства стабильности, веры в собственные силы. Это обусловлено тем, что через самоутверждение проявляется смысл существования человека в обществе, смысл его жизни в целом. Самоутверждение является необходимой предпосылкой реализации человека в профессии. Поэтому в психологии сложились предпосылки для системного описания феномена самоутверждения и определения его сущности.

Самоутверждение личности как движущий фактор в ее развитии привлекал многих философов, историков, педагогов и психологов. Однако как научная проблема впервые она была поставлена и исследована австрийским психиатром и психологом Альфредом Адлером (1870–1937). Созданная Адлером концепция самоутверждения, ее возникновение, до некоторой степени, обязана идеям И. Канта, Ф. Ницше, А. Шопенгауэра.

Учение И. Канта об абсолютном достоинстве личности, об «умопостигаемом характере», о свободе, о проблеме свободы воли имеет непосредственное отношение к проблеме самоутверждения. В своем этическом учении И. Кант стремился доказать, что субъектом свободы будет не «эмпирический» человек, а человек «умопостигаемый», «сверхчувственный», человек как «вещь в себе». Таким образом, идеальность, субъективность и априорность времени, подчиненность «вещей в себе» времени представляются Кантом необходимым условием обоснования возможности свободы и самоутверждения личности. Так возникает характерный для Канта дуализм «вещей в себе» и «явлений». Ведь если необходимым условием существования личности и вообще человека является феномен самоутверждения, то в свою очередь необходимое условие возможности последнего составляет свобода воли. Это показывает то, что объектом кантовского анализа было не собственно самоутверждение, а лишь его предпосылка. Фундаментальная идея метафизики Канта позволила ему понять не только то, как возможна свободная воля – предпосылка самоутверждения, но и то, как возможна добрая свободная воля – предпосылка истинно, собственно человеческого самоутверждения. Однако эта же фундаментальная идея Кантовой метафизики не позволила ему описать и объективно исследовать реалии человеческого самоутверждения, а позволила сознательно уйти в предписание, в построение идеала самоутверждения [22, с. 439].

Следующий этап изучения феномена самоутверждения представлен философскими взглядами А. Шопенгауэра. Он сделал наиболее крупное из своих открытий – обнаружил иррациональность человеческой воли. Говоря об иррациональности человеческой воли, он ввел понятие «мировая воля» [16].

По А. Шопенгауэру, индивидуальность каждого человеческого существа с самого начала и в явном виде задана мировой волей, самоутверждение же лишь сохраняет эту индивидуальность. Он оценивал человеческую индивидуальность и феномен самоутверждения отрицательно и призывал бороться с ними.

Идея Шопенгауэра о мировой воле как основание, с помощью которого можно объяснить и оправдать иррациональность человеческой воли, существенным образом определила все последующее развитие философских и конкретно-научных исследований человека. Им были представлены разные виды и способы избавления человека от мировой воли. Задача человека, по Шопенгауэру, – выйти из-под диктата мировой воли. В руках мировой воли человек – марионетка, он не повинен в том зле, в тех способах самоутверждения, к которым он прибегает.

Наиболее важными и наиболее эффективными способами освобождения от диктата воли, по мнению философа, являются нравственные способы, сострадание к другим людям. Главный принцип неэгоистического поведения озвучен Шопенгауэром так: «Никому не вреди, напротив, помогай всем, насколько можешь» [232, с. 220].

Противоположная Шопенгауэру точка зрения высказывалась в философской эволюции Ф. Ницше [138]. Он говорил об уникальной природе человека. Задачу человека Ницше видел в поиске своей уникальности, средством чего выступает самоутверждение личности, возвышение над своим «Я». И задача самоутверждения состоит в том, чтобы ее эксплицировать как для других людей, так и для самого субъекта. Система взглядов Ф. Ницше о воле к власти, о сверхчеловеке кардинально расходится в оценке феномена самоутверждения, да и личности в целом, которая была представлена в теории Шопенгауэра. Ницше оценивал человеческую индивидуальность и феномен самоутверждения положительно, ведь без них, по его мнению, не может быть человека, т. е. нет личности, и предлагал всячески содействовать им, развивать их. Конкретным средством создания человека – личности, по Ницше, и является самоутверждение, а именно самоутверждение, основанное на воле к власти. Им было заявлено, что личность – это дело будущего, хотя ранее он говорил, что личность уже существует. Рациональность взглядов Ницше проявилась в отведении человеку все более активной роли в процессе его индивидуализации как творческого созидания. Творческое созидание человека вызвано «волей к власти».

