# Северный инсайт

Наум Хвор

НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ.В 3 том литературного проекта «НЕВЕДОМОСТИ» вошли проза и стихи Наума Хвора – отражение богатейшей внутренней жизни и уникального жизненного опыта. Он учит нас, регламентированных жителей большого города, что значит «быть рекой» – иметь смелость не отказаться от первородной пластичности восприятия и живых эмоций. Люди – не «толпа»! Люди – не «интерьер»! Мы – не «механизмы»!Книга содержит нецензурную брань.

© Наум Хвор, 2016


ISBN 978-5-4483-0359-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

## Наум Хвор

Поэт. Музыкант.

Романтик. Циник.

Витражист.

Человек, умеющий Видеть.


## Море, горсть таблеток и немного взрывчатки

«Вы знаете, как бестолково долго можно мастурбировать на своё прошлое? Если не знаете, то вы уже стары и мудры, и, скорее всего, забыли об этом. В обратном же случае вы – наш пациент» – «Но я не хочу этого!» – «А это от вас не зависит, друг мой. Скушайте таблеточку, деточка». Врач тянет ко мне руку, сулящую перемену состояния, но картинка меняется, тает, и, под шум проезжающего автомобиля, я осознаю себя одиноко дремлющим на большой двуспальной кровати. Под балконом второго этажа проезжая часть, за ней двадцать метров прошлогодней травы, полоса гальки и – море. В этой гостинице я был лишь однажды, всего одну ночь. И влюбился в незамысловатый вид с этого балкона раз и навсегда.

На следующий день, просыпаясь в совершенно другом месте, я понял, что обязательно должен вернуться туда. Лучше зимой.

Стакан чачи, и море на секунду меняет свой голос. Видится одинокий гитарист перед накатывающими волнами, и сразу понимаешь бредовость образа, поскольку музыки его слышать в таких условиях невозможно. Но гитарист видится упорно, невзирая на нелепость ситуации. Вдоль берега идёт девушка, запредельная красота которой очевидна лишь для меня, но кому до этого есть дело?

Очень колет сердце, но встать и подойти я почему-то не хочу. Она проходит мимо *вспышка (тынасвегдасомной) вспышка*


Опять Верховный Монтажник балуется на тему вырезанных кусков ленты. Склеивает, как попало, чёрт знает, что и с чем. Сзади меня, шелестя мёртвой травой, идёт другая девушка, из другой жизни, что, впрочем, не делает эту жизнь интереснее предыдущей. Но правдивость повествования и эту ситуацию уводит от меня прямиком в плавящееся марево заката, и в нём пропадает вместе с неизбежностью финала подобных историй. Сердце снова чувствует стальную иглу.

Появляется врач. «Пациент, вы третий день игнорируете прописанные вам медикаменты. Зачем вы обманываете нас? И, самое главное, зачем вы обманываете себя?».

Я начинаю бросать во врача гальку и после каждого броска стараюсь взять камень поувесистей, но попасть в него невозможно, изворотлив, паскуда. С последним броском в его сторону летит горсть моих таблеток, и неожиданно попадает ему в рот. По врачу красиво ползёт побежалость, и с громким хлопком его тело лопается, оставив на месте гость конфетти.

А я уже встречаюсь взглядом с девушкой, которая радостно машет мне рукой и что-то кричит, но накатывает большая волна, и она исчезает, не успев сказать мне ни слова. Возвращаюсь в гостиницу.

Ещё один стакан чачи, и я почти мгновенно проваливаюсь в сон, где тоже нет покоя от всех, кого я когда либо видел или встречал.

Это даже не гостиница.

Сейф. Код к нему – стакан чачи.


В этот сезон никого помимо меня в гостинице нет, кроме старушки, выдающей бельё и ключи. Подкладывая взрывчатку под двуспальную кровать, я понимаю, что надо бы постараться выманить её из здания до взрыва. Хотя перспектива гибели её может и вовсе не волновать.