# Черная магия в белый горошек

Наталья Николаевна Александрова

Говорящий кот, слет ведьм на Лысой горе и сеанс черной магии с полным разоблачением – все, за что мы любим Булгакова, найдется в романе Натальи Александровой. Выводить чиновных мошенников на чистую воду будет команда виртуозов-авантюристов, которой позавидовала бы сама шайка Воланда. Во главе операции, как всегда, непревзойденный жулик Леня Маркиз и его верная помощница Лола. Но если к делу не подключатся попугай Перришон, кот Аскольд и – куда же без него – очаровательный чихуахуа по прозвищу Пу И, торжество справедливости может и не состояться…

Книга также выходила под названием «Забор из волшебных палочек».

> © Александрова Н.Н., 2016

> © Оформление. ООО «Издательство «Э», 2016

– Гена, я сейчас не могу говорить! – Девушка с длинными волосами, окрашенными в национальные цвета Республики Буркина-Фасо, отвела трубку от уха и повторила, с плохо скрытой ненавистью глядя на дородную посетительницу:

– Я вам русским языком говорю – коричневые рамы дороже белых! Значительно дороже!

– Это почему это?

– Потому что на них идет голландский профиль, а на белые – отечественный.

– А соседка моя с четвертого этажа заказала коричневые, так ей сделали за полцены и еще подарок – специальный беззвучный свисток для вызова полиции.

– Это такая акция у нас была в июле, а сейчас у нас что? Сейчас у нас сентябрь, и эта акция уже закончилась. Теперь у нас другая акция – каждому заказчику стеклопакетов бесплатно устанавливаем стационарную французскую клетку для морских свинок. Гена, ты же слышишь, какой у меня дурдом! – проговорила она в трубку, сдув свесившуюся на глаза зеленую прядь. – Ну, не танцевала я с Лешкой! Не танцевала! Тем более на столе!

– Для морских свинок? – переспросила клиентка, и в ее глазах загорелся живейший интерес.

В это время дверь офиса широко распахнулась, и на пороге возник мужчина средних лет, среднего роста, среднего телосложения, единственной заметной чертой которого были густые ярко-рыжие усы. На плече у посетителя висела огромная черная сумка.

– Вот и я! – радостно воскликнул усатый и поставил сумку на свободный стул. – Заждались?

– А вы кто? – удивленно осведомилась девушка, отбросив тыльной стороной ладони красную прядь.

– Я тот, кого вы необыкновенно рады видеть! – провозгласил посетитель, расстегивая сумку. – Я тот, кто осуществит все ваши потаенные мечты! Например, я могу предложить вам специальную салфетку, разработанную учеными отечественного оборонного комплекса, которая очистит вашу машину от застарелой грязи, приобретенной на дорогах области! Эта же салфетка придаст вашей обуви удивительный и неповторимый блеск! При помощи той же самой салфетки вы сможете вечером снять с лица макияж, а если у вас проблемы с нежелательными волосами на коже…

– А ну пошел вон, козел! – завопила девица, нервным жестом отбрасывая со лба лиловую прядь. – Это я не тебе, Гена! Тут еще один придурок притащился! Ты что, читать не умеешь? На двери ясно написано: торговым агентам вход воспрещен, штраф тысяча рублей!

– Этой же салфеткой, – не сдавался рыжеусый, – вы можете вычистить фамильное серебро, если оно у вас есть, а при помощи специального растворителя еще и удалить нежелательную татуировку и появившихся в вашем доме насекомых.

– А торговых агентов можно салфеткой этой удалить?

– Такой вопрос перед нами не стоял…

– Славик! – закричала девица, отбрасывая локтем оранжевую прядь. – Славик, опять!

Дверь офиса снова открылась, и за спиной торгового агента появился парень необъятной толщины с маленькими, утопающими в складках жира глазками.

– Торговый агент? – осведомился Славик, довольно потирая руки, и шагнул к рыжеусому. – Дорогу знаешь или стоит напомнить?

– Не надо, не надо! – откликнулся агент и выскочил в коридор. – Я уже ухожу, уже ухожу! Меня уже вообще здесь нет! Только вот на прощание наведаюсь я в ваш туалет…

– Даже и не думай! – грозно рыкнул Славик, угрожающе сжимая пудовые кулаки. – Туалет – исключительно для сотрудников и клиентов фирмы!

– Это нарушение прав человека! Я обращусь в международный суд в Гааге! – С этими словами рыжеусый ловко поднырнул под руку Славика и моментально скрылся за дверью, украшенной элегантным мужским силуэтом.

– Ну, козел, ты попал! – прорычал Славик, остановившись перед дверью. – Мимо меня ты не пройдешь! Теперь тебе всю жизнь придется на лекарства работать!

Из-за двери донеслось невнятное бормотание.