Взгляды этих мыслителей на самоутверждение принципиально не ограничивались знанием о данном феномене. Каждый из них не только изучал, исследовал самоутверждение и строил философскую познавательную концепцию, теорию, но и оценивал его путем формирования определенной нравственной концепции.

В начале ХХ века феномен самоутверждения практически перешел из ведения философии в ведение конкретной науки, прежде всего – психологии. Первые, наиболее систематические исследования проблемы самоутверждения личности были проведены в русле психоанализа. Как мы уже отмечали ранее, А. Адлер – один из последователей Фрейда, заменивший в своих предпочтениях классическую теорию драйвов на теорию самоутверждения личности, стал автором первой научной теории самоутверждения. Самоутверждение становится специальным объектом исследования в научном творчестве А. Адлера. Именно он сделал удачную попытку создать психологическую теорию самоутверждения личности. Для нас существенно то, что Адлер стал рассматривать потребность в самоутверждении (в превосходстве, в признании) как сущностную потребность человека, изучение которой уже не могло оставаться на уровне идеографического толкования.

Эта теория прошла довольно долгий, сложный, но весьма, плавный путь становления. А. Адлер был последователен в разработке собственной концепции, существенно добавляя, но, кардинально не реконструируя ее. Подводя итог полутора десятилетиям своей психологической теории в целом, Адлер писал: «…Каждый шаг вперед логично вытекал из наших основных положений. До сих пор не возникало необходимости изменять что-либо в теоретических построениях или подпирать их положениями иного рода» [6, с. 28].

В 1912 году, после выхода книги «О нервическом характере», Адлер заявил о себе как о самостоятельном исследователе, предметом интереса которого явилась «индивидуальная психология». Требовалась разработка универсальной психологической теории, она и была создана. «Индивидуальная психология как наука развивалась из настойчивого стремления постичь таинственную творческую силу жизни, силу, которая воплощается в желании развития, борьбы, достижения превосходства и даже компенсации поражения в одной сфере стремления к успеху в другой. Эта сила телеологическая, она проявляется в устремленности к цели, в которой все телесные и душевные движения производятся во взаимодействии» [6, с. 28].

Толчком к исследовательской и практической деятельности послужила идея о физической неполноценности, установленная еще до Адлера, которая выражается в наличии у человека телесного дефекта. Работая с людьми, страдающими различными физическими недугами, будучи психиатром, наблюдая за больными, Адлер убедился, что телесный дефект рождает у них чувство неполноценности. Положение, согласно которому физически недужный человек пытается преодолеть свое чувство неполноценности с помощью того, что можно назвать возвышением личностного чувства [6, с. 47], было одно из центральных в теории Адлера. Это чувство больные пытаются преодолеть. В качестве основного средства в своей борьбе с чувством неполноценности человек использует феномен самоутверждения. Потребность в самоутверждении проявляется как стремление к превосходству над людьми. Стремление человека к превосходству, к самоутверждению помогает компенсировать неполноценность. «Стремление к превосходству никогда не исчезает, и фактически именно оно формирует разум и психику человека» [7, с. 58]. Неполноценность или неудовлетворенность становится источником активности человека.

Безусловно, заслугой Адлера было развитие идеи о чувстве неполноценности, которое становится аранжировкой физического дефекта и стимулом личностного роста и являет собой важнейший факт психической жизни человека. Адлер говорил: «Быть человеком – значит обладать чувством неполноценности; давление природы, жизненных тягот, жизни в обществе, бренности человека слишком сильно, чтобы кто бы то ни было сумел избавиться от этого чувства» [7, с. 215]. Важным выводом, к которому приходит Адлер, является положение о том, что чувство неполноценности формируется на основе механизма «сравнения себя с другими», оценки способности «вписаться в общество, в котором он в данный момент находится».

