Михаил Рогожин
НЕВЕСТА ХАРОНА
Книга 2

Глава первая

Уже несколько дней Петр Петрович по кличке «Лойер» старался без надобности из квартиры не выходить. Еду заказывал в ближайшем «Макдональдсе». Что ж, даже у таких успешных респектабельных людей возникают черные полосы. Очередная началась после убийства ювелира и антиквара Изи Вазлина. Вернее, после того, как выяснилось, что диадема, из-за которой порешили приличного человека, оказалась дешевой подделкой. Поскольку наводку дал Петр Петрович, то ему выставили счёт за этот заказ. Довольно внушительный. Нельзя сказать, что сумма была неподъёмной, но отдавать деньги не хотелось. Следовало потянуть время, чтобы страсти улеглись. Этим и была вызвана его осторожность.

Петр Петрович разложил на столе незамысловатый набор из американской забегаловки. Включил телевизор и под щебетание ведущей музыкальных новостей принялся за еще теплый биг мак.

И тут он услышал такое, от чего котлета чуть не застряла в горле!

На экране возникли кадры выступления певца Руслана Брускова в «Олимпии». Он залихватски пел русские песни в окружении кордебалета. На головах девушек сверкали искусственными камнями точно такие же диадемы. А голос ведущей доверительным шепотом сообщал сплетни, сопутствовавшие этим гастролям.

Петр Петрович собственными ушами услышал, что одна из диадем была украдена, а вместе с ней пропала дизайнер шоу Ада Нелидова. Из достоверных источников известно, что девушка арестована после участия в оргии, во время которой умер известный французский архитектор и коллекционер граф Анри де Бросс…

Дальше посыпались комментарии зрителей о выступлении Брускова. Но это уже не интересовало Петра Петровича. Он понял, что Лидос его развела. Лойер очень быстро просчитывал ситуации, за что пользовался авторитетом в преступном мире. Ему стало ясно, что все эти диадемы были созданы, ради того, чтобы вывезти в Париж настоящую. Она-то и пропала. Граф Анри де Бросс, скорее всего, стал её покупателем. Но если он умер, то где диадема? То, что за всем этим стоит Лидос Петр Петрович не сомневался. К такому кидалову он не привык. Решение было принято: нужно немедленно отправляться в Париж.

Глава вторая

Ада сидела за столиком в уютном ресторанчике «Рандеву художников», ждала Юлия Юрьевича и бесцельно смотрела через большое окно на бульвар Клиши. Жила она рядом с этим заведением, за углом на улице Мортир. «Жила» – громко сказано… существовала. В убогую студию с разномастной потертой мебелью её привёз Юлий Юрьевич сразу после освобождения из полиции. Дал тысячу евро и приказал, чтобы никуда отсюда нос не высовывала. Только в ближайшие кафе, которых вокруг полно. Оставил мобильный с единственным номером для срочного звонка ему и уехал.

Пару дней Ада пребывала в трансе. Питалась чипсами, запивала кока-колой и плакала. О будущем старалась не думать, поскольку даже предположить не могла, что её ждёт. Задавала себе один и тот же вопрос – почему всё это случилось с ней? Она никому не хотела причинять зло. Не мечтала о бриллиантах, крутых тачках, роскошной жизни. В результате всё это пронеслось мимо неё со скоростью электрички, оставив позади только трупы ненужных ей мужчин. А ведь если бы молния не убила Феда, сейчас они жили бы вместе в родном Приморске. Ада училась бы в железнодорожном техникуме, а Фед гонял бы товарники и получал приличные деньги. Вместо этого, она сидела, забытая всеми в Париже, и мучилась от того, что общий туалет, находившийся между лестничными пролётами, постоянно был занят каким-то негром, который забывал закрывать за собой дверь. И это только начало новых бед!

Ресторан «Рандеву художников» Ада обнаружила случайно. Зашла и неожиданно почувствовала себя комфортно. Старинные позолоченные бра, глубокие зеркала на фоне красных обоев создавали атмосферу покоя и неподвижности. Единственным раздражителем казался упитанный носатый хозяин этого заведения, на все просьбы отвечавший с отеческой улыбкой знаменитое – «ву а ля»!