Едва за торговым агентом закрылась дверь туалета, с ним произошли удивительные превращения. Первым делом агент отклеил свои изумительные усы. Внешность его стала приятной, но совершенно не запоминающейся. Только хорошие знакомые узнали бы в этом человеке Леонида Маркова, мошенника экстра-класса, известного в узких кругах под аристократической кличкой Маркиз.

Отклеив усы, Леня безжалостно утопил их в унитазе, расстегнул свою обширную сумку, но достал оттуда не чудодейственную салфетку, помогающую решить все проблемы, а моток крепкой синтетической веревки, белый халат и аккуратную накладную бородку. Приклеив эту бородку, Леня надел белый халат, завершил преображение, нацепив очки с простыми стеклами, удовлетворенно оглядел себя в зеркале, после чего встал ногами на крышку унитаза и осторожно, стараясь не шуметь, открыл небольшое окошко. Затем он привязал к водопроводной трубе конец веревки и посмотрел на часы. До условленного момента оставалось четыре минуты двадцать секунд.

– А ну, козел, выходи! – раздался из-за двери раздраженный голос Славика.

– Сейча-ас, – страдальческим голосом протянул Маркиз. – Одну мину-утку…


В офис страховой компании «Капитал Сервис» вошла стройная брюнетка, одетая в дорогой малиновый костюм. Под мышкой она держала крошечную собачку породы чихуа-хуа. На собачке был кокетливый ошейничек малинового цвета. Оглядев сотрудников компании, дама с собачкой направилась к лысоватому мужчине лет сорока, внимательно изучавшему стопку документов.

– Только вы можете мне помочь! – воскликнула брюнетка хорошо поставленным театральным голосом, комфортно усаживаясь перед столом.

– Я вас слушаю, – проговорил служащий, отодвинув свои бумаги. – Какие у вас проблемы?

– Я ездила за границу, – начала посетительница, доверительно склонившись к своему собеседнику. – В этот… как его… в Пхукет. Это в Таиланде.

– Очень хорошо, – поощрил ее служащий. – И как вам поездка – понравилась?

– Понравилась? – переспросила дама. – Как она могла мне понравиться? Ты слышишь, золотце, что говорит этот ужасный человек? – обратилась она к своему песику, который в это время пытался стянуть со стола одну из бумажек. – В этой поездке со мной случилась ужасная неприятность! Просто трагедия! У моего песика началась аллергия на кумкват!

– На что, простите? – переспросил мужчина.

– На кумкват, – отчетливо повторила брюнетка, недоуменно пожав плечами. – Вы что, не знаете, что такое кумкват? Это такой тропический фрукт!

– Очень интересно, – служащий на секунду страдальчески прикрыл глаза и снова деловито уставился на посетительницу.

– Вам это кажется интересным? – возмущенно перебила его незнакомка. – Если бы это была ваша собака, вы бы так не говорили! Мой отдых был совершенно, совершенно испорчен! Я буквально ни одной ночи не спала! Просто не сомкнула глаз! Бедняжка так страдал, так страдал! – Дама прижала песика к груди, что тому явно не понравилось. Он недовольно тявкнул и завертелся.

– И чего же вы хотите от меня? – с бесконечным терпением осведомился служащий.

– Вы должны выплатить мне компенсацию за нанесенный моральный урон! То есть ущерб! В общем, неважно за что, но вы должны заплатить мне двадцать тысяч долларов.

– Сколько? – переспросил служащий.

– Двадцать тысяч! – твердо повторила брюнетка.

– Но почему? За что?

Песик тем временем снова попытался стащить со стола какой-то документ. Служащий осторожно отобрал его, но в этот момент недовольное животное умудрилось укусить его за палец.

– Золотко! – испуганно вскрикнула дама. – Что ты делаешь?

– Не беспокойтесь, – мужчина, морщась от боли, потряс укушенной рукой. – Ничего страшного.

– Как это – ничего страшного? – возмутилась хозяйка, снова крепко прижимая к груди своего любимца. – У вас на пальце могут быть ужасные микробы! Или бактерии! Я смотрела про них передачу, это просто какой-то ужас! Мой песик может подхватить инфекцию! Золотко, ты хорошо себя чувствуешь?

Песик дал понять, что чувствует себя прекрасно.

– Двадцать тысяч! – повторила практичная дама, подняв глаза на страховщика. – И ни копейкой меньше! Я не могу торговаться, когда речь идет о здоровье моей собаки!

– Но простите, почему вы считаете…

– Я так и знала! – воскликнула брюнетка голосом, полным трагизма. – Я ни секунды не сомневалась, что вы попытаетесь обмануть меня! Я больше никогда не воспользуюсь вашими услугами и всем своим знакомым отсоветую!