Адлер абсолютизировал стремление к превосходству как всеобщую теорию самоутверждения личности. В адлерской теории самоутверждение существует в двух качественно различных видах. В одном результат фиктивен (иллюзорен) и значим только для данного объекта, в другом, напротив, результат реален и социально значим. Самоутверждение первого типа характерно для невротиков. Оно предполагает, что человек вырабатывает в себе чувство (комплекс) превосходства, который может стать одним из способов избежать своих трудностей. Человек с комплексом неполноценности стремится казаться лучше, чем есть на самом деле, и этот фальшивый успех компенсирует чувство неполноценности, ставшее для него невыносимым. Потребность невротика в защите своего превосходства влияет так сильно, что каждое душевное состояние содержит в себе одно желание: освободиться от своей слабости, обрести уверенность, силу любыми, пусть даже безнравственными, способами превзойти всех. Со временем формируются комплекс неполноценности и комплекс превосходства. Между двумя этими комплексами существует взаимосвязь, хотя они противоположны. Выявляя комплекс неполноценности, мы одновременно обнаруживаем комплекс превосходства и, наоборот, с появлением у человека качеств комплекса превосходства мы прослеживаем черты комплекса неполноценности. У нормального человека комплекс превосходства отсутствует. Но стремясь к превосходству, он удовлетворяет свои желания через общественные интересы, его действия приносят пользу и его активность конструктивна [7, с. 215]. Однако однозначно заявлять, что нормальный человек не испытывает чувство неполноценности, мы не можем, оно «есть у каждого человека» [7, с. 62]. Специальный анализ того, как самоутверждаются нормальные люди, и сравнение его результатов с тем, что Адлеру уже было известно о невротиках, привели его к следующему выводу: при существовании немаловажных сходств имеются определенные качественные различия, игнорировать которые никак нельзя. «Невротик был как бы эталоном, стандартом для сравнения» [137, с. 51].

Адлер предлагает трехкомпонентную модель личности, описанную с помощью трех категорий: чувства неполноценности, стремления к превосходству, чувства общности. Наряду с личностным чувством в человеке существует и социальное чувство (стремление к общности). Идея социального интереса как критерия, разрабатываемая Адлером, позволяла различать самоутверждение человека в норме и в состоянии невроза. Невротик в процессе самоутверждения целиком сконцентрирован на своем Я, он стремится к силе, к достижению превосходства над другими Я, в их подавлении. У нормального человека на первом месте – преодоление внешних трудностей, решение реальных задач, выдвигаемых жизнью, что в конечном итоге способствует его совершенствованию. Стремление к преодолению собственных недостатков и трудностей, «потребность в принадлежности к другим людям» – вот что главное для человека, пишет К. Зеельман, комментируя Адлера [61, с. 49–50]. В стремлении к превосходству Адлер видел фундаментальный закон человеческой жизни.

Научная теоретизация, связанная с изучением самоутверждения, стала возможна в связи с экспериментальными исследованиями А. Адлера. Он неоднократно давал сжатые и четкие формулировки своей теории самоутверждения. Как утверждает Е. П. Никитин, Адлеру удалось построить теорию самоутверждения, которая, с одной стороны, была логически стройной, единой конструкцией (отчасти это было результатом наличия в ней общих понятий, пронизывающих всю теоретическую структуру, это – «стремление к превосходству», «чувство неполноценности», «чувство общности» и т. д.), а с другой стороны, учитывала многообразие реально существующих и подчас столь непохожих друг на друга видов самоутверждения [137, с. 53].

Переход исследования феномена самоутверждения на качественно новый этап является большой заслугой Курта Левина (1890–1947), который вывел анализ самоутверждения на новую стадию развития психологии. Новизна состояла в том, что самоутверждение было подвергнуто измерению, т. е. измерена была одна из его существенных составляющих. И для этого Левин ввел понятие «уровень притязаний».

К. Левин экспериментально подтвердил правильность идей А. Адлера о связи чувства неполноценности и уровня притязаний личности: чувство неполноценности развивается тогда, когда уровень притязаний выше реальных способностей человека. Обнаружив, что уровень притязаний человека часто меняется, К. Левин и его ученики исследовали этот уровень как существенную из его основных характеристик: реальной и идеальной целей, уровней ожидаемых достижений и т. д., влияющих на эффективность его деятельности. Успех и неудачи зависят от моментального «уровня притязаний», а последний в свою очередь связан со способностью индивида. Однако, как считал К. Левин, вследствие требований со стороны… или под влиянием успехов товарищей… может возникнуть такой уровень притязаний, который явно выше (или ниже) его реальных способностей. В результате может развиться чувство неполноценности (или превосходства) [137, с. 59].