Сейчас сюда должен был прийти Юлий Юрьевич, или как он себя смешно представил «Дабл ю». Аде это напомнило что-то вроде «ватерклозет». Его появления она ждала без страха. С усталым безразличием. Прошлое сгорело вместе с её загранпаспортом, а будущее не сулила ничего хорошего…

Глава третья

В зале ресторана появился Юлий Юрьевич. Ада, увидев его, отметила про себя, что он стал каким-то особенно незначительным. В сером плаще, серой клетчатой кепке, в черном свитере и серых брюках. К тому же в очках. Он, не раздеваясь, подсел к ней за столик. Снял кепку и чмокнул в щеку. Ада вздрогнула от этого прикосновения, как от укуса комара. Раньше она никогда не рассматривала мужа Лидос. Сейчас его лицо показалось ей мелковато злобным. Хотя улыбка старалась смягчить это впечатление.

– Чем здесь кормят? – спросил Юлий Юрьевич.

– Не знаю. Я заказываю омлет. Большой и дешевый.

– Тогда я кофе. Как настроение?

– В режиме ожидания…

– Правильно. Считай, дождалась…

И Юлий Юрьевич, сделав заказ, приступил к разъяснению. Оказалось, что он теперь работает на одну международную организацию, которая борется с терроризмом по всему миру. Ада, то есть по новым документам Адель Валевская, гражданка Латвии, является исполнителем приказов высшего руководства организации. Только поэтому ее освободили из тюрьмы. В случае неповиновения она будет просто уничтожена.

– И что же я должна делать? – понуро спросила Ада.

– Выполнять мои приказы.

– А где Лидос? – словно цепляясь за соломинку, вспомнила она.

– Исчезла. Она не представляет никакого интереса ни для меня, ни, тем более, для тебя.

– Чем же я займусь? Так и буду жить в этой убогой дыре?

– Пока да. Я привез тебе учебники, аудио и видео курсы по французскому языку. Изучай.

– Я здесь надолго?

– Не знаю. Организация работает по всему миру. Готовься к первому заданию.

Ада напряглась:

– Ложиться с мужчиной?

– С арабским шейхом. Он финансирует исполнение террористических операций. Вкладывает в их организацию огромные деньги. Его необходимо ликвидировать.

– Что, нельзя убить по-другому: отравить, сбить машиной или еще как-нибудь?

– Нет. Насильственная смерть исключена. Если возникнет хоть малейшее подозрение, что его убили, в ответ мы получим целую серию кровавых терактов. Его сторонники очень жестокие люди. Поэтому шейх должен умереть естественной смертью.

– То есть, на мне… – заключила Ада.

Юлий Юрьевич лишь кивнул в ответ.

Глава четвертая

Петр Петрович появился в фамильном замке графа де Бросса, представившись российским журналистом и предъявив карточку международной аккредитации. Поскольку он объяснялся, пусть плохо, но на нескольких европейских языках, то сумел разговорить мажордома месье Дюмона. Пара сотенных бумажек евро развязали язык месье на полную. Он столько раз повторял все это бесплатно полицейскому комиссару и журналистам, что теперь за деньги был готов устроить себе бенефис.

Из потока ненужной информации Лойер составил собственную картину происшедшего.

Лидос с Адой приехали вместе с графом. Отобедали. Потом началась оргия, во время которой украшение было на голове Ады. Пока они с графом предавались любовным утехам, Лидос покинула замок. После чего граф умер от передозировки, Аду забрали в полицию, а диадема оказалась дешевой подделкой. Это выяснили наследники умершего.

– Неужели такой серьезный коллекционер не смог отличить оригинала от подделки? – резонно засомневался Лойер.

Месье Дюмон перешёл на шёпот и высказал свое предположение:

– Из банка привезли настоящую. Её охраняли три человека – водитель графа и два сотрудника службы безопасности «Лионского кредита». Когда и кто совершил подмену, никто не знает. Шофер тут же уволился и уехал в неизвестном направлении. Полиция проверила версию, но сочла её недоказанной. А журналистам об этом вообще не сообщили. Так что месье Петер первый, кому он раскрывает эту тайну.

Лойер тоже решил посмеяться над этой версией. Но на всякий случай выяснил у мажордома имя охранника банка и где его найти.

– Не могли из банка привезти подделку – напоследок упрямо заявил месье Дюмон.