– Но ведь то, о чем вы рассказываете, нестраховой случай!

– Моя знакомая, очень известная женщина… Настолько известная, что я не могу называть ее имя… Она тоже ездила в отпуск с мужем и свекровью. На Сейшелы. И свекровь в отпуске заболела. Так вот, ей выплатили очень большую компенсацию. И никто не стал говорить ей, что это нестраховой случай!

– Но ведь у вашей знакомой, как я понял, речь шла о свекрови… То есть о человеке, а не о собаке!

– Ты слышал, мое золотце? – Дама снова обратилась к своему песику. – Ты слышал, что сказал этот ужасный человек? Да будет вам известно, – теперь она снова повернулась к служащему, – мой песик – гораздо более тонкая натура, чем ее свекровь!

– Но ведь мы не страхуем собак!

– А мои страдания? А мои бессонные ночи? Кроме того, я специально взяла песика с собой, чтобы он посмотрел на свою историческую родину! Чихуа-хуа, да будет вам известно, это древняя мексиканская храмовая порода! И только на месте мне сказали, что Мексика очень далеко от Таиланда.

– Конечно, – язвительно вставил служащий, – Мексика – в Америке, а Таиланд – в Азии.

– Вот видите! – подхватила дама. – Это очень далеко, и он так и не смог посмотреть на свои родные места! Так что двадцать тысяч долларов – это очень скромная компенсация!

– Думаю, мы не сможем вам заплатить! – твердо проговорил мужчина.

– Немедленно вызовите директора! – Дама откинулась на спинку стула и прижала песика к груди.

– Это ваше право! – Служащий снял телефон и проговорил: – Александр Борисович, тут одна клиентка очень хочет с вами побеседовать!

– Совершенно я не хочу с ним беседовать! – скривилась дама. – Я хочу, чтобы мне заплатили мои деньги!

Через минуту в зале появился плотный коренастый мужчина с детским румянцем на щеках.

– В чем проблемы? – осведомился он, приблизившись к столу.

– Ваш сотрудник отказывается выплачивать мне законную компенсацию!

– Александр Борисович! – начал служащий. – Дама просит выплатить компенсацию, простите, по поводу аллергии вот этого животного! – Он опасливо показал на песика укушенным пальцем. Тот тявкнул и попытался повторить свой боевой подвиг.

– Если такая компенсация предусмотрена страховкой – выплатим, – невозмутимо отозвался директор и повернулся к клиентке: – Позвольте взглянуть на ваш полис!

Дама краем глаза взглянула на свои часики.

До назначенного времени оставалось тридцать пять секунд.

– Он где-то здесь, – проговорила она, открывая сумочку.

На стол выпали тюбик губной помады, позолоченная пудреница, кружевной платочек, маленький флакончик духов, ореховое печеньице, ключи от машины… Увидев печенье, песик оживился и ловко ухватил его зубами.

– Золотце, ты сегодня и так уже съел слишком много печенья! – ласково пожурила дама своего любимца. – Да вот же он, этот противный полис! – Она протянула директору яркую книжечку страховки и убрала обратно рассыпанные по столу мелочи.

– Вопрос решен! – радостно проговорил Александр Борисович, переглянувшись со своим подчиненным. – Вы видите, что здесь написано?

– Вопрос решен? – обрадовалась клиентка. – Я не сомневалась, что вы мне поможете! Всегда нужно обращаться к самому главному, к тому, кто может сразу решить все вопросы!

– Посмотрите, что здесь написано! – настойчиво повторил директор, подсовывая ей полис.

– Страховой полис…

– А дальше?

– Компания «Сервис Капитал»…

– Вот туда и обращайтесь! А наша компания называется «Капитал Сервис»!

При этом ужасном известии дама неожиданно побледнела и сползла на пол.

– Только этого не хватало! – проговорил директор и склонился над бесчувственной клиенткой, пытаясь расстегнуть верхнюю пуговицу ее шелковой блузки. В ту же секунду верный песик громко тявкнул, подпрыгнул и укусил Александра Борисовича за палец.

– Скотина ушастая! – прошипел укушенный и попятился. – Николай, немедленно вызовите «Скорую помощь»!

– Что, он вам всю руку откусил? – ехидно осведомился подчиненный.

– Да не для меня! Для нее! – Директор ткнул пальцем в клиентку. На конце пальца выступила капелька крови.


Сверившись с часами, человек в белом халате еще раз проверил надежность веревки и вылез в окно туалета. Он оказался на узком карнизе на высоте шестого этажа. Натянув веревку, он осторожно спустился на один этаж, нащупал ногами такой же узкий карниз и медленно двинулся по нему вдоль стены, понемногу разматывая страховочную веревку. Скоро он оказался возле полуоткрытого окна, за которым виднелся пустой кабинет. Убедившись, что его никто не видит, Маркиз открыл окно и ловко проскользнул внутрь кабинета. Он осмотрелся по сторонам и уверенно подошел к сейфу.