Но всячески подчеркивая связь понятий «уровень притязаний» с взглядами Адлера, надо отметить, что научная школа К. Левина существенно продвинула вперед теоретическое и эмпирическое исследование проблемы самоутверждения. В исследованиях феномена самоутверждения стала преобладать более эффективная форма как эксперимент, к тому же выполняемый с установкой на количественный анализ. К. Левиным было установлено, что если человек выбирает более трудные цели, то их выполнение вызывает у человека максимум удовлетворения. Это противоречие он объяснял «динамическими силами», которые стимулируют развитие личности. На эту тенденцию влияет множество факторов и условий: групповые нормы, реалистичность установок, прошлый опыт, величина интервала между предыдущим достижением и уровнем притязаний и др. Исходя из теории психологического поля, К. Левин экспериментально выделил способы самоутверждения личности. Он утверждал, что индивид, добивающийся успеха, обычно ставит в качестве своей следующей цели нечто несколько более высокое, чем его последнее достижение. Хотя в долговременной перспективе он руководствуется своей идеальной целью, которая может быть достаточно высокой, его реальная цель относительно следующего шага остается реалистически близкой к его настоящему положению. Напротив, индивид, не добивающийся успеха, имеет тенденцию к одной из двух реакций: он ставит себе очень низкую цель, часто более низкую, чем его прошлое достижение… или ставит цель, намного превышающую его возможности. Последний способ поведения более распространен [137, с. 60]. Самоутверждение нормальной личности происходит благодаря умеренному, но постоянному повышению уровня притязаний, благодаря реальным достижениям личности. Однако при игнорировании постепенности в этом процессе личность либо искусственно завышает свои притязания, самооценку, самомнение, доминируя над другими, либо неоправданно занижает их, оценивая себя как малозначимое, неспособное существо, вынужденное подчиняться другим авторитетам.

Таким образом, исследования К. Левина заложили дальнейшие предпосылки для эмпирического исследования самоутверждения, в частности изучения некоторых его характеристик: уверенности/ неуверенности человека в себе.

Самоутверждение становится специальным объектом исследования Пауля Тиллиха в 50-е годы ХХ века. В своей философской работе «Мужество быть» (1952 г.) он описывает элементы единой структуры самоутверждения. Ими являются «тревога» и «мужество». Сущностные силы человека наделены содержанием «жизненных сил». Выражением жизненной силы является «мужество быть», а противоположной силой выступает «тревога небытия». Между этими элементами специфические отношения: мужество не уступает тревоге, а принимает ее на себя. П. Тиллих писал: «Тот, кто действует мужественно, принимает в своем самоутверждении тревогу на себя» [203, с. 133–150].

В единой структуре самоутверждения «тревога небытия» и «мужество быть» выполняют разные функции: тревога вызывает защитные реакции, мужество готовится принять на себя то, о чем предупреждает тревога. Самоутверждение – это равновесие элементов его структуры.

Значимые открытия, связанные с исследованием феномена самоутверждения, принадлежали Эрику Эриксону, который занимался проблемой идентичности. В своей эпигенетической теории личности он раскрыл феномен сопротивления идентичности. По Э. Эриксону идентичность – это твердо усвоенный и личностно принимаемый образ себя. В процессе личностного роста представление о себе может меняться. Именно изменение представлений о себе и обеспечивает основу самоутверждения личности. Поэтому, по мнению Е. П. Никитина, феномен сопротивления идентичности имеет значение для понимания проблемы самоутверждения личности [137]. Он означает нежелание кардинальных изменений ценности Я, стремление быть верным самому себе, даже если эта преданность будет не во благо, а во вред, поскольку переживает тревогу по поводу развития и изменения собственного Я. И это препятствует тому, что субъект не может стать тем, кем он может быть.

«Сопротивление идентичности представляет собой вершину человеческой способности к самоутверждению любой ценой, даже ценой отрицания принципа биологического самосохранения. Наличие этого человеческого качества является непременным условием для тех, кто считает более значимым самоутверждение в достижении идеалов, сохранение собственной жизни или самопожертвование ради доброго дела» [204, с. 252].

Самоутверждение такого рода основано на свободе личности, ее способности двигаться вперед и развиваться. В тех случаях, когда самоутверждение базируется на сопротивлении идентичности, возникают серьезные основания предполагать, что индивид скорее зависим, чем свободен в своих решениях.

Феномен самоутверждения рассматривается также и в работах К. Хорни (1993). Самоутверждение личности в концепции К. Хорни может быть представлено, как стремление индивида разрешить противоречие между потребностями и социокультурными возможностями их достижения. Потребности человека представлены через его отношения. К. Хорни выделяет следующие типы ведущих отношений личности: отношения любви, привязанности и расположения человека; отношения, связанные с оценкой «Я»; отношения, связанные с самоутверждением; агрессией; сексуальностью.

Другой способ самоутверждения личности описан в работах представителя неопсихоанализа Харальда Шульц-Хенке. По его словам, агрессия и признание составляют единое целое, а потому к понятию переживания агрессивного побуждения добавляется также термин «стремление к самоутверждению». Именно агрессивное побуждение Шульц-Хенке соотносит со стремлением к самоутверждению.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.