Глава пятая

Петр Петрович не сомневался, что к подмене причастна Лидос. Поэтому, вернувшись в Париж, первым делом направился в банк LCL, отделение которого располагалось на бульваре Капуцинок. Там ему удалось встретиться с сотрудником службы охраны Фло Пикаром. Лойер показал ему фото Лидос.

– Скажите, вам знакома эта женщина?

– Почему Вы меня спрашиваете?

– Это моя жена. Она меня бросила и уехала в Париж. Я специально приехал из России, чтобы найти её. У нас дети. Понимаете? Она мать!

– Сочувствую месье, но Вам лучше обратиться в полицию.

Флориан Пикар не производил впечатления олуха. Он сразу узнал Лидос. Но предпочитал держаться в рамках полномочий.

– Дело в том, что её счет открыт в вашем банке.

– Мне запрещено давать любую информацию о наших клиентах – отрезал он.

– Понимаю, но у меня нет другого способа ее найти. Дети останутся без матери. Мне не нужны номера ее счетов, просто узнать бывает она здесь или нет.

– Просто! – с подтекстом произнес Фло.

– Нет, конечно,… триста евро устроит?

– Пятьсот. И я возьмусь вам помочь.

– Не удивлюсь, если вы когда-нибудь сделаете карьеру в этом банке.

Глава шестая

Кроме курса французского языка, Юлий Юрьевич принёс учебник-справочник лечебного массажа. На удивленный взгляд Ады объяснил, что в ближайшее время ей придётся поработать помощницей массажиста в одной из парижских клиник.

– Я же не сумею! – испугалась Ада.

– Особенно ничего делать не придется. Будешь присутствовать во время сеансов массажа. Ассистировать. При этом постараешься, чтобы шейх на тебя запал. Он большой любитель…

– В больнице?

– Да. Он уже почти месяц там. Поступил с острым приступом артрита. Сейчас пошел на поправку. Говорят, в сортир сам ходит. Но должен до конца пройти курс восстановительной физиотерапии.

– Как же я смогу с ним в больнице?

– По обстановке. И вот что, не вздумай уклониться. Тут же будешь выдана французской полиции. Лет двадцать тюрьмы тебе гарантировано.

– Вдруг он не захочет?

– Это твоя проблема – пожал плечами Юлий Юрьевич. В общении с Адой он намеренно демонстрировал жесткость и неумолимость. На самом деле совсем не был уверен в исходе операции.

В организацию Юлий Юрьевич был принят только благодаря представленному им проекту «Дабл ю», в основе которого лежала концепция ненасильственной смерти с использованием уникального дара Ады. Проект считался пилотным. Под него выделили деньги, но стать действительным сотрудником организации со своим направлением Юлий Юрьевич сможет только в результате успеха. Он долго обдумывал варианты покушения на шейха, спонсировавшего терроризм.

Внедрить в окружение шейха смазливую девчонку не трудно. И уложить в его постель не проблема. Главное, чтобы после его смерти, Ада смогла спастись от расправы. Шейха охраняли профессионалы высочайшего класса, к тому же отъявленные головорезы. Шейх знал, что о его поддержке террористов известно ЦРУ. Но, в то же время, давал понять, что его гибель повлечёт за собой многочисленные кровавые теракты. Такой баланс его безопасности сохранялся уже несколько лет. И тут удача сама пришла в руки Юлия Юрьевича. После неудачной морской прогулки шейх простудился и у него проявился артрит. С раздутыми коленями и локтями его срочно госпитализировали в престижную парижскую клинику. Юлию Юрьевичу организация согласилась помочь внедрить Аду в состав медперсонала. Остальное он должен был сделать сам. Вернее Ада.

– Как его зовут? – отрешенно спросила она.

– Шейх Рашид аль Мансур.

– Только шейхов мне и не хватало… – и взялась за справочник массажиста.

Глава седьмая

Петру Петровичу стоило немалых трудов разыскать в Париже Владимира Бубкова. Это был известный в преступном мире киллер по кличке Буёк. В начале двухтысячных сумел выжить в жестокой перестрелке и смотался в Испанию. Там, скрываясь ото всех, дождался, пока все его враги перебьют друг друга, и со спокойной душой переместился в Париж. Легализовался и открыл контору по сопровождению российских бизнесменов. Для начала организовал ограбление нескольких видных особ, а потом предложил услуги по охране их пребывания в Париже. И дело пошло.