– Устаревшая конструкция! – неодобрительно проговорил Леня, доставая из своего врачебного чемоданчика обычный стетоскоп и универсальный набор отмычек.

В офисном зале страховой компании обстановка была приблизительно такая, какая бывает на Новый год в сумасшедшем доме. Весь коллектив столпился вокруг бесчувственной дамы, пытаясь ей помочь и подавая неквалифицированные советы. Больше всего шума, разумеется, производил песик древней мексиканской породы чихуа-хуа. Он прыгал вокруг хозяйки, оглушительно лаял и следил, чтобы никто из посторонних не приблизился к ней на опасное расстояние.

– Кто-нибудь наконец вызвал «Скорую»? – раздраженно воскликнул Александр Борисович.

– Мы уже здесь! – откликнулся от двери молодой человек в белом халате с носилками на плече. – Где больной?

Тут же рядом с ним возник второй мужчина – постарше, с маленькой остроконечной бородкой и черным докторским чемоданчиком. В суматохе никто не заметил, что он выскользнул не из коридора, а из директорского кабинета.

– Вы пострадавший? – осведомился врач, заметив укушенный палец директора. – Госпитализация не нужна, достаточно йода или пластыря.

– Да не я! – отмахнулся Александр Борисович. – Вот она! Потеряла, понимаете, сознание, а тут еще ее собака…

– Разберемся! – Врач наклонился над бесчувственной особой, с задумчивым видом потрогал ее пульс. Песик, как ни странно, нисколько против этого не возражал.

– Госпитализация нужна! – постановил медик, и бравый санитар мгновенно разложил на полу носилки. Вдвоем они ловко уложили на них слабонервную посетительницу и понесли ее к дверям. Верный песик восседал на носилках рядом с хозяйкой, гордо поглядывая на укушенных мужчин.

– Слава богу! – вздохнул Николай, проводив взглядом носилки. – Не завидую я этим, из «Сервис Капитала»! Когда она поправится, камня на камне у них не оставит!

– Это же замечательно! – расцвел директор Александр Борисович. – Неприятности у конкурентов – что может быть лучше!

Он степенно проследовал в свой кабинет.


Двое медицинских работников чуть не бегом донесли носилки с пострадавшей до лестничной площадки и втиснулись в лифт.

– Поосторожнее! – вскрикнула брюнетка, едва не свалившись с носилок. – Не дрова все-таки несете!

Песик тоненько тявкнул, выражая полную солидарность с хозяйкой.

– Вот и Пу И недоволен! – добавила она.

– Молчать, женщина! – прикрикнул на нее Маркиз. – Ты сейчас должна изображать бесчувственное тело, значит, никаких посторонних разговоров! Как тебя учили – полностью вживаться в образ! По системе Константина Сергеевича Станиславского. И вообще завязывай с булочками и пирожными. И десертами из фруктов и взбитых сливок. У тебя явно лишний вес! Скажи, Ухо?

Кудрявый парень, изображающий санитара, неопределенно хмыкнул. Он придерживался того правила, что вмешиваться в перебранку между своими небезопасно.

– У меня лишний вес? – Девушка от возмущения даже приподнялась на носилках. – Да я в отличной форме! Хоть сегодня на подиум! У меня ни грамма лишнего! Как ты только мог такое сказать? Как у тебя вообще язык повернулся?

– Я тоже так думал, – фыркнул Маркиз. – До сегодняшнего дня, пока не пришлось таскать тебя на носилках. Кстати, тут еще и Пу И присоседился… Тоже разъелся на ореховом печенье!

– Пу И весит всего восемьсот граммов! – возмутилась девушка. – Ну, самое большее килограмм!

– Полтора килограмма, – ехидно отозвался Маркиз. – Сам его на днях взвешивал!

– На каких весах? Небось на автомобильных, где точность плюс-минус центнер! Пуишечка, ты слышал, что сказал этот ужасный человек? Если тебе трудно нести собственную собаку, я ее возьму сама! – И она прижала песика к груди.

– Все, прекратить цирк, приехали! – проговорил Маркиз, и девушка послушно вытянулась на носилках, закатив глаза.

Двери лифта разъехались, и «медики» двинулись сквозь толпу, восклицая:

– Посторонитесь! Дорогу! Несем тяжелобольного!

Песик, подыгрывая хозяевам, тоже лег на спинку и жалостно закатил глаза.

На улице, перед входом в бизнес-центр, их дожидалась карета «Скорой помощи». Втолкнув в нее носилки, друзья заняли места, и машина рванула с места.

– Ну, теперь-то мне можно подняться? – спросила девушка.

– Теперь можно, – благосклонно проговорил Маркиз.

Она слезла с носилок к явному неудовольствию песика и стащила с головы черный парик, сделавшись сразу намного моложе и привлекательнее.

– Уф, как он мне надоел! – проворчала она. – Так вообще можно все свои волосы испортить! Знаешь, как вредно ходить в парике?

– Ничего, Лолка! Ты в театре тоже носила парики, и ни словом не возражала!

– Театр – это совсем другое дело! – мечтательно отозвалась девушка. – Театр – это святое!

Дело в том, что Лола, боевая подруга Маркиза, по своей основной профессии была театральной актрисой и считала, что сцена – это ее истинное призвание и природное предназначение. Но платили ей в театре очень мало, просто мелкие гроши, и когда Леня сделал ей предложение вступить, так сказать, в его маленькую персональную театральную труппу, девушка не смогла устоять.

– Вся жизнь – театр! – проговорил Маркиз, как бы закрывая этой репликой дискуссию, и повернулся всем корпусом к сидевшему за рулем парню:

– Ухо, ты машину до какого часа позаимствовал?

– Да вообще-то уже надо возвращать, – отозвался тот, скосив глаза на «командирские» часы. – Водитель по дороге к бабе своей заехал, ну, сколько он у нее пробудет? Часа полтора-два, не больше! У него ведь еще вызовы!

– Вот почему так долго едет к больным «Скорая помощь»! – возмутился Маркиз. – А тут еще ты вмешался… Там, может, настоящий больной помощи дожидается…

– Ты чего, Маркиз? – Ухо обиженно взглянул на Леню. – Сам «Скорую помощь» потребовал…

Старый знакомый Маркиза, отзывающийся на необычную кличку Ухо, был большим, можно даже сказать, непревзойденным специалистом по машинам, мотоциклам и прочим средствам передвижения. Не было такого автомобиля, который он не смог бы починить, разобрать на части или угнать за считаные минуты. Поэтому к нему Леня обращался во всех случаях, когда ему срочно требовался какой-нибудь нестандартный транспорт. И Ухо никогда не подводил его. Для него не было ничего невозможного. Он в самые сжатые сроки мог раздобыть все, на чем можно ездить – от инвалидной коляски до роскошного представительского лимузина, от боевой машины пехоты до запряженных оленями саней Санта-Клауса… Вот и сегодня он по просьбе приятеля в два счета пригнал ему карету с красным крестом.

– Да шучу я, шучу! – отозвался Маркиз.

– Кстати, – снова подала голос Лола, – я считаю, Леня, что ты был не прав, когда привлек к операции Пу И. Во-первых, это использование детского труда, что само по себе противозаконно и аморально, во-вторых, это может негативно сказаться на его неокрепшей психике! Ты не знаешь, к каким трагическим последствиям это может привести!

– Пу И взрослый! – Леня повернулся к песику и потрепал его по загривку. – Правда ведь, мужик? И он сам выразил горячее желание поучаствовать в операции. Причем, должен сказать, он проявил при этом настоящий артистизм и гораздо лучше вжился в образ, чем некоторые.

– А сейчас он явно интересуется тем, что мы раздобыли! – удивленно проговорила Лола. – Посмотри на него, он пытается открыть твой саквояж!

Песик действительно тихонько рычал и царапал лапами докторский чемоданчик, с которым Леня ходил на дело.

– Пу И, немедленно прекрати! – прикрикнул Маркиз на своего любимца. – Веди себя прилично! В конце концов ты теперь полноправный член команды, и это накладывает на тебя определенные обязательства…

– Но и дает определенные права! – добавила Лола. – Посмотри, как он волнуется! Вряд ли его так заинтересовали документы! Что там у тебя – может быть, что-то вкусное?

– Да ничего там нет! – отмахнулся Маркиз. – И уж точно нет орехового печенья!

Он открыл саквояж. Внутри были только его инструменты, то, что он называл «набором юного мошенника», и довольно большая картонная коробка – та самая, которую он позаимствовал в сейфе доверчивого Александра Борисовича.

Этой-то коробкой Пу И очень заинтересовался. Он рычал, как настоящая собака, рыжеватая шерстка дыбом встала на затылке, маленькие круглые глазки возбужденно горели.

– Пу И, да что с тобой такое? – удивленно проговорил Леня. – Там нет совершенно ничего интересного, одни бумаги… Пу И, да возьми же себя в лапы!

Но Пу И ни в какую не хотел успокаиваться. Он только еще больше возбудился, громко зарычал и попытался зубами стащить крышку с коробки.

– В конце концов ты должен запомнить: то, что принадлежит заказчику, нельзя трогать! Это азы нашей благородной профессии, и ты должен их усвоить, если уж стал полноправным членом нашего творческого коллектива! – заявил ему Леня.