Лойера Буёк встретил как старого друга. То есть настороженно.

– Как ты меня разыскал?

– А, Буёк, обижаешь, с моими связями…

Они встретились в районе Северного вокзала на улице оккупированной индийскими мигрантами и ресторанами.

В один из таких ресторанов Буёк предложил зайти. Заказал чай с молоком и пончики из рисовой муки.

– Любишь индусскую кухню? – спросил Пётр Петрович.

– Нет. Привык. Здесь район неспокойный, криминальный. Полиция редко заглядывает. Туристы не шастают. Французы тоже. Поэтому живу без проблем. Пару раз объяснил аборигенам, что меня надо уважать. Подействовало. А тебя что привело?

– Расслабься, Буёк. Наклёвывается хорошее дельце.

– О, я отошел. Тут строго, чуть, что и высылают.

– Больше мне обратиться не к кому. Ты знаешь, я мелочевкой не занимаюсь…

– Послушать можно – согласился бывший киллер. Правда, сейчас он больше напоминал располневшего парижского добряка.

Лойер поведал историю Лидос и диадемы. Буёк слушал, не перебивая, поедая при этом пончики, а когда Петр Петрович закончил, спросил:

– Ты уверен, что настоящая у Лидос?

– Уверен.

– Это, же, какие бабки!..

– Вот и я о том же.

– Хорошо, подыщу тебе рядом квартиру и начнем! – по-деловому подытожил Буёк, давая понять, что въехал в ситуацию.

Глава восьмая

Первый день работы в клинике прошел для Ады на удивление незаметно. На неё никто не обращал внимания. Действия персонала были чётко расписаны и доведены до автоматизма. Никаких посторонних взглядов и эмоций. Сначала в длинном пятиэтажном здании клиники она, молча, выполняла указания: заполните это, подпишитесь здесь, ждите там, посидите в холле, ждите, вас позовут, можете выпить кофе. К концу дня она уже переоделась в салатового цвета униформу и стала еще незаметней.

Наконец, ее завели в отделение массажа и представили огромной негритянке грубо слепленной из грязной глины:

– Стажер Адель Валевска.

Та, молча, кивнула головой:

– Ладно, разберемся, – ткнула пальцем в кресло – садись.

После чего вышла из кабинета, оставив Аду в одиночестве и недоумении.

Перед тем, как отправить Аду в клинику Юлий Юрьевич долго объяснял, как себя следует там вести. Его длинное напутствие можно было выразить в нескольких словах: молчи, никуда не суйся, выполняй то, что говорят.

Ада была уверена, что без знания лечебного массажа, без беглого изъяснения по-французски, она вызовет подозрения. Но, пробыв целый день в клинике, поняла, что там вообще никому ни до кого дела нет. Среди медперсонала оказалось так много арабов, негров и азиатов, что она, глядя на них, совсем расслабилась. Поэтому, когда её новая знакомая вернулась в кабинет, Ада улыбнулась и сказала по-французски, не заботясь об акценте:

– Здорово тут у вас.

– Меня зовут Николь. Я сама из Дор де Франса. У нас там совсем другая жизнь.

– Это где?

– Мартиника. Когда приехала в Париж даже плакала. А сейчас, видишь, ведущий специалист. Поэтому слушай меня и ничего не бойся.

Глава девятая

Назад из клиники Аде пришлось добираться самой. Юлий Юрьевич решил не облегчать ей период адаптации. Она дошла до площади Виктора Гюго, спустилась в метро и доехала до Пигаль. Там на бульваре находился небольшой супермаркет, в котором Ада приноровилась покупать продукты. Похож он был нашу «Пятерочку», только погрязней и бестолковей. Зато цены приемлемые. Получалось питаться намного дешевле, чем в кафе.

Оставив рюкзачок у ног высоченного негра, присматривавшим за сумками покупателей, хотела уже идти в торговый зал. И нос к носу столкнулась с Гулей.

От неожиданности обе вскрикнули. Да так громко, что негр участливо спросил:

– Мадемуазель, что-то не так?

– Откуда? – вырвалось у обеих.

Подруги смотрели друг на друга и не верили своим глазам.

Все оказалось просто. После того, как исчезла Лидос и поползли слухи, что арестовали Аду, Гуля со страхом подумала, что же её ждет в Москве? А тут в гости к девочками из балета пришла их старая знакомая, которая теперь танцует в «Мулен Руж».