– Ты уверен, что в коробке только бумаги? – каким-то странным тоном произнесла Лола.

– Ну да, я туда заглянул, чтобы удостовериться, что взял именно то, что нужно, – подтвердил Маркиз. – А в чем дело?

– Посмотри… – Лола не сводила глаз с коробки.

Леня проследил за ее взглядом и удивленно заморгал. Ему показалось, что картонная крышка едва заметно пошевелилась, словно коробка попыталась открыться. Леня протер глаза, надеясь, что наваждение прекратится, но крышка снова шевельнулась, больше того – из коробки донесся негромкий шорох.

– Ленечка, я боюсь! – прошептала Лола, отодвинувшись в дальний угол сиденья. – Там что-то живое!

– Да что там может быть живое! – легкомысленным тоном проговорил Маркиз. – Говорю же тебе, там одни бумаги! Я проверил. И кстати, за эти бумаги нам очень неплохо заплатят!

– Бумаги? – переспросила Лола. – Как-то странно эти бумаги себя ведут!

На этот раз вся коробка вполне заметно пошевелилась, и из нее донеслось подозрительное шипение. Пу И просто сходил с ума – он попеременно тявкал, взвизгивал, рычал и наскакивал на коробку, пытаясь ее укусить.

– Да сделай же что-нибудь! – вскрикнула Лола, и на глазах у нее выступили слезы. – Если тебе наплевать на меня, пожалей хотя бы Пу И! Видишь, как он нервничает!

– Ребята, что там у вас происходит? – подал голос с переднего сиденья Ухо. – Вы там что – собаку специально дразните?

– Никого мы не дразним! – отмахнулся Леня и потянулся к коробке. Дольше откладывать решительные действия было невозможно, если он хотел сохранить мир и покой в своем маленьком коллективе.

Он осторожно, двумя руками приподнял картонную крышку. И тут же от неожиданности выронил ее.

Из коробки выскочил маленький, черный как смоль, взъерошенный котенок. Выбравшись на свободу, котенок громко, возмущенно мяукнул, зашипел, как раскаленная сковорода, и попытался цапнуть Пу И за его любопытный нос.

Песик увернулся, но обиженно заскулил и поспешно отступил в самое надежное место – на руки к своей обожаемой хозяйке Лоле. Котенок решительно бросился следом за ним. Лола истошно завизжала, прижимая к себе свое четвероногое сокровище, и в ту же секунду распахнула дверцу машины. Котенок еще раз мяукнул, на этот раз победоносно, и стремглав выскочил на улицу.

– Стой, Ухо, стой! – закричал Леня.

– Ну что такое? – Ухо резко затормозил, так что Пу И свалился на пол и жалобно заскулил.

– Черт его знает, что такое, – протянул Леня, выбравшись на тротуар и безуспешно оглядываясь по сторонам.

Котенка, разумеется, и след простыл.

– Заказ сбежал, – с тяжелым вздохом признал Маркиз, забираясь обратно в машину.

– То есть как сбежал? – недоуменно протянул Ухо.

– Что ты хочешь сказать, – напряженным голосом присоединилась к нему Лола. – Что мы так рисковали, волновались, трудились только для того, чтобы украсть котенка?

– Да нет, конечно! – пробормотал Маркиз. – Клянусь тебе, Лола, я заглянул в коробку, когда вынул ее из сейфа, и там не было ничего, кроме бумаг!

Он поднял коробку и застонал: никаких бумаг в ней не было, после побега котенка она была совершенно пуста.

– И где же эти бумаги? – В голосе Лолы прозвучала издевка. – Котенок все съел?

– Чертовщина какая-то! – отозвался Леня. – Да этого просто не может быть! Сама подумай, как котенок мог выжить в герметично запертом сейфе? И потом, я ведь проверил… Я открыл коробку. Там были бумаги, и ничего другого!

– Слышали уже! – Лола демонстративно отвернулась от своего партнера и прижала к себе Пу И: – Пуишечка, детка, не волнуйся! Мамочка тебя всегда прокормит! Уж на ореховое печенье для тебя я всегда смогу заработать!

– Что же я скажу заказчику? – простонал Леня, откинувшись на спинку сиденья.

– Скажешь, что бумаги превратились в черного котенка! – насмешливо ответила Лола.

– Чертовщина какая-то! – повторил Маркиз.


Всю дорогу до дома Маркиз был необычайно молчалив, он перебирал в памяти историю с последним заказом и думал, что же теперь делать. Ведь он точно помнил, как заглянул в проклятую коробку, и там были только бумаги. И уж совершенно точно, что там не было никакого черного котенка. Животное сбежало, его заказчику не предъявишь. Можно, конечно, предположить, что у него была зрительная галлюцинация, но Лола тоже видела котенка. Выходит, у них с Лолой возникла одна галлюцинация на двоих, но как быть с Пу И? Он почувствовал котенка еще в коробке, громко рычал и пытался стащить крышку. А никто никогда не слышал, чтобы галлюцинации были у собак. И наконец, куда все же делись бумаги? Кот их съел, что ли?