Посмотрела на Гулю и сказала: – «Вот, таких у нас берут!». Этого оказалось достаточно.

Перед тем, как садиться в автобус, чтобы ехать в аэропорт, Гуля с сумкой вышла на улицу. Спряталась в соседнем кафе, оттуда позвонила и сказала, что остается. Видела через окно, как возмущался Лейфель и как девушки мотали головами и хихикали. Минут пятнадцать ее телефон звонил, не переставая. Потом все сели в автобус и уехали…

Ада, слушала подругу, затаив дыхание. Она привела Гулю в свою убогую студио. Налила вино, нарезала сыры и разогрела пиццу.

– И что дальше?

– Ужас… – Гуля немного успокоилась. Возникновение Ады впервые за всё время с момента отъезда коллектива вернуло ее к реальности. До этого она существовала в каком-то ирреальном мире. Началось это с её появления в «Мулен Руж».

– Представляешь, – продолжала Гуля, – пришла, спрашиваю, как устроиться танцовщицей. Меня сразу направили к какому-то менеджеру. Он, наверное, поляк, но точно голубой. Познакомился с улыбкой. Говорил, что видел наш коллектив. Предложил тут же выйти на подиум и сделать несколько движений. Я и ногу задрать не успела, а он: «Все, хватит, спасибо». У них оказывается, чтобы попасть на кастинг, нужно брать платные уроки хореографии. Меня тут же определили меня в группу. Мне, аж, нехорошо стало! Жить негде, денег нет! Какие уроки! Хорошо, там одна сербка оказалась.

По-русски говорит. Радмила. Взяла меня к себе жить. И на работу устроила.

– Какую? – удивилась Ада.

– В секс-бар, тут неподалеку, на Фрошо.

– Проституткой?! – ужаснулась Ада.

– Нет. Моя задача – разводить клиентов на спиртное. Ну, прикид, конечно, из ближайшего секс шопа.

– А если он захочет?

– Для этого есть другие девушки. Моя задача, чтобы он в баре как можно больше денег оставил. Многим продолжение уже не нужно.

– Сколько же тебе пить приходится?

– В основном болтать. Народ-то всё больше из бывшего союза. С ними, главное, сразу вступить в дружеские отношения.

– Ну, ты вообще… – восхищенно отреагировала Ада. И они выпили за встречу.

Глава десятая

Буёк и впрямь удачно обосновался в чёрном районе. Квартира с двумя спальнями, кухней и окном в ванной комнате. В подъезде было грязновато и полно черных детей. Но перед Буйком они, молча, расступались.

– Здесь ведь все на понты берут – объяснил Буёк Петру Петровичу, – а я сразу вставил дуло «макарова» одному хорьку в рот. И желающих хамить больше не возникло…

Несколько дней Пётр Петрович пользовался гостеприимством бывшего киллера и уже собирался переезжать в квартиру, арендованную в доме по-соседству, как позвонил из банка Фло Пикар.

– Месье, она только что вошла в хранилище.

– Будем через двадцать минут, если что, задержи! – возбудился Лойер.

К банку они подъехали на машине Буйка. Пикар ждал на входе. Петр Петрович подошел к нему.

– Не волнуйтесь, она еще внизу.

Пётр Петрович протянул охраннику руку с зажатыми в кулаке купюрами. Тот показал глазами на видеокамеры. Лойер спрятал руку в карман. После чего прошел в здание банка. В большом просторном зале с высокими окнами народа было не много. Пётр Петрович снял шляпу, внутри ее были отворачивающиеся уши. Спрятал за них деньги и когда Пикар проходил мимо, опустился так, что шляпа выскользнула из рук. Охранник поднял её с пола, прилежно стряхнул с неё пыль и вернул владельцу уже без денег.

Пётр Петрович громко поблагодарил его и принялся изучать лежащие на столах проспекты. Буквально спиной почувствовал, что в зале появилась Лидос.

Она стремительно прошла мимо. Лойер мягко последовал за ней.

Лидос направилась по бульвару к своей машине. Пётр Петрович жестом показал, поджидавшему на другой стороне Буйку, что надо будет следовать за ней. Тот тут же поехал на разворот.