– Черт знает что! – пробурчал Леня, откинувшись на сиденье.

Лола не мешала ему размышлять, она занималась Пу И. Песик после встречи с котенком никак не мог успокоиться. Шерсть на загривке все не могла опуститься, он дрожал и смотрел так жалобно, что Лола едва не пустила слезу. Она прижимала свое сокровище к сердцу, нашептывала ему на ухо ласковые слова и сожалела только об одном – что под рукой нет орехового печенья.

В этот раз Леня получил заказ не совсем обычный. Вообще он не слишком любил брать заказы. Леня Маркиз, мошенник высшего класса, как он сам себя называл, любил обдумывать и готовить свои операции самостоятельно. Тогда он не сомневался, что все будет тщательно подготовлено и продумано до мелочей, а именно мелочи он считал самыми главными в своей работе.

Но иногда – не слишком часто – к Лене обращались некоторые люди, которым срочно нужны были его деликатные услуги. Леня брал очень большие гонорары, этим он сразу отпугивал большинство клиентов. Еще он соглашался на встречу, только если ему называли фамилию достойного человека, который давал клиенту рекомендацию и ручался за него перед Леней. Кроме того, Маркиз оставлял за собой право, ознакомившись с делом вкратце, все же от него отказаться. Это случалось, если у него возникали подозрения в неискренности клиента или ему казалось, что заказ отдает сомнительным душком.

Как всякое частное предприятие, Леня мог отказать клиенту в обслуживании без объяснения причин. Редко, но бывали накладки, в основном же такая система сбоев не давала.

На этот раз Лене позвонил человек, на которого могли сослаться потенциальные заказчики. Людей таких было немного, человек пять или шесть, и среди них Илья Аронович Левако. Илья Аронович был сильно немолод, толст, но чрезвычайно энергичен и подвижен. По профессии был он юристом и выбрал довольно трудную, но денежную специализацию – он консультировал по криминально-экономическим делам крупных криминальных авторитетов и целые группировки. Как и Леня, он был широко известен в узких кругах, как и Леня, стремился как можно реже появляться на публике, мотивируя это тем, что ему не нужна скандальная известность. Однако он чрезвычайно ценил свои услуги и говорил, что от своего коллеги, знаменитого адвоката начала ХХ века, его отличает лишь одна буква в фамилии.

«Он Плевако, я Левако – вот и вся разница».

И хоть в силу профессии связи у Ильи Ароновича были самые что ни на есть опасные, Маркиз ценил старика за ум и знания.

Ум Ильи Ароновича проявился хотя бы в том, что он сумел без проблем и без серьезного урона пережить годы, которые унесли многих его коллег и еще больше его клиентов.

Знакомство с Левако досталось Лене по наследству от его покойного друга и учителя Аскольда, того самого, в честь кого получил свое имя роскошный черно-белый кот, Ленин любимец. Поддерживая это знакомство, Маркиз руководствовался старыми пословицами: «От сумы да от тюрьмы не зарекайся» и «Не плюй в колодец – пригодится воды напиться».

Левако позвонил сам.

– Леонид, у меня к вам большая просьба. Нужно кое-что сделать для моего… гм!.. родственника.

– Не люблю родственников, – тотчас ответил Маркиз, – от них одни неприятности.

Он пользовался довольно коротким своим знакомством с Ильей Ароновичем и тем, что у старика точно было чувство юмора, в противном случае Леня ни за что не стал разговаривать с ним в таком фамильярном тоне.

Левако согласно хмыкнул в ответ, и Маркиз совсем осмелел:

– Особенно раздражают бедные родственники, в течение всей нашей жизни они чего-то вечно требуют, упрекают в черной неблагодарности, уверяют, что когда-то давно столько всего для нас сделали, обижаются, в общем, активно превращают нашу жизнь в ад. А когда человек умирает, вся толпа бедных родичей, выпив по рюмке, дружно рыдает на его поминках, и каждый взахлеб рассказывает, каким хорошим человеком был покойный и как все его, оказывается, любили и уважали. Но покойник-то этого уже не услышит!

– Примерно так, – рассмеялся Левако. – Однако тут случай не совсем такой. Или даже совсем не такой. Дело в том, что мой родственник – изобретатель.

Лене тотчас представилась лохматая личность с безумными глазами и в рваных носках. В руке эта личность держит потертый портфель довоенного производства, набитый мятыми бумажками, другой рукой личность хватает проходящих за рукав и на ходу начинает объяснять принцип своего очередного изобретения.