Глава одиннадцатая

Лидос пребывала в прекрасном настроении. После ареста Ады и скоро утихшего скандала вокруг смерти графа, чему активно способствовали его родственники, она почувствовала себя на пике удачи. В ячейках банка лежали миллионы евро, а рядом в сейфе – диадема. Оставалось сделать всего два хода: легализовать деньги и найти нового покупателя.

Пока же приходилось вести себя крайне осторожно. Лидос сняла небольшую квартиру с одной спальней в престижном округе на улице Жакоб. Квартира была оформлена, как её предупредила риелтор в японском стиле. Заключался он в нарисованных ветках цветущей сакуры, низкой мебели и нескольких ширмах. Три окна в пол гостиной были завешены тростниковыми жалюзи с иероглифами. Это ей понравилось больше всего, поскольку она не любила голых окон, как это принято в Париже.

Круг знакомств она решила сформировать из преподавателей Сорбонны. Особенно её привлекал факультет изящных искусств. Там можно было познакомиться с профессорами, водящими дружбу с известными коллекционерами. Лидос позвонила в свой московский университет, объяснила, что вынуждена остаться на некоторое время в Париже по состоянию здоровья, и попросила оформить ей официальную командировку в Сорбонну. Этого оказалось достаточно, чтобы через неделю профессор Винсент Барбьер, заметив Лидос на своей лекции, пригласил её прогуляться в Люксембургском саду.

Ему было под шестьдесят. Благородная курчавая седина, бородка, острый, оценивающий взгляд, небрежная элегантность в одежде и маленький рост, делавший его похожим на кузнечика. Не нужно быть особенно догадливым, чтобы понять, как он приторчал от Лидос.

Два раза в месяц Лидос появлялась в банке, брала несколько тысяч евро на жизнь. И считала себя в полной безопасности.

Когда дверца ее красного Пежо неожиданно открылась и рядом сел Пётр Петрович, она настолько обалдела, что не смогла тронуться с места, хотя на светофоре был уже зеленый.

– Поехали! – с улыбкой предложил Лойер.

Лидос машинально повиновалась.

– Какого черта?! – выдавила она из себя.

– Спокойно. Взгляни в зеркало, за тобой едет серьёзный парень. Из России. Поэтому давай не дергаться.

Глава двенадцатая

Встреча с Гулей вернула Аду к жизни. Она не стала посвящать подругу в тайны своей новой жизни. Просто объяснила, что ее выпустили из полиции под подписку о невыезде. Поэтому, она сняла дешевое жилье и устроилась работать санитаркой в частную клинику.

Гуля жила неподалёку на улице Руге, поэтому вечера они могли проводить вместе. Слава Богу, Юлий Юрьевич предпочитал общаться с Адой по мобильному.

А в клинике на неё всё также никто не обращал внимания, хотя ей выдали бейджик, на котором значилось – Адель Валевска, стажер. Зато Николь опекала её со всей строгостью и ответственностью. Ей нравилось возвышаться над безропотной девчонкой. Но при всей грубоватой манере в ней было много доброты.

– Ты главное все замечай. В клинике все наши действия обусловлены состоянием здоровья пациентов. Это в муниципальных больницах хорошо действовать по регламенту. А у нас всё больше по обстоятельствам.

Ада кивала головой и ждала, когда Николь возьмет ее с собой в палату к шейху. Хотя в душе надеялась, что это не произойдет никогда. Но ошиблась.

– Сегодня пойдешь со мной к очень уважаемому пациенту. Будешь помогать.

– Кто он?

– Арабский шейх. Только об этом не распространяйся. В клинике приветствуется анонимность. У него после обострения артрита, ноги совсем не ходят. Нужно восстанавливать двигательную функцию.

Ада подумала, что, скорее всего, у нее не будет возможности остаться наедине с шейхом, так что бояться особенно нечего. Поэтому с лёгким сердцем отправилась за Николь.

Палата, в которой находился шейх, представляла собой мини офис – мини отель. Первый зал с большим окном, с двумя диванами и аквариумом был дополнен рабочим столом с компьютером, дальше следовала овальная комната отдыха и уже потом собственно палата, где стояла современная многофункциональная кровать и всевозможная медицинская аппаратура. В первом зале находились четверо молодых людей в европейских костюмах, но с характерной арабской внешностью. Они встретили Аду настороженными взглядами.

– Это моя ассистентка, Адель – объяснила Николь и проплыла мимо них.

Аду оставила в комнате отдыха, а сама прошла в палату. Оттуда послышался голос шейха, говорившего на прекрасном французском языке.

– Кто с тобой?

– Ассистентка.

– Пусть войдет.

– Пока ее помощь не требуется.

– Хочу ее видеть.

Николь заглянула в комнату отдыха:

– Адель, иди сюда.

Ада вошла в палату. Шейх приподнялся. У него было бледное изможденное лицо с лёгкой небритостью. Тонкие усы, обрамлявшие скобкой верхнюю губу и лихорадочно сверкающие глаза хищника, истосковавшиеся по жертве.

Глава тринадцатая

Когда Пётр Петрович на светофоре залез в ее автомобиль, Лидос запаниковала, но быстро взяла себя в руки. Понятно, что подстава с диадемой взбесила Лойера и его подельников. Но раз уж им удалось вычислить её в Париже, то сопротивляться и тем более играть в несознанку бесполезно. Поэтому Лидос улыбнулась Петру Петровичу как старому знакомому.

– К чему такие грубости, я рада вас видеть.

– Сомневаюсь… – буркнул Лойер, не почувствовав в ее интонации никакого испуга.

– А киллер зачем? Мы бы и вдвоем все могли обсудить.

– Обсуждать нечего… Мне нужна диадема. Настоящая.

– Не подавишься?! – язвительно хихикнула Лидос.

– Давай, ищи парковку, будем разговаривать…

– Такого дорого гостя рада пригласить к себе домой.

Тут уж удивился Пётр Петрович:

– Шутишь?

– Отнюдь.

Квартира произвела на Буйка впечатление. Он поверил в то, что женщина, позволяющая себе жить в этом районе Парижа, не будет заниматься дешёвкой.

– Проходите, располагайтесь. Надеюсь от «курвуазье» не откажетесь – предложила Лидос.

Буёк отхлебнул коньку, закурил сигару и приготовился наблюдать за «теркой» Лойера и этой роскошной женщины.

– Диадему вы не получите, оставьте даже мысли об этом – сходу заявила Лидос.

Лойер перевёл свой взгляд с неё на Буйка и усмехнулся. Тот лишь пожал плечами.

– Собираетесь меня пытать? – тоже с улыбкой поинтересовалась она.

– Нет – спокойно произнес Лойер, – просто пристрелим.

– Тогда вы уж точно её не увидите.

– Считаешь, я не в курсе, что диадема находится в хранилище банка «Лионский Кредит»? Мы сумеем её оттуда выковырять.

– Если бы это было просто, меня бы уже не было в живых… – Лидос знала, что начинает игру с безжалостными и решительными бандитами.

– Конечно. Грабить банк – дело хлопотное и дорогое, – согласился Лойер – поэтому лучше договориться без крови.

Лидос села в кресло, закинула ногу на ногу, закурила, посмотрела уважительным взглядом на Буйка:

– Ваши предложения?

– Придётся отдать диадему нам – сказал тот значительно.

– И что вы с ней будете делать? Выковыривать изумруды? Бриллианты?

– Не твоя забота – отрезал Лойер.

– Как раз моя – Лидос продолжала обращаться к Буйку, – завладеть диадемой трудно, но возможно. А вот продать за сумму достойную ее – практически невозможно! Во всяком случае, для вас.

– Повторяю, не твое дело! – еще решительнее заявил Пётр Петрович.

– Не верь ему, – предупредила Лидос киллера, – Кишка у вас тонка! Найти настоящего покупателя на такую вещь, да чтобы еще заплатил налом, – развела руками, – поверь, Буёк, дело, ой какое, тонкое!

Она рассчитала правильно. Буёк поверил. Пётр Петрович почувствовал, что Лидос начинает плести интригу.

– Твое предложение?

Лидос решила не торопиться с ответом. Она хорошо понимала, что в таких делах там, где трое, всегда появляется лишний…

Глава четырнадцатая

Гуля к приходу Ады с работы приготовила ужин: нажарила чебуреков с мясом и брынзой. Сегодня у неё был выходной. В это время года поток туристов, любителей «клубнички», ослабевает. Должно быть, накапливают сексуальную силу к весне. Поэтому в баре, где она работала, девчонки дохли от скуки.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.