– Только не говорите мне, что ваш родственник изобрел вечный двигатель! – притворно ужаснулся Леня.

– Все не так страшно, – успокоил Илья Аронович. – Михаил – изобретатель-рационализатор, понимаете, о чем речь? Вы – молодой человек и никогда не служили ни в каких государственных организациях, кроме цирка, так ведь?

– Припоминаю, – оживился Леня, – был у нас один такой в цирке. Изобрел батут повышенной упругости и дистанционный замок для клеток со львами.

– И как, внедрили?

– Угу! Начальство с ним носилось, даже премию выплатили – пятьдесят рублей. Только не пошли эти изобретения дальше опытных образцов. На батуте один акробат так высоко прыгнул, что чуть головой в купол не врезался, а со львами вообще курьез вышел. Там служитель зазевался, выронил пульт этот, который замком дистанционно управляет, а лев, не будь дурак, лапой-то его и подгреб. Дрессированный все-таки! Ну и нажал кнопочку в самый неподходящий момент. Представьте, на арене дрессировщица Изабелла Мусина с маленькими собачками, а тут львы всей компанией идут! В общем, не досчиталась Изабелла Порфирьевна своих собачек… Да и сама еле спаслась, по канату вскарабкалась, хоть и не гимнастка. Укротитель так разозлился, хотел изобретателя этого львам скормить! Конечно, начальство вмешалось, не дали. Зато ребята-гимнасты его на батуте часа три гоняли. Он после этого про изобретения и думать забыл!

– Н-н-да, тяжелый случай. Но с моим родственником дело обстоит по-другому. Когда-то он работал инженером в НИИ авиационной промышленности, говорят, что неплохим был инженером. Во всяком случае, сделал несколько мелких изобретений. Разумеется, все эти изобретения присвоило себе начальство, это было тогда в порядке вещей. А родственнику моему выплачивали каждый раз премию в размере, вы правильно догадались, пятидесяти рублей. Такая тогда была такса. Но те времена канули в прошлое.

– Вот именно, – поддакнул Маркиз, которому стало скучновато.

– Должен заметить, что Михаил не то чтобы умный человек, но и не полный дурак. Наряду с талантом в его голове присутствует некоторая практическая жилка. Видя печальную судьбу своих изобретений, он решил сменить тактику. Он долго вынашивал идею крупного изобретения, но не говорил о нем никому, кроме одного своего сослуживца, близкого друга. То есть он тогда так думал. Короче, чтобы не утомлять вас ненужными подробностями, скажу, что Михаил в конце концов добился успеха. Он изобрел что-то очень важное, то есть изобретение его совершит революцию в самолетостроении. Японцы плачут от зависти, американцы рвут на себе волосы. Михаил хотел ехать со своей работой в Москву, чтобы миновать местное начальство. Но тут как раз разразилась перестройка, все развалилось, и Михаила уволили одним из первых за неудобный характер и профессиональную непригодность.

– Круто! – восхитился Леня.

– С большим трудом Михаил вынес из института чертежи своего изобретения. Если бы его поймали, могли быть огромные неприятности. Далее он забросил коробку с документами на антресоли и занялся зарабатыванием денег, чтобы прокормить семью. Не слишком в этом преуспел, однако дети и жена не умерли с голоду. Друг его тоже не слишком разбогател, однако вертелся где-то поблизости от авиационного приборостроения и в один прекрасный день понял, что можно поймать неплохую рыбку в мутной воде. Короче, он стал захаживать к Михаилу домой на чай, потом в отсутствие его к его жене. Эта дура принимала все за чистую монету. Однако коробка с описанием изобретения лежала не на виду, а на антресолях, так что мерзавцу пришлось признаться жене Михаила, что у него есть свой интерес. К тому времени он так задурил ей голову, что эта идиотка поверила, что он делает все во имя их общего блага… Вы женаты, Леонид?

– Нет, и не собираюсь.

– Это правильно! Так вот, опущу подробности, откровенно и сам не все знаю. Не то Михаил застал их, не то хватился документов. Он жутко разъярился и прижал супругу к стенке. К тому времени документы уже были у этого подлеца, с позволения сказать, друга. У того, видно, от жадности в зобу, как говорится, дыханье сперло, так что он явно поторопился спустить бумаги почти за бесценок одному такому скользкому типчику. Я фамилии называть не стану по телефону. Вы уже поняли, в чем заключается моя просьба?

– Восстановить историческую справедливость? Вернуть украденное владельцу?

– Вот именно, хоть и гласит народная мудрость, что дураков надо учить. Но все-таки родственник, нельзя в беде бросать…

– Ладно, давайте мы с ним побеседуем, подумаем, что можно сделать.

– Премного благодарен! – обрадовался Илья Аронович.